Уговор

От автора

Дорогой читатель!

Данная книга не является историческим романом, хотя и повествует о событиях, которые могли происходить в конце Х века на территории Древней Руси.

В данной книге упомянуты как исторические факты, так и вымышленные. Если после прочтения вы заинтересуетесь историей Древней Руси, лучше изучите достоверные факты из научных источников.

Приятного вам чтения.

Глава 1.

Ольга проснулась с первым криком петухов, к чему довольно сложно смогла приучить себя за четыре года жизни в этом времени. Она села в кровати, ощупывая рукой мягкую перину, набитую гусиным пухом. Хотела снять длинную льняную рубаху, чтобы облачиться в дневной наряд, но ее остановил шорох колец по веревке, на которой висела занавеска, закрывающая ее угол в избе.

Учитель в белой рубахе длиною почти до пят с широким кожаным ремнем на поясе вошел, чуть слышно шаркая лаптями, сплетенными из лыка липового дерева. Его глаза, серые и глубокие, встретились с глазами девушки. На морщинистом лице появилась улыбка, которую до этого Ольга видела лишь раз.

– Поздравляю с наступлением двадцатилетия! – произнес учитель негромко.

По аккуратно подстриженной бороде, все равно длинной, серебряной, в цвет спадающим на плечи волосам, девушка поняла, что мужчина встал засветло. Он подошел ближе и сказал:

– Можешь не вставать сегодня рано. Сниданок Игорь приготовит, да скотиной займется. А мы с тобой чуть позже отправимся в город и купим тебе обновы. Будет мой тебе подарок.

– Не нужна мне новая одежда. Могу и сама сшить. А вот кинжал новый, чтоб с двумя управляться… – Ольга перекинула вперед длинные каштановые волосы и принялась заплетать их в косу. – Он мне более надобен в предстоящем пути.

– Решила ехать все же? – его куцые белые брови нахмурились так, что веки почти наползли на глаза.

– У нас уговор. – яростно посмотрела на мужчину ученица, доплетая косу.

– Я считал, ты и думать забыла об этом, за зиму даже не обмолвилась.

– Вы слишком хорошо меня знаете, чтобы думать, что я смирюсь. – она встала с узкой кровати, чтобы смотреть учителю в глаза прямо, а не снизу вверх. Знала, что он затеял с ней игру, и не собиралась сдаваться.

– Чем плохо здесь житие твое? Мне еще есть чему тебя научить. Жила бы себе спокойно, да внучков мне рожала, с Игорем воспитывала. – мужчина принял вызов, пристально взглянув в ее карие, ближе к болотному цвету глаза.

– Учитель! Четыре лета1 я горбачусь на ваших огородах, готовлю вам пищу, вычищаю говно за скотиной, сшиваю рубахи, беспрекословно выполняю все ваши просьбы, потому что мы договорились! – Ольга говорила дерзко, не собираясь отступать ни на шаг.

– И куда ты пойдешь? – сказал мужчина спокойно, но ученица уловила нотки насмешки в его словах.

– Хочу найти других волхвов. Возможно, они знают, как помочь мне вернуться домой.

– Если кто-то еще остался. Идет война, Ольга! Война против наших богов и тех, кто им служит. Все думают только о том, как спасти свои шкуры.

– Вот именно! Волхвов убивают, мирных людей сжигают, а мы просто сидим в своей деревне в надежде, что до нас это не дойдет!

– Хочешь, чтобы мы собрали тюки и отправились их спасать? – мужчина яростно махнул рукой на окно.

Девушка опустила голову.

– Я просто хочу домой. И если в этом времени есть кто-то, кто может мне помочь, я должна найти их. Хотя бы попробовать. – Ольга отвернулась от учителя, сделала несколько шагов назад, раскрыла старый, украшенный резьбой сундук, в котором лежали все ее вещи, нажитые в этом времени. – Всего одно лето, как мы и договаривались. Если за это время я не найду пути домой, то вернусь, и будут вам внуки, которых, возможно, все равно сожгут на костре за то, что им нет места в мире нового бога.

Мужчина тяжело выдохнул и повернулся к двери. Эту битву он проиграл.

– Добре. Собирайся, поедем в город и купим тебе все необходимое в дорогу. Не забудь попрощаться с Игорем.

Учитель вышел, и Ольга принялась доставать из сундука вещи, понимая, что, возможно, делает это в последний раз. Она была рада возможности уехать из осточертевшей ей деревни, с живущими в ней людьми, вечно шепчущихся за ее спиной, и правилами, которые девушка из будущего никак не хотела соблюдать. Ольга вынула из сундука синие свободные шаровары, в которых ходила каждый день, вопреки тому, что женщинам подобалось носить длинную до пят рубаху, обвязанную поневой2. Вытащила льняную, не окрашенную, короткую рубаху и корсет, который сделала себе сама из дубильной кожи, с наперекрест пришитой к задней части парой ножен для кинжалов. Когда оделась, взяла из сундука и наручи из металлического сплава, сделанные у кузнеца на заказ. Как же он тогда удивился, когда она принесла ему на бересте их чертеж, но выполнив, получил немало заказов на подобное изделие от проезжающих мимо дружинников и охотных до диковинных вещиц купцов. С внезапно охватившим девушку чувством страха и надежды, что никогда не придется применять его против людей, Ольга подняла со дна сундука длинный, прямой кинжал, с железной рукоятью, украшенной знаком Перуна – шестиконечным крестом, вписанным в круг. Вставила оружие в ножны на спине и вытащила следующую вещь – серую пенулу3 длиной до колен и разрезанную по бокам, которую выменяла у заморского путника взамен на поцелуй. В сундуке остались только длинные носки из шерсти, связанные крючком и подаренные Ольге благодарной старушкой за то, что она показала упражнения, которые помогли ей избавиться от мучившей боли в спине, и разбросанные по дну сундука металлические кольца. Учитель настойчиво просил ученицу вплетать их в волосы у виска, как это делали все местные женщины, но именно эту его просьбу, она ни разу так и не выполнила. Ольга с грохотом захлопнула сундук, осматривая свою комнату, ставшую ей домом на долгие четыре года, и мысленно прощаясь с ней, вспомнила тот самый день, когда очнулась в этом мире.

Капли осеннего дождя, шлепающие по лицу, разбудили Ольгу. Пробирающие до костей холод и сырость заставили мгновенно подняться с мокрой земли. Солнце, затянутое густыми тучами, казалось, близилось к закату или только что выкатилось на небосвод. Вокруг простирался хвойный, непроглядный лес. Ольга двинулась вперед, в надежде хоть куда-нибудь выйти. Почва под ногами то и дело проваливалась, хлюпала, босые ноги увязали в ледяной жиже. Болотистая местность заставляла ее обходить топи, бродить кругами. Этот лес казался бесконечным. Желудок отозвался невыносимой болью, напоминая, что она не ела ничего уже несколько дней. Редко висящие на кустах незнакомые ягоды не вызывали доверия. Ольга ловила капли дождя руками, чтобы смочить пересохшее горло. Когда голод стал невыносим, начала жевать мох, растущий на деревьях. Тонкая, домашняя одежда промокла насквозь, заставляя дрожать все тело. Израненные камнями и ветками ноги, с трудом делали каждый новый шаг. Больше всего девушка жалела, что не положила в карман зажигалку, которой зажигала свечи перед тем, как переместиться сюда. В спустившихся на лес сумерках, она услышала гулкий вой, сильно похожий на собачий. Осознав, что это могут быть волки, собрала в себе последние силы, чтобы удалиться от этого звука как можно дальше. С наступлением рассвета Ольга упала на землю, больше не в состоянии пошевелить хоть пальцем.

– Я нашел тебя. – сказал старик, набредший на почти бездыханную девушку в лесу.

Он погрузил ее на самодельные носилки и тащил по земле четыре версты до деревни.

Как только она очнулась в теплом, сделанном из сруба доме, мужчина, представившись Родомиром, поведал ей, что искал ее, так как ему было послано видение.

– Лета мои убывают. Вот уж седмицу безустанно молю я богиню Мокошь4, чтоб послала мне деву особую, даром богами наделенную, что будет способна с сыном моим бездарным, продлить род мой древний. Все в роду нашем с богами связаны, волхвами названы, и только он один не унаследовал силы могучей, связи с природою. А мне внуки нужны, что продолжат дело мое, да волхвами станут замест меня. Вот и увидел я тебя, как было, на земле мокрой, в лесу нашем. Вижу, сила в тебе есть особая. Станешь теперь ты мне дочерью, тебя я всему обучу.

Ольга была уверена, что погибла бы в том лесу, но ни разу не сказала об этом старику, считавшему ее подарком богов, а не глупой девчонкой, пытавшейся использовать магию, непосильную ей на тот момент.

Место, куда попала девушка, было будто срисовано со страниц школьного учебника. И насколько Ольга помнила уроки по истории отечества, дотировала это время как конец десятого века.

Ее спаситель оказался почитаемым волхвом в северных землях Руси. Свою внезапную гостью, он представил всем, как дочь его старинного друга, жившего за морем, которую он взял под свою опеку, после смерти родителей. Родственницей, что вызвало бы меньше вопросом, назвать он ее не захотел, так как тогда бы не смог объяснить ее союз со своим сыном, о котором так мечтал.

Но жители деревни сторонились Ольгу и никак не хотели принять, между собой называя ее ведьмой, невесть почему получившей покровительство волхва. Своенравная чужеземка говорила на странном диалекте, носила мужские одежды и части доспеха, ежедневно упражнялась в боевых навыках и абсолютно не соблюдала обычаи местных жителей.

Игорь, сын волхва, обучал путешественницу во времени местной письменности, охоте, владению оружием и всему тому, чего не знала девушка о жизни на Руси за десять веков до своего рождения.

Волхв же, передавал ей тайные знания о магических обрядах, служению богам, приготовлению снадобий и помогал развивать ее внутренние силы. Не забыл он и обучить ее искусству ведения боя, зачастую не требующего прямого физического контакта с оппонентом. Учитель, осознающий всю мощь способностей своей ученицы, всегда говорил, что только трус обижает того, кто слабее его. А боги трусов не жалуют и за бесчинство могут покарать. Поэтому если возможность есть, то всякого боя стоит попробовать избежать. Ведьма, обучавшаяся магии и раньше, без поддержки всяких древних богов, в их силу все же поверила, увидев божественное проявление в мире, собственными глазами. Посчитав, что эти боги – могущественные энергетические существа, вроде эгрегоров, плотно раскинувших свои невидимые щупальца в этих землях, решила, что лучше с ними не спорить. Тем более, когда их энергию, можно обернуть себе в пользу.

Когда Ольга вышла в общую комнату, служившую одновременно и столовой, и спальней остальных обитателей дома, за небольшим деревянным столом уже сидел Игорь.

– Доброго ранку! Сниданок готов. Со взрослением тебя! – сказал молодой мужчина атлетического телосложения, уплетая деревянной ложкой пшенную кашу с мясом. – Отец разрешил зарезать куру в твою честь, так что садись есть.

Игорь похлопал ладонью рядом с собой по скамье. Девушка с улыбкой подошла к нему, взъерошила его темно-русые волосы, свисающие ниже плеч, и плюхнулась рядом.

– Как все прошло? Увлек вчера Асю на сеновал? – спросила Ольга, подтянув к себе другую тарелку, полную каши, и схватив деревянную ложку.

– Не смог даже со двора выйти. Отец весь вечер ходил за мной, будто знал, что я собираюсь ускользнуть.

– Будто? – с неприкрытой ноткой сарказма сказала Ольга. – Отец твой знает, что ты будешь делать раньше, чем ты подумаешь об этом. Видимо, уберечь тебя вздумал от того, чтобы Ася от тебя понесла. Все мечтает он, что твой первенец от меня будет.

– Давно мне уж пора детей нянчить, а отец все грезит нашим союзом. Я же не виноват, что таким уродился? Ничтожный сын, не унаследовавший силы рода. Может, и не родич он мне вовсе. – мужчина со злостью кинул ложку в пустую тарелку.

Ольга повернулась к нему полубоком. Нежно положила руку на плечо, с серьезным видом заглянула в его голубые глаза.

– Я уезжаю сегодня. Моли богов, чтобы помогли мне найти способ вернуться домой. Если мне удасться, ты будешь волен свататься к кому угодно. Аську в жены возьмешь.

– Матушка ее сетует, что давно пора ей в девках перестать ходить. Женихов к ней подсылает. А у нас любовь, любовь, понимаешь?

Девушка молча кивнула, бросив грустный взгляд на собеседника. Сердце кольнуло при мысли о ее возлюбленном из прошлого, из мира будущего.

“Жив ли он сейчас? Сработало ли заклинание?” – подумала она.

– Как это вообще возможно? – спросил Игорь. – Уйти в будущее? Только богам такое под силу.

Ольга могла бы рассказать ему о том, что недолго его богам осталось быть почитаемыми на русских землях. Что христианство, уже принятое киевским князем, навсегда истребит старых богов и останутся о них лишь обрывистые и не соответствующие достоверности знания в учебниках средних классов. Могла, но знала, что не имеет права, поэтому сказала другое:

– Я же здесь! Если мне удалось попасть в прошлое, значит, и в будущее подвластно. – Ольга встала из-за стола. – Ты в меня веришь?

– Хочу верить, что тебе удастся. Отец все равно будет ненавидеть меня до конца жизни за то, что я обычный человек. Может мне уехать с тобой?

– Не прав ты. Любит он тебя, а ты его не оставишь. Я знаю.

– А ты можешь уйти и не возвращаться? Даже если не найдешь пути домой? – Игорь встал рядом, с надеждой посмотрел ей в глаза.

– Я бы с радостью посвятила своим поискам хоть всю жизнь, а не одно короткое лето. Но твой отец не так глуп. Магией мы закрепили наш уговор и не выполни я его, буду проклята Родомиром и богами.

– Что ж, пусть Мокошь пошлет тебе в помощь Сречу5. – сказал Игорь и крепко обнял ведьму, за это время ставшую ему словно родная сестра, которой у него никогда не было.

Майское утреннее солнце пригревало спины. Для поездки в город учитель снарядил повозку, запряженную гнедой кобылой с черной как уголь гривой, которая, в чем Ольга могла поклясться, никогда не стояла на их скотном дворе.

Торговая площадь города была полна людей, как это было всегда в базарный день.

Оставив повозку на въезде, они прошли через ряды, заваленные прошлогодними овощами и сушеными ягодами, мимо клетей с курами, гусями и даже утками, чтобы выйти к отдаленному закутку, где торговали сталью и железом. Ольга шла впереди учителя, накинув глубокий капюшон пенулы на голову, почти полностью закрывший лицо, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. В этой части базара привыкли видеть наемников, мужчин, промышляющих разбоем, и иноземных купцов, скупающих оружие русов, как редкий и дорогой при перепродаже товар. Никогда сюда не захаживали земледельцы и уже тем более женщины.

– Подходи, налетай, лучшую сталь покупай! – закричал худощавый торговец у прилавка, рядом вставшей Ольге, чуть не оглушив ее.

Девушка провела тонким пальцем по длинному лезвию кинжала с деревянной резной рукоятью, покрытой чем-то вроде янтарной смолы.

– Этот почем? – спросила она.

Торговец, услышав ее звучный голос, пригнулся, чтобы увидеть спрятанное лицо.

– Девка что ли? – удивился мужчина.

Ольга скинула капюшон, оголив густые каштановые волосы, заплетенные в косу.

– Тебе какая разница, кто монеты уплачивать будет? – отрезала она.

Учитель, перебирая деревянным посохом по земле, наконец, догнал ученицу.

– Твоя внучка? Бусы ей купи. Жинка моя за три прилавка отсюда торгует. Какие хошь. Из яхонта, а коль подешевше, из стекла есть. В летах уже девка, не дело совсем. – обратился торговец к старику.

Волхв и ведьма посмотрели друг на друга. В глазах Ольги разгорался огонь.

“Оставь. Не затем мы здесь”. – прочитала мысли учителя Ольга и, показав на выбранный кинжал пальцем, сделала три шага назад.

– Заморская гостья. Мы ищем достойный подарок для ее господина. – сказал старик, взяв тот самый кинжал в руку.

– Ох уж эти чужеземцы. Я тут такого навидался, но девица в портках… – казалось, торговец и не собирался прекратить свое негодование.

– Этот за сколько? – волхв попытался вернуть внимание торговца к делу.

– Эта сталь пуще той, что мечи дружине куют, – начал торг продавец, но увидев, как нахмурились брови старца, остановился. – Для тебя, отец, как дань возрасту и мудрости твоей, три куны всего. За полцены отдаю.

– Две куны и дам снадобье от хвори. Как недуг почувствуешь, выпьешь и за день на ноги встанешь. – учитель достал монеты из кошеля, привязанного к широкому кожаному ремню, и стал отвязывать маленький надутый мешочек, оперев свой посох на прилавок.

– Не признал друже, Родомир. – виновато произнес торговец. – Будь по-твоему. Забирай товар.

Ольга, стоявшая сзади, подошла, чтобы забрать свой подарок. Лавочник окинул ее неодобрительным взглядом, но мешать не стал. Девушка подкинула кинжал в воздух, ловко поймав за рукоять, и убрала в пустующие ножны на спине.

– Лучше, чем кухонный, с которым я упражнялась. – довольно произнесла ведьма.

Расплатившись с торговцем, Родомир и Ольга зашли в лавку с сухофруктами и вяленым мясом. В груди щемило от грусти надвигающегося расставания и страха перед неизвестностью будущего.

Они вернулись к повозке, чтобы попрощаться.

– У меня для тебя есть еще кое-что. – учитель указал посохом на гнедую кобылу, запряженную в транспорт, привезший их сюда.

– Лошадь? Тоже мне? – удивилась девушка.

Старик широко улыбнулся, жестом предлагая подойти к гнедой.

– А вы как домой доберетесь?

– Куплю новую. А эту готовил специально для тебя.

Ольга подошла к лошади и протянула руку, чтобы погладить ее по морде. Кобыла смиренно подставилась под женскую ладонь и, как показалось Ольге, улыбнулась глазами.

– От нее магией за версту несет. – констатировала ведьма.

– Будет тебе надежным помощником в пути и всегда найдет дорогу домой. Куда бы твои странствия тебя ни завели.

– Спасибо, учитель!

Ольга повернулась и обняла старика. Он принял объятия, но потом указал на кузов повозки. В нем лежал тряпичный мешок, доверху набитый узелками с сухарями и орехами. Рядом лежал и небольшой мешочек с овсом для лошади, больше как лакомство, чем корм.

– Я думала, вы это на продажу везете. – сказала ученица.

– Не мог же я тебя с одним мешком отпустить. Здесь съестного надолго хватит, но все равно расходуй с умом.

– Еще раз спасибо, учитель. Я вас не забуду.

– Конечно, не забудешь. Ты ведь вернешься через лето. – произнес старик.

– Надеюсь, что нет. – с улыбкой сказала девушка, в сердцах надеясь, что в этот раз ее учитель не прав.

Ольга распрягла гнедую из повозки, закинула ей на спину седло, закрепила на нем веревку и связанные между собой узелки с провизией, проверила стремена и оседлала лошадь.

– Прощайте, учитель! Я обязательно расскажу о вас историкам, когда вернусь домой.

Старик поднял свободную от посоха руку в знак прощания. Девушка мягко лягнула животное пятками и понеслась вперед.

Глава 2.

По началу путешествие на быстрой кобыле с теплым весенним ветром в волосах, да по лесам, по полям, скоротечно переодевающимся в летние наряды, казалось счастьем, подобно счастью вырвавшегося пса, долго прожившего на цепи у будки.

Родомир назвал Ольге три имени могущественных волхвов, обитающих в русских землях. Каждый из них ранее нес службу подле князя или княжичей, правящих землями. Но с приходом христианства, они покинули свои посты, отказавшись присягнуть новому богу. Ольга хотела разыскать их всех и любых других магов, в надежде, что хоть кто-нибудь сможет помочь или дать подсказку, как ей попасть домой.

По совету учителя ведьма сначала отправилась на юг. Она старалась держаться главной дороги, ведущей в столицу, но стремилась заезжать в каждую деревню или город, лежащий по пути. Так пролетало лето.

Первое, с чем пришлось столкнуться Ольге, были разбойники, искавшие легкой добычи в виде купцов и торговцев, спешивших в столицу, чтобы продать свои товары и вернуться домой с мешками серебра и золота, пока дороги не занесло снегом. Ольге, одинокой страннице, да еще и молодой женщине, не раз пришлось уворачиваться от лиходеев с помощью магии. Приходилось и много работать в помощь сельчанам в деревнях, где она останавливалась, взамен на мягкий сон на сеновале и горячую домашнюю похлебку.

В один из первых летних дней ведьма выехала раньше рассвета из деревни, где провела дождливую ночь в сухой избе, чтобы отправиться в следующую деревню, местоположение которой, любезно указала ей старушка – хозяйка гостеприимного дома. В такое время редко можно было встретить на дороге караваны или путников. Путешествующие с грузом не выступали в такую рань.

Утреннее летнее солнце в центральной части Руси, начинало греть раньше северного. Ольга, уже довольно спарившись в шерстяном плаще, решила, что лучшее ему место в походном мешке, пренебрегнув необходимостью маскировки.

Через несколько километров Ольга заметила повозку, прихрамывающую на одно колесо с жутким скрипом. На вороном коне, впряженном в повозку, сидел, скрючивши спину, седовласый мужчина в белой рубахе, перевязанной серым поясом. В кузовке, играя с ранними яблочками, на мешках, набитых под завязку, сидела девчушка лет семи. Сменив бег на ходьбу, Ольга подъехала ближе, улыбнувшись девочке в свободной рубахе до самых пят, с волосами цвета пшеницы, дар бога солнца, заплетенным в две косы.

– Деда! – закричала девочка звенящим голоском.

Мужчина повернулся, вцепился в поводья, не зная, как реагировать на девушку в мужских одеждах и частями доспеха на руках.

– Добра вам, мил человек. – с улыбкой произнесла Ольга.

– Красивая какая! Деда, смотри. – радостно и абсолютно бестактно закричала малышка.

– Ты ж, кто такая? – сказал дед, и Ольга заметила, как рука его потянулась к сумке, привязанной к седлу.

Видно, там он хранил ножичек или другое оружие, которое помогло бы отбиться от неприятеля.

– Не несу тебе угрозы, старик. Я лишь путница, еду в столицу. – Ольга поравнялась с дедом, и его взгляд скользнул ей за спину, туда, где торчали два кинжала в пришитых к спине ножнах.

– В старо время люди богами клялись. А теперь и бог новый и одежы у женщин, как погляжу. Куда только катимся? Варяжка?

– Не, из подальшей дали буду. Куда путь держишь?

– Тебе то, что? – огрызнулся старик, но руку от сумки все же убрал.

Видимо, понял, что если незнакомка и желает ему зла, так не отобьется он все равно.

– Сопровождать вас буду, коль по пути. Опасно нынче на дорогах, а ты один с внучкой.

– Недалече едем. В городище яблоками торговать.

– А девочку зачем с собой взял? Опасно же.

– Да, сама увязалась. Прыткая, яблоки высыпала, да в мешок сама влезла. Выпорол бы, да времени нет. – старик погрозил кулаком внучке, не отпуская поводья из другой руки.

– Ну ты, отец, не серчай на нее. Помочь тебе явно хотела. – Ольга повернулась на светловолосую шалунью и подмигнула ей.

– Да, да, деда. Куда же ты без меня? Я и продавать могу, и яблочки подавать. – оправдывалась девочка.

Видимо, слова эти все же растопили родительское сердце, и старик улыбнулся. Ольга не поняла, с какой именно дороги ее новые спутники свернули на главную, и как она могла пропустить их родную деревню.

– Скажи мне, дедушка, остались ли волхвы в твоей деревне? А то хворь одна замучила, вот ищу, кто бы вылечить смог.

– Это лучше к знахарке тебе. Есть у нас такая.

– Бывала я у знахарок, нет толка. Тут божественная помощь нужна, без нее никак.

– С волхвами туго сейчас. Все они ездят куда-то, в круги свои собираются. Планы строят, как князюшку нашего на путь светлый вернуть.

– А ты откуда знаешь? – удивилась Ольга такой информации.

– Так, лучше базара для слухов места не сыскать. Встанешь с утра за прилавок, так к вечеру все новости знать будешь. – усмехнулся дед.

Здесь Ольге нечем было поспорить. Такое выражение, как “бабка базарная”, что означало, женщину, которая направо и налево все секреты выбалтывает, дошло еще до ее времени, и теперь она поняла его смысл.

– А где волхвы собираются, знаешь? Или в какую сторону едут? – надеясь, что ей несказанно повезло нарваться на всезнающего деда, спросила Ольга.

– Тут все по-разному сказывают. Кто говорит, на север они подалися, подальше от князя, кто говорит, на юг едут, чтоб там восстание против нового бога поднять. – старик почесал лоб свободной рукой.

Надежда, только зародившаяся в душе ведьмы, тут же растаяла, словно первый выпавший снег.

– А почему бус на тебе нет? – вмешалась игривым голоском девчушка и покрутила маленькие бусинки из синего стекла на своей шее. – Жениху подарила?

– Забава! То ли твое дело? – рявкнул старик.

Ольга улыбнулась, вновь повернулась на девочку и произнесла грозно, нараспев:

– В моих местах воительницы бус не носят. Вот подарила бы я бусину суженому, а потом убили бы меня на поле брани. Так что ж ему, ждать меня потом до скончания дней?