- -
- 100%
- +
Глава 1
– Рози, смотри, что этот сорванец делает!
– Где? Какой? – встрепенулась сестра.
Я протянула ей бинокль, она уставилась в окуляры.
Сегодня мы сбежали из дворца и даже сумели оторваться от охранников‑осьминогов. Радость переполняла меня настолько, что хотелось петь, кружиться и кричать во все горло: «Да здравствует свобода!»
– Ой, он же сейчас свалится! – заволновалась Рози и вернула меня в реальность. – И куда смотрят его родители?
Я перевела взгляд. Огромный туристический лайнер, стилизованный под старинный парусник, белел роскошным палубами. Он стоял на рейде недалеко от нас, и моряки готовились спускать шлюпки. Полураздетые туристы толпились на палубе в ожидании отправки.
Я давно заприметила этот корабль. Он часто появлялся в наших водах, привозил пассажиров для отдыха и купания в закрытую лагуну, где был потрясающий коралловый риф и прозрачная бирюзовая вода. Туристов привлекали буйство красок и инопланетность форм кораллов. А еще им нравилось наблюдать за бесчисленными стадами пестрых рыбок, сновавших вокруг.
– Родители заняты собой. У людей всегда так.
– Нет, но есть же правила безопасности! – возмущалась Рози.
Несносный мальчишка лет пяти то взбирался на ограждения борта, цеплялся ногами за канаты и размахивал руками, то спрыгивал на палубу. Он веселился, радовался солнечному дню и возможности размяться.
Но меня переполняли совершенно другие эмоции.
– Ой, ты лучше на капитана посмотри! – я вырвала бинокль из пальцев Рози и навела его на мостик. – У‑у‑у, красавчик какой!
– Спятила? – охнула Розалинда. – Опомнись!
Ха! Как бы не так!
Хорошо давать советы, а как их выполнить, если внутри все горит, и наплевать на опасности, на предостережения, на охрану, которую приставил к нам отец, чтобы легкомысленные принцессы подводного мира не натворили глупостей?
– Дай хотя бы издалека полюбоваться! – простонала я и щелкнула смартфоном. – Нет, смотри, смотри! Какие широкие плечи! А грудь! Даже сквозь рубашку видно, какая она мощная и сильная. А попка! М‑м‑м… Так бы и ущипнула! Как яблочко!
– Да ты пошлячка, Аврора? – вытаращила глаза Рози. – Тебе срочно надо замуж!
Я закусила губу от восторга. Нет, я должна вернуть себе самообладание и хладнокровие! Должна!
Но как быть, если меня чертовски привлекали мужские тела, правда, только стройные и загорелые, с кубиками на животе. Они будили воображение и заставляли мечтать о невозможном. А вдруг однажды я смогу ходить, и меня полюбит такой красавчик?
А вдруг?
– Классно же!
– Я все батюшке расскажу, – надулась Рози.
– Вперед и с песней, – нисколько не расстроилась я.
Мой голос прозвучал неожиданно громко, и капитан внезапно наклонился и вгляделся в воду.
– Эй, тут кто‑то есть? – крикнул он.
Я прыснула, схватила сестру за руку и потянула на дно.
– Идиотка! Ты что делаешь? – завопила осторожная Рози, когда мы сели в выемке между двумя большими колониями кораллов, похожих на гигантские мозги. Они полушариями раскинулись с двух сторон от нас, показались до ужаса жуткими и даже вызвали озноб.
– Фу! – Рози покосилась на известковые извилины.
– Можно позаимствовать, если своих не хватает.
– Это тебе не хватает. Думаешь одним местом.
Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Рози от облегчения, что наконец‑то получилось увести меня из опасной зоны. Сестра потянулась за мной к туристическим путям, где запрещено было появляться жителям подводного мира, а теперь откровенно дрожала от страха и поминутно оглядывалась.
А я смеялась от веселья, от счастья, переполнявшего меня. Оно сияло наверху, спускалось ко дну лучиками солнца, журчало задорными струйками и переливалось цветными рыбешками.
– Классно же, Рози! – я обняла ее за плечи. – Ну, не злись! Когда еще получится полюбоваться красавчиками?
– Батюшка нас накажет! Обязательно накажет!
– Ой, Рози, чего ты боишься? – пищала от восторга я. – Посмотри лучше, какой краш! Я повернула к ней экран мобильника. – Обожаю человеческие смартфоны. Куда вай‑фай, туда и я.
– Фу! Выглядит как настоящий кошмар!
– Почему кошмар?
– Самоуверенный, заносчивый, самовлюбленный… – Рози бросила быстрый взгляд на меня и закончила: – Индюк!
– С какой стати ты это решила? – опешила я от характеристики, данной сестрицей красавчику капитану. – Он мужественный, строгий и милый.
– Удали фото немедленно, Аврора! – прошипела Рози. – А вай‑фай и во дворце есть.
– Нашла с чем сравнить, – фыркнула я, делая селфи на фоне алого кораллового цветка. – Во дворце стоит родительский контроль, хотя мы давно уже не дети.
– Мы принцессы подводного царства, за нами и нужен присмотр.
– Нудная ты Розалинда, не умеешь наслаждаться жизнью. Давай еще одним глазком посмотрим. Сейчас наверняка все туристы купаться будут.
Я, не дожидаясь сестру, взмахнула хвостом, закрутила тело волной и пошла вверх. Но Рози бросилась следом. Она считала, что за мной нужен глаз да глаз, и была права: в последнее время меня просто переполняла жажда приключений. Хотелось вырваться из‑под воды и посмотреть мир людей.
Я торопилась: охранники отца – осьминоги дофлейны – обладали потрясающим чутьем, и в любой момент могли найти нас по электрическим вибрациям смартфона, лишив удовольствия.
– Я осторожная, – проворчала Рози, пристраиваясь так, чтобы никто ее не заметил. – Да и Его Величество будет в гневе.
– Ой, не ной! Смотри!
Я протянула Рози бинокль, а сама уставилась жадными глазами на капитана. У берега мы с Рози не боялись быть замеченными: подумаешь, еще парочка купающихся туристок, но старались все же спрятать хвосты между камней.
– Он нас видит? – ужаснулась вдруг Рози, и затряслась в испуге.
Сестра боялась нарушать запреты отца и теперь пугалась от каждой мелочи и оглядывалась.
– В смысле? – не поняла я. – Кто нас видит?
– Посмотри сама.
Рози бросила бинокль, словно ядовитую змею. Он сразу пошел ко дну, чертыхаясь и злясь, я кинулась догонять его. Я вынырнула на поверхность, прильнула к окулярам и отпрянула: показалось, что столкнулась взглядом с глазами капитана. Ощущение было настолько сильным, что иголочки побежали по всему телу, и я спряталась в воде снова.
– И правда, жуть какая! Может, линзы на солнце бликуют?
Теперь мы разглядывали лайнер без бинокля.
– Слушай, у людей такие непослушные дети, – скривилась от возмущения Рози. – Этот мальчишка просто неугомонный. Если бы это был наш ребенок, батюшка давно бы посадил его на цепь.
Сейчас мальчишка перевесился через борт, лег животом за канат и начал болтать ногами.
– Черт! Свалится же! – по‑настоящему заволновалась я, высунулась по пояс из воды, чтобы привлечь внимание капитана, но Рози дернула меня вниз.
– Не лезь! Не наше дело! Люди сами разберутся.
И в этот момент мальчишка поднял руки и испустил радостный клич. Лебедка каната, опускавшая шлюпку, резко затормозила, корабль качнулся, и малыш камнем полетел в воду.
– Ай‑ай! – хором вскрикнули мы.
Туристы услышали всплеск, наш дружный вопль, но сначала даже не поняли, что произошло. И лишь через мгновение мать увидела, что ее сына нет на палубе.
– А‑а‑а… Спасите Алекса. А‑а‑а…
Пронзительный визг прокатился над водой и ударил по ушам так сильно, что мы с Рози вздрогнули.
– Ребенок в воде! – донесся усиленный громкоговорителем крик с корабля.
А сразу в воду полетели спасательные круги, а следом стали прыгать и люди. Но мальчик исчез. В суматохе его никто не мог разглядеть.
– Где он? Где? – кричала исступленно мать.
– Смотрите, там показалась голова!
Толпа неслась к тому месту.
– Где?
– Нет, он здесь!
Люди бежали обратно.
– Где!
– Алекс не умеет плавать, – металась вдоль борта мать. – Спасите!
«О боже! Что же делать?» – я резко ушла в глубину.
– Куда? Не лезь! – донес поток воды голос Рози.
Я лишь отмахнулась. Тело стремительной волной ринулось к месту трагедии. Но я опоздала. Капитан опередил меня, поймал мальчишку и уже поднимался с ним на поверхность.
Я спряталась за облаком кораллов и восхищенно проследила за капитаном. В горле вырос ком, перекрыл дыхание, во рту все пересохло.
«Какой он крутой! Лапочка!» – пищал от восторга внутренний голос.
Теперь мне еще больше нравился этот сильный мужчина, готовый рискнуть собой ради спасения чужой жизни.
Капитан подплыл к трапу, поднял мальчика над головой и передал людям.
– Как вы, господин Габриэль?
Сейчас я была так близко, крутилась почти у самого борта, что слышала каждое слово.
– Все в порядке. Куда вы смотрели?
Он отвечал резко и сердито, но его голос казался мне песней сирен. Он завораживал, ласкал слух, в животе порхали бабочки, и дыхание сбивалось.
«О, его зовут Габриэль! Как красиво! – восхищалась я, млея и перекатывая имя на языке. – Габи! Я буду звать его Габи».
Ребенка забрали, начали приводить в чувство. На плечи капитана накинули плед.
– Вам звонят, господин.
К капитану подбежал матрос. Габриэль выхватил из его пальцев мобильник.
– Да, слушаю. Все в порядке. Ребенок жив, не волнуйтесь.
Он стоял спиной ко мне, облокотившись на ограждение, а я млела от одного взгляда на его широкую спину, обтянутую пледом.
Тут он повернулся к морю и… увидел меня.
Я испуганно пискнула, нырнула, хлопнув хвостом по воде.
– Т‑там, т‑там…
– Что? Акула!
– Где, где?
Толпа туристов бросилась к ограждению. Я услышала за спиной топот и крики, обернулась. И тут капитана кто‑то толкнул, он резко взмахнул руками, поскользнулся, потерял равновесие и перевалился через ограждение борта.
Неудачно.
Врезался головой в металлическую окантовку борта, погрузился в воду и пошел ко дну. Я на миг замерла, спряталась за кустом водорослей.
«Давай, поднимайся! Плыви!» – отдавала я мысленный приказ. Сердце колотилось где‑то в горле, а внутри меня скоропалительно разрасталась паника.
Но Габриэль не подавал признаков жизни и погружался все больше. И я не выдержала, бросилась к нему, обхватила руками за торс, начала толкать к поверхности.
Никогда не думала, что толща воды такая упругая. Казалось, я бью ее телом, хвостом, но совсем не двигаюсь вперед.
– Ну, и тяжелый ты, капитан! Приди в себя! Приди!
Он был без сознания. Паника уже охватила меня с ног до головы. Я задрожала, ударила его ладонью по лицу.
«Что же делать? Что?» – бесновались в голове мысли.
Ситуация становилась опасной. Капитан не приходил в себя, и тогда я решилась: нежно его поцеловала. Это было чертовски волнующе. Его губы оказались сладкими и мягкими, а кончик языка шершавым.
Хотелось продлить момент до бесконечности, но я почувствовала между своих зубов жемчужину. Она вспыхнула холодным сиянием, остудила жар сердца.
Я на миг замерла, еще чуточку сомневаясь, стоит ли отдавать самое ценное, что есть у русалки, неизвестному моряку, но подхватила ее языком и толкнула в рот капитана.
Он встрепенулся всем телом, и эта дрожь передалась мне. Капитан вдруг обнял меня длинными руками и теперь сам завладел моим ртом. Мне показалось, что я сейчас растаю, как человеческая Снегурочка, таким жаром охватило мое тело.
– М‑м‑м, – застонала я, опустила руку и крепко сжала ягодицу капитана. – Еще…
Габриэль вздрогнул, распахнул глаза, посмотрел мутным взглядом. Я обомлела, отпрянула, вырвалась из крепких объятий.
Но вот вода надо мной забурлила, один за другим стали показываться люди.
– Э‑э‑э, и надо было им появиться! Обломали весь кайф!
Я толкнула капитана наверх и нырнула за большое облако кораллов, едва успела спрятаться. Видела, как Габриэля подхватили и потащили к поверхности воды. А еще заметила, что он обернулся.
Я помахала рукой и прошептала:
– Габриэль, пока. Еще увидимся.
Только люди скрылись, я опустилась на дно и прижала руки к груди. Сердце колотилось как безумное. Казалось, оно готово было рвануться за капитаном, словно уже принадлежало ему.
– Аврор‑а‑а‑а…
Голос Рози плавно прокатился в толще воды и долетел до меня. Я обернулась. Сестра в сопровождении Поки и Чоки – морских коньков, всегда следовавших за мною, торопилась навстречу.
– Я здесь, – слабо ответила ей и рявкнула на коньков: – А вы что здесь делаете?
Я подняла руку, но она упала вдоль тела, будто спасение капитана отняло у меня все силы. Только сейчас почувствовала: так сильно переживала сначала за ребенка, потом за капитана, что мгновенно ослабла и не могла сейчас даже пошевелиться.
– Ваше Высочество! – затрещал Поки и испуганно закрутился вокруг своей оси, – я видел у рифа охранников.
– Поторопитесь, принцесса, – поддержал брата Чоки. – Мы ненамного опередили их. Нам нужно уходить.
– Поздно, – вздохнула я и показала им за спину.
Коньки и Рози обернулись и дружно пискнули:
– Ох!
– Ваши Высочества, позвольте сопроводить вас во дворец, – церемонно взмахнул щупальцем осьминог.
– Окей.
– Аврора! – возмутилась Рози. – Опять человеческие привычки!
– Отстань, не мути воду.
У меня действительно закончились все моральные и физические силы.
– Ваш смартфон, – протянул щупальце другой охранник.
– Спятили? Не отдам!
Я спрятала мобильник в лиф топика. Пусть попробуют оттуда достать.
– Аврора, не спорь, – прошептала Рози. – Батюшке уже доложили.
– Что доложили? Кто? Ты успела наябедничать. Когда? Или вы?
Коньки закрутились на месте от возмущения и заверещали:
– Как вы можете, принцесса?
– Вы плохо о нас думаете!
– Ладно, ладно, не ворчите, – пробормотала я, смутившись.
Еще ни разу Поки и Чоки не подводили меня. Да и сейчас наверняка торопились разыскать нас с Рози, чтобы предупредить об опасности. Вот только эти два шустрика были настолько простодушны и добры, что охранникам ничего не стоило проследить за ними.
– Злая ты, Ара! Не хочу с тобой разговаривать! – надула пухлые губки Рози.
Так в окружении охранников с разобиженной сестрицей я отправилась во дворец. Без жемчужины чувствовала себя неуверенной и слабой.
Мы выбрались из лагуны и поплыли вдоль кораллового рифа. Я беспрестанно оглядывалась, что‑то беспокоило меня, что‑то важное, но что?
Рози смотрела на меня и тоже волновалась.
– Хочешь вернуться? – спросила она.
– А можно? – встрепенулась я и оглянулась.
Охранники следовали на расстоянии от нас. Они не мешали разговаривать, но и удрать от них не получится: длинные щупальца достанут быстрее, чем я успею скрыться.
– Спятила. Сейчас батюшка нас только пожурит, а если снова сбежишь, получишь наказание в клетке.
– Ой, нашла чем пугать! Отдохну зато!
– Это смотря сколько сидеть придется. Слышала, скоро сваты прибудут.
– К кому?
Я подозрительно покосилась на сестру, не слишком вникая в ее слова.
Голову все еще терзало утраченное воспоминание.
«Что же я забыла? Что?» – мучили меня вопросы.
– К тебе. Ты же старшая.
– Ни фига! Я замуж не хочу!
– Батюшка и спрашивать не будет. Знаешь же, как только принцесса достигает возраста совершеннолетия, ее срочно выдают замуж.
Сердце заколотилось в груди так сильно, что мне показалось, будто его удары стрелами разносятся по воде, а охранники, как радары, улавливают эти толчки. И точно, левый страж насторожился, ощетинился и окружил нас кольцом щупалец.
Теперь даже свободно плыть было невозможно, но меня это уже нисколько не волновало: по мозгам будто кто‑то раскаленным железом прошелся.
Выйти замуж без жемчужины я не смогу. Я даже через арку невинности не пройду.
Какой кошмар! Отец сойдет с ума. Принцесса подводного мира без жемчужины – это позор для всего королевства. Но как же мне теперь ее вернуть? Корабль уйдет и нескоро вернется, а день совершеннолетия у меня через три месяца.
И тут голову будто прострелило: смартфон!
Капитан выронил из рук смартфон. Я видела, как мобильник плавно пошел ко дну, но спасти Габриэля было важнее.
Мне надо срочно найти телефон капитана! Срочно!
Я осмотрелась: Рози болтала с коньками, осьминоги прислушивались к ним и не обращали на меня внимания. Тогда я немного отстала, а потом резко бросилась в гущу коралловых зарослей.
Глава 2
Я лежал на палубе, закрыв глаза, и медленно вдыхал свежий, напоенный запахами моря, воздух. Оказывается, как здорово просто дышать, ни о чем не думая. Вдох – грудная клетка раскрывается, на миг замирает, опускается – выдох. И снова вдох‑выдох. Мир вокруг будто замер, оставалось на плаву только это простое действо: вдох‑выдох.
Я сел, потер лицо руками, прищурился от слишком яркого солнца, огляделся. И вдруг в сознание ворвались крики людей, топанье каблуков по палубе, хлопанье парусов под ветром и другие шумы большого корабля.
– Габриэль! Господин, как вы? – ко мне наклонился судовой врач.
– Нормально. Все даже отлично, – я прислушался к себе.
В организме творилось что‑то странное, словно внутри меня поселилось еще одно живое существо. Сосуды наполнились горячей кровью, которая прилила к коже, гул в голове растворился, я мыслил сейчас как никогда ясно и здраво.
– Как мальчик? С ним все в порядке.
– Да. Благодаря вам он даже испугаться не успел. Вон, снова скачет.
Врач показал на ребенка, бегавшего по палубе. Но теперь рядом с ним ходила и мать, не спуская с неугомонного чада обеспокоенного взгляда.
«А со мной что случилось?» – всплыл вопрос.
Я нахмурился, ничего не понимая: кусок жизни исчез из памяти. Я только что стоял у борта, а теперь сижу мокрый на палубе в другом месте, окруженный толпой.
– Тони, – позвал я дневального.
– Я здесь, капитан!
Перед глазами появились голые ноги в сланцах, я поднял голову, но луч солнца снова ослепил меня, пришлось прищуриться.
– Погрузку в шлюпки закончили?
– Заканчиваем. Инцидент задержал нас немного по времени.
– Поторопись! Солнце уже высоко.
– Позвольте вас проводить в каюту, – протянул руку врач.
Я оперся на его ладонь, встал. Меня немного пошатывало, при каждом шаге вело в сторону. Но ощущение было странное: шатало меня вовсе не от слабости. Наоборот, я едва удерживался, чтобы не раскинуть руки и не попытаться взлететь. При каждом шаге с усилием вдавливал ноги в палубу, они так и норовили оторваться.
Что за дьявольщина?
В медпункте я едва не задел головой дверной косяк, хотя всегда проходил спокойно. Пришлось добираться до стула на согнутых в коленях ногах. Лишь только усевшись, я наконец вздохнул свободно.
– И все же, что со мной случилось?
– Вы что‑то увидели в воде, крикнули, повернулись, и вдруг упали, ударившись головой, и свалились за борт.
– Странно. Ничего не помню.
Я встал, с хрустом потянулся, разминая мышцы и суставы. Тело с радостью откликнулось на возможность размяться. Чувствовал себя отлично, разве что губы горели огнем и, кажется, даже припухли, словно я всю ночь целовался.
Но Мари сегодня ко мне не приходила, мы вечером поссорились.
Я провел пальцем по губам, и тут увидел свое отражение в зеркале над раковиной. На лбу красовалась белая наклейка. Потрогал ее, голова отозвалась слабой болью.
– Не прикасайтесь, – воскликнул врач. – Я только с трудом остановил кровотечение.
– К дьяволу! Что там?
Я сорвал повязку и растерянно уставился на лоб: на нем ничего не было. Ни следов крови, ни раны, даже шрамика не осталось. Я повернулся к врачу. Тот стоял, открыв рот, и растерянно таращился на меня.
– Но… как же… только что же была… я лично помощь оказывал. Погоди! – он сорвался с места, убежал и вернулся с окровавленными салфетками. – Вот.
– Нет же ничего. Может, тебе показалось, старик?
Старый Анри служил на флоте с древних, по моим меркам, времен, но и уходить на пенсию не собирался. Да ни у кого и язык бы не повернулся предложить ему такое. Надежнее и грамотнее врача, чем он, не в каждой клинике найдешь.
– Сомневаешься в моих словах, спроси у матросов. Они вытащили тебя из моря и тоже видели рану.
– И как объяснить сие чудо? Лечебными свойствами воды? – пошутил я.
– Н‑не знаю. Сам в шоке. Первый раз с таким сталкиваюсь, – доктор подозрительно посмотрел на меня. – А ты внизу ничего не заметил?
– Я вообще ничего не помню.
– Еще более странно. Твое падение видели и туристы, и моряки. В нем сомневаться не приходится. Но это…
Он схватил со стола лупу, приподнял мокрые волосы и еще раз вгляделся в мой лоб.
– Все, хватит! Что было, то прошло. Ребенок спасен, я жив‑здоров. Все остальное – тлен, – я огляделся. – А где мой телефон?
Но врач меня не слушал. Он уже сидел за столом с медицинской энциклопедией в руках, листал страницы и что‑то бормотал себе под нос.
Я вышел на палубу и направился к своей каюте. Стоя под душем, мучительно пытался вспомнить падение и свое чудесное спасение. Какая‑то картинка мелькала перед глазами, но я не успевал ухватиться за нее, как она исчезала, словно рыбка. И на этой картинке была девушка с рыжими волосами. Они, как водоросли, шевелились в воде, обрамляя ее лицо, которое я никак не мог разглядеть.
– Дьявол! И привидится же такое! – потряс я головой и выключил воду.
Провел ладонью по запотевшему зеркалу, вгляделся в свое лицо, опять потрогал губы. Что‑то прекрасное было связано с ними, но что?
«Это был сон! – решил я. – Точно, сон! Игра памяти».
Переоделся, кинул грязное белье в корзину и вернулся на мостик. Погрузка в шлюпки уже закончилась, палуба почти опустела. Я смотрел, как лодки одна за другой причаливают к берегу. Издалека доносились радостные голоса туристов. Ребенка, устроившего этот переполох, тоже не было нигде видно.
– Как тут, Свен?
Рулевой покосился на меня.
– Да все в порядке. Устаканилось. А вы как? Голова не болит? Ударились сильно, сам видел.
– Нормально. Видел как я упал? – обрадовался я. – А случайно не заметил, у меня телефон был?
– Когда вы стояли на носу корабля, то держали мобильник в руках.
– Странно.
Припрыгивая, потому что тело так и норовило подскочить и взлететь, я направился на нос «Карвела». Но и там телефон не нашел, хотя осмотрел все, заглянул под каждый канат, в каждую щель – смартфон словно сквозь трюм провалился и ушел на дно моря.
«Неужели уронил его в воду? – сделал я неприятное открытие. – Да чтоб все провалилось!»
– Габи, Габи! – донесся крик, я обернулся и с досадой поморщился.
Ко мне, балансируя на высоких каблуках, торопилась Мари.
– Прекрати кричать! – прошипел я, оглядываясь. – Я сколько раз предупреждал, не носить такую обувь на судне? Хочешь за бортом оказаться?
– Ну, пока за бортом оказался только бравый капитан, – съязвила обиженная Мари. – Я переживаю за тебя, а ты…
Она надула губы и всхлипнула. Я смотрел на нее, и почему‑то глухое раздражение поднялось в груди. Яркая, веселая, Мари не портил даже такой слой макияжа, из‑за которого за кремами и пудрами невозможно разглядеть ее истинную внешность, она нравилась всем морякам и мне. А сейчас при ослепительном солнечном свете я вдруг разглядел неровные слои крема, потекшую тушь, неестественный цвет изумрудных линз. И какое‑то воспоминание царапнуло изнутри, шевельнулось нежностью и томлением.
– И зачем пришла? Сидела бы у себя в баре, развлекала бы гостей, – проворчал я и отвернулся.
– Господин капитан, – окликнул кто‑то сзади.
Да что сегодня за паломничество? Я раздраженно обернулся: к нам торопился дневальный Тони.
– Что опять случилось?
– Вот. Прачка у вас в кармане нашла. Наверное, дорогая вещь.
Он протянул мне крупную перламутровую чешуйку. Она была величиной с пол‑ладони, словно оторвалась от большой рыбы, переливалась изумрудно на солнце и ярко светила в глаза.
– Что это?
– Не знаю. Прачка подумала, для вас это важно.
– Ерунда какая! – я замахнулся, намереваясь выбросить чешуйку.
– Нет! Отдай мне! – вскрикнула Мари. – Я из нее сделаю украшение.
Я пожал плечами, пребывая в полном недоумении. Откуда в моем кармане взялась чешуя, оставалось полной загадкой.
Звонок рации прервал размышления.
– Господин капитан, вас вызывают, – крикнул рулевой.
Я взял трубку, и сразу отодвинул ее от уха: вопли отца разнеслись по всей рубке.
– Габриэль, почему до тебы нельзя дозвониться? Что происходит?
– Все в порядке.
– Ты так считаешь? Загляни в таблоиды!
– И что там?
Я кивнул Тони, тот мигом вытащил смартфон и полез в интернет. Я увидел, как у дневального брови поползли по лбу, и выхватил трубку.