Мой босс – мой враг?
- -
- 100%
- +
– Как что? Позвонил этот козел, Степка, и ты сразу, без предупреждения отключилась, представляешь? Сразу! А ведь ты его не видела, он к тебе не прикасался, не приставал. Я чуть с ума не сошла!
– А он что? – переспрашиваю я и забываю закрыть рот от удивления.
Слова подруги не только вызывают шок, но и заставляют задуматься. Это новый поворот в моем состоянии. Получается… Не хочется думать о том, что следует из этого открытия.
– Кто? Степка? Разве я знаю? Не до него было, когда тебя спасала. Вот перед тем, как ты очнулась, как раз и смотрела, откуда он звонил.
Я вытаскиваю телефон, но вижу только незнакомый номер. Набираю его и с замиранием сердца долго жду ответа. Наконец сердитый мужской голос отвечает:
– Исправительная колония, дежурный…
Тут же жму на кнопку отключения звонка. Во мне все дрожит от напряжения и страха.
– Ну? Что там? – почему‑то шепотом спрашивает Линка.
– Из колонии звонил.
– Фу! – подруга вытирает пот со лба. – Слава богу! Я думала, он уже вышел.
– Я тоже испугалась.
– Видишь, какую реакцию у тебя вызывает этот гаденыш только своим голосом. А если появится на горизонте?
О такой перспективе я не задумывалась, поэтому вздрогнула, живо представив Степана рядом со мной.
– Лин, запиши меня к психологу. Только к очень надежному. Надо что‑то делать, согласна с тобой.
– Ура! Наконец‑то созрела!
Это решение даётся мне с трудом. Рассказать постороннему человеку о своих проблемах – тот ещё квест. Нужно признаться, что я скрыла правду от полиции, за компанию подставить Степку, вызвать ненависть тетки, а может, и мамы.
Конечно, врач должен соблюсти медицинскую тайну, но все же… Жить потом в постоянном напряжении: а вдруг раздастся звонок в дверь, и за ней окажется наряд полиции? Тогда я из жертвы мгновенно стану соучастницей преступления. Выяснить в телефонной компании, что я в тот вечер звонила Степану – пара пустяков, а вот доказать, что не просила его о помощи – невозможно.
С этими мыслями я ложусь в постель под бдительным взглядом Маши, которая уже в курсе дневных приключений: Линка постаралась расписать все в мельчайших подробностях. И хотя устаю до чертиков от сомнений и постоянной рефлексии, утром просыпаюсь рано, не могу спать в такой волнительный день. Маша кормит завтраком, но от волнения еда в горло не лезет. Подруга складывает пальцы и неумело крестит меня.
– Пусть удача тебе улыбнётся.
На остановке, как всегда, много народу. Что поделаешь, час пик, все спешат на работу. Пропускаю один автобус, другой, борюсь со страхом и не могу решиться войти, а время уходит. Ещё раз заглядываю в кошелёк. Нет, на такси потратиться не могу, иначе придётся сидеть без денег. Занимать у Линки – неудобно, она и так вчера меня опекала. А больше не у кого. Маша сама едва перебивается, а просить у тетки – ни за что! Не хочу опять попасть в кабалу.
Автобус выныривает из‑за поворота, переполненный людьми. Глубоко вдыхаю и бросаюсь в толпу, как на баррикаду. Стараюсь попасть между женщинами и детьми, еле протискиваюсь в переполненный салон. Толпа сзади нажимает и вдавливает меня в окно. Так и еду почти до нужного места, прижавшись лбом к стеклу и не оглядываясь. Хорошо, что форточки открыты, они и спасают от жары, иначе появлюсь на собеседовании мокрая от пота и буду чувствовать себя неловко.
«Надо было такси вызвать», – запоздало упрекаю себя, но в то же время и радуюсь: сумела преодолеть страх.
На перекрёстке водитель тормозит. Рядом с автобусом останавливается роскошная машина премиум класса.
– Мазерати! – восхищенно говорит кто‑то.
– Где? Где? Покажите!
– У кого‑то деньжат немеряно, – ухмыляется мужчина в шляпе, стоящий слева.
Кошусь на соседа глазом. Вроде бы приличный, но близко стоит.
Совсем рядом.
Шевельнусь, и задену его локтем.
Взглядом упираюсь в глянцевые бока авто, сияющие под лучами утреннего солнца.
«Мужиков вокруг нет! Нет! Нет!» – внушаю себе, и (о счастье!) опять переключаюсь на разговор пассажиров автобуса.
– Да разве увидишь, кто там сидит, сквозь эту тонировку?
– И то верно!
Тут в автомобиле со стороны пассажира опускается стекло. В окно высовывается сначала девичья рука, которая выбрасывает на асфальт огрызок яблока, а потом и сама девушка. Ее длинные волосы развеваются на ветру и падают на лицо. Она отбрасывает их и смеётся.
– Что она делает? – возмущаются соседи по автобусу.
– Богатеньким все можно!
Внезапно к красавице наклоняется водитель, что‑то ей говорит, и стекло медленно едет вверх. Парень поворачивает голову, мелькает ёжик волос, волевой профиль, и я вскрикиваю…
– Девушка, что случилось? Вам плохо? – словно издалека доносится визгливый голос.
– Конечно, плохо! Видите, как она побледнела.
– Водитель, остановись! Человеку дурно!
Шум и крики со всех сторон окружают меня, и я наконец прихожу в чувство.
– Все нормально. Не беспокойтесь.
Но автобус уже паркуется у обочины. Двери раскрываются, заботливые пассажиры помогают мне выйти. Я растерянно провожаю их взглядом.
И что теперь? Идиотка, в каждом случайном парне вижу своего спасителя. Прикладываю руку к области сердца: оно все ещё бьется, как бешеное. Ещё бы! Получило внезапно такую порцию адреналина от бестолковой хозяйки.
Трясу головой, прогоняя мелькнувший образ. У меня собеседование. Это на сегодня главная цель. Смотрю на часы: время ещё есть.
Оглядываюсь: в двух шагах от тротуара расположено кафе. Нужно прийти в себя. До здания компании всего несколько кварталов, дойду пешком, не опоздаю.
Заказываю кофе и сажусь за столик у окна, а мысли все крутятся, крутятся об увиденном.
Но как похож! Он или не он? Черт!
Наверное, не он. Я толком и не разглядела лицо своего героя. Маленькие фрагменты: темные волосы ежиком, чёрные глаза, китайская татуировка на шее, изображающая человечка: голова, кривые ручки и ножки. Я позже нашла ее в интернете и узнала, что она обозначает «огонь».
Отодвигаю рукав жакета и смотрю на похожее тату, которое специально выколола на запястье, чтобы напоминать себе об осторожности.
Черт, Лина сто раз права! Пора навестить психолога. Пора!
«Пойду на прием, если пройду собеседование, – даю себе обещание. – Точно! И избавлюсь от тату». На душе сразу становится легко. Хочется раскинуть руки, подняться на носочки и взлететь. Забыть! Забыть, как страшный сон, тетку Зину с ее сыном‑бандитом, банду отморозков и… моего спасителя.
Все, решено! Начинаю новую жизнь, все к тому идет. Впервые за пять лет я чувствую уверенность в себе и вижу свет в конце тоннеля.
Редкие капли дождя падают на стекло. Заглядываю в сумку. Черт, зонтик остался в прихожей! Кажется, новое начало пойдёт под проливным дождем.
Ничего, небесная вода смоет прилипшую грязь и очистит тело.
Отодвигаю пустую чашку, вскакиваю: вдруг успею добежать до Сити‑центра, пока не начался ливень. Наклоняюсь за сумочкой и… замираю: мимо окна идёт мужчина в деловом костюме. Его голова скрыта под большим зонтом, я вижу только шею, а на ней знакомое тату.
Только что созданные планы новой жизни проваливаются в канализацию…
Глава 8. Женя
Что за утро сегодня?
Бегу к выходу и несусь за мужчиной, уже не обращая внимания на дождь. Человек уверенно шагает впереди, разговаривая с кем‑то по телефону через наушники. Одна рука занята зонтом, в другой – переноска для кофе на четыре стакана.
Вот мужчина останавливается – тоже замираю, а сердце в груди, кажется, выскользнет из клетки рёбер и запрыгает по дороге. Незнакомец идёт дальше – я за ним. Вдруг он поворачивается – налетаю на него и отпрыгиваю.
– Девушка, вы что‑то хотите?
Сквозь очки без оправы на меня смотрят строгие глаза взрослого мужчины. Его виски тронуты сединой, подбородок украшает аккуратная щетина.
Делаю несколько шагов назад. Дыхание сбивается, нащупываю в кармане баллончик.
– Простите. Случайно вышло. Простите!
Огибаю мужчину и, красная от неловкости, несусь дальше. За углом прижимаюсь к стене и брызгаю в рот лекарство.
Что со мной? Приступ неуверенности? Нежелание идти на собеседование? Боязнь получить отказ или свалиться в обморок?
Катастрофа просто!
Нет, точно пойду к психологу. Дважды за утро так обознаться – перебор. Крыша едет, не иначе!
У Сити‑центра обычная утренняя суета. Бегут на работу сотрудники, торопятся курьеры, а огромный холл наполнен посетителями. Они сидят в креслах и на диванах, заполняют какие‑то бланки. Подойти и получить информацию не смею: дышу и так поверхностно и часто.
Я остаюсь у панорамного окна, пытаясь понять, как действовать дальше. Осматриваюсь и в глубине холла вижу стойку регистрации для кандидатов на вакантные места. Вспыхиваю от радости, кроме трёх девушек в одинаковой форме, за стойкой никого нет.
Расправляю плечи и шагаю к ресепшн, но спотыкаюсь, ноги отказываются идти дальше: тот самый мужчина подходит к улыбчивым девушкам и протягивает им переноску с кофе. Издалека вижу, как они весело благодарят его. Неужели он тоже работает в этой компании? И как понимать его тату? Совпадение?
Возвращаюсь к окну. Ничего не могу с собой поделать, чувство тревоги растёт и ширится в душе. «Может, ну ее, эту фирму?» – появляется малодушная мыслишка. С голоду не помираю, а к одиночеству привыкла.
Но додумать не успеваю: в кармане вибрирует телефон. На экране озабоченное лицо Линки.
– Ты как? Уже прошла собеседование? – с налету спрашивает она.
– Что ты! Надо сначала зарегистрироваться.
– И что мешает?
Рассказываю подруге о двух утренних конфузах, не спуская глаз с ресепшн. Вот элегантный мужчина машет рукой регистраторшам и идёт к лифту. Ура! Есть шанс успеть вовремя!
– Лин, я побежала.
Срываюсь с места и несусь к стойке. Вдруг мне наперерез кто‑то выскакивает. С разбегу вырезаюсь в него головой. Попадаю в плечо, настолько незнакомец высокий. Он взмахивает руками, и пачка листов взлетает в воздух.
– Какого лешего? – рявкает мужчина и отталкивает меня.
– Грубиян! – вспыхиваю я, отшатываюсь и чуть не сваливаюсь на пол, но парень хватает меня за локоть.
– Стоять! От грубиянки и слышу! И кто теперь это собирать будет?
– Подумаешь, листочки!
Фыркаю я, быстро приседаю и собираю бланки. Успеваю заметить, что это анкеты кандидатов на вакантные места.
– То‑то же! – ворчит незнакомец, помогая мне.
Не глядя на него, сую собранные листочки ему в руку, бегу к стойке, получаю свой номер и, поймав презрительный взгляд красавицы за монитором, прячусь в туалете.
Смотрю на отражение в зеркале и не узнаю эту странную девицу с мокрыми, растрёпанными волосами и размазавшейся по лицу дешевой косметикой. Но удивительное дело, на душе становится спокойнее, словно, получив хорошую физическую и моральную встряску, я прихожу в себя.
А самое странное – несмотря на грубость незнакомца, его прикосновение, мое тело никак не отреагировало. Наоборот, дыхание выровнялось, а настроение поднялось, словно я вырвалась на миг из темницы и глотнула воздуха свободы.
Умываюсь, сушу волосы горячим воздухом, собираю их в пучок на шее. Лина меня бы убила за такой непрезентабельный вид. Рядом прихорашиваются две девушки. На их жакетах тоже номерки с цифрами.
– Ты в какую аудиторию? – спрашивает меня одна.
– В двести первую.
– О, мы тоже. Покажи номер, – достаю из сумки бейдж. – Ты за нами. Давай держаться вместе! Какой вуз оканчивала?
Девушки возвращают меня в реальную жизнь. Вместе и ожидание в очереди становится не таким томительным. Прислушиваясь к разговорам, я с ужасом понимаю, что без стажировки и практики все забыла, чему учили в университете, хотя и получила диплом с отличием.
– Слышали, – прибегает одна из девушек, которая уходила пообщаться с другими кандидатами, – будет структурированное интервью.
«Только не у меня! – появляется отчаянная мысль. – Я обязательно провалюсь!»
– Ура! У нас есть шанс, – шепчет вторая девушка.
– Почему? – смотрю на нее, а в голове крутится: «Надо уходить. Мне здесь делать нечего».
– При таком собеседовании задают массу вопросов, потом подсчитывают баллы за ответы. Кто больше набрал, того и принимают на работу.
– Ага! Личное впечатление не влияет. Посмотри на тех красоток, – девушка дергает меня за рукав. – Нас рядом с ними даже не заметили бы.
Действительно, изящные модели, демонстрирующие бесконечные ноги, сидели обособленно и ни с кем не общались. Чуть поодаль держались кучкой и молодые люди.
– Эти ребята тоже маркетологи? – спрашиваю девушек. – Не будем ли мы рядом с ними людьми второго сорта?
– Не обязательно. Мальчишки хороши как разработчики, а у девушек фантазия богаче, образное мышление лучше. У каждого свои достоинства и недостатки. Не парься, все решит сумма баллов.
Я приободряюсь и решаюсь дойти до конца. Даже, если не возьмут на работу, в следующем резюме можно указать компанию, в которую я устраивалась, и количество баллов. Это будет плюсом.
Дверь аудитории раскрывается, и секретарша выкрикивает номера:
– Сто пятнадцать, сто шестнадцать, сто семнадцать.
– Это мы!
Девушки вскакивают и радостно бегут к ней.
– Номер сто семнадцать есть? – в полной тишине секретарша оглядывает кандидаток. Мое сердце начинает бешено колотиться. – А сто восемнадцать?
– Я…, – голос хрипит. – Я здесь, – говорю громче.
– Заходите.
В большой аудитории стоит длинный стол. Напротив него – несколько стульев для кандидатов. Я сажусь на краешек последнего, ловлю на себе равнодушный взгляд мужчины с седыми висками, на которого налетела на улице. Черт! И этот здесь! Узнал или нет?
А, какая теперь разница? Расправляю плечи и придвигаюсь ближе к спинке. Муж Лины, объяснял мне, что манера садиться – это тоже тест. Если человек пристраивается с краю, он не уверен в себе, нерешителен и не способен самостоятельно мыслить. Такой сотрудник хорош в выполнении поручений, но не в творческой работе.
Сначала идут стандартные вопросы. Мы отвечаем уверенно, и опять я в проигрыше: у девушек есть опыт и практика в отличие от меня. Но порог страха я уже перешла, поэтому говорю спокойно, глядя прямо в глаза. Терять мне уже нечего.
– Анна Николаевна, помощь нужна? – слышу знакомый голос и оборачиваюсь.
От двери к столу жюри идёт грубиян из холла. Ему лет тридцать, и он явно увлекается спортом. Мощные бицепсы и трицепсы бугрятся под рукавами белой рубашки, а грудные мышцы натягивают жилет.
– Отлично. Быстрее справимся, – отвечает худощавая дама – настоящий синий чулок по виду. Одни квадратные роговые очки вызывают дрожь в коленях.
Грубиян вешает на спинку стула пиджак, который нес в руке, кивком здоровается с присутствующими и садится. Я замечаю, что галстук в тон запонкам застегнут золотой булавкой, и в ее центре сияет камень.
«Выпендрежник! Мажор!»
Но его голубые глаза смотрят в упор и насмешливо. Парень явно не из простых служащих,
– Девушки, назовите ваше самое сильное качество характера, – просит он, рассматривая наши резюме.
– Умею терпеть, – отвечаю сразу, но упираюсь ладонями в стул, не давая себе сорваться и сбежать.
– Терпеть? – переспрашивает грубиян и отрывается от бумаг.
Его брови удивленно ползут вверх, а голубой взгляд упирается в меня. Он скользит по фигуре, заставляя меня ещё больше нервничать, и вдруг застывает…
Я в панике опускаю глаза: что он там увидел? Рваные колготки? Нет, я их не надевала, слишком жарко. Грязную обувь? Тоже нет, протерла в туалете, когда умывалась. И тут замечаю, что рукав моего жакет задрался, и теперь хорошо видна татушка на запястье. Неужели в этой компании такой строгий дресс‑код для женщин?
Тогда я точно не пойду! Быстро одёргиваю рукав и с вызовом задираю подбородок.
– Да, я умею терпеть. Долго.
– Странное сильное качество, – теряет ко мне интерес качок и опускает глаза в листочки.
– Обычное, – пожимаю плечами. – Чтобы создать рекламный продукт, нужны не только талант, знания и время. Без терпения ничего не получится.
– А ведь она права, не так ли, Тимур Антонович? – Анна Павловна смотрит на мажора и слегка улыбается уголками губ.
В голосе «синего чулка» чувствуются подобострастные нотки, а симпатия с ее стороны так и льётся медовой патокой. «Ничего себе! И в этой компании ловелас нарисовался», – делаю неприятное открытие и нервно оглядываюсь на дверь, которая так и манит глянцевой створкой с дорогой отделкой.
– Тогда какое ваше слабое качество? – поднимает голову Тимур, а вся комиссия смотрит на меня с любопытством.
Так, все ясно. Начальник здесь он. Хорошо это или плохо, не догадываюсь, но отвечаю:
– Терпение.
– Опять?
– Да. Мне трудно свернуть с намеченного пути. Думаю, бы была менее терпеливой, жила бы легче.
Улыбаюсь: это абсолютная правда, и ловлю на себе удивленный взгляд мажора.
– Именно потому вы пять лет не работали? Искали достойное место?
Девушки с тревогой смотрят на меня: им непонятно, почему о них забыли, а я не знаю, что ответить. Не стану же рассказывать о своей ситуации и затяжной депрессии, которая привела к тому, что все мужчины в мире стали казаться мне врагами.
– Для хорошего дела нужно созреть.
Дружный хохот разряжает атмосферу. Менеджеры переглядываются и что‑то отмечают в оценочных листах. Только качок не улыбается, наоборот, мрачнеет.
– И как? Ягодка созрела?
В его вопросе слышится издевка, хочется на него ответить дерзко, но я сжимаю зубы.
– Д‑да.
А в голове растёт паника. «Беги отсюда! – вопит она. – Здесь живет зло! Зло! Зло!» Вцепляюсь руками в сиденье, пытаясь удержать непослушное, готовое рвануться к двери, тело.
– Тогда ответьте мне, – он смотрит в резюме, – Евгения, на профессиональный вопрос: «Как убедиться, что счетчик Яндекс. Метрики / Google Chartists работает корректно?»
Я зависаю и понимаю: это конец. На что я рассчитывала, идя в такую огромную компанию? Зато расслабляюсь и выпрямляю спину. Можно уже не волноваться: собеседование я благополучно провалила.
– Можно я скажу! – тут же поднимает руку моя соседка.
– И я! – выкрикивает вторая.
– Пожалуйста, – качок теряет ко мне интерес.
Я вижу, как к нему наклоняются менеджеры и о чем‑то говорят. На их лицах написано недовольство. Что это? Он задал неуместный вопрос? Или этот говнюк развлекается, пользуясь своим положением?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.