- -
- 100%
- +
Кащеев стал медленно подниматься из-за стола, и как начало казаться Глафире, заполнил собой весь ресторан. Она вжалась в стул и закрыла глаза. Но время шло, а ничего не происходило. Наконец она набралась смелости и приоткрыла один глаз. Напротив, как ни в чем не бывало, сидел Кащеев. Заметив ее взгляд, он слегка раздражённо бросил.
– Что то аппетит пропал. Давайте немного прогуляемся, ничто так не способствует сну, как вечерняя прогулка. И еще одна просьба, никогда не напоминайте мне об этом разговоре.
– Уже забыла, как страшный сон.– Тут же ему пообещала Глафира.
Кащеев молча кивнул, и, встав из за стола, направился к выходу. Глафира с чувством, что идет на эшафот, последовала следом. Пройдя немного по центральному проспекту, они свернули на боковую улицу, и вышли к кинотеатру «Победа». Перешли дорогу и через арку вошли во двор дома. За все это время, Кащеев не произнес ни слова, а для того, чтобы зайти за ним следом, в темную арку, Глафире понадобилось собрать всю свою силу воли в кулак. Во дворе, Кащеев остановился напротив, отдельно стоящего двух этажного дома. Глафира остановилась рядом с ним, и тоже стала рассматривать дом. Ничего особенного в этом доме не было. Разве что фасад недавно отремонтировали, да новые окна вставили. На углу дома висела табличка, которая говорила о том, что этот дом является памятником архитектуры.
– Вот сюда он и придет.– Неожиданно произнес Кащеев.
– Кто? – Вздрогнув от голоса Кащеева, спросила Глафира.
– Странник. То есть Андрей.– Поправил себя Кащеев.
– С чего вы взяли, что он придет именно сюда, а не к себе домой?
– Потому-что это и есть его дом, или вернее он его таковым считает.
– Но ведь это памятник, а не жилой дом? Или я чего то не понимаю?
– Памятником этот дом стал относительно недавно, а раньше в нем жили люди. Ну что же, место встречи посмотрели.
Давайте еще немного пройдемся.– Предложил Кащеев, взяв под руку Глафиру.
Через другую арку они вышли напротив городской ратуши, перешли дорогу, и остановились напротив собора.
– Немиги кровавые берега.– Вдруг ни к кому непосредственно не обращаясь, произнес Кащеев. И повернувшись, спросил у Глафиры.
– А вы знали, что здесь когда то стоял княжий терем? А сам город находился немного в стороне?
– Откуда? – Удивилась Глафира.
– Ну да, конечно.– Кивнул головой Кащеев.
– А при чем здесь Немиги кровавые берега? – Задала вопрос Глафира. Не то, чтобы ей это было интересно, скорее, просто для поддержания разговора.
– Вы читали «Слово о полку Игореве.»? – Спросил ее Кащеев.
– Нет.– Честно призналась Глафира.
– Ну, в этом нет ничего удивительного, нынче молодежь мало уделяет внимания истории. Жаль, ведь государство без истории, это как человек без памяти.
– А зачем мне знать историю чужого государства? – Пожала плечами Глафира.
– Действительно, зачем? Хотя это произведение считается Русским художественным достоянием.
– Неужели вам доставляет удовольствие, гнобить своим интеллектом, несчастную простую девушку?
– Ну, прямо-таки несчастную, и простую.– Улыбнулся Кащеев.– И гнобить я вас не собирался. Просто думал, что вам будет интересно.
– А вы бы просто сказали, что хотите рассказать мне одну историю об этом месте, и я бы с удовольствием согласилась. Честное слово, я люблю такие истории.
– С вами легко общаться Глафира. Обычно у меня так не получается.
– Значит я необычная.– Засмеялась Глафира.
– Возможно.– Глядя себе под ноги буркнул Кащеев.– Но мы немного отвлеклись. Итак, здесь стоял когда то княжий двор, возле которого произошла грандиозная по тем временам битва. После той битвы горожане перенесли сюда город, решив, что старое место, не счастливое. И действительно, Минск упоминается в летописях, не со дня основания, а со дня сожжения. Причем жгли его дважды в очень небольшом промежутке. Во время походов Ярославовичей, против Полоцкого княжества. Когда Минск сожгли второй раз, объединенные силы Ярославичей подошли к стенам княжьего терема, и взяли его в осаду. Но на помощь обороняющимся успел прийти Полоцкий князь Всеслав Чародей, и здесь произошло столкновение двух дружин, так красочно описанных в сказании. Правда, с одной поправкой. Ярославовичи не победили Всеслава, а вынуждены были вернуться в свои пределы. Где стали на границе, вновь собирая силы. Тоже касается и Всеслава, потеряв большую часть дружины, он не преследовал отступающего врага, а просто двигался позади. О том, что здесь действительно произошла жестокая сеча, говорит и тот факт. Что, даже собрав силы, враги не стали повторно нападать друг на друга. Ужас кровавого побоища витал над обеими дружинами. Официальная история победу в той битве отдала Ярославичам, но как видишь, все было немного не так, как принято считать.
– Не поняла.– Призналась Глафира.
– Это я к тому, что иногда правду искажают.
– Для чего?
– А, неважно. Пойдемка лучше баиньки, завтра у нас может быть тяжелый день.
ГЛ10
Мы все мечтаем о спокойной жизни,
Но голова покоя не дает…
Мое предложение о постройке кузницы, особого энтузиазма не вызвало. Жила не понимал, для чего нам кузница. Ведь среди нас не было кузнеца. А я не знал, как ему объяснить, что кузнецом буду я. Или вернее, буду учиться кузнечному делу. Даже не знаю, чем бы это закончилось, если-бы не оклемавшийся Гердень. Стоило ему за шкирку оттянуть в сторону Жилу, и поговорить пять минут, как вопрос был решен. Причем Жила, еще пять минут назад отнекивающийся, вприпрыжку поскакал к занятым работой мужикам, на ходу раздавая ценные указания. А я, обводя взглядам поселение, вдруг остановил
свое внимание на воротах, где дежурили две девчушки, из импровизированной Малинкиной дружины. В раскрытые ворота два мужика вносили бревно. «Да ведь это не наши» -, ожгла меня мысль. И еще не до конца осознав, что делаю, я уже бежал к воротам, на ходу выдергивая свой талвар. Время как будто замедлилось. Я увидел медленно сваливающееся бревно с плеч мужиков на землю, и они как-бы не хотя достают из-за своих поясов топоры, и кидаются на охранниц. В уши ударил отчаянный крик, и я увидел занесенный топор над одной из девчушек, парализованной ужасом. Не знаю как, но я успел оказаться за спиной нападающего прежде, чем топор пошел вниз, и просто полоснул мужика по спине. Тот выпустил топор из рук, и всей своей массой грохнулся на девчонку, подминая ее под собой. Я развернулся, и с облегчением выдохнул, вторая охранница не впала в ступор, а сумела уклониться от удара, поднырнув под руку, и теперь изогнувшись дугой, пропускала мимо себя обратное движение топора. Я не стал испытывать судьбу, наблюдая чем это закончится, и прыгнул на нападавшего. Нанося удар сверху. Он только что и успел открыть рот, когда мой меч, разрубив ключицу, застрял у него в груди.
– Ворота закрывай.– Крикнул я, в широко раскрытые испугом глаза девчонки, и выскочил наружу.
На холм лезла ватага мужиков, не меньше десятка. Фактически они уже преодолели половину холма. А меня душила злость, она просто разрывала меня на части. Я на лету перехватил кинутый в меня дротик, и запустил его обратно. Из моей груди вырвался яростно радостный крик, когда я увидел, что пущенный мной снаряд, попал в цель. И ринулся вниз, на опешившую, и не ожидавшую такого поворота событий толпу. Разбойнички, вроде как передумали подыматься, и потиху стали пятиться назад. Помочь им быстрее принять решение, помогла прилетевшая из-за моей спины стрела, вонзившаяся точно в грудь одному из них. Развернувшись, они бросились бежать. Правда, далеко им уйти не удалось. Оттолкнувшись от земли, я пролетел несколько метров по воздуху, и врезался в спину одному из них. Мужик не удержал равновесия, и кубарем покатился под гору. Еще помню, что полоснул по кому-то мечом, а потом меня накрыло. В чувство я начал приходить, от того, что кто-то вроде звал меня по имени. Пелена, застилавшая глаза стала потихоньку спадать. Вокруг меня лежали люди, вернее то, что от них осталось. Самого меня слегка потряхивало.
– Арт. Арт. Успокойся, уже нет никого. Ты меня слышишь Арт?
Я медленно повернул голову, и увидел медленно подходящего Жилу, с вытянутыми вперед руками. В глазах явно читался ужас. «Чего он испугался так?» – Подумал я, «сам же говорит, что врагов больше нет». На всякий случай я оглянулся кругом, кроме мертвых тел, действительно никого. Хотя нет, под горой кто то стонет. Но никакой видимой опасности кругом, чего же он тогда так напуган?
– Арт, ты как в порядке? – Делая ко мне осторожный шаг, спросил Жила.
– Да в порядке я. Если не считать, что ты меня пугаешь.– Не понимая его поведения, ответил я.
– Фух.– Облегченно выдохнул Жила.– Ну, вот и ладушки.
– Ты хоть толком можешь объяснить, чего так переполошился?
– Еще бы не переполошиться. Ты ведь знаешь, кто такие берсеркеры? – Не столько спросил, сколько утвердил Жила.
– А кто же этого не знает.– Удивился я.– Видеть в живую не видел, но уж рассказов о них наслушался.
– Ты рассказы слышал, а мне однажды увидеть довелось. Вернее теперь уже дважды.– Поправился Жила.
– Не понял. Среди них, что берсеркеры были?
– Не, среди них нет.– Замотал головой Жила.
– Ты меня запутал. Я вообще ничего уже не понимаю.
– А что тут непонятного? Сам же знаешь, что когда они своих мухоморов опиваются, то у них бошку напрочь сносит. К боли не чувствительны, и рубят всех кого не попадя, своих да чужих, всех без разбору. Я видел, как их после битвы останавливают. Их просто убивают, свои же.
– То, что их свои же рубят, честно, не знал. Но все одно не понимаю. Если среди них не было берсеркера, к чему эти разговоры о них?
– Как к чему.– Повысил голос до крика Жила.– Ты был берсеркером, ты.
– Да ну тебя. Ты что волчьих ягод нажрался? Я же никаких зелий не пил. С чего мне берсеркером становиться?
– Да я почем знаю? Глаза бешенные, рычишь, как зверь лютый, а еще этот твой смех, когда людишек кромсал. Да я же теперь по ночам спать спокойно не смогу. Меня вон видишь, до сих пор от страха колотит.
– Так ты меня решил теперь до икоты запугать? Жила кончай мне ужасы рассказывать.
– Ну тебя.– Махнул на меня рукой Жила.
В этот момент к нам подошел отрок.
– Там это, раненый под кустом лежал. Мы его опросили. Он сказал нам, где они своих коней оставили под присмотром. Там два охранника всего. Малинка отобрала шестерых наших, они с ними разберутся, а меня к вам все рассказать отправила.
– В какую сторону они пошли? – Спросил я у парня.
– Не скажу.– Ответил, насупившись тот.
– Что значит, не скажу? Парень ты что, белены объелся? Там же, не дай боги, ранить кого-нибудь могут, или еще чего похуже.– Повысил я голос.
– Могут.– Согласился со мной отрок.– Но это не только твое, но и наше дело.– Выдержав мой гневный взгляд, твердым голосом ответил мне подросток.
– Жила, а ты какого ляда молчишь? – Повернулся я к Жиле за поддержкой.
– А что тут говорить? – Пожал плечами Жила.– Они не малые дети, чтобы им сопли подтирать. Все верно, пущай потиху к взрослой жизни привыкают. А то, как же они воинами станут, если все время за чьей нибудь спиной прятаться будут? И нечего на меня глазами зыркать. Иди лучше отдохни, дай людям спокойно делом заняться.
– Каким делом? – Опешил я от такой отповеди.
– Да хоть бы эти куски мяса, что после тебя остались, поубирать. Все, иди, не дури голову.– Замахал на меня руками Жила.
Я понурил голову и стал подыматься на холм, недовольно бурча себе под нос, что вот мол, дожился. Никто не слушается, руками только на меня машут, да еще покрикивают, чтобы, мол, под ногами не вертелся. Хрен уважения, или благодарности дождешься. Поднявшись на холм, я плюхнулся на землю, подперев спиной частокол. Занятый своими не веселыми думами, я даже не заметил, что ко мне кто-то подошел.
– Господин, а можно вас попросить.
От неожиданности я вздрогнул, и сердито посмотрел на храбреца осмелившегося прервать мои невеселые думы. Рядом со мной стояла девочка, она вроде была одной из охранниц, что стояла у ворот. Я напряг память, вспоминая, как ее зовут. Стеша кажется.
– Какой же я тебе господин Стеша? – Все еще злым голосом буркнул я.
Бедная девчушка побледнела, и покрепче стиснула держащий в руках лук, который был, чуть ли не с ее ростом.
– Простите г…, простите дядька Арт.
– И не дядька я тебе. -Перебил я девчонку. -Подумаешь, на пару лет старше. Так что уж давай проще, по имени.
– Хорошо Арт.– Все еще смущаясь, кивнула головой Стеша.
– Ну, вот так намного лучше. Так что ты хотела? – Спросил я, Стешу.
– Чтобы ты меня биться поучил. -Ответила она еле слышно.
Да что это за жизнь такая. Девчонкам совсем о другом думать положено, а не мечом размахивать. Я понимаю жизнь у нас не сахар, но это уж через чур противоестественно. Конечно, я видел женщин, так сказать воительниц. Откровенно говоря, ничего хорошего, а в своей жестокости любого мужчину переплюнут.
– Зачем тебе это. Лучше давать жизнь, чем отнимать.
– Я с тобой полностью согласна. -Кивнула головой Стеша.– И я совсем не хочу всю жизнь таскать какую-нибудь железяку. Но точно также, я не хочу беспомощно прятаться за спины, когда в наш дом придет беда. А для этого мне нужно уметь его защищать.
В наш дом, эти слова словно вгрызались в мою голову. Повторяясь снова и снова. Пока до меня полностью не дошло, ведь это и мой дом. То место, куда я так стремился попасть. Отсюда и та злость, с которой я набросился на разбойников. Я защищал свой дом. Я защищал тех, кто в нем живет. Просто я тугодум, и до меня все медленно доходит. Я посмотрел на Стешу. Которая тихонько стояла рядом, нервно теребя тетиву лука.
– Ну что же, вольному воля. Вот только чему тебя учить? Меч не для тебя, слабовата ты больно. Из лука стрелять? Тут извини, я не очень хороший учитель, потому как сам стрелок аховый. Как с луком обращаться, скорее всего, вам Жила и так рассказал, ничего нового не скажу. Так что. -Я запнулся на полуслове. Перед глазами встала картинка, как Стеша ловко уворачивается от напавшего на нее разбойника.
– Положи-ка лук на землю. -Сказал я расстроенной девушке.
– Зачем? – Чуть не плача спросила Стеша.
– Если действительно хочешь учиться, делай что говорю, и без всяких вопросов. -Нахмурил я сердито брови. В тот же миг лук полетел на землю.
– А теперь повращай вот так кистями.– Покрутил ими сам, показывая движения. Стеша пожала плечами, и легко повторила все движения.
– Хорошо. -Похвалил я девушку.– Значит так. Твое дело лук, ну еще, если есть желание, потренируйся у Жилы ножи метать. А я тебя, этими ножами, в ближнем бою владеть поучу. Ты нос от земли оторви.– Сказал я разочарованно опустившей голову Стеше. Видно не этого она ожидала.
– И запомни, такой вид боя не каждому по силам. Им только особого склада люди обучаться могут.
– А когда начнем? – Посмотрев на меня загоревшимися глазами, спросила Стеша.
– Вот с разбойничками разберемся, и тогда приступим.– Пообещал я девушке, и пошел с холма вниз. Там только-что вернувшиеся, Малинка с ребятами, что то рассказывали Жиле.
– Все целы? – Поинтересовался я подходя.
– Конечно. -Вздернула свой нос к верху Малинка.– Там всего делов-то, что двух увальней повязать. Ничего сложного.
Жила гордо выпятил свой живот, вот, мол, вон каких молодцов воспитал. Я еле сдержался, чтобы не улыбнуться, и, сохраняя строгий вид, продолжил задавать вопросы.
– Что они сказали? Это вся их ватага была, или еще кто есть?
– Есть. -Кивнула Малинка. -Говорят, тут недалеко, верстах в восьми, поселок есть. Вообще то они туда и направлялись. Нас случайно заметили. Потом посовещавшись, решили двойной куш сорвать. Мы для них не очень опасными показались. Поэтому тут меньшая часть их шайки осталась, остальные на ту деревню ушли.
– Ну, что делать будем? – Посмотрел я на Жилу.
– А что тут делать? Нас вроде это не касается, если к нам сунутся, то дадим по щам. Чего тут еще думать? – Пожал плечами Жила.
– То, что они к нам заявятся, разграбив то поселение, у меня никаких сомнений не вызывает.
– Да пусть приходят. Чего ты переживаешь так? Встретим, что мало не покажется.
– Жила, мы вроде как здесь жить собираемся? – Посмотрел я на Жилу.
– Ну. -Кивнул, соглашаясь со мной Жила. – Это ты к чему?
– Да к тому, что мне как то не очень хочется соседствовать с разбойниками. Это во первых. А во вторых. Как ты думаешь налаживать отношения с соседями, если в трудную минуту мы им не помогли?
– Можно подумать, они бы бежали к нам на помощь, ага аж спотыкались бы, так спешили. Да и нет у нас таких сил, чтобы им помогать.– Отвернулся Жила.
Вот тут Жила действительно прав. С кем на разбойников идти? Мужиков с собой позвать? Так у них семьи. Они пойдут, если я скажу. Но только ведь вижу, не лежит у них душа к этому делу. А если кого ранят, аль убьют. Как не крути такое запросто случится, может. Вдвоем с Жилой пойти? Не смешите мои лапти, не такие мы герои, чтобы кого то испугать. Да уж, видно другого выхода и нет, как только за своим частоколом спрятаться.
– Там их чуть больше двух десятков. -Вдруг заговорила Малинка. -Мы тут с ребятами посовещались. Если на них внезапно напасть, то можно будет легко справиться. Это ведь не варяги, а так сброд разный.
– Малинка, кто тебя за язык тянет? Ты чего поперек лезешь? – Зашипел на Малинку Жила.
– Насчет сброда, это ты зря. -Посмотрел я на Малинку. -Им кровь чужую пролить, что тебе воду. Но если вы действительно готовы рискнуть, можно попробовать. Ты, – я повернулся к Жиле, – давай тут заканчивай все быстрее, и из за частокола не высовывайся, пока мы не вернемся.
– Ты что сдурел? Чтобы я тебя одного оставил? Да еще с детворой? Не дождешься. Эй, Блуд. -Повернулся Жила к мужикам. -Ты, за главного. Дозорных расставишь, и чтобы все при оружии были. Понял?
Мужик, к которому обратился Жила, закивал головой как китайский болванчик, и, понурив голову, с другими мужиками, обойдя нас стороной, засеменили за частокол.
– Эй, вы куда? – Заорал на них Жила. -Порядок тут наведите сначала. Как мастеровые, цены им нет. -Сказал, повернувшись ко мне Жила. -А вот с духом слабовато, видать варяги их здорово обломали.
– Дай время, оклемаются. -Хлопнул я по плечу Жилу.
Вместе со мной и Жилой в поход пошли шестеро парней, и четверо девчат, тех, что с лука лучше других стреляли. Впереди, под присмотром двух парней, ехали пленные разбойники, показывая путь. Не доезжая пары верст до селения, их пришлось связать и заткнуть рты, просто пришибить рука не поднялась. Ну не могу я убивать безоружных, а приучать к такому делу молодых и вовсе преступление. Теперь впереди ехали мы с Жилой, пристально осматривая окрестности. Вскоре впереди послышались крики и брань. Кажется, сражение уже идет в полном разгаре. Мы слегка пришпорили лошадей, и через пару минут перед нами предстало поле битвы. Пара десятков мужиков ломала ворота поселка. Защитники, защищаясь, кидали в них дротики и стреляли с луков. Нападающие, прикрывшись щитами, не оставались в долгу, и видно по всему не без успеха. Потому как смельчаков высовывающихся из за частокола было не много. Я повернулся к подъезжающим ребятам и девчатам.
– Давайте спешивайтесь. Коней не распускаем. Берите луки, вон ваши цели. Тут метров сто, посмотрим, чему вы научились. И запомните, как только крикну, садитесь на коней и в лес, без разговоров. Я все понятно говорю?
Малинка и ее дружинники кивнули головой.
– Жила, а мы с тобой немного в сторону отъедим.
– Зачем? – Непонимающе уставился на меня Жила.
– Затем, что с фланга бить легче будет, чем в лоб.
– А-а.– Протянул Жила, разворачивая своего коня вслед за мной.
– А когда нам стрелять? – В спину мне спросила Малинка.
– Да как готовы будете, так и палите. Только желательно, чтобы все разом, а не вразнобой.
Мы успели отъехать метров на двадцать, когда первый десяток стрел полетел в спину нападавшим. За ним через небольшой промежуток, полетел второй, за ним третий. Похвастаться точностью не приходится. Да и трудно ожидать прицельной стрельбы, от ребят недавно в руки взявших оружие. И все таки пока до нападавших дошло, что к чему, пятеро из них лежали, уткнувшись носом в землю. Увидев кто по ним стреляет, разбойнички взвыли от злости. И бросив ворота, двинулись на наших стрелков. Подождав, когда они отойдут от ворот на метров тридцать, и тем самым дав время еще на два залпа, я заорал, чтобы ребята уходили. А сам с Жилой, вылетев из за деревьев, разгоняя коней, полетел на толпу. Конечно, врезаться в нее я не стал. Не настолько я отчаянный. Моей целью были самые крайние, пролетая мимо них на всем скаку, я полоснул по ближайшему мечом, но он успел подставить щит. А я чуть не вывихнул запястье, все таки конный бой не мое. Я всегда пешим бился, стоя в строю. Жиле с его шестопером повезло больше, и в спину нам полетели крики боли и проклятия. Второй заход оказался более удачным. Не в плане того, что я по кому-то попал, просто один счастливец подвернулся под копыта моего коня. Конечно, так долго продолжаться не могло. Но уж больно быстро среагировали разбойнички, видно среди них и бывшие служивые есть. Они собрались в кучу, прикрывшись щитами, а из-за переднего ряда, в меня с Жилой полетели стрелы. Очень неприятно, особенно для меня. Потому-что я, как последний идиот, снова оказался без щита. Все времени не хватало, чтобы обзавестись.
– Кажись сваливать пора. -Прикрывшись щитом, хохотнул Жила.
– Не кажись Жила, а действительно пора. -Кивнул я, головой соглашаясь с ним.
Мы уже развернули коней, чтобы дать тягу, но тут заметили, что на опушку высыпала наша детвора. У меня от злости, аж дыхание перехватило.
– Убью, выпарю, места живого на шкуре не оставлю, и только попробуй, возрази. -Зашипел я Жиле.
– Я тебе помогу, а потом до скончания времен, коровам хвосты крутить отправлю. -Отозвался Жила.
На новую угрозу, разбойнички снова быстро перестроились. Насколько человек развернулись к нашим лучникам, прикрывая своих товарищей щитами. А в ответ, на, в общем то бестолковую стрельбу ребят, полетели стрелы более профессиональных стрелков.
– Слышь Арт, может, берсеркером обернешься, их тут осталось не больше что к нам лезло. Ты тогда за пару минут со всеми управился. -Сделал мне гениальное предложение Жила.
– Ага. -Кивнул я головой. -Мне бы только узнать, как это работает.
Я не знал, что предпринять. Ничего путного в голову не приходило. Только одна мысль, врезаться на полном скаку в толпу, и попытаться ее разметать. Есть только одно но, в живых я навряд ли останусь. Разбойники в это время, не разрывая строя, двинулись к опушке. Дойдут до леса, там им особого труда, перебить ребят не составит, и мы с Жилой на своих лошадках мало чем поможем. Вздохнув, я уже было решился пойти на самоубийство, как на сцене появились новые действующие лица. Вернее не новые, а мною позабытые. Со стороны поселения, в разбойников, сначала полетели стрелы, а потом открылись ворота и оттуда стали выходить люди. Такого оборота нападающие не выдержали, и, наплевав на строй ломанулись в лес. Каждый спасал свою жизнь. Тут уж мы с Жилой ждать не стали, не сговариваясь, пришпорили коней и кинулись вдогон. Покромсать бегущих, особого труда не составило, но все равно пару человек ушло. Хотя теперь для нас они особой опасности не представляют. Разборку с ребятами я отложил на потом, сейчас появилось более важное дело. Медленно подъехав к людям, вышедшим из поселка, я поздоровался.
– Доброго дня вам люди добрые. Рады, что успели вовремя прийти к вам на помощь. Меня Артом кличут.
– И мы рады. -Ответил за всех, уже в годах мужичок.– Откуда вы? На память я пока не жалуюсь, но с вами ранее видеться не доводилось. -Настороженно спросил он.
– Мы недавно здесь поселились. На берегу озера.– Махнул я в сторону нашего поселения рукой.– Да сегодня на нас лиходеи напали. От тех, кто в живых остался, про вас узнали. Вернее, что на ваше поселение, другая их часть напасть решила. По нашему разумению, негоже соседей в трудный час бросать, и мы решили подсобить.
– Похвальное решение.– Кивнул головой мужичок. Назвать его стариком, язык не поворачивается, не смотря на прожитые годы, выглядел он довольно солидно.– Рады, что у нас такие соседи появились. Тут вишь, князь то наш Тройдень, мужиков к себе созвал, чтобы эту заразу выкорчевать, а оно вишь как получилось. Видать заранее знали, что мужчины уйдут.
«Полоцкого князя Рогволод кличут, это куда же нас занесло?». Подумал я.
– Слушай Арт, а как добычу делить будем? – Вдруг без всякого предисловия задал вопрос мужик.
– Какое делить.– Тут же вскинулся Жила.
– Поровну.– Положив руку на плечо Жиле, ответил я.– Как и водится у добрых соседей.
– Меня Полюш зовут.– Представился, наконец, мужик.– Я старейшина в этом городе.