Когда бездна смотрит...

– Микк, что за дерьмо ты здесь изучаешь, братан? – Эйс говорил успокаивающе-недовольным тоном, который проявлялся лишь в момент интоксикации.

– Не знаю. И вправду дерьмо какое-то… – я перешел дорогу и, пробравшись через ветки-лезвия, спустился к воде, опустил в нее руки и усердно потер пальцы.

Я заметил во взгляде Отиса раздраженность.

– Простите, немного отвлекся, – сказал я, виновато посмотрев на блогера.

– Да ничего, пойдемте.

Парень явно нервничал и искал поддержки среди людей, которые были ему не больше чем знакомыми. Почему он позвал именно нас? Его популярность в городе была больше, чем у мэра. По крайней мере, узнавали его гораздо чаще. Некоторые ролики на канале «Местного Жителя» буквально превращались в мемы и темы для обсуждения не только у молодежи, но и поколения постарше. Неужели у него нет близких друзей, которые могли бы помочь? Или это какой-то хитрый ход, чтобы побыть с Алишей? Уверен, наивность Эйса подсказывает ему, что здесь все тип-топ и переживать не из-за чего. Эйси-Эйс, ты без нас совсем пропадешь в мире, полном обмана, интриг и заговоров.

Мне хотелось спросить напрямую, но что-то останавливало. Тревога? Наверное, да. Что-то внутри подсказывало, что это может быть конфликт, который мне дается с трудом. Лучше будет промолчать или на крайний случай в сторонке поговорить об этом с Тони.

Мы остановились перед поворотом на тропу к летнему кафе, которое дорабатывало сезон. Но удивительная безлюдность ввела нас в ступор. Обычно у входа стоит одна-две компании с перекуром между трапезой. Но нас встретили одинокие кустарники и противно скрипящая вывеска над входом, слегка шатающаяся от порывов ветра.

Безмолвно мы подошли к заведению, обнаружив висящую изнутри табличку: «ЗАКРЫТО».

– Я не понял. Они уже закрыли сезон? – недоумевал Тони.

– Нет же. Как минимум месяц должны были еще пахать, погода пока позволяет, – добавила Алиша.

– Это странно. Погодите! У меня есть номер Шона. Он здесь работает. Я ему позвоню, – сообразил Эйс.

Он долго листал адресную книгу в телефоне. В ней явно было контактов на три жизни вперед.

– Здорова, мужик! Че как ты?...

Алиша закатила глаза, телепатически сообщая нам: «Это надолго».

– ... да тоже неплохо. Слушай, мы в «Остров» хотели сходить, ты работаешь сегодня? Нет? Я думал, у тебя пятидневка до четырех часов? А-а-а... Понятно. А что случилось? Понял. Ну ладно. На связи. Ага. Давай-давай. Пока.

– Ну и? – Алиша в нетерпении ждала ответа.

– Да ничего, дирик дал сегодня всем выходной, причин не назвал.

Все переглянулись между собой, и в глазах каждого можно было заметить мелкую бегущую строку с текстом: «А это что за хрень?».

Чтобы удостовериться, что поблизости никого нет, мы обошли пляж, поднялись на пристройку высотой со второй этаж, где недавно установили детскую площадку. У обрыва метрах в двадцати стояла старая деревянная будка, где летом спасатель в виде подростка с минимальными способностями к плаванию подрабатывал за копеечную зарплату. Мы заглянули и туда. На всякий случай. Эйс и Тони с дальней стороны пляжа подняли скрещенные руки в форме буквы Х. Стало быть – пусто.

– И какой план? – неуверенно промямлил Отис.

Груз молчания лег в центр круга, который мы описывали, пока Тони не взял на себя бремя полководца.

– Так. Во-первых, думаю, надо, чтобы кто-то стоял на стреме, если этот тип решит нагрянуть. Желательно где-нибудь у бараков, чтобы мы успели спрятаться...

– Давайте я, мне по работе надо отвлечься, – вызвалась Алиша.

– Так если ты занята будешь – успеешь его заметить?

– Да-да, сейчас тачки почти не ездят, я его услышу, когда он мимо гавани будет ехать.

– На какой машине гоняет Дэнни?

– Темно-синяя «BMW»... Шестая серия.

– Мажор... – Тони фыркнул с ноткой зависти. – Запомнила? – он перевел взгляд на Алишу.

– Угу.

Она сразу отправилась к наблюдательному пункту.

– Дальше. Получается, во-вторых? Да! Во-вторых, распределим зоны – кто где ищет, чтобы не терять времени зря над одним кустом.

– Я осмотрю тропу и дорогу, – Отис указал на подъезд к ресторану. – Мне кажется, я мог что-то упустить в темноте.

Тони кивнул, после чего Отис тут же сорвался с места, явно стараясь догнать Алишу.

– Я осмотрю черный вход и все, что прилегает к скале с задней стороны здания... – сказал Тони.

– Заздания, – хмыкнул я.

В мертвой тишине я слышал кричащие осуждения в глазах друзей. Словно эта шутка готова была отправиться на конкурс за звание «Шутка за пятьдесят, или почему стоит покончить с собой».

– Простите.

– ...так. Стендап-комик. За подобное твоя – вся лицевая сторона. Скамейки, клумбы, кустарники. Кору деревьев тоже не пропусти, – он ухмыльнулся.

Я печально кивнул.

– А я тогда куда? – растерянно спросил Эйс.

– А ты... – Тони не придумал подходящего места для последнего участника. Или вовсе боялся назначать его на ответственный участок, опасаясь, что тот по невнимательности пропустит что-то важное. – ...Ну ты там глянь, тут. Короче, по местности.

– Ты сам вообще понял, что сказал?

Но Тони проигнорировал вопрос друга.

– Все, погнали. Времени мало, через пару часов начнет темнеть.

Тони поднялся по каменным ступеням, вдоль которых иссыхали летние цветы, и скрылся в тыльной части ресторана. Отис энергично ковырялся в придорожных кустах, с которых лениво падали листья. Между нами было порядка ста метров, и периодически завывал ветер, но, клянусь, я мог расслышать, как Отис шипит на колючки, впивающиеся в его пальцы.

Мой лучший друг не придумал ничего лучше, как прицепиться к моей зоне, словно пиявка к червю. Я сам бы так сделал, хоть и люблю одиночество. Но занятие грязной работой идет лучше, когда делать надо в два раза меньше.

– Эйси... – я оглянулся на дорогу, выглядывая блогера. – А ты как вообще относишься к Отису?

– Хороший парень, выпивали несколько раз. Ну, он сам не пил. А так… с ним можно поржать.

– Ну естественно, – я закатил глаза. – Есть хоть один человек в мире, кого ты бы назвал плохим?

– Ну...

– Не отвечай, это риторический вопрос. – Я выдохнул и продолжил мысль. – Тебе не кажется, что у этого «хорошего» парня есть виды на Алишу?

– Виды? Какие виды? – он действительно недоумевал.

– Альпийские! Какие еще!? Ты совсем затупок, что ли?!

– Да что ты несешь?

Я сделал глубокий вдох и выдох.

– Я говорю, что мне кажется, что Отис шары свои подкатывает к Алише. И не говори, что ты меня сейчас не понял!

– Хм... – его взгляд уставился на собственные брови, словно он мог их отчетливо разглядеть. – Да нет, он просто общительный. А с Ши они поладили. Я понимаю, о чем ты говоришь, тут не все так просто. Он же не такой, как мы. С первых классов скорешились, позже встретили Тони, Алишу, Джулию. И вроде все так легко и просто, но не у всех так бывает. Я понимаю, что ты к любому новому человеку относишься с опаской и недоверием. Но тебе стоит побольше узнать, прежде чем делать какие-то выводы.

– То есть ты его хорошо знаешь?

– Явно получше, чем ты, братан. – Он по-доброму улыбнулся, а его глаза сияли как два солнышка.

– Ну, окей. Расскажи тогда, может, я и соглашусь.

– Не-ет, чувак, так не работает. За тебя я жизнь не проживу. Ты сам должен его получше узнать. Я же не всегда буду рядом. Заодно сделаешь домашку для психолога. – Эйс ухмыльнулся.

– Иногда мне кажется, что у меня два психолога.

Закрыв тему, мы стали тщательнее ковырять землю, осматривать кусты и да, как приказал Тони, прошлись даже по деревьям, стараясь не покидать свой участок. Все это стало больше походить на бесплатный рабочий день в озеленении города. Вот мы пропалываем землю. Потом избавляем кусты от паразитов. Оцениваем качество древесной коры. В какой-то момент я потерял суть того, что мы здесь делаем. И что вообще ищем?

Но чем дольше я старался что-то найти, тем больше погружался в собственную глубину. Там было светло и тепло, отчего меня посещали мысли, что сойти с ума и остаться там, возможно, лучший исход для моей жизни.

***

Мои руки скрылись в земле, словно две маленькие головы страуса. По коже поползли муравьи, явно недовольные отсутствием припасов. Кто-то осмелился подняться выше, скрываясь под рукавами моей клетчатой рубашки. И эти смельчаки были героями для своей колонии. Первопроходцы, покорившие тело Гулливера. В области подмышек появился легкий зуд, но я терпел, чтобы случайно никого не придавить. На моем лице сияла улыбка – беззаботная и невинная. Радость мальчишки, который познает этот удивительный мир. И в этот момент он правда казался мне таким.

Я ощутил дрожь, глядя на этого паренька, залитого лучами солнца. Стоял как вкопанный. Словно рука, зарытая в землю, не могла позволить себе пошевелить хотя бы пальцем.

Лишь бы он меня не увидел и этот момент длился вечно.

Из-за спины по его рубашке проскользнули две руки, скрестив ладони в объятиях. С такой нежностью, которую можно лишь увидеть, а не описать. Со всей легкостью и силой они аккуратно приподняли мальчишку и стали трясти. Из-под рубашки посыпались муравьи. На земле остались вмятые отпечатки маленьких ручек. Смех, такой размытый, словно его придумали. Будто кто-то фантазировал о том, как выглядит счастье.

Две линии бледно-розового цвета, словно засахаренные ягоды, упирались в ямочки на щеках. Такие же ямочки, как у меня. Как у этого мальчишки.

***

Меня выхватил из транса резкий звук, обрушившийся на меня, как скример в фильме ужасов. Я обернулся посмотреть на причину, которая ходила по песку, отстукивая что-то веткой от дерева.

– Эйс, что ты делаешь?

– А? Ну, я подумал, что здесь тоже могут быть улики. Знаешь, нельзя ничего упускать из виду.

Я оглядел тусклый песок, из которого торчали крышки от бутылок, оторванные этикетки, обертки от шоколада. Солома, которую принесли волны бог знает откуда, одиноко торчала из песка вместе с мусором.

– Подай мне песчинку, – сказал я.

– Чего? Сам возьми, – негодовал Эйс.

– Пожалуйста. Прошу тебя как друга, подай мне песчинку.

Эйси подозрительно сузил веки, добрых десять секунд выглядывая в моих глазах намерения.

– Окей. На. Держи, – он протянул мне руку с вытянутым указательным пальцем, на подушечке которого грязно прилип влажный песок.

– Смотри. Внимательно... – я прищурившись смотрел в коричневые точки на его пальце. Эйс тоже старательно напряг глаза, пытаясь что-то разглядеть. – ... Это твой мозг, чувак. Тебе бы с ним поосторожнее, а то в следующий раз выпадет – и не найдешь.

Эйси еще пять секунд ошарашенно глядел на палец, пытаясь понять, что произошло, но к моменту прозрения я уже вернулся к своим кустам и не обращал на него внимания, как вдруг услышал крик.

Отис бежал в нашу сторону, размахивая руками.

– ...еде... он едет... ОН ЕДЕТ!

Мы мгновенно нырнули в кусты, заметив за ветвями деревьев темно-синюю, почти черную машину. Не было сомнений – это Дэнни. Когда она остановилась возле нас, сквозь ветки можно было разглядеть такую же лысеющую голову, как эта осень.

Меня отвлек звук, похожий на то, как нога проваливается в залитую дождем грязевую лужу. Но вчера дождя не было, и влажность не такая высокая, чтобы настолько размягчить землю.

Дэнни хлопнул дверью. Мы дрогнули.

– Там Тони! – беспокойно прошептал Эйс.

– Да что ты говоришь? – также беспокойно ответил я.

Дэнни подошел к двери ресторана, но прежде чем открыть замок, оглянулся по сторонам. Мы пригнулись сильнее, но Отис задел колючую ветку и поцарапал руку, не произнеся ни звука. Видимо, результат десятков царапин, заработанных за последний час.

Директор бросил взгляд на кустарник, в котором мы прятались. Я старался не смотреть на него. Мне всегда казалось, что откуда ни смотри пристально на человека, он тебя увидит, если посмотрит в твою сторону. Будто радар, обнаруживающий чужой взгляд. Дэнни медленно подошел к тропе, густо усеянной декоративными кустами. Он был уже близко. Я услышал собственное сердце, которое билось все громче. Возможно, он его слышит? Это оно его притягивает ко мне?

Завыл сильный ветер, поднимая опавшую листву и срывая уже отжившую с деревьев. Дэнни прикрыл рукой глаза, которые атаковали крошечные песчинки. Он подбежал к двери и неуклюже перебирал ключи, пока не нашел нужный, и наконец скрылся за дверьми ресторана. Гул стих. Меня посетила мысль, что природа сегодня на нашей стороне.

ХЛОП!

Что-то ударило меня по плечу, да так неожиданно, что я поскользнулся на месте и упал на бок, поцарапав о ветки левую щеку.

– Ссссс.... – прошипел я на вдохе.

– Черт, прости, я просто хотел напугать, – Тони выглядел виноватым.

– Пошел ты! – я ткнул в него средним пальцем. – Че делать будем?

– Я ничего не нашел, а вы?

– Ничего, – уверенно сказал Эйс, пока я вытирал щеку.

Тони посмотрел на Отиса, но тот лишь отрицательно покачал головой.

– Так. Значит, надо проследить за этим типом. Если он грохнул Матье, то возможно, прячет тело в морозилке.

– Чего?! – слишком взволнованно спросил Отис, после чего мы тут же шикнули на него и выглянули проверить, выдал ли нас этот шум.

– Тихо. Это шутка. Но все же проверить стоит: зачем он закрыл заведение и приехал сюда один?

– По-моему, он не запер дверь. Я могу прокрасться внутрь, мне не впервой, – с сомнением выступил Отис.

– Уверен?

– Уверен, – теперь уже твердо настоял блогер и начал подбираться к окну у входа.

Подглядев в большой зал, он, видимо, не нашел там директора и подал нам знак, что все чисто, сомкнув указательный и большой палец в «Окей». Отис аккуратно приоткрыл дверь и быстро зашел внутрь.

– А нам что делать? – спросил Эйс, но скорее чтобы разбавить тишину, а не для четкого ответа.

– Будем ждать. Мало ли, он его спалит и решит кокнуть как оператора, – Тони либо был точно уверен в одном, либо в другом. Эти шутки и отвлекали, и настораживали одновременно.

– Так, а почему не было сигнала? Повезло, что я услышал его тачку, но вас он мог заметить.

– В самом деле. Сейчас наберу Алишу, – на лице Эйса виднелось небольшое волнение.

Пи-ип...

Пи-ип...

Пи-ип...

Тишина затянулась.

– Да что за хрень, Ши, возьми трубку, – его голос смешал в себе долю раздражения и переживаний.

Гудки оборвались, и с конца трубки раздался неразборчивый голос Алиши.

– Слава богу! Ты в порядке?!

– Нихрена я не в порядке, – сквозь маленькие отверстия прорвался мощный голос девушки Эйса, источающий тревогу.

– Что? Что случилось?

На этот раз мы уже ничего не слышали. Судя по всему, она понизила тон, да к тому же порывистый ветер периодически заглушал нашу слышимость.

– Ты угораешь сейчас? Да. Все. Я понял! Скоро увидимся!

Эйси напрягся, что бывает не часто.

– Да у нее на работе треш, она все это время на телефоне. Про тачку вообще забыла. Я-то, блин, уже надумал себе.

– Все ведь обошлось, верно? – я положил руку ему на плечо и скривил рот в улыбке.

– Да. Ты прав, Микк. Забыли.

Просидев десять минут в засаде, мы стали все больше переживать, что творится внутри. На улице уже темнело. Нам осталось лишь дождаться Отиса и валить отсюда. Но время тикало, а его все нет.

– Может, сходим посмотрим, что там? – предложил Эйс.

– Давай я гляну в окно, может, увижу чего, – ответил Тони.

Не успел он подойти и на пять метров, как открылась входная дверь. Со страху ему пришлось прыгнуть обратно в грязевую лужу, по которой он только что аккуратно прошел. Плюхнулся Тони знатно – прям новой джинсовкой по дерьму, так сказать. Напрасно, ведь это был всего лишь Отис.

– Скажи, что оно того стоило, – Тони явно смирился со своим фиаско, потому что его голос звучал спокойно, можно сказать, с ноткой принятия.

– Ничего, – Отис забрался в наш овраг. – Я снял задвижки с окна в музыкальном зале, и ветер тут же его выбил с грохотом. Пока Дэнни отвлекся, я прокрался к нему в кабинет. Он удалял видеозаписи со своей бабенкой с камер наблюдения. Видимо, решил перестраховаться после вчерашнего. В любом случае, выглядел он взволнованно.

– Холодильники проверил?

– Тони! – хором возмутились мы с Эйсом.

– Да что?

– Нет, – серьезно ответил Отис. – Но не думаю, что он стал бы так рисковать.

Нарастающий стук каблуков о паркет приближался к двери. Мы затаились. Уже почти стемнело, я с трудом видел ребят, хотя сидел рядом с ними. Беспокойство, что нас заметят, уже прошло, и на любой непонятный звук мы реагировали скорее по привычке.

Дэнни вышел из ресторана, закрыл дверь на ключ и направился к машине. Фонарь у входа в «Остров» отражал глянцевые искры с гладкой кожи на голове ресторатора, стекая на лоб и наконец осветив на долю секунды его умиротворенное лицо.

В чем же дело? По словам Отиса, Дэнни был взволнован. Он сделал, что хотел, и за его проступки не последовало наказания. Именно поэтому он был спокоен? Это не лицо убийцы. Всего лишь жалкая физиономия неверного мужа, который прикрыл свой зад. Но ведь Матье его спалил вчера, почему он не переживает об этом? Я слишком плохо понимаю людей, но некоторые эмоции прочесть несложно. Марго уделила этому отдельное внимание на наших сессиях по социальным взаимодействиям. Нет, я был уверен – он никого не убивал, но точно что-то скрывает.

– Ладно, и нам пора валить. Ничего мы здесь больше не найдем, особенно в такой темноте, – заключил Тони. – Микк, посвети-ка на меня. Хочу посмотреть на масштаб дерьма, в которое я угодил.

Я включил фонарик на телефоне и направил на джинсовку. Это не было похоже на грязь. Странная слизь покрывала куртку, будто ее окунули в чан густых соплей.

Дрожь пробежала по затылку. Так же, как Человек-паук чувствует угрозу.

– Фу, блять. Что это?! – Тони оттянул ворот от шеи, с отвращением снимая куртку.

Я протянул свободную руку и впился пальцами в холодную жижу, плотно осевшую на ткани.

На этот раз разряд прошелся по всему телу. Я ощутил каждый волосок, который стремился вытянуться дыбом.

Все это время мы сидели не в грязи. Пройдя фонариком под ногами и всему, что попало в мой обзор, – то тут, то там капли странной жидкости отражали свет. Я встал и пошел по следу, который уводил нас от пляжа в сторону дороги.

7

Мы встретили Алишу недалеко от заброшенных бараков. Луч света от ее телефона обжег глаза, словно дальний свет фар на шоссе посреди глубокой осенней ночи.

– Наконец-то! Простите, ребят, мне там все мозги вынесли, и я… Ну, проебалась, по-другому не скажешь.

– Ши! – возмутился Эйс.

Девушка в ответ похлопала себя по губам.

– Пронесло в итоге? Он вас не поймал?

– Парень был на волоске, – Тони кивнул в сторону Отиса. – Но, да, пронесло.

– Жесть, в чем это ты? Выглядит, будто дерьмо поместили в желе, – ее лицо скривилось в отвращении.

– Пусть Микк скажет, а то я так и не понял, что происходит.

Я оглядел ребят и сделал глубокий вдох.

– Так… – я чувствовал волнение, словно выступал с каким-то докладом. – Эм… В общем…

– Не мямли, братан. Все свои, – я не видел лица Эйси, но чувствовал его ободряющий взгляд.

– …помните, я остановился у бараков, когда мы шли на пляж?

– Это когда у тебя была неловкая интимная близость с разрухой, которой сто лет? – подшутил Тони.

– И ты водил пальцами по ее черному входу, а потом в спешке побежал отмывать подозрительные выделения? – Эйс ткнул в плечо Тони, и они оба заржали. Писклявый смех Тони заставлял улыбаться остальных, даже если шутка им не зашла.

– Да-да. Именно так. – Я ткнул пальцем на отверстие в стене, которое подметил ранее. – Там было окно. Еще недели две назад. Я точно уверен в этом. А сейчас там просто дыра в стене. Эта хрень, в которую упал Тони, – та же самая хрень на обломках в этом проходе.

Ребята томно молчали, после чего Отис оборвал тишину.

– Ну и… Что в этом такого? Какая-то грязь в зарослях – и все.

Мне не понравилось его сомнение, хоть я понимал, что говорю непонятные вещи.

– Это похоже на грязь? – я немного завелся. – Это странная жижа, которая хрен знает откуда взялась. И мне кажется, это не просто так!

– Ладно, тихо. Еще посритесь тут, – Тони явно заметил агрессию в моем тоне. – Микк. Я правильно понял, ты это как-то связываешь с исчезновением Матье?

В эту секунду я понял, что забыл цель нашего визита на пляж, меня больше интересовала диковинная находка.

– Не знаю, – мой голос звучал крайне неуверенно.

Тони выдохнул.

– Окей. Давайте глянем что там.

– Сейчас?! Ты хочешь в этой темноте шарить по заброшенному военному бараку? – Эйс выглядел испуганным.

– Если боишься, то можешь остаться здесь. Мы ничего не нашли на пляже и даже в рестике. Я знаю, что у Микка чуйка на странную фигню. Глянем внутри и, если ничего не найдем, то свалим.

Эйс переметнулся с ноги на ногу. Его беспокойство – это не детские страхи темных помещений. Была вероятность наткнуться на кого-нибудь внутри. Такие развалины часто служили местом ночевки для бездомных или кого похуже. Попасться им в таких условиях и правда могло быть весьма опасным, особенно если там кто-то обдолбанный или того хуже. И мы не знали, чего можно ждать от такой встречи.

Тони в последний раз посмотрел мне в глаза, пытаясь в них что-то прочесть. Не знаю, нашел ли он то, что искал, но сразу после этого друг уверенно пролез в темное отверстие.

– Ши, может, останешься тут с Отисом? – спросил Эйс.

Девушка ответила агрессивным молчанием.

Эйси пожал плечами и последовал за Тони, аккуратно цепляясь за кирпичные выступы, покрытые странной слизью.

Алиша с Отисом стояли в стороне, не решаясь сделать шаг.

– Все будет хорошо. Нас пять человек, Ши. И без твоей способности находить ненаходимое мы не справимся…

Я не хотел давить на нее, но фильмы ужасов дали нам важный жизненный урок: когда происходит что-то непонятное – не разделяйся. На фоне загадочных исчезновений в последнее время мне было неспокойно. Вдруг это место – дом какого-то маньяка? Или, может, он обитает где-то в окрестностях… Нельзя оставлять никого позади.

Алиша посмотрела на меня, перевела взгляд на поглощающую тьму, пропитанную чем-то зловещим…

– Окей, Сокол, – недовольно произнесла она.

Ши полезла внутрь. Я пошел вслед за ней. Последним залез Отис.

8

Жутковато, но, честно говоря, страха я не испытывал. Нас тут слишком много, чтобы переживать, что кто-нибудь решит на нас напасть. Главное – быть наготове и не дать застать себя врасплох.

Приходилось светить фонариком себе под ноги, чтобы не споткнуться. Пол усеян раскрошенным кирпичом желто-коричневого оттенка. Наверное, такой цвет назвали кирпичным, потому что больше он нигде не встречается. Вперемешку с ним попадались древесные опилки, битое стекло. Кучи старой мебели в плачевном состоянии. Стулья-инвалиды валялись в стороне от своих конечностей, словно кто-то намеренно вырвал из них ножки. В небольшом закутке мы нашли диван, усыпанный пылью, из которого угрожающе торчали пружины.

Сложно понять, какую задачу выполняло конкретное помещение, ведь у некоторых даже не было стен. Как такое могло произойти? Я не уверен, что это здание бомбили, иначе от крыши бы ничего не осталось. Местами и правда потолок провисал над нами, но, опять же, ощущение, что здание просто не выдерживало натиска прибрежного ветра, сильных ливней и зимних морозов.

Периодически эхом разносился чей-то кашель. Тяжелая пыль невесомо парила в воздухе, проникая в наши легкие. Напряженная тишина позволяла сконцентрироваться на поисках. Все молчали, понимая, что сначала нужно осмотреться. Исследователи мы этим вечером или чьи-то гости? Чем дальше мы заходили, тем больше разыгрывалось воображение. Если никого не было в тех комнатах (если их еще можно так называть), то казалось, что вероятность кого-то встретить в следующих возрастала.

Тони, как наш лидер, шел впереди всех и старался ничего не выпускать из виду. Эйси брел за ним, но больше где-то в стороне. Наверное, хотел первым на что-то наткнуться и крикнуть, словно в кино: «Эй, все сюда! Я кое-что нашел!». Ближе к своему парню держалась Алиша, а Отис шел в паре метров от меня.