Почтальон для сказочных существ: Дракон и потерянная магия

Каждый получил совсем немного огня, но этого оказалось достаточно. Один дракон смог согреть своё гнездо, другой впервые поднялся в воздух, третий научился плавить камень, а четвёртый обнаружил, что может передавать тепло своим детям. Искра переходила от одного дракона к другому и становилась сильнее каждый раз, когда ею делились. Так появился Первый огонь, а вместе с ним и драконья магия. Именно поэтому древние драконы никогда не считали магию собственностью одного существа. Она существовала только до тех пор, пока её отдавали дальше.

— Поэтому она сейчас исчезает, — сказал Артём.

Варгард посмотрел на него.

— Возможно.

— Потому что кто-то её забирает?

— Потому что кто-то пытается сделать то, чего никогда нельзя было делать с Первым огнём.

Варгард подошёл к дальней стене и коснулся её когтем. Камень начал светиться, и на поверхности постепенно появился древний рисунок. На нём были изображены несколько драконов, стоящих вокруг огромной искры, а за ними находилась высокая серебряная дверь. Из каждого дракона к искре тянулись тонкие линии, но от искры к драконам шли другие линии, образуя круг.

— Первый огонь нельзя удержать, — сказал Варгард. — Его можно только передавать. Тот, кто пытается собрать магию в одном месте, разрывает круг.

Артём вспомнил серебряные сосуды.

— Значит, сосуды собирают то, что выходит из круга?

Варгард кивнул.

— Именно.

Шмыг подошёл ближе к рисунку.

— А дверь?

Варгард долго смотрел на изображение.

— Дверь появляется, когда круг разорван достаточно сильно.

Артём спросил, что находится за ней. Варгард ответил, что никто из нынешних драконов этого не знает. В старых легендах это место называли Пустым миром, но Варгард не был уверен, что это название вообще можно считать правильным. Некоторые записи говорили, что за дверью находится мир без магии, другие утверждали, что там находится источник всей магии, а самые старые тексты вообще не называли это место миром. Они говорили только: «Там находится то, что осталось после первого пути».

Искрик слушал его, сидя у стены.

— Почему я вижу следы?

Варгард посмотрел на маленького дракона.

— Потому что ты родился в неправильное время.

Искрик нахмурился.

— Это не ответ.

— Это начало ответа.

Варгард объяснил, что в ночь рождения Искрика в горах впервые за многие столетия погас один из древних огней. Старейшины решили, что это случайность, потому что не хотели связывать рождение маленького дракона с древними легендами. Но после этого Искрик начал видеть серебряные следы. Его магия не исчезла так, как у остальных драконов. Она словно отступила внутрь него, оставив место для способности видеть то, что происходит с другими.

— Ты не слабый, — сказал Варгард. — Ты просто устроен иначе.

Искрик ничего не ответил.

Он посмотрел на свои маленькие крылья, потом на когти и на грудь, под которой давно перестал ощущать привычное тепло. Артём видел, что эти слова для него значат больше, чем дракон хотел показать. Впервые кто-то из взрослых не говорил ему, что он слишком маленький, слишком слабый или слишком любопытный. Варгард объяснял, что именно то, что Искрик считал своим недостатком, могло оказаться единственной причиной, по которой они вообще способны найти источник исчезновения магии.