Тени Дюн

Только когда одна из фигур бесшумно возникла прямо перед ним, Кайран осознал, что они уже давно здесь и наблюдают за каждым его движением. Что-то снова неприятно сжалось внутри него — он понял, что недооценил мастерство Теней. Их искусство скрываться и появляться из ниоткуда превосходило его ожидания. То, как бесшумно они двигались, как скрывались с темнотой и возникали будто из воздуха — всё это говорило о совершенном владении своим ремеслом. Они могли материализоваться там, где минуту назад не было ничего, кроме пустоты, и исчезать в мгновение ока. Он осознал, что имеет дело с элитой невидимок, чьи навыки превосходили его представления о возможностях человеческого тела и разума.

В тот же миг еще шесть фигур синхронно выступили из тени, застыв чуть позади первого прибывшего. Их лица оставались скрытыми в полумраке, лишь отблески светильников играли на краях капюшонов. Это был Священный Конклав Теней — семь магистров высшего ранга. Движения их были плавными, почти танцевальными, но в каждом жесте читалась скрытая угроза. Пальцы сложились треугольником у груди — безупречном жесте почтения.

Первый из прибывших шагнул вперед. Кайран сразу понял, что это Малиока — Верховный магистр клана. Его фигура казалась выше остальных, хотя Кайран не мог понять, так ли это на самом деле или просто игра теней.

— Добро пожаловать в наши чертоги, посланник Империи, — раздался его вкрадчивый голос. - Уверяю вас, здесь вы в полной безопасности. — Малиока кивнул на бластер, который Кайран все еще держал в руках. — Наш биомеханический страж лишь следовал защитному протоколу, демонстрируя свою бдительность. Его реакция — это скорее комплимент вашей... решительности. — Малиока слегка улыбнулся, словно пытаясь разрядить обстановку. - Поверьте, оружие вам не понадобится.

Кайран неохотно спрятал бластер в кобуру, не сводя глаз с главы конклава. Он слышал ранее о технологиях слияния плоти и камня, но видеть воочию до сих пор не приходилось. Очевидно, гаргулья, напавшая на него у врат, была генетическим гибридом, созданным путем сплава органических и минеральных тканей. А ее каменная форма — «спящим» режимом, запускаемым при отсутствии угрозы. Почуяв Кайрана, гаргулья активизировалась и начала действовать по заложенной в нее программе, проводя анализ его личности, статуса и намерений через встроенные сенсоры.

— Мы ждали вашего прибытия, лорд Валантис, — продолжил Верховный Магистр с напускной учтивостью. Лица его Кайран не разглядел: из-под низко надвинутого капюшона виднелся лишь острый подбородок и тонкие, синеватые губы, сжатые в жесткую линию. Руки, выглядывающие из рукавов, были жилистыми, с длинными пальцами — такие руки могли умело держать как древний свиток, так и плазменный меч. Кайран обратил внимание на странный шрам, проступающий в том месте, где капюшон немного отодвигался при движении. Он начинался у скулы и тянулся вниз, к шее, расходясь по коже тонкими радиальными линиями, будто след от выплеснутого пламени. «Не человеческий огонь его выжег», — подумал Кайран. Кожа в этом месте превратилась в хрупкий пергамент — маслянисто-фиолетовый, покрытый паутиной трещин. Казалось, шрам не зажил до конца: в его глубине проступали тусклые искры, как от тлеющих углей под пеплом. Кайран почти чувствовал, как под этой коркой медленно догорает нечто, не способное угаснуть.

— До нас доходили слухи о том, что Император особо выделяет Вас среди прочих своих слуг, — в голосе Магистра проскользнула едва заметная ирония. — И для нас честь принять того, кому доверено столь многое. Хотя, как мы знаем, даже Вы не всё доверяете своему повелителю,

Кайран чуть приподнял бровь, сохраняя бесстрастное выражение лица и демонстрируя, что пренебрежительное упоминание о «слугах» не задело его.

— Благодарю за тёплые слова, Магистр. — сказал он с легким поклоном. — То, как вы владеете информацией, достойно восхищения. Однако время не ждет, я бы хотел перейти к сути вопроса.

Кайран шагнул навстречу магистрам, его тень легла на светящийся узор пола, словно становясь частью древнего ритуала.

— О, мы ценим информацию превыше всего, — улыбаясь, подхватил Малиока, делая вид, что не заметил последней фразы и её требовательного тона, — Особенно ту, что может пригодиться в будущем. Возможно, сначала вы расскажете нам кое-что?

Кайран слегка нахмурился.

— Например?

— Например, почему Император послал именно вас? Согласитесь, любопытно, что Император доверил столь деликатное дело своему прокуратору - человеку, чья должность предполагает ...(нечто немного иное). Это говорит о высоком уровне доверия или, возможно, о чём-то другом?

Кайран слегка наклонил голову, его взгляд оставался холодным и пронзительным. Он понимал, что Верховный Магистр пытается вывести его из равновесия, но не показывал ни единой эмоции.

— Возможно, Император ценит мою способность хранить тайны и действовать вне привычных рамок, — ответил Кайран сухо. — А может быть, он просто знает, что я не подведу.

— И все же? — не унимался Малиока, — почему именно Вы?

— Доверие Императора — не предмет для обсуждения, Магистр, — как можно мягче сказал прокуратор, не отрывая взгляда от собеседника. — Моя должность позволяет принимать решения, которые могут идти вразрез с обычной бюрократической рутиной. И, при всём уважении, мои полномочия позволяют мне задавать вопросы. И я намерен воспользоваться этим правом.

Остальные члены клана едва заметно переглянулись. Малиока поднял руки в примиряющем жесте:

— Как скажете, лорд Валантис. Мы лишь пытаемся лучше понять ситуацию. В конце концов, любое сотрудничество требует взаимного доверия.

По сути, это была разведка позиций — попытка оценить реальный вес и возможности имперского представителя, не выходя за рамки дипломатических переговоров.

— Ваши попытки прощупать мои границы бессмысленны, — сдержанно обозначил Кайран. — Я понимаю ваше беспокойство, но мы здесь по важному делу, и у нас нет времени на пустые разговоры.

— Пустые? — почти искренне удивился глава Клана. — Каждое наше слово имеет вес. Просто некоторые из них тяжелее других.

Он мягко подплыл к имперскому инквизитору, чуть коснулся его плеча, жестом приглашая вглубь зала. Кайран невольно сравнил их рост — Малиока оказался ниже на полголовы и выглядел почти хрупким на фоне высоких сводов. Кайран неспешно последовал за ним, подбирая слова примиряющего тона.

— Если слова имеют вес, то дела имеют значение, — сказал он как можно деликатнее. — Давайте сосредоточимся на последнем. Что вам известно о...

— О, позвольте угадать, — перебил его Малиока. Он явно не собирался уступать инициативу. — Вас интересует то, что мы могли бы утаить? Или то, что Император, возможно, не рассказал вам?

— Я не привык обсуждать действия Императора или сомневаться в его решениях. — не уступал Кайран, краем глаза наблюдая за Магистрами Конклава. — Меня интересует только то, что относится к моему заданию. Остальное — вне моей компетенции.

Малиока остановился и наклонился к нему, понизив голос:

— А что, если я скажу, что у нас есть информация, которая может изменить ваше представление о происходящем? Информация, которой Император, возможно, не поделился с вами?

Это была виртуозно расставленная ловушка. Кайран не мог не оценить замысел Малиоки. Достаточно малейшей заинтересованности в глазах, секундного колебания, крошечного отклонения от заданного курса — и верность имперского прокуратора поставили бы под сомнение. Кайран шел по острию ножа.

— Если ваши слова - попытка шантажа, вы выбрали не того собеседника, — так же тихо, но жёстко отозвался он. — Все мои помыслы направлены на процветание Империи, и я не потерплю попыток поставить под сомнение мою лояльность. Так что давайте не будем играть словами. Если ваша информация имеет отношение к делу — извольте изложить. Если нет — мы теряем время.

Магистр окинул его задумчивым взглядом.

— О, время — это то, чем мы распоряжаемся с особой осторожностью, — загадочно ответил он. — И поверьте, каждое его мгновение мы используем с пользой. Для обеих сторон.

— Если вы так умело распоряжаетесь временем, почему не переходите к сути? Сомневаетесь в моих полномочиях?

— Ваши слова звучат как упрек, прокуратор, — с притворной обидой протянул Малиока, внимательно наблюдая за реакцией Кайрана. — Я не сомневаюсь в ваших полномочиях, просто пытаюсь осмыслить вашу роль в происходящем.

— Я служу Империи. И это не роль, а суть. А вот ваши мотивы остаются для меня загадкой.

— Мы служим высшей цели! — Малиока театрально вскинул руки и сделал несколько шагов вдоль зала, повернувшись к Кайрану спиной. — И она превосходит рамки имперских инструкций. Если же наши мотивы кажутся загадкой, возможно, истина вас слишком ослепляет.

— Я предпочитаю видеть факты, а не угадывать истину за завесой красивых речей, — парировал Кайран. Он не сдвинулся с места; его тень на стене оставалась неподвижной, как клинок.

— А полностью ли вы понимаете суть своей миссии? — Малиока обернулся. — Вы уверены, что видите всю карту, или только ту часть, что вам позволили увидеть? Что, если не вся правда вам известна? Возможно, есть что-то, чего Император не посчитал нужным вам рассказать?

Кайран помолчал. Затем произнёс, чеканя каждое слово:

— Я доверяю Императору — и этого достаточно. Уверен, мне дали всё, что нужно. А вот любое утаивание информации от васможет поставить под угрозу успех нашей миссии.

Малиока вздохнул и снова отвернулся, будто устав от непонятливости собеседника. Кайран продолжил, сверля взглядом тощую спину:

— Позвольте предупредить. Я добуду нужную информацию. Через вас или минуя вас. Через каналы, о которых вы, возможно, не подозреваете. У меня есть доступ к Императору — и я докажу, что помощь Теней Дюн избыточна. И тогда ваши тайные знания превратятся в пыль.

Малиока обернулся не сразу. Он словно поразмыслил пару секунд, прежде чем благодушно раскрыть ладони навстречу Кайрану. В его голосе промелькнули нотки тревоги и удивления:

— К чему угрозы, лорд Валантис? В моих намерениях не было чем-либо оскорбить вас. Я лишь проверяю прочность стали, из которой вы сделаны. Ведь данные, которыми мы располагаем, не для всех ушей.

— Ваша осторожность похвальна, — ответил Кайран столь же миролюбиво. — Но может не будем тратить время на взаимные проверки? Я прибыл сюда не для угроз и обвинений. Моя личность и уровень допуска подтверждены командованием. Предлагаю прекратить эти игры и перейти к главному вопросу.

Малиока замер на миг, будто взвешивая варианты. Наконец, уголки его губ дрогнули в холодной улыбке:

— Любопытно наблюдать, как пламя решимости в душе человека может сосуществовать с ледяным самообладанием, — протянул он, и в его глазах мелькнуло нечто похожее на уважение. — Что ж, лорд Валантис извольте узреть плоды наших трудов.

Он вытянул руку в приглашающем жесте, указывая на центр зала, где парил голографический шар. По знаку Верховного Магистра один из шести членов Конклава, стоявших позади, подошел к шару и легким движением едва заметно коснулся его. Пространство в центре зала озарилось мягким голубоватым светом. Механизмы шара активировались, и в воздухе возникла голографическая проекция многочисленных расчётов и диаграмм.

— Мы подготовили предварительные схемы темпорального оружия, — произнёс Малиока. — Теперь вы можете увидеть все своими глазами.

Магистры молча наблюдали, как прокуратор медленно ходит вокруг проекции, изучая каждый элемент конструкции. Наконец Кайран остановил свой взгляд на кристаллической матрице, его брови слегка нахмурились:

— Я вижу, что квантовые стабилизаторы недостаточно эффективны. Император потребует более надёжную систему контроля временных потоков.

Верховный Магистр почтительно склонил голову:

— Создание такого оружия требует беспрецедентной точности, Лорд Валантис. Мы работаем не покладая рук над стабилизацией временного потока. И заметно усовершенствовали систему хронополя.

— Ваши расчеты впечатляют, но они не учитывают возможной флуктуации в первичных потоках, — со знанием дела настаивал Кайран, указывая на схемы. — Смотрите сюда, при определенных условиях стабилизаторы могут дать сбой. Император не примет риск нестабильности.

— Резервные системы готовы, — холодно ответил Малиока. — Вопрос в том, достаточно ли у вас данных, чтобы судить об их эффективности.

Кайран сверкнул глазами. Его палец твёрдо уткнулся в схему:

— Результаты неудовлетворительны, — тон прокуратора звучал непреклонно. — Вы уже и так затянули сроки разработки временных конденсаторов. Сколько ещё времени вы собираетесь тратить на доработку того, что уже должно работать? Вы намеренно тормозите процесс?

— Темпоральный кристалл — не игрушка для императоров, — почти ласково ответил Малиока, но в голосе звенел сдержанный гнев. — Его сила может разорвать ткань реальности! Или вы считаете, что риск оправдан, если награда — милость трона? Системы синхронизации требуют длительной настройки. Если мы запустим систему без калибровки, последствия могут стереть не только этот комплекс, но и половину континента.

Кайран стиснул кулаки — внутри разгорался огонь. Он понимал, что Клан намеренно тянет время, прикрываясь техническими сложностями.

— Империя не может ждать, пока вы выверяете каждый параметр, — прорычал он. — Мы живем в неспокойные времена, магистр. Враги Империи крепнут с каждым днем. А вы кормите нас обещаниями и отговорками. Нам нужны рабочие прототипы, а не теоретические схемы! Император ждёт результатов к солнечному циклу. Промедление — это не просто ошибка. Это измена.

Магистры переглянулись, чувствуя, как накаляется атмосфера. В разговор вступил Кантемир — Магистр Технологий. Кайран без труда опознал его — всё как в досье. Под капюшоном виднелось молодое, чуть суетливое лицо с улыбкой, которая будто извинялась за каждое слово. Мягкие черты, нервные движения — человек, привыкший договариваться. Юный магистр явно стремился найти компромисс, чтобы сгладить противоречия.

— Друзья, давайте не забывать о главном, — мягко произнёс он. — Наши разногласия не должны затмить цель миссии. Понимаю ваше беспокойство, Лорд Валантис, но мы работаем на грани коллапса, — Кантемир развёл руками, словно пытаясь соединить две враждующие стороны. — Нужно сонастроить хрономодули с пульсацией квантовых полей. Даже микроскопическая неточность запустит цепную реакцию разрушения! Ошибка в миллионную долю секунды инвертирует хронопоток — и волна ударит по нам. Либо мы создадим надёжное оружие, либо уничтожим всё, что пытаемся защитить.

Кайран ощутил, как капля пота скользит по позвоночнику, несмотря на прохладный воздух Цитадели. В его душе разгорался мучительный конфликт между долгом и пониманием технических реалий.

— У меня есть приказ Императора, — произнёс он, стараясь говорить спокойно. — Вы не можете бесконечно затягивать разработку. Если не ускорите процесс, я буду вынужден доложить о вашем саботаже.

Раздался неодобрительный гул. Малиока медленно поднял руку, и остальные члены собрания замерли.

— Мы не саботируем проект, прокуратор, — сказал он почти шепотом, но с каждым словом его тон становился все более напряженным. — Но Вы недооцениваете масштаб задачи. Нам приходится работать с фундаментальными законами мироздания. Мы ступаем в область, где законы физики размываются, — Малиока шагнул вперёд, его голос набирал силу, как шторм. — И не можем позволить себе роскошь поспешности там, где цена ошибки — гибель цивилизации! На нас лежит ответственность за миллиарды судеб! Мы погружаемся в глубины неизведанного, в зоны квантовой нестабильности, где каждый шаг требует запредельной осторожности!

К концу речи его голос достиг почти громовой силы. Кайран слушал молча, сжав челюсти и сохраняя самообладание.

— Это не просто разработка оружия. Это балансирование. На острие иглы. Между наукой и хаосом! Между прогрессом и катастрофой! Между порядком и энтропией!

Малиока наконец замолчал, тяжело дыша. В зале повисла долгая, напряженная тишина. Наконец Верховный магистр снова заговорил, но уже более спокойно и размеренно:

— Хрономодули требуют точной калибровки, лорд Валантис, — повторил он. — Иначе мы рискуем создать не оружие, а временной парадокс. И это не метафора. Это разрыв причинно-следственных связей. Мы можем стереть сами себя из истории.

В глазах Кайрана вспыхнул гнев, и он рванулся было ответить, что Император не потерпит проволочек и безопасность Империи важнее любых научных изысканий. Но в этот момент Кантемир поднял руку, деликатно прерывая зарождающийся конфликт.

— Позвольте, уважаемые, — произнес он тихим, почти застенчивым голосом, — возможно, наглядные расчеты помогут нам лучше понять ситуацию. Или обнаружить неучтённые переменные.

Не дожидаясь разрешения, он активировал дополнительные параметры на голограмме. Формулы и диаграммы начали появляться в воздухе, создавая трехмерную модель потенциальных рисков. Кайран изучал новые данные, и с каждой секундой его уверенность в собственной правоте таяла.

— Что вы предлагаете? — спросил он, слегка смягчив тон, хотя в его глазах по-прежнему читалось недовольство, а между бровей залегла глубокая складка. Малиока бросил короткий взгляд на Кантемира — тот едва заметно кивнул.

— Мы предлагаем компромисс, — ответил глава клана. В его голосе проскользнули нотки триумфа, но он тут же замаскировал их привычной властностью. Внешне он сохранял маску мудрого правителя, готового к диалогу. — Мы ускорим разработку временных конденсаторов на треть, пожертвовав некоторыми второстепенными параметрами. Сохраним все критические проверки безопасности, однако это потребует дополнительных ресурсов. Значительных ресурсов — материальных и человеческих. Нам понадобятся дополнительные энергетические мощности и расширенный штат техников.

— На данный момент, — осторожно добавил Кантемир, — необходимо провести еще несколько циклов тестирования. Каждый этап займет не менее трех декад.

— И нам нужна гарантия, что Империя не будет торопить события, — подытожил Малиока. — Мои люди должны работать без спешки. Это не просьба, а обязательное условие для успешного завершения проекта.

Кайран задумчиво потер переносицу, ощущая под пальцами пульс. Предложение Конклава выглядело разумно, но он должен сохранить баланс сил. В голове крутились цифры: ускорение на треть — это выигрыш, но втрое больше затрат. А если государь спросит, чем оплачена эта любезность? Перед глазами встал образ Императора, его холодный взгляд и тень прошлого провала, когда один неверный доклад стоил кому-то головы. Он ставит на кон свою репутацию. Если что-то пойдёт не так, придётся отвечать. Кайран прикрыл глаза, пытаясь унять нарастающее напряжение. «Нельзя дать им почувствовать верх, — подумал он. — Они и так диктуют условия. Пусть знают — сотрудничество не означает вседозволенности».

— Хорошо. Я доложу Императору о вашей позиции. — Произнёс Кайран снисходительно. Его слова звучали как одолжение, которое он делает собеседникам, идя навстречу их желаниям лишь из милости. — Хотя ваши запросы усложняют мою миссию и делают ее куда более значимой. Дополнительные ресурсы — серьёзное расширение моих полномочий. Я потребую полного доступа к отчётам о ходе работ. Каждый цикл тестирования, каждый перерасход ресурсов — всё должно быть зафиксировано и отправлено в столицу незамедлительно. Это не просьба, а гарантия того, что мы движемся к общей цели.

Верховный Магистр не ответил, но его синеватые губы сжались в тонкую, почти чёрную линию, и в этом едва уловимом движении чувствовалась угроза.

— Император должен оценить важность наших требований, Лорд Валантис, — медленно произнес Малиока. — Как и те, кто стоит за ним.

Свет дрогнул на краю капюшона, очертив лишь контур скулы. Но Кайран понимал: за этой тенью — немигающий взгляд.

— Не сомневайтесь, Магистр. Все будет доложено в мельчайших подробностях, — он слегка поклонился.

Кайран позволил тишине сгуститься. Медленно обвел взглядом собравшихся, задерживаясь на каждом лице, скрытом под капюшоном. Его глаза пытались проникнуть сквозь складки тканей. Он хотел сорвать с них мантии — не буквально, руками, но силой слова. Чтобы они не стояли перед ним безликими силуэтами в тени. Один из магистров невольно дёрнул плечом, почувствовав этот взгляд.

— Был рад познакомиться с вами лично, магистр Малиока, — неожиданно для всех назвал он по имени главу Клана, останавливая на нём свой взор. Дипломатический кодекс Шахри не одобрял поимённого обращения — посланнику Империи не положено было знать магистров иначе как по титулам. А их капюшоны предполагали полное инкогнито. Так сохранялась дистанция, подчёркивалась иерархия, соблюдался вековой этикет.

— И с вами, Кантемир, — Кайран улыбнулся ошеломлённому магистру технологий.

Он продолжил называть их имена одно за другим, и каждое звучало как удар по устоям. Он снимал с них покрывала — не церемониальные одеяния, а невидимые доспехи статуса. В этот момент они перестали быть Магистрами Конклава, а стали просто людьми, которых инквизитор знал по именам.

— Якуб, — Кайран повернулся к магистру с чуть сгорбленной осанкой, — Ирсаил, — назвал он четвертого, распознав по манере покусывать нижнюю губу, — Джаббар, — кивнул Кайран в сторону самой массивной и коренастой фигуры, — Леонур, — его взгляд задержался на магистре, который едва заметно покачивал головой в такт внутренним мыслям — почти неуловимое движение, заметное лишь при пристальном наблюдении. Тот замер, понимая, что выдал себя этой привычкой, и Кайран едва заметно усмехнулся: мало кто мог уловить этот жест, а ещё меньше — связать его с Леонуром. — И, наконец, Таларик, — завершил он.

В зале воцарилась мёртвая тишина. Капюшоны чуть склонились друг к другу — магистры обменивались безмолвными сигналами. Кайран ощутил, как внутри разливается холодное удовлетворение. Он не просто нарушил этикет — он переписал правила игры, бросил вызов самой системе. Эти люди веками скрывались за титулами, ритуалами, тяжёлыми тканями мантий. Но имена были истиной. Они не стирались, не забывались, не прятались. И сейчас Кайран обнажил эту истину — не для того, чтобы унизить, а чтобы показать: за маской власти всегда стоят конкретные люди. Люди, чьи привычки он изучил, чьи слабости заметил. Возможно, этот поступок не останется без последствий. Но теперь магистры будут его уважать. Или, по крайней мере, опасаться. И это было важнее любых формальностей.

— Вы сегодня говорили о доверии, магистр, — с ледяной иронией продолжил Кайран, обращаясь к Малиоке. — Но доверие — это когда не приходится гадать, кто перед тобой. Гадать больше не нужно. Мы оба знаем, что я знаю всё. Это и есть доверие. В его настоящей форме.

Он обвёл взглядом магистров, позволив себе лёгкий торжествующий оскал, который тут же скрыл в сдержанном церемониальном поклоне.

— До встречи, почтенные, — произнёс он с напускным пиететом. — Надеюсь, в следующий раз нам не придется ходить кругами.

Он развернулся к выходу с грациозной уверенностью, резким движением поправляя мантию. Когда достиг массивных дверей, на мгновение остановился, обернувшись через плечо:

— Помните: Империя не терпит поражений. Время покажет, кто действительно достоин доверия.

С этими словами он вышел в полумрак коридора. Двери за его спиной начали медленно смыкаться, издавая глухой стон.

Его сопровождающие, до этого момента державшиеся в тени, мгновенно материализовались рядом. Они двигались бесшумно, словно призраки, но Кайран уже не обращал на них внимания. Он думал только о том, как преподнести эту встречу Императору. И о том, что Тени Дюн, возможно, готовят свой собственный план.

***

Когда двери за посланником Империи закрылись, Магистр Внешней разведки Таларик задумчиво произнес:

— С ним будут проблемы.

Его слова ядовитой пылью повисли в воздухе. Малиока задумчиво скользнул взглядом по лицу Таларика, но спорить не стал, ожидая, что скажут остальные.

— Любопытно, как Император доверяет этому выскочке, — ухмыльнулся магистр обороны Джаббар, которого Кайран узнал по военной выправке, — Он словно пёс, которого прикормили объедками с господского стола.

Якуб нервно поправил мантию, пальцы теребили пояс:

— Беспокоит меня его осведомленность. Словно Император лично наставлял его. Откуда у прокуратора столько информации о нас?

— Император всегда славился умением подбирать верных людей, — согласился Таларик. — Но этот слишком умён. Слишком расчетлив. Мы думали, что сможем манипулировать им, но теперь я не уверен.

— Он всего лишь пешка в большой игре, пусть и хорошо обученная, — магистр идеологии Ирсаил издал короткий смешок, — Но даже самая умная пешка остается пешкой. Мы же создадим нечто, что выведет нас за пределы его понимания.

Его слова прозвучали вызовом, декларацией новой стратегии. Уверенность Ирсаила заставила магистров обменяться взглядами. Малиока кивнул — он ждал этих слов.