Грешные игры. Освобождение
- -
- 100%
- +
Джек специально попросил одеться к свиданию. Официально. И буквально приказал спрятать свой кошелек куда подальше. Когда брали билеты в кино, запретил платить мне, а когда заказывали еду – не позволил даже открыть меню. Все заказал сам. Он сидит слева от меня в строгом костюме, подчеркивающем его крепкое телосложение, и я в коротком черном платье на все случаи жизни.
Откуда у него деньги? Не знаю. Сказал, что ему выписали премию, которую тут же решил просадить вместе со мной. Первые минуты меня сковывало напряжение, но затем Джек каким-то волшебным образом сумел разрядить обстановку. Может, дело в его шуточках или же в безупречной улыбке, которой хотелось улыбаться в ответ. И мне хорошо. Нам вместе сейчас хорошо.
– Здесь очень вкусно, – проглотив последний кусочек стейка, отмечаю я.
– Рад, что угадал с кухней.
Улыбается. Снова и снова готова разглядывать жемчужную улыбку. И искры в глазах. И счастливое выражение лица. И самого парня. Такого непривычного, но до боли родного.
Почему-то сразу вспомнились первые дни знакомства, когда мы позволяли себе лишь приглядываться друг к другу. Потому что боялись чего-то большего. Точнее я боялась. Именно Джек сделал первые шаги. Это он пригласил на танец, это он повел на прогулку по скверу возле общаги, когда нас спалила миссис Робинсон.
И подарил первый в жизни поцелуй…
– О чем задумалась? – отвлекает Джек.
– Вспоминала наше знакомство, – отвечаю, чуть смутившись.
– Ты тоже помнишь, как вписалась в меня в коридоре? – Блондин иронично выгибает бровь.
– Нет, я про поцелуй.
– Их еще будет очень много.
И он не прогадал. Джек притягивает меня ближе к себе и слегка касается своими пухлыми губами моих. Наш поцелуй не похож на первый, однако оказывается гораздо красноречивее. В нем ощущаются нежность, забота и все те чувства, которые теплятся в этом парне. Которые сейчас наполняют меня. Нет, не любовью. Взаимным притяжением и спокойствием.
И я готова сохранить эти чувства как можно дольше.
– Куда пойдем дальше? – интересуюсь у Джека, нехотя оторвавшись от его красивых губ.
– Как насчет номера самой крутой гостиницы на тридцатом этаже?
– И чем мы будем там заниматься?
Зря поинтересовалась. Вопрос риторический. Мы оба знаем, что ждет нас в том шикарном номере на тридцатом этаже. Море соблазна. Море секса. Что-то подобное можно было ожидать от Джека спустя столько времени воздержания. Но как к этому отнестись?
После неудачного первого раза страх любого мужского прикосновения овладевал мной, преследовал все время, даже при попытках исправить это недоразумение. До одного момента. Но я изменилась, и видение некоторых вещей тоже…
– Сама знаешь чем.
Мальчишеский голос стал ниже на пару октав. Он слегка охрип, посерьезнел. Взгляд потемнел, в красивых голубых глазах отражалось пламя свечей. И оно оказалось красноречивее любых слов из четко очерченных сочных губ.
Тепло. Оно так активно распространяется по телу. От одной небольшой области на коленке, куда опустилась рука Джека. По всему организму. В каждую клеточку тела. В каждую частичку. Чуть покалывающее, нежное, чувственное. Это не взрыв ядерной бомбы, не достижение вершин облаков. Просто легкая искра, которая зажглась в один момент и не собирается гаснуть, пока она поддерживается нами обоими.
– Тогда поехали, – шепчу практически в губы, придвинувшись чуть ближе.
Наши дыхания сливаются в одно целое. В единую атмосферу, в которой нет места третьему лишнему. Однако он появляется в самый неподходящий момент, когда я хочу снова почувствовать на себе нежную припухлость красивых губ Джека. Блондин очень быстро нажал на специальную кнопку возле нас. Лучше бы подождал.
– Ваш счет, – молодой официант подает небольшую папочку. Ее содержимое, естественно, мне тоже не показывают.
– Вот моя карта, – парень протягивает серебристую банковскую карту.
– Ваша карточка не работает, – тут же отвечает официант, показав Джеку распечатанный на специальном устройстве чек с ошибкой.
Что происходит? Почему мы не можем уйти отсюда? Джек заказал довольно много для двоих, но парень уверял, что у него достаточно денег, чтобы расплатиться за все. Может, все-таки не так много, как планировал первоначально?
– Секунду.
Джек залезает в телефон, ищет что-то, и когда в один момент светлые глаза округляются, понимаю, что он попал. Точнее мы попали. Что в таких случаях делают? Моют посуду месяц подряд? Или мусор убирают? Может, подрабатывают на кухне? Я не против, лишь бы покрыть счет.
– Я сейчас приду, – кивает мне и идет к выходу вместе с телефоном, оставив возле меня свой кошелек.
Звонит кому-то. И то, что я слышу перед тем, как Джек скрывается за дверью, до чертиков пугает.
– Дядя Тай, у меня проблемы…
Снова он. Снова напоминает о себе. Почему Джек не позвонит друзьям или отцу, да кому угодно, только не своему дяде? Ах да, у них же особые отношения, доверительные. Он ближе, чем родной отец.
Официант тоже ускользает из кабинки, оставив меня наедине с собой. С размышлениями. Хотя какие могут быть размышления, когда внутри то холодеет, то горит при мысли о том, с кем сейчас разговаривает Джек? У кого просит помощи.
Опять…
Почему раньше я не слышала о Тайлере? В начале осени, когда наши отношения вот-вот зарождались? Почему? Теперь он появляется чаще положенного. Даже издалека. Из уст Джека. Или нет…
Дверь в нашу кабинку открывается. Я уже не одна, нас четверо. Я и еще трое мужчин. В полумраке видны лишь силуэты, но различить их получается без труда. Худощавый официант, который все это время выполнял все наши прихоти, взволнованный Джек, зыркающий в разные стороны, как провинившийся школьник. И он…
Его фигуру невозможно не узнать. Высокий, подтянутый, с уложенными назад темными волосами, в привычном офисном костюме. И аромат. Древесный. Чуть сладковатый. Ощущается даже издалека. Что Тайлер здесь делает? Глупый вопрос – Джек сам позвонил. Но почему он так скоро пришел на помощь племяннику?
– Это все? – интересуется низкий хриплый голос, и Тайлер протягивает свою карточку. От этого голоса мурашки бегут по коже. Быстро. И так же быстро исчезают, заставляя вернуться в реальность.
Потому что она гораздо опаснее каких-то там воспоминаний прошлого. Ведь именно это прошлое может сломать настоящее.
– Да. Благодарю вас, мистер Адамсон, – вернув банковскую карту Тайлеру, вежливо отвечает официант и покидает кабинку.
Задыхаюсь. Воздуха совсем не хватает. Вдруг он расскажет? Вот сейчас. В этот самый момент, когда мы остались втроем. Вдруг разрушит то хрупкое и светлое, что начинает загораться в нас с Джеком?
– Спасибо, дядя Тай, – чуть громче, чем планировал, произносит Джек и пожимает дяде руку. Тот отвечает взаимностью. Серьезен, но вполне спокоен. Пока не находит взглядом меня, скромно сидящую за пустым столиком.
От привычной расслабленности не осталось и следа. Как и от доброжелательности в едва заметных в полумраке синих глазах. Злость разливается в каждый уголок небольшой кабинки. Его злость. За то, что не выполнила его просьбу и не собиралась идти на поводу прихоти.
– Ты не против, если я попудрю носик? – тут же спрашиваю у своего парня в надежде сбежать отсюда хотя бы на пару минут. До тех пор, пока Тайлер не покинет нас.
– Конечно. Не задерживайся, – Джек оставил на щеке небольшой поцелуй и только потом отпустил меня. А я в это время испытала такой шквал эмоций, который никогда в жизни не настигал меня. Никогда в жизни. Любовь, граничащая со злостью. И исходили эти чувства от двух разных мужчин. Странно, правда?
В женском туалете оказываюсь спустя пару секунд. Буквально бежала туда в сапогах на высоких каблуках, чуть ли не сбивая рабочий персонал с пути. И, на радость, он оказался свободен.
Тут же подхожу к раковине, игнорируя унитаз, включаю холодную воду и окунаю руки. Чтобы хоть что-то пришло в норму. Дежавю. Я поступила точно так же, когда увидела Тайлера впервые спустя месяцы. Точно так же спряталась ото всех, желая привести мысли в порядок. Но если раньше меня мучило негодование, то сейчас сознанием завладел страх.
Страх, что все в один прекрасный момент разрушится…
Зря я сбежала, зря оставила их наедине. Лучше бы сидела на месте и не дала бы шанс Тайлеру разоблачить меня перед Джеком. Только поздно спохватилась. Слишком поздно. Или нет?
Нужно остановить его, пока не натворил ошибок. Пока не выставил меня грязной шлюхой в глазах Джека. Он может. Блондин наверняка послушает своего любимого дядю. Однако эти мысли канули в лету. В тот самый момент, когда я вытерла полотенцем ледяные руки и хотела покинуть мое пристанище.
Потому что путь к борьбе за счастье загораживает Тайлер, глядя на меня через отражение в зеркале…
– Нам нужно поговорить, – холодный тон просачивается в небольшое помещение.
– Мне некогда.
– Я не спрашиваю.
Тайлер преодолевает расстояние между нами. Оказывается позади. Как тогда, в доме Джека. Наши взгляды пересекаются в отражении зеркала, наши тела снова в опасной близости. Только сейчас я вряд ли смогу сбежать, не вызвав подозрений. Вряд ли объясню своему парню, почему дышу так часто, почему желаю вдохнуть что угодно, только не древесный аромат когда-то любимого одеколона.
Мне не уйти от колющей правды в синих глубинах, и они пойдут до конца, чтобы снова разобрать меня по кусочкам и выкинуть, как ненужный мусор…
Глава 8. Точки над «i»
– Как ты вошел?
Вопрос звучит из моих уст испуганно. Не понимаю, в какой момент сжимаю руками раковину, каким образом материал начинает скрипеть под моими пальцами. В узком туалете становится совсем тесно. Слишком тесно для нас двоих. Не говоря уже о нарушении личного пространства, которого я так хотела избежать мгновениями раньше. Когда увидела его. Когда почувствовала, что нам двоим не уместиться в той кабинке.
– Ты не закрыла дверь, – констатирует Тайлер, словно я никогда не закрываю дверь в общественный туалет. Может, настолько сильно желала остаться наедине с собой и прийти в чувство, что не учла один маленький фактор, умножившийся в разы.
– Только не говори, что опять будешь трахать меня пальцами!
– Я просил оставить его, – не замечая моей иронии, чеканит мужчина.
– Ты не просил, а приказал, – развернувшись лицом к своему мучителю, отвечаю смело. По крайней мере, стараюсь показать, что не боюсь его. Только трясущиеся ноги говорят об обратном. – Я не послушная кукла, которая следует твоим приказам.
– А должна.
– Я ничего тебе не должна! Оставь меня в покое!
– Мне рассказать Джеку, что ты спала со мной, пока встречалась с ним?
Опять…
Когда же это прекратится? Почему он все время в чем-то меня подозревает? То в нелюбви к Джеку, теперь это! Какого хрена? Хочет вывести меня из равновесия? У него хорошо получается. Причем очень хорошо. Почва под ногами исчезла, когда он появился позади меня, паника подступала к горлу, когда он подошел слишком близко ко мне.
И только разум вытеснил все эти ощущения, когда из его пухлых уст, очень похожих на губы Джека, вылетели самые идиотские на свете слова. Те самые, которые решили практически все.
– Ты дурак? Я не встречалась с вами обоими! – кричу со всей силой своего голоса, на которую сейчас способна. Кричу прямо в каменное лицо, лишенное эмоций. Даже синий взгляд не может подсказать, что творится внутри этого мужчины. Но мне и не надо. Плевать. Сейчас уже плевать. – Мы расстались, когда я встретила тебя в клубе. Мне было плохо, а ты помог отойти от этого.
– Не ври.
– Да кого хочешь спроси! Того же Эндрю! Если бы не он, я бы не стояла сейчас перед тобой, а лежала бы в психушке!
Голос становится тоньше. Дурацкий ком в горле постепенно продвигается вверх, готовый в любой момент выплеснуться наружу со всеми эмоциями.
– Повторяю в последний раз, не ври, – произносит железным голосом. Уже не таким спокойным, как обычно. Каким я привыкла слышать эти хриплые нотки на низких октавах.
– Да не вру я!
Плачу. Как маленькая девочка. Капли слез одна за другой скатываются по щекам. Раз за разом. А я даже не пытаюсь отвернуться, чтобы Тайлер больше не видел меня такой слабой.
Когда-то я надеялась, что больше никогда этот человек не увидит меня в таком состоянии. Больше никогда он не затронет ничего во мне. Никаких эмоций, чувств. Даже сердце не начнет бешено биться в грудной клетке. Как же давно это было. Однако мои мечты так и не воплотились в реальность.
Ни капли я не изменилась. Осталась все той же наивной девчонкой, которая когда-то умирала от любви к взрослому мужчине. Той же жалкой и никчемной. То, которая плакала в подушку дни и ночи, когда любимый мужчина раз и навсегда сжег мосты между нами.
Только сейчас, вместо горьких слез о безумной любви, я сгораю в агонии отчаяния и боли, потому что меня лишают счастья. Счастья с человеком, который когда-то вытащил из беспросветной бездны. С тем, кто окрасил мир заново. Он внес свои коррективы, свои взгляды.
С его племянником.
Я хочу забыть прошлое. Выкинуть его из головы раз и навсегда. Вместе с ошибками Джека. Вместе с присутствием Тайлера в моей жизни. Со всем тем, что так омрачало мое существование.
– У нас был роман, но я хочу забыть об этом и начать новую жизнь, – говорю уже не так громко, больше даже шепотом, слыша в своем голосе плаксиво-высокие нотки. – Джек хороший парень, и я никогда не сделаю ему больно. Оставь нас. Дай мне возможность забыть тебя!
Его взгляд. Я никогда в жизни его не забуду. Не выкину из головы эти светлые отблески в сплошной синеве. Смесь отчаяния и чего-то еще, ранее неизведанного. Того, что никогда не наблюдала в когда-то любимых глазах.
Нежелание отпускать ситуацию наравне со злостью на то, что все складывается именно таким образом. Что я не последняя сука на этой планете, что не обманула ни его, ни его племянника. И что я действительно испытываю симпатию к Джеку.
Но забыла ли я Тайлера окончательно?
– Не дай бог я узнаю, что он страдает из-за тебя!
Уже страдал, Тай. Ты опоздал с предупреждениями. Но я больше никогда такого не допущу.
Это последние слова, которые я слышу от него, когда статная мужская фигура покидает туалет. Теперь точно закрываю дверь на щеколду, чтобы никто больше не побеспокоил меня. Чтобы остаться наедине с собой и разобраться во всем. Если получится.
Какой же он злой, жестокий. Сказать, что я когда-то заставала Тайлера таким, значит слукавить. Хотя… однажды мне пришлось столкнуться с этой гранью мужчины один на один. В тот момент, когда мы выясняли отношения. В сочельник. После той встречи я не видела его два с половиной месяца. И лучше бы никогда больше не встречала на своем пути.
Но мы пересеклись. В один прекрасный момент, когда этого никто не ожидал. Когда я практически забыла о существовании Тайлера Адамсона в своей жизни. И сейчас, на прощание глядя в синие глубины, не могла не ощутить то самое щемящее чувство, которое преследовало меня во время нашего бурного романа.
Маленький отголосок заботы…
Раньше нас соединяли тонкие, но прочные нити, которые порвались после расставания. По крайней мере, я так думала до этого разговора. Ведь его глаза не врут. Тай может скрыть все эмоции на своем лице, не показать, что на самом деле чувствует, но взгляд… он не лжет никогда. Только не его взгляд.
Теперь же эти самые нити казались не порванными, а растянутыми. Как резина. Она деформировалась за почти три месяца, однако этот материал имеет свойство восстанавливаться, если к нему не прилагать силу. Может, сейчас именно это и происходит?
Может, Тайлер так и не остыл ко мне?
Это как раз подтверждает его поведение в доме Джека, его злобу сейчас. И этот взгляд… Отчаянный. Какой-то озлобленный на весь мир. Как у ребенка, у которого отняли все самое дорогое. И нет, дело далеко не в Джеке. Не в заботе о любимом племяннике, как утверждает Тай. Проблема во мне. Мы потерялись однажды. И когда на нашем пути снова образовался шанс наладить отношения, мы лишь оттолкнулись друг от друга. Он прикрылся яростью, а я улизнула за спину Джека.
И если мои догадки правдивы, то у меня большие проблемы. Кажется, Тайлер оказался прав. Я все еще не забыла о нем, как и он обо мне…
А вдруг я сейчас совершила ошибку, попросив Тая оставить нас в покое? Вдруг он надеялся, что мы сойдемся? Да, звучит ужасно глупо, но внутри что-то екнуло при этой мысли. Что-то важное и спящее. До недавнего времени.
Черт! Я совсем запуталась! Не представляю, что делать дальше.
«Возьми себя в руки, Софи. Ты решишь все со временем, а пока что идти к Джеку, попрощайся с ним и немедленно домой! Пока не поймешь, что чувствуешь к этим мужчинам и как именно Тайлер относится к тебе, не предпринимай ничего! Никаких действий! От этого станет только хуже!» – подсказывает внутренний голос. Возможно, он прав. Мне нужно время. Снова. Хотя бы один вечер.
Потому что разрываться на части от неизвестности – невыносимо.
В зеркале на меня смотрит самое настоящее пугало. Черт! Если Джек увидит, заподозрит неладное. Хорошо, что Сара силой закинула мне в сумочку консилер. Нужно немедленно привести себя в порядок. Чтобы все выглядело естественно. Чтобы никто не посмел обвинить меня во лжи…
– Ну, наконец-то! Я тебя уже заждался! – восклицает Джек, когда выхожу в общий зал, где он ждал меня.
– Извини, пришлось задержаться, – пытаюсь оправдаться спокойным голосом, который только-только пришел в норму. – Я немного устала. Не против, если мы поедем домой?
Помню, Джек хотел провести ночь в каком-то супер-пупер номере супер-пупер шикарного отеля, да и я была не против такого завершения свидания. Но планы изменились. У блондина, скорее всего, денег уже нет, а я морально истощена. Подавлена. Вокруг творится сплошная неразбериха, и лишь тишина родной комнаты сможет помочь разложить весь хлам по местам.
– Конечно. Давай только зайдем ненадолго в ту кабинку.
Джек тут же повел меня в сторону одной из кабинок, точь-в-точь такой же, где сидели мы. А я просто шла следом. Ничего не подозревая. Инстинкт самосохранения, скорее всего, ушел в зимнюю спячку. Устал. И не проснулся даже в тот момент, когда перед глазами встала картина из кошмарных снов.
Тайлер и другая женщина…
Они сидели примерно так же, как и мы с Джеком. Рядышком. При свечах. Он – идеальный в своем костюме, и она – красавица с обложки журналов. Темные волосы, светлые глаза и роскошная фигура в вечернем синем платье. Песочные часы. Сейчас все девушки к этому стремятся.
Они не улыбаются друг другу, не строят глазки, а спокойно ужинают, как взрослые люди, пока мы не рушим странную британскую идиллию.
В этот момент в голове мельком вспоминается другой ужин. В его квартире. Прямо на полу в гостиной. И тогда никто из нас спокойно не покушал. Потому что ужин закончился жарким сексом.
– Мы пошли, – Джек протягивает дяде руку. – Спасибо, что помог.
– Обращайся, – мужчина пожимает ладонь в ответ, глядя сначала на Джека, затем на меня. Мельком. Не задерживаясь надолго. – В следующий раз рассчитывай сумму.
– Хорошо.
Они о чем-то разговаривают, о каких-то делах в компании Тайлера, только я совсем не вслушиваюсь, пытаясь хоть немного сообразить, что происходит. А точнее, что сейчас чувствую.
Ничего.
Пустоту.
Все эмоции упали к ногам. Их больше нет. Ни радости, ни грусти, ни горечи. Даже разочарование убежало вслед. Больше ничто не омрачает мою душу. Ничем.
Все пропало. Недосказанность, метания по разным сторонам. И сожаление, что мое решение могло оказаться ошибочным. Это не так. Оно не ошибочно. Я все сделала верно. Шагнула назад, попросила оставить в покое, хотя в глубине души сомневалась в выборе.
Джек правильно поступил, что привел меня к Тайлеру. Если бы я не увидела его с другой женщиной, то так и мучила бы себя мыслями. До последнего. Пока не застрелилась бы от невозможности выбрать единственный жизненный путь. Путь без Него. И теперь картина моей жизни более-менее проявляется. То спокойное и размеренное будущее с Джеком, о котором я так мечтала, показалось издалека. Как свет в конце туннеля.
И этот свет проясняет сознание…
Тот взгляд Тайлера в туалете теперь толковался иначе. Это не жалость и не отчаяние, а страх совершить ошибку по отношению ко мне. Потому что я могу с легкостью разрушить жизнь дорогого ему человека. Между ними не просто связь племянника и дяди. Джек действительно важен для него. Как сын.
Если бы Джек знал, что с ним произошло частично по моей вине, если бы хоть на секундочку представил, какой ад мы оба пережили. Он – от неразделенной любви, а я – от предательства. Но это все позади. Теперь окончательно и бесповоротно.
– Жду тебя на работе.
– Спасибо, дядя Тай, – кричит напоследок Джек и уводит меня из тесного помещения. И только на улице я почувствовала себя совсем легко.
Понимаю, что на такси мы уже не поедем, а наши наряды вот-вот намокнут даже через верхнюю одежду. Но мне плевать. Настолько плевать. Потому что я окончательно освободилась от гнета, от чувства вины.
У Тайлера есть другая женщина. Ему незачем вредить мне нарочно. Наверняка новая София полностью перетянула внимание на себя. И это к лучшему. Ни о какой любви между нами не может быть и речи. Раньше не возникало и сейчас не возникнет. Больше никогда.
– Скажи, ты хотел меня впечатлить? – разрываю затянувшуюся тишину.
– Да, – честно отвечает Джек.
– Можно было обойтись походом в Макдональдс.
– Ты достойна большего.
На мгновение мы останавливаемся прямо посередине тротуара. Люди вокруг ускоряют шаг, чтобы не попасть под дождь, а мы так и стоим под крупными каплями, которых становится гораздо больше, чем мы рассчитывали.
И я гляжу в его глаза. Такие светлые и красивые. Обвожу черты пропорционального лица, вслушиваюсь в мальчишеский голос. В его дыхание. Подхожу ближе, чтобы почувствовать теплую пелену на своем лице. Близко-близко. Стираю капельки воды с носа указательным пальцем.
И целую. Осторожно и очень нежно. Как он меня. Стараясь не задеть то хрупкое, что возникло между нами. И я не хочу его терять. Ни за что. Никакие «великие умозаключения» не позволят отказаться от Джека. От доброго и светлого парня, который так бережно прижимает меня к своему телу. Пытается расстегнуть свою куртку и обернуть меня в нее. Чтобы не замерзла. А мне совсем не холодно рядом с ним.
Наоборот – очень и очень тепло.
– Может, продолжим наш вечер, как мы и планировали? – оторвавшись от губ парня, спрашиваю с ходу. И мы оба понимаем, что ночь пройдет не за чашечкой кофе и игрой в шахматы.
– Вряд ли у меня хватит денег на шикарный номер…
– Твоя комната свободна.
Не даю больше вставить и слова. Опять целую влажные от дождя губы. Но уже не аккуратно, как раньше. Впиваюсь в них, глажу языком то верхнюю, то нижнюю губу. И ответ не заставляет себя долго ждать.
Теперь нам нечего бояться. Ни дождя, ни отсутствия средств на существование. Ни прошлого, которое зорким взглядом окутывает нас где-то за стеклянными окнами…
Глава 9. Третий шанс
Тишина. Нерушимая. Порой она так необходима некоторым людям, предпочитающим шумную компанию. Ведь за ней можно спрятать душевные терзания, переживая тяжелые времена. Саре она бы очень помогла, когда та увидела Гарри с девчонкой-старшекурсницей.
А мне?
Раньше – да, а сейчас в ней нет нужды. Слишком долго я пряталась, как нашкодивший ребенок под кроватью от строгой матери. То время прошло. Пора вылезти из убежища и посмотреть в будущее.
Оно глядит на меня светлыми, практически небесными глазами с чуть замутненной пеленой серости. Улыбаются, когда наши лица соприкасаются друг с другом. И мутнеют, когда губы соединяются в нежном поцелуе.
Подо мной мягкая кровать с чуть жестковатым покрывалом, надо мной горячее тело парня, которого так хочется прижать сильнее. Крепче. Ближе. Чувствуя, как жар быстрыми потоками передается от него ко мне и обратно.
Верхняя одежда брошена где-то у двери, его пиджак последовал за ней. создавая после себя своеобразную дорожку. Словно мы старались оставить след. Но нас интересует совершенно другое. Физиология.
Горячие губы жадно сминают мои в ответ. Сначала покусывают, потом всасывают. Тянут до легкой боли. Пока не вылетает протяжный стон. Тихий-тихий. Слышный только нам обоим.
– Как же я скучал.
И я скучала… по мужскому крепкому телу скучала…
Горячий шепот опускается в район шеи, где после жаркого дыхания ощущается не менее пылающий поцелуй. Потом еще один. И еще. Как цепочка, которую Джек пытается нарисовать губами на моей коже. До декольте. Потому что платье не позволяет продвинуться дальше. Но разве кого-то из нас это останавливает?
Джек быстро находит молнию сбоку, так же быстро тянет и стягивает с меня черную облегающую ткань, оставив в одном нижнем белье. И чулках, закрепленных на специальном поясе.