ВЗЛОМАННОЕ ПОДСОЗНАНИЕ

Главы с 1-6

ВЗЛОМАННОЕ ПОДСОЗНАНИЕ

Роман в жанре психологического конспирологического триллера

ОФИЦИАЛЬНЫЙ ДИСКЛЕЙМЕР РУКОПИСИ

Все имена, фамилии и личные данные персонажей полностью изменены в целях обеспечения конфиденциальности и личной безопасности участников описываемых исторических событий. Любые совпадения с реальными лицами, живущими или жившими, являются абсолютно случайными, за исключением упоминаний общеизвестных исторических деятелей, государственных лидеров и официальных названий ведомств. Все географические локации, включая гостиницу «Пекин», Белорусский вокзал и территорию ВДНХ, оставлены подлинными ради сохранения аутентичной и достоверной атмосферы Москвы 1993 года.

ГЛАВА 1. ТОЧКА ВХОДА

В девяносто третьем Москва не жила — она лихорадила. Город принадлежал тем, у кого хватало наглости брать его за горло. У меня в то время уже назревали свои, вполне конкретные проблемы с законом, но в тот день небо над столицей казалось бесконечным.

Погода стояла отличная. Для переменчивого московского девяносто третьего года это был на редкость теплый, погожий и залитый солнцем день. Мы мчались с парнями на машине, окна были опущены настежь, ловя горячий городской воздух. В салоне стоял дым коромыслом, мы веселились напропалую под хриплый, рвущий душу голос Шевчука. Из динамиков на весь двор орала ДДТ «Что такое осень». Это была чистая эйфория молодости, когда кажется, что все проблемы с законом, которые уже тихо сжимались вокруг меня, остались где-то на обочине этой залитой солнцем трассы.

Мы влетели во двор типовых панельных домов, и тут мой взгляд намертво зацепился за силуэт возле одного из подъездов.

Она стояла спиной к дороге. В этот теплый день на ней было что-то легкое, идеально подчеркивающее фигуру. То, как соблазнительно и четко выделялся её оттопыренный, аккуратный силуэт сзади, не оставило мне ни единого шанса проехать мимо. Чистый мужской инстинкт сработал в ту же секунду.

— Тормози! Остановитесь! — крикнул я парням, перекрывая музыку. — Посмотрите, какая она классная!

Машина с визгом притерлась к бордюру, подняв облако пыли. Парни что-то со смехом прокричали мне вслед, но я уже не слушал. Я буквально вылетел из салона на залитый солнцем асфальт, захлопнул тяжелую дверь и решительно пошел на таран, на ходу придумывая хитрый маневр.

Подойдя ближе, я сделал максимально наивное и серьезное лицо:

— Девушка, добрый день. Подскажите, а вы не знаете... тут вот в соседнем подъезде живет одна просто потрясающая девчонка... — и я, на ходу глядя на неё, принялся в деталях описывать её же собственные идеальные формы, черты лица и одежду.

Она слушала меня ровно полминуты. На её губах заиграла легкая, чертовски проницательная улыбка. Медленно обернувшись и смерив меня долгим взглядом, она без тени смущения прервала мой вдохновенный монолог и выдала со смешком прямо в лоб:

— Ты что, познакомиться со мной хочешь?

Вся моя напускная наглость и заготовленные байки куда-то испарились. Глядя на неё под яркими лучами солнца, я выдал самое простодушное выражение лица, на какое был способен, и честно ответил:

— Ага.

Я стоял там, улыбался теплому дню, абсолютно уверенный, что моя импровизация сработала на сто процентов. Я был невероятно наивен. Я еще не знал, что эта красивая девчонка — дочь начальника секретного отдела КГБ, и мое веселое «Ага» навсегда меняет мою жизнь, запуская невидимые шестеренки оперативной разработки.

Она звонко рассмеялась. Моя мгновенная капитуляция и это простодушное «Ага» явно пришлись ей по душе больше, чем если бы я продолжил сыпать заезженными уличными подкатами. Напряжение спало, и мы прямо там, под мягким солнцем девяносто третьего года, проболтали добрых полчаса. Для себя я назвал её Динарой — имя, которое теперь навсегда ассоциируется у меня с началом той крутой развилки, на которую повернула моя судьба.

В тот день я не узнал о ней практически ничего лишнего. Динара оставила мне свой номер домашнего телефона, хитро улыбнулась на прощание и скрылась за тяжелой дверью подъезда. Я вернулся в машину к парням победителем, под все тот же непрепрекращающийся хрип Шевчука из колонок.

Следующие две недели пролетели как в тумане. Это было классическое, красивое и совершенно беззаботное ухаживание. Я звонил ей из автоматов, мы встречались в центре, гуляли по засыпающей летней Москве, заходили в первые шумные коммерческие кафе. Я ухаживал за ней со всем азартом двадцатилетнего парня: цветы, дурацкие шутки, попытки произвести впечатление. У меня по-прежнему оставался свой шлейф нерешенных проблем с законом, но рядом с ней они казались какими-то далекими и неважными.