Хозяйка Кервельского замка, или Сказка для больших девочек №3

Глава 1. Тридцать первое мая.

– Дочь моя, быть может, Вы все-таки обратите на меня внимание?!

Я обернулась.

– Извините, маман, я к Вашим услугам.

Меч и кинжал пришлось опустить. Королева смотрела на меня с застарелым осуждением.

– Я устала повторять Вам, Мелисса, что эти мужские замашки совершенно не к лицу королевской дочери. Но, впрочем, я здесь совсем по другому поводу. Вы помните, какое сегодня число?

Я подавила вздох.

– Конечно. Тридцать первое мая.

Королева пытливо всматривалась в мое лицо.

– Тогда Вы прекрасно знаете: что Вам надлежит делать.

Я кивнула.

– Выезжаем завтра на рассвете? – на всякий случай уточнила я.

– Как всегда, – в ее карих глазах мелькнуло беспокойство. – Только в этом году Вы отправитесь в путь не со свитой, как было раньше, а с телохранителем. Вдвоем.

Я подняла одну бровь и вопросительно посмотрела на нее. Королева пожала плечами.

– Вы же сами заявили в том году, что в состоянии позаботиться о себе. Отпустить Вас в одиночестве мы не можем, ибо это не соответствует Вашему статусу, а вот приставить к Вам телохранителя показалось нам вполне приемлемым решением.

Я поморщилась.

– Кто?

Взгляд ее был безмятежен.

– Лукас. Полагаю, Вы понимаете: о ком идет речь?!

Все внутри меня застонало.

– Деменли? – лишая себя последней надежды, спросила я.

Утвердительный наклон головы послужил мне ответом.

– Мы подумали, что под охраной такого сильного и умелого бойца Вы будете в полной безопасности, – ее зрачки на миг дрогнули.

Я внутренне напряглась и незаметно потянула носом.

– А, это Вы о той груде мышц, что стоит сейчас за моей спиной?! – скорчила я гримасу и, не оборачиваясь, процедила. – Сколько раз я предупреждала, чтобы ты не подкрадывался ко мне?!

Сзади не раздалось ни звука.

– Значит, представлять вас не надо, – удовлетворенно констатировала королева. – Надеюсь, Вы выполните порученное задание с должной ответственностью, дочь моя. И через месяц я буду иметь удовольствие прижать Вас к своей груди.

Я с сомнением осозерцала перспективу. Видимо, королева поняла, что слегка переборщила, поэтому величественно кивнула и молча отбыла. Я развернулась.

Да, эта перспектива вдохновляла еще меньше. Во мне сто семьдесят сантиметров, и маленькой я себя не считаю, зато терпеть не могу смотреть на кого-то снизу-вверх, лучше уж на шаг отступлю. Но здесь придется сделать назад даже два шага, ибо на эти два метра смотреть лучше издали. И чего они все в нем нашли?! Пепельно-серые волосы до плеч, накаченные мускулы, бычья шея. Ну, хорошо, пусть не урод. Но повода для поросячьего восторга все равно не вижу. На мой взгляд, у него только одно достоинство: он устоял перед Бригиттой де Морли. Наша кошка озабоченная просто слюнями исходила, терлась об него всеми выступающими частями тела, и все без толку. Стопроцентно убежденная, что не хотеть ее может только импотент, маньячка наша сексуальная уже собиралась, было, озвучить свой вердикт, но, посмотрев в глаза этого гиганта, почему-то передумала. Я поставила ему пятерку в зачет и забыла о нем. Если честно, он мне никогда не нравился и подозреваю, что взаимно. При его габаритах он был на удивление бесшумен и ловок, обожая пугать всех своим внезапным появлением. Со мной этот номер не удался ни разу. Уверена, что его это жутко бесило, а меня напрягало. Я просто на уровне внутренних вибраций ощущала его приближение, а уж этот запах я узнала бы из тысячи. Так, кажется, я погорячилась, достоинства у него все-таки два. Он не просто пах, он благоухал. Сосновой хвоей, разогретой солнцем, свежевскопанной землей, душистым сеном. Не знаю, чем еще, но этот аромат всегда действовал на меня двояко, рождая с одной стороны чувство покоя и расслабленности, а с другой – скрытое раздражение оттого, что именно он так классно пахнет. Мы знали друг друга всю жизнь, он даже ходил на занятия со мной и братом, но мы никогда не дружили, в смысле, мы с ним. С Миркусом они были не разлей вода, одно слово – мальчишки.

Его отец всегда считался лучшим воином королевства. Рукопашный и мечный бой, владение всем мыслимым оружием, скорость, решительность и, что немаловажно, беззаветная преданность – далеко не весь список достоинств этого уникального человека. Канус Деменли был «моим героем» с раннего детства, поэтому, после первого же визита в Кервельский замок, я пошла к нему и попросила научить меня драться. Помню, как этот великан – а в нем было куда больше двух метров – опустился передо мной на одно колено и заглянул мне в лицо.

– Зачем это тебе, дитя королевского рода? – удивленно спросил он. – Ты не мужчина, а стало быть, вокруг всегда будут те, кто защитит тебя.

Но, похоже, я и в то время не питала иллюзий на свой счет.

– Я хочу защищать себя сама, а не ждать: пока это сделает кто-то другой, – насупилась я.

– Уважаю, – только и сказал он.

И ранним утром следующего дня выгнал меня на зарядку. Я попробовала заявить, что королевские дочери в такое время не встают, на что мне было отвечено: выбирай – либо воин, либо принцесса. Прикинув варианты, я решила, что поскольку принцессой уже родилась, неплохо было бы научиться быть кем-то еще. И начались тренировки. Сначала достаточно лояльные, только оценила я это значительно позже. Подозреваю, что мой наставник каждый день ждал, что я не выдержу и на следующее утро не приду. Зря надеялся. Я втянулась, и когда через полгода отец обнаружил меня на плацу с двумя мешочками в вытянутых руках, у него сначала слов не нашлось.

– Значит, королева не шутила. Мелисса, что это значит?! – гневно нахмурился он.

Подошедший наставник спокойно объяснил:

– Видишь ли, патрон, твоя дочь решила, что леди ее положения не стоит ждать помощи от кавалеров, надо уметь дать сдачи самой. Да, успокойся ты, она уже вполне прилично садится на шпагат, – хмыкнул он.

Из рассказов кормилицы я знала, что когда-то Канус и отец попали в жуткую передрягу, после чего стали побратимами, поэтому не удивилась такой фамильярности.

– Кан, ну ладно, она не ведает, что творит, но ты-то! – возмутился отец. – Ты не хуже меня знаешь, что без присмотра ее никто не оставит. Ее дело гобелены вышивать, на лютне тренькать, в крайности, насморк лечить, но не с мечом же скакать.

Взгляд наставника вдруг стал холоден и пуст.

– Ты же знаешь, мы не можем отказать женщинам твоего рода. Наш самонадеянный предок лишил нас такой возможности.

Король виновато поморщился.

– Извини, брат, – пробормотал он и, похлопав Кануса по плечу, ушел, даже не взглянув на меня.

Я недоуменно посмотрела на учителя и открыла, было, рот.

– Прошу, не задавай мне вопросов, – тяжело обронил наставник, отворачиваясь. – Не сейчас. Обещаю, ты все узнаешь. Позже.

Я пожала плечами.

– Как скажешь, но один ответ я хочу получить немедленно, – он повернулся и настороженно уставился на меня. – Могу я уже руки опустить?

Канус еще пару мгновений озадаченно смотрел на меня, а потом захохотал. Сочтя это разрешением, я бросила на землю мешочки. Ой, как руки-то ноют! Наставник, отсмеявшись, подхватил меня и закинул себе на плечи.

– Мел, ты – исключение из всех правил! Ты – уникум! – торжественно сообщил он. – И помни, ни одна женщина в мире не может похвастаться тем, что уселась мне на шею. Эта честь только для тебя.

Я тут же задрала нос.

– А мне здесь нравится. И видно хорошо, – я заметила выходящего из замка рослого парня. – Канус, а почему ты не тренируешь своего сына?

Наставник опустил меня на плац и, глядя на стоящего в стороне отпрыска, просветил:

– Не вся моя жизнь посвящена только тебе. Я занимаюсь с ним в другое время.

С этого момента, помимо уже имевшейся неприязни, я начала испытывать по отношению к Лукасу еще и ревность. Я понимала, что не имею на нее права, но где вы видели логику у девчонок?!

Итак, я хмуро созерцала будущего попутчика. Он молча стоял передо мной, и на лице его не отражалось никаких эмоций.

– Выезжаем завтра на рассвете, – обреченно вздохнула я. – Запас еды не брать. Только воду. Деньги получишь у казначея. Вопросы?

В его прозрачно-серых глазах что-то мелькнуло.

– Пункт назначения все тот же?

Я неискренне удивилась:

– А, что, есть варианты?!

Он поджал губы и все-таки уточнил:

– Цель путешествия?

Я сделала вид, что задумалась.

– Ты не поверишь, визит к бабушке, – ухмыльнулась я.

Его невозмутимость на миг дрогнула. Но только на миг.

– Я должен знать что-то еще? – спокойно осведомился он.

– Только то, что это мое пятое путешествие, и ты видишь меня перед собой, – пожала я плечами.

Он сдержанно кивнул и удалился. Это может показаться странным, но, невзирая на мой высокий статус, со мной не сильно церемонились во дворце. Естественно, все мои поручения исполнялись по первому требованию, но особых реверансов никто не разводил. В отличие от тщеславного братца, я и не настаивала. Кстати, надо зайти попрощаться.

Брата я нашла в библиотеке. Миркус, сидя на подоконнике, читал что-то занимательное.

– Привет, твое высочество, – поздоровалась я, пытаясь заглянуть в книжку.

– Сама привет, – традиционно отозвался он, закладывая пальцем страницу и пряча чтиво за спину. – Чего прискакала?

– Фу, Мир, к тебе пришла любимая сестрица, а ты… – притворно надулась я.

Он спрыгнул с окна и выжидательно уставился на меня.

– Сегодня тридцать первое мая, – проворчала я.

Брат сразу погрустнел и, положив книгу названием вниз на подоконник, шагнул ко мне.

– Мел, будь осторожна, пожалуйста, – шепнул он мне в ухо, притягивая к себе. – И возвращайся поскорее.

Я сглотнула, проталкивая комок в горле. И как бы невзначай за его спиной подсмотрела название книги, которую он читал.

– Мир! – зашипела я, отталкивая его. – Ты очумел, такое открыто читать?! Хочешь, чтобы маман тебя засекла?! Она же усадит здесь толпу цензоров, и «прощай» все интересные книги. Дай-ка угадаю: кто посоветовал тебе такую литературку. Ты опять тайком встречался с этой маньячкой?!

Брат смущенно фыркнул и бросился в атаку за свои права.

– И что?! В конце концов, я не монах, и мне уже восемнадцать. Вполне естественно, что меня интересуют женщины.

Я покрутила пальцем у виска.

– Ты это маман скажи! Уж насколько она слепа к твоим выходкам, но такого даже она не потерпит. Если узнает, что де Морли затащила тебя в койку, она запрет тебя в своей гостиной и выставит караул. Ты этого хочешь?!

Миркус настороженно оглянулся на дверь.

– Ну, и чего ты разоралась?! Подумаешь, книжку полистал. Судя по всему, ты ее уже читала, – ехидно пропел он.

Я снисходительно ухмыльнулась.

– Два года назад. Тайком. На чердаке, – спокойно просветила я удивленного брата. – А что ты хочешь?! Уж если с практикой пока никак, решила поинтересоваться теорией вопроса. Кстати, по тому, что я слышала, эта девица сама может такие книжки штамповать, как пуговицы. Фантазии ей не занимать.

Брат прикусил щеки изнутри.

– Ты даже не представляешь, насколько ты права, – с намеком заверил он.

– Миркус! – рявкнула я, и мы оба покосились на дверь. – Без подробностей. И вообще, я проститься пришла, а не пошлости всякие выслушивать. Завтра на рассвете я отбываю. Представь, маман в этом году проявила максимум щедрости и выделила мне свиту из одного телохранителя.

– Что?! – нахмурился братец. – Одна поедешь?! Не пущу!

Я криво усмехнулась.

– Не одна, – поправила я. – С твоим дружком.

Брат почему-то сразу успокоился.

– Это совсем другое дело. Люк тебя в обиду не даст.

Я скривилась.

– Еще посмотрим: кто кого защищать будет, – фыркнула я, мы обнялись, и я отчалила.

Конечно, я сходила попрощаться с отцом, но он, как всегда, оказался занят. Я была наспех поцелована в лоб и отпущена с пожеланием удачи. Потом я навестила учителя.

– Канус, я завтра уезжаю, – доложилась я, усаживаясь рядом с ним на скамейку, тренировочный плац был пуст.

– Я знаю, Мел. Сын приходил, – наставник толкнул меня плечом. – За этот месяц я поседею еще на пару сотен волос. Но зато мне будет спокойнее, ведь с тобой поедет Люк. Я догадываюсь, что ты не слишком его жалуешь, но поверь, он сделает все, чтобы защитить тебя.

Я поджала губы. Будущее путешествие предстало передо мной в совершенно новом свете. Мало того, что маман навязала мне в спутники этого дуболома, прекрасно зная, что он мне решительно не нравится, так еще и следить придется, чтобы с ним ничего не случилось. Иначе, как я посмотрю в глаза наставнику?!

Я философски вздохнула.

– Канус, обещаю вернуть его в целости и сохранности, – заверила я.

Наставник вдруг повернул голову и с интересом заглянул мне в лицо.

– В чем дело? – осторожно поинтересовалась я.

Учитель усмехнулся.

– Представляешь, сын пообещал мне тоже самое, слово в слово, – объяснил он.

Я скорчила гримасу. Надо же! Не ожидала!

Канус обнял меня за плечи, и мы очень душевно помолчали с часок. Потом я пошла собираться.

Глава 2. Первое июня.

Рассвет застал меня уже одетой. Я затолкала косу под широкополую шляпу, закинула на плечо собранный с вечера рюкзак, попрыгала, чтобы убедиться, что ничего не гремит, и еще раз огляделась вокруг.

Моя гостиная была предметом вечного недовольства королевы. Небольшой сундук в углу с тренировочными мечами, ухоженными, всегда готовыми в дело. Лук и колчан на стене в идеальном состоянии. Диван, два кресла, небольшой кофейный столик, вот и вся обстановка. Через открытую дверь виднелся кусочек спальни. Кровать без балдахина, мне никогда не нравились эти пылесборники, пара стульев и туалетный столик. Шкаф у стены, вот он-то скоро зарастет паутиной, там собрана коллекция моих одноразовых платьев. Одноразовых – в том смысле, что надеты они были лишь единожды, на какое-нибудь официальное мероприятие. Ненавижу чертов протокол! Знала бы кто его настрочил, я бы ему показала! Фу, затягивали в тесный корсет, волосы прятали под скользкую шелковую сетку, душили-румянили, потом еще весь вечер приходилось танцевать со всякими болтливыми дураками, выслушивая цветастые комплименты и улыбаться, так что щеки потом болели.

Я вздохнула. Ну, пока. Не скучайте тут без меня. Скоро буду.

Во дворе меня ждали две запряженные лошади и хмурый телохранитель. Я вскочила в седло и в последний раз окинула взглядом родной замок. На втором этаже, в спальне родителей, чуть заметно дрогнула занавеска. Отец? Или мать? Чем старше я становилась, тем все откровеннее из зеркала на меня смотрело ее лицо. Нет, к своей внешности у меня не было никаких претензий, единственное, что меня не устраивало: наше сходство. Я всегда хотела быть похожей на отца. На вечно занятого, сурового отца, у которого для меня никогда не хватало времени. Нет, он, конечно, любит меня, вот только, всерьез не воспринимает. Все, хватит, ехать пора.

Мы никуда не торопились, но и намеренно не мешкали, просто спокойно ехали рядом. Молча. Каждый думал о своем. Сперва моя Ласточка с подозрением косилась на попутчиков, только я не поняла: кто именно вызывал ее неприязнь. Конь Лукаса сначала немного нервничал, но потом успокоился и обреченно отдался своей судьбе.

А я вспоминала: с чего все началось…

– Поймите, Мелисса, у каждого из нас есть свои обязанности, – ровный голос королевы был совершенно бесцветен. – Пока Вы были ребенком, никто не пытался возложить на Ваши плечи непосильную ношу. Но теперь Вы уже девушка, а стало быть, должны взять на себя определенные обязательства перед семьей.

Я удивленно пялилась на нее. Впервые в жизни кроме нотаций и упреков я услышала о каком-то неведомом долге.

– К десятому июня Вы должны быть в Кервельском замке, – продолжала меж тем она. – Естественно, Вам будет выделена соответствующая свита и охрана. Там Вы пробудете три дня. Затем вернетесь домой, – что-то в ее интонации меня напрягало.

Я подозрительно прищурилась.

– А зачем мне туда ехать?

Королева поджала губы.

– Это достаточно сложно объяснить. Вы все поймете на месте, – нахмурилась она.

Мне было двенадцать лет. Из дворца нас выехало двадцать пять человек. А через месяц вернулось только семь. А на следующий год – одиннадцать, а два года назад – семнадцать, а в том году – двадцать два. Такая вот статистика. Именно поэтому я заявила тогда, что уже достаточно взрослая, и не нуждаюсь в сопровождающих. Просто устала сжигать своих друзей. И свою душу…

Я покосилась на спутника. На лице Лукаса было написано полнейшее равнодушие, и этим он меня даже впечатлял. Все начинали расспрашивать, как только за холмом пропадали шпили дворца. Конечно, рассказывать о «визите» в Кервельский замок вернувшимся запрещали, их тут же осыпали золотом и отсылали с глаз долой. Но слухами земля полнилась. Во дворце меня негласно жалели и слегка опасались. Кому угодно покажется подозрительным, что умелые опытные бойцы погибают, а девчонка, вчера взявшая в руки меч, возвращается, как заговоренная. Но, видимо, по намекам и обмолвкам моих прежних спутников, мнение обо мне у народа сложилось скорее положительное. Меня никто ни в чем не обвинял. И всегда находились отчаянные головы, готовые рискнуть за хорошие деньги. После того, как я напросилась в ученицы к отцовскому телохранителю, он каждый год просил разрешения, чтобы его сын сопровождал меня. И к моему немалому облегчению и тайному злорадству, парень всякий раз оставался во дворце. Я опять покосилась на Лукаса и обнаружила, что он тайком наблюдает за мной. Увидев, что я его засекла, он тут же принял невозмутимый вид.

– Что? – ворчливо поинтересовалась я.

Гигант пожал плечами.

– Спросить хотел, – повернулся он ко мне.

Ага, сейчас начнутся расспросы: что да как. Но его следующие слова заставили мои брови взметнуться вверх.

– Принц Миркус – любимчик королевы, на тебя она обращает внимание, только когда надо прочитать мораль или привести, как отрицательный пример…

Откуда он знает?! Подслушивал?! Маман всегда изображала трогательную заботу обо мне при посторонних, даже при слугах.

Видимо, выражение моего лица что-то сказало ему, он смешался и пробормотал:

– Извини, это не мое дело.

– Вот, именно, не твое, – угрюмо согласилась я. – Ты, что, следил за нами?!

Лукас досадливо ухмыльнулся.

– Почему, если ты чуть наблюдательнее других, тебя всегда подозревают в слежке?!

Я, развернувшись, заглянула ему в лицо.

– Потому, что ты первый, кто заметил. Так, что ты хотел спросить?!

Он помялся.

– Вы так дружны с братом. Неужели ты не ревнуешь его к матери?!

Я пристально смотрела в его прозрачно-льдистые глаза. И что мне оставалось?! Нахамить ему, послать куда подальше?! Если повезет, нам еще целый месяц вместе тусить. Стоит ли обострять отношения?!

– Давай определимся в терминах, – со вздохом предложила я. – Итак, ревность – это желание получить такую же любовь, какой одарили кого-то менее достойного, чем ты. Во всяком случае, по твоему мнению, согласен?!

Лукас задумчиво кивнул.

– Ну, по сути, да. И что?!

Я скорчила гримасу ужаса.

– И то. Упаси меня, Создатель, от такой материнской любви. Она же любит его фанатично, не рассуждая, не сомневаясь. Миркус – бедняга – попал по полной. Маман считает, что если уж она готова ради него на все, то и он должен соответствовать ее представлению об «идеальном сыне». Во всем спрашивать совета, каждый час прибегать «к ручке», беспрекословно слушаться, не перечить. Короче, своего мнения не иметь, жить ее мозгами, и танцевать под ее дудку. А Миркус не дурак, он давным-давно понял, что матушкой можно манипулировать, поскольку ей и в голову не придет такая кощунственная мысль, что ее «уникальный мальчик» на это способен. Вот он и забавляется. Пока мне это не вредит, я на его стороне. Разве он виноват, что маман заклинилась на нем?! Так что ревность тут не причем, – покачала я головой. – Тут другое. Я с раннего детства пытаюсь доказать, что тоже заслуживаю внимания, не только «когда надо прочитать мораль или привести, как отрицательный пример», – процитировала я – И доказать это я хочу не ей, а отцу. Но отец вечно занят, – я отвернулась.

А дальше я чуть с лошади не свалилась потому, что неожиданно почувствовала, как его рука несмело коснулась моего плеча. Это было так… так… трогательно, что мне пришлось слегка прокашляться, чтобы проглотить комок в горле.

– Да ты не думай, у меня было время привыкнуть, – уже спокойнее ответила я.

– Но не смириться, – сочувственно закончил он.

Так, все, хватит!

– Тебе ножи поострее дать?! – сквозь зубы прошипела я.

Брови Лукаса взметнулись к самой челке.

– Зачем? – удивился он.

– Чтобы освежевывать меня удобнее было, – рявкнула я, посылая кобылу вперед.

Он догнал меня через пару секунд.

– Извини, принцесса, – смущенно покаялся он.

– Пустое, бодигард, – неискренне заверила я.

Великан обиженно посопел.

– У меня, между прочим, имя есть, – в пустоту бросил он.

Я хмыкнула, остывая.

– У меня, между прочим, тоже.

Видимо, нам обоим хватило полученной информации, поэтому все оставшееся до вечера время, мы ехали молча, изредка поглядывая друг на друга.

Я размышляла о нашем разговоре, и в результате с удивлением обнаружила, что моя неприязнь к нему потихоньку тает, перерастая в опасливое любопытство. Я одернула себя. Ну, сколько можно наступать на одни и те же грабли?! Ты знакомишься с людьми, привыкаешь к ним, считаешь их друзьями, а в итоге заваливаешь их сухими ветками и поджигаешь, захлебываясь злыми слезами, и в сотый раз даешь себе обещание: никого больше не пускать в свою душу. Нет, его я должна привести обратно любой ценой. Он сын наставника, время платить долги, а Канусу я жизнью обязана, если бы не его уроки…

Мы, не торопясь, въехали в большую деревню, и мальчишки, игравшие у околицы, стрелой полетели к постоялому двору, предупредить, что долгожданные гости прибыли. Хозяин заведения, толстый добродушный Бериус, вышел нам навстречу.

– О, наше высочество прибыло, – поздоровался он, удивленно косясь на моего сопровождающего. – А где твоя свита? Отстала?

– Привет, Бер, – спрыгивая с лошади прямо в его подставленные руки, просияла я. – Вот этот достойный представитель мужского рода и есть вся моя свита.

Я указала на Лукаса, который тут же напрягся, застывая лицом. Бериус неверяще пошарил глазами по пустой дороге.

– Шутишь?

Я покачала головой, выскользнула из его объятий и потянула за руку в сторону крыльца.

– Она совсем очумела, мать твоя?! – гаркнул он, дергая меня назад.

Я поморщилась, стрельнув глазами на телохранителя.

– Бер, не начинай, – с намеком гладя на него, попросила я. – Мое мнение на этот счет тебе известно, и, видимо, она решила к нему прислушаться.

Толстяк возмущенно фыркнул.

– А твой отец, как всегда, весь в заботах.

– У него много дел, – отводя взгляд, пробормотала я. – Бер, ну, пожалуйста, не надо! И потом, я есть хочу! Меня кормить кто-нибудь собирается?!

Хозяин таверны обреченно кивнул.

– Конечно, моя принцесса. Жаркое и тушеные овощи, все, как ты любишь, – вздохнул он.

Я нежно погладила его по волосатой руке.

– Бер, ты прелесть. Ой, я же не представила вас. Это Лукас – мой телохранитель, а это Бериус – мой друг, ну и заодно, владелец этого процветающего заведения.

Мужчины с подозрением рассматривали друг друга.

– Ты сын королевского побратима? – прищурясь, уточнил трактирщик.

– Это так заметно?! – усмехнулся мой бодигард.

Бериус пристально смотрел Лукасу в глаза.

– Еще бы. Добро пожаловать, дети! Проходите, буду вас кормить, – пригласил он.

Ну, кто еще так вкусно накормит, как ни Бериус?! Мой друг, усевшись напротив, с умилением смотрел, как я за обе щеки уплетаю его творение. Для меня он всегда готовил сам. Как и тогда, пять лет назад. Он был одним из тех счастливчиков, которых я привела назад. Когда на следующий год, ночуя в этой таверне, я узнала в новом хозяине Бериуса, моей радости не было предела. Помню, как он возмутился, когда казначей нового отряда попытался расплатиться с ним.

– Друзья – это гости, а не клиенты, – сурово отрезал он.

Больше мы про деньги не говорили. Да и про наше совместное путешествие тоже. Не буди лихо, пока оно тихо.

– Бер, хватит смотреть мне в рот, – притворно возмутилась я. – Подавлюсь ведь.

Толстяк добродушно пофыркал.

– Милая, я искренне радуюсь такому здоровому аппетиту. Девушки твоего возраста так боятся располнеть, что кормить их совершенно неинтересно. Шпинат, сельдерей и прочая трава. Не то, что ты! Мяско, хлебчик, картошечка, – расплылся он в улыбке.