Мужчина, женщина и их родители: как наш детский опыт влияет на взрослые отношения

Дочери учатся у своих матерей

Выше мы говорили о вреде и тягостности чрезмерной идентификации, однако теперь пришло время поговорить о нормальном протекании того особенного соединения, которое существует между матерью и ее дочерью.

Они ведь действительно очень похожи: у них одинаковые тела, а их психика проходит через сходные процессы и решает сходные задачи, которые при этом одна из них уже умеет решать и потому знает, как облегчить этот процесс другой. В общем, это и есть условие хороших (здоровых) отношений между двумя женщинами, маленькой и большой: чем больше внутренних задач развития и становления будет решено у матери, тем большему она сможет обучить дочь и тем меньше она будет склонна дочерью пользоваться.

Мать с решенными внутренними конфликтами может серьезно облегчить для дочери выполнение следующих задач:

● научиться хорошему отношению к себе и к своему телу;

● научиться хорошему отношению как к мужчинам, так и к женщинам;

● получить доступ к ресурсам отдыха и восстановления;

● научиться свободе в области своих чувств, в том числе в области агрессии, боли и любви;

● обрести баланс в области привязанности и автономии, стать способной и на то, и на другое как по отношению к матери, так и по отношению к другим людям;

● выработать адекватные установки и навыки в сфере женского опыта, связанного с месячными и родами, материнством и супружеством, а также климаксом, угасанием и умиранием.

Обо всем об этом поговорим подробнее.

Хорошее отношение к себе и к своему телу

К своему телу и к своей личности нужно относиться хорошо. Хорошее отношение рождает заботу, тогда как плохое отношение может создать только насилие. Разница между заботой от хорошего отношения и насилием от плохого заключается в степени агрессивности выбранного метода, в гибкости его использования и в характере внутреннего диалога, который сопровождает любые действия и решения.

Например, забота и хорошее отношение могут проявляться включением в свою жизнь регулярного спорта, оздоравливающих процедур, системного саморазвития, регулярного отдыха или выбора полезных продуктов питания. При этом внутренний диалог звучит примерно так: «Для меня это полезно, я хочу жить хорошей и качественной жизнью».

Насилие и плохое отношение к себе проявляются жесткими ограничениями, перенапряжением в спорте или в работе, маниакальным улучшением себя без учета потребности в отдыхе или выбором неадекватных мер для улучшения – и все это сопровождается мыслями в стиле: «Я жирная корова, я тупая, ленивая и позорная, мне нужно бичевать себя до тех пор, пока из меня хоть что-то не получится».

Очевидно, что системная работа над своей жизнью и ее качеством возможна лишь в первом варианте – поскольку во втором возможны только регулярные срывы, которые будут сопровождаться еще большей ненавистью к себе.

В ненависти к себе может проходить значительная часть жизни, и мама способна научить дочь тому, как этого избежать. Так или иначе, мать, которая относится к себе хорошо, будет демонстрировать дочери и свой внутренний диалог, и свою систему действий, а также с помощью словесных комментариев и невербальных посланий заложит базовое отношение дочери к себе с помощью идентификации (раз маме нравится мое тело, то оно и мне нравится; раз мама возмущается, когда я говорю о себе плохо, то я не буду о себе так говорить).

Наверное, особенно заметным этот процесс становится в подростковом возрасте, когда все девочки начинают сомневаться в себе.

Мамина добрая и адекватная обратная связь способна серьезно упростить девочке прохождение этого периода и остаться с ней на всю последующую жизнь.

Так, мама может научить дочь видеть свою красоту (но не настаивать на ней в подростковом возрасте, поскольку все подростки ненавидят свое тело, и это является частью их горестного прощания с детством и признания необратимости происходящих изменений). Она может говорить ей, что у нее красивые глаза, руки или волосы, может учить не поддерживать отношения с мужчинами, которые ее критикуют.

После неудачного свидания, нанесшего урон самооценке дочери, мать может сказать что-то вроде: «Всегда найдется мужчина, который хочет унизить тебя, чтобы самому почувствовать себя лучше. Этот парень сказал, что тебе нужно одеваться по-другому, не потому, что тебе действительно нужно сменить стиль на более женственный или откровенный, но лишь потому, что его собственная самооценка очень низкая и он нуждается в том, чтобы другие люди его оттеняли. Рядом с ним ты всегда должна будешь себя стыдиться, поскольку он и сам стыдится себя. Держись подальше от таких мужчин и женщин. Люди рядом с тобой, так же как и зеркала, должны отражать твою красоту, а не твои недостатки. Выбирай людей, которые видят твои красоту, ум, чувство юмора, преданность, стойкость и талант – и сторонись тех, кто видит тебя какой-то не такой. С тобой все в порядке».

Также мама, которая любит себя, короткими комментариями о себе самой может помочь дочери в решении непростых современных вопросов.

Например, по поводу рекламы отбеливания зубов она может сказать: «Я не обязана причинять себе боль или тратить деньги только потому, что мои зубы не такие, как в этом ролике. Я могу их отбелить, если мне захочется, но я не обязана». Или высказаться о звучащем в телешоу призыве к худобе в таком стиле: «Похоже, в современном мире невозможно быть достаточно худым. Я согласна с тем, что тело должно быть здоровым, но не соглашусь, что каждое тело должно быть настолько обезжиренным. Я думаю, что это тела профессионалов – спортсменов или моделей, а человек, который зарабатывает на жизнь по-другому, так выглядеть не может, и это нормально».

Базовое хорошее отношение и к мужчинам, и к женщинам

Среди мужчин и среди женщин есть и плохие, и хорошие люди. Это не имеет отношения к полу и никак не характеризует других мужчин и других женщин. Базовое хорошее отношение к обоим полам позволяет свободно и разнообразно строить свою социальную жизнь, в которой есть знакомые и подруги, сестры и учительницы, приятели, друзья и романтические партнеры, братья и опекуны. У каждого пола есть свои ресурсы, которые другому полу недоступны – то, что можно получить от мужчин, нельзя получить от женщин, а женские силы и ресурсы невозможно заменить мужскими.

Мама, которая научилась эти ресурсы распознавать и ценить, а также заботиться о наличии в своей жизни ресурсных отношений, может научить этому непростому процессу и свою дочь. Опыт взрослой женщины касается выбора партнеров и равновесия в отношениях, разрешения конфликтов, проживания разных жизненных ситуаций, способов построения близости и обеспечения границ.

Например, мама может объяснить дочери, что дружба, в которой одному всегда что-то нужно, – это не дружба, а потребительство или что любая компания должна помогать чувствовать себя хорошо, а не плохо. Она может сказать дочери, что у нее есть выбор и что она имеет право на любую дистанцию с любым человеком. Что она не обязана ехать к подруге по первому ее требованию, если не хочет, или не обязана соглашаться на предложение мужчины провести с ним время только потому, что она ему понравилась. Мама может своим примером учить обращаться за помощью, например, когда зовет своих подруг для эмоциональной поддержки или выполнения какого-то большого дела вроде переезда либо когда просит своего партнера помочь ей по дому.

Готовность матери оказывать помощь своей дочери и присутствие в их отношениях границ (таких как правила совместной жизни или отказ пользоваться вещами друг друга без спроса или совсем) могут показать дочери ресурсность человеческих отношений и нормальность ограничений, которые в них существуют.

Доступ к ресурсам отдыха и восстановления

Женщины отдыхают иначе, чем мужчины, и нуждаются в других вещах, чтобы чувствовать себя хорошо. Если мужчинам для восстановления больше всего нужно, чтобы «от них все отстали», то женщины восстанавливаются в процессах, связанных с поддержкой и заботой. Эти процессы необязательно связаны с другими людьми. Это может быть и забота о себе: о своем теле, о своих эмоциях, о своем удовольствии. Иногда это тоже выглядит как «чтобы от меня все отстали», но изоляция – это недостаточное условие для женского отдыха. Больше ресурса дают удовольствия и нежность, радость и разделенная тишина, добрая ласка, а также возможность прикоснуться к своим истинным желаниям и чувствам и ощутить такую свободу, о какой мечтается.

Мама может научить дочь тому, что для отдыха иногда нужен сон, иногда – спорт, иногда – массаж, иногда – романтическое свидание, на котором можно почувствовать себя красивой и привлекательной, а иногда – дикая и веселая женская вечеринка с подругами. Чтение, как и приготовление вкусной еды, может быть отдыхом, а может и не быть.

Мать способна научить дочь тому, как распознавать свою усталость и как подбирать под нее подходящий ресурс (и где его искать). Например, усталость от труда требует физического и эмоционального расслабления и такого процесса, в котором самой можно ни за что не отвечать. А усталость от плохих отношений и боли, полученной в них, требует нежности и ласки другого, рядом с которым можно выплеснуть те слезы и ту тьму, которыми переполнилось сердце.

Свобода в области своих чувств, в том числе в отношении агрессии, боли и любви

Взрослая женщина легко может стать для своей дочери источником запретов в области чувств в том случае, если она сама не преодолела существующие социальные ожидания и продолжает жить скорее так, как принято, чем так, как она хочет.

Социальные ожидания от женщины касаются ее покорности и бессловесности, скрытности и терпеливости. В нашей культуре женщина не должна ни громко плакать, ни громко смеяться, ни тем более громко кричать: от нас ожидается, что мы будем тихими и заботливыми, будем прятать свои чувства, чтобы окружающим было с нами удобно. Для формирования нужного поведения часто используются стыжение – за то, что «ведешь себя как ненормальная», «опять ревешь, ничего же не произошло» – и запугивание: «кому ты такая нужна», «никому не показывай, что ты чувствуешь, потому что они тобой воспользуются», и так далее.

Мама, которая пришла к миру с собой в плане признания своей эмоциональности и ценит чувства дочери, может научить ее тому, что эмоции – это ориентир и дар, помогающий жить в мире и ощущать полноту жизни. Агрессия необходима в любых отношениях, чтобы они были хорошими. Боль необходима, чтобы заметить неприемлемое или осуществить процесс перехода от горя к обновлению, который каждый из нас в течение жизни переживает не раз и не два. Любовь прекрасна, и любить – прекрасно, это чувство наполняет жизнь радостью, и чем больше любви – тем лучше.

Баланс между привязанностью и автономией в отношении матери и других людей

Во всех отношениях нами руководят два инстинкта, два первичных аффекта, вокруг которых и выстраивается все многообразие наших чувств и поступков, – это любовь и агрессия. Любовь создает притяжение, агрессия – дистанцию. Любовь строит нужное, агрессия разрушает вредное. Любовь обеспечивает привязанность, агрессия – границы.

Очевидно, что одна сила без другой существовать не может, поскольку решает только половину задач. Более того, попытка отказаться от одной силы в пользу другой на самом деле не уничтожает вторую, а лишь загоняет ее в подвал и вынуждает существовать на нелегальных основаниях. В таком случае отвергнутая сила точно так же будет проявляться, но не прямыми, а странными или неадекватными способами, которые противоречат осознанным намерениям человека и могут быть по-настоящему разрушительными.

Например, запрет на любовь к человеку, который обидел, может создать болезненную зависимость от него, поскольку сама любовь от запрета никуда не денется, а лишь уйдет в тень и будет действовать оттуда в искаженной и болезненной форме. Запрет на злость может либо проявляться вспышками ярости в неподходящие для этого моменты или в неподходящей форме, либо трансформироваться в хроническое раздражение и несчастность и так далее.

В обоих этих примерах с чувствами лучше поступить исходя из того, что они законны и нормальны, просто ими необязательно руководствоваться в своем поведении. Можно любить кого-то и при этом осознанно выбирать не быть с этим человеком, можно злиться, но не разрывать отношений: каждое чувство в таком случае выполнит свою внутреннюю работу и постепенно уйдет, сменившись чем-то новым.

Мама, решившая задачи любви и агрессии, способна как на привязанность к дочери (любовь), так и на автономию от нее, если хочет провести время с кем-то еще и позаботиться о других своих потребностях (агрессия). Если она допускает в себе и те, и другие чувства, то будет допускать это и в своем ребенке, признавая и его желание быть с ней, и его желание быть без нее. Спокойная обратная связь от матери, которая выражается словами и не только, помогает дочери и самой заметить существование в себе этих двух сил и научиться ими управлять. Так, например, одним из важнейших уроков может стать опыт того, что агрессия, возникшая и проявленная в отношениях, не разрушает их, а, напротив, улучшает за счет появления возможности урегулировать конфликты и эмоциональной свободы.

Злиться – не значит не любить, а любить – не значит не злиться.

При такой постановке вопроса девочка начинает учиться не запрещать себе одно или другое, а уравновешивать эти переживания в зависимости от текущей ситуации и потребностей, которые в ней возникают.

Адекватные установки и навыки в области женского опыта

Под «женским опытом» подразумевается все, что связано с месячными и родами, материнством и супружеством, а также с климаксом, угасанием и умиранием. Так как мать идет впереди своей дочери по линии времени, а также обладает похожим телом – не просто тоже женским, но телом со сходной генетикой, – она является бесценным источником опыта в области того, как именно это тело будет функционировать в будущем, какие события его ожидают и как они будут протекать. У матери и дочери обычно похожие месячные или похожий волосяной покров, их тела склонны к одним и тем же рискам, но у матери было больше времени научиться с этим жить.

Мать, которая не рассказывает дочери о телесных и эмоциональных процессах, связанных с ее женской жизнью, лишает дочь опыта, который той больше нигде не получить.

С другой стороны, важность для дочери материнского опыта создает также высокую вероятность того, что неверные и малофункциональные материнские установки будут признаны с той же легкостью, что и полезные. Например, дочь может легко воспринять, что месячные – это нормально, и так же легко может усвоить, что месячные – это грязь, которую нужно прятать и которой нужно стыдиться.

Забота о себе в период месячных, внимание к груди на протяжении всей жизни, трогательные и волнующие переживания беременности, любовь, которая вдохновляет, грусть и освобождение при угасании женских функций и достоинство старения – такой опыт невероятно важен для девочки, которой тоже все это предстоит. Мама, которая смогла очистить свой жизненный путь от стыда и тревоги и наполнить его уважением к себе и любовью, делает своей дочери подарок, во-первых, бесценный, а во-вторых, пожизненный. В любой момент жизни дочь сможет обратиться к матери в реальности или уже в воспоминаниях и получить ту поддержку и тот пример, которые смогут сделать все происходящее с ней принятым и признанным, а значит – обеспечивающим этой женщине собственный продолжающийся рост.

Неудивительно, что связь двух женщин в той или иной ее форме продолжается всю жизнь. При хороших отношениях места, которые в судьбах обеих существенно различаются (например, дочь не может или не хочет становиться женой и матерью или, наоборот, стала многодетной матерью, притом что у нее самой только один брат или одна сестра), переживаются обеими с определенной грустью от существующей разницы, однако их привязанность и поддержка при этом сохраняются. По мере взросления дочери даже при хороших отношениях интенсивность контактов с матерью меняется, но у каждой при желании всегда остается возможность их инициировать или подстраивать под жизненные ситуации.

Можно сказать, что мать при нормальном течении развития дочери из самой важной фигуры на свете становится просто важной.

Место самого важного могут временно занимать романтические партнеры, муж или дети, но в целом путь развития каждого должен приводить к тому, что самой главной фигурой для человека должен быть он сам. В том случае, когда дочь способна ориентироваться на собственные чувства и потребности при принятии решений о своей судьбе, она больше не нуждается в материнской фигуре – как реальной, так и созданной с помощью фантазий и проективных идентификаций. В этом месте она свободна чувствовать привязанность, а не быть ее заложницей, а также способна искренне помогать собственной дочери, а не делать ее своей принадлежностью.

Мама при хороших отношениях также не чувствует себя обязанной всю жизнь заботиться о своем ребенке и решать его жизненные задачи, например находить партнера, работу или растить его детей. Две женщины становятся свободными друг от друга, притом что сохраняют любовь.

Глава 2

Девочка и ее папа: Идеализация, любовь, использование, отвержение