- -
- 100%
- +
— Да, знаешь, — вдруг рассмеялся Ройнон. — Прежде никто не пытался противостоять ему с едой! Но в любом случае, благодарю. Все могло быть хуже, и, в первую очередь, для тебя. Вставай, тебе нужно отдохнуть. — Он поднялся сам и протянул ей руку, потом обернулся и крикнул: — Эй, трактирщик, я возмещу убытки с лихвой и родственники выплату получат. А пока дай женщину в помощь госпоже.
— Госпоже? — ошарашенно переспросила Василиса, мельком оглядевшись. Могло быть конечно, что Ройнон называет так табуретку, но наверное вряд ли.
— Ты и правда не похожа на ведьму, — улыбнулся он.
— Вы отпустите меня? — с замиранием сердца прошептала Василиса, а Ройнон сдвинул брови.
— Только с разрешения генерала.
— Безнадежно, — пробормотала Василиса. Что-то подсказывало, что этот человек скорее откусит ей голову, чем отпустит.
К ней уже подбежала одна из официанток, подхватила под руки и затараторила что-то так быстро, что отупевшее от страха сознание Василисы не улавливало смысл.
Утром Василиса проклинала себя, что после обмываний в тазике отрубилась и даже не попробовала сбежать через окно. А ведь всего лишь второй этаж, у нее действительно был неплохой шанс. Но шанс упущен, а теперь ее приодели и проводили вниз на завтрак. Оказалось, рыцари уже давно проснулись и занимались сборами — ходили туда-сюда с поклажей и вещами, выносили на улицу.
Когда почти все было готово, и пора было выдвигаться, вернулся генерал. Он заявился в трактир помятый, понурый, в одежде с кровавыми разводами, его волосы покрывал налет инея, губы посинели, сам он выглядел бледным точно снег, а глаза потускнели как у зомби. К счастью, он ни на кого не напал, а спокойно подошел к стойке трактирщика и молча выпил вина залпом две кружки.
Работники ни о чем его не спрашивали, рыцари делали вид, будто ничего необычного не происходит и продолжили сборы, лишь поклонившись генералу при встрече. Ни тебе приветственных речей, ни расспросов, ни беспокойства. Действительно, пришел — значит живой. Что еще нужно?
Василиса тихонько встала и собралась проскочить незаметно к повозке, в которой ей теперь предстояло ехать.
— Стой, ведьма! — раздался вдруг позади звучный голос генерала. Василиса вздрогнула и вжала голову в плечи. Жуткая вечерняя сцена предстала перед глазами как наяву. Синяки на плечах заныли с новой силой, как нарочно напоминая о железной хватке.
Василиса ускорилась, изобразив глухую, но путь к выходу преградил один из рыцарей.
— Его превосходительство зовет тебя, — сказал он и кивнул в сторону.
Василиса тяжело вздохнула и поплелась к стойке, где похмелялся генерал.
— Извините, реверансов делать не умею, — пробурчала она, разглядывая сапоги генерала с металлическими нашивками на носках.
— Поговорить надо. — Он проигнорировал колкость, совершенно бесцеремонно схватил за руку и потянул за собой в сторону лестницы, а потом наверх в комнату, где совсем недавно ночевало несколько рыцарей, и еще не успели убраться.
Генерал затолкал Василису внутрь и закрыл за собой дверь.
— Садись, ведьма, — заявил он, кивнув в сторону кровати, и у Василисы в глазах помутнело.
— Простите, — пробормотала она. — Можно за курицей сбегать?
Это была глупая шутка, которая должна была немного разрядить гнетущую атмосферу хотя бы в собственной голове. Но генерал посмотрел так, будто дни ее сочтены, и Василиса быстренько уселась на край кровати, раздумывая, возможно ли откусить себе язык и захлебнуться кровью? Она даже куснула кончик языка, но поморщилась. Да и умирать как-то расхотелось.
— Вы хотели поговорить, — напомнила она, глянув на стоявшего над ней генерала.
Он хмурился и разговор начинать не спешил, смотрел сверху вниз своим суровым и на удивление довольно ясным взглядом. Его синие, большие глаза, обрамленные черными длинными ресницами, при иных обстоятельствах могли заставить восхищаться ими. Но все, что хотелось сейчас — это скрыться из их поля зрения и желательно на веки вечные.
Василиса вздохнула и опустила голову. Она совершенно не понимала, что происходит. Сумасшедший мир с сумасшедшими людьми. Вот бы никому не было до нее дела, может быть, тогда ей бы даже здесь понравилось...
— Сними это с себя, — заявил вдруг генерал и дернул за рукав ее новой кофты.
Глава 8
Василиса подскочила, обняла себя за плечи.
— Что?! — воскликнула она. — Так не честно! Я клянусь, никакая я не ведьма, это принцесса во всем виновата, я очень-очень хочу помочь вам и вернуть эту мошенницу сюда, я хочу домой! К маме, учебе и работе! Я из, будь он проклят, другого мира! Я не преступница и не вещь, чтобы вы так обращались со мной!
Она часто дышала и едва не плакала от обиды.
— Все это не имеет значения, — спокойной произнес генерал, продолжая сверлить взглядом ее грудь, будто разговаривал не с самой Василисой, а с вышитой на кофте белкой. — Ты на моей земле и будешь меня слушать.
Он смотрел спокойно, без злости или гнева, но слова, которые говорил, пугали и злили. Однако как бы несправедливо он к ней не относился, было страшно даже с места сдвинуться. Все еще очень ясно представлялись вчерашние ужасы.
— Сними, — повторил генерал, но Василиса не могла подчиниться из чистого упрямства и осталась стоять столбом, хоть от страха подгибались колени и дрожали руки.
Генерал приблизился, схватил за плечи. Василиса вскрикнула, дернулась, но поздно. Он прижал ее к себе, оттянул ворот ее кофты и зарылся носом в шею. Василиса едва не задохнулась от такой наглости, попыталась вырваться, пнула его ногу, поздно вспомнив, что у него металлические пластины на сапогах, и ушиблась. От боли в пальцах на глазах выступили слезы.
Генерал вел себя странно. Он не отпускал ее, но и не делал больше ничего, просто дышал ей в шею глубоко и размеренно. Его горячее влажное дыхание щекотало кожу. Сделалось душно. Василиса замерла. Так продолжалось с минуту. Потом он просто отпустил ее, отошел, посмотрел с удивлением, будто это она склонила его к такому сомнительному действию, и пошел к выходу. Василиса осела на кровать без сил. Что это вообще сейчас было?
На пороге он остановился, повернулся и сказал:
— Спускайся и иди в повозку.
Василиса с трудом поднялась и на ватных ногах побрела следом. Однако кроме страха и слабости она ощущала кое-что еще. Легкое покалывание во всем теле, словно крошечные иголочки или разряды тока. От кончиков пальцев до корней волос. Василиса посмотрела на свои руки, но ничего подозрительного не заметила.
— Госпожа ведьма, — позвал ее один из рыцарей у выхода. — Иди за мной.
— Василиса, — поправила она. — Зовите меня лучше по имени.
Рыцарь задержал на ней взгляд и кивнул.
На этот раз она ехала с комфортом. В повозке можно было устроиться сидя, лежа, полусидя и даже поползать и сделать зарядку, в то время, пока рыцари сидели верхом, напрягая ноги и не разгибая спины. Василиса пользовалась относительным спокойствием до такой степени, что позволяла себе дремать.
Иногда она выглядывала из-за полога и любовалась снежными равнинами, хвойными лесами, чистым морозным небом и попадающимся на пути деревенькам. Жители занимались своей работой, дети играли. Не все распознавали в предводителе рыцарского отряда страшного генерала, и порой бежали за всадниками, махали руками и просили прокатить. Но вот если распознавали, то все было наоборот — взрослые хватали детей, убегали и прятались за воротами домов.
Василиса не прекращала думать над собственной участью и сжимала в руках проклятый кулон, который перенес ее сюда, пыталась установить с ним связь. Или с принцессой. Ведь она же как-то смогла? Или принцесса была ведьмой взаправду?
Две ночи подряд рыцари разбивали палатки прямо на дороге, вытаскивали из повозки припасы, жгли костры. Кто отдыхал, кто разминался в тренировочных боях. Василиса вылезала из повозки, прогуливалась между палатками и наблюдала за праздной болтовней рыцарей. Сбежать даже не пыталась — за ней приглядывали двое надсмотрщиков.
Василиса к ее великой радости не сталкивалась с генералом — он почти не выходил из палатки. Зато удалось поговорить с Ройном о здешних магах и что они умеют. Оказалось, "маги" это сильно сказано. Ни тебе фаерболов, ни пространственных порталов и временных разломов. Магия сводилась к усилению защиты, способностям к лечению и небольшим фокусам. Кто такая принцесса Наиша со своим кулоном оставалось загадкой.
На третий день Василиса по обыкновению лежала среди тюков и провизии в своем “транспорте” и дремала, убаюканная мерным покачиванием, как вдруг повозка остановилась. Днем они редко делали привалы, но Василиса не упускала этой возможности, чтобы размяться. Однако сейчас, судя по удаляющимся голосам и скрипу копыт по снегу, всадники продолжили путь. Даже беспрестанная болтовня погонщика стихла.
Василиса с удивлением выглянула наружу и увидела генерала. Он сидел в седле верхом на лениво жующем что-то Бертране прямо перед выходом с повозки и задумчиво смотрел на нее. Его глаза вновь светились. Василиса задернула полог, шлепнулась на пятую точку и отползла к противоположной стене. Всем своим существом она чувствовала, что не к добру все это. Отослал людей, остановил повозку... Может быть, конечно, он сейчас ее отпустит? Скажет: идти на все четыре стороны?
Но увы, чуда не случилось. Полог откинулся, в повозку запрыгнул генерал. Он молча снял с себя плащ, шлем, отложил меч и переместился к Василисе.
— Сними кафтан, — произнес он подрагивающим от нетерпения голосом.
“Опять?!” — завопило подсознание.
Василиса мельком оценила свои шансы. На расстоянии вытянутой руки не было ничего, что могло хоть как-то послужить оружием.
— Зачем вы это делаете? — Не привыкла она вот так беспрекословно подчиняться чужим людям. — Что вам нужно?!
Он приближался. Василиса встала. Потолок повозки как раз доходил ей до макушки. А вот генералу приходилось пригибаться. Василиса отметила, что между пологом и лежащими друг на друге связанными мешками с зерном есть небольшой зазор. Не дожидаясь, когда монстр опасно приблизится, Василиса бросилась туда, протиснулась и выскочила позади генерала из повозки на дорогу. Бертран от неожиданности фыркнул и отскочил в сторону.
Белизна вокруг ослепила, Василиса прищурилась и побежала куда глаза глядят по дорожной колее. Но побег длился недолго. Генерал догнал через несколько секунд, схватил ее за плечо, дернул, перевернул лицом к себе и повалил в сугроб, придавив собой. Василиса вскрикнула.
Глава 9
Снег попал за шиворот, на шею, обжигая холодом, но это казалось такой мелочью…
Генерал сел на колени, сгреб Василису в охапку, посадил на себя, перехватив ее запястья за спиной своей пятерней, расстегнул и отбросил в сторону ее плащ.
— Пустите! Пустите меня! Что вы делаете?! Так нельзя! — вопила Василиса, надеясь разве только что на помощь нервно водящего ушами Бертрана или на худой конец разбуженных ее криком медведей. Ведь всадники действительно скрылись за поворотом у леса, оставив ее на волю своего сумасшедшего начальника.
А он резкими, нетерпеливыми движениями расстегнул ворот ее кофты, оттянул за волосы голову назад и уткнулся лицом в шею, как и перед выездом в таверне. Тогда была репетиция? Но ведь сейчас разве место и время? Тогда хотя бы они находились в теплом помещении с мягкой кроватью. А сейчас мороз, снег, открытое небо…
— Вы!.. Мерзкий! Гадкий! Негодяй! Чудовище! Монстр! — выкрикивала отчаявшаяся Василиса, а по щекам текли слезы обиды. С ней обращаются как с вещью, ни больше. — Чтоб ты провалился, проклятый! Да будь я ведьмой на самом деле, превратила бы тебя в гусеницу и раздавила!
Но говорила она точно сама с собой, генерал нисколько не смущался, продолжая водить носом и губами по шее, с силой прижимал ее к себе, подрагивая всем телом, дышал часто, затравленно. Цеплялся за нее как за спасательный круг...
Он переместился носом в ее ворот, уткнувшись в яремную ямку. И тут Василиса ощутила покалывание в груди, которое поползло по телу, и легкое онемение. Василиса замерла.
«Кулон! — догадка буквально взорвалась у нее в голове. — Неужели начал действовать? Прошу тебя, умоляю, ты же исполняешь желания, правда? Так говорила Наиша... Самые искренние и заветные? Вот оно мое желание: пожалуйста, верни меня домой к моей дорогой любимой семейке. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!»
Приятное покалывание продолжалось. Василиса дышала часто и поверхностно, боясь спугнуть это новое ощущение, надеясь поймать волну, связь или что-то в этом роде... Но горячее прерывистое дыхание под яремной ямкой сбивало с толку, мешало сосредоточиться. Надо ли было вспоминать, что этот сумасшедший генерал первый, кто к ней настолько близко и так слишком откровенно? Но в голове вспыхивали эти мысли, смущение не отступало. Василиса отвлекалась и не могла сосредоточиться только на кулоне и заветном желании.
Как хотелось вернуться домой, в хорошо знакомое место, где правила известны с самого детства. И пусть она была в там почти на дне болота, но она знала, как из него выбраться. А здесь ее окружал сплошной хаос.
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста...» — повторяла она про себя, представляя свою комнату. Но тут генерал отстранился. Покалывание вмиг исчезло.
— Кто ты? — спросил он хрипло, сдвинув брови. — Откуда? Наш мир, Эриан, довольно велик. Не все материки сообщаются между собой. Я слышал много разных легенд и слухов: бывает всякое. Но какой магией владеешь ты?
Василиса сообразила, что до сих пор сидит на коленях генерала, и подскочила.
— Сколько раз я повторяла?! — воскликнула она. — Не из вашего я мира! И не владею никакой магией! В моем мире вообще магии нет!
Генерал сидел в снегу на коленях, не перебивая. Впервые он смотрел на нее и воспринимал ее слова. В груди все затрепетало от волнения. Вдруг удастся договориться, убедить и наконец пойти на какой-то диалог?
— Я просто жила, работала, училась... — заговорила Василиса, уже спокойным тоном. — И однажды ко мне среди ночи явилась Наиша. Это ведь та самая принцесса, которую вы ищете?
— Да, — согласился спокойно генерал. Он встал, но продолжал внимательно смотреть.
— Она напугала меня до чертиков, потому что походила на призрака. Да и вообще, когда на балконе седьмого этажа оказывается девушка, становится как-то не по себе... Ох, я говорю непонятно? — занервничала Василиса, думая какие слова для него непонятны.
— Продолжай, — кивнул генерал. Наверняка улавливал смысл, ну а подробности действительно ни к чему.
— Она представилась принцессой и стала рассказывать о своей жизни. Сказала, что ее утомили достаток и роскошь, и ей хочется приключений... Расспрашивала меня о моей жизни, моем мире, часто таскалась за мной, еще и про мужиков все время расспрашивала... Ой... Ну в общем неважно... Иногда она пропадала, но потом возвращалась опять.
— Сколько дней она была подле тебя в призрачном обличье? — спросил генерал.
— Пару месяцев, — с готовностью выпалила Василиса, едва не прыгая от радости. Наконец с ней разговаривают!
— Два месяца назад Наиша попала в плен и в тот же день она впервые надолго потеряла сознание, — размышлял вслух генерал, почесывая подбородок. — И да, этот кулон был при ней.
— Получается, она связалась со мной, когда попала в плен? А ее родители? Она говорила, что расскажет родителям обо мне… — бормотала Василиса, вспоминая последний разговор с принцессой.
— Ее родственники были казнены в день падения королевства, — ответил генерал.
Василиса ощущала смешанные чувства: с одной стороны жаль несчастную принцессу, а с другой — получается Наиша лгала с самого начала, да еще и как искусно!
— Эм… — насторожилась она. — Вы сказали, что видели ее в тот день?
Генерал кивнул.
— Разумеется, — ответил он. — Ведь это я захватил дворец ее отца.
Василиса отступила и, не удержав равновесие, шлепнулась в сугроб. В мысли проник ледяной спрут ужаса.
— Вы убили ее родных? — пробормотала она.
— Да, — буднично произнес генерал, как отличник говорит о сдаче экзамена. — Но как ты оказалась здесь?
— Я-я... Я оказалась... — Василиса опять дрожала от страха. Но надо было собраться, вдруг все-таки удастся договориться. Сглотнув вставший поперек горла ком, она продолжила: — Наиша предложила поменяться местами, сказала, что надо смешать кровь. Мы слегка чувствовали прикосновения друг друга, и вот когда наша кровь смешалась каким-то непонятным образом, все завертелось перед глазами, и я оказалась в месте ни разу не похожем на комнату принцессы.
— Значит, ты ничего о себе не знаешь... — пробормотал генерал.
— Почему не знаю?! — возмутилась Василиса. — Знаю: я не из этого мира и я хочу обратно!
— Нет, — отрезал генерал. — Ты нужна здесь.
— Нужна?
— Ты успокаиваешь меня.
— Успокаиваю?
— Да. Если будешь рядом, того, что случилось в таверне, скорее всего, не произойдет.
— Но как? Я не понимаю...
— Я тоже. — Генерал хмурился. — Пока не понимаю. Сейчас важно лишь то, что твое присутствие необходимо.
Василиса ощущала навалившуюся на плечи тяжесть. Она нужна этому монстру, ее не отпустят.
— Пообещайте мне кое-что что взамен! — выпалила она.
Генерал с удивлением округлил глаза, будто не ожидал подобного вопроса ни при каком раскладе.
— Раз уж выходит, что я не преступница, может быть, перестанете относиться ко мне как к тряпке?!
— Точно не преступница? — усмехнулся он и приподнял бровь, словно издевался. — Как докажешь?
— Я же все рассказала... — бессильно пробормотала Василиса. — Чем еще...
— Будь послушна, — произнес он и провел рукой по волосам. Его вид казался слишком довольным, хоть и немного растерянным. — Не убегай, лишь стоит мне отвернуться, не отталкивай, когда я приближаюсь, тогда и посмотрим.
Василиса едва не задохнулась от возмущения. Он даже не рассматривал идею того, что ей может быть неприятно, больно или страшно, даже не предполагал наличие у нее чувств, с которыми нужно считаться.
Глава 10
Элемиан подогнал повозку с провизией и пленницей к отряду, ждущему его за поворотом у леса. Рыцари молча переглядывались между собой, пряча взгляды. Ройнон напряженно смотрел на повозку, и слишком очевидны были его волнения.
— Она жива, — произнес Элемиан, подъехав к другу, а потом крикнул громче: — Выступаем!
Всадники пришпорили коней и помчались вперед, управление повозкой опять взял погонщик. Пасмурное зимнее небо темнело, погружая в оцепенение покорившуюся богине Мории природу. В глубине чернеющего по левую руку леса завывали волки.
Скоро придется жечь факелы, но останавливаться нельзя. Дорога заняла уже три дня, и Элемиан рассчитывал прибыть в гарнизон к полуночи. Утром они получили еще одно сообщение: варвары продвигались вперед очень быстро, а не как обычно — набегами и небольшими группами. Словно кто-то объединил племена.
Но, несмотря на непростую обстановку, восторг и ликование охватили все существо Элемиана. Впервые буйство энергии оказалось побеждено таким простым способом. Он все еще не понимал, как это происходит, а также что именно дарует покой: ее запах или магическое поле... Но что-то определенно работало. Энергия в его теле успокаивалась, как успокаивалась от зелья. Но действие зелья ослабевало минут через пятнадцать, а в случае с пленницей, только через несколько часов.
Элемиан подумал, что не знает имени девчонки и решил обязательно спросить, ведь теперь они связаны. Ройнон поравнялся с ним пару минут назад, и теперь постоянно поворачивался и пристально смотрел, будто хотел что-то сказать. Единственный, неизвестно за какие заслуги дарованный Всевышним друг оставался подле него и помогал, хоть и страдал из-за этого неоднократно. А сколько раз в далеком прошлом, когда они оба были детьми, Элемиан прогонял надоедливого хилого мальчишку… но тот всегда возвращался.
— Спроси уже, что хочешь, — усмехнулся Элемиан, повернувшись к другу.
— Выглядишь странно, — нахмурился Ройнон. — Слишком довольным. Прежде после своих похождений, ты таким не был. Не представляю, чем наша пленница умудрилась тебя так порадовать.
Элемиан прикрыл глаза, прислушавшись к ощущениям и спокойно циркулирующей по телу энергии. Как редко и мимолетно обычно это чувство.
— Похоже для меня что-то изменилось, — сказал он. — Не иначе Всевышний Гелион смилостивился над прóклятым родом и послал мне утешение.
— Говоришь загадками, — вздохнул Ройнон.
Элемиан не знал, как описать другу все, что с ним происходит и усмехнулся. Ройнон испуганно вытаращился на него и скривился.
— Своим чудачеством ты пугаешь даже рыцарей, — яростно зашептал он. — Они думают, ты окончательно обезумел.
Элемиан расхохотался, пришпорил коня и помчался вперед навстречу морозному воздуху и предстоящим сражениям, наслаждаясь чувством спокойствия и свободы от боли в теле и сумрака в голове.
***
Отряд достиг военного лагеря ночью. Василиса с любопытством выглядывала из повозки и считала серые палатки императорских рыцарей. Какой-то частью сознания она не могла всерьез воспринимать мужиков в латах. Это сильно походило на съезд ролевиков. В прошлом году одногруппница из университета затащила на такой. Начиналось все приблизительно так же: аутентичные костюмы, полевая кухня, палатки, постановки. А к ночи закончилось пьянкой, дебошем и полицией. Вот бы и сюда приехала полиция и забрала ее пусть даже в каталажку на пятнадцать суток…
Размышления прервали голоса выходящих из палатки солдат. Они собирались компаниями и провожали хмурыми взглядами делегацию из вновь прибывших рыцарей. Их обрывочные фразы доносились до Василисы:
— Зачем он в лагере?
— Он же на задании был...
— Милостивый Гелион, защити нас...
— Только бы не попасть с ним на передовую…
— Демон во плоти…
Василиса в принципе понимала их чувства. Генерал — неуправляемая бомба. Если что-то пойдет не так, он опять слетит с катушек. Василису передернуло, и она забилась в угол повозки, надеясь, что ее никогда здесь не найдут. Но вскоре повозка остановилась.
Двое рыцарей откинули полог, впустив свет от костров в уютную темноту, запрыгнули внутрь и принялись разгружать зерно и другую поклажу.
И только Василиса подумала, что лучше бы ей встать самой, пока ее не приняли за мешок и не выкинули из повозки, как один подошел к ней и присел рядом на корточки. Василиса сжалась, раздумывая, стоит ли защищаться именем генерала.
— Не бойся, мелкая, — удивительно сочувствующим голосом прохрипел рыцарь. — Тебе, может быть, лекарь надобен? Могу проводить.
— Что? — пробормотала Василиса и подалась вперед, не понимая, к чему такой странный вопрос.
— Оглохла, — констатировал со вздохом второй и остановился рядом, почесывая щетинистый подбородок. — Или умом повредилась.
Похоже рыцари решили, что она правда ничего не понимает и продолжали болтать, а Василиса с жадностью слушала, надеясь узнать о генерале больше, чтобы чуть лучше представлять, что ее может ждать.
— Еще бы не повредилась, — согласился тот, что ближе. — Его превосходительство на ней сегодня отыгрался вместо того, чтобы тренировку устроить. Вон какой вернулся спокойный, радостный…
Второй вздохнул.
— Тяжело ей пришлось видать. Даже на привале не выходила. Благо, что ведьма, а то померла бы уже такая тщедушная.
Тот, что сидел, протянул ей руку и добавил уже громче:
— Давай помогу!
— Правда? — Василиса воспрянула духом. Неужели некоторые из этой шайки действительно похожи на рыцарей?
Первый закивал.
— Отведу к лекарю, — добавил он снова громко. — Небось и встать сама не можешь.
Василиса не хотела раздумывать, о чем говорят эти двое, но решила подыграть. Вдруг они помогут?
— Вы очень добры, — нарочно слабым голосом пробормотала она.