Такси до леса Берендея

© Донцова Д. А., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

В некоторых шведских аптеках висит список классических музыкальных произведений, которые помогают от разных недугов. В России такой нестандартной терапией легко могут стать романы Дарьи Донцовой. Никакой химии! В составе: легкость, юмор, закрученный сюжет. Выписывать при хандре, плохом настроении и грусти.

Глава первая

Если женщина не хочет похудеть, значит она умерла!

Я встала на весы. Ну нет! Такое просто невозможно! Почему они показывают на два кило больше, чем в понедельник? Сегодня вторник, восемь утра! И если вы думаете, что я весь вчерашний день безостановочно лопала торты, блины, конфеты и взбитые сливки, то это не так!

Вчера, после того как проснулась, я выпила одну чашку чая без сахара. А потом аппетит пропал, потому что я узнала новость. Моя родная тетя и лучшая подруга Гортензия[1] собралась разводиться со своим мужем. Ничего нового в данной ситуации нет. Мысль разбить брак приходит слабой половине пары примерно раз в полгода, Жора на взбрыкивания супруги давно не обращает внимания. Но сегодня рано утром он пришел к нам домой, сел в столовой и сообщил:

– Уезжаю по делам в Китай. Большие перспективы там открываются для сотрудничества. Пригляди за Горти – сама знаешь, она у нас бомба с перцем. Как шарахнет! Никого не убьет, но всех едким порошком засыплет. Народ кашляет, чихает, а моя жена ногами топает: «Почему вы так себя ведете? Немедленно прекратите!» Обозлилась она на меня по-черному! Развод и девичью фамилию требует!

– Жора, – осторожно произнесла я, – можно ли удержать одной ладонью гладкий резиновый мячик, щедро облитый подсолнечным маслом, да еще размера и формы снаряда для регби?

– Наверное, нет, – после короткого размышления ответил бизнесмен. – Но за каким фигом пытаться это делать? Еще спроси, приятно ли с голой задницей в крапиве сидеть.

– Значит, ты не полезешь без брюк в заросли жгучего растения?

– Я похож на дурака? – хмыкнул Жорик.

– Да, – кивнула я, – очень! Вы с женой не первый год вместе, неужели ты не понял, что она тот самый мячик в масле и крапива в придачу?

– Не согласен, – решил поспорить наш олигарх. – Мячик! Ха! Мелковато, однако! Вот облей маслицем атомную бомбу, тогда это Горти! Ба-бах! Тушите свечи!.. Елы-палы, какие свечи! От меня мокрое место останется, зовите гробовщика!

– Что случилось? – насторожилась я.

– Так двадцать седьмого днюху она собралась отмечать! Вчера после ужина поспорили немного на эту тему. В том беда, что я в Китае в эту дату должен быть, вот и обиделась жена насмерть! Разводиться собралась.

Я тихо хихикнула. «Поспорили немного»?

В этом году неожиданно холодная весна, но в нашей с Максом спальне всегда открыта дверь на балкон. Мы с мужем любим свежий воздух. Вчера я заползла под одеяло сразу после ужина и вмиг заснула. Вот только долго видеть сны не удалось – в полвторого Вульф разбудил меня. Я села и пробормотала:

– Что случилось? Кого вызывать? «Скорую»? Пожарных?

– Слышишь странные звуки?

Я навострила уши.

– Как будто что-то стеклянное бьется! И вопит женщина! Похоже, ей плохо!

– Пойду посмотрю, – решил Макс и отправился на балкон.

Поселок, в котором мы живем, привлек нас близостью к столице и малым количеством домов. И большинство соседей приезжают только на выходные или праздники, а кое-какие особняки постоянно закрыты, где их хозяева, мы понятия не имеем. Неподалеку от нас расположен лишь один коттедж, который долгое время пытались продать, но не получалось. Владелец заломил за свою недвижимость астрономическую сумму, охотников отдать немереные деньги даже за уютный, полностью меблированный дом не было. А я волновалась, кто в конце концов приобретет здание, до которого рукой подать. Хорошо бы новые хозяева любили животных, не закатывали скандалов, если на их территорию проникнут наши мопсы! Кто-то на небесах услышал мое желание и устроил все наилучшим образом. Трехэтажный кирпичный замок приобрела Гортензия, и теперь они с Жорой наши ближайшие соседи.

– Твоя тетушка разбушевалась, – сообщил Макс, возвращаясь в комнату. – Сервиз со второго этажа вышвыривает.

– Надеюсь, не тот, где разные кошки нарисованы, – вздохнула я, – он мне очень нравится.

– Спим спокойно. Все живы, все как всегда. Жора в чем-то провинился или решил поспорить с супругой. Ерунда, короче.

И мы мирно завернулись в одеяла.

Есть супружеские пары, которые живут как мышки в норке. У них всегда тишь да гладь, божья благодать. И на праздновании золотой свадьбы муж с женой говорят, что за все годы семейной жизни они ни разу не поругались. Но бывают другие союзы, когда молодожены подрались в загсе в день бракосочетания, на свадебном пиру начали кидать друг друга куски торта, прожили вместе недолго и разбежались, ненавидя друг друга. Жора и Горти не принадлежат ни к первой, ни ко второй категории, их семья уникальна. Муж обожает жену. Жорик спокойный, не знаю, кто или что способно довести его до вопля и рукопашного боя. Гортензия же взрывается как петарда, взлетает на волне крика, рассыпается фейерверком громкого скандала. Но, несмотря на полное несовпадение характеров, пара живет вместе много лет. Горти говорит: «Я люблю мужа за минуты раскаяния». Жора улыбается: «У меня дома личный вулкан с постоянным извержением».

Думаете, женщина богата, а мужчина – слабохарактерный альфонс, который материально зависит от щедрости слабой половины? Господа, вы ошибаетесь. Когда Жора познакомился с Гортензией, он уже ворочал миллионами (до миллиардов дело дошло позднее), а моя тетя на тот момент была голодранкой. Бизнесмен начал ухаживать за девицей, которая зимой бегала в резиновых сапогах. Любая в ее положении с радостью повисла бы на шее богатого парня. Но Горти никогда не шагает в толпе, да и Жора ей не понравился. Агнесса (так тогда звали Гортензию) не притворялась, не хотела изображать из себя ледяную крепость, чтобы у мужчины разгорелся охотничий азарт «ага, дичь убегает, лови ее, хватай, веди в загс, иначе навсегда удерет!». Не было у моей подруги подобных размышлений. Она просто не горела желанием проводить время с Жориком, несмотря на все его богатство. Но в конце концов мужчине удалось приручить дикое создание. И живут они теперь счастливо.

Женская часть пары периодически превращается в фурию, мужская от этого в полном восторге. После очередного бурного скандала Жорик спешит в ювелирную лавку, скупает там все для любимой. Гортензия тоже довольна, она научила мужчину пользоваться ножом и вилкой, принимать каждый день душ, убила его привычку говорить через слово «блин», «ежкин кот» и «это самое». Крепкие русские выражения подругу не смущают, она сама способна их в нужное время вставлять. И поверьте, мало кто способен так художественно материться, как моя тетя. Но засорять свою речь всякими «э… э… э» и «ну, это, понимаешь» она Жоре не позволяет.

Думаю, вам теперь ясно, почему бешено дорогой сервиз на двадцать четыре персоны, который Гортензия ночью принялась вышвыривать в окно, нас с Максом не напугал. Ну поспорили наши лучшие друзья, ну взлетела жена на метле – ничего особенного. Завтра Жора купит два новых набора посуды и колье в придачу.

Но ситуация оказалась сложнее. Двадцать седьмого числа Горти решила отпраздновать день рождения, а муж-то собрался в Китай. Тут надо отметить, что моя подруга никогда не говорит супругу: «Ты не уделяешь мне внимание, весь день сижу одна». Нет, она понимает, что работа у Жорика на первом месте, и сама при деле – мы вместе работаем в детективном агентстве Вульфа. Но есть несколько праздников, когда мужчина забывает про свой бизнес, а женщина на сутки превращается в милую, белую, пушистую заиньку. Это дни рождения членов семьи (наши с Максом), Новый год, Рождество и Пасха. А в этом году двадцать седьмого Жора не сумеет появиться у кровати жены, только что открывшей после сна глаза, не вручит ей веник из сто одной розы, не притащит ювелирный магазин в подарок. Как поступит в такой ситуации Горти? В доме останется целой хоть одна чашка? Одежда благоверного будет изрезана в мелкую лапшу? Слабая часть пары вызовет особую машину, которая превратит все автомобили супруга в блинчики? К возвращению джентльмена в родные пенаты автопарк семьи окажется сложен в башню у ворот гаража? Что сделает леди?

– Лампуша, – бубнил тем временем Жора, – только на тебя надеюсь! Присмотри за извержением вулкана! Займи ее работой! Вдруг она увлечется, забудет про свою днюху, а там и я вернусь, забацаю фейерверк? Может, жена перепутает дату, когда появилась на свет, а? Решит, что она тридцатого родилась…

Да никогда! Скорее небо упадет на землю! Горти на всю жизнь запомнит, что ее бросили в праздник! Но следовало подбодрить Жорика.

– Ну… постараюсь… – протянула я. – Вот только с работой не знаю, что получится. Уже десять дней нахожусь в простое.

– Сейчас все налажу, – пообещал мужчина. – Завалят тебя делами так, что вздохнуть будет некогда.

– Только не звони Максу! – встрепенулась я.

– И не думал даже его беспокоить, – заверил меня Жора. – Проведу обряд.

Я не успела моргнуть, как бизнесмен живо выдернул из моей головы несколько волос, положил их в фарфоровую мисочку, которая стояла на столе, вытащил из кармана зажигалку, поджег волоски, пробормотал что-то и велел мне:

– А ну дунь!

Я выполнила приказ.

– Отлично, – потер руки Жора. – Сейчас заработает. Айн, цвай, драй, битте!

В ту же секунду зазвенел телефон – меня разыскивал Костин. Я приняла вызов и услышала голос Володи:

– Лампудель, хватай Горти и рысите вдвоем к нам. Пора вам делом заняться.

Костин не любитель долгих бесед по сотовой связи, он тут же отсоединился. А я опешила – дурацкий обряд сработал?!

– Ага! – обрадовался бизнесмен. – Беспроигрышная метода! Главное – где и у кого выдрать волосы. У бабы надо на голове, а у мужика – на правой ноге. Поняла? Подожгла и скажи: «Гори, гори, работу мне гони!» Долго ждать не придется. Только ноги не перепутай, правую надо обдирать! Не левую!

Глава вторая

– Сейчас придет Варвара Михайловна Носова, – начал объяснять Володя. – Что у нее случилось, понятия не имею, и…

Раздался стук в дверь.

– Входите! – громко разрешил Костин.

Я с запозданием удивилась – где Юра Чернов? Куда подевался наш компьютерных дел мастер?

Дверь слегка приоткрылась, и в кабинет бочком втиснулся тощий долговязый парнишка с виду лет пятнадцати. За спиной у него висел ярко-красный рюкзак. Незнакомец остановился на пороге, в ту же секунду дверь захлопнулась, стукнув парнишку по спине. Юноша упал лицом вниз и остался лежать. Я вскочила, бросилась к нему.

– Вы ушиблись?

– Да, – слабым голосом пожаловался гость. – Больно хлопнулся! Помогите встать!

Костин кашлянул.

– Денис, поднимайтесь. Не могу понять, как вы умудрились свалиться.

– В спину меня долбануло, – прошептал парень. – И я не Денис, а Даниил, лучше просто Даня.

– Простите, – извинился Костин. – Давайте сгребайте ноги и руки в кучу и устраивайтесь на своем рабочем месте.

Я удивилась. «Устраивайтесь на своем рабочем месте»? Даниил – наш новый сотрудник?

Юноша уперся руками в паркет, сумел встать на колени, потом умоляюще глянул на меня.

– Женщина, подойдите поближе, обопрусь на вас.

Володя постучал ладонью по столу.

– «Скорую помощь» вызывать?

Даниил не понял, что Костин смеется, и ответил:

– Не знаю. Вроде ничего не сломал. Подняться рюкзак мешает, он тяжелый. Если снимете его с меня, тогда сделаю попытку принять вертикальное положение.

Володя вскочил, живо приблизился к «умирающему лебедю», сдернул с него рюкзак, положил его на стол Чернова и молча вернулся на свое место. Даниил, кряхтя, поднялся, посмотрел на свои руки и ужаснулся:

– Весь перепачкался! Где можно себя в порядок привести?

– Последняя дверь по коридору, – быстро объяснила я, – там туалет.

Юноша покинул кабинет.

– Кто это? – спросила я.

Костин свел брови в одну линию.

– Временный заместитель Юры.

– Где ты его нашел?

– Чернов дал контакт со словами «он лучший».

– Первое впечатление от него странное, – призналась я. – Каким образом можно упасть, если тебя слегка толкнули в спину? Чернов любит посмеяться, вероятно, это его очередной розыгрыш.

– Давай посмотрим, каков новичок в деле. Пусть поработает неделю, многое станет ясно. Он пока на испытательном сроке.

– Что с Юрой? – насторожилась я.

– Не знаю, – пожал плечами Костин. – Он неожиданно взял отпуск. Причину не объяснил, в заявлении указал: «В связи с семейными обстоятельствами».

Я занервничала.

– Надеюсь, его жена здорова. Помню, как ей плохо было.

– Вроде с этой стороны проблем нет, – успокоил меня Володя.

Тут в офис вернулся парень. Он опять замер на пороге.

– Даниил, три шага вперед! – громко скомандовал Вовка. – Ать-два!

Юноша выполнил приказ, дверь закрылась, не задев нашего нового коллегу. Тот откашлялся и заговорил:

– Даниил Северьянов, двадцать три года. Не женат, не имею детей. Где можно расположиться?

Я показала на пустой стол Чернова.

– Там!

Парень пошагал в нужную сторону, внезапно начал махать руками, потом замер, с шумом выдохнул и произнес:

– Пол неровный, зацепился ногой.

– Вы их повыше поднимайте, – посоветовал Костин и взял трубку внутреннего телефона. – Да, Света… Конечно, проводите ее.

Он вернул трубку на место и быстро пояснил:

– Варвара Михайловна Носова. Имя – это все, что я знаю о клиентке.

– Нельзя назвать данные сведения исчерпывающими, – заметил Даниил, устанавливая на столе свои ноутбуки.

Дверь в очередной раз открылась, и я увидела даму в элегантном костюме и с дорогой сумкой в руках. На ногах у нее были недешевые кроссовки. Вчера вечером перед сном я бродила по разным сайтам с одеждой и обувью. Мне обновки пока не нужны, но интересно же рассматривать шмотки. Все, во что была облачена Варвара, сейчас на пике моды. И, похоже, дама сделала укладку в салоне. Ее макияж был, может, и ярковат, но не вульгарен. Брови черные, красивой формы, на губах красная помада. И в придачу очки со слегка затемненными стеклами, оправа дорогая. Перед нами стояла женщина пенсионного возраста, но назвать ее «бабкой» язык не повернется. Это была дама, которая следит за собой, стареет красиво. У посетительницы явно все хорошо с деньгами.

– Садитесь, пожалуйста, – предложил ей Володя. – Чай, кофе?

– Капучино с удовольствием выпью! – оживился Даниил.

– Лучше сразу к делу, – попросила Носова.

– Согласен, – кивнул Костин. – Тогда начнем. Что привело вас к нам?

– А мне кофейку хочется, – повторил Даниил.

Володя прищурил правый глаз, я схватила телефон.

– Света, капучино нам.

– С корицей, – уточнил компьютерщик.

– С корицей, – попугаем повторила я.

– И пусть сахар не забудут.

В глазах моего друга, совладельца нашего агентства, загорелся огонь – похоже, Даниила скоро отправят домой. Сейчас парня спасло лишь присутствие клиентки. Не затевать же при ней изгнание странного субъекта!

Глава третья

– Варвара Михайловна, что случилось? – быстро повторила я вопрос, который уже задал Костин.

– Ох! – громко вздохнула посетительница. – Кто-то навел на нашу семью порчу. Мой муж Игорь считал себя здоровым человеком – и вдруг! Инфаркт! Вызвали «Скорую», врач принял решение о госпитализации. Супруга отвезли в ближайший медцентр, не в тот, где у нас заключен контракт. Игорь попал в обычную клинику, по ОМС. Впечатление от медучреждения гадкое. Переполненный приемный покой, грязные люди…

– Почему не отправились к своим медикам? – удивился Володя.

– «Скорая» напугала, – ответила Варвара. – Врач, кстати, приличный с виду, похоже, знающий. Сказал: «У вашего супруга дебют инфаркта, если быстро поставить стент, спасем мужчину. До платной клиники ехать через всю Москву. Да, помчимся с сиреной, но все равно много времени потеряем. А до обычной больницы за десять минут долетим».

Варвара опять протяжно вздохнула.

– В приемном покое прямо кошмар-кошмар, но надо отдать должное, действовал персонал профессионально. Игоря сразу увезли, нам с сыном Ильей велели езжать домой и позвонить на следующий день в справочную.

Носова опустила голову.

– Всю ночь не спала. В восемь утра попыталась получить информацию. Занято наглухо. Мы с Илюшей поспешили в медцентр. В справочной тетка велела: «Подождите, сейчас врач выйдет». Сидели почти час! Спасибо, сын принес кофе. Напиток был отвратительный, но он меня почему-то успокоил. Потом медсестра появилась, спросила: «Вы родственники Носова? Он скончался, тело можно забрать завтра».

Варвара прищурилась.

– Я ее не поняла, спросила: «Мужу лучше, вы его домой отпускаете?» Баба лоб гармошкой собрала: «Женщина, он умер!» Илюша меня обнял, что-то стал шептать, а у меня перед глазами разноцветные птички заметались, запрыгало все…

Посетительница посмотрела на меня.

– Вы замужем?

Я молча кивнула.

– Как отреагируете, если вчера ваш супруг был здоровым, веселым, а сегодня вы узнаете, что он в морге лежит? – всхлипнула посетительница.

– Не хочу даже представлять себе подобную ситуацию, – вздрогнула я.

– Очнулась я в палате, – продолжила Варвара, – рядом никого. Нашла звонок у постели, нажала. Появилась девушка, милая, приветливая, вопрос задала: «Как себя чувствуете?» А у меня свой интерес: «Где я?» Медсестра ничего не объяснила, убежала. Вскоре врач вошел, головой покачал: «Напугали вы нас!» Потом он сел на табурет и тихо заговорил: «Илья Игоревич вас к нам привез, рассказал про смерть своего отца. Варвара Михайловна, примите мои искренние соболезнования. Когда член семьи долго болеет, все вокруг, как бы ни печально это звучало, постепенно понимают, что их отец, дед или брат скоро уйдет. Да, горе. Да, тяжело. Но нет шока. А на вас известие упало, словно нож гильотины. Поэтому вы впали в кому».

Носова начала ломать пальцы на левой руке.

– Кома! Ни малейшего отношения не имею к медицине, но слышала, что из этого состояния не выходят. Врач понял мои невысказанные мысли, начал успокаивать: «Ничего хорошего, конечно, нет, но вы в этом состоянии провели мало времени. Надеюсь, сумеете полностью восстановиться. Полежите у нас недельку, проверим все в вашем организме». Я начала вопросы задавать: «Где я нахожусь?» Алексей Петрович – так доктора зовут – объяснил: «Медцентр «Невроуспех», у нас отличные специалисты. Но…»

Носова сложила руки на груди.

– Дальше он чушь понес, стал вещать, что самоубийство – большой грех, смерть Игоря – трагедия, но это не повод для вдовы уйти из жизни. Остановила его вопросом: «О чем вы говорите?» Тут он нахмурился: «Вы проглотили немалое количество лекарства, которое влияет на мозговую деятельность. Скажу откровенно: удивительно, что мы сумели вернуть вас к жизни. Предсмертной записки при вас не обнаружено, но без нее стало понятно, что вы не захотели жить без супруга».

Варвара Михайловна повысила голос:

– У меня опять шок! Начала уверять Алексея Петровича: «Не имела желания уйти на тот свет». Тот рожу скорчил: «У вас в крови высокая концентрация препарата, о котором я только что упомянул. Скажите спасибо, что сознания лишилась в больнице, вам там быстро и профессионально оказали помощь. Вообще, следовало вам оставаться в государственной клинике, но Илья Игоревич решил вас к нам перевезти, а вам по дороге стало хуже. Ну да ладно, сейчас все уже налаживается».

Варвара скрестила руки на груди.

– Я вообще ничего не поняла. Какое лекарство? У меня при себе только мятные конфеты от кашля были. Взяла их перед тем, как в медцентр ехать. Лежу в изумлении. Потом Илюша со Светой, невесткой, появились. Я их спрашиваю: «Ребятки, что со мной произошло?» Илюшенька рукой махнул: «Фигня. Я тебя сюда привез, потом домой помчался – паспорт твой был нужен. Положили тебя по скриншоту в моем телефоне, поскольку совсем плохую привезли. Вошел в прихожую, гляжу – на столике пастилки от кашля. Ну и озарение наступило: отцу плохо, мама задергалась, вместо своих леденцов приняла лекарство, которое папе прописали от боли, когда он ногу сломал! Ты сосалки ела?» Ответила: «Да, штуки три-четыре съела, только они не помогли». Представляете, в каком я состоянии в тот день я была? Перепутала лекарства! Схватила в аптечке не средство от кашля, а то, что Игорь пил. У меня на нервной почве всегда в горле словно мыши царапаются. И ведь даже не почувствовала, что под языком другое средство!

Варвара Михайловна вынула из сумки носовой платок, не бумажный, а кружевной, и поднесла его к глазам.

– Вернулись домой. Некоторое время я рыдала, потом легче стало. И внезапно из жизни ушел Илюша. А ему и тридцати не исполнилось. У сына была своя квартира в соседнем с нами доме. Отец ее купил. Просторная, хорошая двушка. Апартаменты Игорь приобрел, когда мальчику восемнадцать исполнилось. Илюша у нас был с упертым характером, захотел он в двадцать лет жениться на Свете. Ничего против девушки я не имела, но столь ранний брак определенно завершился бы разводом. Игорь мальчику сказал: «Решил стать мужем? Да пожалуйста! Но тогда отпочковывайся от нас. Купил тебе квартиру, обставил. Живи, радуйся, думай, что вот оно, счастье, не придется ипотеку брать. Но на этом подарки закончены. Я тебя по жизни в зубах не понесу. Заводишь семью? Изволь ее содержать сам. Не можешь? Не женись». Илья молча ушел, я порадовалась – ну, сейчас он испугается, забудет про Свету! Ан нет. Они тихо в загс сходили, свадьбу не устраивали. Светлана медсестра, она тогда работала в частной клинике, в свободные дни бегала по больным, кому укол, кому массаж. Поступила в институт, теперь педиатр. Илюша был компьютерщиком. Детей ребята не завели, хотели для себя пожить. И неожиданно инсульт у Ильи!

Посетительница закрыла глаза.

– Лишилась я и мужа, и сына. Вскоре новая беда – умирает моя мама, Амина Дамировна. Да, она была пенсионеркой, но не пила, не курила, в мечеть ходила. Умная была женщина, много лет работала главным бухгалтером в огромном торговом центре. Все сама по дому делала, да еще ухитрялась нам с мужем всякое вкусное готовить. Шила, вязала, но даже очки не носила. Жалоб на здоровье никогда от мамы не слышала. И – раз! Тромб оторвался!

Варвара Михайловна опустила голову.

– Замечательная у меня мамуля была. В первом браке она всего год прожила, ее супруга, татарина, машина сбила. Через пару лет ей мой папа встретился, русский мужчина. Дед с бабушкой не возражали, сказали: «Если нашла свое счастье, мы только рады». Папа им любимым зятем стал. Все праздники вместе отмечали, Ураза байрам, Рамадан, Пасху, Рождество Христово, посты соблюдали. Интересно мы жили. Умер папуля раньше, был старше мамы на двенадцать лет.

Посетительница в упор посмотрела на Костина.

– А теперь посчитайте. Муж мой вдруг на тот свет отправился. Здоровый, сильный человек был. Сын молодой почти следом за отцом отправился, затем мамочка моя. Да, она была на пенсии, но ее активности юные позавидовать могли. Ну как так? Меня череда смертей из колеи выбила. Но дурного не заподозрила, просто руки опустились – для кого жить теперь?.. Невестка сама не своя, приходила ко мне вечером, плакала: «Мама, ну почему мы с Илюшей ребеночка не завели?» Я ее утешала, советовала: «Обратись к психологу», – а самой-то еще хуже морально. А потом вдруг Света пропала, три дня не забегала, не звонила. А я не волновалась. Почему? Девочка в пятницу мне сказала: «Ты права. Записалась на прием к психотерапевту, он посоветовал переменить обстановку. На недельку поеду в санаторий, должно стать лучше». Пансионат она нашла далеко, сутки до него на поезде, интернет там плохой. Когда семидневка прошла, позвонила ей на мобильный, тот вне зоны действия сети. Ну, думаю, в поезде трясется! Через сутки попыталась снова связаться со Светусей. Опять нет ответа. Вот тут кошки на душе заскребли, руки заледенели, ноги задрожали. Начала себя успокаивать: со дня кончины Илюши время прошло, может, ей мужчина встретился, любовь случилась, голову девочка потеряла… И тут соседка ее по этажу звонит, Ольга, вот прямо как по заказу, интересуется: «Варвара Михайловна, вы не в курсе, где Света?» У меня сердце в желудок провалилось, в голове молоточки застучали. Но сумела спокойно спросить в ответ: «А почему спрашиваешь?» Ольга помолчала, потом объяснила: «Не видела ее давно. Обычно по утрам пересекаемся, обе в семь на работу спешим, а тут нет Светы. И запах из ее квартиры несется плохой».