Папа, купи нам маму!

Глава 14

Выбегаю из дома, оглядывая парковку у подъезда, но не вижу нигде машину и Артема за рулем. Однако вот он стоит чуть в стороне, засунув руки в карманы, и внимательно смотрит на меня.

— Ты без машины? — спрашиваю его после приветствия. — Пойдём пешком?

— У меня нет машины, — равнодушно отвечает он.

— Можно поехать на моей, — предлагаю ему, но этим делаю только хуже.

— А ногами ходить вы уже разучились, Елизавета Николаевна? — переходит на официальный тон Артем. — Я бы прогулялся, погода хорошая.

— Извини, но не нужно придираться к каждому моему слову, я просто уточнила.

Нет, я не обижаюсь, но мне очень трудно с ним общаться. Артем постоянно закрывается, скрывает эмоции. Я не могу понять, что он чувствует рядом со мной, а мне это важно, так как лично я в какой-то счастливой эйфории плаваю. От того, что он рядом, оттого, что вижу его. И пусть без цветов, и пусть мы идем на расстоянии друг от друга, я хочу это исправить. Хочу, чтобы он стал другим, более внимательным, нежным. Почему-то я не сомневаюсь, что все это в нем есть. Где-то сидит глубоко внутри за бетонными стенами.

— Можно взять тебя за руку? — спрашиваю Артема, когда мы выходим на тротуар. — У меня каблуки высокие…

— Если собиралась гулять, нужно было надеть кроссовки, — усмехается Артем, а я от досады чуть ли не зубами скреплю.

— Может, я хотела тебе понравиться? — иду ва-банк.

— Зря, это невозможно.

— Почему? — обиженно смотрю на него.

— Потому что мне никто не нравится, а я не собираюсь делать что-то, чтобы понравится другим…

Останавливаюсь, Артем машинально делает пару шагов вперед и поворачивается ко мне.

— Что?

— Это одолжение, да? Ты же не хотел со мной идти в кино. Просто пожалел девушку, которая была чем-то сильно расстроена. Так вот, я облегчу тебе задачу. Можешь идти домой. Нет смысла портить себе и мне вечер. Я спокойно проведу вечер дома у телевизора, не принуждая никого через силу. Прощай.

Разворачиваюсь и иду обратно к дому. Злые слезы закипают на глазах, но я не позволю так с собой обращаться. У меня и так глаза на мокром месте после посещения Изольды, а тут еще и недовольство мужчины терпеть. Ну уж нет, я сегодня не в том настроении. И мне не нужно поблажек и снисхождения. Не хочет, нечего и начинать.

— Лиза, Лиз… — голос Артема позади меня, но я не оборачиваюсь.

Просто иду, игнорируя его крики.

— Да подожди ты, — быстрым шагом настигает меня, берет за плечи, разворачивает к себе. — Прости… Я виноват, правда. Просто день сегодня был какой-то… Суматошный, что ли. Я вел себя непозволительно, ты права. Нельзя было срываться на тебе. Хочешь, я возьму тебя за руку и пойдем куда скажешь.

Смотрю в его глаза, в которых первый раз вижу что-то кроме равнодушия. Это не жалость ко мне и не снисхождение. Он и правда считает себя виноватым, а это уже большой плюс для меня.

— Хорошо, мы недалеко ушли от дома, — киваю я, подхватывая его под локоть. — Можно я поднимусь к себе и поменяю туфли на кроссовки? Я не ожидала, что ты будешь без машины, извини.

— Без проблем, — улыбается он, сразу преображаясь. Ему очень идет улыбка. Оказывается, она у Артема такая открытая, обаятельная.

Дома быстро меняю обувь и стягиваю платье, которое зачем-то нацепила под пальто. Джинсы, джемпер красного цвета, белая курточка, и, подхватив серебристый рюкзачок, снова бегу к Артему, который стоит с тремя розами в руках.

— Когда ты успел? — удивляюсь я, принимая букетик из белых роз.

— У тебя магазин через дорогу, — смеется Артем и подставляет мне свой локоть. — Пойдем, а то на сеанс опоздаем.

— Вот это уже похоже на свидание, — хихикаю я, как влюбленная дурочка.

Мне дарили разные букеты: и огромные корзины, и шикарные цветы, что не обхватить руками, но этот букетик мне сейчас кажется самым прекрасным и милым, что я получала. И дело не в деньгах, Артем сейчас хорошо зарабатывает. Просто он, скорее всего, представил, как я буду с большим букетом сидеть в кино или идти по улице. Не думаю, что он на мне экономит, и, господи, о чем я вообще думаю сейчас?!

— Ты смотрела, какие фильмы сегодня? — спрашивает Артем, пока мы идем по парку в сторону кинотеатра.

— Нет, а ты?

— Тоже, значит, идем по принципу жребия или что останется?

— Все равно, а тебе?

— И мне все равно. Сто лет не был в кинотеатре.

Болтаем о всякой ерунде, начиная о работе и заканчивая кондитерской, в которую решили зайти после кино. Оба, как оказалось, любим сладкое, особенно все, что с шоколадом. По напиткам Артем предпочитает кофе, я чай. Мы неосознанно выбираем темы, которые не касаются ничего личного, но на удивление находим много общего в мелочах. Даже когда стоим у кассы в кинотеатре и выбираем, куда пойдем, наши желания сходятся.

— Ты, скорее всего, хочешь на какую-нибудь мелодраму, чтобы слезы потоком или любовь до небес, — усмехается Артем. — Но из ближайшего только новый фильм от Марвел. Затем идет триллер, но его ждать почти час.

— Обожаю фильмы Марвел, — честно признаюсь ему.

— Да брось, девушки не могут любить вот это все: железный человек, халк…

— Так ты в теме?! О боже, я тебя уже обожаю!

Смеемся и покупаем билеты на фантастику по комиксам. Фильм еще не начался, пока показывают рекламу, и мы быстро садимся на свои места, жаль, что не последний ряд.

— Попкорн не купили, — тихо посмеивается Артем.

— Да и ладно, — улыбаюсь я, нахожу в темноте его руку, теплую, со слегка шершавой кожей.

Сжимаю, ожидая, когда Артем уберет ее у меня, но этого не случилось. Чувствую ответное пожатие в ответ, и так и сидим весь фильм. Рука в руке, глаза на экран. Я чувствую его близость ярко, эмоционально. Вдыхаю едва уловимый запах морской свежести и лимона. Мне нереально хорошо рядом с ним, я пропала.

Глава 15

— Ты сегодня какая-то не такая, — мама смотрит на меня с улыбкой.

Я приехала к ним в гости, пока у меня выходной. Папа уехал на два дня на рыбалку, у них там какой-то свой клуб по интересам. Правда, я это не понимаю. В моем понятии рыбалка — это выехать на машине с палатками, остановиться где-нибудь в красивом месте на Истре, порыбачить, сварить уху. У папы всё по-другому. Элитная и закрытая туристическая база, банька, изысканный ресторан в деревенском стиле. Ну и стоимость всего этого космическая.

— Почему ты не поехала? — спрашиваю маму, отвлекая от своего идиотски счастливого вида. Не хочу пока рассказывать про Артема.

Мне кажется, что это моя тайна, которую пока не желаю делить даже со своими близкими, хотя язык так и чешется. После похода в кино мы разошлись по домам, Артем меня проводил и просто ушел, попрощавшись. И вот прошла неделя, в наших отношениях мало что изменилось, но всё же они стали более открытыми. Мы вместе ходили на обед в кафе у офисного центра, вместе выходили с работы, если Артем задерживался, что случалось нечасто. Но я и этим редким встречам была рада. Артем стал более разговорчивым и чаще улыбался, он словно столетний айсберг понемногу оттаивал, раскрывался передо мной.

— Почему ты с папой не поехала? — повторно спрашиваю маму, когда уходит домработница, которая принесла нам чай в белом фарфоровом чайнике, печенье, варенье и конфеты. Вскоре обещали принести пирожки, которые Антонина, наша кухарка, готовила просто великолепно. Такие маленькие, на пару укусов, а начинка очень вкусная: рыба, мясо, капуста, ну и сладкие. Поэтому мы с мамой пока пили чай с облепихой и ждали пирожки за разговором.

— А что мне там делать? — удивляется мама. — Мужчины уйдут в баню, будут там пиво пить с рыбой, разговоры о бизнесе вести.

— Там же еще парочка жен ездила, поболтали бы, в бассейне поплавали, — улыбаюсь я.

— Ой, не смеши меня, — отмахивается мама. — Какой бассейн? Вера приедет чуть ли не в вечернем платье, будет весь вечер про свои салоны и бутики рассказывать, Светлана под стать ей, на уме одни поездки. «Мы с Витенькой были в Европе, на этот раз в Нидерландах, какой разврат, какой ужас…»

Мама подражает своей как бы подруге, а мне смешно.

— Как будто никто кроме них в Европу не ездил, — фыркает мама, и Тоня выносит нам большое блюдо с румяными и ароматными печеными пирожками.

— Вот, угощайтесь, скоро беляши будут, — улыбается, ставя блюдо на стол, Антонина.

— Смерти моей хочешь, Тоня?! — притворно сердится мама, хватая еще горячий пирожок и откусывая. — У-у-у, какая тут диета!

Кухарка уходит, отпустив пару шуточек про правильное питание, а я молча пью свой чай.

— Ну так что, расскажешь мне, что у тебя случилось?

— Да нечего рассказывать, мама, — пытаюсь отвертеться я. — Просто познакомилась с одним мужчиной, и он мне нравится.

— Кто он, где и кем работает, москвич? — тут же сыпятся вопросы от мамы. — Вы уже серьезно встречаетесь, когда с нами познакомишь?

— Мама, стоп. — поднимаю руки вверх, будто сдаюсь. — Я ничего тебе пока не скажу, мы просто один раз сходили в кино.

— В кино? — удивляется мама.

— Ну а что тут такого, можно подумать, ты в свою молодость только в ресторанах время проводила, — усмехаюсь я.

— Нет, у твоего папы в то время не было денег меня по ресторанам водить, — посмеивается мама. — Но хотя бы немного расскажи о нем.

— Он мне нравится, — смущенно признаюсь я маме. — Но он невозможно молчаливый и закрытый. Я еле-еле протискиваюсь, с трудом налаживаю наше общение.

— И зачем тебе это? У тебя такие женихи были, Лиза. Еще не хватало за парнем бегать, — недовольно произносит мама. — Я тебе сколько раз говорила, мужчина должен тебя добиваться, а не ты его.

— Да знаю я все, но он мне очень нравится.

— Понятно, что ничего не понятно. Не хочешь говорить — не надо, но, если мужчина к тебе не проявляет интерес, не унижайся.

— Угу, — печально вздыхаю в ответ.

Остаюсь у мамы с ночевкой, уезжаю только в воскресенье вечером. От Артема ни звонка, ни сообщения. Писать первой не хочу, все же мамины советы не прошли даром. Одно радует, что увижу Артема на работе. Надеюсь, хотя бы там он не будет меня игнорировать?

В понедельник утром еду в клинику перед работой. Как бы мне ни хотелось, но крестная оборвала мне весь телефон за прошедшую неделю.

— Я приеду к тебе на работу и выпорю, если не сдашь анализы, — ругала меня Изольда. — Что за пренебрежение к своему здоровью.

— Не ругайтесь, тетя Изочка, я приеду, обещаю.

И вот пришлось ехать. Понимаю, что все эти дни пыталась забыть о своей проблеме, оттянуть неизбежное, но крестная права, нельзя так поступать со своим здоровьем. Если есть какая-то проблема, то я привыкла ее решать сразу, не откладывая на потом. На меня это не похоже.

Сдаю несколько анализов: кровь из пальца, из вены, затем еще кучу каких-то, что назначила Изольда, и иду на УЗИ.

— Приедешь ко мне в первые дни после окончания менструации. До этого позвони, я тебя запишу на радиоволновую биопсию. Проведешь у меня под наблюдением сутки.

— Я думала, что сразу смогу уехать домой.

— Нет, процедура пройдет под местной анестезией, отдохнешь у меня в отделении. А до этого я сделаю тебе кольпоскопию.

— Ты не слишком разошлась, тетя Иза, — ворчу я, пока вытираю гель с живота после осмотра.

— Я хочу все проверить, — поворачивается ко мне Изольда от экрана УЗИ.

— А в итоге мучаюсь я, — усмехаюсь, натягивая на себя кофточку с перламутровыми пуговками до воротника-стойка. Застегиваю, не глядя на Изольду.

— Ничего, лучше сейчас помучиться и все узнать, чем жить в неизвестности. И пожалуйста, Лиза, отнесись к этому серьезно. Я понимаю, что ты сейчас стараешься не думать о возможной болезни, но давай просто все проверим, хорошо? Мне так будет спокойнее.

— А уж мне-то как спокойнее, — улыбаюсь через силу. — Значит, в пятницу я сдаю анализ на биопсию?

— Да, результат будет через дней десять, четырнадцать.

— Ох, почти месяц ждать, — расстраиваюсь я. — Обязательно нужно такие сроки?

— Да, у тебя только прошел цикл, мы уже опоздали.

— Хорошо, я все сделаю.

— Пожалуйста, Лиза, не запускай. — строго говорит крестная. — Или маме твоей все расскажу.

— Не надо, я потом сама. Обещаю, что сделаю все, как скажешь.

— Вот и отлично, будь умницей, и все будет хорошо.

Глава 16

— В зоопарк?! — смотрю удивленно на Артема. — Ты хочешь погулять со мной в зоопарке?

— Не-то да? — растерянно ерошит свои волосы на затылке. — А куда ты хочешь?

Он поймал меня в коридоре в пятницу в конце рабочего дня. Я такая радостная, что обо мне наконец-то вспомнили, вначале и не поняла, куда он меня приглашает.

— Который на Баррикадной? — зачем-то уточняю я, когда и так все понятно.

— Ну да, а что не так? Можем на аттракционы сходить. — продолжает Артем, словно это в порядке вещей.

— Ну хорошо, зоопарк так зоопарк, — делаю радостное лицо, хотя внутри я совсем не улыбаюсь.

Один раз сходили в кино, несколько раз вместе пообедали и вот теперь зоопарк. Нет, я понимаю, что… Что? Конфетно-букетный период? Но он тоже должен быть другой. Сейчас я чувствую себя так, словно мы подростки, которых мама отпускает на пару часов погулять по городу, и развлечения у нас какие-то детские: кино, зоопарк… А должно быть ресторан, театр, на крайний случай романтичные прогулки в парке. Но в наших встречах романтикой даже не пахнет, от слова совсем. Эдак у нас до постели не дойдет дело в ближайшую пятилетку. Нет, я не прыгаю в кровать к первому встречному, но, как правило, если мужчине женщина нравится, он все ведет к одному. А мы даже не целовались еще. Ладно, придется потерпеть.

Однако все получилось совсем не так, как Артем, да и я планировали. Первую часть, посещение зоопарка, мы почти выполнили. Я умилялась, как и положено, глядя на белых медведей в большом вольере, восхищалась полосатому, как зебра, тигру, посмеялась над обезьянками. Артем не сказать, что был в диком восторге. Я вообще не поняла, откуда у него эта идея с зоопарком.

Когда вышли оттуда, я предложила пройти немного погулять. Погода была хорошая, вечерняя Москва играла огнями, и Артем первый раз никуда не торопился. Он рассказывал мне про свои студенческие годы, которые в основном состояли из олимпиад, в которых он участвовал. Уже тогда у него довольно хорошо работали мозги, и потом его взяли в очень солидную компанию.

— Но почему ты ушел? — удивлялась я, когда услышала название.

— Работа отнимала все мое время, в том числе и свободное. Я понял, что скоро прорасту корнями на своем кресле, если не уйду оттуда. — вполне серьезно объяснял причину ухода Артем.

— Так у тебя там такие возможности были, наверняка и карьерный рост светил?

— Было, да, но… Все это неважно, Лиза. Это в прошлом.

И тут ливанул дождь. Самый настоящий ливень, который вмиг намочил нас до нитки. Этот дождь можно было буквально пить, словно тебя окатили из ведра и льют не прекращая. Артем потянул к ближайшему кафе, а я в другую сторону.

— Побежали, тут мой дом недалеко! — предложила я, и мы понеслись, ступая прямо в лужи, загребая своими кроссовками воду. У меня так внутри хлюпала вода, что я уже мысленно попрощалась с новенькими белыми кроссовками, которые так мне понравились.

В мой подъезд забежали смеясь, пытаясь хоть где-то укрыться на время от дождя. Тот уже не лил стеной, но все еще был сильным. Я мокрыми пальцами достала из сумочки ключи от квартиры и открыла, впуская нас внутрь. В квартире, как и на улице, было уже темно, и моя рука потянулась к выключателю, но цели своей не достигла. Артем перехватил мою ладошку и прижал к своей мокрой футболке на груди.

— Лиза… — произнес он хрипло, тихо, но так, что у меня моментально пересохло во рту, а сердце забилось как у испуганного воробушка.

— Артем…

Почему у него такие горячие губы? Почему у меня ледяные? Мы вместе бежали под дождем, а сейчас буквально впились друг в друга губами и сплелись телами. Мокрая одежда трещит по швам, волосы липнут к лицу и голым плечам. Почему его прикосновения меня обжигают и словно бьют разрядами тока? Почему я целую его так, словно он мой последний мужчина на земле?

— Лиза…

— Артем…

Шепот, стоны, сдавленное рычание и тихие вскрики бессвязных слов. Я совершенно потерялась в этом мире. Я чувствую только его руки на моем теле, только губы. Я плавлюсь под ним, отдаюсь голодному ритму, который сводит меня с ума. Что же ты делаешь, Лиза? Ничего, я просто люблю.

А потом почти горячий душ, где мы больше целуемся, оставляя слова на потом. Мне кажется, что оба боимся говорить, чтобы не спугнуть эту минуту, которая настолько вдруг стала интимной, личной. Будто одна стена между нами рухнула, а вторая того гляди появится. Ведем себя так, словно ничего не случилось. Я предлагаю чай, Артем соглашается. Выходит на кухню в моем банном розовом халате, который вызывает у меня смех. Халат короткий, намного выше колен, рукава по локоть и едва сходится спереди. Нашу одежду я засунула в сушильную машину. У меня есть хотя бы сорок минут, пока Артем оденется и уйдет, а что именно так будет, я не сомневаюсь.

Чай пьем практически молча, бросая друг на друга осторожные взгляды. И я, и он еще в шоке оттого, что случилось. Я в радостном возбуждении, но стараюсь это скрыть, а Артем больше хмурится, словно думает о чем-то.

— Жалеешь? — не выдерживаю я этой напряженности, и Артём удивленно приподнимает брови. — Ты жалеешь о том, что случилось?

Киваю в сторону открытой двери в спальню, где видна разобранная постель, свидетельство нашей близости. От его ответа зависит многое. Если он скажет, что не жалеет, я, скорее всего, не поверю, подумаю, что Артем врет. Ну а есть пожалел, то тут ничего сделать нельзя. Мы продолжаем или разбегаемся. Но Артем и тут удивляет меня.

Долго смотрит, словно оценивает, затем произносит:

— Прости, это я сорвался. Давно женщины не было…

И вот как тут реагировать?! Первая реакция плеснуть ему чаем в лицо, что я и делаю совершенно машинально.

Глава 17

— Заслужил, — Артём берет салфетку со стола и вытирает лицо. — Хорошо, что чай немного остыл.

Улыбается гад, а мне его треснуть хочется по лбу. Так взять и хорошенько ладонью приложить.

— Прости, само вырвалось, правда.

— И ты меня прости, но сам понимаешь, за такие слова…

— Да знаю, у меня плохо последнее время с ухаживаниями, — он усмехается, а я встаю, подливаю нам чай. — Всё хорошо, правда. Я просто одичал немного.

— Заметно, — хмыкаю я.

— Спасибо за чай, я пойду? — встает из-за стола и вопросительно смотрит на меня.

— Можно подумать, если я скажу «не уходи», то ты останешься? — тоже встаю и иду за ним в прихожую.

— Не сегодня, — улыбается Артём и обхватывает меня за талию, притягивает к себе. — Но я теперь точно знаю, где ты живешь и номер твоей квартиры.

Его губы почти касаются моего ушка, а слова звучат как музыка. Значит, продолжение будет! Я так надеялась, что наши встречи продолжатся. Не жду ничего, просто пока плыву по течению. Мне не нужны какие-то обязательства, я хочу его видеть, встречаться с ним, любить его. Большего пока не нужно.

— Буду ждать, — так же шепотом отвечаю ему и целую.

Поцелуй захватывает и снова распаляет нас, да так, что Артём делает шаг к спальне, увлекая меня, но затем останавливается. Еще раз целует и отстраняется.

— Прости, мне правда пора, — я вижу в его глазах сожаление и желание.

Артём и правда бы остался, но почему-то уходит. Неужели его дома кто-то ждет?

— У тебя… Есть… Девушка? — решаюсь задать вопрос, который меня мучает уже давно.

Но, а что еще может быть, если не это? Куда может все время спешить мужчина, если не женат?

— Нет, я тебя не обманываю, но мне нужно домой.

Я почему-то верю ему, а что мне еще остается? По глазам вижу, что не врет. Да и вообще мне кажется, что Артём не способен на ложь, откуда у меня такие убеждения, понять не могу.

— Хорошо, сейчас вещи принесу.

Ухожу в ванную и со злостью смотрю на сушильную машину. Эта техника сегодня против меня, уже закончила свою сушку. А мне так хотелось, чтобы Артём побыл еще немного. Нужно было поставить часа на три в щадящий режим, а я, дурочка, выбрала самый быстрый.

Артём быстро переодевается и уходит, предварительно еще раз поцеловав меня. Мы не договариваемся о новой встрече, не даем никаких обещаний. Эта неопределенность меня напрягает, и я чувствую, что уже скучаю по Артёму. Рядом с ним мне хорошо, спокойно. Я словно наполнена силой, счастьем, а сейчас опять навалилась тоска. Снова ждать следующей встречи.

Падаю на кровать, обнимаю подушку, на которой лежала голова Артема, вспоминаю до мелочей, что было между нами. Это какой-то ураган, вихрь страсти. Хотя понятно почему: ни у него, как он признался, ни у меня давно не было партнера. Не думаю, что Артем соврал, это сразу видно. О чем я думаю вообще?! Даже если у нас будут в скором времени свидания, я не смогу ответить близостью. Изольда ясно дала понять, что на какое-то время мне придется хранить целибат. Ох, может, пустить все к чертям? Пусть будет, что будет? Но нет, нельзя. Прежде всего мое здоровье, а все остальное потом.