- -
- 100%
- +
Они не злые на самом деле. И детство мое не было совсем уж плохим – меня не били, надо мной не издевались, по крайней мере, в общепринятом смысле этого слова. Даже любовь, насколько она возможна в семье алкозависимых людей, в наших отношениях присутствовала. По-своему они старались.
Помню, как на день рождения даже велосипед мне подарили, и это было такое чудо, о котором я всей душой мечтала, но даже не надеялась. А они подарили. Крючья, которые папа соорудил в прихожей, чтобы вешать велик, все еще на месте. И сами они так гордились своим подарком! Так радовались, что смогли его сделать! Мы с папой спускались вниз, в тот самый двор, который видно из окна, и он учил меня ездить, и сам гонял кружок-другой, такой помолодевший и счастливый…
Велик, конечно, надолго не задержался. Его пропили уже через два месяца, и это запомнилось, как один из самых жестоких моментов. Как я рыдала тогда! Мама, уже пьяненькая и благостная, утешающе гладила меня по голове и говорила: «Да чего ты? Это же велик, железка, оно того не стоит! Потом другой купим»… А мне казалось, что это не велосипед пропал, а из меня из живой что-то вырвали.
Что было – то было. Никто мне, конечно, ничего больше не купил, но так уж сложилась жизнь. С моими родителями точно было непросто, но с ними я прошла хорошую школу. Научилась анализировать чужие слова, выявлять ложь и не вестись на манипуляции. Научилась справляться со сложностями, выкручиваться, находить нестандартные решения. В моей нынешней профессии – это суперспособность, которая делает меня успешной. Да, тогда было трудно. Но, во-первых, я справилась. А во-вторых, многое обрела.
Мои родители неизлечимо больны. С этим ничего не поделаешь – я проверяла. Попытки вытащить их обернулись большими тратами, частыми ссорами, короткими ремиссиями и кошмарными разочарованиями после каждого срыва. Поэтому теперь я просто привожу им продукты и лекарства, оплачиваю коммуналку и не лезу туда, куда лезть бесполезно.
- Жаль, что ты с нами не поужинаешь, - притворно вздыхает мама, но глаза ее слишком весело блестят. Вероятно, она уже знает, у кого обменяет часть продуктов на очередную выпивку. М-да, в этом доме сегодня праздник… Уж какой есть.
- Много работы, мам. Сильно устаю последнее время.
- Да, ты у нас просто умница, - рассеянно говорит она.
- Стараюсь. Ладно, мам, я побегу. Скажи папе, что я его целую.
- Как, уже? – в ее голосе уникально смешиваются сожаление и нетерпение.
- Да. Поеду, а то опять поздно лягу.
- Семен, ну где ты там? Марта уезжает!
- Мам, не дергай его, он в туалете. Поцелуй за меня. Все, пока-пока!
Фух! На лестничной клетке загущаются августовские сумерки, пахнет котлетами с пятого этажа и котами с первого. Я касаюсь кончиками пальцев хлипких перил – в детстве я съезжала по ним попой. И не боялась, надо же!
Оказавшись на улице, поднимаю глаза на окна родного дома. В кухне горит свет, на секунду мелькает папин сутулый силуэт. Выше, над крышей, небо натягивает на себя большую тяжелую тучу – вот почему темнеет так быстро. Пожалуй, надо поторопиться, если хочу успеть домой до ливня.
В машине я на миг прикрываю глаза, делаю глубокий вдох и выдох. Машина – это кусочек моего мира. Моего личного, который я выстроила с нуля, а может быть, даже из минуса. Мне нравится ее просторный светлый салон, комфортные кресла, «вонючка» с элегантным древесно-цитрусовым ароматом. Когда-то я могла на такие машины только смотреть и облизываться. Теперь это привычная часть моей реальности, филиал моего дома, где чисто и безопасно.
Выезжая из двора в зеркало заднего вида замечаю, как из парадного выходит папа. В его руках один из тех пакетов, которые я только что привезла. Видимо, понес на обмен.
Есть вещи, которые я не в силах изменить. Должна ли я страдать от этого? Вовсе не обязана. У моих родителей была очень сложная жизнь. Откровенно говоря, им здорово досталось, было от чего сорваться, было с чем не справиться. Но я имею полное право не тащить все это дальше. Не страдать их страданиями, не болеть их болью…
Что-то сложновато мне в этот раз дался визит к ним. Нужно сделать перерыв. Пожалуй, на следующей неделе отправлю курьера.
Кляуза
«АГЕНТСТВО «ВИДАЛИ?!» — ЭТО ПРЕСТУПНАЯ СХЕМА ПО ОТЪЕМУ ДЕНЕГ У НАИВНЫХ!
Пишу этот отзыв дрожащими руками, потому что меня просто уничтожили морально и финансово! Это не бизнес, а секта мошенников, которые прикрываются модными словами «пиар» и «продвижение». Если вы дорожите своими нервами, деньгами и репутацией — НЕ ХОДИТЕ ТУДА!!!
Я пришла и что получила? Грубость и пошлость! Пиар в понимании этих извращенцев – это умение «продать» себя, причем буквально! Меня просто заставляли вести себя, как девушка с низкой социальной ответственностью, убеждали, что это «заряжает» аудиторию! Я чувствовала себя куском мяса на витрине!
Отдельный «респект» совладелице и менеджеру Марте Пономаревой. Это вообще позор индустрии! Женщина, которая не знает разницы между охватом и вовлеченностью, а все ее кейсы — купленные отзывы и боты. Но главное в том, что всем известно, как она на самом деле получает контракты. Ее офис — это проходной двор, а кабинет Марты — место для сами понимаете каких сделок! Клиенты мужского пола уходят оттуда с контрактами и счастливыми улыбками, потому что им предложили не стратегию, а «индивидуальный подход»!
Они стирают комментарии и блокируют недовольных. Уверена, мой отзыв тоже долго не проживет, но все равно не буду молчать! Я на грани нервного срыва, не хочу, чтобы такое случилось и с вами!
Не дайте себя обмануть! Марта Пономарева - это маман в борделе!
НЕ ТРАТЬТЕ СВОИ НАДЕЖДЫ И ДЕНЬГИ НА ЭТУ ПОМОЙКУ!»
Что за фигня?! Что? За? Фигня?!
Она что, совсем с катушек слетела?
Пятничным утром я сонно брожу по кухне с телефоном в руке и пытаюсь одновременно читать новости и готовить завтрак. Нажимаю кнопку на кофемашине, но тут мне на глаза попадается этот бред, и я едва не забываю вовремя подставить кружку.
Кофе, бутерброд с сыром, фруктовый салат – все это я поглощаю машинально, с увлечением перекапывая простоты интернета в поисках мест, где эта безумная Лика уже успела наследить.
А успела она практически везде. Отзовики переливаются свеженьким негативом, за исключением нескольких ресурсов с качественными алгоритмами анализа и нашего сайта, на котором модерация проводится вручную.
Любопытно начинается это утро… Итак, безумная (а как еще ее назвать?) Лика, вероятно, откуда-то узнала про наше общение с Марком. Похоже, она за ним все-таки следит. Интересно, сама или детектива нанимает? И как далеко это зашло? Видела ли она наши вчерашние нежности на стоянке? Похоже, что да, раз она решила воплотить свою угрозу в жизнь и сделать «кусь». Что ж, возблагодарим ее за это.
- Добрейшего вам утречка, maman! – с французским прононсом ехидно приветствует меня Аня.
- Иди в баню!
- Расстроилась?
- Не так, чтобы очень, но утро от этого добрее точно не стало.
- Да уж. Ладно, ты отмашешься, я знаю. Моя помощь нужна?
- Нет, Ань, спасибо. Хорошего дня.
Из общего «предбанника» мы расходимся, каждая на свою половину офиса. Зоя настолько возбуждена, что буквально подскакивает, стоит мне зайти в приемную.
- Ты уже видела?!
- Конечно, видела. Ты чего перепугалась?
- Но… Это же… Так нельзя! Это же неправда! И это незаконно! – ее темные пышные кудри возмущенно колышутся в такт каждому восклицанию.
- Конечно. Но для нас это просто подарок. Забыла, где мы работает? – пока моя помощница пытается понять, что я имею в виду, даю ей задачу: - Через полчаса пригласи ко мне, пожалуйста, Юру и Таню. И сама зайди.
- Хорошо. А зачем?
- Будем делать лимонад, - подмигиваю я.
Зоя – неплохая девушка, но совсем молоденькая и слишком впечатлительная. Легко принимает на веру всякую чушь и быстро впадает в панику. Впрочем, это не мешает ей быть хорошей помощницей – исполнительной и приветливой. А главное, в приемной, благодаря ей, всегда красиво, чисто, уютно и пахнет цветами.
Кажется, в ее глазах я – такая бронированная суперменша, которую ничем не прошибешь. Забавно. Конечно, мне все это неприятно. Кому же будет приятно прочитать про себя такое? Гадость – она гадость и есть. И от того, что ее видит куча народу, в том числе важные для меня люди, в том числе актуальные и потенциальные клиенты – на душе светлее точно не становится. Единственное, что хорошо – я знаю, что это не обо мне и не принимаю на свой счет. Злость – вот, что я сейчас чувствую. Злость и желание дать сдачи. А это – очень мощное топливо на самом деле. И раз уж меня им так внезапно и бескомпромиссно накачали, я не намерена тратить этот подарок на пустые слезы и энергоемкие переживания. Я намерена пустить в дело каждую каплю!
Совещание
Один из самых значимых людей в моей жизни относился ко мне весьма жестко, местами даже негуманно, поскольку всю заботу вечно подавал в каком-то искаженном, издевательском виде. Но в конечном итоге его паршивый характер не стал преградой между нами. Владлен Иванович Лужский, мой первый босс, принимал меня на работу с таким лицом, словно сомневался даже не в моей способности нормально осуществлять трудовую деятельность, а в способности мыслить вообще.
Он ничего такого не сказал вслух, но между строк читалось: «Куда ты лезешь, девочка? Такая мягонькая, бледненькая, со своими испуганными глазенками? Да ты же месяца здесь не продержишься! Но ладно уж, так и быть, рискни». Препротивнейший человек.
Когда я в первый раз пришла к нему в кабинет с дрожащими губами от того, что у меня сорвался крупный клиент, Владлен смерил меня снисходительным взглядом и предложил своим тянучим гнусавым голосом:
- Ты еще зареви.
Я вообще-то так и собиралась, но услышав его издевательский тон, сразу перехотела.
- Так. Ты упустила клиента, - безжалостно гундосил он, спустя несколько минут. - Что дальше? Думай, Марта, думай! Как выкручиваться будешь?
Клиента мне тогда, конечно же, вернуть не удалось, слишком много ошибок допустила по неопытности. Но рекомендация, «Думай, Марта! Как выкручиваться будешь?», стала моим рабочим гимном, а со временем – почти безусловным рефлексом. На любой косяк я, вместо страха или слез реагирую тем, что начинаю активно думать, как выкручиваться. Поплакать или побояться тоже могу, но, так сказать, задним числом. Когда проблема уже решена, можно и погоревать над теми ужасами, которые не случились.
Под руководством Владлена я прошла весь путь от страха и неуверенности: «Шеф, все пропало!», до здорового охотничьего азарта: «Случилась неприятность? Отлично, посмотрим, как я сумею ее перекроить себе на благо!».
И даже когда любящий босс в свойственной ему манере выпнул меня со словами: «Ты давно уже переросла найм, пора отправляться в свободное плавание!», я не растерялась. Раз уж даже Владлен в меня поверил – все точно будет хорошо! И он оказался прав.
На планерке, посвященной кляузе от безумной Лики, нас четверо. Юра, юрист – парень чуть за тридцать, но с седеющими висками, округлыми чертами лица, представительными очками и повадками матерого законоведа. Впрочем, повадки его отросли не на пустом месте, он реально профи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.