- -
- 100%
- +
Глава 1
– Да, нам требуется медсестра, – раздался в трубке приветливый мужской голос, – я глава деревни Егор Лаврентьевич.
– А что нужно делать? – осторожно проговорила София.
– Ну как – осмотры там, прививки, что обычно медсестра делает?
– А доктор есть?
– Да к чему он, не болеют у нас, – после небольшой паузы ответил голос.
Софию это немного смутило, но, списав все на свое волнение, продолжала задавать интересующие ее вопросы
– Еще хотелось бы знать о зарплате и месте проживания.
– Не обидим, уж поверьте! Жилье хорошее, почти новенький срубовой дом, – голос говорил медленно, как будто взвешивал каждое слово, – зарплата хорошая. А главное – люди здесь золотые. Добрые, приветливые. Мы как одна семья. Всегда друг другу помогаем.
– Спасибо за информацию.
София собралась отключиться, но услышала:
– Вас когда ждать?
Она растерялась, но немного подумав, решительно ответила:
– Через две недели. Приеду, как отработаю положенный срок после увольнения. Остался самый главный вопрос: как до вас добраться?
Глава деревни подробно объяснил, на каком автобусе доехать, где выйти и ждать встречающего.
София положила трубку и перед глазами всплыло воспоминание из детдома и няня. Слово семья пульсировало в голове, София всегда мечтала о ней, и постоянно расспрашивала няню о родителях.
– Расскажи еще раз, – хныкала София с разбитой коленкой. – О маме, папе, какие они были?
– Мама твоя была такой красивой: русые волосы длинные и густые, в косу заплетенные, вот как у тебя сейчас. И такие бездонные голубые глаза, никогда таких не видела. Реснички белые, как волосы. Необычные. Как-будто прозрачные. Ты так похожа на свою маму! Вот только веснушек у нее не было. А у тебя есть! Они делают тебя еще красивее, как солнышко! – няня щипала за щечки девочки.
София не любила свои веснушки, думая, что они даны ей в наказание, а иногда считала, что ей их нарисовали злые детдомовские девочки-подростки, когда она была совсем малышкой.
– А папа? – спросила София, чтобы няня продолжила рассказ.
– Папа полная противоположность маме, думаю, в нем было что-то от цыган. Представь себе смуглого, стройного красавца с черными волосами и карими глазами. Не знаю, почему ты не родилась темненькой. Такие гены обычно сильнее, – гладя малышку по светлым волосам, размышляла няня.
– А почему ты решила, что они мои родители?
– Так они сказали тебе на прощанье, пока ты агукала в пеленках: “Дочуленька, мы обязательно вернемся за тобой. Нам надо решить серьезное дело и мы тебя отсюда заберем.” – процитировала в стомилионный раз няня. – Передали мне тебя и просили заботиться.
– А почему ты не узнала у них зачем они так со мной поступают? – всхлипнула София, это воспоминание каждый раз доводило ее до слез.– Да как же это, спросила! Они сказали, что не хотят подвергать тебя опасности. И добавили, что очень тебя любят, – няня поцеловала девочку в щеку.
Она делала это каждый раз, когда доходила до этой части истории. А София достала из кармана носовой платок с необычным, вышитым знаком бесконечности с красивым цветком и вытерла слезы.
– Ты молодец, что хранишь этот платок, – улыбнулась няня.
– Еще родители сказали, обернувшись на прощание, что если не придут за мной, то этот платок мне поможет их найти, – сказала София, убирая его в карман.
– Точно, – няня чмокнула девочку в лоб.
Няня любила ее, но не всегда могла защитить от старших. И однажды случилось то, чего она боялась.
– Что ты там прячешь все время в кармане?
Три девочки прижали Софию к стенке. Двое держали руки, а третья достала из кармана носовой платок с узором.
– Не трогайте! Это мое. Это моих родителей.
София плакала, пыталась кричать, но девчонки постоянно затыкали ей рот.
– Молчи, коротышка, если жить хочешь, – говорила самая злая из хулиганок, Кристина.
Поговаривали, что пьяная мать притащила ее за шкирку, пока та была совсем маленькой и сказала, что отказывается от этого маленького чудовища. И Кристина действительно выросла такой, обозлившись на всех.
– Только не трогайте мой платок, – умоляла София.
– Не трогайте мой платок, – писклявым голосом повторила Кристина.
Две другие девчонки захохотали.
– Хочешь, я буду каждое утро заправлять твою постель? – предложила София.
– А это идея, коротышка! – Кристина подожгла платок, гнусно смеясь и наблюдая за истерикой Софии.
Девочки зажали ей рот и руки, и она беззвучно, со слезами на глазах кричала и пыталась вырваться, чтобы спасти дорогое воспоминание о родителях. Но мерзкая Кристина сожгла платок дотла и пригрозила, что если София не будет заправлять каждое утро ее постель, то сожжет что-нибудь еще.
София долго горевала из-за платка, думая, что без него не сможет найти родителей. Но узор настолько въелся в память, что она начала рисовать его на тетрадях, листочках и даже внутри тумбочки, пока не убедилась, что он прочно засел в голове.
И именно сейчас, после разговора по телефону с этим мужчиной, у Софии в памяти всплыл узор. Доброжелательный голос главы города дал толчок воспоминаниям? Или осознание, что она обретет семью в той деревне? Пусть даже с чужими людьми? Софию непонятным образом тянуло туда.
А всего лишь месяц назад она думала, что у нее идеальная жизнь: прекрасный муж, любимая работа и уютная квартира.
– Дура! Неужели ты думала, что я могу полюбить такую?
– Какую?
– Такую! Самооценка где? В своем вшивом детдоме забыла? – Олег скривился будто оказался один на один с насекомыми. – Мне королева нужна, а у тебя стержня нет.
Он опустил руку и припечатал без того низкую самооценку Софии. Из-за насмешки в словах и взгляде Олега, София не узнавала человека, за которого два года назад вышла замуж. Слезы потекли по щекам медленно, а кулаки сжались быстро, будто собирались зажать капли и высушить. София сосчитала до десяти и промолчала. Снова. Так и не научилась постоять за себя. В детдоме предпочитала в угол за проделки других отправиться, чем попытаться объяснить, кто виноват, на первой работе подписала заявление на увольнение за кражу, которой не совершала. Пряталась от проблем, а тут Олег: подставил плечо, говорил только хорошее, помог в квартире, полученной после детдома обжиться. Все взял на себя, только бы София ему улыбалась.
В ЗАГС она полетела на крыльях, отбрасывая сомнения. Зря… Доверилась и потеряла все.
– Побыстрее не можешь? Мне уходить надо, – нетерпеливо проговорил Олег, наблюдая за Софией.
Она не торопясь укладывала вещи, чтобы еще чуточку побыть в этих стенах, где хоть и недолго, но была счастлива. Олегу позвонили и он ушел в подъезд, захлопнув входную дверь. София выдохнула, зная, какие долгие разговоры ведет муж по телефону, она порадовалась, что появилась возможность спокойно попрощаться с квартирой.
София зашла в гостиную, взгляд ее остановился на фотографиях. Она с такой любовью вставляла их в рамки. На одной София в обычном белом платье, с букетом в руках и прозрачной фатой на уложенных в косу волосах, неуверенно улыбается, думая о будущем. Олег серьезный, в белой рубашке с бабочкой, которую ему купила София. Он жалел, что согласился на девчачью чушь со свадьбой, все время твердил, что надо экономить. Они даже расписались в будний день, почти никого не пригласив, и воспользовались услугами штатного фотографа. Олег совсем не любил делать совместные фото, говорил это глупости.
Вторую за их совместную жизнь София урвала на пляже в день годовщины свадьбы. На кадре она целует его в щеку, светиться от счастья, глупая, а он смотрит мимо. Почему София не обращала на это внимание? Ведь все говорило, кричало, предупреждало об его отношении к ней. Но она была так ослеплена любовью, что не придала этому значения и фотографировалась дальше одна.
На третьем фото София стоит в одиночестве с букетом трав на лесной поляне. Уже не улыбается, но во взгляде все та же любовь.
София посмотрела на закрытую дверь спальни и вспомнила, как прибежала довольная с новым паспортом и поспешила к мужу похвастаться. Он лежал в спальне и смотрел телевизор.
– Смотри, любимый! У меня новый паспорт с новой подписью!
Олег удивился:
– Мы же договорились, что ты поставишь ту, другую, которую мы вместе выбирали, тренировались.
– Прости, я всегда хотела уникальную подпись и решение пришло молниеносно, – София смутилась.
– Я не знаю, это такой опрометчивый поступок, не в твоем духе. У нас же все общее, а ты даже со мной не посоветовалась, – в голосе Олега звучала досада.
– Не злись, предлагаю обмен! Я учу тебя новой подписи, а ты учишь меня водить машину, – улыбнулась София и юркнула в объятия мужа.
Олег неожиданно быстро успокоился и, обняв жену в ответ, согласился на обмен.
Теперь она умела водить, а Олег мог подписать любой документ за нее.
София встряхнула головой, отгоняя тот день и упреки. Как она могла попасться на такое? Ведь надеялась, что не станет жертвой обманщиков, как другие детдомовские. Слышала много историй. Одну девочку обманул риэлтор. Она хотела сдать свою квартиру и пожить у парня, а риэлтор подсунул договор купли-продажи, заболтав детдомовскую так, что она ничего не увидела. Другая получила комнату и дала пожить друзьям. А они умудрились продать ее угол. Теперь и София оказалась в числе жертв обмана. Мечтала о собственном уголке и лишилась его.
Все началось в шутку, а вытекло в трагедию того дня, когда жизнь ее изменилась навсегда. Она пришла в пятницу с работы пораньше, чтобы сделать мужу сюрприз и позвать его на прогулку. Олег работал дома и ценил тишину, поэтому София без шума закрыла за собой входную дверь. Но услышала из спальни совсем не рабочие звуки, да и женская обувь смутила.
– О, замухрышка пришла, – муж даже не смутился приходу жены. Он лежал в постели с другой женщиной, и они смеялись, глядя Софии в глаза.
– Как продвигается твой проект? – только и смогла произнести София, находясь в тумане, а говорил за нее будто кто-то другой.
– Как видишь, все идет отлично, – не ожидая такой реакции, запнулся муж. Он был уверен, что жена в слезах молча выскочит из дома.
– Смотри, ты кактус забыл полить. Он же засохнет! – София гордо прошла к комоду, взяла стакан с водой и вылила на противную бабищу.
– Эта квартира теперь не твоя, проваливай! И, да! Мы разводимся! – взбесившись, закричал Олег и с любовью обнял мокрую курицу, уже не обращая внимания на Софию.
Ее передернуло от картинки из прошлого. София до сих пор не могла понять той своей неожиданной реакции на происходящее.
Уже немало времени прошло с тех пор, а последние слова мужа до сих пор звучали у нее в голове. Как и стук ее каблуков по подъезду, пока она бежала вниз, с желанием покончить с собой. София никогда не давала волю слезам. Нельзя. И сейчас справилась, хоть и стоит в своей уже бывшей квартире и прощается с ней.
Вся одежда поместилась в одном чемодане. Жизнь в детдоме давала о себе знать, там у всех было ограниченное количество личных вещей. Осталось забрать с кухни любимые травы и кружку. Пройдя по маленькой и уютной прихожей, где София сама клеила бежевые обои, она выдохнула и открыла дверь, мельком посмотрев на Олега, беспокойно расхаживающего взад и вперед по лестничной клетке
– А знаешь, я рада, что это случилось сейчас, а не позже.
– И почему же? – зло уставился на нее Олег.
– Я бы не хотела ребенка от такого чудовища! – Взяв чемодан с вещами, она захлопнула дверь квартиры и не оборачиваясь пошла прочь, игнорируя проклятия, сыплющиеся на ее голову, ключи-то остались внутри.
Выйдя из подъезда София споткнулась о порожек, упала на колени и расплакалась. Подул сильный ветер и через несколько секунд закапал дождь. Таксист выскочил из машины, помог ей подняться, забрал чемодан и проводил до машины.
– Тяжелый денек? Да еще этот дождь.
– Немного, – София вытерла слезы, но их новая партия опять намочила щеки.
– Вы знаете, у меня предчувствие, что скоро вам крупно повезет! У меня бабушка была ведьмой. Может я в нее теперь такой предсказательный, – таксист засмеялся над собственной шуткой, заводя мотор.
София заметила в зеркале заднего вида добродушный взгляд мужчины, но не стала отвечать, не желая поддерживать беседу. Она молча уставилась в окно, думая о бесперспективности дальнейшей жизни. Сирота. Без квартиры. С маленькой зарплатой медсестры она вряд ли сможет снять угол. Денег на сберкнижке не хватит на длительную аренду, а еще ведь и мечта есть, на нее София столько лет копила.
– Мы приехали.
Голос таксиста донесся как сквозь туман
– Запомните мои слова! – водитель повернулся, его глаза выглядели стеклянными и мутно- синими. – Будьте осторожны!
– Что? – удивилась София.
– А? – вопросом на вопрос ответил таксист.
Софии показалось, что она сходит с ума. Глаза у мужчины были зеленые.
– Да нет, ничего, спасибо, – она натянуто улыбнулась, подумав, что от нервов уже видятся чудеса, и вышла из такси.
Нажала на звонок домофона, услышала:
– Кто?
– Это опять я, подруга!
Прозвучал щелчок открывания замка и София сразу же забыла о странном мужчине.
– Привет, – тепло ответила Ольга, встретив ее на пороге
Они никогда не ругались и всегда были на одной волне. Еще с медицинского колледжа крепко сдружились: все беды проживали обнявшись, каждую новость обсуждали, что бы ни происходило рассказывали в первую очередь друг другу.
– Оленька, огромное тебе спасибо, что приютила, мне кажется, что я уже так давно у тебя живу.
Они обнялись, и София расплакалась.
Ольга привела ее на кухню. Молча усадила за стол. Поставила кружку с горячим чаем и так же молча села напротив.
– Знала бы ты с какой ненавистью он на меня смотрел, – начала София. – Как я могла поверить этому обманщику? – в этот раз она не хотела сдерживать слезы и считать до десяти. София беспокойно бросила взгляд на окно. Дождь усилился, будто принимая эстафету.
– Ты не дура. Постоянно веришь людям. Даже я, всегда скептически настроенная, поверила, что Олег тебя любит и готов все сделать для вашего счастья. Он всем затуманил разум. А ты найдешь еще достойного мужчину. Главное обрести уверенность в себе. Ты красотка, добрая, с покладистым характером. Твоя проблема, что ты считаешь всех вокруг тебя хорошими, а себя нет. Почему ты так к себе относишься?
На улице к дождю присоединился ветер, он завывал, рвался в комнату, бухнул чем-то в окно. Оля побежала посмотреть, что случилось и успела заметить, как падал, оглушенный ударом в стекло воробей.
– Бедная птица, – протяжно, с грустью произнесла Оля.
София испуганно посмотрела в сторону окна, сжала кулаки и начала считать до десяти. В этот момент она думала о жизни в детском доме. Тот период навсегда оставил след в ее будущем.
– Давай я заварю твой любимый чай! – вскочила София со своего места , разжимая кулаки.
Она по-хозяйски открыла шкафчик, достала заварной чайник, включила плиту и заглянула в сумку – всегда носила с собой какую-нибудь душистую травку, как и брюки, в которых чувствовала себя комфортнее чем в платьях и юбках.
– Уж в этом ты точно лучшая! – Оля отвлеклась от окна и вернулась к столу.
– И даже не спросишь что я туда подмешала? – улыбнулась София.
– Даже не спрошу. Твой травяной чай всегда такой вкусный и я так хорошо после него себя чувствую, – Ольга приманила рукой аромат из чайника. – Если ты не забыла, нам завтра на работу.
– Очень хочу туда! Работать, помогать, лечить и не думать. Просто плыть в любимом течении, – проговорила София, наливая чай.
Беседа плавно перешла на рабочие моменты, и личная жизнь Софии больше в тот день не всплыла. Как и дождик, сменившийся ярким солнцем и красивым оранжевым закатом.
– Милая, может семечек кулек? – услышала София. Она решила прогуляться после работы, чтобы поменьше мелькать перед глазами подруги.
– Семечек? – удивленно повторила София.
– Да, милая, всего за пятьдесят копеек стакан, – подтвердила миловидная бабушка в платке и цветастом платье. – Очень надо их продать, на микстуру не хватает.
– Конечно, бабушка, давайте, – сразу отозвалась София – только у меня нет пятьдесят копеек, да и лекарства на такие деньги вы не купите.
– Дай тогда сколько не жалко, – она ловко насыпала семечки в газетный кулек и поклонилась, получив от Софии сто рублей. – Спасибо, милая, век тебя не забуду
Софии стало не по себе и она медленно пошла к ближайшей лавочке, не оглядываясь. А зря. Бабушка за секунды преобразилась. Вслед Софии смотрел немолодой мужчина и улыбался злой улыбкой:
– Осталось совсем ничего, ты уже на крючке.
София будто что-то услышала и обернулась, но бабули уже и след простыл.
Семечки оказались вкусными. Несколько часов с книгой на лавочке пролетели незаметно, правда магнитная закладка потерялась, хорошо, что под рукой оказался пустой кулек от семечек.
София разравняла его и в глаза бросилось объявление. Оно выделялось на фоне других жирным шрифтом, но было кое-что ещё. В нижнем его углу она увидела знак бесконечности с цветком. Это ей снится? София потерла глаза. Не показалось. Она увидела тот самый знак с ее платка, оставленный родителями и так и сидела с кульком в руках, не решаясь опять посмотреть на объявление, но какой-то голос в голове говорил ей: “Прочитай”, и София взяла себя в руки:
“В деревню Златоуст требуется медицинская сестра. Только вдали от городской суеты вы сможете почувствовать силу и тепло самой матери-Земли. Мы обеспечим вам радушный прием и предоставим очаг.
Телефон для связи…”
София задумалась: кто же не хочет получать тепло от матери. Она об этом всегда мечтала. А доброта у людей так редко теперь встречается, что можно по пальцам пересчитать.
Утром София с тяжелыми от недосыпа веками зашла на кухню и положила на стол кулек от семечек.
– Вчера одна бабуля в парке продала мне семечки, и вот что я там нашла, смотри, – София поставила пустой стакан из-под кофе и протянула газету подруге.
– Требуется медсестра? В деревню? – Ольга подняла брови, встала и отправилась в спальню одеваться.
– Я ночью долго думала. Решила, надо позвонить, вот только увидела, что газета вышла в прошлом месяце. Может уже нашли кого, – громче сказала София, чтобы подруга услышала.
– Ты хочешь уехать работать в деревню?
– Да. Хочу!
– Но зачем? У нас тут хорошая работа…
– Я не могу жить у тебя вечно. А в деревне предоставляют жилье. Зарплату я там постараюсь не тратить и скоплю на мечту, – улыбнулась София, собирая на кухне пакет с едой.
– Найти родителей? – Ольга красила губы помадой в прихожке и перевела взгляд на отражении Софии, когда та подошла
– Да. Ты же знаешь, я не успокоюсь пока не найду их.
– Но ты столько всего перепробовала: в детдом ездила, уговаривала, деньги давала, но тебе сказали, что у них нет данных о твоих родителях! Как ты их найдешь?
– Найму детектива.
– А если и он не найдет?
– Тогда остается одно: искать их по знаку, который вот здесь, – София дотронулась ладонью до головы. – А теперь пошли на работу. В обед позвоню по объявлению и всё узнаю.
– Надеюсь ты понимаешь, что делаешь.
Под вздох Ольги они вышли из дома.
А в обеденный перерыв София опять набрала номер из объявления и узнала, что медсестра ещё требуется. Удача? Совпадение? Или первый шаг к разгадке ее происхождения? А может быть шанс сбежать?
Глава 2
София попрощалась с подругой и не оглядываясь, повезла свой единственный чемодан на остановку, а дальше в неизвестность. На автовокзале с трудом нашла нужный маршрут.
– В такую глухомань никто уже давно не катается, вам повезло. Именно сегодня есть один рейс в ту сторону. Только до Семеновки. На десять км дальше от Златоуста. Билетик брать будете?– выдавила брюзгливым голосом кассирша и указала на старенький пазик непонятного бежево-коричневого цвета.
София засомневалась, что эта развалюха сможет куда-нибудь доехать и тут же согрели прощальные слова подруги:
– Слушай. Чтобы ни случилось, знай, у тебя есть место куда вернуться. Я здесь и буду ждать тебя.
Они обнялись. Ольга заплакала.
– Погоди, плакса тут я, – улыбнулась София.
– С кем поведёшься, от того и наберешься, – проревела Ольга.
София, разжав объятия, с грустью и любовью посмотрела на подругу.
– Спасибо, моя дорогая. Люблю тебя! Спасибо за поддержку.
– Ты же не прощаешься насовсем? Здесь твой город, я в конце концов.
– А где мой дом, Оль? – София отвернулась и начала считать до десяти, чтобы не разреветься.
– Я всегда думала, что здесь, – насторожилась подруга.
– Никогда не считала этот город своим домом. Не могу тебе сказать почему. Просто чувствую.
– Но если бы не он, то мы никогда бы не встретились.
– Знаешь, у меня предчувствие, что в деревне мне понравится.
София не хотела нагружать подругу своими проблемами, нужно было справляться дальше самой. С работой в Златоусте вовремя повезло, не придется стать обузой единственному близкому человеку, оставшемуся в её жизни.
– Куда? – спросил водитель, прервав размышления Софии, как только она осторожно начала подниматься с билетом по ступенькам в автобус.
– До Златоуста, – ответила София.
– Не еду ни в какой Златоуст, – голос водителя был грубым, но в нем не чувствовалось никакой злобы.
– Да! Извините, перепутала. Вы едете до Семеновки, а там меня встретят, чтобы довезти до нужного места, – зачем-то начала объяснять София, протягивая билет. Обычно она не была многословной. Но что-то в мужчине располагало, несмотря на его недовольный вид.
– Ну до Семеновки то довезу, – проворчал он, взяв билет, и добавил еле слышно: – И что вам надо в этой забытой Богом деревне.
– Что вы сказали? – переспросила София.
– Нет, это я сам с собой, с умным человеком разговариваю, – улыбнулся мужчина, вид его перестал быть сердитым и автобус медленно тронулся с единственным пассажиром в салоне.
Разместившись в самой середине пазика, София уловила запах душицы. Водитель пил из термоса чай. Она посмотрела в окно, увидела бабушку с корзинкой и чуть не сорвалась с места, женщина напомнила няню, но это не могла быть она, ее уже нет. София обняла свой чемодан и закрыла глаза, вспоминая как первый раз попробовала травяной чай.
– Нянь, а что ты всё время добавляешь в чайник? Это же не обычная заварка? – спросила десятилетняя София, заглянув к няне поделиться успехами в биологии.
– Все правильно! Я завариваю душицу. Она очень полезная, – улыбнулась няня и протянула чашку, – попробуй.
София неуверенно отхлебнула и глаза ее округлились.
– Как вкусно! И название подходящее..
– А знаешь сколько ещё существует трав, не просто вкусных, еще и лечебных.
– Сколько? – София сделала еще глоток чая.
– Очень много! А если в них разбираться, то можно лечить разные болезни с помощью отваров.
Няня рассказала о свойствах мать-и-мачехи, мяты, шалфея, ромашки, чабреца, пижмы. София с большим удовольствием слушала и впитывала информацию, а после отправилась в библиотеку и нашла там книгу о лекарственных растениях. Часами сидела в читальном зале, читала и перечитывала. Чем больше София узнавала о травах, тем больше в ней зарождалось чувство наполненности и погружения в поток.
В той же библиотеке София попыталась найти информацию о необычном знаке бесконечности, нарисованном на платке, который оставили ей родители. Она узнала, что цветок на знаке – это наперстянка. Ядовитое растение. Больше ничего. Поступив в медицинский колледж, София продолжила поиски в местной библиотеке, но тщетно и со временем переключилась на травы, которые растут под рукой. Возвращаясь из колледжа, обязательно заходила в ботанический сад и искала знакомые растения, попутно сравнивая с картинками в книге. Траву София собирала в пучки и вешала над кроватью. А потом они вдвоем с няней экспериментировали со вкусами для создания неповторимого чая в детдомовских пенатах.
– Смотрите! У нашей принцессы Софии появились букеты, – усмехнулась одна соседка по комнате.
– Парень у нее теперь есть, не иначе, – проговорила вторая.
– Леший, что ли? – засмеялась третья и остальные подхватили.
София не отвечала на их придирки, чем больше раззадоривала девчонок, не ответила и на обвинение:
– Признайся, что ты ведьма!
После чего ночью ей намазали пастой лицо и рассыпали все, что она собрала в парке. Няня долго успокаивала Софию, говорила что однажды все встанет на свои места, обнимала и объясняла, что аукнется им еще. Как ненавистной Кристине, которая связалась с плохой компанией после выпуска из детдома. Но все было бесполезно. Со сверстниками София так и не научилась общаться. Совсем замкнулась. Только когда познакомилась с Ольгой, поняла что такое дружба. И она переключилась на тот день, когда они встретились.