Живые тени

– Извините, Мариванна, не предупредила… На работе был тяжелый день.

Вера виновата опустила голову.

– Да что ты, моя хорошая! Не расстраивайся, проходи, – затараторила женщина. – Я супчик сварила, пирожки с картошечкой пожарила…

В первый раз за прошедшие сутки Вера искренне улыбнулась.

***

Под горячей струей воды Вера пыталась избавиться от гнетущего чувства разочарования. Надев объемную хлопковую пижаму, она нехотя поплелась на кухню. Трясущимися руками Марина Ивановна накрывала на стол. Аппетит пропал, но, дабы не обижать старушку, Вера села на высокий табурет. Приблизившись к тарелке, полной еды, она ложкой ковырнула содержимое и, подавляя рвотные позывы, попробовала бульон.

Милая женщина преклонных лет на протяжении долгого времени сдавала комнату в своей просторной квартире. Трое ее детей выросли и упорхнули из-под родительского крыла в большой мир, а муж скоропостижно скончался двумя годами ранее и оставил супругу в полном одиночестве. Из всех квартирантов, когда-либо проживавших с ней, Верочка оказалась в любимчиках. Вежливая, ответственная и образованная девушка с первых минут их встречи разожгла в сердце Марины Ивановны былой огонек материнской заботы.

– Сынок денежку отправил – я вот, помимо лекарств, сумочку прикупила.

Марина Ивановна застенчиво улыбнулась и провела по затылку ладонью. Густая копна кудрявых волос небрежно топорщилась на макушке. Старушка встрепенулась. Ее морщинистое лицо вмиг исказил испуг.

– Совсем запамятовала! – воскликнула она. – Представляешь, делала укладку, присела отдохнуть и забыла закончить. Вот дура старая!

Марина Ивановна скрылась в коридоре. Проводив женщину взглядом, Вера, не вставая, до хруста в позвонках размяла спину. Прикрыв уставшие глаза, она подушечками пальцев провела по векам и тяжело вздохнула под натиском тревожных мыслей о беспросветном будущем.

Помыв посуду, Вера отправилась в свою комнату. От накатившей усталости она придерживалась за стены, оклеенные бледно-розовыми виниловыми обоями. В спальне напротив, развалившись в кресле у трюмо, дремала Марина Ивановна. Вера по-доброму усмехнулась и на цыпочках прошмыгнула к себе. Тишину пронзил резкий звук – скрипнули половицы старого паркета. Вздрогнув от неожиданности, Вера ловко обогнула острый край громоздкой тумбочки, выпирающий в тесном коридоре, и заперлась в комнате.

Просторная вытянутая спальня была уютной. За широкой рамой окна простирался вид на лес. Рядом к подоконнику примыкал письменный стол. Напротив, у стены, возвышался платяной шкаф, а в центре комнаты стояла двуспальная кровать. Вера села за стол, включила ноутбук и сверилась с расписанием уроков на предстоящий рабочий день. Откинувшись на жесткую спинку, она всмотрелась в тусклые огоньки уличных фонарей за окном и достала из кармана смартфон.

Вера сразу открыла вкладку «Контакты». «Паша» – высветилось на экране. Недолго думая, она нажала на вызов. «Абонент временно недоступен», – сообщил мерзкий писклявый голос. Вера сбросила неудачный звонок. От безысходности она настрочила в мессенджере длинное послание, в котором хотела излить душу и пожаловаться на несправедливое начальство. Не дожидаясь ответа, Вера подключила мобильное устройство к сети питания и плюхнулась на мягкую перину. Сон моментально окутал изможденный трудовыми буднями мозг.

Чарующая мелодия будильника томными вибрациями прокладывала путь сквозь крепкий сон. Вера не без усилия разлепила веки и лениво села на кровати. Хмурый пасмурный день не предвещал счастливых перемен. Нелюбимая работа, коллектив из замученных озлобленных теток, наглые ученики – все это накрывало тупой безысходностью. Глаза вдруг наполнились слезами. Вера протянула руку к смартфону. Проверив мессенджеры, она, к горькому сожалению, не обнаружила ни единого сообщения от дорогого сердцу контакта. Паша по-прежнему был не в сети.

Вера по привычке пролистала новостную ленту в социальной сети, проигнорировав кричащие заголовки о странной болезни, поражающей жителей северного региона. «Еще одна пандемия…» – мысленно усмехнулась она.

***

Стоя перед зеркалом, Вера поправляла высокий воротник кремовой блузки с ажурными вставками. Глубокий вырез спереди на узкой синей юбке игриво оголял худую ногу. Тщательно расчесав густую копну каштановых волос, опускающихся чуть ниже лопаток, Вера подвела стрелки на веках, придавая широко распахнутым изумрудным глазам пущей выразительности, и подкрасила тонкие сухие губы лечебным бальзамом с розовым оттенком. На высоком лбу намечались первые морщинки. Недовольно хмыкнув, Вера не без осуждения оценила свой внешний вид.

Перед уходом на работу она проверила старушку. Та на кухне замешивала тесто. Обменявшись с хозяйкой приветственным кивком, Вера поспешила на выход.

В воздухе плавно кружили снежинки. Кутаясь в старый пуховик, Вера быстрым шагом добралась до железнодорожной станции, а уже будучи в вагоне, задремала, едва не пропустив нужную остановку.

По дороге к метро она замедлилась у яркой витрины, в преддверии праздников украшенной новогодней мишурой. Особое внимание привлек манекен, а точнее – зимнее пальто с желтоватым отливом, красующееся на неподвижном силуэте. Придирчивый взгляд Веры скользнул по одежде, из рукава которой небрежно вывалился ценник. Обнаружив на нем кругленькую цифру, она бегом ринулась прочь в попытке скрыться от гнетущей реальности.

Вера не помнила, как добралась до школы. Дрожащими руками стискивая номерок из гардеробной, она сохраняла достойную улыбку, а в душе умирала от зависти и разочарования, глядя на дорогую брендовую одежду своих учеников.

Рабочий день пролетел незаметно. Вера сидела в учительской и под тусклым светом настольной лампы проверяла контрольные работы. Она перевела хмурый взгляд на перекидной календарь, стоящий на краю письменного стола. На завтра было запланировано злополучное родительское собрание. Отшвырнув очередную тетрадь, Вера стиснула смартфон в руках и открыла мессенджер. «Был в сети 15 минут назад» – сообщали маленькие буквы под контактом «Паша». Ее же последнее сообщение, отправленное накануне, оставалось без внимания.

Тишину в помещении нарушил щелчок отворяемого замка. Порог учительской переступила низкорослая пожилая особа. Подмигнув коллеге, она прихрамывая доковыляла до ближайшего свободного стола и поставила на него громоздкий пакет, а сама устало завалилась на жесткий стул.

– Как же я устала от этих избалованных детей! – в сердцах воскликнула женщина. – Как тебя сюда занесло, дорогая? – участливо обращаясь к молодой учительнице, спросила она и, помедлив, продолжила: – Я-то в любой момент могу все бросить и на пенсию уйти, а вас, молодых, жалко. Неблагодарное это нынче дело – быть педагогом.

Вера вяло улыбнулась. Она не желала пускаться в долгие объяснения о несправедливой судьбе.

– Ты, кстати, новости последние не читала? – не меняя интонации, поинтересовалась собеседница. – Опять нам какой-то заразой грозят! То коронавирусом мучили, а теперь обещают эпидемию сибирской холеры.

– Сибирская холера – это кишечная инфекция, – призадумавшись, отозвалась Вера, – люди ею и раньше болели.

– Я не вдавалась в подробности. Краем уха услышала по телевизору, что вирус, ранее неизвестный науке, миллионы лет дремал под слоем вечной мерзлоты.

Вера равнодушно пожала плечами. Ей хотелось поскорее закончить рутинную работу и отправиться домой.

***

«Милая, прости. Навалилось много работы. Нужно готовиться к предстоящей конференции. Надеюсь, меня примут в ученый совет. Приеду в город – все обсудим. Целую. Люблю» – гласило краткое послание от Паши.

Сердце сжалось от плохого предчувствия. Красивые слова и обещания уже не успокаивали, как раньше. Взглянув на свое отражение, Вера отметила излишнюю отечность на безрадостном лице и синяки под глазами. В большой коробке на нижней полке шкафа она обнаружила новую упаковку рецептурных успокоительных и без лишних раздумий проглотила суточную дозу препарата.

Воспоминания урывками мелькали в голове. Вот она, веселая симпатичная девчушка, принимает поздравления на общешкольной линейке и держит в руках красный аттестат. Вот она, полная стремлений изменить этот мир, мчится на утреннюю пару, где ее ненасытный мозг, словно губка, будет впитывать ценные знания. Тут же счастливые моменты наивной юности искажаются разочарованием: «Вы нам не подходите» – звучит суровый приговор из уст тучного мужчины на долгожданном собеседовании. Позже Вера узна́ет, что на «ее» место приняли по блату бывшего одногруппника. И, возможно, его отец, депутат местного собрания, никоим образом не причастен к внезапному карьерному росту непутевого отпрыска.

«Дорогуша, знаем мы таких! – с пренебрежением заявляет женщина средних лет, начальник кадрового отдела центра вирусологии. – Полгода поработаете – и в декрет. К тому же, ваш муж вряд ли оценит частые командировки… Ах, нет мужа? Так скоро появится! Девушка, я же вижу, вы видная: от женихов, похоже, отбоя нет».

Победительница престижных олимпиад и конкурсов, лучшая ученица в классе и группе, Вера подавала большие надежды, которые вмиг разбились об острые скалы жестокой реальности. «Где я свернула не туда?» – мысленно взывала она к голосу разума, но так и не находила ответа.

Особые надежды родители Веры возлагали на ее младшего брата. И, как ни странно, они не прогадали. Уже к двадцати пяти годам молодой мужчина управлял сетью розничных магазинов по сбыту импортных безделушек и прилично зарабатывал. Втайне от родителей он даже оказывал сестре финансовую помощь. Но Вера не могла рассчитывать на его деньги: она прекрасно осознавала, что, как только брат обзаведется семьей, материальная поддержка немедленно прекратится.

***

– Вера Геннадьевна, вы готовы? – набатом прозвенел в голове суровый возглас.

Встрепенувшись, Вера оторвалась от экрана компьютера.

– Родители уже в сборе, – с долей злорадства оповестила Лидия Альбертовна. – Ждут вас. – Она угрожающе прищурила глазки и писклявым шепотом добавила: – И без глупостей, милочка! Уповаю на ваше благоразумие.

Вера брезгливо поморщилась. Она поднялась и на ватных ногах поплелась за директрисой в актовый зал. Общешкольное собрание всей параллели учеников одиннадцатых классов и их родителей проводилось в преддверии выпускных экзаменов.

Десятки встревоженных лиц уставились на вошедших. Лидия Альбертовна уверенным шагом переступила через порог просторного светлого помещения и поднялась на сцену – к трибуне.

Сглотнув плотный ком, подступивший к горлу, Вера буквально заставила себя подойти к свободным местам, отведенным для учителей под сценой, где в мягких креслах располагались ее уставшие коллеги. Директриса вещала в микрофон перед сотней взволнованных зрителей о достижениях школы за минувший год. Однако присутствующие хотели скорее перейти к сути вопроса.

Стыдливо прикрыв ладонью глаза, Вера лихорадочно соображала, каким образом ей избежать позора. Буквально на днях к ней на урок впервые заявился один из учеников выпускного класса. Он нахально пытался вразумить глупую училку и демонстративно тряс липовыми справками о якобы перенесенном заболевании.

– Вы не имеете права ставить мне двойку в полугодии, – возмущенно причитал он, брызжа слюной.

– Вы обязаны были сдавать промежуточные итоговые работы дистанционно, – настаивала Вера.

– Мой отец…

Но Вера его не слушала. Пойди она на уступки сынку богатенького бизнесмена – и потеряла бы авторитет в глазах других ребят. «Черт, Вера, ну почему ты просто не поставила ему тройку?» – корила она себя за упрямство.

– Уважаемая Вера Геннадьевна желает сделать заявление, – неожиданно прозвучало над ухом.

Вера подпрыгнула на месте. Она встала и, дрожа не то от холода, не то от волнения, поднялась на сцену. Пухлая красная физиономия Лидии Альбертовны исказилась в кривой ухмылке. По залу прокатился неодобрительный шепот. Вера оглядела присутствующих. Во втором ряду посередине гордо восседал статный мужчина средних лет в строгом синем костюме. Сбоку от него ерзала на кресле ухоженная красивая женщина. Ее крашеные светлые волосы опускались чуть ниже лопаток и подчеркивали сияющую голубизну глаз, горящих в преддверии триумфа. Между карателями с ехидной улыбкой на вытянутом лице устроился главный палач показательной порки.

Вера сделал глубокий вдох и открыла рот.

– Исходя из сложившейся ситуации, – будто со стороны услышала она свой уверенный голос, – стоит отметить, что устав школы требует неукоснительного соблюдения правил оценивания учеников, руководствуясь их стараниями и успехами в учебе. Смею предположить, необоснованное завышение отметки оказывает пагубное влияние на дисциплину в учебном заведении. Я гарантирую, что выставляемые мною оценки носят объективный характер и каждый ученик получает соразмерно тому, чего заслуживает.

Мерзкие ухмылки вмиг испарились с торжествующих физиономий. Нерадивый юноша испугано вытаращился на отца. Тот в задумчивости нахмурил густые брови с проблесками седины, а мать и вовсе застыла, не решаясь выказать гнетущего разочарования. Лидия Альбертовна злобно уставилась на подчиненную, как вдруг воцарившуюся тишину прервали одиночные аплодисменты. Разрастаясь, они волной прокатывались по залу.

***

Вера поставила подпись в заявлении на увольнение. Лидия Альбертовна осклабилась.

– Очень жаль, что мы расстаемся с вами, – сквозь зубы процедила женщина.

Следом шло заявление на отпуск. Таким образом Вера избавила себя от необходимости отрабатывать положенные по закону две недели.

Сидя в электричке, Вера закинула несколько объявлений на сайт в интернете, в которых предлагала услуги индивидуального репетитора, и просмотрела несколько горячих учительских вакансий по ее специальности.

– Уважаемые граждане, экстренные новости! Просим всех соблюдать спокойствие, – твердил взволнованным голосом ведущий на экране телевизора, висящего в конце вагона.

Вера попыталась сосредоточиться на поиске работы.

– Карантин… зараженные… эвакуация, – донеслись до нее обрывки фраз.

– Чего? – удивленно воскликнула она.

К ней обернулась молодая женщина с соседнего ряда.

– Вводят комендантский час и в срочном порядке отправляют жителей центральных регионов на дистанционку, – спокойно пояснила она.

– Опять коронавирус? – в растерянности уточнила Вера.

– Нет, что-то посерьезнее, – отозвалась незнакомка и достала из кармана пальто смартфон.

Сжимая в руках мобильное устройство, Вера поочередно открывала популярные приложения и внимательно просматривала публикуемые новости. Ничего страшного и вызывающего опасения не привлекло ее внимания, а кадры с горой сожженных трупов и бешеной расчлененной девушкой она отнесла к категории фейков для привлечения аудитории.

Соединение с интернетом внезапно пропало. Экран телевизора погас. Некоторые пассажиры вагона тихо завозмущались. Вера надела наушники и включила сохраненную музыку. Погруженная в свои мысли, она без приключений добралась домой.

***

К началу следующего дня неполадки со связью устранили. Карантин в официальных источниках назвали спланированной кибератакой.

Неспешно допив кофе, Вера отправилась на пробежку. Впервые за долгое время она могла позволить себе спокойно развеяться утром. Присев на лавочку в парке, Вера рефлекторно достала из кармана короткой спортивной куртки смартфон. «Сегодня заеду за тобой в шесть вечера» – прочитала она короткое сообщение от Паши.

– Ни «привет», ни «как дела», – раздраженно буркнула под нос Вера и с удивлением отметила, что уже не так рьяно ждет от любимого сообщений.

С Павликом она познакомилась еще в институте. Он был на два года старше и на две головы выше. Между молодыми людьми быстро вспыхнула искра, чему поспособствовали общие интересы и цели. И вот спустя пять лет их отношения стремительно скатывались в пропасть. Вере порядком поднадоело терпеть резкие перепады настроения партнера, оправдывать его вздорный характер и неделями ждать коротких встреч.

Павел быстро влился в профессиональную деятельность. Он стремительно продвигался по карьерной лестнице и неустанно высмеивал свою половинку за неудачи. «Значит, недостаточно старалась, – каждый раз повторял мужчина, наблюдая за ее очередным провалом на собеседовании. – Полагаю, твой удел – работа учителем, – надменно добавлял он. – Не так уж и плохо!»

Павел проживал в престижном районе города в собственной квартире, полученной в наследство от дедушки, и искренне недоумевал, почему его драгоценная пассия не обзаводится собственным жильем. Вопреки здравому смыслу, слабый огонек надежды еще тлел в девичьей душе, и Вера хотела верить, что их отношения с Павлом наладятся: он обязательно сделает ей предложение руки и сердца и заберет к себе.

Чуть позже дома Вера провела несколько индивидуальных уроков дистанционно и вдруг обнаружила на карте приятный бонус в виде пары тысяч, как ей показалось, легких денег. В довесок пришло уведомление о зачислении крупной суммы денег. Вера открыла личный кабинет в приложении банка и обомлела. Она немедленно набрала нужный номер телефона.

– Артур, ты с ума сошел? – возмущенно воскликнула Вера, едва расслышав в трубке хриплый голос. – Я и сама могу себя прокормить!

Она прикусила язык, припоминая недавнее увольнение и рваный пуховик.

– Вера, послушай, – серьезным и даже испуганным тоном затарахтел брат, – творится что-то неладное. Люди на улицах буквально сходят с ума! Закупи продукты и сиди дома, никуда не суйся и бабулю свою предупреди.

– Я в квартире одна. Марина Ивановна уехала к дочери – с внуками нянчиться. А что случилось?

– Вирус, который откопали в Сибири, оказался не таким уж и безобидным.

– Постой… Это же все спланированная кибератака!

На другом конце раздался нервный смешок.

– Вера, власти блокируют сигналы, – сдавленно выпалил Артур, – чтобы не раздувать панику. Но ситуация явно вышла из-под контроля. Полчаса назад в магазине меня укусил за руку какой-то мужик. Понимаешь?

Вера недобро усмехнулась.

– Зомби-апокалипсис? – с долей ехидства уточнила она.

– Сумасшедшие выглядят вполне живыми, – замялся собеседник.

– Разумеется! Это ведь не кино. Вирусы не размножаются в мертвых клетках!

Артур закашлялся.

– Тот мужик… он прокусил тебе кожу до крови? – спохватилась Вера.

– Нет, меня спасла куртка, но след от зубов остался, – убедительно заверил Артур. – У нас, знаешь ли, тут морозы стоят – не то что у вас, южан: какие-то минус пять-шесть градусов3[3].

Под словом «южане» Артур подразумевал тех, в чьих широтах температура зимой не опускалась ниже двадцати градусов4[4].

– А что за кашель? – спросила Вера.

– Это я простыл пару дней назад.

– Выздоравливай! Береги себя.

– Спасибо! Ладно, сестренка, давай. Пожалуй, сделаю еще одну ходку в супермаркет.

– Не забудь про туалетную бумагу! Рулонов десять купи.

Артур рассмеялся.

– И сотню масок, – продолжала Вера. – Бизнес замутим на спекуляции…

– И литр антисептика, – перебил ее брат.

– Завтра обязательно созвонимся. Учти: у нас четыре часа разницы.

– Значит, позвоню тебе в восемь утра по своему времени.

– Не беси!

Вера сбросила вызов и взглянула на часы: 16:00. В котором часу обещал приехать Павел? В магазин она бы уже не успела…

– Подождет! – уверенно воскликнула Вера, перебивая голос совести.

И решила прислушаться к совету Артура.

***

С полными сумками наперевес Вера выползла из гипермаркета. Сделав еще один шаг, она вдруг осознала, что больше не может сдвинуть с места непосильную ношу. В кармане завибрировал смартфон. 18:30 – светились яркие цифры на сенсорном дисплее. Вера приняла вызов.

– Милая, я звоню тебе уже пятнадцать минут. Ты где? – затараторил в трубке сердитый голос.

– Ты вовремя, – холодно отозвалась Вера. – Я в семейном гипермаркете, в пяти кварталах от дома. Забери меня, пожалуйста!

Павел примчался быстро. Погрузив пакеты в багажник, он озадаченно уставился на подругу.

– Ожидается очередная волна коронавируса? – с долей ехидства поинтересовался Павел.

– Или инфляции… – Вера пожала плечами. – Решила с умом потратить сбережения, пока они не обесценились, – пояснила она.

Недоверчиво покосившись на подругу, Павел сел за руль. Он заметно нервничал и суетливо ерзал на сидении. Вера проигнорировала его беспокойство. Пристегнув ремень безопасности, она взяла в руки смартфон.

Пролистав новостную ленту, Вера озадачено уставилась в окно, переваривая увиденные ею в пабликах5[5]кадры, сделанные очевидцами: колонны военной техники, стрельба на улицах, окровавленные трупы… Прямые эфиры и трансляции блогеров с места кровавых событий немедленно блокировались как нежелательный контент6[6]. С популярных веб-сайтов прямо на глазах исчезали свежие записи. Кто-то явно препятствовал утечке важной информации. Навязчивый страх закрадывался в мозг. «Надо позвонить родителям» – промелькнула в голове.

Вера не сразу поняла, что Павел припарковал автомобиль у ее подъезда и уже вытаскивал из багажника сумки.

– Ты сегодня рассеянная, – раздраженно сказал он.

– Ты ничего странного в сети не наблюдал? – спросила Вера.

– Мне некогда залипать в телефоне. Кто-то же из нас должен деньги зарабатывать? – гневно выпалил Павел.

В его ярких голубых глазах блеснул огонек торжествующего злорадства.

– Странно, ведь я обеспечиваю себя без твоей помощи, – в тон ему отозвалась Вера.

Павел замер.

– Может, и баулы свои сама дотащишь? – сквозь зубы процедил он.

– Может, и дотащу!

Швырнув пакеты на землю, Павел запрыгнул в машину и умчался в ночь, надвигавшуюся на город. К собственному удивлению, Вера не расстроилась. Она лишь заглянула в один из пактов и вздохнула с облегчением: «Ну, хорошо хоть яйца не разбил», – подумала она.

Распределив в руках тяжелую ношу, Вера потащилась к входной двери. Тусклый уличный фонарь освещал припорошенную снегом дорожку.

– Вам помочь? – раздался позади хриплый голос.

Вера испуганно обернулась. Отбрасывая длинную тень, из-за угла дома высунулась темная фигура подростка.

– Я могу помочь донести сумки, – смущено повторил юноша.

Вера кивнула и передала ему часть пакетов. Она даже выдавила кислую улыбку.

– Вам какой этаж? – спросил подросток.

– Седьмой.

Они зашли в подъезд. Вера с нетерпением дожидалась лифта. Светловолосый парнишка смущенно уставился в пол. Невзирая на его юный возраст, Вера все равно мучилась от чувства неловкости, находясь рядом с ним.

– Я вас знаю. Вы обычно поздно возвращаетесь с работы, – продолжил подросток незамысловатый диалог. – Мы по вечерам с пацанами на лавочке тусуемся. Вы нас не бойтесь!

– Хорошо. – Вера искренне улыбнулась.

– Я Павлик, – представился незнакомец.

– Вера, – отозвалась она, а про себя подумала: «Везет мне на Павликов…»

Парнишка аккуратно расставил пакеты у двери квартиры, на которую указала Вера, и заторопился вниз по лестнице.

– Спасибо! – крикнула она ему вдогонку.

– Еще увидимся!

***

Разложив покупки, Вера включила телевизор в гостиной. Она приглушила свет, накинула на плечи плед и устроилась на диване с чашкой горячего чая. На экране мельтешили главные герои кинокомедии, а тем временем за окном разыгрывался буран.

Блаженное умиротворение прервали звуки вибрации. Вера потянулась к смартфону, лежащему в ногах. Разблокировав мобильное устройство, она открыла сообщение от Паши. Взгляд ее скользнул между строк, короткого послания в мессенджере. «Прости, наши отношения зашли в тупик. Давно собирался поговорить. Пришло время нам с тобой расстаться» – гласило оно. У Веры резко перехватило дыхание. «Хорошо» – только и смогла набрать она трясущимися от напряжения пальцами.

Слезы брызнули из глаз. Отставив чашку, Вера уткнулась в мягкий подлокотник и горько заплакала. «И зачем я сегодня была с ним такой резкой?» – сокрушалась она. Истерический плач прокатился по комнате. Пять лет отношений канули в бездну. «Что я сделала не так?» – крутилась в голове навязчивая мысль.

***

Вера проснулась утром. Светало. Экран телевизора давно потух. Мобильная сеть не определялась. В квартире царила тишина. Марина Ивановна домой не вернулась: очевидно, заночевала у дочери.

После легкого завтрака Вера принялась за уборку. Домыв полы, она помчалась в душ, а после, надев на чистое тело теплый спортивный костюм, вышла на балкон. Открыв окно нараспашку, она вдохнула морозный воздух и оглядела верхушки деревьев, простирающихся над горизонтом. В голове крутилось нелепое расставание с Пашей, отчего на сердце неприятно заныло.

Внезапно ее любопытный взор привлекло странное происшествие: на улице под лавочкой зашевелилось тело. Дремавший под ней человек неожиданно встал и побрел в сторону леса, оставляя позади кровавые следы босых ног. Незнакомец отхаркнул на снег алую мокроту, по-звериному рыкнул и резко бросился в чащу. Раздался одиночный выстрел. Беглец плашмя рухнул в сугроб. «Откуда стреляли?» – пронеслась у Веры первая мысль.