- -
- 100%
- +
Глава 1
Возвращаюсь домой раньше обычного.
В руках тяжёлые пакеты с продуктами. В голове кружатся мысли о том, какая же я сегодня молодец.
Нет, правда, я даже конфеты свекрови купила — те самые, от которых меня с детства воротит.
Андрей-то наверняка скажет, что я святая женщина.
Ну или почти святая.
Хотя учитывая ветер и мои волосы, растрепавшиеся во все стороны, выгляжу я скорее не святой, а вполне себе городской сумасшедшей.
Останавливаюсь у подъезда. Ловлю отражение в витрине и улыбаюсь себе же.
Вот в таком виде срочно нужно отправить селфи Андрею с подписью
«Идеальная жена. Не благодарите».
Пусть знает, на какие жертвы я готова идти ради его мамы и семейного счастья.
Захожу в квартиру и сразу понимаю, что в доме кто-то есть.
Просто воздух другой.
Даже пахнет по-другому.
Строже пахнет.
Одеколоном с привкусом советских времен.
Снимаю ботинки и мысленно охаю от перспективы внезапной инспекции свекрови.
Ну вот, Марина, была хозяйкой ровно пять минут, теперь будешь Золушкой. Только туфельки совсем не хрустальные, а вполне себе старые и потёртые.
Сердце неприятно ёкает. Настроение мгновенно портится.
Тихо ставлю пакеты на пол, стараясь не шуршать. Слышу, как на кухне что-то позвякивает, явно чужими руками.
Я тут же начинаю внутренне съёживаться, мысленно проходя по списку: посуда чистая? Плита без пятен? Холодильник закрывается без магических заклинаний?
В голове уже звучит раздражённый голос Людмилы Васильевны, будто я его и правда слышу:
«Марина, ну сколько можно объяснять? Порядок – это же элементарно!»
Хочется тихо выйти обратно за дверь и прийти через часик.
Или через годик.
Но вместо этого я глубоко вздыхаю и обречённо смотрю на своё отражение в зеркале прихожей.
Привет, Золушка!
Собираюсь громко объявить о своём возвращении, но слышу чёткий голос свекрови с кухни. Замираю на месте, невольно прислушиваясь, и понимаю, она опять жалуется мужу на меня.
— Андрей, я тебе уже сто раз говорила: эта твоя Марина ни на что не годится! — голос раздаётся так ясно, словно она прямо передо мной. — Хозяйка никудышная. Ужин — и тот нормально приготовить не может. Уборка раз в месяц, и то по большим праздникам…
Я внутренне напрягаюсь, чувствуя раздражение:
«Опять двадцать пять! Интересно, сегодня какой мой недостаток будет главным хитом её жалоб?»
— Мам, может, хватит уже? — неуверенно пытается вставить Андрей.
Голос у него усталый, какой-то безразличный.
— Нет, не хватит! — резко перебивает свекровь. — Смотри правде в глаза: зря ты её выбрал. Я тебе сразу говорила, она не пара тебе. Ну, зачем тебе жена, от которой никакого толку?
У меня холодеют пальцы.
Ну ничего себе.
От «никакого толку» даже пакеты из рук выскальзывают.
Стараюсь их не уронить, но один всё-таки ударяется об пол с предательским глухим стуком. Мгновенно замираю, молясь, чтобы на кухне не заметили.
Пауза.
Не заметили.
Свекровь продолжает уже спокойнее, с нотками самодовольства:
— Посмотри, как ты выглядишь рядом с ней. Бледный, замученный. И это счастливая семья, по-твоему?
Господи, как же хочется влететь сейчас на кухню и выложить всё, что думаю о её собственном «семейном счастье». Но вместо этого стою и сжимаю зубы так сильно, что начинает ныть челюсть.
И больше всего бесит не то, что она это говорит, а то, что муж молчит.
Просто молчит! Кроме пары фраз, брошенных безразличным тоном.
Будто так и должно быть.
Будто соглашается.
Сердце неприятно стучит. В горле пересыхает. Я с трудом проглатываю комок и пытаюсь дышать ровно.
Вот тебе и семейный вечер.
А я-то, дура, конфеты ей купила…
Стою в коридоре и мысленно язвлю, комментируя претензии свекрови:
«Порядка дома нет? Естественно, если искать пыль под диваном с фонариком… Готовлю плохо? Ну да, если сравнивать с её непревзойдёнными пельменями из пакета».
Внутри нарастает раздражение. Сумки с продуктами становятся тяжёлыми, словно их загрузили кирпичами, а не замороженной курицей и конфетами.
Но я ещё надеюсь на мужа.
Всё-таки Андрей не раз заступался.
Да и вообще, его мама всю жизнь на меня ворчит, это не новость.
Сейчас он скажет ей:
«Мам, хватит. Марина моя жена, и точка».
Я даже уже представляю, как он это произносит, а я торжественно вхожу на кухню, чуть ли не светясь от победы, и говорю:
«Добрый вечер, Людмила Васильевна! Вот ваши любимые конфеты, кстати».
Стою и невольно улыбаюсь, предвкушая этот триумфальный момент. Но на кухне пока подозрительно тихо.
Почему Андрей молчит?
Обычно его маму сложно остановить, но сейчас даже её голос стих.
У меня на секунду внутри что-то сжимается.
Нет, он точно скажет.
Просто ждёт подходящего момента. Или подбирает нужные слова. Андрей всегда такой — осторожный и деликатный.
Жду, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.
Давай же, Андрей.
Сейчас самое время сказать маме, кто в доме хозяйка. И лучше, чтобы хозяйкой была не она.
Наконец слышу голос Андрея. Он усталый и какой-то безразличный. Мысленно подгоняю его:
«Ну давай же, скажи ей уже, что она не права!»
— Мам, знаешь… ты ведь права, — говорит Андрей, и я замираю. — Я и сам устал от всего этого. От неё устал. У меня вообще-то давно уже другая женщина.
Слова долетают медленно, словно сквозь толстую стену. Я буквально перестаю дышать.
Пакеты с продуктами становятся неподъёмными. Пальцы разжимаются сами собой, и тяжесть падает вниз, ударяясь о пол.
Шок от услышанного накрывает с головой. А в ней одна единственная мысль:
«Как это — другая?»
Ноги начинают предательски дрожать. Пытаюсь вдохнуть, но воздух застревает где-то в горле, перекрывая дыхание.
Андрей сказал это спокойно, почти буднично, словно сообщил о погоде за окном.
Хочу убедить себя, что ослышалась. Но в ушах до сих пор звучит его голос, равнодушный и уверенный.
Другая женщина. Давно.
Как давно? Неделю? Месяц? Год?
От этих мыслей начинает кружиться голова. И я сжимаю кулаки, чтобы хоть как-то удержать равновесие.
Хочется ворваться на кухню. Но тело будто вросло в пол.
Я просто стою и пытаюсь осознать, как именно мой мир за секунду превратился в груду обломков.
Свекровь спокойно и даже с удовольствием подтверждает:
— Ну наконец-то, Андрей. Я ведь сразу тебе сказала, эта женщина тебе совершенно не подходит. Давно пора было выбрать достойную. Я очень рада, что ты наконец-то открыл глаза.
Её голос звучит так легко и уверенно, словно она только что услышала хорошую новость по радио, а не подтверждение измены собственного сына.
Меня прошибает холодный пот.
С ужасом осознаю, их союз против меня длится уже давно. А я — глупая и слепая — жила в абсолютном неведении.
Сколько раз они уже обсуждали меня вот так, за моей спиной?
Сколько раз она улыбалась мне в лицо, прекрасно зная правду?
Горло сжимает комок унижения. Резкая боль от предательства сразу двух близких людей пронизывает насквозь.
Хочется убежать отсюда прямо сейчас. Оставить эти проклятые пакеты с продуктами и просто исчезнуть из квартиры, где меня так ловко и спокойно вычеркнули из собственной жизни.
Но вместо этого я всё ещё стою в коридоре, цепенея от того, что слова свекрови звучат в моей голове снова и снова:
«наконец-то открыл глаза», «выбрал достойную».
Значит, я была для него недостойной. Всё это время.
И от этого понимания становится нестерпимо больно.
Ощущаю, что по телу расходится настоящая волна обиды, отчаяния и злости. Меня словно окатывает ледяной водой. И едва удерживаю пакеты, которые начинают предательски трястись в руках.
Слёзы подкатывают к глазам. Но я до боли сжимаю зубы.
Нет, Марина, не сейчас.
Плакать ты будешь потом, когда никто не увидит.
Сейчас нельзя.
Мысли скачут в голове, словно напуганные птицы:
«Как давно он с ней? Почему я ничего не заметила?»
И самая болезненная мысль:
«Неужели всё было настолько плохо, что Андрей предпочёл другую?»
Я судорожно пытаюсь вспомнить хотя бы один знак, одну мелочь, которую упустила.
Но в памяти почему-то всплывают только мелочи счастливых моментов: наши вечерние разговоры, поездка на море, его слова «Люблю тебя» совсем недавно — или я это тоже придумала?
Сердце сжимается от унижения.
Получается, все вокруг знали, а я жила в своём счастливом мирке, где измены не бывает.
Получается, я не просто обманута — я самая настоящая дура, добровольно закрывшая глаза на правду.
Хочется кричать от злости и отчаяния. Но я стою молча, парализованная осознанием того, что вся моя жизнь — сплошная ложь.
Медленно делаю глубокий вдох, ощущая, как в груди рождается новая решимость. И именно в этот момент из кухни доносится голос мужа:
— Кстати, мам, я ещё не сказал тебе главное. Она беременна.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.