- -
- 100%
- +
Ставлю стакан на стол, промахиваюсь, он падает на землю, остатками воды забрызгивая и туфли красотки.
— Хорошо же у вас встречают гостей! — визжит Лика.
— Истеричка, — цежу сквозь зубы, закрываю рот ладонью и бегу в дом.
Мне уже наплевать, что обо мне подумают гости. Я хочу скрыться, исчезнуть, раствориться в воздухе, превратиться в комара и выпить всю кровь у предателей. Но мне нужны силы!
В ванной комнате запираюсь, прислоняюсь к стене и сползаю по ней на пол.
«Что делать? Как быть? Выйти и высказать все в лицо этим людям? А если я ошибаюсь? Вдруг эта Лика вовсе не любовница, а дочка друзей? Пока, кроме вещей в рюкзаке, нет никаких доказательств. Да и вещи могут быть Глеба. Надо спросить у него напрямую», — эти мысли терзают мою голову, жгут ее каленым железом изнутри.
— Юль, что случилось?
От стука в дверь вздрагиваю: Мишка. В его голосе искреннее беспокойство и любовь. Ну, не ведут так себя те, кто изменяет, не ведут!
— Я сейчас! Что-то плохо стало.
— Ты странная сегодня.
— Просто устала, день был тяжелый.
— А может, того…
— Ты о чем?
— Ну, пмс. У вас же у женщин бывает.
— Нет, все нормально. Иди к гостям. Там эта Лика в истерике бьется.
— Уже не бьется, не обращай внимания. Она хорошая девчонка, молодая только.
Ишь ты, сволочь! Еще и защищает ее! Не могу сейчас разговаривать с мужем, не могу. Мне нужна передышка.
— Миш, я поеду домой.
— Ты что! Я одну тебя не отпущу в таком состоянии! — вскрикивает он. — А как же праздник? Гости? Юль, полежи немного в спальне. Как станет легче, выходи.
Слышу удаляющиеся шаги и выдыхаю, словно тяжесть с себя сбрасываю. «Полежи в спальне, — мысленно передразниваю мужа. — Ага! Сейчас! А ты тут развлекаться будешь? Не выйдет!»
Смываю косметику, плещу в лицо холодной водой, осматриваю себя. Взлохмаченная, с потухшим больным взглядом и мешками под глазами, еще и платье — это серое. Мне казалось, что жемчужный цвет самый удачный для праздника, а теперь…
Нет, так дело не пойдет!
Резко открываю дверь и поднимаюсь на второй этаж, где наша с мужем комната. Распахиваю шкаф, оглядываю содержимое. Здесь висит одежда для отдыха, яркая, летняя, открытая.
Ну, что ж! Раз выбирать не из чего…
Я стягиваю платье, бросаю на пол. Остаюсь в нижнем белье, разглядываю вешалки и вдруг ловлю свое отражение в зеркале. Поворачиваюсь то одним, то другим боком: и чем я Мишке не угодила? Фигура стройная, талия тонкая, ноги ровные, щиколотки как у балерины, не зря в школе танцами занималась.
Грудь, правда, немного маловата, ладошкой можно накрыть, но я и сама не гигант. Для моей комплекции смешно было бы иметь титьки третьего размера, как у этой, Анжелики.
Неужели Мишку на молоденькое мясцо потянуло?
Натягиваю джинсовые шорты, розовый топ на бретельках, секунду думаю, потом снимаю бюстгальтер. Пусть к моим торчащим соскам будут притянуты взгляды всех мужиков, плевать! Зато любимый стойку сделает, почувствует опасность.
Убираю волосы в высокий хвост. Жирно подвожу глаза, крашу губы ярким блеском. Что ж, теперь и я похожа на малолетку. Посмотрим, кто кого!
С боевым раскрасом поднимается настроение. Выскакиваю из спальни, вприпрыжку спускаюсь вниз. Только хочу взяться за ручку двери, как она открывается, и на пороге появляется Тарас.
Он ошарашенно смотрит на меня, и вдруг хватает за руку и толкает в боковую комнату.
— Что ты себе…
— Ш-ш-ш, — шипит студент и зажимает мне рот рукой.
Входная дверь хлопает, кто-то еще входит в дом.
Глава 10
Я напрягаюсь, задерживаю дыхание, прслушиваюсь к шагам. Вошли двое, но понять, кто это, невозможно, огромный китайский ковер, лежащий в холле, заглушает звуки.
Тарас стоит рядом, возвышается почти на голову. Он еще выше Мишки, такой большой, сильный, надежный.
Но и муж мне казался надежным, а что теперь? Неужели у каждого красивого мужика гнилое нутро? Вспоминаю пальцы Виктора на своей шее и вздрагиваю.
— Замерзли? — шепотом спрашивает Тарас.
Разглядываю снизу его волевой подбородок с ямочкой посередине, вдруг соображаю, что мы находимся близко друг к другу, слишком близко. Мгновенно вспоминаю, что на мне нет бюстгальтера и сжимаюсь.
— Отпусти меня, — прошу тихо. — Они ушли.
— Вы уверены, что хотите выйти?
Тарас снимает руки с моих плеч и делает шаг назад. Он тоже взвинчен, глаза сверкают в полумраке. Сумерки. И когда наступили, даже не заметила.
— Ну, не прятаться же с тобой в темноте? Если заметят, неправильно поймут.
— Юлия Геннадьевна, что происходит?
— Ты хочешь поговорить о машине? Сейчас? Извини, я была не в себе.
— Вы так легко это говорите, — усмехается углом рта, — словно каждый день угоняете чужие авто.
— Я же просила увезти меня подальше, ты не захотел, — начинаю нападать, мне совсем не хочется сейчас с ним разбираться.
Душа горит, что там делает Мишка? Почему не ищет меня? А вдруг он с этой Анжеликой?
Богатое воображение тут же рисует картину: вот они стоят, тесно прижавшись. Его рука ласкает ее большую грудь, а она извивается от наслаждения.
Из горла вырывается стон, я закусываю губу. Тарас понимает мое страдание по-своему.
— Забудьте вы о машине. Сам справлюсь.
— Вот и отлично, — берусь за ручку двери.
— Вы уходите? В таком виде?
Тарас окидывает меня взглядом с ног до головы.
— А что с ним не так?
— Но… это не ваш стиль. Какой-то подростковый.
Раздражение закипает в груди, все мужики одинаковые! Им не угодить!
— Слушай, ну что ты ко мне пристал? Не лезь в мою жизнь!
— Я переживаю за вас, — он кладет пальцы на мою ладонь и снимает ее с дверной ручки. — Подождите немного. Вдруг вас увидят.
— Господин Полонский!
— Вы знаете мою фамилию? — улыбается красивым ртом. —Я впечатлен.
— А ты думал я не поинтересуюсь студентом, который ходит на мой курс, но в списках не значится?
— И все же, Юля… Юлия Геннадьевна, не выходите так.
— Не твое дело!
—Я понимаю, вы хотите спровоцировать гостей и родственников, чем-то они вам насолили, но в таком виде лишь почувствуете себя еще больше униженной.
— О боже! Откуда ты, морализатор, свалился на мою голову?
— Юля…
— Ах, Лидочка! Я так тебя понимаю!
От громкого женского голоса мы оба вздрагиваем. Он раздается рядом с комнатой, где мы прячемся. Только сейчас я понимаю, что мы находимся в спальне свекров. Паника захлестывает разум, я дергаюсь, не знаю, куда бежать и где прятаться.
Но Тарас притягивает меня к себе и прикладывает палец к губам.
— Представляешь, Марина, вот так я и живу! У невестки ни состояния, ни достойного воспитания. А что она сегодня устроила за столом! До сих пор уши горят. Перед гостями стыдно.
Я замираю, глаза наполняются слезами. Что за день сегодня! Неужели до кучи услышу откровения свекрови обо мне? Тарас успокаивающе гладит по плечу, я прижимаюсь к его крепкому телу спиной, появляется чувство защищенности.
Скрип ступенек, шорох шагов, кто-то трогает ручку двери, она поворачивается. Студент тянет меня к окну, закрытому плотной органзой.
Как глупо! Окно выходит в сад, а там гости. Если включить свет, все увидят парочку за стеклом.
Но повинуюсь. Тарас толкает меня за штору, сам застывает рядом, и в этот момент дверь распахивается и зажигается свет.
— Нет, Лида, согласись, Юля — красивая девушка. И работа у нее достойная.
— Ой, не смеши! Да кому нужен испанский язык в этом богом забытом университете?
— Моя Анжелика там учится.
— Мариша, прости, прости, — я слышу, как отодвигается дверца шкафа. — Посмотри, может быть что-то подойдет твоей девочке. Нет, я в себя прийти не могу! Как посмела эта деревенщина залить водой такое дорогое платье! Правду говорят, в тихом омуте черти водятся.
Я шевелюсь, не в силах выдержать унижение, хочу выйти. Тарас сжимает мои пальцы.
— Потерпи немного. Хуже будет, если покажешьсяим на глаза, — шепчет он.
— Лида ты слышала?
— Что?
—Голос. Мне показалось, что в комнате кто-то еще есть, кроме нас.
«Все, это конец! Сейчас застукают!» — бьется в висках паническая мысль.
— Нет, все веселятся у бассейна.
— А куда пропала Юля?
— Юля? Не знаю, — свекровь говорит растерянно. — Погоди, — шорох, шебаршение, — Миш, а где твоя жена?
«Ясно, звонит по телефону», — выдыхаю облегченно.
Чувствую твердые пальцы Тараса, пожимаю их в ответ.
— Ну, где она? — спрашивает Марина.
— Миша говорит, что она отдыхает в своей комнате. Надо проверить.
— Да, согласна. Я возьму этот жакетик, ты не против?
Женщины выходят, мы еще минуту стоим, не двигаясь, наконец Тарас отодвигает штору и выводит меня за собой.
— Может, объясните все же, что здесь происходит?
Я смотрю на него, и все, что накопилось за этот день в душе, выплескиваю в трех словах:
— Мне… изменяет… муж.
Тарас будто получает удар кулаком под дых. Он вздрагивает всем телом, складывается пополам, задерживает дыхание. Я пугаюсь.
Что с тобой?
— Твою ж! — вырывается у него, он сжимает челюсти так, что появляются желваки. — Я его убью эту скотину.
Он бросается к двери, я опережаю его, ныряю под мышку, закрывая спиной выход.
— Нет, не смей! Я сама!
— Ты еще и защищаешь эту скотину?
Он яростно бьет кулаком в стену, попадает в картину. Стекло разбивается, замирает на секунду. Тарас реагирует мгновенно: закрывает меня собой от осколков. Мы оба дрожим от пережитого стресса.
—В скандале нет смысла. Все те люди, — машу в сторону лужайки, — об измене Мишки знают. Только я, идиотка блаженная, жила в иллюзии!
Долго сдерживаемые слезы срываются с ресниц, Тарас вытаскивает из кармана платок, вытирает их.
— Ну, тихо, тихо! Поплачь, если хочется, поплачь!
Я хватаю студента за футболку, поднимаюсь на цыпочки.
— Тарас, умоляю! Помоги мне им отомстить!
Глава 11
Как только я попал на этот праздник, сразу почувствовал, что атмосфера здесь странная. Нет, на первый взгляд все, как обычно: музыка играет, гости веселятся, Галина, сдобренная порцией алкоголя, висит на мне, как груша. Я другого и не ожидал, как даже не предполагал, что столкнусь здесь с Юлей.
Но она ведет себя настолько странно, что чувствую, как в груди закипает огонь. В ее словах и поступках есть обреченность, словно она перешла некую черту.
Еще за столом я замечаю, что она ест как автомат, забрасывает в рот огромные куски и глотает, не жуя. Мертвое лицо, потухший взгляд, угнанная машина, нож в кулаке плюс этот хулиганский поступок, когда она прыснула в лицо водой Анжелике.
Ясно: что-то случилось и настолько серьезное, что интеллигентная и нежная принцесса превратилась в потерянное существо с взлохмаченными волосами.
Весь вечер я задаюсь этим вопросом, пытаюсь вывести на разговор Галину, но секретарша все больше хмелеет и становится развязнее.
Я оглядываюсь.
Юля куда-то убежала и пропала. Ее муж, вместо того, чтобы пойти за женой, в это время успокаивает истеричную гостью. Он крутится вокруг нее как волчок. Я вспоминаю, что видел эту девчонку в коридорах университета.
Она и к Юле кинулась как к старой знакомой, назвав по имени-отчеству, вот только той это совсем не понравилось. У меня складывается впечатление, что между этими тремя есть какая-то связь.
Но какая?
И тут Анжелика замечает меня. Ее глаза округляются, словно она увидела чудо из чудес, а пухлый ротик мгновенно перестает изрыгать проклятия. Они отталкивает Михаила и с широкой улыбкой идет к моему столу. Ей уже совсем не мешает мокрое платье.
— О боже, какие люди! — восклицает она. — Не ожидала, что тебя здесь встречу. Кажется, ты Тарас?
— Когда кажется, крестись! — тут же вскакивает Галина. — Этот кавалер со мной.
Она огибает стол и плюхается ко мне на колени, обняв за шею и всем видом показывая, что я ее собственность. В другое время я скинул бы ее сразу, но сейчас терплю: она знакомое зло, а вот красотка Анжелика, играющая всем телом, чтобы привлечь мое внимание, неизвестное.
— А не старовата ты для него? — кривит губы студентка. — Поистаскалась по барам и клубам.
— Ты что мелешь, дура? — вскидывается Галина.
Анжелика стоит расслабленно, нисколько не пасуя, и усмехается.
— Да весь универ знает, где ты шатаешься вечерами. Хочешь липнуть к парням, походи сначала на фитнес, массажик, процедурки, убери провисания, глядишь, кто-нибудь и клюнет.
— Как ты смеешь, малолетка, мне указывать?
Галина вскакивает, я облегченно вздыхаю и тоже встаю: совершенно нет желания участвовать в бабских разборках.
Черт! Где же Юля?
Чувство тревоги все растет. Обхожу сад, заглядываю в каждый уголок, сворачиваю за дом и вдруг натыкаюсь на парочку.
—Мика, — доносится капризный голос, я дергаюсь, узнав его, —твоя сучка залила мне платье.
— Зая, я куплю тебе новое.
— Мне нравилось это.
— Куплю такое же. Иди ко мне.
— Не хочу, ты подкаблучник, Мика. Побежал за ней на полусогнутых.
— Она моя жена.
— Когда ты уже с ней разведешься?
— Скоро. Иди ко мне.
— Отстань.
«Как это понимать? — ногти впиваются в ладони. — Михаил и Анжелика? У них связь? А как же Юля? Вот ублюдки!»
Делаю шаг вперед, спотыкаюсь, хватаюсь за куст. Парочка испуганно сбегает. Я начинаю понимать, что происходит, но еще до конца не могу поверить в услышанное. А вдруг и Юля это видела?
Открываю дверь в коттедж и замираю: Юля спускается по ступенькам, но это уже совсем не она. Передо мной появляется шальная девчонка в коротких шортах и розовом топе. Ее яркий макияж, немного развязные движения, и соски, оттопыривающие ткань топа, бьют по чувствам, будто кувалда по наковальне. Мозги кипят, а мое естество делает стойку.
От панического бегства спасают шаги на крыльце. Я хватаю девушку и толкаю ее в ближайшую комнату. Мы замираем, слушаем разговор двух женщин, гадкий и неприятный, но близость Юли сводит с ума, ее запах будоражит, вызывает волнение, я почти не вникаю в слова дам, чувствую только, как Юля напрягается в моих руках.
И вот теперь она говорит мне страшные слова, подтвердив, что знает об измене мужа. Первый порыв — выскочить из дома и хорошенько вмазать в красивую физиономию стоматолога, гаснет на корню: Юля вцепляется в мою руку и не пускает.
— Я не хочу скандала!
— Но почему? Это неправильно!
Меня трясет от возмущения и злости. Внутри разгорается пламя, кажется, что этот огонь испепелит душу дотла. Как посмел этот мудак изменить такой идеальной женщине, как Юлия Геннадьевна? Как посмел? Чего ему не хватало? Красивая, уравновешенная, умная, ни разу не видел ее в плохом настроении, никогда она не срывала раздражение на других.
Я бью кулаком по стене, попадаю в картину. Стекло рамы покрывается мелкими трещинами, едва успеваю закрыть Юлю от осколков, всего трясет от страха за нее. Но она словно и не замечает ничего, умоляет:
— Помоги мне отомстить.
Я замираю с поднятой рукой, в которой зажимаю носовой платок. Мы стоим в темноте комнаты и оба тяжело дышим. В голове крутится множество мыслей.
— Как ты хочешь отомстить? — спрашиваю осторожно и отодвигаюсь.
Понимаю, что человек в состоянии аффекта на многое способен, но, если она сразу не устроила скандал, не разобралась с мужем и соперницей, значит, хочет сделать что-то другое. Но что?
— Я его люблю, — судорожно всхлипывает она, — л-любила. Не знаю… сердце болит… не могу больше выносить эту муку…
Опять протягиваю ей платок.
— Тогда выскажи ему все в лицо и уйди, хлопнув дверью.
— Куда? — она смотрит на меня блестящими глазами. — Я живу в его квартире.
— У тебя подруги есть?
— Галка, но она тоже меня предала.
— Вот стерва! — скриплю зубами, растерзал бы эту гадину своими руками. — Хорошо, как вариант — отель.
— Нет. Я же пять лет строила свое гнездышко, не могу это вот так просто бросить.
— Поехали ко мне, и пусть он побесится, когда поймет, что потерял тебя.
— Не хочу.
— Тогда чего ты хочешь?
— Отомстить.
Так, разговор заходит в тупик. Я понимаю: Юля все еще в шоке, просто он переходит в стадию растерянности: «поди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю, что». Еще и болтовня двух старых сплетниц добила.
— Хорошо. Предлагаю первый шаг мести.
— Какой? — Юля встряхивается, вытирает глаза, расправляет плечи.
— Мы сейчас уезжаем. Тихо, по-английски, не прощаясь, и пусть твой муженек подергается. Согласна?
Глава 12
Предложение Тараса ставит в тупик. Я никогда не была склонна к решительным действиям, может, поэтому свекровь считает меня бесхребетной размазней, недостойной ее сына.
В голове тут же заметались сомнения. «А если Миша обидится? Ты ни разу так не поступала. Вдруг он расстроится, ты испортишь ему праздник», — нашептывал мне внутренний голос. Сама ситуация, что я прячусь в темной спальне свекров с посторонним мужчиной уже наполняла душу неосознанным страхом.
«Эй, блаженная, встряхнись! — завопила самооценка. — Эти люди унизили тебя, муж растоптал самолюбие, а ты его еще и жалеешь? Точно идиотка!»
Я глубоко вдыхаю и неожиданно улыбаюсь.
— Д-да, я сначала так и хотела… на твоей машине. Но потом… испугалась…
— А если ты уедешь со мной, — продолжает Тарас, — будет дергаться и подруга.
Мне определенно нравится эта мысль, так и хочется крикнуть: «Говори-говори!»
— Точно. Она еще спрашивала меня, не хочу ли я тобой заняться.
— Даже так? — Тарас наклоняет голову и с любопытством смотрит на меня. — И что ты ей ответила?
— Не важно, — ворчу, чувствуя, как щеки заливает краска
Удивительное дело, разговаривая с ним, я успокаиваюсь, расслабляюсь, начинаю думать о чем-то, кроме измены Мишки.
— Помнишь, эти леди хотели проверить тебя в спальне?
— Д-да.
— Наверняка они уже поднялись наверх, но тебя не обнаружили.
— Грустно все это, — судорожно вздыхаю, сердце будто скукоживается, а ребра, наоборот, сжимаются и не дают сделать полный вдох, губы дрожат. — Никто даже не всполошился.
— Вот и ты в голову не бери. Поехали?
Как-то незаметно неловкое «вы» сменилось на дружеское «ты».
— Я сейчас, только сумку возьму и переоденусь.
— Погоди секундочку.
Тарас идет к окну, под подошвами хрустят осколки стекла. «Вот удивится свекровь, когда вернется и включит свет! — появляется злорадная мысль. — Подумает, что воры залезли».
Мне уже начинает нравиться предложение Тараса, а в голове зреет идея. Нет, прощать я не намерена. Шок и растерянность пройдут, и начну действовать.
Тарас отодвигает штору, я вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть, что творится на лужайке. А там как ни в чем ни бывало продолжается торжество. Слышатся веселые крики, смех, несколько пар кружится в танце, мелькает белое платье Анжелики, Мишка крутится рядом. С горечью в сердце понимаю, что я чужая на этом празднике жизни. Нет смысла держаться за квартиру, уютное гнездышко, мужа. Но я ни за что не уйду без сражения! Это теперь знаю точно.
— Все тихо, — Тарас поворачивается ко мне. — Я буду ждать тебя у проходной. Ты там оставила мой Ровер? — киваю. — Сможешь выйти из дома незаметно?
— Постараюсь.
Тарас первый выскальзывает из спальни. Я немного задерживаюсь. Слышу, как стучат его каблуки по плитам крыльца, жду еще несколько мгновений и тоже выхожу. Перепрыгивая через две ступеньки, поднимаюсь в комнату, скидываю шорты и топ, надеваю джинсы, футболку, темную куртку. На голову цепляю черную бейсболку, заправив внутрь волосы. Черную кошку в темной комнате разглядеть невозможно, только вот крыльцо и лужайка ярко освещены.
Хватаю сумку, в подсобной комнате выключаю электричество. Мгновенно везде гаснет свет, раздаются взволнованные крики. У меня есть несколько секунд, чтобы сбежать. Я выскакиваю из коттеджа, пулей слетаю с крыльца, сворачиваю за угол и, скрываясь за кустами сирени, пробираюсь к ограде.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.