Предатель. Ты отвернулся от семьи

Глава 6.

Сквозь толстую оправу очков моей матери ее глаза кажутся еще меньше и злее. Сидит за столом, крепко держит чашку с зеленым чаем в руках. Полупрозрачный бледный пар поднимается от горячего напитка и ее очки запотевают.

- Ты приехала только чай попить? – недовольно спрашиваю я, скрещивая руки на груди.

- Я собираюсь с мыслями, Таисия, - отзывается мама и оставляет чашку на столе.

Смотрит на меня прямо и неотрывно.

- Ты плакала? – спрашивает с раздражением. – У тебя глаза красные.

Я только недавно смыла макияж. И да, выгляжу я действительно не лучшим образом.

У меня взгляд потух. Просто серый и безжизненный. Словно свет внутри меня выключили.

Лампочки моей неземной любви к Игорю стали перегорать.

- А что надо было делать, мам? Радоваться? От меня вообще то муж ушел!

- Ушел и ушел! Сопли нужно намотать на кулак, Таисия, - сквозь зубы выдыхает моя мама. – Жизнь не заканчивается после развода.

- Откуда тебе это знать? Ты с отцом душа в душу уже сорок четыре года живешь!

- Знала бы ты, как Кирилл умеет нервы делать, тут же язык бы прикусила, - мягко улыбается, пряча раздражение. – Игорь твой последняя сволочь, Тая. Да, это больно и горько. Но нужно воспрянуть!

Фыркаю на ее слова и хватаю свою чашку с душистым чаем. Делаю глоток и обжигаюсь. Язык неприятно щиплет.

- Тебе нужен толковый адвокат.

- Игорь уже нашел нам адвоката.

- Игорь предатель и изменщик, Тая! Не будь наивной девкой, я тебя прошу! – стучит ладонью по ровной поверхности стола от едва контролируемой злости. – Я всегда знала, что ты у меня нежная девочка с чистой душой. Наивная моя ромашка... открытая, добрая, любящая. Пришло время обрасти шипами, доченька.

- Я не ромашка, - качаю головой и морщусь.

- А кто ты? – смотрит хмуро мне прямо в глаза. – Ах да, комнатное растеньице, привыкшее к теплу. Не ромашка, точно. Фиалочка.

- Мама…

- Что мама, Тая? Что мама? Хочешь, чтобы Игорь тебя оставил без трусов? Выпнул на улицу, а свою блядь сюда притащил? В ваше семейное гнездо? Самой от себя не противно, Тай?

- Мы с Игорем взрослые люди, - шиплю сквозь зубы. – И мы сможем решить вопрос о разделе имущества спокойно.

- Он тебе сердце в клочья, а ты благоразумно проглотишь? – усмехается надо мной.

- Я ничего не проглатываю!

- Пока я только вижу, что ты этого подлеца оплакиваешь! Глаза опухли! Посмотри на себя… - сканирует меня брезгливым взглядом. – Смотреть противно!

Я опускаю взгляд и ядовито улыбаюсь.

- Так не смотри, мам. Не смотри! Я вообще тебя не приглашала.

- Знаешь что, Тая, я вообще-то помочь хочу. Пока ты будешь оплакивать свою любовь и робеть перед детьми, Игорь тебя вокруг пальца обведет на пару со своей мамашей!

А может она в чем-то и права.

Конечно, мой муж сегодня благородно дал понять, что дом, машина и дача останутся мне. Но вдруг он просто хочет притупить мою бдительность?

Я долго прожила с Игорем. И, казалось, знаю его как облупленного.

Но ему удалось скрывать от меня свою любовницу, и причем довольно долго. Если бы сегодня муж не вывалил на меня свою горькую правду, я и дальше жила бы с закрытыми глазами, не замечая ничего вокруг.

Когда же он успел так сильно измениться?

Почему я ничего не почувствовала?

Должна же была сработать женская интуиция.

Но Игорь нигде не прокололся. Ни улик, ни намеков, ни предпосылок. Все было ровно и гладко.

До сегодняшнего дня я была уверена в крепкости нашей любви.

- Девочка моя, найди адвоката для себя. Выстави требования. В конце концов, ты имеешь право на жирный кусок!

Я ежусь от слов моей матери.

- Я найду, мам. Хорошо. Ты, наверно, права… но… - поднимаю взгляд. – Можно же как-то помягче, а? Мне не сладко сейчас, и я хочу от тебя поддержки. Скажи, что Игорь козел, перемой ему все кости. А мне пожелай счастья с новым мужчиной, которого я в будущем обязательно встречу!

- Таечка, солнышко, будь реалисткой! У тебя двое детей, Петеньке только будет пять лет. Кому ты нужна такая?

Распахиваю глаза от возмущения и шока.

- Ну спасибо, - прыскаю я.

- Я же говорю, что ты слишком наивна, - мама плечами пожимает как ни в чем не бывало. – Кого ты найдешь? Разве что возрастного раздолбая, что с мамкиных плеч на твои пересядет.

- Уже поздно, - сухо произношу я. – Тебе пора домой.

Глава 7.

- Привет, - Игорь проходит вглубь кухни и останавливается возле голубого креслица.

Смотрит на меня жестко и безотрывно.

Вчера он так и не при шел за своими вещами. Видимо, был сильно огорчен реакцией наше дочери на свою молодую дрянь, ради которой он семью готов бросить.

- Привет, - отзываюсь я и делаю глоток крепкого черного кофе.

Горчит.

- Собрала мои вещи? – спрашивает Игорь.

Его большая рука ложится на спинку кресла. Сжимает пальцы. На безымянном – след от обручального кольца.

Он его снял. Потому что больше нет смысла притворяться, что мы – семья. Вчера он жестоко рубанул с плеча по нашей совместной жизни. И она распалась на две части.

Как дождевой червяк разорвалась напополам.

И обе части этого червя шевелятся. Могут существовать по одиночке. Только нужно приспособиться и привыкнуть.

Стиснуть челюсти и жить дальше.

- Я не собираюсь больше тебя обслуживать, Игорь, - произношу хрипло, но жестко. – Пусть твоя любовница собирает твои трусы с носками.

- Тая, зачем ты все усложняешь? – мрачно шипит, прожигая во мне дыру своим грозным взглядом.

- Я больше не твоя прислуга, - повторяю громче. – Я не обязана провожать тебя в новую жизнь, Игорь.

Он хмурит густые брови так, что на переносице пролегает темная тень. Сильнее сдавливает пальцами мягкую обивку кресла, она мнется под его напором.

Мне неуютно под жутким взглядом Игоря. Смотрит, как на чужую. Как на вещь, которая долгие годы исправно работала, а теперь вдруг сломалась.

- Знаешь что, Тая, я хотел расстаться с тобой по человечески, - его голос понижается до баса, вибрирует от злости и разъедает что-то важное в моей душе.

- Кстати, хотела спросить, а ты давно мне изменяешь? – наклоняю голову набок и улыбаюсь. – Какой срок беременности у твоей Снежаны?

- Тебя это не касается.

- Почему же, - хмыкаю я. – Мы с тобой пока еще в браке, Игорь. И я могу усложнить тебе бракоразводный процесс.

- Если будешь включать суку, вылетишь из дома со свистом.

Изумленно приподнимаю брови.

- А дом кому останется? Сюда свою любовницу приведешь?

- Уймись, Тай. Просто уймись.

- Я имею право знать, как давно живу с рогами, - невинно пожимаю плечами.

Игорь устало качает головой.

- Снежана на пятом месяце беременности, - низким басом произносит Игорь. – А изменяю я тебе уже год. Довольна?

Год…

Целый год липкого обмана, который я предпочитала не замечать. Закрывала глаза на то, что Игорь на работе задерживается. Верила в его новые сделки и проекты.

Оправдывала его поздние возвращения домой тем, что мой муж старается для нашей семьи.

Много работает, чтобы дети ни в чем не нуждались.

А Снежана его оказывается очень терпеливая. Беременная уже пять месяцев и молчала. Не показывалась мне на глаза.

Другая бы сразу дала о себе знать, чтобы побыстрее подвинуть законную жену с дороги. А эта терпела. Сидела в тени и не высовывалась. Ждала, когда мой мужчина сам примет решение от меня отказаться и построить новую жизнь.

- Почему ты раньше не ушел из семьи, Игорь? Зачем было ждать столько времени? – голос все же дрожит.

Я не из тех сильных женщин, которые с легкостью перешагивают предательство. Моя мама права. Я ранимая и нежная.

И я еще долго буду оплакивать Игоря, потому что любила его, а он ранил слишком глубоко. Почти смертельно.

- Таисия, я просил тебя не ковырять эту тему, - скалится Игорь. – Я поступаю так, как считаю нужным.

- Как обычно, - с грустной усмешкой слетает с губ. – Ты считаешь, что целый год обманывать жену – это нормально.

- Я мужчина, Тая! И я живу своей головой.

- А женщина – это приложение к мужику, да?

- Да! – рявкает так, что стены в кухне вибрируют.

Он толкает креслице в порыве злости и оно падает на пол. Спинкой глухо ударяется о плитку.

Закрываю глаза.

- Забирай свои вещи и проваливай, - шепчу я.

Чувствую на себе взгляд мужа. Тяжелый. Саднящий мне кожу и прожигающий душу насквозь.

Я не расплачусь при нем, хоть в горле и застрял раскаленный камень обиды.

Даже руки дрожат.

- Решила усложнить мой переезд? Тяжело было собрать коробки? - тихо произносит Игорь.

- Ты же мужчина, Игорь. Вот и разберись со своими вещами сам!

Слышу, как тяжело и прерывисто он дышит.

Игорь стягивает с себя пиджак, поднимает упавшее креслице. Оставляет на нем свой пиджак и идет на второй этаж.

Смотрю в его широкую спину, обтянутую тканью дорогой рубашки, на сильные плечи, которые я обнимала на протяжении двадцати одного года с нежностью и любовью. Мне подружки говорили, что на такие плечи, как у моего мужа, легко можно положиться.

Он был моей каменной стеной. Защитой, поддержкой, опорой. С таким мужиком и в огонь, и в воду. С ним не страшно.

И я даже завидую сейчас Снежане.

Она теперь – женщина Игоря.

И она сможет положиться на его плечо и не бояться жестокого мира, полного боли, зла и черной гнили. До поры, до времени.

Кто может дать гарантию, что однажды новая женщина тоже не станет для Игоря пресной? Это сейчас у него все хорошо.

А когда начнется совместная жизнь, быт, пеленки и памперсы?

Качаю головой, разгоняя собственные мысли. Когда у Игоря со Снежаной начнется бытовуха, а не медовый месяц, это все уже будет не моей головной болью.

У нас же тоже по началу все было ярко. И от обрушившейся на голову любви мы оба сходили с ума.

Встаю и выливаю свой кофе в раковину.

- Таисия, - окликает меня Игорь со второго этажа. – Принеси хотя бы коробки!

Подхватываю пустые коробки и тащусь с ними на второй этаж. Иду практически неслышно. Этому я научилась, когда Петю родила. У сына очень чуткий сон, и мы всей семьей дышать боялись, лишь бы Петю не разбудить.

Осторожно разворачиваюсь и застываю в дверном проеме.

Я забыла убрать фотоальбом с нашими фотографиями! Оставила его прямо на кровати.

А теперь наш альбом держит в руках Игорь. Всматривается в наши лица теплым взглядом. Его губ касается едва различимая улыбка.

Я моргаю в полном недоумении, прижимая к себе пустые коробки.

Когда-то мы были счастливы вместе. У нас много общих приятных воспоминаний. Оборачиваясь назад, я с точностью могу сказать, что наша любовь была искренней и настоящей.

Игорь любил меня.

Любил, когда мы подавали заявление за заключение брака.

Любил, когда мы поехали в свадебное путешествие в дождливый Санкт-Петербург.

Любил, когда мы узнали о моей беременности и когда родилась смешная Василиса с пушком светлых волос на макушке.

Любил, когда забирал меня с сыном из роддома декабрьским солнечным днем.

В какой момент наша любовь перестала иметь для него значение?

Холодок неприятно касается моих лопаток, и я вздрагиваю.

Игорь отрывает взгляд от фотографий и смотрит на меня. Неловко поджимаю губы, будто он застал меня за чем-то запретным.

- У нас была счастливая жизнь, - тихо говорю я.

Светлый взгляд Игоря темнеет за долю секунды. Улыбка пропадает с его лица, и вот передо мной вновь равнодушный жестокий монстр, готовый вычеркнуть меня из своей жизни.

- Убери это! – бросает альбом на кровать. – Зачем ты вообще его достала?

- Захотела и достала, - сухо отвечаю я, оставляя коробки возле порога.

- Не нужно оплакивать прошлое, Тая. Так ты сделаешь только хуже! – выдает Игорь без тени сожаления.

- Хуже кому?

- Себе. Ты сделаешь хуже себе!

От его тона меня передергивает. Я еще несколько секунд смотрю на Игоря, а после невесело улыбаюсь и собираюсь выйти из комнаты.

- Сегодня я пораньше забираю Петю из сада, - с подчеркнутым равнодушием произношу я. – Поэтому, Игорь, не задерживайся здесь со своими вещами.

Глава 8.

Игорь выносит коробки одну за другой. Собрал сегодня все. От носков до своих рабочих документов, которые хранились в сейфе. Забрал свою коллекцию брендовых часов и туфель, освободил целый шкаф со своей одеждой и полку в ванной. Даже свои золотые запонки, которые не носил уже года четыре, и те забрал.

Надо признать, что дом опустел.

Уже через полтора часа Игорь уезжает, оставляя меня в полном опустошении. У него будет новое жилье. Дом или квартира. И, вполне возможно, что уже сегодня он будет засыпать в одной постели со своей новой любовью.

А возможно, он уже вчера с ней ночевал.

Пока я лила горькие слезы и рассматривала фотографии в альбоме, он уже был с ней.

Прикрываю веки и устало выдыхаю. Потираю гудящие виски.

Мне уже пора собираться за Петей. Я обещала сыну, что заберу его из сада раньше.

У нас было мрачное и тревожное утро. Василиса проснулась не в настроении. Просто встала не с той ноги! Мало того, что дочь отказалась от завтрака, так еще и разговаривала со мной сквозь зубы и очень громко выбирала одежду в своей комнате, оставив там после себя настоящий хаос. Я не стала требовать от нее сбавить свой пыл.

Да, я не виновата, что Игорь решил свалить от меня к молодухе.

Но Василисе нужно время, чтобы принять этот факт.

Ее отец будет жить с новой женщиной, которая скоро родит ему ребенка.

Петя сегодня утром милосердно не требовал, чтобы папа вернулся. Но его волчий взгляд постоянно впивался в мое лицо жестоко и кровожадно.

Всем не легко.

И я пообещала Пете, что заберу его домой. Пусть побудет в тишине, поиграет в свои машинки и посмотрит мультики. Не думаю, что компания сверстников сейчас пойдет ему на пользу.

На улице тепло. Осеннее солнце припекает к макушке, пока иду к машине. До детского сада можно было бы и пешком, но у меня совсем нет на это сил.

Почти бессонная ночь. Я проваливалась в беспокойную дремоту, но меня тут же окутывали яркие и болезненные сны, где мой муж снова и снова признавался мне в своей измене. Наверно, Игорь прав. Мне лучше убрать альбом с семейными фотографиями подальше, чтобы больше не бередить себе душу.

- Привет, котенок, - ласково говорю Пете, когда забираю его из группы.

Сын молчит. Только щеки надувает, как мышь на крупу.

Видимо, заразился от Василисы, будет тоже играть со мной в молчанку.

- Как дела? – достаю кроссовки сына из ящика и присаживаюсь на корточки, заглядывая в глаза своему ребенку.

- Хорошо, - бубнит Петя в ответ, отворачиваясь. – Папа приезжал?

У меня по позвоночнику ток скользит. Сильный такой разряд, мучительный.

- Папа вещи забрал, - отзываюсь тихо.

- Я хочу ему позвонить! – Петя снова переводит на меня свой волчий взгляд.

Глубоко вдыхаю и стараюсь выдохнуть ровно и спокойно. Едва ли мне это удается.

Как сказать ребенку, что папе сейчас, наверно, не до него? Не уверена, что Игорь обрадуется нашему звонку.

Но рука сама тянется в карман курточки за телефоном. Протягиваю его Пете, и сын быстро выискивает номер Игоря. Я опускаю взгляд и напрягаю слух.

Долгие гудки сменяются тихим и раздраженным голосом моего мужа.

- Ало.

- Папа! – вскрикивает Петя. – Папа!

- Петенька, - голос Игоря теплеет.

- Когда ты приедешь к нам?

Тишина.

- Пап, я по тебе уже скучаю! – на глазах Пети повисают громадные капли слез.

Еще мгновение, и по щекам покатятся.

- Я пока не знаю, сынок. Но я обязательно приеду. Обязательно заберу тебя с собой на прогулку. В футбол поиграем, да? Поговорим… по мужски.

- Пап, - пикает мой сынок.

Слезы все таки срываются с его глаз.

Мое сердце опускается в желудок и жалобно пульсирует в нем.

- Пап, возвращайся домой! Я хочу, чтобы ты с нами жил! – заявляет Петя.

Я прикусываю язык. В горле жжется.

- Поговорим с тобой потом, Петя. Мне пора.

Игорь резко обрубает разговор. Три холодных механических гудка, от которых я просто готова сознание потерять.

- Все будет хорошо, Петь. Папа приедет и проведет с тобой время. Он…

Каждое слово дается мне с трудом.

Игорь был хорошим и внимательным отцом, но это было до того, как он сообщил мне о своем намерении развестись. А теперь я не знаю, как будет.

Нужны ли будут ему дети от первого брака, когда у него появится новый ребенок?

- Ладно, - шепчу. – Собирайся, поедем домой.

Встаю и расправляю плечи. Телефон в руке сильнее сжимаю, и он начинает вибрировать.

Удивленно распахиваю глаза, когда вижу на экране – «Анна Семеновна». Классная руководительница моей Василисы.

Принимаю вызов, отойдя в сторону.

- Таисия Кирилловна, здравствуйте! Вы сегодня не отписались в родительском чате, почему Василисы нет в школе. Вася на больничном?

Смотрю в голубую стену с нарисованным на ней розовым зайцем, а сознание пытается осмыслить слова классной руководительницы Василисы.

Я сегодня сама лично отвозила свою дочь в школу. И я видела, как она дошла до порога и открыла дверь частной элитной гимназии.

Выходит, Василиса дождалась, пока я уеду и… сбежала с уроков?

- Д-да, - заикаясь, выдавливаю из себя. – Василисе стало плохо, она пропустит пару дней. Больничный открывать пока не будем.

- Мам, я собрался! – произносит Петя за моей спиной.

- Не забывайте, пожалуйста, писать в чате, Таисия Кирилловна. До свидания.

- Мам, пойдем, - Петя настойчиво тянет меня за рукав.

Мы вместе выходим из садика, и я набираю номер дочери.

Но холодный голос механической женщины сообщает мне, что абонент находится вне зоны действия сети.

Черт…

Я должна была догадаться, что Василиса обязательно выкинет какой-то «прикол». Не зря она собиралась на учебу, как слон. Чуть всю комнату не разнесла.

Глава 9.

Самое тяжелое в сложившихся обстоятельствах – сохранять голову холодной и не впадать в истерику.

Я терпеливо жду, когда Василиса появится онлайн в социальных сетях или перезвонит мне.

Сама я ей уже раз тридцать позвонила за минувшие сорок минут. И написала ей сообщение в мессенджере, что перед классухой ее прикрыла.

Вася взрослая и самостоятельная.

И у нее никогда не было проблем с поведением. Даже подростковый кризис мы переживали спокойно. А теперь…

Я сама не своя от предательства мужа, и мои дети решили устроить мне полный вынос мозга.

Проходит еще полчаса, прежде чем я не выдерживаю. Нервы натянуты, как канаты. Сидеть сложа руки я просто не могу больше.

А вдруг что случилось?

Набираю номер Игоря и усаживаюсь на кухне в кресло. Тут же убавляю звук на телевизоре, где идет передача про экстрасенсов.

- Да, - гаркает муж в телефоне.

От его тона нервы напрягаются еще больше.

- Игорь, - глухо шепчу. – А Василиса, случайно, не с тобой?

- С чего бы вдруг ей быть со мной, Тай?

Накрываю лицо ладонью. Изнутри распирает, как перед ядерным взрывом. И липкая тревога стягивает затылок стальными холодными щипцами.

- У нас пропала дочь, - выдыхаю я и тут же задерживаю дыхание, чтобы не заплакать Игорю в трубку.

- Что? – басит его голос с недоумением.

- Я отвезла Васю в школу утром, а полтора часа назад мне позвонила Анна Семеновна и сказала, что наша дочь не на уроках, - все таки скатываюсь в нервную дрожь.

Игорь напряженно молчит пару секунд. А затем выдыхает тяжело и устало.

- Понял. Я сейчас ей позвоню, узнаю. Напрягу своих ребят. Найдем ее, не переживай.

Если бы все было так просто, я и сама бы уже давно до нее дозвонилась. Только вот мобильный Васи все еще вне зоны доступа, а меня уже целиком и полностью съела серая и немая паника.

- Тая, только не реви, поняла? – мягко говорит Игорь.

Я даже удивляюсь его голосу. Такому теплому и родному. Как раньше…

- Ладно, - шепотом отзываюсь. – Как только что-то узнаешь, сразу звони мне!

Кажется, что мое сердце и вовсе остановилось, замерло камнем между лопатками и плесенью покрылось.

Я занимаюсь домашними делами, словно на автомате.

Кормлю Петю обедом, нервно поглядывая на часы. Стрелки тоже застыли. Стараюсь себя не накручивать, хотя неожиданная пропажа Васи для меня ощущается, как личный Армагеддон. Настоящий конец света.