Встреча

Глава 1

Осень в сосновом бору пахла озоном и грибницей. Старый лес гудел, как растревоженный улей: каждый спешил набить кладовую до первых заморозков. Шустрик не был исключением. Он носился по веткам старой лиственницы с такой скоростью, что его пышный рыжий хвост сливался в одно размазанное огненное пятно.

Сегодня он совершил сделку века — выменял у дятла Клюва три жирных еловых шишки на одну найденную вчера гайку (откуда она взялась в лесу, Шустрик не знал, но блестящие предметы всегда были твердой валютой). Теперь нужно было спрятать добычу.

Шустрик юркнул в свое личное дупло под самой макушкой. Оно было идеальным: сухим, просторным, с двумя выходами на случай экстренного побега. Пол был устлан мягким пухом рогоза. Но любоваться интерьером было некогда. Бельчонок пристроил шишки за щеку, прихватил пару отборных желудей про запас и уже собирался выскочить обратно, когда снизу раздался звук, от которого шерсть на холке встала дыбом.

Тихое, мелодичное цоканье. Совсем не похожее на сварливый стрекот сорок или грубые окрики соек.

Шустрик замер, распластавшись по внутренней стенке дупла. Сердце заколотилось где-то в горле. Осторожно, миллиметр за миллиметром, он высунул кончик носа наружу.

На толстой горизонтальной ветке, прямо под ним, сидела Она.

Это была самая красивая бельчиха, которую Шустрик видел за свои неполные три года жизни. Ее мех цвета выдержанного липового меда казался сотканным из солнечного света. Уши венчали строгие черные кисточки, а глаза-бусины смотрели на мир внимательно и чуть насмешливо. В лапках она держала огромный мухомор, словно это был букет садовых роз.

У Шустрика перехватило дыхание, и орех во рту встал поперек горла. Он отчаянно закашлялся. Мухомор в лапках незнакомки дрогнул.

— Осторожнее там, наверху, — произнесла она звонким голосом. — Если подавитесь, я не буду делать вам искусственное дыхание. Я брезгливая.

Шустрик покраснел бы до кончиков ушей, если бы рыжая шерсть это позволяла. Он судорожно сглотнул, едва не выплюнув драгоценные шишки, и попытался принять самую небрежную позу, свесившись вниз головой.

— Это… тренировочный маневр! — просипел он, стараясь звучать низко и мужественно. — Проверка бдительности. В нашем секторе бора сейчас опасно. Кругом хищники.

Бельчиха медленно повернула голову. Ее взгляд прошелся по взъерошенной мордочке Шустрика, спустился к туго раздутым защечным мешкам и остановился на кончике его носа, с которого от волнения скатывалась капля пота.

— Хищники? — переспросила она, приподняв одну бровь. — Судя по тому, как вы висите, главный хищник здесь — гравитация. Вы хоть знаете, что белки должны сидеть на ветках, а не быть украшением дерева, как новогодняя гирлянда?

— Я не украшение! — возмутился Шустрик, пытаясь подтянуться на передних лапах. Задние предательски соскользнули. — Я — Шустрик! Единственный наследник этого участка леса! Мой дедушка лично пометил эту лиственницу!

В этот момент один из желудей, некстати перекатившийся во рту, решил, что пора на свободу. Он вылетел изо рта Шустрика, описал красивую дугу и звонко щелкнул незнакомку прямо по лбу.

Наступила звенящая тишина. С ветки испуганно вспорхнула синица.

Бельчиха потерла ушибленное место. Затем медленно перевела взгляд с желудя, лежащего у ее лап, на бледного Шустрика.

— Очень метко, наследник, — процедила она. — Дедушка мог бы гордиться таким баллистическим навыком. А теперь будьте добры вернуть свою недвижимость гравитации, пока не свернули себе шею. И покажите мне дорогу к старому дубу.

— К-какому дубу? — промямлил Шустрик, наконец-то принимая нормальное положение и чувствуя, как горят уши.

— Там растут лучшие трюфели, — пояснила она так, будто говорила о погоде. — Мне нужен проводник. Говорят, местный чемпион по сбору запасов знает все тайные тропы. Кажется, его зовут… Пушистик? Нет, Трусишка… Ах да, Шустрик.

Она смотрела на него без тени страха, склонив голову набок. От нее пахло лесной сыростью, корой и чем-то неуловимо сладким. Шустрик понял, что пропал окончательно. Его язык примерз к нёбу. Проводник к трюфелям? Да он сам готов стать трюфелем, лишь бы она продолжала смотреть на него вот так!

— Я знаю короткий путь, — прохрипел он, собирая остатки самообладания. — Через воронье гнездо и старую кормушку егеря. Там нет куниц. Куницы боятся моего боевого клича.

Для убедительности он издал грозное «Цок-цок-цок!», которое больше напоминало стук швейной машинки.

Бельчиха моргнула. А потом запрокинула голову и расхохоталась. Смех у нее был легкий, рассыпчатый, совсем не обидный.

— Боевой клич? — выдохнула она сквозь смех. — Хорошо. Ведите, генерал Цок-Цок. Только спрячьте ваши запасы, а то выглядите как хомяк-переросток. Меня, кстати, зовут Искорка.

Она легко перепрыгнула на соседний сук, оказавшись всего в паре вершков от Шустрика. Он почувствовал тепло, исходящее от ее шубки.

— Раз уж ты единственный наследник, — тихо сказала она, заглядывая ему в глаза, — может, сначала угостишь даму тем самым отборным желудем? Тот, которым ты пытался меня убить, показался мне немного жестковатым.

Шустрик посмотрел на свой оставшийся желудь, затем на Искорку. Страх исчез, уступив место какому-то теплому, щекочущему чувству в груди. Он осторожно взял орех передними лапками и протянул ей.

— Для вас, сударыня, — торжественно произнес он. — Самый мягкий. Без гравитационных примесей.

Искорка аккуратно взяла угощение. Их лапки соприкоснулись — теплые, покрытые мягкой шерсткой. Она благодарно мазнула его носом по щеке, оставив влажный след, и ловко отправила желудь за щеку.

— Неплохо, Шустрик, — прошептала она, облизываясь. — Для начала сойдет. Покажешь мне завтра эти трюфели? Приходи к полудню к кривой березе. Только орехи дома оставь, они тебе мешают соображать.

И прежде чем он успел ответить что-то достойное, она махнула своим золотистым хвостом и растворилась в золотой листве, оставив после себя только запах лесных ягод и тихий шелест.

Шустрик стоял на ветке, прижимая лапу к месту, куда она ткнулась мокрым носом. Во рту было пусто, сердце билось где-то в пятках, а голова кружилась так, словно он опять висел вниз головой.

Он посмотрел на небо, потом на свое идеальное дупло, потом вдаль, туда, где стояла кривая береза. Осень вдруг перестала быть временем тяжелой работы и заготовок. Она стала самым прекрасным временем года.

Нужно было срочно найти самый красивый сушеный гриб для подарка. Завтра будет важный день.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.