Первые Звезды. Книга первая: Единение
- -
- 100%
- +
Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Откуда ей известно мое имя? Мы не представлялись, когда заходили и Единение, а потом еще какая то, Сила, хранившаяся внутри меня. Эти слова полностью выбили меня из колеи, в мои планы не входило ничего этого. Мне нужно подождать всего лишь два с половиной месяца, а потом я стану свободной.
– Ясна, что с тобой? – Преслава тронула меня за плечо, вытаскивая из моих грустных мыслей.
– Все в порядке.
– Ты у нас самая везучая. – Искра, радостно улыбаясь, обняла меня и повела в сторону леса. – Нам нужно все обсудить.
Сейчас, когда вся деревня на площади, мы, не оглядываясь, отправились в лес. Лишь там можно поговорить без лишних ушей.
Поляна еще была покрыта сочной зеленой травой, но через пару недель она начнет желтеть. Кустарники сбросят листву, и мы не появимся здесь до весны. Наше маленькое убежище опустеет и потеряет своих гостей.
– Преслава, раз ты была первая, то и начнешь рассказ. – мы уселись в круг, и внимательно смотрели на лица друг друга.
– Когда облако обволокло меня, я испугалась. – она сорвала длинную травинку и крутила ее в руках от волнения. – А потом появились ощущения, я не могу точно описать, то что почувствовала, но было очень нежно. Кто-то трогал меня за руки и плечи, прикасался к губам. Я прочувствовала, что буду счастливой.
– Это значит, что все твои страхи на счет повторения судьбы твоей мамы не имеют смысла, – я была рада за нее, выкинет все свои дурные мысли из головы.
– Ты права, – Преслава разорвала травинку на две части и отбросила ее в сторону. – Она полностью развеяла мои страхи. Вот только одно меня смущает.
– Что?
– Я не видела своего суженного. Просто знала, что он там, чувствовала его, но вот лица или хотя бы силуэт. Этого не было.
– Я тоже. – Искра вовсе глаза смотрела на нас. – Даже не единого намека на то, как он будет выглядеть. Это же не справедливо.
– Что ты увидела?
– Тоже, что и Преслава, я не видела ничего, пелена на глазах, но чувство счастья ни с чем не перепутаешь. Наверное, мы с тобой только о семье и мечтаем,– хохотнула Искра, смотря на Преславу.
– Ясна, а ты видела только цветок?
– Да, – кивнула я – только его. Но он был просто неописуемо красивый, такой нежный и чарующий.
– Получается, каждая из нас будет счастливой, – Искра блаженно закрыла глаза и, раскинув руки, легла на землю.
– Да, но самой счастливой из нас будет Ясна.
– Я если честно не понимаю. Если я встречу свою вторую половину, предназначенную мне судьбой, то кого встретите вы? Разве вы будете как-то по-другому любить? В чем вообще различие?
– Ясна, ты разве не видишь, как устроен наш мир? – Преслава, вопросительно посмотрела на меня. – Ты посмотри, как живут многие семьи. Сначала великая любовь с клятвами до конца жизни, потом начинается первая ссора, у некоторых измены, кто-то расстается, а кто-то по непонятной ему самому причине так и продолжает жить с человеком, к которому все чувства давно остыли, глуша нехватку любви настойками.
– Если честно, я и не знала, что ты такой знаток в семейной жизни. – Искра приподнялась на локтях, сказанные Преславой слова ее удивили.
– Станешь тут знатоком, когда родная мать уже четыре раза выходила замуж и скорее всего будет и пятый. – ощетинилась она. – В твоем случае, Ясна ничего подобного не будет. Вы будете любить друг друга, как сказала Ведунья, до последнего вздоха.
– Спасибо, обнадежила. – мне от этого не стало легче. – Сначала бабушкин контроль, а потом я свяжу всю свою жизнь неизвестно с кем, да, еще и моя жизнь будет связана с его. Умрет один, не станет и другого. Это как-то не честно, по моему мнению. А вдруг мы с ним проживем очень короткую жизнь, вдруг его убьют на охоте или он напьется в таверне и будет убит в драке? А я тут причем? А если у нас будут маленькие дети в этот момент? Они, что останутся сиротами? У меня очень много таких «Если».
– Это же не значит, что ты встретишь его завтра.
– И вообще, что за негативные мысли сразу в твою голову лезут? Должна быть благодарна Первым Звездам, за то, что именно тебе такой подарок выпал. – Искра опять улеглась на траву и закрыла глаза.
Я ничего ей не ответила.
Благодарной. У меня ничего нет, чтобы быть им благодарной, а то, что нагадала Ведунья еще неизвестно, когда сбудется, а я постараюсь, что бы Единение обходило меня стороной как можно дольше. Меня очень напугали мои мысли о будущем, как жизнь одного взрослого человека, может зависеть от продолжительности жизни другого человека. Может быть, если бы я росла в полной семье, как Искра, то и мое отношение к Единению, скорее всего, было бы другим, но моя судьба и так не проста и усложнять ее в будущем, мне очень не хочется. Когда твоя жизнь зависит от другого человека это страшно, очень.
Есть еще упоминание, про Силу, которое никак не выходило у меня из головы. Что именно она имела в виду? Какой Силой я обладаю? Может быть это мой внутренний стержень, который держит меня на плаву и не дает сдаться? А может что-то пока не ведомое мне.
Как расшифровать ее слова?
Глава четвертая.Прошлое выходит из пелены забвения.
Прошла неделя с праздника Большого Спаса, а в моей голове до сих пор одни мысли, про Единение и Силу. Девчонкам я не рассказала ничего про последние слова Ведуньи, не знаю сама, что в них страшного, но предпочла оставить это в тайне.
Еще я стала очень подозрительной после этого предсказания. Когда поздно вечером, после праздника вернулась домой, бабушка с брызжущей слюной подлетела ко мне и, вцепившись в мои руки начала допытывать, чем я занималась целый день. В тот момент я испугалась ее. Старушечье лицо, изрезанное глубокими морщинами, тогда вселяло в меня страх. Ее светло карие глаза готовы были выскочить из орбит, седые волосы выбились из серого платка, а худые руки цепко ухватились за запястья, причиняя боль. Она была на две головы ниже меня, но в данный момент мне казалось, что я маленькая девочка, которую сейчас просто раздавят, если захотят. Никогда она так не волновалась о том, как прошел мой день, с кем его провела, и чем занималась в свободное время.
Первое, что пришло мне в голову это кто-то накляузничал, что я не пристойно себя вела. Но когда она взревела своим хриплым голосом и грозно спросила, была я у Ведуньи или нет, инстинкт самосохранения велел сказать нет. И только услышав из моих уст отрицательный ответ, она успокоилась и отпустила меня. А в моей голове зарождалось множество вопросов. Но самыми главными были: что так напугало ее, и что она сделала со мной, если бы я сказала правду.
С такими мыслями в голове, всю неделю, я занималась домашними делами и была настолько рассеяна, что разбила шесть яиц за раз, споткнувшись о порог. За такое происшествие, меня в любое другое время наказали бы розгами, но бабуля, злобно посмотрев в мою сторону, промолчала. После того как Ведунья побывала на празднике, она стала более спокойной. И от этого мне было еще страшней, что общего может быть у бабушки с той, кто обладает даром? Я еще бы позадавала вопросы, если бы они были ровесницами, может старая вражда, но что общего у молодой женщины и старой бабки. Ответ на этот вопрос все никак не находился в моей голове.
Оставаясь одна, я пыталась почувствовать Силу о которой говорила Ведунья, хоть на немножко понять, в чем она заключается, но ничего не получалось. Бабушка один раз застала меня, когда я, с крепко зажмуренными глазами и сжатыми кулаками, стояла посреди комнаты, удалось соврать ей, что разболелась голова, а такое упражнение помогает убрать боль. Она хоть и посмотрела на меня как на идиотку, но ничего не сказала, а я старалась больше так не попадаться ей на глаза. Вдруг заподозрит еще, что-то не ладное, тогда мне вообще спасу от нее не будет.
Когда мой мозг начал закипать от постоянных думок, которые не отпускали меня даже во снах, я приняла решение сходить в гости к Ведунье. Мне нужно, что бы она все объяснила. Без ее помощи я просто свихнусь. Пугала еще мысль о том, что она может меня и на порог не пустить, но я каждый раз отгоняла ее прочь.
Свой визит решила совершить на следующий день после дня рождения Преславы. Тогда и девчонки не будут меня нигде искать и бабушке можно сказать, будто я с подругами. Им я тоже не буду ничего рассказывать. Когда схожу к Ведунье, тогда и посмотрим, вдруг ничего стоящего не узнаю, может она в конце концов имела в виду мою силу воли, поэтому так и сказала, а я себя накрутила уже до невозможности.
Отвлечься от этих мыслей, мне помогал предстоящий праздник. Совершеннолетие особенное событие для всех нас, и мы с Искрой хотели, чтобы подруга запомнила его на всю жизнь. С подарком мы долго не могли определиться, но помог случай. Выйдя как-то раз на прогулку за покупками все вместе, Преслава остановилась возле лавки с одеждой. Швея как раз вывесила свои новые сарафаны на показ и у нашей «белянки» загорелись глаза при виде нового наряда. Позвав хозяйку, она разузнала стоимость и приуныла. Три медяка нам виделись лишь во сне, а готовые изделия она на обмен не ставит.
– Ну и ладно. – тряхнула головой Преслава и отправилась дальше. – не велика потеря.
– Тебе же оно понравилось. – Искра опять начала свою поучительную речь. – попроси родителей, ведь совершеннолетие совсем скоро.
– Нет. Скоро зима и отчим ни за что не потратит и медяка на ненужную в снежную пору вещь.
– Но ведь зима не вечна, – я тоже попыталась уговорить ее – потом придет весна и лето. И…
– Зимы бывают разные. – резко оборвала меня Преслава. – некоторые щедры снегами и ярким солнцем, а некоторые лютыми вьюгами и морозами. Разговор закончен.
После этого мы с Искрой решили подарить ей сарафан. Естественно таких денег у нас не было, и взять их было не откуда, тогда мы решили выменять ткань и сшить похожий сарафан своими руками. Ткань мы взяли цвета чистого неба, она как ничто другое подчеркнет Преславину исключительность. В лавке стекольщика, мы нашли замечательные стекляшки разных цветов, которыми решили украсить наше изделие.
Сейчас, когда до праздника оставались считанные дни, а работы у нас с Искрой еще не початый край, мы сидели ночами. Ну как мы, точнее я, потому что у Искры руки не из того места росли и с шитьем у подруги были большие проблемы. Основную часть пошива мы делали вместе, Искра аккуратно отрезала обрезы ткани, а я сшивала, но впереди оставалась самая кропотливая работа. Вышивка занимала у меня практически всю ночь, лишь под утро, когда свеча догорала, и не оставалось сил взять и зажечь новую, я проваливалась в сон. Днем домашние хлопоты, а ночью вышивание. Не удивительно, что последние дни усталость управляла мной, и на встречи с подругами времени просто не хватало.
– Ясна, привет. – Искра застала меня в тот момент, когда я несла постиранное белье на улицу.
– Привет. – Мне пришлось поставить тяжелую корзину на крыльцо.
– Давай я тебе помогу.
– Не надо. Я сама. – улыбнувшись Искре, и оставив корзину в стороне я оперлась на перила крыльца.
– Зачем ты так? – Искра так и осталась стоять в позади меня.
– Как так? – взгляд зацепился за кромку леса, хоть хвойные и не скидывали свои зеленые наряды на зиму, сейчас они выглядели холодными и одинокими и, было, почему-то грустновато от этого.
– Ты отдаляешься от нас.
– Нужно закончить с подарком для Преславы и тогда…
– И тогда ничего не измениться. – Искра подошла ко мне и взяла за руку – Это продолжается уже давно. После отъезда Тита, ты с каждым годом все дальше и дальше от нас. Никакой помощи от нас ты принимать не хочешь, что происходит у тебя в душе для нас тайна покрытая мраком. Я не могу понять, как та, которая всегда была добрее и искренне нас всех, не смотря на свою печальную долю, просто закрылась в себе.
Я молчала, не хотелось ничего говорить, ведь она права. После отъезда друга моя жизнь будто бы разделилась на до и после. Подруг я не звала на помощь, они сами приходили ко мне. Потом отчитывали меня, говорили, что могу всегда на них рассчитывать, а я снова отдалялась.
Может я в какой-то степени начала им завидовать? У них обычные семьи, в которых их любят и ценят просто за то, что они есть. Хоть, я и сама, не могла ответить на этот вопрос, через несколько минут начинала понимать, что от этого моя любовь к ним не становиться меньше, значит дело не в этом.
А может быть мне просто обидно за себя?
Но, после этого вопроса, всегда лишь ухмыляюсь сама себе. Еще года три назад я перестала себя жалеть, в тот момент до меня дошло, что от жалости к самой себе огород не будет посажен и сам не польется. Так в чем же дело? Начинаю об этом задумываться и мне кажется, что еще чуть-чуть, и удастся поймать нужную мысль. Но в данный момент она прячется от меня, и я не могу заманить ее.
– Ясна.
– Если честно, то все что ты хочешь услышать от меня, во мне еще не сформировалось. – тяжело вздохнув, повернулась к подруге. – Я понимаю, о чем ты говоришь, но сама не могу объяснить своего поведения. Будто что-то сокрытое управляет мной.
И лишь высказав все эти слова, до меня дошел их смысл.
Что может управлять мной?
То, что сокрыто?
Сила.
Это она дает о себе знать. Но в чем тогда смысл? Ведь это мои подруги. Я с детства с ними, я в них уверенна. Все это меня очень напугало, и я в страхе, в старом сарафане с множеством заплаток кинулась искать ответы на все эти вопросы.
Искра кричала мне в след, пыталась догнать, но ей не хватило на это сил, меня будто подгоняли невидимым кнутом. Не получиться дотерпеть до Преславенного дня рождения. Этот разговор с Искрой что-то затронул в глубине и мне нужны ответы.
Прямо сейчас, сию же минуту.
К дому Ведуньи, который находился на самой окраине деревни, дальше начинался лишь хвойный величественный лес, я добежала на последнем дыхании. Опершись руками на колени, дала себе отдышаться, но не успела сделать и пары глубоких вдохов, как услышала ее голос.
– Я все гадала, когда же ты придешь. – Она стояла на крыльце, кутаясь в яркую цветную шаль и ласково смотрела на меня.
– Вы же Ведунья? – мне все еще было тяжело дышать, пробежать практически всю деревню в таком темпе, можно и без ног остаться. – Могли предвидеть мой визит.
– Видишь ли, я могу предвидеть все то, что связано со мной и с обычными людьми если захочу. Но с тобой все сложно.
– Почему?
– Давай поговорим в доме. – Она открыла тяжелую деревянную дверь, приглашая меня внутрь.
В доме было светло и чисто, первой комнатой, оказалась кухня, здесь даже сеней не было и мне показалось это странным и непривычным. Кухня была большой, с множеством шкафчиков и тумбочек, через стеклянные оконца в дверцах, я заметила флакончики, великим множеством расставленных по полочкам. Взгляд цеплялся за каждый шкаф, который был ими заставлен. Даже стало интересно, где она хранит посуду и есть ли она у нее вообще.
Достав из-под небольшого кухонного стола табурет и указав мне на него, она отправилась в другую комнату, которая была завешана тонкой занавеской, через которую мне не удалось ничего рассмотреть. Сев на табурет, я осмотрелась. На всех тумбочках сверху лежали вязаные, ажурные салфетки, сверху которых стояли маленькие вазы с цветами. В одних вазах цветы только начали распускаться, а другие уже давно отцвели и от них остался лишь засохший стебель. На окне висела красивая, тонкая, белая тюль. Такая ткань стоила очень дорого, у нашей швеи даже такой в лавке не было.
– Ты очень нелюбопытная особа, Ясна. – она вошла в кухню, держа в руках что-то вроде книги, в коричневом, толстом переплете и села на против меня, достав второй табурет.
– Почему? – я не чувствовала никакого смущения и сомнения в моих действиях, не было страха, который до этого отговаривал прийти меня сюда раньше.
– После моих слов в шатре, я предполагала, что увижу тебя здесь на следующий день, но ждать пришлось дольше. – Она смотрела на меня своими черными глазами, так доброжелательно, что я полностью расслабилась.
– Так значит, они мне не послышались.
– Нет, -весело сверкнув глазами, она погладила корешок книги и вновь обратилась ко мне. – В начале я хочу тебе кое-что показать.
Она протянула мне книгу, которая оказалась достаточно увесистой. Мягкий переплет, действительно был очень приятным на ощупь. Аккуратно открыв ее, первая страница показала мне совсем юного парня, который уверенно смотрел своими нарисованными глазами на тех, кто открывал книгу. Он был одет в какие-то не знакомые мне одежды. Короткие брюки по колено, которые смотрелись очень интересно и в широкой рубахе, с закатанными рукавами. Было в нем что-то смутно знакомое, и я пытаясь понять кто это, перевернула следующую страницу. На ней был изображен этот же парень, но намного старше, он стоял с колбами в руках, переливая что-то из одной в другую. Лицо было плохо видно, потому что его закрывали волосы, по плечи. На третьей странице он был изображен, в форме напоминающей, форму Воинов Клана, здесь лицо было открытым, волосы были короткими. Его лицо… Оно так сильно кого-то мне напоминало, кого-то очень близко знакомого мне, и только открыв следующую страницу, я поняла кого.
Меня.
Это я очень похожа на него. На рисунке он стоял рядом с девушкой, с очень красивой девушкой, которую я уже видела. Моя мама, совсем такая же как на рисунке, спрятанном в нашем доме. На рисунке они изображены очень счастливыми. Наверное, так и было, до моего рождения. Рассматривала я книгу очень долго, так как на других листах были изображены оба моих родителя и хотелось насытиться этими рисунками, поместить их в память на всю оставшуюся жизнь.
– Откуда у вас это? – со слезами на глазах спросила я ее.
– Это я рисовала. Я очень долго ждала этого дня. Почти девятнадцать лет, без пары месяцев. И если бы и тогда не пришла сюда, мне пришлось бы самой идти за тобой и встречать твою родственницу.
– Вы знакомы с бабушкой? – все-таки связь между ними была.
– К моему глубочайшему сожалению, да. Нас свели вместе Первые Звезды.
– Вы сейчас говорите загадками, а я этого не люблю. Расскажите все без предисловий и лишних слов.
– Ты так напоминаешь мне своего отца, -она грустно улыбнулась и замолчала.
– Вы его очень хорошо знали? – я ели прошептала эти слова.
Никто и никогда не рассказывал мне про папу. Если каждый сосед и практически каждый житель Предлесья говорили мне о том, какая у меня была замечательная мама, то об отце никто и некогда не заикался. Даже когда в детстве, я пыталась через друзей узнать, хоть что-то о нем, всегда слышала одну и туже фразу «Он не местный был». И этим все было сказано.
Другой информации не было, после этой фразы, сыплющейся со всех сторон, я сделала свои выводы. Он просто исчез из жизни мамы, которая стала ему не нужна. Особенно это все подтверждалось бабушкиными нелестными словами в его адрес, поэтому я и перестала о нем даже думать. И сейчас я нашла того человека кто может рассказать мне, то, что я так, когда-то хотела узнать.
– Очень хорошо и с самого детства, – она внимательно посмотрела в мои глаза. – Он мой старший брат.
В моей голове начало происходить, что-то непонятное. Пульс застучал в висках, в голове молниеносно одна за одной пробегали мысли.
Как?
Она моя родственница?
Разве такое возможно?
Почему за столько лет она ни разу не дала о себе знать?
Что за …
– Я представляю, что ты сейчас чувствуешь, – сквозь всю эту непонятную пелену, я услышала ее тихий голос.
– Нет, – у меня просто взорвалось все внутри. – Вы никогда не сможете это понять. Больше восемнадцати лет, я ничего не знала о нем. Я знаю лишь то, что та, с кем я живу, его люто ненавидит, а остальные про него и знать не знают. Единственный вопрос, который меня сейчас интересует, это по какой причине вы молчали все это время?
– Я поклялась твоей матери, что не расскажу тебе всю правду, пока ты не станешь готова к ней и сама не придешь ко мне. – ее большие глаза сейчас были наполнены слезами, но мне было все равно.
– Все это время, я не то, что жила, я можно сказать тихо умирала под ее гнетом. Каждый год все хуже и хуже, чем старше я становилась, тем сильнее она пыталась подавить меня. А вы просто смотрели на все это со стороны. Вы, та, которая могла все изменить, просто не захотели вмешиваться?
–Ясна, послушай…
– Нечего слушать, -в груди очень сильно жгло, от ярости и боли. – Вы не понимаете, что творится у меня в душе, вам все это время было глубоко наплевать на меня, на свою племянницу, на дочь вашего брата, вы думаете, моя мать захотела бы, что бы я жила в таком мире, мире, который ни разу не подарил мне семейного уюта и любви? Если бы вы сами захотели, то никогда бы не остались в стороне, даже дав слово умирающему человеку.
Выпалив все это, я вскочила на ноги и бросилась прочь. Прочь от нее, от всей этой лжи. Они все, все, включая жителей Предлесья, врали мне.
Я их ненавижу.
Они все смотрели на мои мучения и ничего не могли сделать, потому что кто-то пообещал, что-то моей маме, которая умерла, даже не увидев меня. Которая так и не узнала, как живет ее дочь. И самый главный вопрос, если бы она знала, как будет обращаться со мной ее мать, захотела бы она тогда, что бы от меня все всё скрывали. Все это время рядом со мной находился родной человек, который мог за считанные секунды изменить мою жизнь к лучшему, но по какой-то глупой и несуразной причине молчал. В порыве злости добежав до дома, я пнула корзину с бельем, которая так же сиротливо стояла на крыльце. Мокрое белье посыпалось на ступеньки и на землю, но мне было все равно. Залетев в дом, и собрав все свои немногочисленные вещи в большой походный мешок, завязав так туго как смогла, я вновь выбежала из дома, сбив при этом бабулю. Я не собираюсь оставаться в этом месте полным лжецов ни минуты, и ждать до совершеннолетия не пришлось.
Бабушка что-то кричала мне вслед, но в моей голове были лишь мысли о предательстве. Они все меня предали. Меня мучали смутные сомнения, что ни один житель не знал, о моем родстве с Ведуньей. Ведунья очень давно живет в Предлесье, я слышала это из разговоров в лавках, у нее было достаточно времени, чтобы помочь мне. Может быть даже не забрать меня к себе на воспитание, но найти способ просто сделать мою жизнь легче, она точно могла. Просто не захотела.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.