- -
- 100%
- +
Глава 1
Резко, словно от толчка, вздрагиваю всем телом и открываю глаза. Темнота настолько сильная, что не видно абсолютно ничего. Конечности онемели и больше не слушались, а глубокое дыхание вторило редкому биению сердца. Спёртый воздух, смешанный с запахом свежей древесины, вызывал приступы паники. Никогда не страдала клаустрофобией, но в данной ситуации очень хотелось оказаться на открытом пространстве.
По рукам пробежались ноющие иголочки, давая понять, что скоро конечности придут в норму. Пытаюсь понять, где я всё-таки оказалась, ощупывая пространство вокруг. Выходило так, что лежала я в каком-то ящике с мягкой обивкой. Попробовала двинуться, чтобы поменять позу и расслабить позвоночник, который мучительно свело, но добилась только того, что отбила колени и лоб о верхнюю крышку.
– Эй! Кх-кх! Здесь кто-нибудь есть?
Мои крики сменялись хрипами и кашлем от пересохшего горла. Очень хотелось пить. Причём я была полностью уверена, что воды мне будет недостаточно. Какое-то внутреннее убеждение уверяло, что напиться нужно как можно быстрее, иначе случиться непоправимое. Но как?! Я заперта в деревянной коробке!
– Спасите!
Ужас и страх наравне с всепоглощающей жаждой заставляли изо всех сил колотить по крышке и срывать горло от криков и просьб о помощи. Кажется, в какой-то момент я начала плакать и всхлипывать. И так себя жалко стало. Не помню, как оказалась здесь. Почему никто не может меня вытащить отсюда, когда я с таким отчаянием молю о спасении?
Неуловимо истерика набирала обороты, удары становились сильнее и настойчивее. Злость нарастала, поднимаясь вихрем в груди. И в следующую секунду препятствие сверху исчезло, а на меня посыпалась влажная земля, забиваясь в глаза, рот и нос.
– Тьфу-тьфу!
Кое-как пальцами сбросила комья почвы, повернувшись на бок, и открыла глаза. Земля возвышалась вокруг меня на добрые два метра. На кусочке неба, который было видно с моего ракурса, светили полная Луна и россыпь звёзд.
Я приподнялась, сперва встала на четвереньки, потом уже поднялась на ноги. Белое длинное кружевное платье здорово мешало двигаться, но нужно выбраться и наконец понять, что происходит. Под ногами теперь удалось рассмотреть белое шёлковое ложе. Форма коробки, как и её местоположение, наводили на единственную мысль, в которую не хотелось верить.
Плюнула на невесёлые размышления. Главное сейчас – вылезти на поверхность. Ростик у меня средний, метр семьдесят. Поэтому самостоятельно выкарабкаться из ямы будет весьма затруднительно. В плотную прижимаюсь к земляной стене, поднимая руки. Кончики пальцев касаются мокрой травы. Удивительно, но холода я не чувствовала. Обычно даже в самые жаркие летние ночи я сплю под пледом. А зима так и вообще – каждый раз испытание на прочность и количестве слоёв одежды.
Конец ознакомительного фрагментаОзнакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна – то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») – идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»
Вцепилась ногтями в край, радуясь, что он оказался достаточно спрессованным, и попробовала подпрыгнуть. Первые попытки плодов не дали, обсыпав меня новой порцией земли с ног до головы, и, когда я уже хотела начать рыть выемки для ступней, чтобы забраться повыше, сделала очередной рывок и буквально взмыла в воздух, переворачиваясь через голову и падая на низкую траву спиной.
– С ума сойти…
Отдышалась скорее от эмоций, нежели из необходимости, и села, оглядываясь. Да, я действительно нахожусь на кладбище. Крышка, которую магическим образом мне удалось выбить вместе с приличным слоем земли, валялась в трёх метрах рядом с соседней могилой. А на гранитной плите были выгравированы мой портрет, ФИО и годы жизни.
– Когда я успела умереть? – спросила, поближе подбираясь к памятнику, стараясь воспроизвести последние воспоминания, которые подсказали бы мне ответ на вопрос.
Месяц назад
Типичный пятничный вечер не предвещал ничего экстраординарного. Я закрыла библиотеку и направилась домой. В свои двадцать пять я не стала миллионером, не нашла работу мечты и не завела семью. Если честно, не очень-то и хотелось. Меня устраивала спокойная и размеренная жизнь без потрясений и бесконечных страданий.
Жила я в родительском доме. Да и ребёнком была единственным, самым желанным и любимым. По этому поводу мне приходилось выслушивать едкие комментарии от сверстников и менее удачливых взрослых. Легко сказать, что всё, чего я добивалась упорным трудом, досталось мне благодаря обеспеченным родителям. В детстве такие разговоры меня здорово задевали, сейчас же, кроме снисходительной улыбки, не вызывали ничего. Проблемы посторонних не моя сфера ответственности.
Уже начинало темнеть. Цветущие деревья черёмухи и диких яблонь благоухали повсюду. Очень хотелось сорвать веточку с мелкими белыми цветочками, но я себе отдёргивала, не давая слабости взять верх. Неожиданно зазвонил телефон, я посмотрела на экран и приняла вызов.
– Алло, мам?
– Привет! Элайза, ты скоро? – спросила моя родительница деловитым голосом.
– Минут через пятнадцать буду. Что-то случилось?
– Собиралась пирог с яблоками сделать, а яйца закончились. Зайдёшь по пути?
– Конечно.
– Ладно тогда. Жду тебя!
Мама положила трубку, а я свернула в переулок, который выходил прямо к супермаркету. До закрытия оставалось ещё пару часов, поэтому народу здесь бродило немного. Быстро взяла десяток яиц, расплатилась у уставшей девушки-кассира и пошла дальше.
Не знаю, с чем связан мой страх тёмных улочек и пустырей. Вероятно, всему виной многочисленные истории о маньяках, которыми пичкали меня в детстве, стараясь уберечь от незнакомцев и внезапных опасностей. В такие жуткие моменты я ощущаю, как обостряются все органы чувств, предупреждая о незримой угрозе. Уверена, что однажды данная способность спасёт мне жизнь. Сейчас же я неспешно прогуливалась под уличными фонарями. До дома оставалось каких-то пять минут, когда передо мной внезапно возник пьяный мужик. Два метра роста, широкие плечи и сильные ноги. Взгляд расфокусированный, перегаром несёт за версту. От такого не отобьёшься и не убежишь. И как назло, ни одной живой души поблизости.
– Привет, красавица! – произнёс мужик, растягиваясь в дружелюбной улыбке. – Не хочешь составить компанию интересному мужчине? – он оценивающе окинул меня взглядом. Было видно, ему понравилось то, что он видел перед собой.
Ещё бы не понравилось. Красивая брюнетка с завитыми волосами ниже лопаток, с выразительными карими, с медным отливом глазами, ровным носом и пухлыми губами, едва тронутые блеском. Также ко мне прилагалась высокая, небольшая грудь и широкие бёдра, которые сегодня я удачно запрятала в бардовый классический костюм.
– Не хочу, спасибо, – спокойно отвечаю, стараясь успокоить тревожное сердце, которое вопит об опасности. Бочком пытаюсь обойти мужчину, которому при более детальном рассмотрении было примерно под сорок лет. – Меня ждут.
Когда я уже почти почувствовала вкус свободы, он схватил меня за руку и потащил в слабоосвещённый проход между гаражами. От ужаса пакет с разбитыми теперь яйцами остался на дороге, а я даже и не сообразила, что настало время звать на помощь. Только набрала в грудь воздух, как меня жёстко бросили на асфальт. Колени и ладони саднило от удара, и я поняла, что сбежать не получится.
– Не переживай, – проговорил мужчина, с предвкушением смотря на катящиеся по моим щекам слёзы, – не будешь сопротивляться, сильно не пострадаешь.
Он резко развернул меня за плечо к себе лицом и придавил своим телом к земле. Мерзкое дыхание опаляло кожу, едва мужчина сжал мою грудь и принялся оставлять влажные следы на шее. Я чувствовала его желание. От этого становилось ещё страшнее.
У меня не было сил сопротивляться ни ему, ни разъедающему страху. Сильные руки держали крепко. Уверенна, что после появятся синяки. Если, конечно, останусь в живых. Пока он возился с моими брюками, я решила ещё раз попытать удачу. Набрала в грудь воздуха и закричала:
– Помогит…
Прилетела мощная пощёчина, откинувшая мою голову назад. В ушах звенела. Я не слышала, как причитал мужик, не видела, как он стягивает с меня штаны, не чувствовала, как его руки касаются обнажённых бёдер. Я боролась с болью, стараясь, как можно дальше, отстраниться от происходящего.
Отвернулась, чтобы ничего не видеть, и не поверила своим ушам. К нам приближались шаги, уверенные и неспешные. Надежда на спасение вырвала из моих лёгких хрип.
– Что это у нас? – спросил низкий, бархатный голос.
В темноте было не разглядеть. Судя по силуэту, новый знакомый выглядел меньше нападавшего. Зато горящие, красные глаза не предвещали ничего хорошего.
– Вали отсюда! – крикнул пьяный мужик, ближе подтаскивая и приподнимая меня. – Вставай в очередь.
– Так негоже обращаться с дамой, – цокнул красноглазый, в один момент перемещаясь за спину мужика и резким движением ломая ему шею.
Я, не веря своим глазам, отползаю на пару метров назад, стараясь прикрыться руками. А этот… монстр не сводит с меня взгляда. За что мне это? Почему я встретила целых два неадеквата за один вечер?!
– Тише, не бойся, – мужчина выставил раскрытые ладони перед собой и медленно, стараясь не пугать, приблизился, – я не причиню тебе зла. Можешь руки показать? Наверное, сильно болит.
Теперь мне удалось его рассмотреть. Подтянутый мужчина лет тридцати с тёмными, длинными волосами, собранными в низкий хвост чёрной лентой, присел рядом. Костюм в клетку идеально сидел по фигуре. Он улыбался, но от этого у меня внутри всё сильнее скручивалось напряжение. Не пьяница был опасен, красноглазый – хищник высшего ранга.
Он, не дождавшись моей реакции, сам взял меня за запястье и подтянул к своему лицу. Я попробовала выдернуть пострадавшую конечность, но мужчина держал крепко.
– От-тпустит-те, – заикаясь произношу, пока он проводит носом над саднящей раной на моей ладони, блаженно закатывая глаза.
– Не волнуйся, – мужчина рывком притягивает меня к себе, отбрасывая мои волосы с одного плеча. – Я закончу быстро.
Резкая боль в шее обездвиживает. Тело бьётся в судороге, но мужчина держит крепко, с чувством приникая к неудачливой жертве. Я слабею, руки и ноги холодеют. Жизнь, словно песок, утекает между слабых пальцев. Больше не осталось сил. Я закрываю глаза и слышу последние удары останавливающегося сердца.
Глава 2
Бредя по кладбищу между могилами, постепенно вернулись последние воспоминания. Получается, что меня чуть не изнасиловали, а потом непонятный красноглазый тип погрузил в летаргический сон? Иначе, как объяснить, что я снова дышу и двигаюсь? Вероятно, со мной приключилась история в духе восемнадцатого века, когда к могилам прилагался колокольчик на случай ошибочного захоронения. Точно! Меня просто спутали с мёртвой! О чудовищной силе и гиперболизированной прыгучести старалась не думать.
Обняла себя за плечи и неспешно направилась в сторону дома. Городок у нас тихий, поэтому по ночам мало кто шастает. Позвонить папе или вызвать такси я не могла за неимением телефона, а ловить попутку теперь не рискну даже под страхом смерти. Хватит с меня маньяков. Засяду дома и носа не покажу в обществе.
Идти по моим прикидкам предстояло минут сорок. Улицы пустовали, редкие фонари освещали дорогу. Где-то лаяла собака. Я же неотвратимо погружалась в пучину страха. Каждый шорох заставлял вздрагивать, а проезжающая мимо машина вынуждала прятаться в самых тёмных местах. Вновь появилась жажда. Сейчас я согласна выпить воды даже из лужи, но, к сожалению или счастью, погода стояла сухая.
Интересно, сколько я пропустила. По ощущением лето было в самом разгаре. Очевидно, что прошёл не день и не два.
Добралась до нужного поворота. Во дворе стояла папина старенькая машина, которую он отказывался менять, как бы мама не упрашивала. Мне же она нравилась и наводила на ностальгический лад. Детство у меня и правда было самое замечательное.
Стараясь не шуметь, обхожу наш одноэтажный домик с пологой крышей. В планах пробраться через мамины кустовые розы до окна родительской спальни и поднять кого-нибудь из них. Других вариантов не представлялось. Ключей у меня не нет, а будить с жутким дребезжанием дверного звонка – идея не из лучших.
Пока пробиралась по палисаднику, вспомнила о бочке с водой, которую набирал папа для полива огорода. Зачерпнула ладошками спасительную влагу и с наслаждением сделала глоток. Вкус у воды оказался отвратительным, будто бы в бочке растворили горькие таблетки. Кое-как отплевалась, вытирая рот грязным рукавом платья.
– Отравы от вредителей что ли насыпали? – прошептала я, наблюдая, как рябь на поверхности воды затихает, и появляется едва различимое отражение моего лица. – Какого?
Глаза светятся алым, как у того чудика. У рта остались тёмные разводы. Наверное, земля не до конца отмылась. Плюнула на тяжёлые размышления, решив, что разберусь с внешностью позже. Сейчас же усиливающаяся жажда подгоняла меня вперёд.
Не успела отойти от бочки с отравленной водой, как услышала знакомый голос.
– Элайза? Это ты?
За забором стоял мой сосед, удивлённо распахнув глаза. Димка был моим одноклассником. В детстве мы неплохо общались, но в пубертате меня угораздило в него втрескаться по уши. Я не призналась, страшно ревновала его ко всем подружкам, которых он менял с завидной регулярностью. В итоге вышло так, что я, не желая страдать от подростковой влюблённости, отдалилась, и наше общение свелось к приветствию и взаимному поздравлению на именины.
Дмитрий Петрочевский превратился в красивого и спортивного парня. Рост под метр девяносто, очерченные мышцы, выглядывающие из-под широкой майки, чёрные, короткие волосы и небесно-голубые глаза. В последние годы у нас редко получается видеться. Родители его переехали из соседнего дома, по слухам, в другой городок к бабушке. Дима же устроился работать в государственное охранное предприятие. Поэтому появлялся он здесь теперь не часто.
– Дима? Привет, – как родному обрадовалась, шустро перепрыгивая через кусты цветов. – Димочка, дай водички, – преданно заглянула ему в глаза, жалостливо скорчив губы.
Парень на секунду болезненно поморщился и сразу же расплылся в улыбке.
– Пошли ко мне, горе луковое. Утром домой пойдёшь. Перепугаешь родителей посреди ночи.
Я радостно побежала к калитке. Жажда затуманивала разум, не давая шанса обдумать сложившуюся ситуацию. Иначе задала бы старому другу несколько вопросов. Сейчас же я вбежала в милостиво распахнутую дверь, скинула испачканные туфли у порога и полетела на кухню к крану. Не было пределу моего разочарования, когда и эта вода оказалась отвратительной на вкус.
– Фу, всю воду перетравили?
Глаза заметались по кухне, на столе стоял графин с каким-то ягодным морсом. Не отвлекаясь на стаканы, припала губами к широкому горлышку, ощущая сладкую горечь смородины.
– Да что такое?! – начинала беситься.
Нестерпимая жажда жгла внутренности. Видимо, из-за этого я не заметила, как тонкое лезвие оказалось рядом с моей шеей.
– Дима, ты чего? – опасливо отстранилась от полированного металла. Казалось, что стоит мне коснуться полуторного меча с изящной, тонкой рукоятью, на коже останутся волдыри от ожогов.
– Ты погибла месяц назад, – спокойно произнёс парень, давая мне развернуться к нему лицом.
– Что за бред?! – усмехнулась я. – По-твоему я похожа на мёртвую.
– Даже не представляешь насколько, – он протянул мне небольшое зеркальце, – сама посмотри и убедись.
Настороженно беру зеркало и отхожу назад к стене, нервирует меня как-то тонкое лезвие у моей шеи, и опускаю взгляд. Красные глаза. При свете они выглядят не так пугающе. Бледная кожа, алые губы и чёрные разводы вокруг рта, растекающиеся чуть ли не до ушей. Теперь я смахивала на страшного клоуна из фильма ужасов. Аккуратно касаюсь лица, в попытке убедиться, что это не сон. К несчастью, всё взаправду. Кто же я теперь?
– Ты превратилась в вампира. Такое бывает, если тебя убивает один из них с целью обратить, – будто прочитав мои мысли, сказал парень.
– Откуда знаешь?
– Я работаю в спецслужбе по контролю за нежитью. Мы называем себя охотниками на вампиров.
– Звучит не очень радужно для меня, – я начала медленно отступать к коридору, удерживая старого друга на расстоянии. О своей новой сути подумаю позже, когда буду в безопасности.
– Не хотел бы я принимать участие в твоём убийстве, но протоком обязывает, – Дима начинает уверенно приближаться, взмахивая мечом. – В морге тебя проверили, ты не должна была восстать. Раз уж так произошло, позволь мне быстро закончить.
Парень резко делает выпад вперёд, но не достаёт. Я, не мешкая, разворачиваюсь и бегу к выходу. Спасительный побег накрывается медным тазом точно так же, как охотничий нож из того же жалящего металла, что и меч, втыкается во входную дверь, чудом не задевая моей головы.
Меняю направления, вбегая вверх по лестнице, и сломя голову, несусь в его комнату в конце этажа. Захлопываю тонкую, белую дверь, видя, как Дима поднимается по ступеням. Оглядываюсь, тревожно думая, что может мне пригодиться. Не хотелось бы умереть от руки своей первой любви. Сколько ещё страданий мне причинит этот Димка!
Рядом со входом стоит комод. Раньше я бы и не подумала его тронуть, но вспомнив о крышке гроба, решительно ухватилась и в два счёта загородила им вход. Пока Дима усиленно старался пробиться в комнату, я начала рыскать по углам. Должно же у охотника быть хоть какое-нибудь дополнительное оружие.
– Элайза! Открывай! Давай разберёмся со всем быстро!
Меня аж передёрнуло от его слов. Сразу вспомнились насильник с вампиром. Те тоже обещали сделать всё по-быстрому. И где я сейчас?
На провокацию отвечать не стала, продолжая переворачивать комнату дальше. Удача улыбнулась мне, но не от всей души. Под кровать я нашла чёрный кейс, внутри которого лежало ружьё и пистолет. Проблема лишь в том, что пользоваться огнестрельным оружием я не умела, а от прикосновения к пулям умудрилась заработать ожоги.
– Бесы! – тихонечко взвыла, баюкая раненую руку. Боль пульсацией разносилась вверх к локтю, будто металл не просто жёг, но и травил.
Закрыла бесполезный кейс вместе с оружием и выбросила его в окно. Не хватало Диме ещё пистолет собственноручно передать, чтобы он быстрее меня прикончил. Задумчиво проследила за полётом кейса, а следом и сама высунулась по пояс в окно. Высоко, страшно. Я, конечно, отчаялась, но не настолько, чтобы прыгать.
– Элайза!
Вновь раздался мужской рык, и за два мощных удара комод вместе с дверью отлетел к противоположной стене. Я от испуга присела, прикрывая руками голову. Не часто видишь такие представления вживую.
Дима уверенно переступил через ошмётки досок и хлам, который я успела раскидать, и направился ко мне. А я сжалась под подоконником, лихорадочно думая, как сбежать.
– Элайза, – снисходительно вздохнул Дима, утыкаясь остриём меча мне в грудь.
Внезапно за бушующей паникой я почувствовала ароматный запах. Такой притягательный и манящий. Прикрыла глаза и подалась вперёд, не обращая внимание на впившийся меч в кожу. Дима, кажется, даже немного отпрянул, не ожидая моей прыти, а я поняла, что запах исходил от него, точнее от небольшой царапины на обнажённом плече.
– Смертникам положено последнее желание? – трясу рукой, чтобы спустить рукав платья на ладонь, хватаюсь за лезвие и отвожу в сторону. Парень сопротивляется, но проигрывает мне в силе. – Постой минутку, – облизнулась, окончательно приближаясь к ране, которая успела слегка припухнуть, – я быстро.
Крепко хватаю Димины запястья и убираю их за его спину. Меч со звоном падает на пол, а я больше не могу терпеть и с трепетом провожу языком по царапине. Да! Это то, что нужно. Припадаю губами, пытаясь высосать из раны ещё пару капель, но этого мало.
– Элайза, стой! Приди в себя! – строжится Дима, сурово глядя на меня, пока я всматривалась в крупную вену на его шее.
Пульс парня раздаётся в моей голове, я неспешно поднимаюсь на носочки, боясь спугнуть чарующее наваждение. В горле першит, незримая ярость поднимается в груди. Я – хищник, который готов полакомиться своей жертвой.
– Стой!
Не слушая протестов, я открываю рот, и в следующее мгновение смыкаю челюсть на его шее, глубоко пропарывая кожу и сосуды острыми клыками. Живительная влага касается языка, спускается по пищеводу в желудок. Его кровь, пожалуй, самое вкусное, что я когда-либо пробовала на вкус. Я наслаждалась, чуть ли не постанывая, сжимая руки друга сильнее. Он не может от меня убежать. Вся его кровь принадлежит только мне!
Утолив первый голод, я разжала челюсть. Мне не хотелось его убивать. Дима, как подкошенный, упал на пол комнаты, стоило мне его отпустить. Из шеи продолжала литься вкусненькая кровь.
– Ой! – воскликнула я, прикладывая одну из его футболок, которая валялась поблизости, к ране. Нужно остановить кровотечение, но ароматная жидкость так и сочилась через ткань.
Я облизывала пальцы, испачканные в крови, и думала. Скорую что ли вызвать? Потом взгляд упал на плечо, рана на нём уже стянулась, оставляя белую полоску. Смекнув, решила попробовать. С излишним энтузиазмом откинула футболку, перекинула одну ногу через туловище и снова припала к своему укусу, теперь тщательно вылизывая и обсасывая ранки.
На удивление помогло. Кровь остановилась и проколы немного затянулись.
– Ну вот, – похлопала Димку рукой по плечу, – а ты боялся. Можешь не благодарить.
Меня не смущало, что я напилась крови своего старого друга. Главное – душераздирающая жажда сошла на нет. Теперь же предстоял квест другого уровня. Если Дима не соврал, значит, существуют некая организация охотников, которая уничтожает вампиров, одной из которых мне «посчастливилось» стать. То есть оставаться мне здесь больше нельзя, да и родителям показываться не лучшая идея. Мало ли что эти охотники делают с посвящёнными. Придётся бежать. Спасибо папе за наше семейное увлечение походами. Совсем без крыши над головой не останусь.
Кое-как оттащила Димку в ванную комнату на втором этаже, связала ему ноги и руки бельевой верёвкой, заткнула рот кляпом и заперла дверь. Придёт в себя освободится. Меня здесь, надеюсь, уже не будет.
Глава 3
Не стала отказывать себе в удовольствие, переоделась в чистую одежду. Размер, конечно, не мой, но берём то, что есть. На полке в прихожей нашла ключи от здоровенного, чёрного джипа, на котором и собиралась укатить в закат. В кладовке обнаружила палатку, спальный мешок и походное снаряжение. Меч тоже решила забрать, предварительно завернут его в пропитанную кровью футболку, про кейс с оружием также не забыла.
Конечно, мне не нравилось ощущать себя воровкой, но отчаянные времена требуют отчаянных мер. Дима не спешил церемониться со мной, он мог спокойно, по-человечески объяснить мне ситуацию, в которой я оказалась, а не сразу бросаться с мечом наперевес. Так ему и надо!
Цель на ближайшее будущее – укатить как можно дальше отсюда. Может получиться сместить внимание охотников с моей семьи на меня. Потому что сейчас я больше, чем уверена, что Диму послали сюда по мою душу. Он выжидал момента, когда в городе появятся вампиры.
Собиралась уже уходить, но не удержалась и в последний раз пошла посмотреть на своего первого охотника, который просто незаконно хорошо пах. Приоткрыла дверь и одним глазком заглянула в ванную, где сидел связанный парень. Эх, когда-то я сходила по нему с ума. Да и сейчас он не растерял былого очарования.
– Прости, что я так поступила с тобой, – прошептала я, – надеюсь, мы больше не увидимся.
Прошлась по дому, выключая везде свет, взяла чёрную кепку и, спрятав под неё волосы, покинула дом. В бардачке нашлась чёрная тканевая маска, которую я сразу надела. После утоления жажды разводы вокруг рта пропали, но пока я не контролирую данный процесс, лучше не рисковать и спрятать нижнюю часть лица.
За своей машиной Дима ухаживал отлично, поэтому все показатели были в норме. В салоне даже пылинки не наблюдалось. Новые чехлы для сидений всё ещё пахли производственной краской по ткани. Путь впереди предстоял долгий. За пару часов до рассвета я выехала с родной улицы, прощаясь с прошлой жизнью. Обидно до слёз за себя, оказавшуюся не в то время, не в том месте, за родителей, которым пришлось похоронить единственного ребёнка. Но я прекрасно осознавала, что, если останусь, то навлеку на всех беду. Возможно, однажды, когда я стану сильнее, мне посчастливиться вновь встретиться с мамой и папой.