Танго Огня и Воды. Книга 1. Дочь Огня

Глава 1. Грязь.

Мужчина постучал кончиком ручки по столу, отложил ее в сторону и отодвинул бумаги. Он откинулся на спинку кресла и потер виски. Слишком много человеческого на сегодня. Слишком много… Необходимо отдохнуть. Его взгляд растворился в теплом неярком свете лампы, которая только слегка освещала стол, а остальную комнату оставляла тонуть в полумраке. Рабочий кабинет был довольно просторным. По периметру стояли шкафы, заполненные книгами и различными безделушками, возле окна находился массивный дубовый письменный стол, за которым он обычно и работал, напротив него - мягкий удобный стул, где располагались клиенты. Никаких классических лежанок, о которых мы привыкли думать, представляя себе прием у психиатра. Для этого в его огромном доме были предназначены другие места. Напротив стола на стене рядом с дверью висело большое зеркало в тяжёлой деревянной резной раме, старой и местами с потертым лаком. Таким образом, он всегда мог увидеть себя в отражении стекла, как это сделал и сейчас. С другой стороны комнаты на него смотрел мужчина с длинными иссиня-черными волосами, темными глазами, в которых отражался тусклый свет лампы. Он встал из-за стола и посмотрел в окно, обрамленное тяжелыми бархатными шторами вишневого цвета. Там уже основательно стемнело, зажглись уличные фонари и в городе началась совершенно другая, ночная жизнь. Мужчина скрестил руки на груди, криво усмехнулся и направился к выходу из комнаты. Он вышел в коридор и поднялся по лестнице, ведущей на второй этаж.Дальше он повернул направо, в конце коридора открыл дверь и включил свет.

Мужчину встретила комната, слишком мрачная для спальни, но именно ею она и была. Огромная старомодная двуспальная кровать с тяжелым бархатным балдахином стояла у стены по правую сторону от входа, возле нее по обе стороны были прикроватные столики. Справа от кровати находилось большое окно, задернутое плотными, не пропускающими свет шторами. В углу стоял торшер, а под ним - кожаное кресло. Напротив кровати был шкаф, к которому он подошёл и открыл. Тяжёлая дверца слегка скрипнула, мужчина поморщился, отвлекшись на звук, вздохнул и посмотрел на себя в зеркало, висящее на дверце. Немного помедлив, он снял с себя пиджак, рубашку, аккуратно повесил на плечики и убрал. С полок он достал черную водолазку, натянул ее на себя, снова взглянул в зеркало. Черная ткань сильно контрастировала с бледной кожей. Мужчина удовлетворенно кивнул, закрыл шкаф, выключил в комнате свет и спустился в холл. Там он окинул взглядом пространство, как будто ненадолго о чем-то задумался. Снял с вешалки плащ, надел, возле входа прихватил трость с серебряной ручкой в форме ворона и вышел на улицу. Закрыл дверь на ключ, положил его в карман и взглянул на табличку на двери, на которой было написано: "Рудольф Берг. Психиатр. Часы работы: с ПНД по ПТ с 9-00 до 18-00".

Он достал сигарету, чиркнул зажигалкой, затянулся, вызвал такси и в ожидании уставился в ночное небо. Город, в котором он жил последние несколько лет, был довольно большим, затеряться здесь было не сложно, хоть и света по ночам много, особенно в центре. Звезд здесь видно мало — это минус. Народу много, и по большому счету все равно, кто ты и что ты, люди предпочитали быть слепыми, не видели даже того, что происходило у них под носом, а в его положении это большой плюс.

Вскоре такси приехало, он затушил окурок кончиками пальцев, выбросил его в урну возле крыльца, вытер руку салфеткой и сел в машину. За окном замелькали огни фонарей и вывесок, а он погрузился в новостную ленту всемирной магической паутины. Минут через пятнадцать машина остановилась недалеко от входа в клуб. Даже здесь было слышно, как внутри гремит музыка. На мгновение Рудольф засомневался, что выбрал правильный пункт назначения, поморщился, но не передумал. Пожелав водителю хорошего вечера, он вышел из машины и направился ко входу. Обошел курящих около. Некоторые проводили его взглядами и усмешками, на которые он не обратил ни малейшего внимания, и прошел внутрь.

Внутри, как он и ожидал, была толпа народу, которая становилась все плотнее ближе к танцполу. Рудольф оглядел пространство и с облегчением выдохнул, когда понял, что тут есть второй этаж. Незаметной тенью он скользнул к лестнице, поднялся по ней, нашел взглядом в самом дальнем углу свободный столик с весьма привлекательным диванчиком и направился туда. Отсюда был виден весь танцпол, на котором пошло и весьма противно копошились люди. В мозгу пробежала неприятная ассоциация с шебуршащимися опарышами на гнилом мясе. Рудольф поморщился и отвел взгляд. Ничего нового и интересного. Опять все такое человеческое. Иногда его коробило от мысли о том, что именно это поддерживает в нем достойную жизнь. Именно эти люди ему необходимы для бессмертия. Обычно он выбирал другие, более аристократичные места для ужина, но сегодня хотелось чего-то противного. Как будто осточертела фуа-гра и захотелось быстрорастворимой лапши. Ну или какой-нибудь фастфудный бургер.

Он оглядел второй этаж. Столики здесь стояли на хорошем расстоянии друг от друга, видимо, чтобы сидящие не нарушали чужие личные границы. Свободных было немного, всего два. Остальные были заняты парочками, многие из которых не стеснялись близости разной степени, за исключением, разве что, слава богам, откровенной. К его столику подошла официантка и лишь после того, как он напряг слух - различил ее слова. Заказал два лонга и скучающим взглядом стал выбирать свое меню на ужин. Через столик от него молоденькая девочка пьяно липла к здоровяку, который лениво попивал виски из стакана. Его склизкая ухмылка была противна, масляный взгляд скользил по обнаженным плечам, рукам, ногам девчонки и забирался в декольте. Он принимал ее присутствие, как должное и недвусмысленно ощупывал все места, до которых мог дотянуться. Но самое противное было не то, что она не сопротивлялась, а то, что все происходило по ее инициативе. И Рудольф подумал, что уж лучше она предоставит ему сегодня ужин, чем этому борову - тело.

Ему принесли два коктейля, он поблагодарил официантку, обворожительно улыбнувшись и подмигнув. Та смутилась, раскраснелась и поспешила удалиться. А Рудольф пристально уставился на девушку через столик. Спустя пару минут она оторвалась от своего "возлюбленного" и посмотрела на Рудольфа. Затем медленно встала и как загипнотизированная подошла к нему. Рудольф жестом пригласил ее присесть рядом. Уговаривать долго не пришлось. Он пододвинул девушке один из коктейлей, и, глядя на ее спутника, спросил, не хочет ли она чего-нибудь перекусить. Мужчина тем временем пришел в себя от такого неожиданного поворота, встал с насиженного места и направился к их столику, сжимая и разжимая кулаки. Рудольф усмехнулся. Здоровяк подошёл и опёрся кулаками на стол, и, играя желваками, уставился на нарушителя его планов. Рудольф же, глядя ему в глаза, криво усмехнулся. Он ждал. Не в его правилах было быть зачинщиком. Не так откровенно. Мужик ударил кулаком по столу так, что он слегка подпрыгнул вместе с коктейлями. Девушка вздрогнула и испуганно посмотрела на агрессора.

- Ты чё? Ниче не перепутал? —спросил он, и перевел взгляд на девушку. - А ты чё? Ниче не перепутала? Я весь вечер тебя пою дорогущими коктейлями, кормлю всем, чем ты хочешь, а ты встала и ушла? А расплачиваться кто будет?

Он схватил ее за плечо и дёрнул на себя так, что девушка вскрикнула от боли. Рудольф закатил глаза, вздохнул, отставил коктейль подальше, щёлкнул у здоровяка перед носом пальцами, тот злобно взглянул на него, готовый вот-вот начать махать кулаками.

- Ты слишком пьян и хочешь спать, - спокойно сказал Рудольф.

Девушка удивлённо посмотрела на него и вжалась в диван, видимо, ожидая, что сейчас что-то будет. К ее удивлению, мужчина ослабил хватку, пошатнулся, второй рукой схватился за голову и, бормоча под нос что-то вроде "что-то мне нехорошо", развернулся и ушел к своему столику, где, свернувшись колобочком, улёгся на диван и захрапел.

Девушка облегчённо выдохнула, схватила коктейль и нервно втянула его через трубочку. Рудольф, пока она приходила в себя, оглядел ее. Маленькая и хрупкая, она выглядела в ее откровенном наряде скорее нелепо, чем маняще. Вскоре она уловила его взгляд, он посмотрел на нее и улыбнулся. Девушка смутилась, поставила бокал на столик и прильнула к нему всем телом, как это делала до этого с другим.

— Это не обязательно, - шепнул ей на ухо Руди. - Как твое имя?

- Элла, - ответила девушка. - Но сейчас... Сейчас я сама этого хочу.

"Ещё бы", - подумал про себя Рудольф, но вслух ничего не сказал. Он только кончиками пальцев пробежался по ее запястью и по шее там, где был пульс. Он провел рукой по ее волосам, девушка вздрогнула и шумно выдохнула. Рудольф прикоснулся губами к ее шее и вдохнул запах. Кровь застучала в висках, а голос сердца зазвучал громче музыки.

Однако краем глаза что-то странное он заметил на танцполе. Там как будто что-то вспыхнуло гораздо ярче, чем все мерцающие огни. Рудольф оторвался от девушки, чтобы посмотреть, что же это такое было, что там происходит, и увидел…

Свет прожекторов бил по глазам и мерцал, переливаясь и меняясь в такт безумным ритмам. Электронные биты сменяли друг друга, заставляя сердца гостей ночного клуба биться в унисон. Вспышки стробоскопов, тяжелый пар из дым-машины, тонкие лучи лазеров пронзали искусственные облака. Все это сливалось в нечто мистическое, волшебное, безумное.

Сотни людей на танцполе отдавались моменту, изгибаясь, двигаясь в такт музыке, собственным эмоциям, алкоголю или дурману в крови. Все они были сейчас едины в своем желании получить удовольствие от вечера, расслабиться и оторваться по полной. Но, в то же время, все они так или иначе были погружены именно в свои собственные мысли, пусть часто они и походили на чужие. Запах напитков, духов, танцующих тел… Все это создавало атмосферу свободы и вседозволенности.

На танцполе люди сменяли друг друга, кто-то постоянно перемещался к барной стойке, чтобы заправиться очередной порцией коктейля, и обратно, чтобы с новыми силами растворяться уже в новом танце, в новой мелодии. Все здесь искали отдыха и расслабления, возможностей выплеснуть свои эмоции. Но некоторые искали и возможность завязать легкие и ни к чему не обязывающие знакомства на один раз, чтобы утром расстаться без взаимных претензий друг к другу.

Когда многие гости уже успели изрядно разогреться и расслабиться, на танцполе что-то изменилось. Все так же играла музыка, которую умелый диджей прекрасно миксовал, сменяя одну мелодию другой, а в самом центре начало постепенно образовываться свободное пространство, в котором, специально или случайно, привлекая к себе всеобщее внимание, оказалась всего одна девушка. Высокая, стройная рыжеволосая бестия в откровенном коротком черном платье извивалась под ритмы подобно змее. На нее смотрели, она знала это и наслаждалась. Каждым своим движением, изгибом, поворотом, наклоном тела, взмахом длинных волос она требовала: «любуйтесь мной, восхищайтесь, боготворите, ведь я – лучшая на этом празднике жизни».

Она наслаждалась происходящим и вниманием мужчин, что жадно пожирали ее взглядом. И чем больше было зрителей, тем более страстным казался ее танец – полный жизни, эмоций, чувственности и страсти. Многие парни пытались влиться в этот танец, чтобы оказаться к ней ближе, чтобы привлечь ее внимание к себе, а после вместе покинуть этот клуб для более тесного знакомства уже где-нибудь в уединенной обстановке. Она ловко уходила от навязчивых объятий и любых попыток прикоснуться к ней, дразня и будоража воображение. Взгляд ее ярких зеленых глаз обещал удовольствия, которые им и не снились. Но лукавая ухмылка словно бы бросала вызов мужскому эго и инстинктам хищника. Она манила, дразнила их, заставляла желать ее всем своим естеством.

Одного особо настойчивого она все же подпустила к себе ближе. Она и сама закружилась вокруг парня, мягкими движениями и прикосновениями обещая продолжение прямо сейчас. Парень выглядел весьма презентабельно и даже был симпатичен. Дорогие часы и брендовая одежда явно не из супермаркета во дворе, брелок ключей от «Юникорна» торчит из кармана - все эти мелкие детали буквально кричали о том, что парень очень обеспечен. Наверное, девочки в академии, если он в ней учится, так и сохнут по богатенькому красавчику или, точнее, по тому, кто родился с золотой ложкой… в известном месте. Себе она могла позволить трогать его, но ему она такого не разрешала, несмотря на то что он буквально пылал от желания заполучить ее прямо здесь и сейчас. Во время очередного поворота девушка мягко провела рукой у того между ног, слегка задержав ладонь на самом интересном месте, и облизала свои пусть и тонкие, но такие манящие губы.

Конечно же, молодой человек, который привык получать все, что только пожелает, воспринял это, как приглашение. Да, он был хорош собой и даже вполне неплохо смог вплести в танец то, как расстегнул и приспустил штаны, обнажая свое оружие, готовое к бою, но девушка лишь кинула на него мимолетный разочарованно-презрительный взгляд. Она сделала рукой плавное движение в воздухе, похожее на перевернутую букву «Т», после словно бы отмахнулась от парня, явно посылая его куда подальше и спокойно отправилась в сторону барной стойки, оставляя неудачливого альфу со спущенными штанами и, что называется, на полшестого.

Девушка подошла к барной стойке и заказала себе легкий коктейль, чтобы еще немного расслабиться. Случившееся ее, кажется, совершенно не беспокоило, в отличие от парня, что сейчас был красный от гнева и стыда. Он все еще намерен был получить желаемое. Едва Рыжая успела сделать несколько глотков из бокала, как снова появился он. Обиженка схватил девушку за руку и нагло потащил за собой. Она сперва сопротивлялась парню, что был вдвое больше нее, но куда там, только сумочку и успела забрать. Кричать и звать на помощь, когда вокруг гремит музыка – бессмысленно, все равно никто не услышит. Что же делать? Просто подчиниться и надеяться, что кто-нибудь заметит, что идет она совершенно не по своей воле, что явится рыцарь на белом коне и спасет беззащитную девушку. Пару таких спасителей он просто отшвырнул в сторону, продолжая тащить за собой свою добычу.

Парень буквально выволок ее через запасной ход, ведущий куда-то в безлюдный переулок. Несколько мусорных баков, одинокий фонарь у двери клуба и узкая дорожка между домами, ведущая к спасению. Этот недоальфа буквально швырнул девушку в сетчатый забор. Она слегка оступилась на высоких каблуках и едва не упала.

- Раздевайся. Тебе понравится, - приказал тот, чувствуя свою власть, ведь иначе и быть не могло.

- А как же прелюдия? Я девушка с принципами, знаешь ли, - хитро усмехнулась Рыжая, чей голос оказался низким, глубоким с легкой хрипотцой. А еще акцент выдавал жительницу северных островов.

- Ты там меня перед всем клубом опозорила, курица. Отработаешь. И пока не наиграюсь – даже не надейся свалить. Таких шлюх надо драть во все щели.

- А сможешь? Кажется твой боец против, - снова улыбнулась она, словно не чувствуя никакой угрозы, хотя внимательно следила за каждый движением парня. И не зря, потому как он бросился на девушку и… впечатался лицом в забор, а его жертва уже стояла у него за спиной и все так же чарующе улыбалась, словно ничего и не произошло.

- Нет… я тебя сперва оттрахаю до потери сознания, а потом в реке утоплю, - рыкнул тот и снова пошел на нее, но уже медленнее, словно давя своей внешней мощью.

- Ох мальчик… ты таким вялым… дружком ничего не сможешь мне сделать. Сходи к доктору, говорят, это лечится.

- Говорят, что непокорные громко орут, когда их насилуешь! – парень снова бросился на нее, пытаясь схватить за волосы, но та чуть присела, отклонилась в сторону, наступила ему на ногу и подтолкнула в спину, способствуя внезапному свиданию с асфальтом. А следом она уперлась каблуком-шпилькой ему в основание черепа.

- Малыш, тебя мама с папой не учили, что нужно с женщинами быть вежливым?

- Убью! Ты вообще знаешь, кто мой отец? Он тебя, тварь, из-под земли достанет! – парень попытался вырваться, но каблук сильнее впился в кожу, отчего наглец только усилил свою боль, а после получил удар шокером и потерял сознание.

Девушка вздохнула, достала из сумочки небольшой платочек и вытерла им кровь с лица парня, а потом убрала «материал» в маленький зип-пакет.

- Говорила же – с девушками нужно быть вежливым, а вот твои похоть и гнев мне пригодятся. Благодарю, мальчик, - с этими словами она поправила платье и прическу, плавной походкой вышла из переулка на оживленную ночную улицу и вызвала такси до дома. Сегодняшний вечер был достаточно насыщен событиями, так что можно не пытаться его продлевать.

***

Рудольф увидел, как из круга, который образовали собой люди, уходит в сторону барной стойки девушка с огненно-рыжими волосами, а там, где она только что танцевала, в воздухе растворялся невидимый остальным символ, похожий на руну. Он увидел, как из этого же круга вслед за ней уходит парень, наливаясь гневом и на ходу надевая штаны. Рудольф отстранился от Эллы, отпил коктейль, и, оставив ее в растерянности, встал из-за стола и спустился вниз, чтобы наблюдать за представлением, так сказать, из первых рядов.

Возле барной стойки завязалась потасовка, после чего парень потащил девушку к запасному выходу, по дороге расталкивая "рыцарей", пытающихся безрезультатно, да и, в общем-то, не очень упорно спасти «даму в беде». По началу девушка сопротивлялась, потом как будто перестала. Рудольф выждал некоторое время и выскользнул на улицу через главный вход, где вдохнул воздух и быстро сориентировался.

Он проследовал в переулок и вскоре услышал разговор на повышенных тонах. Мужчина явно не был готов к компромиссу и, очевидно, полыхал праведным гневом, тогда как девушка как будто специально его раззадоривала. "Храбрая птичка", - подумал Рудольф и усмехнулся про себя. Он встал в тени неподалеку и стал наблюдать за происходящим из-за угла, тем не менее будучи готовым вмешаться в любую минуту, если это потребуется. Вскоре он понял, что леди вполне справляется сама. Справилась. Все произошло довольно быстро.

Он удивился, когда увидел, как девушка склонилась над парнем и в голове мелькнула мысль: "да неужели свои?". Но нет, она лишь промокнула платком его лицо, поднялась и неспешно удалилась в неизвестность. Рудольф разочарованно вздохнул, проводил ее взглядом, когда она прошла мимо него, но даже не заметила. Он подошёл к неподвижно лежащему на земле телу, несильно пнул его по ноге, переместился к голове, присел и пощупал пульс. Парень был жив.

Ужин получился совсем не таким, как он себе представлял, но так даже лучше. Рудольф перевернул парня на спину, наклонился над ним и впился зубами в шею. Несколько глотков, и его кожа на мгновение порозовела, но потом бледность снова вернулась. Он выпустил парня из рук, раны тут же затянулись. Завтра он ничего не вспомнит. Рудольф поднялся, отряхнулся и, немного помедлив, достал из кармана визитку, сунул ее ему в брюки. После произошедшего она ему наверняка пригодится, более того, будет забавно, если он придет за помощью именно в его клинику. Тем более, если все получится так, как он задумал. План уже почти созрел.

Рудольф оглянулся вокруг и заметил что-то белое неподалеку от забора. Он подошёл поближе. Это оказалась связка платков или, скорее, тряпичных салфеток – для платков они были слишком малы. Мужчина поднял их с земли и по запаху понял: они принадлежали той самой девушке. Рудольф сам себе улыбнулся, аккуратно их сложил, положил в карман плаща и неспешно, насвистывая «Лунную сонату», направился по ее следу.

Вечер определенно задался, и можно будет считать его особенно удачным, если получится грамотно расставить ловушки и подобрать то, чем можно "зацепить" такой необычный "образец" в свою коллекцию редкостей. Он решил прогуляться пешком - так он получит карман времени для того, чтоб продумать варианты и уложить мысли.

Часа через полтора запах вывел его к двухэтажному таунхаусу, который стоял среди таких же домов, плотно прижатых друг к другу. Обычно в таких жили две или несколько семей, но этот, судя по всему, принадлежал одному человеку. Он подошел ближе и увидел штендер, на котором было написано фигурным шрифтом: "Полярная Сова. Лавка чарующих мелочей". На названии сидела графичная стилизованная сова. Логотип был прост, но эффектен. Он был запоминающимся, хозяйка определенно имела хороший вкус. И ниже слоган: "У нас есть то, что Вам необходимо". План дозрел мгновенно. Над входом красовалась деревянная вывеска все с той же совой, надпись на которой была как будто вообще написана мелом, что, по мнению Рудольфа, было несколько непрактично: любой дождь, влага, и придется писать заново. Она повторяла надпись на штендере. На втором этаже в одном из окон неярко горел свет, значит, хозяйка ещё не спала, если только она не боялась темноты и не спала при свете. Рудольф прислушался. Нет, она определенно бодрствовала. Он поднялся по ступенькам и нашел входную табличку, на которой были написаны часы работы, довольно необычные для лавок и магазинов - с двенадцати дня до восьми вечера. А она, судя по всему, действительно сова. Насколько полярная - предстоит выяснить. Также на табличке был указан адрес и номер зеркофона. То, что нужно. Он достал свой и забил в поисковой строке название магазина. Сеть выдала несколько ссылок, по которым можно было найти подробнейшее описание птиц семейства совиных, но ни слова о лавке. Руди чертыхнулся, набрал номер с таблички и стал ждать. Он утвердился в мысли, что леди не так проста. Если повезет - она примет вызов, если нет - он теперь точно знает, где ее искать. Не так часто Рудольф сам хотел к кому-то прикоснуться, обычно он только создавал повод. В трубке раздались гудки.

- Не доброй ночи, - раздался в трубке весьма бодрый голос девушки. - Кому и чем могу помочь в столь поздний час? – В ее голосе звучали даже немного томные нотки, на заднем плане слышалась легкая классическая музыка (лунная соната?), которую по достоинству оценил Рудольф и... Плеск воды.

- Взаимно, - улыбнулся в трубку Руди. - Меня зовут Рудольф, и у меня целых два повода звонить вам сейчас. У меня ваша вещь. И.. - он немного помедлил. - Я надеюсь найти у вас то, что мне необходимо.

В ответ на несколько долгих секунд застыла тишина, нарушаемая только топотом тараканов в голове девушки, которая сейчас вся подобралась в попытках понять, что и где она могла обронить?

- Усталая и мокрая девушка, полагаю, это не то, что Вам нужно, - промурлыкала она, беря себя в руки. – Значит, если разговор не терпит до утра, когда лавка откроется, то как минимум, придется повременить, пока я закончу принимать ванну. И очень надеюсь, что Вы не из тех, кто любит подслушивать, как юные барышни моются?

- При определенных обстоятельствах усталая мокрая девушка – это вкусно и интересно, но не сейчас. Я Вам больше скажу: я даже не из тех, кто любит подсматривать, как юные барышни моются, хотя мне это и не сложно. Меня интересуют другие совершенно вещи в них, - хищно улыбнулся Рудольф, выдыхая дым сигареты. - Например, мозги, таланты и другие... Детали. Дело, конечно, потерпит до... Двенадцати часов утра, - подчеркнул он время, - если барышне совсем не интересно, какие улики она разбросала на месте преступления. Если все же интересно - то я великодушно подожду ее у крыльца, пока она вдоволь наплескается в ванной. И хоть я не особенно тороплюсь, но до вашего утра у двери ждать точно не буду. Поэтому если Вам будет удобнее встретиться завтра - так тому и быть. Но это будет уже ближе к вечеру. Так что?

Он привычно затушил окурок и бросил его в урну.

- Галантен, настойчив и умеет заинтриговать даму, - промурлыкала она в ответ. - Ах, что же делать? Такой приятный сюрприз, но я девушка приличная и не встречаюсь среди ночи с незнакомцами... Как же быть?

После всего, что сегодня увидел Рудольф, ее слова звучали очень смешно, и он не сдержался и рассмеялся.

- Мне кажется, у нас с вами несколько разные понимания приличия, рамок времени суток и, видимо, много чего ещё. Но мы это можем обсудить чуть позже в более приятной обстановке. Есть основания думать, что леди слегка лукавит. Но, да и бог с ним. Я так понимаю, для знакомства имени недостаточно?

- Я слышала, что сейчас в моде свидания вслепую. Но если я хотя бы буду знать имя кавалера, быть может, и соглашусь на него, не заставляя ждать слишком долго, - она переключилась на громкую связь и, судя по звуку, включила душ, что никак не мешало ей продолжать свои словесные игры с Рудольфом.

- Видимо, леди и правда очень устала. Я назвался в самом начале. Меня зовут Рудольф Берг. Если вам от этого будет спокойнее, могу также назвать свою профессию, адрес, номер банковского счёта... Что ещё нужно для того, чтобы леди убедилась, что ей ничего не угрожает? Хотя я совершенно не уверен, что дело в том, что она чего-то опасается с ее-то... - он осекся и замолчал.