–18

Осознание пришло внезапно, летним солнечным днем в московском торговом центре. Месте, в котором все приличные девушки заряжаются энергией и позитивом на многие недели вперед. Собственно, поначалу все и было прекрасно. С каждой новой покупкой эндорфины выбрасывались в кровь, и я физически чувствовала это! И вот ближе к концу шоппинга, обвешанная пакетами с новыми свитшотами, джинсами и кроссовками, я решила водрузить вишенку на торт своего счастья. Чтобы совсем хорошо стало! И зарулила в павильон нижнего белья. Вот черт дернул, не хотела же, могла бы и без вишенки, в конце концов!

«Добро пожаловать на неделю польских брендов» – гласила вывеска.

– Витамы сэрдэчне! – приветствовали улыбчивые пани в стильной униформе.

А там бикини, бразилини, кюлоты. Все такое красивое, сексуальное!

Выбрала себе пару моделей. И тут подходит консультант, девушка с участливой улыбкой, на груди бейдж «Агнешка». Здороваюсь, говорю, что готова оплатить товар. Агнешка улыбается, что-то говорит по-польски, завершая предложение вопросительным «добже». Я принимаю виноватый вид. Я всегда принимаю виноватый вид в ситуациях, когда не могу помочь человеку (в данном случае поддержать вежливую беседу). Лопочу, что по-польски не очень-то понимаю, кроме разве что слова «добже». А сама вижу, как Агнешка ловко вырывает у меня из рук кружевные бикини, аккуратно вешает их на стойку и протягивает трусы, название которых я даже не знаю! (Мы в детстве их «чехлами на танк» называли.) В полном недоумении я тянусь за другой моделью – шортиками с кружевами на попе. Агнешка причмокивает, качает головой. И в следующую секунду достает из ящика нечто. Разворачивает в четыре захода (В четыре! Как наволочку!), являя передо мной трусы с талией под грудью. Я продолжаю сохранять виноватый вид (насколько это возможно в ситуации, когда чувствуешь себя оскорбленной). Осторожно возмущаюсь:

– Извините, но это не добже! Это для жирных! Вы серьезно думаете, что я жирная?

Агнешка улыбается и кивает. (Серьезно говорю – кивает!). Подводит меня к кассе и вываливает на прилавок три кучи этих самых наволочек. Одна куча – синяя, вторая – черная и третья – беж. (Видать подумала, что я спросила, есть ли в другом цвете). В довершении довольно зажмуривается и втягивает живот. Жестами показывает, мол, это не просто трусы, они еще и жиры утягивают!

Я с грустью смотрю на стойку с кружевным роскошеством и обреченно выбираю по одной хэбэшной наволочке из каждой кучи.

Я стояла на крыльце торгового центра, нервно жевала леденцы, которые сгребла на какой-то рекламной стойке у выхода, и прокручивала сцену из магазина как кадры фильма в замедленной съемке.

– Но это для жирных. Вы думаете, я – жирная?

Агнешка медленно кивает и зловеще улыбается.

В этом месте герой должен проснуться, ощупать себя, подбежать к зеркалу и облегченно выдохнуть: «Это был сон! Наваждение! Галлюцинация! Я не жирная! Я вполне себе стройная и симпатичная особа женского пола».

Но нет, это был не сон и даже не наваждение.

По дороге домой я судорожно вглядывалась в витрины, окна общественного транспорта и другие отражающие поверхности, пытаясь найти хоть какое-то, пусть самое хлипкое опровержение того, что утягивающие трусы под сиси отныне это обязательный элемент моего каждодневного гардероба. Действительно ли у меня торчит живот, такие ли располневшие руки, а что с подбородком? Чуть мопса в троллейбусе не покалечила, пытаясь рассмотреть свой профиль в зеркале водителя.

Наконец, я добралась до дома и сфоткала себя в новых трусах цвета беж. Вы когда-нибудь видели задницу в лифчике? Она выглядит именно так! Хотела послать фоточки Тамаре, но по привычке ткнула на иконку «Фейсбука». Пока я судорожно удаляла пост, тыкая не туда, куда нужно, прошла пара секунд. То есть все это время фотография моей задницы в лифчике красовалась на просторах «Фейсбука»!

А вдруг ее видел Глеб?!

Проверив настройки конфиденциальности, я убедилась в том, что Глеб конечно же не мог видеть задницу в лифчике. (Для этого мне нужно было открыть доступ для всех друзей, что я и делаю, когда понимаю, что мой пост достоин того, чтобы его увидел Глеб). Выдохнула, отправила селфи Тамаре.

Тамара в ответ прислала смайлик в виде смеющихся пингвинов.

Не котиков, не эльфов, не бабулек с маракасами! А жирных, неповоротливых пингвинов!

Случайность? Намек? Троллинг?

Вечером мы пили чай на кухне. По случаю моего внезапного инсайта – с ржаными хлебцами и диабетическим малиновым джемом. Их принесла Тамара.

– Это все Гена виноват! – авторитетно вещала Тамара. – Если бы не он со своими моделями, ты бы не заедала свои стрессы углеводами.

– Не надо про Гену! – забеспокоилась я и поперхнулось куском пластикового хлебца. – Не сейчас! И так плохо!

Тамара погладила меня по голове.

– У меня ощущение, что у тебя даже голова поправилась.

– Тамар, вот интересно, где ты была раньше?

– Я просто не хотела тебя травмировать! И потом ты же не в один день поправилась. Полнела медленно и равномерно. Кстати, по размерам одежды не заметила? На какой перешла?

– Вообще-то сейчас всю одежду шьют в Китае! У них даже обувь маломерит, если что!

– Ага! Маломерит! Сразу на три размера! А зеркало тебе на что?

– Все мы немного прибавляем и убавляем, – философски заметила я. – Вес – величина непостоянная. Как Гена!

– Не сливай тему!

– Ну конечно, я понимала, что поправилась! – с досадой воскликнула я. – Но не настолько, чтобы носить это уродство!

Тамара ответила на это очередной армянской поговоркой (хотя есть подозрение, что источником их является не армянский народ, а все-таки Тамара).

– Ты можешь лопух назвать ландышем, но он от этого не станет лопухом.

– Ты хотела сказать – ландышем?

– Эй! Не путай меня! Лучше посмотри на это!

Тамара положила на стол cережки из фиолетовых и черных бусин.

– Полдня собирала! Возьмешь?

– Клевые! Спасибо! К моей новой блузке подойдут!

Я тут же кинулась их примерять.

– Даже пятьсот рублей не дашь? – забеспокоилась Тамара.

– Я думала, это в качестве утешительного приза!

– В качестве утешительного приза – скидка в тысячу рублей! Я их за полторы продаю!

Перед уходом Тамара очистила холодильник от кофейных капкейков, приготовленных мной накануне, шоколадной пасты, а также сыра дорблю и нарезки салями.

– Может, хотя бы сыр оставишь? Он без углеводов!

– Пей больше воды! А я побежала! Мама там уже Артурика из садика привела.

Когда захлопнулась дверь, я услышала, как зазвонил мобильный Тамары:

– Артурик, бегу! Зайка, не хнычь! Я тебе столько вкусняшек несу!

Итак, на нашем оперативном собрании было решено:

1)  Узнать масштабы бедствия и начать с ним бороться. Для этого не просто взвеситься, а купить весы (!), чтобы в дальнейшем отслеживать изменения веса ежедневно.

2) Начать ограничивать потребление неправильных углеводов. Желательно сразу на сто процентов. В смысле, исключить углеводы совсем. (А-а-а – хочу чего-нибудь углеводного прямо сейчас!)

3)  Начать испытывать физические нагрузки… Тут я задумалась. Что значит испытывать? Я их ежедневно испытываю! Пока приготовишь два противня капкейков, замесишь тесто, сбегаешь в супермаркет за недостающими продуктами, крем опять же я люблю вручную взбивать, с тебя, извините, семь потов сойдет! Короче, нужно срочно начать заниматься спортом, это ускорит процесс похудения!

4) Перестать загоняться по поводу Гены (!!!)

Стоило мне записать последний пункт, как в моем воображении возникла физиономия Гены. Как будто я нашла наконец сайт с полезными и важными для себя знаниями, но тут влезла противная рекламная заставка, в углу которой еще надо найти крестик, чтобы закрыть ее. Почему, почему Гена начал изменять? У него так здорово получалось фотографировать еду! Какого черта он освоил портретную съемку?

Я открыла папку «еда», которую скопировала на свой ноутбук – вроде как в память о нем. (На самом деле, фоточки с Геной занимают половину памяти моего ноутбука). Первое, что попалось, – фотография тирамису. Нежный крем возлежит на печенье савоярди, посыпан шоколадной пудрой с ореховой крошкой и украшен сочной малиной. Я сглотнула слюну и кинулась доедать малиновый джем.

Никогда не пробовала ничего более мерзкого, чем малиновый джем с ксилитом!

Когда мой мобильный защебетал птичьими трелями, мне захотелось спрятаться. Звонила мама. Я намеренно поставила максимально успокаивающий рингтон – обычно перед тем как взять трубку, я еще успеваю глубоко вдохнуть и выдохнуть. Мне показалось, что мама каким-то неведомым образом узнала, что отныне я жирная, и сейчас последует череда нравоучений. Слава малиновому богу с ксилитом, на этот раз обошлось.

– Привет, Анюта! Как твои дела?

– Все хорошо.

Я попыталась вдохнуть и выдохнуть в процессе разговора.

– Как погода? У нас похолодало.

Обычно мама придерживается английского формата приветствия. В сильно упрощенном варианте – без подробностей вроде облака перьевые, ветер 14 метров в секунду, температура плюс 20. Все предельно лаконично – «похолодало», «тепло», «дожди». Далее следуют новости из рубрики «на даче», ну а потом мама приступает к педагогической части, цель которой заключается в том, чтобы напомнить о том, что мне 35, при этом «ни мужа, ни ребенка, ни котенка»! (Мечтаю, завести кота, чтобы хотя бы один пункт отпал).

– На даче ягоды пошли. Сварила три банки клубничного варенья. Жаль, что нет возможности тебе передать.

Мама делает потрясающее клубничное варенье с ревенем и мятой. Благородное на вкус и густое как конфитюр по консистенции. Я ощутила на языке вкус терпкой и освежающей клубники. Настроение поднялось. А если наш разговор ограничиться обсуждением урожая клубники и того, какое восхитительное из нее получается варенье?

– Полцарства за твое варенье! – вдохновенно подхватила я тему. – И кстати, клубника неплохо сочетается с киви. И, наверное, грейпфрутом…

– Надо попробовать, ага, – быстро согласилась со мной мама. – Кстати, дочь соседей по даче, Епифановых, беременная ходит. Заметно уже.

Интересно, есть ли на этом свете темы, которые не приводят к обсуждению продолжения рода?

– Мне неудобно вопросы задавать, – продолжала мама, – но похоже для себя рожает.

Меня подмывало ввязаться в нервную дискуссию, что значит «родить для себя». А для кого рожают мужние дамы? Для мужа? И потом, если продолжать эту мысль, то я должна родить для мамы, учитывая упорство, с каким она педалирует эту тему.

Усилием воли я заставила себя промолчать. Мама выдержала небольшую выразительную паузу.

– Как дела у Гены?

– Мам, перестань! Ты же знаешь, что мы разбежались.

– Я просто интересуюсь! Кстати, у Ольги, одноклассницы моей, сын программистом работает.

Профессия моей мамы – преподавателя математики – предполагает наличие причинно-следственной связи в суждениях. У мамы она конечно есть, но довольно своеобразная. «Мы разбежались с Геной». – «Кстати, сын моей подруги – программист!». Я понимаю, если сын подруги неженат или сын подруги – Том Харди (а лучше и то, и другое).

– Кирилл, помнишь его? Он энурезом болел.

– Не помню.

– Так вот, Кирилл тоже в Москву перебрался. Представляешь, недавно квартиру купил! Двухкомнатную!

– Ты мне сватаешь Кирилла, что ли?

– Ну нет, конечно! Сейчас-то он в штаны не ходит!

То есть по логике мамы, одного факта того, что Кирилл не ходит в штаны, уже достаточно для того, чтобы анонсировать его в качестве потенциального мужа! Ну да, ну да…

– Передай Кириллу мои поздравления.

– Вообще, это я так, для информации… Тоже, кстати, балбесничает – не торопится семьей обзаводится. Хотя парням куда торопиться? Им же не надо рожать!

Без комментариев.

– Доча, ты пойми, я же беспокоюсь о тебе! Ты же знаешь, я люблю тебя!

Распрощавшись с мамой, я почувствовала острую потребность прогуляться. Например, в супермаркет. За весами. Точно!

Отдел с бытовыми приборами, в число которых входили весы, по закону подлости соседствовал с кондитерским. Я приняла отсутствующий вид, типа мне по фиг. «Хэлло, быстрые углеводики! Какие же вы противные! Жирный сливочный крем, шоколадная глазурь, песочное тесто. Все это вредно, все это превращается в жир! Фу-фу-фу!» (Или ням-ням-ням?).

И тут взгляд упал на свежий творожный рулет, и у меня засосало под ложечкой. Ну он же творожный! Творог – это не сливочный крем! Творог – это диетично! Как зверь на охоте, я сделала два круга вокруг полки с рулетом. И тут меня осенило – а ведь новую жизнь я начинаю завтра, значит сегодня я прощаюсь со старой! Творожный рулет как нельзя лучше подойдет для этого! Это компромисс! Это первый шаг к новому пищевому поведению! Равно как и фруктовая корзинка! (Всего одна!) И совсем маленькое макарони. Увидев скидку на набор макарони, я, конечно, предпочла сэкономить. Для очистки совести перед кассой я прихватила банку кабачковой икры.

Вперед – в новую жизнь!

Дома я распечатала весы и дерзко водрузила на них свою тушку. Так! Что там у нас? Чтобы вернуться к моему нормальному весу, мне предстояло скинуть.. 19 кг?! Что-о-о?! Я сняла с себя одежду, кольца, сережки и даже свои новые трусы – там прорезиненной ткани метра полтора, наверное! 18! Фух! Настроения это не сильно прибавило, но все же.

Всего за полчаса я уничтожила весь запас сладкого, включила сериал «Друзья» и забылась тревожным сном.

**********

На Глебе был новый синий костюм и розовый галстук. Какой он все-таки классный. Стройный, высокий, со скулами и четко очерченным подбородком. (С каких это пор я начала обращать внимание на четкую линию подбородка?)

Проходя мимо, я поинтересовалась (уж не заискивающе ли?):

– По какому поводу такой элегантный?

– Квартира на Кутузовском, ранее принадлежала актеру – Глеб приосанился, отчего стал выглядеть еще привлекательнее.

– Что за актер?

– Конфиденциальная информация.

Глеб практически не использует засоряющие русские язык сокращения, слэнг, ненормативную лексику, а также слова-паразиты. Его речь безупречна, как и он сам.

– У тебя сегодня какой объект? – спросил Глеб.

– Аренда офиса на Шаболовке.

– Пора тебя выводить на продажи. Если перестанешь опаздывать, разумеется.

– Сорри, на такси поехала, в пробку попала, – начала по привычке оправдываться я.

– Каждый день одно и то же. Ань, будь сознательней! Ты расхолаживаешь коллектив!

Глеб просто зациклен на общих для всех правилах. Все должны приезжать в офис к 10.00, писать служебные записки на просмотры/показы с указанием времени отсутствия в офисе. А также носить дорогие костюмы – по его мнению, это верный признак того, что наше агентство является элитным. Я ничего не имею против качественной одежды. Но костюмы – это пошлость и вчерашний день. Если я когда-нибудь открою риэлторское агентство, в качестве дресс-кода введу стиль бруклинских рэперов.

За обедом в столовой я остановила свой выбор на кабачках в чесночном соусе и куриной отбивной. Забралась в самую глубь зала. Очень не хотелось разделять свою унылую трапезу с кем-то из коллег. Но меня уже запеленговала Маргарита. Удивительно, но Марго даже в офисном дресс-коде умудрялась выглядеть сексуально. Сегодня она была в белой блузке с оголенными плечами, которая отлично подчеркивала ее загар и худые ключицы.

– Привет, подруга! А что так скромно? Диетничаешь? Давно пора!

– Спасибо, что была со мной раньше!

Маргарита поставила на стол поднос, на котором помимо моего любимого картофельного пюре с гуляшом, красовалась хорошая порция пирога с черникой.

– Я тебя немного поискушаю! Зажигала на дискотеке 90 -х до утра. Хочется с похмелья чего-нибудь вредного!

Марго уселась и закатила глаза:

– Ты бы видела Макса!

Марго 44. Год назад она развелась (муж ушел к молодой любовнице), но я ни разу не видела ее в мрачном настроении. Отправив единственную дочь на учебу в Чехию, Марго пустилась во все тяжкие. В данный момент за ней ухлестывают три парня в диапазоне 25-30 лет. И судя по всему, наклюнулся четвертый.

– 33 – староват для меня. Но там такой рельеф!

– Качок? Скучно!

– Я про другое!

– Можно не за едой?

Марго принялась аппетитно уплетать горячее. Я поковыряла вилкой кабачки и пришла к выводу, что они похожи на размокшую туалетную бумагу.

– Кстати, есть новость, – хитро улыбнулась Марго. – Глеб расстался со своей!

– Да ладно! – Я почувствовала, как кабачок проскользнул в пищевод непрожеванным.

Подруга Глеба Натали ведет свой бьюти-блог, ну и по совместительству имеет интернет-магазин средств по уходу за кожей. Стоит ли упоминать, что Натали – воплощение идеала женской красоты и ухоженности?

– По слухам, слишком давила с браком. Так что вовремя ты затеяла жирорастряску.

– Жиро что?

– Рекомендую пить кипяток. Отлично голод перебивает.

В конце рабочего дня перед показом офиса, я по совету Марго выпила кипятку. И вправду появилось чувство насыщения. Желая проверить надежность метода, я рискнула пройти мимо пончечной. Уловив аппетитные запахи, мой желудок как остервеневший зверь начал даже не урчать, а рычать. Как назло, клиентка, которая представилась Ларой, приехала вовремя, лишив меня возможности забежать в магазин и купить хотя бы орехов.

Лара деловито осмотрела помещение, проверила свет, выглянула во двор. Все это время я расписывала преимущества офиса. Неожиданно Лара попросила меня замолчать.

– Зачем? – удивилась я.

– Хочу проверить звукоизоляцию.

– Но это офисы, здесь люди работают. Вроде как.

– Все хорошо, – с бесстрастным лицом проговорила Лара. – Понимаю, что шансы невелики, но мне не хотелось бы повторять опыт соседства с преподавателем ораторского искусства.

– Вы хотите сказать, что…

Лара приложила палец к губам и села на краешек стула, держа спину ровно. Чисто Мэри Поппинс!

Я замолчала. Две минуты мы посидели в тишине, нарушаемой голодными завываниями моего желудка. Странно, но в присутствии Лары я почему-то не чувствовала неловкости. Убедившись в отсутствии шума из соседних офисов, Лара сообщила, что готова внести залог и подписать необходимые документы. Впервые мне попался такой ненапряжный клиент!

Когда мы прощались, моя сумочка блямкнула рингтоном «фак ю». Потом еще. Итого четыре раза. (Дебильная привычка Гены писать смски короткими предложениями! Он еще бы знаки препинания и междометия отдельными сообщениями высылал!)

– Извините! Это мой бывший, – зачем-то брякнула я.

– Сочувствую. Хотя на самом деле нечему. Он изменял тебе с самого начала.

Я впала в ступор настолько, что даже забыла о чувстве голода.

– Откуда вы знаете?

– Вижу прошлое, настоящее и будущее. – Лара чуть приподняла уголки губ – наверное, улыбнулась.

– Ого! Вы ясновидящая? А что еще у меня было в прошлом?

– Вижу давление матери. Безответную любовь.

– Ни фига себе! А в будущем?

– Заходи как-нибудь, сделаю скидку.

Мы попрощались, и я со скоростью раненой лани бросилась в ближайший супермаркет. У кассы вспомнила о непрочитанных смс и решила, что батончик «Баунти» будет хорошей компенсацией за то, что Гена продолжает вторгаться в мой хрупкий мир спокойствия. Слопав «Баунти», я открыла смс и прочитала следующее:

«Привет, забыл у тебя кое-что из аппаратуры», «башмак для вспышки», «завтра утром заеду», «будь дома».

С тех пор как Гена объявил, что «нам нужно взять паузу, потому что он встретил другую» (хорошая формулировка, не так ли?), прошло два месяца. За это время Гена с периодичностью раз в неделю наведывается ко мне забрать «кое-что из аппаратуры» – флэшки, лампы, какие-то переходники. Как правило, его визиты не ограничиваются заявленными целями. Так, например, Гена не отказывается от чашки чая с домашним десертом, далее следует суп, если он имеется в наличии, второе и снова чай.

Тамара посоветовала на этот раз не кормить Гену. Но я уже успела купить кисло-сладкого соуса. Это вынудило меня приготовить одно из любимых блюд Гены – курицу по-тайски с рисом. Замахнулась было на шарлотку – Гена ее тоже любит, но вспомнила, что на диете. А ведь и правда!

Хотела похвалить себя за стойкость, но вспомнила о «Баунти», съеденном у супермаркета. Разнервничалась, нашла в сумке кулек со старыми конфетами. Хотела выкинуть, но рука сама потянулась в кулек. Рот сам собой открылся и начать пережевывать трюфели с ореховым пралине. И так, пока кулек не опустел.

Я не человек, я биоробот, который существует на углеводном топливе!

***********

Утром все-таки не удержалась и быстро сварганила шарлотку. Гена наелся до такой степени, что оставил половину.

– Как всегда, очень вкусно! – провозгласил он. – Но не могу. Не лезет. Доедай, Анют!

– А я на диете! – с вызовом бросила я.

Гена отреагировал без драматизма: никаких вопросов – по какому поводу, у тебя кто-то есть и прочее.

– Тогда я прихвачу, не возражаешь?

Я обиженно прошла в комнату и сняла халат, чтобы облачиться в офисную униформу (разумеется, прикрывшись от Гены дверцей от платяного шкафа).

– Я очень надеюсь, что ты не собираешься кормить моей шарлоткой свою бабу! – произнесла я, чеканя каждое слово.

Я намеренно не стала спрашивать у Гены имени той девицы, которая заказала у него эротическую фотосессию три месяца назад. (Ее зовут Ника, в «Фэйсбуке» – Никусик). Называю ее грубо и вульгарно – баба!

– Анют, раз уж ты сама начала… – громко пробасил Гена. – Короче, мы решили взять паузу!

Услышав это, я выбежала на кухню в своих фирменных трусах и блузке. Я ожидала застать Гену, трагически заламывающим руки, с выражением вселенской скорби на лице. Но увидела, как он складывает куски шарлотки в пакетик.

Еще раз: сообщая мне о разрыве, Гена складывал шарлотку в пакетик!

– Я тебя прошу, Ген, перестань употреблять это мерзкое выражение! Что значит взять паузу? Так не бывает! Либо ты развиваешь отношения, либо ты их заканчиваешь!

– Анют, да не нервничай ты так! – Гена разглядывал мои трусы. – Какое интересное у тебя белье. Ты в нем была на фотке в «Фейсбуке»? А давай я сделаю фотосессию с тобой в стиле ретро.

Ретро конечно звучит лучше, чем задница в лифчике, но меня беспокоило другое:

– Ты что следишь за мной? – подозрительно спросила я.

– Да нет, просто зашел в «Фейсбук», увидел твое фото, – пожал плечами Гена. – Ну и лайкнул заодно.

Какое странное совпадение! (Я на всякий случай проверила с телефона свою ленту на предмет этого злополучного фото).

– Что-то раньше не особо ты меня лайкал! Все лайки улетали к ней!

– Ань, ну не подходим мы друг другу! Она молодая, хочет богатого мужа, чтобы он экономку нанял, которая будет ей супчики варить и смузи делать.

– Готовить не умеет, что ли? – напряглась я в ожидании вероятного фиаско соперницы.

– Ага! Ваще полный ноль! – оживился Гена. – Дошираком дома питаюсь, прикинь? Сам картошку жарю!

– Ты действительно считаешь это поводом для развода?

– Ань, мы разные. Я творческая личность, а она бухгалтером в банке работает.

– Сочувствую! – фальшиво протянула я, с трудом сдерживаясь, чтобы не крикнуть: «Yes! Так тебе и надо!»

– Анют, я вот подумал. Может нам это… воссоединиться?

Я опешила. Как воссоединиться? Два месяца метаний, рыданий, непотребного обжирательства (надеюсь, оно в прошлом), бессистемного просмотра олдскульных сериалов, чтобы забыться и не сгрызть себе от обиды ногу. И вот когда я практически смирилась с тем, что Гена меня бросил, когда я в одном шаге от того, чтобы быть отмщенной, Гена, налопавшись шарлотки, заявляет о воссоединении?!

Все это я подумала, а вслух осторожно произнесла:

– Я думаю, это лишнее.

– Анют, ну почему? В конце концов, я здесь сделал ремонт!

Надо сказать, что ремонт в моей съемной, первоначально убитой однушке Гена сделал профессионально. Что и неудивительно, ведь в прошлом он этим зарабатывал на жизнь (а также работал электриком, диджеем и, по-моему, разносчиком пиццы).

– Ген, прошу, не шантажируй меня ремонтом! Не опускайся до этого!

– Ань, меня тянет к тебе.

Гена подошел ко мне, быстрым движением снял блузку и прижал к себе. Я машинально ощупала его бока – надо же, похудел! Может, мне тоже к бухгалтерше его свалить на пару месяцев? «Здравствуйте, я бывшая вашего Гены, а давайте жить вместе! И кстати, я хорошо готовлю супчики и смузи». Я уткнулась ему в грудь… Гена большой и сильный. И парфюм у него классный, мной подаренный…

– Может, под одеялом?

– Как скажешь, – улыбнулся Гена.

На работу я опоздала на целых 40 минут. Глеб сухо попросил написать объяснительную и сказал, что это последнее предупреждение, в следующий раз он применит штрафные санкции (так и сказал – «штрафные санкции»). Меня это взбесило настолько, что я написала, что, выбирая между не опоздать или заняться сексом, выбрала второе.