- -
- 100%
- +
Глава 1
– Поздравляю Марго, ты беременна, – поворачивается ко мне, откладывая специальное устройство для УЗИ моя подруга Лиля.
Слезы текут из глаз, оставляя горячие дорожки на щеках. Смахиваю их дрожащими пальцами. И улыбаюсь от радости.
– Точно? – спрашиваю подругу, – Вдруг ты ошиблась.
– Марго, ты совсем ку-ку? – крутит у виска Лиля, – Три недели, мало, конечно, но давай, дуй к Любимому, путь определит тебя к Изольде. Будешь у нее наблюдаться, все равно ты к ней прикреплена по ординатуре.
– Подожди, дай прийти в себя, – пытаюсь сесть на кушетке, но немного кружится голова.
– Кружится? – озабоченно трогает меня за плечо, всовывая в руку бумажную салфетку, чтобы вытереть гель с живота.
– Немного, – соглашаюсь я, – Это уже начинается?
– Вот дурочка, – смеется подруга, – Это остеохондроз начинается. Все, иди к главврачу, пусть тобой занимается. Тоже мне, гинеколог называется.
– Лиль, не говори пока ничего Мише, если вдруг увидишь, – вытираю гель с живота салфеткой и одергиваю кофточку медицинской униформы.
– Сама хочешь? Праздник, то да се? – улыбается подруга, – Не скажу, а когда вас поздравить можно будет?
– Когда родим, – ворчу я.
– Тогда я молчу, признаюсь только под пытками, – Лиля делает знак, словно застегивает губы, – Иди обрадуй нашего главного, что скоро в декрет уйдешь.
– Ой, боюсь, так обрадуется, что ноги бы унести, – жалуюсь я Лиле, всовывая ноги в белых носках в розовые специальные шлепанцы без задника.
У нас в платной клинике все так ходили, а царь и бог Сергей Геннадьевич Любимов или Любимый, как его за глаза называли подчиненные, здесь властвовал. Как один из совладельцев, да и как просто главный врач, а еще золотой хирург в прямом и переносном смысле этого слова. И умный, и красивый, и успешный, молодой -полный набор для наших восторженных дамочек, которые только что в рот ему не дышали.
Выхожу из кабинета УЗИ, направляясь в кабинет к главному врачу, как меня окликает врач-кардиолог, Мария Ивановна Крашенинникова, а проще Машка. Мы втроем пришли из одной интернатуры два года назад. Зеленые, не очень опытные, но с горящими глазами все узнать. Лиля говорит, что из-за этого нас Любимый и взял. А я ее уверяла, что из-за практики, что мы проходили у него в клинике с легкой руки нашего преподавателя и куратора группы. Три месяца отработали от звонка до звонка. А вот Маша говорит, что Сергей нас взял из-за того, что мы красивые: блондинка, брюнетка и рыжая. Я, если что брюнетка, великолепная тройка, как нас называли в институте одногруппники.
– Ритка, ну что? – догоняет меня Машуня, а я подхватываю ее под локоть и тащу к туалету для персонала.
Открываю дверь своей нагрудной магнитной карточкой на шнурке и вталкиваю туда Машку, сама стекаю по закрытой двери, зажав рукой рот.
– Ээ, ты чего? – садится на корточки передо мной подруга, – Все опять плохо, да?
– Хорошо, – всхлипываю я, – Маш, три недели у меня, – и рыдания прорываются наружу.
– Ох, дурында, – усмехается подруга, прижимая к себе мою голову, – А плачешь -то чего?
– От счастья.
– Так, давай пока не будем рыдать, ок? Ты хочешь, чтобы ребенок как влетел, так тут же и вылетел, если все время плакать будешь? – начинает ругаться Машка.
– Ннет, – заикаюсь я.
– Тогда вставай, умывайся, Любимый ждет на планерку. Будем разбирать опять Тимошкино дело, – помогает мне подняться Машуня.
– Что он опять натворил? – спрашиваю я, подходя к раковине и включая холодную воду.
Умываюсь, убираю разводы туши под глазами.
– Да бабульку из третьей палаты без УЗИ брюшной полости домой отправил. Так и сказал: «Идите вы уже, доскрипите свой месяц дома, рядом с дедом». Представляешь? – смеется Машуня.
– А Лидия Петровна что? – сквозь смех спрашиваю я.
– А она жалобу накатала, сказала, что еще теперь поживет назло нашему Тимошке, – смеется Маша, – Так ты на сегодня все, домой?
– Да, отпросилась раньше, сейчас к Любимому забегу и домой. Не знаю только Мише говорить или нет, может, раньше времени не нужно? – с сомнением произношу я.
– Почему это? Хотя… Твой бизнесмен со стальными нервами может и потерпеть немного. В отличие от тебя, – улыбается подруга.
– Это да, я так счастлива, Маш, – сверкаю от радости, – Столько лет и все без толку. Я уже и про ЭКО узнавала, но Миша был против. Говорит, будем ждать.
– Ой, ну подумаешь, три года ждали, как говорится, всему свое время, – отмахивается Маша, – Ну все, я побежала, а то и так опоздала.
– Давай, – провожаю подругу взглядом и снова поворачиваюсь к зеркалу.
Улыбка до ушей, глаза сверкают. Я так хотела этого ребенка, так ждала! Мне все равно кто там, мальчик или девочка, да хоть пять мальчиков! Хотя нет, это я преувеличиваю, куда мне столько. Одного будет достаточно. Пока достаточно. Я три года уже замужем, и мы с мужем давно планировали ребенка, но все никак не получалось. Уже и смирились оба, проверились, у обоих все в порядке, но никак и все. Последнее время даже Миша, мне кажется, с этим смирился. Разговоры о детях сошли на нет, к друзьям у которых есть дети, мы больше не ходили в гости, встречались редко и как-то неохотно.
Теперь все изменится, я чувствую! Наконец-то и у нас будет малыш. Трогаю руками еще плоский животик под медицинской формой и закрываю мечтательно глаза. Мой малыш, моя кровиночка, я так тебя люблю!
Глава 2
Любимов, как всегда, в ударе. Разносит Тимофея Константиновича в пух и прах.
– Что значит сказать клиентке, что «Доскрипеть рядом с дедом»? Вы издеваетесь, да? – злой Любимов то еще зрелище. Рядом с ним дракон кажется няшечкой.
– Сергей Геннадьевич… – начинает красный и потный Тимошка, но Любимый резко рубит рукой.
– Во-первых, Лидия Петровна кроме того, что пациент, еще и клиентка, которая платит за свое лечение и пребывание в нашей клинике, во-вторых, вы даже не посмотрели результаты анализов, а что-то там додумали в своей голове. Если вас смущает ее возраст, то восемьдесят пять – это не приговор и ей еще жить и жить.
– Сергей Ген…
– Уйдите с глаз моих, Тимофей Константинович, – обрывает его Любимый, и Прохорова сдувает с места, а потом и из кабинета, – Надеюсь, всем понятно, что так делать нельзя?
Обводит присмиревших врачей своим взглядом. Даже я внутренне подбираюсь, сажусь по стойке смирно, выпрямив спину.
– Далее по графику… – начинает Любимов и все дружно выдыхают.
Когда планерка закончена, все встают и шустренько так покидают кабинет.
– Кравцова, задержитесь, – голос в мою спину, как контрольный выстрел.
Бросаю на Машку испуганный взгляд, а она пожимает плечами и смывается из кабинета. Предательница. Возвращаюсь на свой стул и сажусь, смотрю в ожидании на Любимова.
На этого человека приятно смотреть, но только когда он не смотрит тебе в глаза, как сейчас мне. Сразу вспоминаешь все свои грехи, что успела сотворить за 28 прожитых лет, начиная с пеленок. У Сергея Геннадьевича такой взгляд, что прошивает насквозь. И самое интересное, глаза-то красивые, голубые с серыми крапинками. Да и вообще он мужик интересный, высокий, широкоплечий, красивый. Да, красивый. Мужская такая красота, как Машка говорит «отдаться ему хочется, прямо на этом столе». Провожу по полированному столу ладонью и краснею, представляя Любимого, как он тут… Да чтоб меня, гормоны играют, что ли? Совсем не о том думаю.
– Итак, Маргарита Юрьевна… – начинает Любимов и я внутренне готовлюсь услышать какую-нибудь гадость. Может, я юбку забыла надеть или макияж слишком сильный? Хотя из макияжа у меня только тушь осталась, но Сергей Геннадьевич найдет к чему придраться, обязательно.
– Мм? – только и могу произнести я, смотрю на него как кролик на удава. И почему я его боюсь? Не могу объяснить, ну никак.
– Изольда Михайловна, ваш, кстати, куратор, если вы не знали, – скептически ухмыляется белозубой улыбкой Любимов, – Уходит с понедельника в отпуск на 21 день. Вы, надеюсь, в курсе этого?
– Конечно! – прикладываю руку к своей груди, а точнее, к сердцу, – Мы с ней уже обсудили все рабочие моменты. Кого она сможет, перенесла, тех клиентов, которые только к ней ходят, а новых перезаписали по графику.
– Так вот, насчет графика, вам придется взять и ее ночные дежурства, – складывает руки на груди Любимов и выпрямляет ноги. Развалился на своем кресле как довольный тюлень.
– Возьму, вариантов нет, – вздыхаю обреченно.
– А что так уныло, Маргарита Юрьевна? Не хотите работать? – тут же сверкает своими синими глазами Любимов.
– Почему это сразу не хочу, я же тоже когда-нибудь в отпуск пойду.
– И когда он у вас?
– Еще не записывала, но, скорее всего … – произвожу в уме нехитрый подсчет. Если сейчас у меня пусть будет почти месяц, то май, июнь.... – Сентябрь, да, сентябрь.
– А почему именно этот месяц? – интересуется Любимов.
– У мужа отпуск и день рождения, – тут же сообщаю я.
– Да, муж – это святое, – ухмыляется Любимов, – Меня ваши семейные дела не интересуют, главное, чтобы работать не забывали.
– Вас что-то во мне не устраивает, Сергей Геннадьевич?
– Меня?! В Вас? А что меня должно устраивать?
– Ну хоть что-то, я неплохой человек и специалист, вообще-то, – приподнимаю скептически бровь.
– Да что вы говорите, Маргарита Юрьевна, надо же и не догадывался, – встает из-за стола Любимов, – В понедельник ваш новый график мне на стол, пожалуйста.
Идет к дверям из кабинета, а я тоже встаю.
– И Маргарита Юрьевна, какие все же у вас резкие духи. Не могли бы вы не душиться на работу, врач все-таки, – и он выходит из кабинета, оставляя меня с открытым ртом, вот ведь скотинка какая! Почему если мужик красивый, обязательно избалованный и жуткий эгоист. Хотя мой муж не такой, Миша – совсем другой человек. Очень серьезный, ответственный, деловой… Аж тошнит! Добавляю про себя и улыбаюсь, иду на выход.
В коридоре никого нет, начался обход. Пациенты все по палатам, ждут врачей. Моя ночная смена подошла к концу, и я бегу в ординаторскую, скидываю халат и всовываю ноги в сапожки на высоком каблуке. Любимов запрещает ходить по отделению клиники на каблуках, особенно в стационаре. Но я-то домой иду и не собираюсь ходить как монашка.
Встаю у шкафа с верхней одеждой и разглядываю себя в зеркало. Красивая, да. Молодая, стройная, невысокого роста, но и это меня не портит, зато кажусь хрупкой. Каштановые, темные волосы, пухленькие губы, черные ухоженные брови и длинные ресницы. Кожа красивая, не смуглая, словно фарфоровая. Грудь на месте, ноги не кривые, что еще нужно для молодой девушки двадцати восьми лет? Правильно, ребеночка не хватает. Ладно, чтобы там не говорил Любимов, в сентябре я ухожу в отпуск, а потом в декрет и пока, прощай товарищ узурпатор, Сергей Геннадьевич!
Глава 3
Домой прибегаю за два часа до возвращения мужа с работы. Нагруженная пакетами, где у меня бутылка красного вина, стейки из говядины и набор овощей для салата. Хочу приготовить вкусный ужин и немного отметить. Понимаю, что мне теперь пить нельзя, но бокал красного вина я себе сама как врач прописала и только сегодня.
Сажусь в прихожей на пуфик и расстегиваю молнию на сапогах. Затем нетерпеливо достаю из сумочки снимок УЗИ, разглядывая точку на экране. Если остальным все здесь кажется просто черными и белыми пятнами, то мне, как врачу-гинекологу сразу видно беременность. Вот он мой ангелочек, такой маленький, как бабочка. Кажется, чихнешь и улетит, помашет крылышками. Как же я тебя ждала мой малыш или малышка. Мне сейчас реально все равно, кто у меня там. Главное – это ребенок и он вот, он не миф, не призрак.
Оглядываюсь по сторонам и думаю повесить эту ленту снимков прямо на зеркало шкафа-купе в большой прихожей. Но тут же отбрасываю эту мысль. Миша не любит всей это показушности, лучше просто ему сказать после ужина. Когда муж сытый и довольный, тогда и сообщу ему радостную новость. То, что муж хочет детей, я знаю точно. Мы уже столько стараемся, опробовали все, кроме ЭКО. Но беременность никак не наступала и вот такой подарок небес.
Снимаю с себя плащ и вешаю в шкаф, убираю ленту УЗИ обратно в сумочку. Сама скажу Мише, а потом и покажу, хотя что он там увидит на этих снимках. Тем более, я знаю его, реакция будет сдержанной, немногословной. Муж у меня довольно успешный бизнесмен и приучен держать лицо. У них семейный бизнес и у нас есть практически все: квартира, дом за городом, мы его называем дача, две машины в подземном гараже, отдых три раза в год, на счету хорошая сумма. Все есть, только детей не было, а теперь и этот вопрос почти решен.
Иду в спальню и переодеваюсь в домашние брючки и футболку. Забираю тяжелую копну волос в высокий хвост, чтобы идти готовить. Миша ужасно не любит, когда на кухне я хожу с распущенными волосами.
Наконец, мясо готово, вино охлаждается в ведерке со льдом, салат осталось только заправить, и я сижу на кухонном стуле, от нетерпения кусаю ногти. Так хочется быстрее поздравить мужа, что он скоро станет отцом, что у меня сейчас нервный смех начнется. Наконец, поворот ключа и дверь открывается. Миша входит и бросает ключи от квартиры и машины на комод в прихожей.
– Рита, ты дома? – кричит он и я слетаю со стула и выбегаю к нему.
Висну на его шее, целую в губы. Знаю, что Мише не нравятся эти щенячьи нежности, но сейчас я просто под эмоциями.
– Ну все, хватит, – отворачивается Миша и я чмокаю его напоследок в щеку.
Стою в стороне, принимая от мужа черное пальто и шарф, пока он снимает дорогие ботинки. Невольно любуюсь им, таким могучим, высоким, словно высеченным из камня лицом. Миша – довольно красивый мужчина, ему тридцать пять, и он в хорошей форме. Каждое утро – пробежка, затем боксерская груша, вечерами спортзал и гантели. В плавках я от него взгляд не могу отвести. Эти перекаты мышц, живот с кубиками, накачанные ноги. Лицо тоже как у боксера, твердый подбородок, немного хищный нос. Он привлекает женщин, как и я мужчин. Мы очень красивая пара, а когда идем рядом, на нас оборачиваются люди. Я такая маленькая рядом с ним, что это сразу бросается в глаза.
– Чем пахнет? – хмуро спрашивает Миша, – Мясо пожарила?
– Ага и вино купила, – охотно добавляю я.
– У нас праздник какой-то, я ничего не пропустил? – усиленно вспоминает муж.
– Нет, просто настроение хорошее, – принимаю из его рук пиджак и все вешаю в шкаф.
– Хорошее, значит, – повторяет за мной муж и идет мыть руки, а затем садится за стол.
Я подаю мясо на красивых тарелках, накладываю салат, Миша разливает вино. Делаем по глотку и приступаем к еде. Я жду, пока муж поест и нетерпеливо ерзаю на месте, даже аппетит пропал. Мне уже невыносимо держать все в себе, я так хочу поделиться радостью с ним, рассказать о малыше в своем животике. Ведь мы столько этого ждали, так надеялись.
Наконец, муж отложил приборы и встал из-за стола с бокалом в руке.
– Миша, мне нужно с тобой поговорить, – тоже встаю и, взяв бокал, иду за ним в гостиную.
Посуду уберу потом, знаю, что муж не любит так, но сейчас мне не до этого.
– Рита, давай, я первый, – Миша садится на диван и задумчиво вертит бокал с вином в руке.
Затем залпом выпивает и снова встает, подходит к бару и наливает себе коньяк.
– Нужно что-то покрепче, – объясняет мне, а я как дурочка улыбаюсь.
Снова возвращается на диван, а я сажусь напротив в кресло.
– Я обязательно выслушаю потом тебя, но вначале, хочу сказать кое-что важное, – начинает муж, – Ты только не волнуйся и надеюсь, что правильно воспримешь всю ситуацию, которая у нас сложилась с тобой.
Я недоуменно поднимаю брови, о чем это он, какая ситуация?
– Мы уже давно стараемся сделать ребенка и у нас не получается, – продолжает муж, – Вины в этом ничьей нет, так распорядилась судьба. Поэтому я принял решение попробовать завести ребенка на стороне.
– Ччто?! – вырывается из меня.
– Не перебивай меня, Рита, что за привычка? – морщится Миша, – Так вот, я уже три месяца встречаюсь с другой женщиной и мы сегодня узнали, что она беременна. От меня. Тут не может быть никакой обиды, как говорится, кто первый, того и тапки, – разводит Миша руками, – Поэтому мы с тобой тихо и мирно разводимся, ты получаешь в качестве компенсации новую квартиру и живешь своей жизнью, а я своей. Надеюсь так, все понятно?
Муж смотрит на меня с ожиданием ответа, а я просто не знаю, что сказать. У меня в голове не укладывается то, что он сейчас мне сообщил. Какая другая семья, какой ребенок?!
Глава 4
Муж смотрит на меня с ожиданием ответа, а я просто не знаю, что сказать. У меня в голове не укладывается то, что он сейчас мне сообщил. Какая другая семья, какой ребенок?!
– Подожди, Миша, ты меня сейчас разыгрываешь? – пытаюсь как-то собраться с мыслями.
Да я просто не верю во все это! Миша мне изменяет уже три месяца, а я ни сном ни духом?! Да о чем я думаю!
Миша только пожимает плечами и говорит:
– Нет, это правда. У меня есть другая женщина и у нас с ней будет ребенок.
Мое сердце начинает биться быстрее, и я чувствую, как неверие и боль заполняют мою душу. Я всегда думала, что наш брак был сильным и надежным. Как же я не заметила измены? Как могла быть такой глупой и наивной?!
Вспоминаю прошедшие три месяца. Да, Миша был немного отстраненным и загадочным, но я полагала, что это всего лишь временное явление. Работа, проблемы, бизнес, в конце концов, отнимает много сил. Никогда не думала, что муж способен на такое. Мы ведь обещали быть откровенными и верными друг другу. Я даже не думала, что он пойдет на такой шаг. А как же я, мой малыш?
– Почему? – прошептала я, не в силах сдержать слезы. Извечный глупый вопрос всех женщин – это я понимаю, но и не спросить не могу.
– Рита, вот только не начинай, – морщится муж, – Ничего такого в этом нет. Я просто сделал ставку, и она выиграла. В данном случае не твоя.
– Ты хочешь жениться на матери своего будущего ребенка? – почему именно этот вопрос меня волнует.
– Да, я хочу, чтобы ребенок рос в полной семье. Мои родители не потерпят развода, когда в этом замешаны дети, а так как у нас с тобой нет детей, то и нечего делить. Просто разойдемся, и каждый пойдет своим путем.
– Я просто отказываюсь в это поверить, ты даже не дал нам время. Мы могли бы еще подождать…
– Рита, ну какое время? – морщится Миша, – Ты не молодеешь, я тоже. Мне давно пора иметь нормальную семью, детей, а с тобой у меня не получилось, вот и все.
– Да почему не получилось? – взрывает меня, но я тут же захлопываю рот. Признаться сейчас, что я ношу в себе его ребенка – это уже совсем другое. Не то, что полчаса назад.
– Что ты имеешь в виду? – прищуривается муж.
– Ничего, но мне казалось, что мы друг друга любим, – тут же отвечаю я.
– Любим, не любим – все это лирика, не более.
Слова Миши поражают меня в самое сердце. Я чувствую, как земля под ногами проваливается. Мои руки дрожат, а слезы полились рекой по моим щекам. Я не могу поверить, что все это происходит.
– Вот только не нужно слез, моя дорогая, – скривился муж, – Ну что ты в самом деле, ничего страшного не произошло. Каждый в жизни ищет, где ему лучше. Ты даже в плюсе остаешься. Пришла ко мне без всего, а уходишь с квартирой и счетом в банке. Я поступаю еще красиво, не каждый бы так сделал. Все, что заработал это мое, а я с тобой делюсь. Понимаю, что обидел тебя, отсюда и такая щедрость.
– Щедрость? – размазываю слезы по щекам, – Ты себя слышишь, Миша? Я же не просто так за тебя замуж вышла, у меня чувства были к тебе. Мне больно сейчас, понимаешь? Три года я потратила, чтобы у нас была хорошая семья, дом, я думала, что мы до старости вместе проживем, в конце концов.
– Ага, еще скажи, детей нарожаем, внуков дождемся, – ерничает муж, – Только вот получается, что у нас с тобой этого не будет, да, Рита?
– С тобой теперь точно ничего не будет, – всхлипываю я, начиная успокаиваться. Не хочу унижаться перед ним, да, мои идеалы в отношении нашей семьи упали и рассыпались на осколки. Но и выставлять себя несчастной брошенкой я не желаю. Когда я ошиблась в этом мужчине? Вчера или сразу как замуж вышла?
– Ты сама виновата во всем. Если бы ты была нормальной женой, то у нас уже были бы дети, – произносит он со злостью в голосе.
Страх охватывает меня, и я понимаю, что уже не верю в наши шансы. Я чувствую, как разбивается последний остаток надежды внутри меня. Мы женаты всего несколько лет, но наша семья уже на грани разрушения. Все это время я пыталась делать все, чтобы наше общее будущее было счастливым, но теперь понимаю, что одного лишь моего желания было недостаточно.
Мои руки трясутся, когда я цепляю их в замок перед собой и пытаюсь как-то сдержать слезы. Я чувствую пустоту внутри себя, понимаю, что вот-вот потеряю мужчину, которого когда-то так сильно любила. Но уже нет сил бороться, нет сил продолжать эти бессмысленные отношения.
– Ты ее любишь? – вырывается из меня вопрос.
– Начинается… – недовольно произносит муж, – Рита не беси меня, давай без вот этих вот бабских соплей. И вообще, я устал, пойду спать. Завтра поговорим, как лучше сделать все и сказать нашим родным. Думаю, ты не будешь против, если я скажу, что вина на тебе за наш развод?
– С чего бы это? – возмущенно округляю глаза, – Это не я трахалась на стороне.
– Не ты, но оказалось, что я детей могу иметь, а ты нет. Поэтому будет проще всем сказать, что мы с трудом, но приняли такое решение. Расстаться из-за отсутствия у тебя возможности родить.
– У меня была возможность тебе родить детей, – рычу я, прижимая руку к животу.
– Но не родила, – поднимается Миша с дивана и ставит стакан на столик, – Я спать, займись выбором квартиры. Завтра подаю на развод, нас разведут быстро, так как делить особо нечего: детей нет, остальное все заработано мной. Дом и квартира эта куплена еще до брака, да и оформлены на мою мать. Так что ищи себе жилье, тем быстрее тем лучше.
И он выходит из гостиной, направляясь в нашу спальню. Нашу с НИМ спальню! Которая теперь стала только его, да и квартира теперь его. Моего тут только вещи и ребенок у меня в животе. Больше ничего.
Глава 5
Ночь проходит для меня кошмарно, а с учетом того, что у меня сегодня после обеда приемный день, то встаю никакая. Обычно я поднимаюсь рано, если не после ночного дежурства. Готовлю Мише завтрак, подбираю рубашку, галстук. Сегодня я полностью игнорирую его косые на меня взгляды, в которых вижу недовольство, но сижу и делаю вид, что спокойно пью кофе. Он вынимает из холодильника яйца, бекон и с ожиданием смотрит на меня.
– Я так понимаю, завтрака мне не ждать? – недовольный тон, прищуренный сердитый взгляд.
Раньше я бы уже вскочила с извинениями, но не сейчас. Даже не смотрю на него, слишком много чести. То, что произошло, между нами вчера, не вызывает во мне желание вести себя как раньше. Готовить ему завтрак, гладить рубашки. Сам, все сам или к новой жене иди.
– Понял, – холодно произносит муж, скользя по мне гневным взглядом.
Ставит на плиту сковороду и ищет масло.
Я встаю и выхожу из кухни, прихватив с собой кофе. Даже находится рядом с ним мне сейчас тяжело. Ночью я спала в гостиной на диване, Миша на это ни слова не сказал, хотя раньше обязательно делал мне замечание, когда я засыпала там под фильм или книгу.
– Так и будешь меня игнорировать? – выглядывает из кухни, сердито нахмурив брови.
– А что мне еще остается? – поворачиваюсь к нему, – Я так поняла, что здесь я нежелательный элемент, скоро другая хозяйка прибудет. Это она, а не я, будет тебе завтрак готовить, да борщи варить!
– Рита, перегибаешь, – муж подходит ко мне и прижимает к стене.
Ставит руки по обе стороны от моего лица, упирается кулаками в стену.
– Что ты от меня хочешь? – испуганно смотрю на него.
– Тебя хочу, – хрипло отвечает муж, – Всегда хотел и не собираюсь отказываться от всего этого.
Наклоняется, чтобы поцеловать меня, вжимается своими бедрами в мои. Я чувствую его возбуждение, вдыхаю все еще родной запах. У нас всегда с мужем в постели был ураган, страсть. Последнее время да, стало не хуже, но реже. Я списывала на усталость, а оказалось…
– Отойди от меня! – шиплю на него, упираясь ладошками в мощную грудь.
Но кто я, по сравнению с ним? Бабочка в лапах возбужденного зверя.
– Если мы с тобой разводимся официально – это не значит, что расстаемся, Рита, – дышит мне на ухо Миша и ведет губами по шее, – Я все еще хочу тебя и не собираюсь отказываться от нашей близости.
– Ты с ума сошел?! – пытаюсь вырваться, но меня сильнее впечатывают в стену.
– Нет, просто не понимаю, почему мы не можем встречаться после развода, – рычит мне в губы Миша, – Ты будешь одна, у тебя никого нет, почему бы не доставить друг другу удовольствие?