- -
- 100%
- +
– А что потом?
– Потом Борей стал карать всех, кто живет не по справедливости и искать своих обидчиков Мордука и Йобу, но те, как прознали, что он богом стал, избегали встреч с ним, боясь его пущи огня.
– Почему, они же тоже боги? – задал я логичный вопрос.
– Боги, – согласился отец, – но сила этих богов не в праведных поступках, а в трусости, лжи и вероломстве. А ежели правый с неправым ратиться начнет, кто победу одержит?
– Тот, кто сильнее!
– А в чем сила, сын?
– В чем? – задал я встречный вопрос, хотя очень хотел ответить, что сила она в «Ньютонах».
– Сила она в правде. Кто прав, тот и победит. А если один бог сокрушит другого, проигравший бог станет обычным человеком. Потому боги так редко и ратятся между собой, предпочитая решать конфликтные ситуации с помощью людей, своих последователей.
– Нашел он их?
– Не нашел. Однажды все боги уснули. Никто не знает, от чего это произошло. Боги уснули, остались лишь их помощники – светочи, несущие заветы и учения богов сквозь время. Но ходит одна легенда, что однажды придет время, когда боги начнут просыпаться и первыми проснутся Мордук, Йоба и Борей. Мордук с Йобой захотят убить уснувших богов, чтобы полноправно править миром, но Борей их остановит, ценой собственной жизни.
– И что, тогда из мира уйдет торговля, воровство и справедливость?
– Ишь ты как завернул! – отец удовлетворенно хмыкнул и, задумавшись о чем-то своем, продолжил – Не знаю, Куш, это лишь легенда. Что будет на самом деле, лишь время покажет. Хотя, бог времени Хрон, тоже спит без задних ног.
– Отрезали?
– Что отрезали? – своим вопросом я вывел отца из задумчивости.
– Ноги Хрону, пока он спал.
– А-а-а, – отец улыбнулся. – Нет, это выражение такое, мол спит без задних ног. Значит крепко спит.
– Понятно, – на самом деле я знал, что означает это выражение, но решил таким образом вывести Дайчина из состояния грустной задумчивости.
– Ну и хорошо, а теперь давай возвращаться. Надо в кузне забрать браслет и идти домой, мать уже, наверное, волнуется. Кстати, мы с тобой сейчас как раз на том месте, где Борей ударил молотом, а отверстие в камне вон там, – отец указал на темнеющую нору у склона холма. – В этом месте запас магии быстро восполняется, но шаманы ходить сюда запрещают, дабы не прогневать Борея.
– Но он же сейчас спит!
– Вот и я так подумал, что он сейчас спит, а тебе надо срочно силы восстановить, потому и нарушил наказ.
– А сам ты свой магический запас восстановил?
– Нет, конечно. В данном месте магия восстанавливается в несколько раз быстрее, но, чтобы полностью восстановить свой запас, мне здесь сутки безвылазно потребуется находиться. Как думаешь, понравится это шаманам?
– Думаю, что нет.
– Вот и я о том, – отец поднялся с земли во весь свой саженный рост и с легкостью посадил меня на плечи. – Я тут подумал, может нам к дядьке Будулаю сходить и красивый рисунок на браслет нанести?!
– А рисунок добавляет характеристик? – уточнил я.
– Нет. Из всех ремесленников деревни только я могу увеличивать характеристики своих изделий. Остальные мастера покупают уже зачарованные материалы и из них творят свои поделки и изделия. Ты дядьку Будулая-то помнишь?
– Не-а.
– Ишь ты, как у тебя память-то отшибло. А внука его, кучерявого Ханзи?
– Тоже не помню.
– Ну, ладно, дядька Будулай бывший легионер, служил в коннице, колесницей правил. После того, как вышел в отставку, император пожаловал ему землю в Въялках, как и многим другим ветеранам. Мирным ремеслом дядька Будулай выбрал ювелирное дело, любит он с золотом и серебром возиться…
– А ты?
– А я люблю металлы покрепче: железо, сталь, адамантит!
– Не-е-е, я спросил, а где ты служил?
– Я-то, – отец снял меня с плеч у входа в кузницу. – Я-то сынок в гвардии его императорского величества служил. Центурионом.
– Кем?
– Центурионом. Командовал сотней легионеров.
– Ишь ты! – скопировал я манеру отца, от удивления он даже рот приоткрыл.
– Ты это чего, за мной повторяешь?! – придя в себя от лёгкого шока, поинтересовался отец.
– Ага, ты же мой папа и я должен с тебя пример брать во всем.
– Это верно! – отец зашел в кузницу и через секунду вернулся, держа в руках браслет синего цвета и внимательно вчитываясь в его характеристики. – Хотя нет, во всем с меня пример брать не надо… Странная штука какая получается…
– Ты о чем, папа?
– О браслете. Слушай, – он вновь внимательно посмотрел на браслет и принялся читать вслух – «Наручный Браслет» +2 к силе, +1 к ловкости, +1 к выносливости». Класс изделия: «Редкий». Создан отцом и сыном Сеппа для Илу Сеппа.
– Всё-таки прибавилась выносливость?
– Прибавилась. Слишком легко и быстро ты эту единицу характеристики прибавил, – отец задумчиво взглянул на меня, спрятав браслет в карман. – Я вот почему редкие и уникальные вещи практически не делаю, знаешь?
– Нет, не знаю.
– Потому, что чем больше значений характеристик в предмете, тем сложнее в него добавить еще одну единицу. Это как сено в торбу пихать. Первая охапка легко заходит, вторая тоже, а вот чтобы третью запихать, надо усилия приложить, четвертую еще сложнее, а пятую вообще не засунуть, так как остальное сено наружу лезет и мешает. Так-то! А ты взял и за несколько секунд поднял значение на одну характеристику.
– Так я же в обморок упал.
– Тоже верно! Но, сдается мне, дремлет в тебе дар твоих пращуров, который у меня ополовинен.
– А почему у тебя дар ополовинен? – я с хитрецой посмотрел на Дайчина.
– Потому что отца не слушался, – как-то замявшись пробурчал Дайчин. – И вообще, мал ты еще. Придет время, и я все тебе расскажу. Идем к Будулаю?!
– Идем!
– Только давай я вначале название браслета исправлю, чтобы ювелира не шокировать.
– Ты и это можешь?!
– Любой мастер может, если мать-природа не против.
– Это как? – удивился я – Причем здесь природа?
– Притом. Вот создал ты, например, для воина кольцо с повышенной характеристикой силы, можешь назвать его: «Кольцо малой силы», «Кольцо воина», «Кольцо мечника». А вот назвать его «Кольцом ловкости» у тебя не получится, так как нет в нем ничего для ловкости.
– А-а-а, – протянул я, – теперь понятно. И как ты назовешь браслет?
– Вот хотел его назвать «Браслет гармонии», но мать-природа не даёт. Тогда сделаем так, – отец провел по поверхности браслета большим пальце и зачитал. – «Малый браслет гармонии». Класс изделия: «Редкий». +2 к силе, +1 к ловкости, +1 к выносливости». Создан мастером Сеппа для Илу.
***
Дядька Будулай оказался невысоким, кряжистым мужиком с кудрявой седеющей шевелюрой. Его огромные, лопатообразные ладони совсем не ассоциировались с ювелиром, но понаблюдав несколько минут за его работой, я понял, что Будулай, как минимум, мастер ювелирного дела.
– Держи, – закончив, Будулай протянул отцу браслет. – Принимай работу.
– Филигранно, – протянул отец и показал мне браслет. – Видел, какая тонкая работа?!
– Ух-ты, – на синей поверхности стального браслета появилось изображение обнимающейся пары на фоне звездного неба и луны. Рисунок был выгравирован и посеребрён у меня на глазах. Никогда бы не подумал, что такую тонкую работу можно сделать за пять минут.
– Сколько с меня? – отец развязал горловину мешочка, извлеченного из кармана.
– За работу один золотой и за материалы две золотые монеты, всего сколько будет? – ювелир с вопросом повернулся ко мне.
– Всего будет три, – не задумываясь ответил.
– Три! – Будулай утвердительно кивнул и с интересом посмотрел на меня, затем удовлетворенно крякнул и поинтересовался. – А кого я на браслете изобразил знаешь?
– Нет, – честно ответил я, краем глаза отмечая, как отец, высыпав на ладонь содержимое своего кошеля пересчитывает медные и серебряные монеты, при этом шевеля губами.
– А ты подумай, – Будулай показал мизинцем на мужчину, – что у него в руке?
– Мотолок… то есть молоток, – тут же исправился я – Так это значит Борей и Адина на браслете.
– Точно, – Будулай погладил меня по голове, а затем обратился к отцу. – Смышлёный малыш растет, весь в тебя.
– Угу, – не отвлекаясь от монет на ладони, подтвердил Дайчин и закончив свое увлекательное занятие протянул ладонь с монетами Будулаю. – Я думаю, что посмышлёнее меня будет. Держи свои деньги!
– Ты погоди, – ювелир отстранился от протянутой ладони. – Тебе же еще виру надо будет выплачивать, прибереги деньги. Ты мне лучше в зачет работы характеристику вот этого колечка повысь, – Будулай порылся в нагрудном кармане и вытащил из него тонкое фиолетовое колечко с красным камнем. – По рукам?!
– Так оно же у-уникальное, – от волнения Дайчин стал заикаться. – Я не смогу в него еще одно очко характеристики вложить. А если смогу, оно станет Легендарным. Его цена вырастит в десять раз! – отец посмотрел на меня и прочитал. – «Кольцо малой мудрости Саллеха». Уникальный предмет. +7 к интеллекту. Создатель Назир ибн Дауд. Кольцо самого Дауда, откуда оно у тебя?
– Оттуда, – уклончиво ответил Будулай. – Значит не сможешь из него легендарный предмет сделать?
– Скорее всего… – я незаметно дернул отца за рукав, он удивленно посмотрел на меня, и я ему подмигнул, от этого эмоция удивления на его лице только увеличилась – Скорее всего нет, но попробовать можно. Ну и сам понимаешь, не за три золотые монеты.
– Да понимаю, – лицо Будулая исказила гримаса разочарования. – Больше десяти золотых дать не смогу. Ты попробуй, получится, я тебе десять золотых, не получится – ты мне три.
– Ну, ладно, давай… – было видно, что отец был согласен на предложенные условия, поэтому я сильно пнул его своей ногой по лодыжке, тем самым вновь вызвав бурю эмоций на его лице – Хотя, мало конечно…
– Ну нет у меня больше денег…
– Так может дядя Будулай тогда работай расплатится? – пропищал я, невинно глядя на взрослых.
– А что, это идея, – поддержал моё предложение Будулай. – Кольцо подорожает на триста золотых. Десять процентов твои. Получается должен я тебе буду тридцать. Десять отдам золотом, а оставшиеся двадцать работой.
– Хорошо… – пинок в голень прервал начатую фразу Дайчина и он, присев возле меня, шепотом поинтересовался – Чего ты меня пинаешь?
– Десять процентов это мало. Всю работу ты делаешь. Проси восемьдесят.
– Будулай, как-то не по правде получается, – отец поднялся во весь свой рост и повел широченными плечами. – Мы с тобой оба ремесленники. А у нас закон простой, кто работает, тот и ест. А у тебя получается, что я работаю, а ешь ты.
– Ладно, – после недолгой задумчивой паузы ответил ювелир, было видно, что слова отца задели его за живое. – Прав ты. Бес попутал. Какое твое предложение?
– Восемьдесят процентов мне, двадцать тебе!
– Не-не-не, – Будулай замахал руками. – Двести сорок золотых захотел, да я за год столько не зарабатываю, мне что же, чтобы эти деньги отработать, придется весь год только на тебя спину гнуть?
– Так ты кольцо продай, когда торговцы вместе с жрецами уснувших в поселок прибудут. Отдашь мне мои деньги, себе свои шестьдесят монет заберешь. Причем заметь, ни за что!
– Как не за что? А кольцо?! Оно же мое.
– Твое. Вот, бери свои монеты, и я пойду. Я пойду с сыном домой, а ты оставайся со своим кольцом и попробуй на нем заработать шестьдесят монет сверх его цены.
Отец положил горсть монет на стол перед ювелиром и, взяв меня на руки, отправился к двери. Когда Дайчин потянулся к дверной ручке, за спиной послышался усталый голос Будулая:
– Дайчин, давай хотя бы пятьдесят на пятьдесят? У меня дети, внуки, дочка на выданье.
– Давай, – отец развернулся к Будулаю при этом умудрился перехватить мою ногу, пытавшуюся пнуть его в бок. – Только с уговором, если не получится, я тебе три золотых не должен. Время и силы я потрачу независимо от результата. Сам же знаешь, я хоть и больше тебя зарабатываю, а получаю все-таки меньше!
– Эх, – Будулай поднялся со скамьи и по-молодецки протянул отцу ладонь. – По рукам. Забирай свои монеты и держи кольцо. Удачи не желаю, чтобы не сглазить, но надеюсь на лучшее.
***
Мы уже достаточно далеко отошли от дома Будулая, когда я вспомнил о медном кольце, в которое накачивал магическую энергию. Достав его из кармана, я обратился к отцу:
– Папа, а это кольцо как называется и сколько оно может стоить? – я протянул к нему кольцо держа его двумя пальцами.
Всю дорогу Дайчин шел молча, о чем-то усиленно думая и не сразу понял, о чем я его спрашиваю. Но стоило ему увидеть в моей ладони кольцо синего цвета, как его брови грозно нахмурились, а на скулах заиграли чугунные желваки:
– Что же ты творишь-то, сын? Вором решил заделаться, своих обкрадываешь?! Что теперь о нас люди будут думать? – он, не глядя, вырвал у меня колечко и, крепко взяв за руку, развернулся обратно к дому Будулая. – Сам ему ворованное вернешь и поклянешься, что больше так делать не будешь, понял?!
– Я не воровал! – на глазах от обиды и ложных обвинений выступили предательские слезы. – Это мое кольцо.
– Ты еще и с отцом споришь?! – он осуждающе покачал головой. – Твоим оно будет, если ты сам его сделаешь или купишь. Или подарят! А если без спросу взял и нагло присвоил, то эта вещь ворованная. Уяснил?!
– Уяснил, – я, исхитрившись, вырвал руку из его железной хватки и потер покрасневшее запястье ладонью. – Только кольцо это моё… – предательски хлынувшие слёзы прервали мою обличающую фразу, под непонимающим взглядом отца и моим недоумением. Странно, я ведь совсем не хотел плакать, но слезы лились ручьем, и я периодически всхлипывал и размазывал их по щекам.
– Ну всё, разнылся как баба! – Дайчин осуждающе покрутил головой и, уперев ладони в колени, наклонился к моему лицу. – Ноешь как девчонка, какой из тебя мужчина вырастит, а?
– Каким воспитаешь, таким и вырасту, – сквозь слёзы промямлил я, всё сильнее удивляясь их обильному излиянию. И тут до меня дошла одна удивительная странность, на которую я ранее не обращал внимания. Ни в своем доме, ни в доме Будулая я не видел отхожего места и вспомнил, что еще ни разу не ходил в туалет с того момента, как оказался в этом мире. Я ем, я пью, а в туалет не хожу…
– Ох, сынок, – Дайчин грузно сел в дорожную пыль возле меня, внимательно вчитываясь в только ему видимый текст кольца. – «Кольцо малого равновесия». Редкий предмет. +2 к выносливости, +2 к ловкости. Создатели отец и сын Сеппа.
– Еще одну характеристику добавить и кольцо станет уникальным… – прокомментировал я прочитанное отцом, при этом слёзы прекратились, как по мановению волшебной палочки.
– Да как же так, – отец провел пятерней по своей густой шевелюре. – Это ты сюда две характеристики добавил, и, значит, две в браслет и только тогда сознания лишился. Это сколько же в тебе силы таится? – Дайчин ошеломленно посмотрел мне в лицо. – Неужто в тебе талант архимага дремлет?!
– Я не знаю. Я вообще-то обиделся!
– На что? – на лице отца вновь появилось неподдельное удивление. Несмотря на всю свою физическую мощь, силу и мастерство, он всё-таки был достаточно наивным и добрым человеком, и, видимо, многие односельчане пользовались этой его чертой характера.
– На вора и бабу…
– Ха, – Дайчин широко улыбнулся – А кто только что сказал: «Я обиделся»?!
– Ладно, бабу опустим, а за вора очень обидно.
– Ну, – на лице Дайчина вновь отразилась гамма разнообразных эмоций, от растерянности до раскаяния – Ты прости меня. Впредь я не буду делать скоропалительных выводов.
– Тогда исполни одну мою просьбу…
– Какую?
– Давай сейчас еще раз сходим на Лысый холм.
– Мать заждалась, сынок. Давай лучше завтра.
– Дядя Дайчин, ты чего в дорожной пыли расселся, – мы с отцом одновременно оглянулись на девичий голос. По дороге шла маленькая девочка, моя ровесница, с белокурыми кудряшками, закрывающими половину симпатичного личика со вздернутым носиком. В руках она несла небольшую глиняную крынку с молоком. – Если тебе нехорошо, я могу папу позвать, чтобы он помог.
– Спасибо, Камочи, со мной все хорошо. Ты, солнышко, лучше забеги к тёте Илу и скажи, что мы с Кушем задержимся и придем попозже.
– Хорошо, дядя Дайчин, скажу, – девчонка прошла мимо меня и, заметив мой пристальный взгляд, высунула язык и засмеялась.
– Вредная девчонка какая, – прокомментировал я. – Она точно маму предупредит?
– Камочи хорошая девочка, самостоятельная и ответственная, в отличие от своей матери. Если сказала, что предупредит, значит предупредит. Ты ее помнишь?
– Нет, – коротко ответил я, качнув головой в отрицательном жесте. – Первый раз вижу.
– Это дочка старика Бади Сумара. Поздний и долгожданный ребенок от второй жены. Дядьку Бади тоже не помнишь?
– Нет, папа, не помню. Я никого не помню. Он тоже в легионе служил?!
– Ага, – отец кивнул головой и с уважением произнес. – Лучник от бога. Лично был награжден императором «Эбонитовым луком» за доблесть, проявленную в войне против королевства Айдахар. Представляешь, их десяток двое суток удерживал крепость на перевале Гроз, против двух центурий айдахарцев. В живых остался только он один. Погибли все. И адандарцы, легионеры империи, и айдахарцы, наемники королевства. Из двухсот воинов в живых остался только он один. Удивительная удачливость. Он даже ни одного ранения не получил…
– А чем он сейчас занимается?
– Охотник. Бади человек замкнутый, людей не очень любит, больше предпочитает охоту в глухих лесах. Когда его жена Маиза убежала с проезжим торговцем, он совсем редко в деревне показывается. Придет из лесу, по-быстрому распродаст добычу и сидит бирюком в своем доме, глазу не кажет.
– А как же Камочи? – мне почему-то стало стыдно за свои нелестные слова, сказанные про девочку. – Как она живет, если ее отец большую часть времени в лесу проводит?
– Тётка помогает. Она вроде как не родная. Сестра первой жены Бади. Та погибла десять зим назад… ладно, давай не будем о грустном, давай на Лысый холм по-быстрому сходим и домой.
***
– Вы где так долго шляетесь, – Илу достала из печи горшок, в котором благоухало тушеное мясо с овощами – Садитесь ужинать.
– Ты погоди, – Дайчин приобнял жену и протянул ей что-то обернутое в кусок домотканой ткани – Вот, возьми.
– Это то, что я просила?! – Илу развернула ткань и ее глаза поползли на лоб от удивления, в недоумении она стала читать вслух. – «Средний браслет гармонии». Класс изделия: «Уникальный». +2 к силе, +2 к ловкости, +1 к выносливости». Создан мастером Сеппа для Илу. Это мне? Уникальный предмет, он же столько стоит?!
– Тебе-тебе, – Дайчин с напускной небрежностью махнул рукой, как будто он каждый день производит уникальные предметы. – Пользуйся.
– И вот еще, – я протянул Илу колечко фиолетового цвета. Находясь на Лысом холме, я практически не тратил свой магический запас, черпая энергию от окружающей природы и тем самым смог добавить по одной характеристике в браслет, свое медное кольцо и даже умудрился повысить характеристику кольца, которое отцу дал Будулай.
– Вита животворящая! – Илу взмахнула руками. – Еще один уникальный предмет. «Среднее кольцо выносливости». Класс изделия: «Уникальный» +3 к выносливости, +2 к ловкости. Создатели отец и сын Сеппа. Как? Откуда?
– Всё расскажу, Илу,– отец провел пятерней по горлу. – Тяжелый денек выдался, богатый на события, надо бы расслабиться…
– Опять?! – мать уперла руки в бока и пристально посмотрела на Дайчина.
– По чуть-чуть можно! – степенно ответил отец, беря кусок душистого хлеба. – Новую жизнь начинаем. У сына, похоже, дар архимага просыпается.
– Ох, – Илу опустилась на скамью, приложив ладони к щекам. – Как же так?!
– А вот так, – отец вытащил не понятно откуда бутыль с полынной настойкой, разлил по чаркам себе и Илу, на мгновение бутылка замерла над чаркой Куша, но передумала изливать свое содержимое, под слова матери: «Рано ему еще». – Заживем, мать. Даже если по одной характеристике в день будем вкладывать в изготовляемое мной оружие, долг перед легионом выплатим за три года, а тогда и обратно в столицу вернуться сможем.
– Папа, а что за долг перед легионом? – уточнил я, наяривая ложкой в тарелке с обалденно вкусным рагу.
– Я же из гвардейского легиона ушел на десять лет раньше срока. Вот и выплачиваю долг. Ты же заметил, что все остальные мужчины деревни старше меня?! Всё потому, что из легиона можно уйти только в сорок пять лет. Можно и раньше, конечно, но только по ранению или как я, но тогда штраф надо будет выплачивать…
Глава 3
Филиал корпорации «Virtual games of full immersion».
Город Путраджая, Малайзия.
– Сэр, – невысокий, смуглый малазиец Абас Лютфи, работающий в малазийском филиале компании ведущим программистом со дня его образования, ураганом ворвался в кабинет начальника отдела. – Сэр. Мертвый ИскИн ожил.
– Какой? – Грэг Плант, австралиец, недавно назначенный начальником отдела в малазийский филиал быстро открыл на ноутбуке файл в котором значились условно мертвые ИскИны, которые по невыясненным до конца причинам не включались в общую работу игры24.
– Сценарий «Спасти императора».
– Да ты что! И что послужило причиной.
– Не знаю, сэр. Посмотрел все логи предшествующие включению ИскИна в общую работу игры. Ничего особенного. Пару раз запускался в холостую, а на третий раз включился в процесс в полном объеме. Квестгивер-кузнец, все поселение бывших легионеров и даже деревня айдахарцев на границе с империей проснулись. Из-за сына кузнеца. Он кстати, какие-то несусветные вещи творит…
– Кузнец?
– Нет, сэр. Сын кузнеца, – Абас заглянул в свой планшет. – Куш. По основному сценарию большого квеста «Спасти императора», его должны будут убить пираты, а разозленный отец, докопавшись до сути…
– Я помню этот сценарий. Всех персонажей тестировал тот немец, который погиб от взрыва газа.
– Именно так, сэр. Так вот, у мальчишки оказались развиты все четыре направления магии, плюс магия «Созидания».
– Это логично. От деда, через отца перешла.
– Всё так, сэр, но он должен погибнуть через два года по нашему времени. В сценарии он не был прописан настолько детально. Его диалоги не соответствуют речи двухлетнего ребенка. Он торгуется, манипулирует Дайчином, создает изделия классом не ниже «Редкое». Если так пойдет дальше, он обвалит рынок артефактов, обесценит стоимость обычных вещей.
– Странно всё это, – Грэг провел ладонью по крепкому подбородку, к вечеру на лице отросла щетина и послышался характерный треск. – Какие есть предложения?
– Попробовать устранить мальчишку.
– Каким образом, и не вызовет ли это неадекватную реакцию со стороны управляющего ИскИна?! Если это глобально повлияет на всю игру, нам с вами не сносить головы. Пусть может всё идет своим чередом?
– Но, сэр. В мои обязанности входит локализация и купирование внештатных ситуаций в игре.
– Абас, – Грэг тяжело вздохнул, – есть же четкое распоряжение руководства. Ни в коем случае не вмешиваться в работу условно мертвых ИскИнов…
– Всё верно, сэр, – Абас кивнул головой, – но этот ИскИн ожил и значит к нему применимы стандартные инструкции и манипуляции. Прошу вас санкционировать вмешательство в сценарий «Спасти императора».
– Что ты придумал?
– Болотные гоблины, сэр, – Абас криво ухмыльнулся. – Поселение Въялка находится на границе с королевством Айдахар, с той стороны заболоченный берег реки, где обитают ящеролюди-изгои. Что мешает нам заселить болота гоблинами, которые выкрадут мальчишку на пару лет, а перед нападением пиратов, вернут его обратно в селение.
– Ладно, – Грэг что-то быстро набрал на клавиатуре ноутбука. – Доступ к сценарию открыт. Держите меня в курсе, но я на всякий случай отправлю официальное письмо в центральный офис.
***
– И что теперь, Лёха? – поинтересовался широкоплечий гном с ником «Сокрушитель», вопросительно глядя на худощавого эльфа с интригующим никнеймом «Ош-Тиш». – И что это за имя такое, Ош-тиш?
– Ош-тиш, в переводе с языка североамериканских индейцев означает: «Тот, кто находит и убивает».
– Ёмко и угрожающе, -дварф одобрительно кивнул головой, – но всё-таки, что нам теперь делать, давай рули, я в эти виртуальные игры раньше не играл!
– Значит так, Андрюха…
– Стоп, – дварф поднял ладони на уровне груди. – Давай сразу договоримся, есть Сокрушитель и Ош-тиш. В игре больше никаких других имен.
– Хорошо, Сокрушитель, – губы эльфа тронула усмешка.
– Чего ты лыбишься, – на угрюмом бородатом лице дварфа мелькнула улыбка. – Сам понимаю, что как дети, еще бы «Нагибаторами» себя назвали. Но, как корабль назовешь, так он и поплывет. А на кону считай обеспеченная жизнь, если все пойдет по плану.