Грешные игры. Освобождение

– Папа не учил тебя драться? – любопытствую я.

– Нет, – отвечает Джек с грустью в голосе. – У нас с ним непростые отношения. Мы больше ссоримся, чем разговариваем.

– Сочувствую, – касаюсь его ладони, сплетая наши пальцы. Сегодня за столом именно так парень поддержал меня, теперь моя очередь. – Так отца заменил тебе дядя?

– Можно и так сказать. Он помог мне устроиться в школу, заплатил за обучение в университете и нанял к себе на стажировку.

– Ты не говорил, что работаешь в «Адамсон корп.».

Помнится, Джек рассказывал, что стажируется у дяди в компании, но я не знала, что глава этой компании окажется не только родственником блондина, но и моей любовью. Да и в офисе я ни разу не сталкивалась с ним, когда приходила к Тайлеру. Хотя визитов было немного, раза два от силы.

– Дядя Тайлер не любит сплетни и слухи. Стараюсь не пользоваться громким именем.

– Раз он так богат, почему не помогает вам с деньгами?

– Это все отец. Он слишком гордый, чтобы принимать «подачки» родственников.

И Джек не врал. По рассказам Джека, его отец тоже хотел возглавить многомиллионную империю, пока ему не сломала крылья банальная критика. Точнее пока не сломал один близкий родственник. Дэвид забросил работу, начал пить, и все скатилось вниз по наклонной. Джеку пришлось нелегко, ему тогда было всего четырнадцать. И я в какой-то степени понимаю его.

Я тоже жила в нищете, только, в отличие от него, мама отдавала последнюю копеечку на обучение. Именно благодаря своему упорству и труду матери нахожусь теперь не в подмосковном городке, а в самой Великобритании, и учусь в лучшем университете страны.

– Кстати, почему ты сказал родителям, что я твоя девушка? – спрашиваю не с наездом, а скорее с любопытством. Я не злюсь на парня из-за этого, но выяснить отношения все-таки стоит, пока не натворили бед.

– Разве это не так?

– Нет. Ты же знаешь, я не готова… – пытаюсь закончить свою мысль, но Джек кладет палец мне на губы и аккуратно перебивает.

– Знаешь, – начинает блондин, усмехнувшись. – Я хотел отложить этот разговор на потом. Все ждал, когда мы сблизимся, станем полностью доверять друг другу, но вчерашний поцелуй, он…

Волнуется. Смотрит то под ноги, то над моей головой. Ладони потирает и слегка хмурится.

– Ты знаешь, как я люблю тебя. Что бы ни случилось, я всегда буду тебя любить. Давай попробуем снова стать парой.

Джек говорит это с таким энтузиазмом и так уверенно, словно ничто не в состоянии изменить его планы. И я бы ответила взаимностью, кинулась бы на шею и впилась в его красивые губы, которые еще вчера лишили меня опоры. Но не после того, как узнала, что он племянник Тайлера.

Появление этого мужчины снова затронуло что-то в душе. Воспоминания нашего романа обрушились на голову огромным снежным комом. Неожиданно и резко. И что делать с ними – не имею понятия.

Больше всего боюсь, что Тайлер попытается помешать нашим отношениям. Ведь я ничего не рассказала Джеку о болезненном романе. И если Тай поведает своему племяшу о моей любви, вряд ли блондин обрадуется.

А я хочу сохранить наши отношения. Какую бы боль ни причинил Джек в прошлом, какие бы обиды ни разлучили нас, он стал родным за эти месяцы. Успокаивал меня, когда Сары не было рядом, налаживал контакт. Он исправил ошибки, и я готова пойти навстречу, невзирая ни на что.

– Давай попробуем.

Наблюдаю, как на его мальчишеском лице расползается улыбка, а светлый взгляд искрится даже в желтизне уличных фонарей. И это так мило. Так искренне. Мы будто вернулись на несколько месяцев назад, когда только-только познакомились. Тот же вечер, та же болтовня ни о чем и те же фонари. Просто другие локации. Но это совсем неважно.

Потому что эмоции испытываю одни и те же.

Не проходит и пяти секунд, как сильные руки Джека притягивают к прохладной куртке, а пухлые губы накрывают мои. Нежно. Любяще. Он словно хочет показать, насколько сильно рад второму шансу. И я рада. Ведь сейчас, целуясь с красивым парнем, ощущаю легкость и спокойствие, которые давно не испытывала. Тону в этих чувствах, в этой нежности.

В парне, с которым я буду счастлива, вопреки внешним раздражителям. Они ведь скоро исчезнут, правда?

«Да», – отвечаю сама себе.

«Нет», – протестует подсознание.

***

Ночью мне совсем не спится. Может, все дело в тесной кровати, или в Джеке, который развалился на большую половину и буквально вытолкнул меня к краю. Или же тот факт, что на новом месте плохо спится. Хотя странно. Когда я только приехала в Лондон, первая ночь в общежитии была спокойной и умиротворенной.

Верчусь с одного бока на другой, и все равно не удается заснуть. Да еще и пить хочется, словно сутки без воды жила.

Встаю с кровати и направляюсь на кухню за стаканом воды. Жажда замучила, прямо как… Дежавю какое-то. То же чувство жажды, та же выделенная спальня для нас со второй половинкой в гостях у родственников. Но в этот раз вместо того, чтобы бродить по коридорам, кухню в скромном домике нахожу быстро. И ни на кого не натыкаюсь. Почти.

Пока не замечаю в небольшом кухонном окне, выходящем на задний двор, маленький огонек. А потом обладателя этого огонька. Высокий брюнет, укутанный в зимнее пальто. И это точно не отец Джека.

Наблюдаю за ним со стороны, как можно сильнее сжимая стакан с водой. Легким движением Тайлер открывает крышку «Зиппо», поджигает какую-то толстую палку во рту и закуривает. Только потом понимаю, что это сигара. Толстая, тяжелая сигара с таким же тяжелым дымом, чувственно выходящим из пухлых уст.

Прикрывает глаза. Наслаждается исходящим ароматом сигары. Затем, медленно открыв глаза, глядит на небо. Обычное серое небо, покрытое плотными сгустками облаков. Белое даже для ночи.

Не осознаю, в какой момент начинаю заглядываться на мужчину. Очерчиваю точеный профиль, стараюсь запомнить его. Взгляд ввысь. Легкий дым из его уст.

Только не сразу замечаю, как он возвращается обратно и открывает заднюю дверь, напротив которой я стояла все это время в одной майке и пижамных шортах.

Тайлер видит меня не сразу. Но как только наши глаза пересекаются, словно два кинжала, замирает на месте. Стоит спокойно, но глаза, наполненные странной темноватой пеленой, выдают с потрохами. Да, за те недолгие недели нашего романа я хотя бы научилась читать его по глазам. Почти научилась. Ведь о его лжи догадалась не сразу…

– Как ты думаешь, каково было узнать, что я трахал девушку своего племянника? – начинает спокойно. Складывается ощущение, что Тайлер предъявляет претензию, а не спрашивает. Будто я во всем виновата. – Ты просто шлюха, которая искала приключения на свою симпатичную попку.

– Не смей меня так называть! – громко шепчу и буквально в два шага преодолеваю расстояние между нами, глядя в обнаглевшие и самоуверенные глаза. Вдыхаю его же воздух, чувствую его парфюм. Но сейчас меня не обволакивает флером страсти, нет. Вокруг только ненависть, только ярость. По крайней мере, с моей стороны. – Это ты обманул меня! Решил закрутить со мной роман, лишь бы забыть покойную невесту! Ты сломал мне жизнь! А теперь заявляешься и говоришь, что я шлюха?

Внутри все полыхает. Нет, это не связано с изжогой. Во всем виноваты эмоции, которые вызывает во мне Тайлер. Злость, обиду, ярость. На него. На его поступки. На его слова, которые расходятся с действиями.

В тот роковой сочельник, когда мы окончательно разошлись, Тайлер ясно дал понять, что ни о какой любви между нами не шла речь. Это был просто секс. Крышесносный, шикарный секс. Ничего более. Только я видела наши отношения совсем иначе.

Его страсть в постели сердце выдало за зарождение любви, его эмоциональный взгляд глубоких морских глаз – за заботу, а подарки, сделанные во время нашего романа, – за щедрость. И только в одном сердце не соврало. Тайлер действительно щедр. Материально и физически. В постели он дарил нереальное удовольствие нам двоим.

Но не в любви, которую не мог дать.

Я, кажется, обещала любить за двоих, пыталась растопить его сердце. Но что вышло в итоге? Полная хрень, как сказала бы Сара. Чхать на эту чертову любовь за двоих. Это невозможно, когда нет отдачи. Наивный бред маленьких девочек, которые мечтали о прекрасном принце с большим пенисом и морем доброты. Такого не существует! Не в наших реалиях! Жаль, что я поняла это слишком поздно.

– Не смей больше подходить к Джеку!

Тайлер нависает надо мной, как скала. Как непробиваемая, безэмоциональная скала, готовая раздавить в два счета. И она раздавит меня, если захочет. Только я не позволю этому свершиться.

– Издеваешься? – чуть ли не визжу от переполняющей меня злости. – Я понятия не имела, что ты его родственник!

– Могла бы узнать.

– Откуда? Ах да, ты же любитель делиться секретами! Как же я могла забыть! – громким шепотом буквально кричу я. Шепотом кричу. Бредово звучит, не так ли?

– Ты многого не знаешь.

– А мне и не нужно! Наши отношения закончились, Тай, я хочу двигаться вперед!

– С Джеком? Чтобы досадить мне?

Он действительно издевается, или самомнение задело здоровые клетки мозга?

– Не поверишь, он мне нравится! Не все вертится вокруг тебя! – язвлю. Хотя нет, скорее плююсь ядом в его серьезную физиономию.

– Ты не любишь его.

И тут я замираю на месте. Не от его слов, а от утверждения в голосе. Будто уверен, что я не люблю Джека. Но как он может знать, что именно я испытываю к его племяннику, если сама совсем недавно разобралась в своих чувствах?

– С чего ты взял?

– Твои чувства ко мне не остыли.

Снова эта чертова уверенность. Снова складывается ощущение, что он читает мои мысли. Но это не так. Тайлер лишь пытается угадать наперед, вместо того, чтобы действительно узнать, что я чувствую на самом деле. Лжет. Я больше не люблю его. Любовь осталась далеко позади. Я выплакала ее со слезами, выдавила, как загноившийся прыщ. Выжгла. Ее больше не существует. Любви к этому мужчине больше нет.

Только Тайлер считает иначе…

Он слишком близко. Между нами не остается и миллиметра свободного пространства. Его дыхание падает прямо на кожу, взгляд испепеляет мои глаза. Могу руку протянуть и дотронуться до чуть сведенных бровей, до мелкой россыпи морщинок в уголках синих глубин, или обвести контур полных губ. Тех самых, которые когда-то целовали меня очень дерзко и уверенно.

Которые доводили до безумия…

Отступаю назад. Стараюсь отойти подальше. Но бесполезно. Столешница не дает сделать и шагу. Загнал в тупик. Не оставил выбора. Снова. Но в прошлый раз я поддалась его напору, потому что желала этого всей душой. А сейчас…

Перед глазами всплывает лицо Джека. Как в тумане, вижу его красивую жемчужную улыбку, сверкающую в свете солнца, его красивый ясный взгляд. Он окидывает меня теплыми лучами, согревает, дает опору и поддержку. Делает то, чего я так и не дождалась от Тайлера. Истину…

– Отойди! – цежу сквозь зубы, не выдерживая его взгляда. Голос дрожит. Я дрожу. И это никак не связано со страхом.

Тайлер резко хватает меня за талию и поворачивает лицом к столешнице. Обе руки по бокам от меня, сзади прислоняется сильное тело. Впритык. Частое дыхание опускается на шею. Жар распространяется по всему организму. В каждую клеточку.. В каждый волосок. Бешеный пульс отдает прямо в голову, дыхание сбивается.

А тело совсем не слушается. Не сопротивляется. Стоит на месте, как его поставили…

– Ты хочешь меня, признайся, – родной шепот. Низкий и хриплый. Который когда-то заводил меня не меньше жарких прикосновений.

Тайлер обволакивает своей аурой. Своей энергетикой. Так сильно. Заманчиво. Холодная столешница контрастирует с горячим телом позади. Схожу с ума. Теряю рассудок. Как в первый раз. С ним. Не думая ни о чем. Последствия остаются где-то далеко. За пределами кухни. За пределами маленького дома на окраине Кембриджа.

За пределами вселенной…

Крепкая рука спускает шортики вместе с трусами. Обнажена. Почти не чувствую его тепло, но знаю, что Тай рядом. Он проводит едва ощутимую линию по позвоночнику, замедляется у копчика, а затем спускается к попке, сжимая ее. Со всей силы. До боли.

Боже, Тайлер собрался меня трахнуть прямо здесь? В доме своего брата? Когда за стенкой спят Джек и его родители? Нет! Я этого не хочу! Не надо, я…

– Куда собралась? – едва слышно рычит мужчина, когда я пытаюсь сбежать. Вырваться из оков. Из страшных оков, которые лишают рассудка. – Издашь хоть писк, и Джек узнает, какая ты развратная шлюшка.

Одна его рука крепко хватает меня поперек талии, а другая все еще сжимает до боли правую ягодицу. Затем гладит. Легко-легко. Едва касаясь. И ударяет. Не слишком громко и не слишком сильно.

Кусаю губы до боли. Лишь бы не застонать от отчаяния. От невозможности вырваться из этого плена. Слишком сладкого и запретного плена. В глазах размытая пелена. Низ живота тяжелеет. Словно органы и мышцы стали каменными. Сконцентрировались именно в той зоне, где я не должна ничего чувствовать от действий этого манипулятора.

Не могу признаться самой себе, что меня это заводит. Возбуждает его грубость, его приказной, низкий тон. Его руки, которые больше не сжимают мою попу, а гладят теперь нежную кожу бедер. Между ног. Совсем недалеко от маленького бугорка.

Коснись меня. Пожалуйста, коснись меня своими пальцами. Очерти ими клитор. Спустись ниже, к истекающему лону. Войди в меня. Задвигайся так, чтобы я захотела чего-то большего, чем два волшебных пальца. Прошу, Тай…

– Я что сказал по поводу стонов! – рычит так же едва слышно. Я разве застонала? Не ври! Я не нарушила уговор! Не надо! Не над…

О, Боже! Кажется, фантазия воплощается в реальность. И мне уже не так хорошо, как было до этого.

Страшно. Страшно за свои мысли и за поступки. Страшно, что его движения внутри меня приносят самый настоящий кайф, разливающийся в каждую клеточку тела. Как яд, отравляющий сознание. Страшно, потому что сейчас снова позволяю воспользоваться собой. Как во время нашего страстного романа.

А самое ужасное, что после этого наркотика появится болезненная ломка…

– Отпусти…

– Нет!

– Отпусти меня! – уже с силой стараюсь освободиться от объятий. Вырваться из плена Тайлера.

Кусаю его за предплечье, натягиваю шортики с трусами и тут же убегаю, но не в комнату, а в туалет, в надежде, что он не побежит за мной и не устроит шумиху. Нельзя, чтобы Джек увидел меня такой… возбужденной. Нужно остыть. Нужно переосмыслить произошедшее.

Нужно, но не удается…

Прохладная вода и на этот раз едва спасает. Лишь охлаждает пыл на некоторое время, пока лицо не превращается в ледышку. Пока не становится совсем белым. Пока кровь не отливает от него окончательно и бесповоротно. Только это тоже не особо радует. Или лицо первоначально было белым? Не знаю. Отражение врет, зрение искажает реальность, а разум подпитывает эту иллюзию.

Иллюзию абсолютного удовольствия на грани распада личности…

Тайлер выбил меня из привычного мира, который прекрасно существовал без него. Сначала болезненно, затем отчаянно, а под конец померкшие краски вновь приобрели яркость.

А что происходит сейчас с этим миром? Землетрясение. Едва ощутимое простому смертному. Однако он норовит снести все с лица земли. Чертово стихийное бедствие моей идеальной жизни. Ах да, я же говорила, что ничего идеального нет… По крайней мере, не со мной.

Теперь точно не будет.

– Ты ничего не слышала? – неожиданно выдает Джек, чуть не столкнувшись нос к носу, когда хочу открыть дверь в его комнату. А я подумала, что пора выходить из убежища, что ничто сейчас меня не побеспокоит. Только-только я успокоилась, только пришла в себя после случившегося, а теперь Джек.

Глаза расширены, даже в темноте видно, лицо перепугано, словно к нам кто-то вломился. Но это не взломщик и не вор. Это крах моего мира.

– Ты о чем? – интересуюсь непонимающе.

– Я слышал какой-то хлопок.

– Странно. Я ничего не заметила.

Уверенно произношу эти слова, в то время как в душе происходит настоящий вихрь. К горлу поднимается ком. Все выше и выше. Он вот-вот готов выйти наружу с диким воплем. Со слезами. С правдой, которую прячу за непониманием в глазах.

– Тогда пошли спать, – Джек берет меня за руку и тянет в спальню. В маленькую комнатушку с односпальной кроватью. Там, где мы почти не помещаемся. Но именно здесь мне хорошо. Именно в его объятьях, в его компании. Было.

Прошедшее время решает все, потому что в настоящем моя душа не находит спокойствия. Она мечется туда-сюда, как тигр в клетке, и не знает, как поступить дальше. Как чувствовать.

Еще недавно Джек умолял принять его обратно, и я дала ему второй шанс, простила предательство. Начала новую жизнь, как думала раньше. Но это лишь ошметки старой. Наверное, было бы проще, если бы я нашла другого парня. Не Тайлера и не Джека. Если бы не зацикливалась на прошлом.

Раньше я думала, что с Джеком мы будем просто друзьями, но взаимная симпатия сделала свое. Я была так счастлива вчера, во время поцелуя, и сегодня во время прогулки. Но не потом. Я смогла бы забыть, что Тайлер – его дядя. Раньше не пересекались и потом не пересечемся. Но теперь все иначе.

А готова ли я к этим отношениям? Смогу ли встречаться с Джеком, мысленно желая оказаться в постели с его дядей? С тем человеком, от которого сносит крышу…

Не ответив на вопрос, я проваливаюсь в сон.