Чужая жена. Дракон в ожидании

Ждала она долго. Солнце за окном уже начало клониться к закату, когда дверь наконец открылась.

– Простите, – сказал Блэквуд, входя. – Дела задержали.

Он выглядел усталым. Под глазами тени, на лбу складка. Но увидев Лиззи, улыбнулся.

– Вы принесли булочки? Это очень мило.

– Я подумала, что мы могли бы выпить чаю, – сказала Лиззи. – Если вы не против.

– Не против. Даже очень за.

Он позвонил в колокольчик, приказал подать чай, и они сели у камина. Несколько минут молчали. Просто смотрели на огонь.

– Я хочу предложить вам постоянную работу, – сказал Блэквуд наконец. – Не разовую, а на постоянной основе. Пять соверенов, которые вы уже получили, пойдут в счёт первого месяца. Дальше вы будете получать жалованье каждую неделю и процент от сделок с мастерицами, которых вы отобрали.

Лиззи ахнула.

– Но справлюсь ли я?

– Справитесь. Я в вас верю. – Он посмотрел на неё в упор. – У вас отличный глаз, миссис Эштон, вы быстро учитесь и не пытаетесь приукрасить результат. Для меня честность в работе важнее громкого опыта.

– Спасибо, – прошептала Лиззи. – Я не знаю, как вас благодарить.

Она не понимала, что делать с такой щедростью.

– Не надо благодарить. Просто работайте.

Он взял чашку, отпил глоток.

– И ещё. Я подумал о вашем жилье. Этот коттедж не годится для зимы. У меня есть небольшой дом в городе, ближе к порту. Пустует. Если хотите, можете переехать туда.

Лиззи замерла с чашкой в руках.

– Милорд, я не могу...

– Можете. Это не подарок. Это тоже работа. Я иногда останавливаюсь там, когда дела в Милфорде затягиваются, хотя большую часть времени дом пустует. Мне нужен кто-то, кто присмотрит за ним, пока меня нет. Вы будете жить бесплатно, а взамен следить, чтобы крыша не текла, комнаты не сырели и воры не залезли.

– Но что скажут люди?

– Люди всегда будут говорить, миссис Эштон. – В его голосе появилась горечь. – Пусть говорят. Важно не то, что они скажут, а то, как вы сами к этому относитесь.

Лиззи молчала, борясь с собой. Предложение было заманчивым: тёплый дом, безопасность, крыша над головой для неё и ребёнка. Но цена была слишком высока. Репутация, имя, последнее, что у неё оставалось.

– Я подумаю, – сказала она наконец.

– Думайте. – Он кивнул. – И если решите остаться в коттедже, это тоже возможно. Пенниуорт уже выяснил у хозяина: при регулярной оплате он готов заключить договор аренды с вами самой. С вашим жалованьем вы сможете платить вовремя, так что прежний срок выселения больше не висит над вами.

Они допили чай. Лиззи собралась уходить, но у дверей остановилась.

– Милорд... Теодор.

Он обернулся. Впервые она назвала его по имени.

– Спасибо. Не за дом. За то, что вы... за то, что вы есть.

И вышла, прежде чем он успел ответить.

На набережной было ветрено. Лиззи шла домой, кутаясь в шаль, и думала о том, что сказала. Зачем она назвала его по имени? Это было слишком смело, слишком фамильярно. Но слово уже вылетело – назад его не воротишь.

Вечером, когда она уже лежала в постели, в дверь постучали.

Лиззи накинула халат, подошла к двери. На пороге вновь стоял Блэквуд.

– Я принёс это, – сказал он и протянул ей книгу. – Старинный трактат о кружевах. Фламандский. Может пригодиться.

Лиззи взяла книгу. Их пальцы снова встретились.

– Спасибо, – сказала она тихо.

– Не за что. – Он помедлил. – И ещё насчёт сегодня. Как вы меня назвали.

Лиззи покраснела до корней волос.

– Простите, я не должна была...

– Нет. – Он шагнул ближе. – Мне понравилось. Никто не называет меня по имени. Все – "милорд", "лорд Блэквуд", "ваша светлость". А вы просто сказали "Теодор". Как равная.

Он смотрел на неё сверху вниз, и в его янтарных глазах было что-то, от чего у Лиззи перехватило дыхание.

– Спокойной ночи, Элизабет, – сказал он тихо.

– Спокойной ночи, Теодор.

Он ушёл. А Лиззи долго стояла у двери, прижимая к груди старинную книгу, и слушала, как колотится сердце.

– Что ты со мной делаешь? – прошептала она в пустоту. – Что ты со мной делаешь, дракон?

Поплатится ли Лиззи за то, что пошла на поводу у своих чувств?