- -
- 100%
- +
Вскочив, Децел вскипел, выразив одним словом всё своё возмущение.
Кабан сел, облокотившись на опору остановки, и сурово ответил:
– Ещё раз кто-нибудь, что-нибудь скажет про еду – голову оторву. И вообще, заткнись.
Кабан за последнее время серьёзно изменился. Из озорного шутника он превратился в медведя, откуда-то появились суровость и грубость. Конечно, не за один день, примерно за месяц – но после того, как они сбежали, это стало особенно заметно. Он уже не в первый раз срывался.
Децел, видя настрой Кабана, молча сел на место.
– Вик, а правда, зачем ты пошла с нами? – Неожиданно поинтересовался Децел.
– Ну, я думала, что, если не поймают, то родителей когда-нибудь найду. А вообще не знаю зачем, может быть зря я это делала.
Через пару часов, когда ожидавшие их друзья уже начали волноваться, Коля и Штырь вернулись с двумя пакетами. Они выглядели сильно уставшими, но довольными. Поставив пакеты на лавочку, они сели на другую сторону остановки.
Вика и Децел жадно рылись в пакетах. Кабан встал неторопливо, оттянув Децела за шиворот, вытащил из пакета несколько пирожков и беляшей и сел на своё место.
– Вы где спёрли? – Спросил Децел, жуя булку.
– На рынке. Ну и побегали мы сегодня. Народу мало, нас хорошо видно, в толпе не спрячешься, – устало ответил Штырь. – Короче, сейчас найдём место, где переночевать, рано утром дёрнем. Нечего засиживаться.
– Куда пойдём? – с воодушевлением поинтересовался Кабан.
– Будем ходить от города к городу, – ответил Коля. – Где понравится, там и осядем. Жизнь дана не для того, чтобы просидеть её на одном месте.
Ночь ребята провели в маленьком брошенном гараже, в котором, по всей видимости, часто бывали местные подростки. В гараже были: старый, почти развалившийся диван, вонявший пивом и сигаретным дымом; обшарпанные панели от шифоньера; несколько пустых ящиков, и полно бутылок из-под пива, окурков и прочего мусора.
Вика долго не могла уснуть, так как было ещё рано, около половины девятого вечера, и на улице шёл дождь, барабанивший по крыше. Она была даже довольна таким ночлегом, – в конце концов, есть крыша над головой, она спала на каком-никаком диване, в отличие от пацанов, спавших на панелях от шифоньера, подложив под головы рюкзаки, да и ужин был относительно неплохой, – думала Вика. В интернате все считали её странной мечтательницей. Иногда она была прилежной и послушной, а иногда умудрялась ввязаться в какую-нибудь историю. Она хотела то обычной мирной жизни, то приключений, и даже завидовала ребятам, когда те убегали.
Ребята проснулись рано и двинулись в путь. Они собирались выйти на трассу и идти по ней, ориентируясь по указателям. Штырь уверял: «Если идти по трассе, то куда-нибудь да придём, может быть, нас даже подвезет кто-нибудь»
На улице было ещё темно, слабо накрапывал дождь, разводя круги в лужах.
Ребята шли по двору, как вдруг сзади их кто-то окликнул: «Эй! стойте».
Подростки ускорили шаг.
– Э! стой!
Ребята побежали, но около мусорных контейнеров их окружили несколько человек.
Кто-то схватил Колю за капюшон.
– Эй, куда побежали, а?! Просили же остановиться.
– Чё хотели? – Огрызнулся Штырь.
– Закурить нет? – Спросил один.
– Нету, – робко ответила Вика.
– Если чё найдем, то возьмём.
– А ты попробуй! – Выпалил Штырь, хотя это было совсем не к месту.
Из толпы вышел парень лет 20, схватил Штыря за плечо и ударил коленом в грудь, после чего отшвырнул его в кучу строительного мусора. Штырь не мог подняться, было тяжело дышать.
Коля вырвался и попытался ударить одного из парней, но промахнулся. Остальные пытались вырваться, но их крепко держали.
Штырь пришёл в себя, его глазам предстала следующая картина: шестеро били ногами лежащих на мокром асфальте Колю и Кабана, смеясь при этом. Кабан и Коля закрывали лицо руками. Двое держали Вику и Децела, остальные двое рылись у них в карманах.
У Штыря была отличная возможность убежать, про него, похоже, забыли, но он вспомнил слова друга: «Нет, раз уж решили идти вместе, идём вместе». Штырь взял кусок толстой деревянной рамы от окна и со всего размаху обрушил его на голову одного из обидчиков, тот упал. Нападавшие растерялись. Подростки тем временем сбежали, сзади раздался крик: «Сурка замочили!», что вызвало невольную улыбку у беглецов.
Ребята не знали этот двор и, пытаясь скрыться в гаражах, расположенных на другой стороне двора, попали в тупик.
Тем временем наподдавшие отморозки устремились за ними, свистя и выкрикивая угрозы.
Благодаря большому отрыву, подростки успели выбежать из тупика, но отрыв при этом заметно сократился.
Ребята выбежали из двора, но бежать особо было некуда. Справа – стройка, огороженная забором, слева снова дворы, впереди, через дорогу, плотной стеной стояли ларьки. Только что к ларькам подъехала серебристая «Audi». Из машины вышел водитель, не заглушив двигатель, и зашёл в круглосуточный магазин.
Преследователи были уже совсем близко. Поняв, что дело плохо, и если не решиться, то до утра можно и не дожить, ребята, не раздумывая, запрыгнули в машину. Коля вдавил педаль газа в пол, и машина с рёвом рванула вперёд.
Коля и Штырь немного умели водить, они частенько захаживали к старшим товарищам со двора по соседству с детдомом, и те давали проехать пару кругов по двору на старенькой «Волге» – машине одного из них.
Один из преследователей успел уцепиться за ручку водительской двери. Его протащило несколько метров по асфальту. Он всё же сорвался, и, поднявшись, что-то кричал в след.
Коля, промчав пару кварталов, сбавил скорость.
– Давай вправо. Ещё пять кварталов проедем, машину бросим, пока не въехали куда-нибудь, – сказал Штырь, сидевший на переднем пассажирском месте.
Понемногу светлело, они ехали по самой окраине города, здесь уже не было многоэтажек, только частные дома. Всех переполнял адреналин, но Колю, помимо этого, ещё и какая-то гордость за себя: «Я только что всех спас, я сижу за рулём угнанной крутой тачки». Коля сидел с серьёзным видом, деловито осматриваясь по сторонам, держа руль одной рукой. Так хотелось продлить этот момент, но рисковать нельзя, машину нужно бросить.
Коля собирался остановиться, но за последним поворотом стоял пост ДПС.
Полицейский взмахнул жезлом, приказывая остановиться.
Подростки просто испугались, и Коля снова нажал на газ. Полицейский запрыгнул в патрульную машину, что-то сообщая по рации.
Теперь чувства весёлых шальных приключений развеялось. Полиция – не гопота дворовая, хоть бить и не будут, но последствия их встречи могут оказаться серьёзнее. Только Штыря и Колю эта ситуация лишь раззадорила, Колю – потому что его психологическая установка была такова: «Терять мне нечего, а если уходить, так уходить с огоньком», – а Штыря просто от непонимания серьёзности последствий. Коля – единственный, кто не боялся зайти слишком далеко, не боялся никаких последствий, хотя прекрасно понимал, какими они могут быть. Именно это нездоровое отсутствие страха перед концом, даже его ожидание в какой-то степени, делали его бесстрашным перед любыми ситуациями. Сейчас он был готов на всём ходу въехать в стену и разбиться насмерть, «с того света не достанут». Жизни друзей его не слишком волновали сейчас, сейчас он будто был один, счастлив и поглощён своей игрой.
Коля выехал на широкое шоссе, на котором почему-то не было ни одной машины. За ребятами гнался патруль ДПС, что-то крича в рупор.
– Почему машин нет? Неужели трасса перекрыта? Тогда мы попали, – тревожно сказал Децел.
– А если они нас поймают? – Спросила Вика.
– После того, что мы натворили, нам ни в коем случае нельзя попасть в руки к ментам, – ответил Коля, вдавив газ до предела и сорвав стрелку спидометра.
– Немедленно остановиться!!! Прижмись к обочине! – Кричали в рупор.
Раздалась пара хлопков – предупредительный огонь.
Коля жал на газ, по пустой широкой трассе можно разогнаться как следует. Стрелка на приборах показывала 200 км/ч, но бензин был почти на нуле. Сидящие сзади в ужасе вжались в сидение, Кабан даже пристегнулся. Штырь высунул в окно руку и показал фак преследователям.
– Бензин почти на нуле, мы скоро встанем, – предупредил Коля. – Надо что-то сделать, чтобы они отстали!
– Гони, Колян! ГОНИ!!! – Кричал Штырь.
Неожиданно Вика сняла портфель и, открыв окно, выбросила его под колёса идущей на обгон машины ДПС. Полицейский выкрутил руль. Машину занесло на мокром асфальте, заскрипели тормоза, и машина вылетела в кювет, едва не перевернулась и остановилась. Полицейский замер, вцепившись в руль. Похоже, он не верил, что жив и здоров. Он взял рацию: «Диспетчер, сто седьмой на связи… запрашиваю подкрепление».
Патрульная машина, немного побуксовав, вновь вернулась на трассу, но нарушителей уже не было видно.
Тем временем у ребят появилась проблема – закончился бензин. Они уже выехали из города, по обе стороны трассы плотной стеной стояли деревья. Подростки выбежали из машины, позади слышался вой полицейской сирены. Ребята ринулись в лес.
Пробежав метров сто по лесу, они выбежали на место падения светящегося шара. До самого горизонта была видна только ровная растрескавшаяся земля. Здесь мир будто оборвался, дальше простирались лишь бескрайние просторы однообразия. Это место не вызывало чувства страха и тревоги, только ощущение чего-то потустороннего, но не того потустороннего, что холодное и туманное, а светлое и тёплое, несущее сонное успокоение.
– Вариантов нет, – сказал Штырь, и затем скомандовал, – бегом!
И ребята побежали по ровной земле, навстречу восходящему из облаков солнцу.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Мёртвая зона
Порой попасть куда-либо легче, чем выбраться оттуда.
Пробежав ещё несколько десятков метров, беглецы, устав и тяжело дыша, остановились.
– Всё, блин, я сейчас сдохну, – сказал Децел и свалился на землю.
Коля обернулся. Преследователей видно не было, леса тоже не было видно, до самого горизонта расстилалась растрескавшаяся равнина. Коля не обратил внимания на эту странность и повернулся к друзьям.
– Ну ты, конечно, Шумахер, – с уважением сказал Штырь, садясь на землю. Все сели.
– А я вам рассказывал, что в экстренной ситуации человек может вытворять такие вещи, – сказал Кабан.
– Ну, мы же хотели приключений? Вот они, – улыбнулась Вика. – Хотя в машине, честно скажу, до смерти перепугалась.
– Хм, приключения, – продолжил Штырь, с заметно упавшим настроением. – Я, кажись, человека убил.
– Человека?! – Не выдержал возмущения Кабан, вставая со своего портфеля. – Этот «человек», с остальными «человеками», нас с Коляном, вот так вот, – он пнул ногой портфель, – чуть не убил. Может, тебе было бы спокойнее, если бы они нас замочили, а ты, типа, не при делах. – Он сел, и сурово добавил: «Забудь, не было выбора. Ты друзей спасал».
– Влади, – мягко сказала Вика, – с чего ты взял, что он сдох, скорее всего, он просто вырубился, а те на кипеше давай вопить.
– Ладно, – бодро сказал Штырь после десятиминутного молчания, – надо двигаться.
– Идти вперёд, наверное, не надо, – предположил Кабан. – Я слышал, что недалеко от города только одно пятно, и мы, скорее всего, на нём, а диаметром оно около 10 километров, далековато шаркать.
– Назад идти – поймают, – предупредила Вика.
– Да ладно, кто там нас особо ищет? – Предположил Штырь. – Ща идём назад, дойдём до леса – разберёмся. Ну, в натуре, не переться же на тот конец.
Ребята встали и пошли обратно. Всё так же, до самого горизонта не было видно ничего, кроме ровной потрескавшейся земли.
– Неужели мы столько пробежали? – С лёгкой тревогой спросила Вика.
Подростки шли около четверти часа, но леса всё ещё не было видно.
– Когда мы остановились, я обернулся, – признался Коля, – но леса уже не было видно. Я как-то не обратил внимания.
Они продолжали идти. Вскоре небо полностью затянули однотонные тучи. Ориентироваться по небу уже было невозможно. Напряжение нарастало. Децел и Вика постоянно оглядывались по сторонам, всматривались в горизонт. Коля что-то напевал под нос, стараясь тем самым отогнать дурные мысли, в его бормотании более отчётливо слышалась только пара фраз: «А я домой хочу опять. Снится за колючкой моя мягкая кровать», – в его репертуаре были в основном такие песни. Штырь снял ветровку, видимо, бросало в жар от мысли, что они не могут выбраться из этого странного места. Кабан всё пытался куда-нибудь деть свои руки – то в карманы засунет, то за спиною сложит, то ещё как-нибудь.
– Так, всё, – сказал Штырь, остановившись. – Тут что-то не то. Даже если бы мы были в середине, всё равно край было бы видно.
– И чё делать? – С лёгкой дрожью в голосе спросила Вика.
– Ну, что тут сделаешь? Чуть отдохнем – дальше пойдём. Что тут сделаешь, – сказал Штырь. – Может, повезёт, и мы выберемся отсюда.
– Или сдохнем с голоду, – мрачно ответил Кабан.
Они немного постояли и продолжили путь.
Подростки шли около полутора часов, о чём-то говорили, вспоминали забавные случаи, в общем, пытались хоть как-то отвлечься.
– Жрать охота, – сказал Кабан.
– Вик, у тебя, вроде, что-то ещё осталось в рюкзаке? – Спросил Децел, забыв, что у неё уже не было портфеля. Не услышав ответа, он спросил, – алло, ты там чё, оглохла?
Снова не услышав ответа, он обернулся, но Вики не было.
– Вика пропала, – заикаясь, сказал Децел. Все обернулись.
– Как пропала? – Недоумевая, переспросил Штырь. – Я минуту назад её видел, шла за нами.
Все стали кричать, звать её, но ничего.
Друзья вертелись в разные стороны, не понимая, куда она могла деться.
– Это проклятое место, мы все умрём! – Панически крикнул Штырь.
– Я лучше умру свободным, – гордо сказал Штырь, и добавил: «Да прошла всего неделя, но она того стоит».
– Да, в интернате жизни нет. Хотя бы неделю провели, теперь и сдохнуть не жалко, – сказав это, Кабан лёг на землю, и, смотря в затянутое пеленой небо, что-то неслышно шептал.
Коля тем временем пытался вспомнить, в какую сторону они шли. Он понял, что, пока они вертелись, они сбились с пути, но в какую бы сторону он ни смотрел, везде пейзаж абсолютно одинаковый. Коля вообще не поддавался панике и всегда мыслил чётко. Например, первый их побег. Когда он с друзьями стоял на перроне и думал, как уехать, вдруг в 20 метрах от них появились патрульные полицейские. Полицейские не обратили внимание на ребят, но Штырь, Кабан и Децел почти в один голос крикнули: «Шухер!» – и бросились врассыпную, тем самым обратив на себя внимание полицейских. Коля ловко втиснулся в толпу молодых людей, ждущих поезд. Полицейские не заметили его. Через пять минут он увидел, что его друзей куда-то ведут пятеро патрульных, и рассудил: «Одному на улице мне делать нечего. Надо сдаваться, по-любому в интернат вернут. Там хорошенько обмозгуем – и опять рванём. Но без боя не сдамся». Выдав себя, он ради забавы 15 минут бегал меж составами от полицейского, пока совсем не замотался.
Коля, так и не найдя нужную сторону, повернулся к друзьям. Кабан всё так же лежал на земле, между Децелом и Штырём разгоралась драка.
Коля встал между дерущимися.
– Успокойтесь! Не хватало ещё замочить друг друга, – твёрдо сказал он. – Чуть что – сразу кипеш наводите. Вы себя со стороны видели?
Штырь и Децел немного успокоились.
Коля подошёл к Кабану, всё так же лежащему на земле и не обращающему никакого внимания ни на что вокруг.
– Встать! – Скомандовал Коля, словно командир солдату. – Помирать собрался? Ещё успеешь. Встал и пришёл в себя!
Кабан не вставал, только улыбнулся. Коля пнул его ногой в бок и снова скомандовал: «Встать!»
Кабан встал.
– Колян, а ты сам чего разошелся? – Спросил Штырь, поправляя ветровку.
Коля снизил тон и сказал спокойно: «Надо же как-то вас в себя приводить». – Подумав немного, неуверенно сказал: «Пойдём дальше, не будем терять друг друга из виду»
Ребята поплелись дальше, постоянно оглядываясь друг на друга.
Коля, чтобы было не так скучно и в голову не лезли разные мысли, запел «Владимирский централ» Михаила Круга:
Владимирский централ, ветер северный.
Этапом из Твери, зла немеряно.
Лежит на сердце тяжкий груз.
Ребята улыбнулись и стали хором подпевать.
Подростки так увлеклись, что почти забыли про то, что уже полдня не давало им покоя. Они шли и во весь голос горланили песни – «Магадан», «Пацаны», «Свобода», «Ништяк, браток». Глядишь, кто-нибудь услышит.
День пролетел быстро – очередная странность? Почти стемнело. На небе сияла большая луна, и плыли лёгкие облака.
Ребята немного сменили репертуар, теперь они читали рэп и соревновались, кто лучше прочитает. Вообще они не были сторонниками убеждений: нельзя слушать рэп, рок и шансон одновременно, нужно выбирать что-то одно. Для этих ребят важен смысл текста, а не стиль его исполнения.
– Уже стемнело, – заметил Штырь. – Чего делать?
– Спать здесь я точно не рискну, – сказал Децел.
– Это понятно, – согласился Штырь. – Луна светит ярко, можно понемногу двигаться дальше.
– Если мы уснём, скорее всего пропадем, – предположил Коля.
– Не факт, – возразил Кабан. – Может быть, мы окажемся на нормальной земле. И Вика, может быть, не пропала, а туда вернулась.
– А может, там не так уж и плохо? Откуда мы знаем? – Задумчиво произнёс Коля. – Может, это мы дураки? Тасуемся по пустыне. Вдруг там что-то вроде рая?
– Или ада, – мрачно сказал Штырь.
– Надоело всё. Ад или рай? Сейчас узнаем, – сказал Кабан, ложась на землю.
Децел и Коля тоже легли.
– Не, ну вас на фиг, – сказал Штырь. – Сами пропадайте, а я со стороны посмотрю.
От мысли о том, что они могут не проснуться или проснуться в другом месте, никто из ребят не мог уснуть.
Спустя какое-то время Штырь лёг. Коля, всё ещё не спавший, приподнялся и спросил:
– Чё, все-таки решил?
– Ага, а то вдруг, правда, попадёте в рай, – ответил Штырь.
– А если не в рай? – Спросил Децел, всё так же смотря в звёздное небо.
– Тогда нам не по пути, – усмехнувшись, ответил Штырь.
– Хорош друг, – сказал Кабан, который тоже не спал.
– Да ладно, пацаны, я же пошутил. Как, Колян, ты там говорил? «Раз уж решили идти вместе, идём вместе».
Друзья стали понемногу засыпать. Всем начал сниться примерно один и тот же сон, в котором каждый видел себя со стороны.
Сквозь голубоватую пелену была видна изба, стоявшая в сосновом лесу и огороженная плетнём. На треугольной крыше, полностью заросшей мхом, установлен высокий шест с человеческим черепом на конце. На крыльце избы в тёмно-зелёном плаще сидел дед, заросший сединой. Ребята шли за кем-то в чёрном балахоне, с большим капюшоном и нарисованной на спине волчьей мордой с оскаленной пастью. Они остановились в нескольких шагах от старика. Старик встал, и из-под распахнутого ветром плаща показалась катана на поясе. Сон оборвался.
В следующим сне ребята находились в каком-то заброшенном доме. Они выглядели старше. На всех были кожаные куртки с одним и тем же рисунком на спине – волчьей мордой.
Дальше стали мелькать короткие кадры. Ребята находились то среди военных, то ехали в кузове грузовика или на бронетранспортере, таскали какие-то снаряды.
Последнее, что они увидели – огромное чёрное облако, ползущее прямо на них, и жуткий гул.
Ребята все как один вскочили в холодном поту. Понемногу начинало светать.
– Не, я тут больше спать не лягу, – сказал Кабан, надевая рюкзак. – Снилась какая-то изба в лесу, дед, какие-то военные, фигня всякая.
– И тебе?! – Удивился Коля.
– Вам тоже это снилось? – Не менее удивился Штырь.
– Видимо, нам всем снилось одно и тоже, – заключил Децел.
Пересказав друг другу сны, они решили идти дальше.
Солнце уже немного поднялось над горизонтом, над друзьями-путниками сияло ясное утреннее небо.
Ребята шли молча, встревоженные странными снами, которые уже стали понемногу забываться.
Децел остановился, прислушиваясь.
– ЭТО ОНО!!! – Изо всех сил заорал он и рванул вперёд.
Друзья обернулись назад. Недоумевающее выражение их лиц сменилось ужасом. Вдалеке по земле ползло похожее на лавину чёрное облако из сна. Ползло прямо на них.
Ребята в ужасе побежали проч от неизвестного явления.
Гул становился всё сильнее и сильнее, а облако приближалось.
– Смотрите, кажется, выход!!! – Радостно крикнул Штырь, показывая на несколько десятков точек впереди.
Никакие награды не могут заставить бежать так долго, как может заставить страх.
Несколько десятков точек оказались тополями, ребята отчётливо видели их, и видели высокий бурьян в ста метрах впереди.
Они бежали из последних сил, затыкая уши руками, так как к оглушительному гулу добавился не менее оглушительный и режущий слух визг. Земля под ногами дрожала. Облако быстро ползло позади и нагоняло ребят.
Друзья выбежали за пределы зоны, но продолжали бежать по высокой траве.
Облако, не догнав ребят всего несколько метров, дойдя до границы, как вода, просочилось в трещины мёртвой зоны.
Финишем стала дорога, по обочинам которой росли тополя, те, что были видны из мёртвой зоны. Расслабившись, друзья развалились на мягкой траве, в паре метров от дороги.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
«Т-2»
Всё, что происходит, на 90% зависит от нас и только на 10% – от обстоятельств.
Ребята пролежали около двадцати минут, за это время ни одна из проехавших машин не остановилась. Водители не обращали внимания на лежащих почти на обочине подростков, или предпочитали не вникать.
– Вроде оторвались, – наконец сказал Штырь, вставая.
Они поднялись и огляделись.
– Где мы? – Спросил Коля.
– Тебе какая разница? Главное, что не там, – сказал Штырь, кивнув в сторону мёртвой зоны.
– Надо узнать, где ближайший город или хотя бы деревня, там, может, чё пожрать найдём, – сказал Штырь.
– Сейчас машинку тормознём, спросим, – пожал плечами Коля и пошёл к дороге.
Около часа голосовали ребята. Безуспешно. Нечасто проезжавшие автомобили не останавливались.
– Ну всё, достали. Переходим к плану «Б», – раздражённо сказал Штырь, заметив вдалеке грузовую «Газель».
Друзья вышли на дорогу и встали вряд.
Машина ехала, сигналя и не сбавляя скорость. Децел, засомневавшись, стал отступать, но Коля схватил того за шиворот и вернул на место.
«Газель» всё же остановилась, резкий удар по тормозам – и нос машины слегка толкнул ребят. Из кабины вышел водитель – лысый мускулистый мужик, в тёмных очках и большим гаечным ключом в руках.
Водитель в красках охарактеризовал путников и их действия.
Его можно понять. Четверо подростков-оборванцев, тормозящих машины, таким образом не внушают доверия.
– Не подскажете, в какой стороне ближайший город? Или что-то в этом роде, – спокойно спросил Штырь.
– Если напрямик, через 15 километров деревня, – всё так же грубо ответил мужик.
– Не подвезёте? – Спросил Коля.
– Я таксист по-твоему? Валите с дороги. У меня груз, я опаздываю, – нервно ответил водитель и направился на за руль.
– Подвезите, и не опоздаете… – с намёкам и наглой улыбкой сказал Штырь.
– Сами напросились, – злобно прошипел мужик, садясь в машину.
В открытое окно пассажирской двери высунулся мужчина лет тридцати, с травматическим пистолетом в руке.
Ребята тут же попрятались за тополями. «Газель» поехала дальше.
– Ну, нет, так нет. Не обязательно пушку доставать, – смотря им вслед, всё так же спокойно сказал Штырь.
Ребята шли по дороге, хотелось есть и пить. Было жарко, на небе ни одного облачка.
Теперь подростки поняли смысл фразы: «если напрямик». Дорога петляла меж невысоких холмов и оврагов, поросших густым лесом.
Переходя по мосту через очередной овраг, путники заметили внизу узкий ручей. Хоть вода была немного мутновата, ребятам она показалась лучшей, что они когда-либо пробовали.
Напившись и немного отдохнув, они двинулись дальше по дороге. Идти напрямик через лес не рискнули. Теперь-то у всех четверых поубавилось жажды путешествий. Пейзаж вокруг безынтересный, погода не самая лучшая для похождений, а главное – в желудке пусто.
– Смотрите, – сказал Штырь, показывая на колею, уходящую в лес. – Пошли, проверим.
Пройдя метров сто по прямой лесной дороге, ребята увидели небольшую поляну. На поляне стояли два стареньких микроавтобуса и пассажирская газель. Стоял мангал. На складном столике разложены продукты. Где-то за машинами слышались голоса.
Ребята спрятались за кустами.
К мангалу подошел молодой парень в шортах, ребята увидели, что тот вертит шампуры с шашлыками, и от этого у них ещё больше разыгрался аппетит.