Жаркий Август. Книга Вторая

ГЛАВА 1

Тимур

Солнце уже касалось верхушек деревьев, когда Тимур устало привалился к огромному валуну, с довольным видом глядя на результат работы. Ряды деревьев теперь действительно стали похожи на ряды, а не безумное нагромождение сухих веток, валежника и мусора.

Неподалеку от него сидел Никита и курил, флегматично стряхивая с себя мусор: листья, щепки, паутину.

— Чтоб я еще раз в жизни занялся таким дерьмом, — мрачно процедил Ник, удерживая сигарету губами и щурясь от табачного дыма, — да ни за что!

— Тебя и сейчас никто не заставлял это делать, — Тимур пожал плечами. Он за три года успел такого насмотреться, что все происходящее здесь казалось лишь приятной прогулкой.

— Сейчас только ради Васьки стараюсь. Она этот сад, будь он неладен, любит нежной и трепетной любовью.

— Почему?

— Росла она в этом доме. Считай, детские воспоминания, ностальгия. Потом родители развелись, и они с матерью отсюда уехали.

— Из-за чего развелись?

— Не поверишь, из-за таких, как ты. У отца ее рабы были, а мать была против. А в результате, видишь, как все повернулось: ты под боком завелся.

— Ее завтра отпустят?

— Должны. Сегодня утром вывели из медикаментозной комы. Сейчас анализы, осмотры и прочие медицинские изыскания, а завтра все, домой.

— Почему ты не у нее?

— Кто бы меня еще пустил! Да и нечего мешаться под ногами. Быстрее все процедуры проведут, быстрее домой приедет.

Тимур просто кивнул.

В первые дни переживал — непривычно без нее было, пусто. Да еще перед глазами картина стояла: бледная спина, ребра, еле держащиеся в ранах, кровь. Потом как-то успокоился, прислушавшись к Никите, уверенному в том, что все хорошо, все идет как надо.

Кстати, о Лазареве. Целую неделю провели с ним вдвоем. Охренеть какое удовольствие! Просто нескончаемый праздник! Фейерверк восторга, радости и дикой эйфории!

Биологические часы работали примерно одинаково, поэтому на завтрак выползали одновременно. И начиналось. То одно не поделят, то другое. Потом Нику стало скучно, и он решил принять участие в расчистке сада.

Такое началось веселье, что словами не передать. Один считал, что надо так делать, другой был уверен в обратном. К вечеру уже орали друг на друга, забыв, кто есть кто. Да еще дождина пошел. В результате вернулись домой сырые, грязные, злые. Разбрелись по своим комнатам, мечтая прибить друг друга. А на следующее утро, когда Тимур вышел на улицу, у гаража его уже ждал хмурый Никита, встретивший словами «долго спишь». И все заново!

Вот так эта неделя и прошла. Васьки не было, но зато был Никита.

— Завтра гости придут. Таисия уже все организовала. Василиску отпустят где-то в шесть, к этому времени уже все должны быть здесь. Тайкин брат, его друзья, конечно, Марика, еще парочка школьных друзей, подруг...

— Наташка еще какая-то приехать должна.

— Ах да, Наташка. Куда же без нее. Наташка — наше все, — хмыкнул Никита и продолжил перечислять, — сама Тайка, ну и мы с тобой.

— Я тут причем?

— Не переживай, долго терпеть нас не придется. Дома пробудем часа два, потом свалим в клуб, так что особо доставать тебя не будут.

— Угу, как же, — проворчал себе под нос, вспомнив белобрысую стерву, которая с маниакальным упорством названивала Ваське, пытаясь его забрать.

— Ты про Марику? — словно прочитав его мысли, поинтересовался Лазарев. — Поверь, ей будет не до тебя. У нее все силы уйдут на то, чтобы ядом не захлебнуться.

— С чего бы это?

Никита пренебрежительно отмахнулся от вопроса. Потушил сигарету о камень и поднялся на ноги:

— Все. Давай заканчивать. Задолбал меня уже этот сад.

***

Следующий день пролетел как-то совершенно незаметно. Туда-сюда, одно, второе — и на часах уже пять.

Первыми появились Вадим и Руслан. Никита на правах лучшего друга хозяйки их радушно встретил, и через минуту они уже общались так, будто всю жизнь были знакомы. Вскоре появились еще две пары, которых Тимур ни разу не видел. В доме стало оживленно, шумно, весело.

Спустя некоторое время Никита, убедившись в том, что всем интересно общаться, ретировался, усевшись на высокий стул рядом с барной стойкой.

— Васька звонила. Сказала, что все отлично, голос веселый, счастливый, довольный. Так что ждем.

— Почему ты ее сам не забрал?

— Ей прическу приспичило сделать, ногти накрасить, — махнул рукой Ник, — у меня в такие моменты просто мозги плавятся. Так что сама на такси приедет, как закончит.

Минут через десять Тимур увидел то, от чего его передернуло: красную машину, подъезжавшую к дому:

— Марика? — равнодушно поинтересовался Лазарев.

— Она самая.

— Хм, ладно, посмотрим, что это за цаца.

Когда постучали, он кивнул одному из парней, чтобы открыли. В гостиную сначала зашел улыбающийся Сэм, а потом, словно белый лебедь, вплыла Власова. Она сдержано со всеми поздоровалась, хищным взглядом из-под опущенных ресниц прошлась по комнате и, наткнувшись на Тимура, тут же расплылась в довольной улыбке.

— О как! — тихо присвистнул Никита. — Напористая бабенка.

— Даже не представляешь насколько, — прошипел Тимур, краем глаза наблюдая за ее приближением.

Поравнявшись с ними, Марика смерила его многообещающим взглядом, а потом обратила свое внимание на Ника:

— Марика, — кокетливо улыбнулась, — мы с Василисой учились вместе.

— Никита. Мы с ней коллеги, и встречались раньше.

— Шутник, — усмехнулась она.

— Еще какой.

После этого девица переключила внимание на Тима:

— Почему ты всегда без браслетов?

В ответ промолчал.

— Я задала вопрос, — в ее голосе послышались холодные переливы.

— Мне нельзя с кем попало разговаривать, — монотонно соврал он.

Власова недовольно поджала губы, а потом снисходительно поинтересовалась:

— Думаешь, я не смогу тебя забрать? — теперь в голосе звучала слегка прикрытая самодовольная угроза, — На самом деле все очень просто, а самое главное — законно. Так что готовься к переезду.

Никита, до этого момента мрачно наблюдавший за происходящим, громко покашлял, привлекая к себе внимание. Сахарно улыбнувшись, Марика развернулась к нему, на время оставив окаменевшего Тимура в покое:

— Представляешь, какие наглые рабы пошли. Никакого воспитания.

— Угу, — согласился Ник и сделал зовущий жест, приглашая ее подойти ближе. Когда она шагнула навстречу, он безо всяких эмоций склонился к ее уху и что-то прошептал.

Марика тут же отшатнулась, словно ошпаренная:

— Хамло!

— Даже спорить не буду! — с готовностью отозвался Лазарев, глядя на нее в упор, — Вперед. Тебя кавалер заждался!

Он кивнул на Сэма, который даже и не думал ее ждать.

Власова вспыхнула. Еще раз посмотрела гневно на одного, многообещающе на второго, отрывисто развернулась и пошла к остальным.

— Не нравится она мне… — задумчиво протянул Ник.

— Да ладно? — с показным удивлением развел руками Тимур. — Не может быть! Милейшее создание!

— Надо перепроверить ее слова о законности. Может, лазейку какую нашла.

— Думаешь? — Тим сразу стал предельно серьезным.

— Я не силен в законодательстве Ви-Эйры…Надо проверять. Ты не парься раньше времени, — взбодрил Лазарев, — за Васькой сейчас такой человек стоит, что если Марика сунется к вам, он ее раскатает так, что мало не покажется.

— Ого, и что это за грозный дядя? — скептично поинтересовался Тимур.

Никита, не сдержавшись, рассмеялся:

— Даже если бы я тебе сказал, ты бы все равно не поверил. Так что сохраню личность загадочного мужика в тайне.

Тимур не понял, что именно в данной ситуации настолько рассмешило собеседника, но почувствовал, что напряжение чуть отпустило.

Они так и сидели вдвоем у барной стойки. Изредка к ним подходили остальные, чтобы обновить бокалы и произнести тост. В принципе, все не так плохо, как Тимуру показалось в начале.

На него никто не обращал особого внимания. И даже белобрысая, услышав нечто нелицеприятное от Лазарева, опасалась лишний раз к ним подходить.

Еще через полчаса к крыльцу подъехало очередное такси, из которого появилась незнакомая девица.

— О, а вот и Натаха пожаловала, — ухмыльнулся Никита, поднимаясь со своего места, — пойду встречать.

Подойдя к двери, распахнул ее, впуская внутрь новую гостью. Они тепло друг друга поприветствовали, обнялись, и Лазарев, приобняв ее за плечи, громко произнес:

— Так, минуточку внимания! Позвольте вам представить Наталью. Наша коллега, подруга и вообще просто распрекрасная девушка. Прошу любить и жаловать! — после этого, по очереди указывая на собравшихся, начал представлять, — Сэм, Руслан, вот эту белую не помню, как зовут...

— Марика, — вспыхнула та, прожигая Ника яростным взглядом.

— …Ах, ну да, простите, запамятовал! — он глумливо улыбнулся и быстренько назвал всех остальных, а потом потащил ее к стойке.

Тимур без особого интереса наблюдал за их приближением. Среднего роста девушка с медовыми волосами, хитрыми глазками. Очень даже приятная, если не сказать больше. Подойдя ближе, Никита чуть ли не давясь смехом, представил:

— Знакомься, Тимур, наша Наташа! Успела-таки, прилетела!

Она открыто улыбнулась, и в глазах заплясали лукавые огоньки. На лису похожа. Хитрую, игривую. Тимур в ответ сдержано кивнул.

— Ладно, пока остальных ждем, пойдем, поболтаем, расскажешь, как долетела! — с этими словами Лазарев подхватил очередной стакан и направился к креслу возле окна, увлекая за собой новую гостью.

Спустя пару мгновений, они уже о чем-то увлеченно болтали и ржали как ненормальные. У Тимура сложилось впечатление, что они без зазрения совести промывают косточки присутствующим в комнате. Даже ему самому пару раз достался насмешливый лисий взгляд.

На душе было тоскливо, погано и пасмурно. Только сейчас он понял, как сильно завидовал им. Их беззаботному времяпровождению, свободе перемещений, свободе в выборе и принятии решений. Если бы он был свободным, как раньше, то сейчас тоже бы смеялся над какой-нибудь шуткой, а может, уединился бы с Марикой, но уже на своих условиях, а может, к Лисичке подкатил. Хрен его знает, что бы взбрело в шальную голову.

Снова звук подъезжающей машины. Гости замерли, прислушиваясь к легкому цоканью каблучков. Наконец, дверь распахнулась, и в гостиную влетела Таська. Одна. С огромным букетом белых роз. Обвела всех торопливым взглядом, поздоровалась кивком и направилась к Нику со словами:

— Вижу, веселье в самом разгаре.

— Ага, — усмехнулась Марика, — только вот виновницы до сих пор нет. Прячется где-то наша королева больничной палаты, повелительница стальных уток. Не знаешь, где твоя Василиса Прекрасная потерялась? — звонко рассмеялась, довольная своей шуткой.

У Тимура перед глазами возникла белая, костлявая спина с глубокими воронками ран и реками крови, и появилось практически непреодолимое желание свернуть Власовой шею. Парень досадливо покачал головой, отгоняя кровожадный порыв.

Тем временем Таська в недоумении остановилась, обвела всех удивленным взором и рассмеялась.

— Не подскажешь, что тебя так веселит? — раздраженно поинтересовалась Марика.

— Вась, ты им так и не сказала? — даваясь от смеха, спросила Таисия.

— Ну как я могла без тебя? — раздался лукавый голос из угла комнаты.

Все как один обернулись и уставились на подругу Ника. Девушка по-прежнему сидела на подлокотнике, потягивала шампанское, задорно покачивала ногой и насмешливо смотрела на гостей. В комнате повисла такая тишина, что было слышно, как где-то в коридоре жужжит муха.

Тимур во все глаза смотрел на Лисичку. Она — это... Чу?.. Чучундра?! Чудище болотное? Да не может этого быть! Та — серый заморыш с огромными очками, а эта — красивая девушка с лукавыми глазками. Смотрел, не отрываясь, не веря своим глазам, ища знакомые черты. Вот она привычным уже знакомым жестом заправила за ухо прядь волос, потерла переносицу, как делала всегда, когда он косячил или вытворял какие-то глупости. Точно — Васька!

— Ну у вас и физиономии! — во весь голос заржал Никита.

— Это шутка, да? — недоверчиво спросила Марика, наблюдая за тем, как Таська дарит цветы девушке с медовыми волосами.

— Конечно, — хмыкнула Наташка (или Васька?), — мы просто поймали госпожу Чуракову, расчленили и закопали на заднем дворе. Теперь я за нее.

Еще с минуту стояла гробовая тишина, а потом комната взорвалась десятком голосов и дружным смехом. Все бросились к Василисе, наперебой поздравляя и что-то говоря. Девушка улыбалась, чуть склонив голову набок, отвечала на поздравления, принимала подарки…

Тимур был в шоке. Он-то ждал, что она вернется просто не такой тощей, более румяной и веселой. А тут такое!

Охренеть можно! Вот тебе и Чучундра!

В этот момент их взгляды пересеклись. Он так и стоял, как каменный истукан, а Васька показала язык и отвернулась.

Шутники хреновы!

…Дальше вечер проходил весело, вся компания собралась в одну кучу. Никита отжигал по полной, Васька смеялась. Даже белобрысая хоть и с трудом, но удерживала на губах фальшивую улыбку. Тимур хмуро наблюдал за происходящим, недоумевая, как он мог не узнать в новой гостье Василису. Ведь повадки, жесты, мимика — ничего не изменилось. Все та же Васька... только красивая.

Спустя некоторое время она отделилась от толпы и направилась в кухню. Конечно, он отправился следом.

— Поздравляю, — спокойно произнес, исподлобья глядя на нее, — Наташа!

Василиса улыбнулась и, бросив на него задорный взгляд, участливо поинтересовалась:

— Понравилось представление?

— Угу, — промычал, потирая подбородок, — давно себя таким идиотом не чувствовал.

— Ну и хорошо. Теперь мы квиты.

— Поня-я-я-я-ятно. Это ты мне за бороду отомстила? — усмехнулся, сложив руки на груди.

— Ну, не все ж тебе надо мной глумиться, — она выключила воду и вытерла руки светлым полотенцем, еле пряча улыбку.

Как ни пытался сдержаться, взгляд все равно изумленно ощупывал ее со всех сторон. Нет, ну надо же, лягушка Царевна! Как вообще вот ЭТО могло получиться из того, что тут уныло бродило по дому?! Подтянутая, фигуристая, ноги длинные, талия как у осы.

— Нравлюсь? — снисходительно поинтересовалась она, заметив его интерес, и покрутилась.

Тимур, не удержавшись, тихо засмеялся. Надо же, помнит тот их разговор. В прошлый раз этот же вопрос и с такой же интонацией задавал ей он, а теперь местами поменялись. Ладно, он подыграет:

— Нет, не нравишься. Как оказалось, очки тебе загадочности добавляли.

— Я их сохранила. На долгую память.

— Я рад, что твои мучения закончились, — откинув шутки в сторону, тихо произнес Тимур, — с возвращением.

— Спасибо, — севшим голосом ответила Василиса, отводя глаза в сторону. Потом как-то неуверенно переступила с ноги на ногу и направилась к выходу, — к гостям пора возвращаться...

Тим отступил, уступая ей дорогу, а сам, пребывая в растерянной задумчивости, остался в кухне.

***

На часах уже глубоко за полночь — скоро два. А он до сих пор один дома. Все убрано и приведено в порядок, ничего не напоминало о веселом сборище. Давно пора идти спать, но сна ни в одном глазу. Голова тяжелая, мутная, мысли непонятные, нормально не вздохнуть.

Краем глаза уловил отблеск света со стороны аллеи. Обернулся и с каким-то внутренним негодованием увидел приближавшиеся фары. Надо же, возвращаются! Что ж не до самого утра загуляли?

Выключив телевизор, Тимур поднялся на ноги, отнес на кухню пустой стакан и вернулся обратно как раз вовремя, чтобы застать появление Василисы и Ника.

Привалившись боком к стойке, наблюдал, как дверь распахивается широким жестом, и внутрь вваливаются они. В обнимку, с диким смехом, мотаясь из стороны всторону.

Пьяные, что ли?

Присмотрелся. Так и есть! Никита еще ничего, а вот Васька… вообще в ноль. Похоже, если бы верный друг ее не держал, она бы благополучно стекла на пол.

Лазарев первым заметил мрачного Тимура:

— Чу, смотри-ка, твой подопечный нас сейчас взглядом испепелит, — ухмыльнулся он, поудобнее перехватывая девушку за талию, не давая ей повалиться, — я уже боюсь!

Василиса только тут заметила Тима, на секунду замерла, рассматривая его, а потом, выпутавшись из рук Никиты, сделала шаг к нему и беззастенчиво потрепала по щеке:

— У-у-у-ути, сердитенький какой!

Тимур изумленно смотрел не нее, а потом перевел вопросительный взгляд на Лазарева.

— Кто же знал, что ее после корсета в хлам развезет от пары бокалов, — тот лишь беспечно развел руками.

Василиса тем временем направилась к дивану. Провела руками по подушкам, бормоча себе под нос:

— Мой маленький, мой хорошенький, мой любименький. Они вот издевались над нами, а я все равно тебя не брошу, даже сейчас!

— Вась, что это ты тут, родная моя, удумала? — Никита, тоже не особо твердым шагом, бросился за ней, поймав в тот момент, когда девушка уже попыталась устроиться и прикрыть глаза.

— Я спать хочу! — пробубнила она, отталкивая от себя его руки.

— Отлично, но не здесь. Идем в комнату!

— Не-а, — притянула к себе большую подушку.

— Идем! — недолго думая Лазарев подхватил ее поперек талии и потащил прочь.

— Пусти меня! — Васька неуклюже попыталась вывернуться из медвежьего захвата, — я на диванчик хочу!

— Васька! Какой, на фиг, диванчик?! А ну не буянь! Все, тебе спать пора! — не обращая внимания на вопли и сопротивление, Никита поволок ее в комнату.

Возможно, это и не составило бы ему труда, если бы сам был в нормальном состоянии. А так получалось шаг вперед, два назад, да еще и из стороны в сторону.

— Может, помочь? — с сомнением спросил Тимур, наблюдая за ними.

Василиса, услыхав его голос, остановилась и развернулась к нему лицом. Резко, рывком, так что мотнуло на полкоридора, и если бы не крепкие руки Ника, удержавшие в вертикальном положении, распласталась бы по полу.

— Тим-мка! Иди-ка сюда. Я с тобой поговорить хочу!

— Нет, не хочешь, — Никита обреченно закатил глаза и, покачав головой, потащил ее дальше по коридору.

— Хочу! — она сердито топнула ногой. — Мне с ним надо обсудить кое-что о-о-очень важное!

— Ничего не надо тебе с ним обсуждать! Сейчас наговоришь хрен знает что, а завтра придется краснеть и оправдываться! Все, угомонись.

— Нет, я с ним должна поговорить, — она попыталась оттолкнуть парня, но он лишь крепче ее перехватил:

— Ты спать хотела! Вот и идем! Не приставай к человеку!

Человек тем временем привалился плечом к косяку и исподлобья наблюдал за сладкой парочкой, из последних сил держа себя в руках. Его не волновало то, в каком виде она вернулась домой. Скорее, забавляло. Надо же, всегда умная-разумная, а тут на тебе, в полную стельку. Лопочет чего-то, мотается, пытается строить из себя серьезную даму. Забавная зверюшка.

Не волновало и ее пьяное желание поговорить с ним. Хочет? Нет проблем, поговорит на любую тему. Хоть насчет мирового заговора, хоть насчет того, есть ли у пингвинов колени. Любой разговор на ее вкус.

На все это ему было плевать.

А реально волновало только одно. Эти двое опять собрались спать вместе? И следом мысль: а вот не похеру ли ему? Судя по урагану внутри — совсем не похеру. И от этого злился еще больше, не понимая, что за дерьмо на него накатило.

Лазарев тем временем дотащил Василису до комнаты, боком толкнул дверь и запихал девушку внутрь и сам зашел следом. Тимур застыл, словно каменное изваяние, не в силах сдвинуться с места, только кулаки сжал в карманах так, что костяшки хрустнули.

Послышалась какая-то возня, голоса, и через минуту Ник появился в коридоре, но уходить к себе не спешил. Остался у дверей Василисы, отступив лишь на несколько шагов в сторону и упершись рукой в стену. Было видно, что чувствует себя немногим лучше, чем Чу.

— Хорошо погуляли? — холодно поинтересовался Тим, и не думая скрывать недовольство в голосе. Зачем? Лазарев в таком состоянии, что все равно ничего не поймет.

— А то! Давно я так не напивался, а тут на радостях оторвался, — хмыкнул Никита, прислушиваясь к тому, что происходило в комнате Чу.

— Так иди и отсыпайся, — настоятельно порекомендовал Тимур, еле удерживаясь от того, чтобы за шкирку не уволочь его в другую комнату.

— Сейчас, — Ник поднял указательный палец, — пара секунд. Вот только кое-что сделаю и сразу пойду.

— Что?

В этот момент Васькина дверь открылась, и на пороге появилась взлохмаченная хозяйка. Не заметив стоявшего чуть поодаль Ника, она на цыпочках покралась вперед, за каким-то прижимая к груди свои туфли с высоченными каблуками.

— Вот что! — Никита ответил на вопрос Тимура, победно указав на нее.

Услыхав над ухом его голос, Василиса вздрогнула и с визгом ринулась обратно.

— Чу, блин! Я все равно не дам тебе бродить по дому! Ложись спать! Чтобы я носа твоего до самого утра не видел! Чего ты там бубнишь? Ложись, давай! Или мне тебя самому раздевать и под одеяло укладывать? Я могу, ты же знаешь!

Я тебе сейчас раздену!

Тим сам опешил от внезапной вспышки гнева. Нахмурившись, пытался понять, откуда такой кровожадный порыв. Еще крепче сжал кулаки, пытаясь обуздать ненужные эмоции и привести мысли в порядок.

Никита тем временем стоял в дверях в Васькину комнату, упираясь широко расставленными руками в косяк, и командовал:

— Брось ты эти туфли! Брось! Ну, не на стол же! На пол! Молодец! Все, залезла под одеяло, закрыла глаза. Я сказал, закрыла глаза! Только попробуй еще раз высунуться — получишь! Как с маленькой, ей богу!

Наконец, Лазарев удовлетворился результатами воспитательной работы и под пристальным взглядом недовольного Тимура побрел к себе. Со второго раза справился с ручкой, распахнул дверь и сделал шаг внутрь, но на пороге остановился и, вполоборота развернувшись, произнес, не скрывая откровенной насмешки:

— Можешь не пытаться испепелить меня своими черными глазищами. Не выйдет! И да, погуляли просто отлично!

Ах ты, зараза прозорливая!

***

На следующий день Тимур проснулся поздно. Может, из-за того, что вчерашний вечер тоже не на сухую провел, а может, по причине того, что до самого утра не мог глаз сомкнуть, лежа в своей постели и пережевывая непонятные самому себе мысли.

Хозяйка эта, будь она неладна, со своим чудесным преображением из головы все никак не шла. Нет, он прекрасно помнил рассказы отца о том, что в корсете становишься сушеным, как мумия, изнеможенным, но к таким вот изменениям оказался совершенно не готов. В голове просто не укладывалось. Как из той сушеной мартышки могла получиться вот такая привлекательная девочка с хитрыми глазками?

А глаза-то какие! Огромные! Это что же у нее за очки такие были, раз казалось, что эти глазищи не больше бусины?

М-да. Что тут скажешь. Квиты. Как у нее тогда физиономия вытянулась, когда заставила его побриться и привести себя в порядок, так и он в этот раз завис с открытым ртом, не веря своим глазам. Отыгралась. И Наташку эту выдумали специально для него, чтоб не догадался раньше времени, что это за гостья такая с Никитой сидит и потешается над всеми.

Кстати, о Никите. Вот теперь все встало на свои места. Что, как и почему.

Не было рядом с ним никакой серой мышки! Была хитрая, веселая лиса, с которой они отлично смотрелись вместе. Один — самодовольный самец с вечной усмешкой на наглой морде, и вторая — фигуристая самочка, прекрасно знающая себе цену. Отличная пара, странно, что не удержались вместе. Хотя, может, не все и закончено. Им явно друг с другом хорошо и весело. Друзья, говорите? Видел он таких друзей, и не раз.

Вот не наплевать ли? Раздраженно поднялся с кровати, умылся и покинул комнату.

С кухни донесся легкий шорох, заставив его подобраться и стиснуть зубы. Уже догадываясь, кого там увидит, отрывистым шагом вывернул из-за угла.

У окна стояла Василиса в длинной, до середины бедра, растянутой, застиранной футболке, сползавшей с одного плеча. Небрежно заколотый хвост уныло съехал на бок. Она стояла и жадно большими глотками пила воду, держа стакан дрожащей рукой. Услыхав шаги, обернулась и подняла на Тимура несчастные-пренесчастные глаза.

— Хреново? — с деланным участием спросил, чувствуя, что снова начинает закипать.

Она лишь кивнула, тут же зажмурившись от неосторожного движения, и снова потянулась за водой. Потом подошла к стулу и тяжело опустилась на него.

Тимур по привычке начал заниматься завтраком, время от времени бросая на нее косые взгляды. Сначала сидела, поставив локти на столешницу и разминая пальцами виски, потом подперла щеку и прикрыла глаза, а затем вообще сложила руки на столе и уткнулась в них носом, не подавая признаков жизни.

Что, перепила, деточка? Дорвалась после длительного воздержания?