Дочь Скупого Клопа

– Денег нет, все потратили, – быстро произнес дедушка.

– Да-да, – кивнула бабушка.

Я вынула из сумки удостоверение. Оно у нас очень красивое, красного цвета, с гербом.

– Полиция? – насторожился старик. – Ничего не нарушаем, сидим, едим, деньги заплатили!

– Разрешите задать вопрос? – продолжила я.

– Попробуйте, – кивнула бабушка.

– Вон там, у плаката, стояла тележка, – затараторила я. – В ней сидел мужчина. Не видели, куда он поехал?

– Инвалид? – уточнила старушка.

– Да, – быстро соврала я.

– Нет, – одновременно со мной ответила Марина и объяснила: – Он просто упал, ушибся, поэтому временно не может ходить.

– Такого точно не встречали, – пробурчал дедуля. – Тут женщина ходила, индейка в цветном платье.

– Индейка – птица, – перебила его жена. – А женщина – индийка!

– Индианка, – невесть зачем поправила я старушку.

– Оставьте нас в покое! – рассердилась пожилая дама. – Вы не имеете права нарушать заслуженный отдых пенсионэров!

– Где ордер на наш арест? – повысил голос дедуля. – Нету? До свидания!

Мы с Мариной вернулись к плакату. Подруга вдруг развернулась, в два прыжка опять очутилась около стариков и спросила:

– Женщина индейка как выглядела? Во что была одета?

Старичок отреагировал без агрессии:

– Ну… толстая, здоровенная, стрижка, как у мужика. Никакой элегантности. Шла, как солдат, огромными шагами.

– Платье у нее ужасное. Вернее, это сари, оно было обмотано вокруг тела, – подключилась к беседе жена. – Зеленое, однотонное, такое никому носить не советую… Беременная женщина, похоже – живот большой.

Мы с Мариной переглянулись и поняли, что думаем в одном направлении. Штора в примерочной, из которой выпал полковник, – как раз оттенка ряски на болоте. И Дегтярев не может похвастаться «кубиками» на торсе.

– Спасибо! – одновременно поблагодарили мы и вернулись к плакату.

Я принялась размышлять вслух:

– Александру Михайловичу стало лучше, он завернулся в штору и ушел.

– Куда? – задала вопрос дня Марина и прибавила: – Зачем?

У меня не было ответов.

И тут подруга всплеснула руками:

– Следовало сразу позвонить Дегтяреву!

– Точно! И почему мы забыли про телефон?..

– Дашенция, – зашептала Марина, – я его вижу! Вон он! Сидит за столиком и что-то ест! Посмотри туда!

Супруга Дегтярева показала рукой влево. Я повернула голову, прищурилась…

– Слева! – по-прежнему тихо продолжала подруга. – Вон! Толстый, в зеленом! Это он! На нем не платье, а занавеска!.. Проголодался Александр Михайлович, встал, задрапировался и утопал.

– У него ноги болят, – напомнила я, – вроде вывихнуты.

Наша кулинарка махнула рукой:

– И что? Ноги в пищеварении не участвуют.

– Ходить Дегтярев не способен.

Примечания