Легенда о Светлом Клане
- -
- 100%
- +
Эней кивнул и, задумавшись на секунду, сказал:
– Анагон рассказала нам неполную историю.
– Это всё, что я знаю, – пожала плечами кошка.
– Я понял. Спасибо и на этом. Я же могу рассказать вам ещё о том, что когда наши так называемые предки покидали остров, они затопили его.
– Что? – воскликнула Венус. – Но там же оставались люди!
– Нет. Тех, кто там оставался, уже нельзя было назвать людьми.
– Кто же там был?
Инвер уже давно понял, каким будет ответ и поэтому даже не посмотрел на то, что тан достал из свертка. Испуганный вскрик Венус и чертыхания Рейгара лишь подтвердили его догадку.
На руках у Энея лежала небольшая тушка непонятного, но жуткого существа – грязно-синего, с длинными рваными крыльями и когтями. Его тельце будто покрывал тонкий слой зловонной слизи. Длинный липкий хвост оканчивался шипом.
– Ч-что это, черт возьми? – Рейгар закрыл нос пальцами и с отвращением морщился.
– Это залетело в комнату Энея и вцепилось ему в лицо, – пояснил Сет. – Благо, я был рядом, иначе бы эта тварь наверняка выцарапала ему глаза.
– Оно похоже на тех птиц, что напали на нас в лавке Благгорты, – шепнула позеленевшая Анагон. Ей это чудовище казалось не менее противным, чем остальным, но любопытство пересиливало, и девушка внимательно разглядывала непонятного зверя. Сет кивнул.
– Верно. И эта тварь, и те птицы – эти существа не отсюда. Они пришли с Острова. Они нашли дорогу сюда.
– Но тан же сказал, что Остров затопили! – возразила Венус.
– «И поднимется Малая Земля»… – пробормотала Анагон. – Как же они выживали столько лет под водой.
– Мы не знаем, – признался Сет. – Но то, что они остались живы спустя столько лет говорит о том, что они крайне сильные соперники.
– Тот лес, в котором проходило наше первое задание, – подал голос Инвер. – Мы думали, что его охватила какая-то болезнь, что он умер. Рейгар говорил, что раньше он был прекрасным, цветущим лесом, но мы видели, что с ним стало. Что вы скажете на это? Лес же не мог перебраться с Острова?
Сет сокрушенно покачал головой:
– Не мог. Он обратился после.
– То есть эта дрянь заразна? – часто задышала Венус. Рейгар отодвинулся от Энея, всё ещё державшего птицу на ладони.
– И да, и нет. Мы не можем понять, как она выбирает своих жертв, но их становится всё больше. По всему Аналостану. Везде появляются странные существа и нападают на людей, везде вымирают леса, отравляются и пересыхают реки, – воин резко выдохнул и обвел взглядом легатов, напряженно замерших. – Поэтому мы начали действовать.
– Как… как они называются? – запинаясь, спросила Венус.
– «Те, Кто заставлял плакать других» – так называет их Пророчество. В древних свитках они называются Порождениями. Мы думаем, это название подходит им.
– Подходит, – задумчиво произнесла кошка. Почувствовав подступающую к горлу тошноту, она тихо попросила. – Можете убрать это? Оно отвратительно выглядит.
– Конечно.
Тан спрятал чудовище и заговорил.
– Теперь стало ясно, почему мы думаем, что нужно отправляться на этот остров? Больше об этих тварях нет никаких упоминаний, нигде. Это – наша единственная зацепка и довольно серьёзная.
– Что теперь нам нужно делать? – быстро спросил Инвер. Он вдруг почувствовал, что силы стали стремительно покидать его.
– Завтра вместе с Сетом вы отправитесь к Лес-Всех-Дорог, чтобы получить следующие указания. Это будет первая часть вашего похода к Острову.
– От кого получить указания?
– Там увидите, – отведя взгляд, ответил тан.
– Лес-Всех-Дорог говорит не со всеми. Откуда Вы знаете, что он укажет нам путь?
– Просто знаю.
– Может, хватит загадок? Мы вправе знать! – развязно спросил Рейгар. Весь этот разговор пугал его намного больше, чем он хотел показать.
– Что если мы откажемся идти? – внезапно спросила Анагон. Сет удивленно приподнял бровь. Эней ответил:
– Тогда все старания мои и Сета и старания тех, кто оставил пророчества окажутся напрасными, а мир погибнет. Сет вам все объяснит. Завтра. А теперь спать. Уже поздно.
Тан двинулся в сторону двери. Рейгар попытался его остановить, но вдруг отшатнулся. Лицо его изобразило … испуг?
«Прости, Рей, я не хотел тебя пугать. Просто будет лучше, если я уйду сейчас».
У двери Эней остановился. Оглядев каждого легата по очереди, он сжал кулаки и, отбросив челку, произнес:
– Знайте: в конце пути вас может ожидать всё, что угодно. Вы можете погибнуть или могут погибнуть те, кто вам дорог. Но помните: даже самая слабая птица пролетает через пламя и не опаляет крыльев, если в её душе горит такое же пламя. Но если пламя утихнет, птица сгорит. Удачи, Клан Света!
С этими словами он вышел.
– Умеет он успокоить, – зевнула Венус. – Мне жутко хочется спать, несмотря на то, что я сейчас услышала.
– Мне тоже, – Рей клевал носом.
Инвер согласно кивнул. Анагон, прищурившись, следила за Сетом.
– А мне нет…
– Мне кажется, что будет лучше, если вы все сейчас отправитесь по спальням, а завтра на рассвете мы отправимся, и я отвечу на все ваши вопросы по дороге, – Сет ответил на взгляд Анагон. – Ведь вы едете?
– А у нас есть выбор после слов Энея? «Мир погибнет!», – передразнил ректора Рей и с треском врезался в косяк двери.
– Осторожно! – хором откликнулись легаты.
– Ничего, – смутился медведь. – Я просто на ходу засыпаю.
– Это все от переживаний. Такая новость! – попытался воодушевить его Сет и тут же съёжился под немигающим взглядом Анагон. – Спокойной ночи!
– Спокойной ночи!
Легаты отправились наверх, по пути налетая на углы и друг на друга, и лишь Анагон, чувствовавшая себя необычайно бодро, вышла из дома. Следом вышел Сет.
– Прогуляемся вместе?
– Я не против, – Анагон смотрела на воина испытующе, и тот, забегав глазами, недовольно пробурчал:
– Было бы лучше, если бы ты отправилась спать.
– Было бы, – отрезала кошка.
Они вошли в сад и медленно пошли между кустами сирени. В ночной тишине звенели кузнечики, желтые огоньки светлячков то и дело вспыхивали в белых цветах. Где-то на окраине сада шуршала мышь, и чуткие уши котов могли различить каждое её движение. Чувствуя, что у него вот-вот заурчит в животе, Сет спросил:
– Сколько лет прошло?
– Почти десять лет, – тихо отозвалась Анагон. – Ты был там, после того, что случилось?
– Я случайно проезжал мимо, но увидев, что там творится… Я остался, пытался кого-нибудь найти, но безуспешно. Потом мы с Энеем узнали о Пророчестве, и я вновь ездил туда, искал зацепки, которые бы подсказали, где ты можешь быть. Я был уверен, что ты не погибла, но никак не мог отыскать тебя. А потом мне пришло письмо от моего друга-галифакса, что к ним на службу поступила девчонка, очень на тебя похожая. Так ты и нашлась.
– Да, доставила я тебе хлопот, – криво усмехнулась девушка.
Впереди следовал темный участок сада, дорожка стала еле различима, и Анагон выпустила двух ярких птиц, тут же осветивших путь. Сет гордо улыбнулся:
– В прошлый раз ты этого не умела.
– А у тебя было две руки, – оборвала его кошка, впрочем, ту же начавшая мысленно ругать себя: «Боже, я ужасна. Это было очень жестоко. Зачем я это сказала? Тупица». Сет нахмурился:
– Знаю. Это галифаксы. Я вступился за какого-то беспризорника… и получил, – Сет невольно потрогал обрубок руки. Кошка, желая подбодрить его и смягчить свою грубость, проникновенно сказала:
– Но я уверена, что ты и сейчас в рукопашной задашь жару любому из нас!
Сет рассмеялся.
– Спасибо, Фелиса. Однако я не хотел бы драться ни с кем из вас. Вы сильные воины, мне в любом случае не поздоровилось бы.
– Откуда знаешь, что мы сильные? Подглядывал за нами вместе с Энеем?– Воин смущенно кивнул. – Ладно уж. А кстати, откуда ты знаешь его?
– Мы с Энеем были легатами одного ректора. Сдружились в детстве и дружим до сих пор. Он мне помог однажды, и теперь я помогаю ему с вами.
Долгое время они шли молча. Сет все время порывался что-то сказать, но отчего-то не мог начать. Наконец, он собрался:
– Эней просил передать тебе кое-что. Он понимает, что был не самым примерным таном. И просит прощения. В первую очередь, у тебя. И Инвера.
– Эней никогда не попросил бы прощения. Не ври, – девушка удивленно вскинула брови. Чего-чего, а этого она не ожидала.
– Я не вру! И вообще, как ты со мной разговариваешь? – притворно-строго спросил рыжий воин.
– Ты мне ни тан, ни Правитель. Как хочу, так и разговариваю.
Она засмеялась, щелкнула недоумевающего воина по носу, обратилась и побежала, петляя между сиренью. Что бы она ни говорила, ей было важно то, что сказал Сет. «Первый раз я ошиблась в человеке. Эней совсем не бездушный и черствый. Видимо в его жизни тоже было много боли, вот он и закрылся ото всех».
Сет, вздохнув, тоже обратился. В рыжего кота, с длинными ушами, одно из которых было разорвано пополам, с длинной шерстью на задних лапах и сломанным хвостом. Он бросился вслед за кошкой. Они немного побегали по саду и, выдохшись, приняли обычный облик. Девушка облокотилась на забор. Сет поднял глаза к небу и произнес:
– Пора спать. Завтра начнется тяжелое путешествие. Надо быть сильной.
– Все равно не усну, – тут же возразила кошка. – Полнолуние. Да еще и новости такие.
Узкие щелочки зрачков глаз Анагон блеснули в полутьме.
– И грог я не пила… Что вы туда подмешали?
Конюх повел скулами.
– Знаешь, я сказал правду про Энея. Он действительно просит у тебя прощения. За все. И он просил тебе эту книгу передать.
На красной обложке довольно хорошо сохранившейся записной книжки было указано: «Сказки и легенды, собранные Анагоном Грантом, из(затертая неразборчивая надпись)».
– Хах, тезка. «Из»… откуда? Анагон Грант откуда? Может, навещу его как-нибудь. Тезка, да еще и пишет. Нам есть о чем поговорить.
– Не удастся, – вырвалось у Сета, и он тут же пожалел о сказанном.
– Почему же?
– Он живет слишком далеко. За Туманным островом. И у тебя не будет времени теперь.
– Хорошо. Но ты не ответил на мой вопрос.
– Какой вопрос? – притворился парень. Но Анагон лишь закатила глаза:
– Что вы подмешали в грог? – Конюх прикусил губу. – Ладно, знаю, не ответишь. Не выдаешь друга. Я не думаю, что это было что-то вредное. Но эти все ваши секреты… Передай Энею, что я злюсь только из-за этого. За все остальное он прощен, – девушка улыбнулась.
Внезапно что-то закрыло девушке рот и нос, лишая способности дышать. Разум быстро покидал её. Она смогла лишь различить сильный запах мандоры. До её угасающего сознания долетел шепот. Потом она упала, и её облепила темнота.
«Спасибо, полунка».
Клир XI
Проснувшись, Рей долго не мог понять, почему он лежит не на кровати, а около входа в комнату. Голова противно ныла, в горле пересохло. Потом воин вспомнил вчерашний грог, но это не прояснило ситуацию.
«Обычно меня так не выносит от алкоголя. Да я и немного выпил. Странно».
Он спустился в гостиную. Там в кресле сидел Инвер и качался вперед-назад, справляясь с головной болью.
– Доброе утро! – поприветствовал его легат.
– Как сказать, – буркнул волк, потирая виски.
– Да, согласен, прозвучало как издевка.
– Зачем Эней снял все наши заклинания? Даже моя нечувствительность к боли практически сошла на нет. Что за ерунда – «побудьте сами собой»? Я – это я, когда я не чувствую боли. А сейчас я – просто бесполезный больной.
Вошла Венус. Увидев смущенное лицо Инвера, обращенное к ней, она все поняла и, тряхнув браслетами, подошла и положила руки ему на затылок. Волк задрал голову и, улыбаясь, смотрел ей в глаза. Девушка покраснела и смущенно отвела взгляд.
– Интересно, Эней выйдет с нами попрощаться? – задумчиво спросила девушка. Парень тут же помрачнел и опустил голову, стряхивая её руки.
– Не дуумаю. Он слишком занят. Собой.
– Но должен же он сказать что-нибудь своим легатам! – неуверенно возразила Венус.
– Он все сказал вчера, а на большее наш тан не способен.
– Зачем ты так…
Рейгар дунул на ладонь, и с неё сползла маленькая полупрозрачная змейка и исчезла за дверью. Через несколько минут она вернулась, вползла парню в ухо и исчезла. Легат нахмурился и кивнул волку.
– Его нет в доме.
– Сбежал, – сплюнул Инвер.
– Может, ему новых легатов дали, – возразила Венус, но было понятно, что она сама не верит в то, что говорит.
Тут в комнату, громко хлопнув дверью, вошел Конюх.
– Всем привет! – бодро воскликнул воин. – Вы готовы?
– Да! – легаты потрясли сумками, в которые с утра уложили все самое необходимое.
– Тогда отправляемся прямо сейчас. Потом разогреет, будет тяжело ехать. А сейчас самое то.
– А Анагон? – спросил Рейгар, заглядывая за спину Сета, надеясь увидеть там девушку. Но её там не было.
– Она присоединится к нам позже, – отчего-то смутившись, ответил воин. – Когда успокоится.
Рейгар непонимающе наморщил лоб:
– То есть – «успокоится»? Что с ней? И где она?
Сет открыл было рот, но вдруг со стороны двора раздался крик Анагон:
– Я СПОКОЙНА!
Сет смутился ещё больше, но продолжил.
– Уже проснулась. Что ж, тогда идем. Нужно ещё оседлать лошадей – путь неблизкий.
Распахнулось окно, и в комнату впрыгнула вздыбившаяся кошка. Она громко зашипела на Сета и несколько раз ударила воздух костистой лапой. На улице раздалось конское ржание, и в открытое окошко просунулась голова Полулунницы, мерно жующей уздечку.
– Как ты… – Конюх изумленно ловил ртом воздух. Кошка громко рявкнула и хотела уже броситься на воина, но Рейгар быстро наклонился и поднял возмущенно шипящую Анагон на руки. Он мерно поглаживал её, пока шерсть кошки не улеглась, а хвост не перестал бешено мотаться из стороны в сторону. Анагон дернулась и обратилась, но Рейгар не расцепил кольца своих рук, удерживая девушку. Анагон недовольно дернулась, но смирилась.
– Дверь вынесла! – запальчиво крикнула она Сету.
– ИЗ КОНЮШНИ?
– А ГДЕ ТЫ МЕНЯ ЗАПЕР?!
По волосам Анагон бегали искры. Одежда была очень мятой, а из кармана торчал клок сена. Рей незаметно вытащил его.
– Ууспокойтесь. Не стоит так начинать пуутешествие, – Инвер по очереди заглянул в глаза ссорящихся. Сет смутился, а Анагон фыркнула и выбежала на улицу. Раздалось конское ржание, затем затихающий топот копыт.
– Что ж, если Анагон уже оседлала лошадей, то отправимся в путь? – предложил волк.
Легаты вышли из дома, сели на лошадей и выехали за пределы сада. Сет последний раз проверил замок на двери опустевшего дома и, оседлав крупного гнедого коня, подъехал к легатам. Воины двинулись прочь по тропинке, выложенной мелким белым гравием. В последний момент Венус обернулась и вгляделась в темные окна дома, будто высматривая кого-то.
– Надеешься, что он выйдет? – Инвер прищурившись смотрел на девушку.
– Да, – просто ответила та. – Мне все-таки кажется, что он не такой плохой, каким хочет казаться.
– Зачем ему это? Зачем казаться хуже, чем ты есть на самом деле?
– Вот этого я не знаю.
– Тогда едем.
Легаты ехали весь день, сначала по степи, потом через редкий перелесок, но уже к середине дня они въехали в полноценный, густой лес. Анагон так и не примкнула к ним. Лишь изредка она показывалась впереди на дороге, да на развилках сверяла путь, но тут же исчезала вновь. Один раз Рей догнал её. Они долго о чем-то говорили, и девушка вновь умчала. Когда наступило время ночлега, Сет отъехал от места остановки и долго звал девушку, но безуспешно.
– Я могу пойти поискать её, – предложил Рей. Он очень переживал за Анагон.
– Нет, ложись спать, с ней ничего не случится. Здесь безопасно.
Легаты собрались возле костра. Лошадей поставили вокруг. Расстелили лежаки, Конюх начал готовить ужин.
Венус подошла к своей лошади, достала что-то из сумки и сжала в руке. Затем подошла к Инверу, склонившемуся над костром и нацепила веревочку ему на шею.
– С днем рождения, волк! – шепнула она.
Удивленный Инвер поднялся в полный рост. На груди, на веревочке у него болтался странный мешочек с пришпиленным сбоку пестрым перышком кречета. Инвер взял его и положил на ладонь. В мешочке что-то сухо шуршало.
– Венус, это что? – волк пытался выразить одновременно и радость, и удивление, но его невыразительному лицу это было крайне сложно.
– Амулет. Я собрала самые сильные травы в округе и связала их в амулет. Постарайся никогда не снимать его. Он правда действует. Он будет оберегать тебя, – прошептала девушка и неуверенно погладила воина по плечу.
– Венус… Это так мило! Правда. Спасибо. Я не буду его снимать, – он наклонился к девушке и неуклюже приобнял. – Не думал, что кто-нибудь вспомнит.
– Гад ты, Инвер! – раздался за их спинами голос Рея. – Конечно, мы немного припозднились. Но ты сам понимаешь – все это путешествие немного нарушило наши планы. Ну, желаю тебе всего… и чтобы всё… и все…, – воин замялся. – Короче, это тебе! От меня и Анагон, – он протянул волку ножик, выкованный из необычной черной блестящей стали. Отсветы от костра вспыхивали на гладкой поверхности лезвия и тут же исчезали.
– Оу, вы уже делаете совместные подарки? – засмеялась Венус.
– Да нет же! То есть да… – Рей заскулил. – Не вгоняй меня в краску! Этот нож Анагон нашла на рынке. Он из той самой пресловутой рунской стали. Я только заговорил его.
– Заговорил?
– Зашептал, – пояснил медведь, но вновь увидев недоумение на лицах легатов, хмыкнул. – Точно, я же вам не рассказывал. Ну, как-нибудь в следующий раз. Мне кажется, или день рождения все-таки у Инвера? Хватит обо мне.
Инвер усмехнулся.
– А на что ты его заговорил?
– Этот нож никогда не причинит зла твоему другу. И нанесет смертельные раны врагу.
– Спасибо. Спасибо вам, все троим, – Инвер улыбнулся. – Это мой первый настоящий день рождения с тех пор, как … за последние несколько лет.
Это постоянная излишняя скрытность Инвера задела Венус, но та не подала виду. Вскоре Сет позвал их к костру, и легаты расселись вокруг огня, по очереди принимая из рук воина дымящуюся ароматную похлебку в широких деревянных мисках. То ли Сет действительно был отменным кулинаром, то ли легаты просто очень сильно вымотались за день, но с ужином было покончено за несколько минут.
***
На следующее утро первым, что увидел проснувшийся Рей, была Анагон, сидящая возле него скрестив ноги и вновь пишущая что-то в свой уже истрепавшийся блокнот в красной обложке. Он остался лежать неподвижно, не выдавая своего пробуждения и невольно любуясь девушкой. «Она такая одухотворенная, когда что-то сосредоточенно делает». Но его опять постигла неудача.
– Долго ты так лежать собрался? – не открываясь от книжки, спросила кошка.
– Ммм… доброе утро, – Рейгар открыл глаза.
– Доброе. Не получается у тебя незаметным быть.
– Но я стараюсь. Что в этот раз не так?
– Дыхание. Прости, но когда ты спишь, ты…, – она покраснела, – сопишь. А когда проснулся – дыхание сбилось. Все просто.
Начал просыпаться Инвер. Он сел и, протерев глаза, воскликнул:
– О! С возвращение, кошка!
– Спасибо. Рейгар был единственным, кого я смогла столкнуть с лежака.
Тут Рей обнаружил, что действительно лежит на земле и ему холодно, а Анагон расположилась на его лежаке.
– Ты же не против? – сверкнула глазами Анагон, но тут рассмеялась. – Шучу. Да, Инвер, с прошедшим тебя. Прости, не смогла присутствовать лично. Настроение не то было. Но ведь Рей передал тебе мои пожелания? Вчера весь день сочиняла, а потом пыталась втолковать ему, что сказать. Он ничего не может запомнить, такой глупый. Но я вроде добилась от него двух связных запомненных слов. Так он поздравил тебя?
Рейгар испуганно взглянул на Инвера. Тот закусил губу, а затем крайне неправдоподобно ответил:
– Безусловно. Он был очень… красноречив.
Рейгар облегченно вздохнул. Кошка прищурилась, внимательно вглядевшись в лица воинов, а затем махнула рукой:
– Конечно, вы все врете, но ты доволен, Инвер, и даже покрываешь этого растяпу, так что замнем.
Зевая, к ним подошла Венус.
– Всем доброе утро! Как вы думаете, долго нам ещё ехать?
– В обед мы въедем в Сизый лес, если поторопитесь. Доброе утро, – Сет прошел мимо и подошел к лошадям.
Волк начал складывать лежаки. Венус тушила костер, а Анагон отвязывала и отряхивала лошадей. Рейгар чуть отошел от них и, выбрав свободное местечко, отжимался. Анагон невольно залюбовалась игрой его мышц. Рейгар, заметив это, воодушевился и попытался отжаться на одной руке, чтобы произвести на Анагон ещё большее впечатление. Но мокрая от росы трава подвела его, и легат растянулся на земле. Анагон сделала вид, что не заметила этого, хотя внутри неё всё клокотало от смеха.
Часам к одиннадцати они действительно добрались до странного леса, окутанного серым, неприятно пахнущим и липким туманом. Деревья как будто покрылись налетом, слетающим от прикосновения. Венус громко чихнула несколько раз подряд.
– И этот лес тоже… – прошептал Сет. – Дальше лошади не пойдут. Да уже и недалеко осталось идти.
Легаты спешились. Лошади, оставшись без седоков, испуганно заржали, встали на дыбы и помчались обратно.
– Мы их увидим ещё? – Анагон провожала коней грустным взглядом.
– Вы ещё многое увидите.
Конюх предупреждающе поднял руку, призывая легатов к вниманию.
– Хочу сразу предупредить. Это очень странный лес. Вас могут преследовать странные запахи, звуки, чувства, даже видения. Каждому этот лес открывает что-то особенное. Я не могу сказать, хорошо это или плохо, но это факт. Будьте аккуратнее, не совершайте глупостей. Нам нужно дойти до Камня всех Дорог. Он должен быть где-то здесь.
– Лес-Всех-Дорог, – задумчиво повторила кошка. – Ещё одна легенда, которая стала явью только для нас?
– Да.
– И он, как и в легенде, может открыть самый короткий путь в любое место на Алиоте.
– Именно так.
– Идем, – Инвер решительно шагнул под сень белесых деревьев. Венус, опасливо оглядываясь, потрусила следом. Рейгар замкнул шествие, на всякий случай взяв в руки секиру.
Деревья – одинаковые, уродливые, мертвые – сменяли друг друга, перемежаясь с кривыми, гнилыми кустарничками. От этой ряби Венус стало не очень хорошо, и она споткнулась, запнувшись о корень. Инвер развернулся и успел её подхватить.
–Аккууратно! – волк улыбнулся и не выпустил руки девушки.
Рейгар посмотрел на Анагон, записывающую что-то прямо на ходу. Она и не думала спотыкаться. Парень вздохнул, но прервал сам себя. Его внимание привлек какой-то шум. Рей напряг слух. Ветер донес до легата мелодию тихой, незамысловатой мелодии. «Кто может петь в этой странном лесу? Кому вообще придет в голову здесь гулять?». Он оглянулся на других легатов. Те шли, как ни в чем не бывало, будто не слыша звуков, доносящихся из чащи. «А ведь у меня не самый лучший слух из нас пятерых. Может, это и есть те странные звуки, которые, как говорил Сет, будут нас преследовать? Но тогда я обязан узнать, откуда они доносятся». Рей ещё раз обернулся и, удостоверившись, что на него никто не смотрит, шагнул в сторону, в тень деревьев, а затем, крадучись, побежал на звук по еле приметной дорожке.
Как только он скрылся за деревьями, Анагон подняла голову и посмотрела ему вслед. Она открыла было рот, что сказать об этом Сету, но передумала и показала вместо этого язык его спине.
Вдруг Венус резко обернулась и, склонив голову набок, начала к чему-то прислушиваться. Затем вопросительно посмотрела на Анагон.
– Что? – не поняла она.
– Ты не слышишь? – удивилась волчица. – Там ребенок. Кажется, он плачет.
Кошка обратилась в слух, но не услышала ничего, кроме шепота ветра в кронах серых деревьев. Венус сурово нахмурилась.
– Мы должны узнать, что там.
– Вряд ли Сет будет согласен… – неуверенно протянула Анагон, глядя в след рыжему воину. Тот шагал чуть впереди и не слышал разговора девушек. Венус решительно мотнула головой.
– Мне всё равно. Там ребенок, и он, кажется, в беде. Я должна ему помочь.
Инвер, до сих пор хранивший молчание, согласно склонил голову:
– Я иду с тобой. Анагон, скажи Сету… Ну ты придумаешь, что сказать ему.
Девушка фыркнула.
– Разумеется. Идите и возвращайтесь скорее, не теряйтесь.
Волки обратились и нырнули в кустарник, подняв столб серой пыли, слетевшей с сухих листьев. На шум обернулся Сет.
– Куда они? – как ни странно, в голосе его не было ни нотки суровости или злобы. Вопрос прозвучал рассеянно и устало.
Не смотря на это, Анагон покраснела и испуганно забегала глазами. Она ещё не придумала, что ответит воину, но тот, внезапно, сам пришел ей на помощь.
– Они что-то увидели, верно? Или почувствовали?
– Венус услышала. Она сказала, что там плачет ребенок.