Горсть справедливости

Роман очень динамичный, детективная составляющая – сильная, загадка сохраняется до самого финала. История с большим экранным и игровым потенциалом.

Юлия Гусева, литературный редактор, автор блога «Книжное дело»

Динамичный роман, полный локаций, приключений, схваток и погонь. Тайны прошлого и настоящего сплелись в змеиный клубок, и распутывает их харизматичный главный герой, Терри Наварра.

Арья Рэй, мастер курсов литературной школы CWS-Питер

Прочла «Горсть справедливости» на одном дыхании. В мире будущего, где правят технологии, а деньги решают все, Терри Наварра – единственный герой, которому не все равно. Закрученный сюжет, обилие экшена и, наконец, чертовское обаяние главного персонажа, заставляют перелистывать страницу за страницей. Получится ли у частного сыщика победить сильнейших, спасти невинных и восстановить справедливость? Ведь кто-то должен это сделать.

Анна Росси, писатель и сценарист

Глава 1. Выключи камеру и умри

Они медленно кружили по рингу. Терри чувствовал себя отлично, несмотря на четвёртый раунд. Адреналин бурлил в крови, возбуждение достигло пика. Противник, невысокий, мощный, с бритым торсом, на вид совсем молодой, похоже, тоже не ощущал усталости.

– Круши его, Наварра! – орали с трибун поклонники Терри.

Октагон в Портовом клубе был создан по старым правилам: восьмиугольная арена, обнесённая со всех сторон сеткой. Только большегрудые октагон-гёрлз в коротко обрезанных шортиках перемещались по рингу в виде голограмм, да покрытие сетки стало менее травмоопасным, зато более зрелищным. Реклама на сетке представляла собой набор разноцветных огоньков, вспыхивающих по поверхности так, чтобы всем зрителям, сидящим вокруг арены, были видны знаменитые бренды.

– Вперёд, Лягушка! Добей военную крысу! – визжали фанаты противника с верхних, самых дешёвых, рядов.

Это он, Терри – крыса? Военная?! В голове вспыхнуло, как тогда, на войне, когда снаряд разорвался совсем рядом. Сознание заволокло кровавой пеленой, он кинулся вперёд и нанёс сопернику мощный удар.

Тот покачнулся, но устоял, и молниеносно ответил: кулак Лягушки скользнул по щеке. Терри зарычал, взмахнул правой рукой, отвлекая внимание, а ударил левой. Лягушка попытался увернуться, сдвинулся в сторону и нарвался на мощный апперкот. И почти одновременно словил сильнейший лоу-кик. Этот удар подкосил парня. Терри вынудил Лягушку отступить к сетке и продолжал исступлённо наносить короткие злые удары, вбивая кулак в одно и то же место, выплёскивая ярость, которая требовала выхода, иначе его просто могло разорвать. Лягушка начал оседать на пол и, видимо, понял, что его ждёт в лучшем случае больничная койка, если не остановить Терри прямо сейчас. Парень обречённо стукнул ладонью о пол октагона, признавая поражение.

Зал свистел и улюлюкал. Терри, прогоняя пелену перед глазами, потряс головой, поднял руки, демонстрируя верхним рядам средний палец.

– Победа в четвертьфинальном матче за звание чемпиона города по боям без правил в среднем весе присуждается Терри Наварре!

Зал взорвался, где-то на трибунах начались потасовки. Терри жадно оглядывал сквозь сетку первые ряды. Искал и не находил красное пятнышко среди серо-бурой массы маек и курток, натянутых на плотные мужские тела. Красное пятнышко платья женщины, приходившей за него болеть последние три матча.

Первый раз она подошла к нему месяц назад, когда Терри уже вышел из здания через чёрный ход и курил, пережидая заряд ветра с дождём. Женщина, несмотря на холодную погоду, была в лёгком прозрачном дождевике, под которым угадывалось открытое красное платье. В её взгляде, отражающем свет вечерних фонарей, горело возбуждение. Тонкими пальцами без колец она взяла из его пачки сигарету, прикурила и молча встала рядом. В этот момент мальчик-курьер позвал Терри, он отвлёкся ненадолго, а когда повернулся к своей неожиданной соседке, той уже не было. Только тонкий аромат духов, что-то напоминающий, тревожный, смешанный с сигаретным дымом, остался на память.

На следующем матче она сидела в первом ряду, где места всегда выкупали богачи. В том же красном платье. Терри бился тогда с очень опасным соперником – из отряда Сипатого Сэма, владельца октагона, а также всех тотализаторов и борделей в Порту. В конце матча, когда противник получил серию жесточайших ударов в корпус, Терри, уже понимая, что победил, немного рисуясь, ушёл от вялой попытки захвата плавным текучим движением, уронил почти не сопротивлявшегося неприятеля на пол, на живот, упёрся коленом в спину и придавил. И покосился туда, где видел красное платье. Успел заметить лёгкий взмах руки. Нейтральный. Но Терри знал, что этот взмах предназначался ему. Он выбежал на площадку перед чёрным входом сразу после церемонии объявления победителей, грязный, в крови, и долго курил, надеясь, что она придёт. Не пришла.

И сегодня тоже не пришла. После боя он на всякий случай постоял у чёрного входа, понимая бесполезность своего ожидания, потом прошёл в комнату отдыха. Там отдался во власть доктора и ПИЧа-медбрата, одетого в забавный короткий халат. ПИЧ заклеивал специальным гелем небольшие ранки, а доктор проверял реакции нервов и нажимал на разные участки тела – искал повреждения. Терри не обращал внимания на робота и доктора. Он дремал. Опухшие веки норовили совсем закрыться, тело расслаблялось после напряжения боя, клонило в сон. Но врач, попадавший время от времени руками на больные точки, спать мешал.

В комнату заглянул мальчик-курьер. Он принёс вещи, оставленные Терри в раздевалке.

– Вам уже полчаса названивает какой-то Майкл, – мальчишка протянул Терри видеофон, который немедленно ожил в его руках, заливая полумрак комнаты светом экрана. С фото контакта на Терри смотрело небритое лицо с хитринкой в смеющихся глазах. Терри нахмурился. Что-то произошло. Не будет приятель, сержант убойного отдела полиции, звонить в два часа ночи просто поболтать.

Терри отодвинул в сторону доктора и как был, в халате, в шлёпанцах, вышел в коридор, прикрыл за собой дверь и ответил на видеозвонок.

– Ты решил поздравить меня с победой? – шепелявя из-за разбитой губы, отгоняя тревогу, невесело пошутил Терри.

– Мне нужна твоя помощь, Шелест, – Майкл сосредоточенно смотрел с экрана, позади в темноте улицы угадывались всполохи сигналов подъезжающих служебных машин.

Майкл и Терри познакомились во время военной операции на архипелаге Святая Тереза. В тот день взвод, в котором служил Майкл, наткнулся в горах на повстанцев. Завязалась перестрелка. Взводный вызвал подкрепление. Ему ответили, что для вертушек погода неподходящая – слишком низкая и плотная облачность. Что можно врезаться в какой-нибудь склон. Что связались с разведчиками. Что недалеко есть группа, им уже отдали приказ. Ждите. А взвод погибал. Повстанцев было слишком много, они неожиданно выскакивали из вырытых в горах нор, появлялись на, казалось, недоступных склонах и стреляли, стреляли. Когда погиб взводный, Майкл взял командование на себя и увёл оставшихся бойцов в случайно обнаруженную пещеру. Там взвод, забаррикадировав камнями и ветками деревьев узкий вход, яростно отстреливался, с отчаянием считая оставшиеся патроны.

Помощь пришла. Сначала в глубине пещеры, непонятно откуда, бесшумно возникла фигура в странном костюме. В темноте костюм был серым и незаметным, а на свету изменил цвет, мимикрируя под то, что находилось рядом. Человек поднял руки, демонстрируя отсутствие оружия, буркнул: «Свои» – и переместился ко входу. При этом обалдевший Майкл успел заметить, как осторожно, сначала опускаясь на носки, потом перекатываясь на пятки, не опираясь на всю ступню, шёл разведчик. Бесшумно.

У забаррикадированного входа в пещеру тот освободил себе участок для обзора, достал из рюкзака предмет, напоминающий большой бинокль, лёг и стал смотреть в расчищенное оконце, а затем принялся что-то бормотать в незамеченную раньше Майклом рацию. Стрельба начала стихать, а потом прекратилась совсем.

– Дальше сами, – разведчик спрятал в рюкзак рацию, непонятный бинокль, поднялся и протянул Майклу руку.

– Терри.

Майкл назвался и с чувством пожал крепкую ладонь. Разведчик показал на карте, каких мест в округе стоит избегать, и, ступая так же бесшумно, как пришёл, пропал в глубине пещеры. Майкл смотрел ему вслед, пока тот не слился с темнотой.

Спустя месяц они встретились при штурме развалин старой крепости – разведчики вывели взвод Майкла на нужные позиции. Майкл узнал, что Терри прозвали Шелестом за умение бесшумно ходить и появляться внезапно. А Терри выяснил, что они земляки и провели детство в одном городе.

…С войны Майкл демобилизовался после окончания военной кампании на архипелаге. Терри комиссовали раньше, из-за ранения. В городе Майкл устроился в убойный отдел полиции – привычка стрелять и ловить гадов требовала подходящей работы. Однажды Майкл увидел на афише, призывающей делать ставки на бойцов Портового октагона, знакомое лицо. Они встретились. Терри рассказал Майклу, что живёт на военную пенсию, подрабатывает частным детективом, в основном следя за неверными женами и мужьями с помощью вывезенных с архипелага приборов, ну и участвует в боях без правил. Причём не просто участвует, а числится в десятке лучших бойцов октагона Портового района.

С тех пор они не расставались. У обоих в прошлом была война и погибшие товарищи. Майкл иногда подбрасывал Терри клиентов. Терри помогал Майклу в слежке, если разрешения на неё начальство не давало, а узнать, как и чем живёт подозреваемый, было необходимо для следствия.

– Что у тебя? – Терри с видеофоном в руке вышел на улицу, достал сигареты из кармана халата, затянулся и замолчал, пережидая боль в повреждённой губе.

– У меня полная задница, Шелест. Час назад патрульные обнаружили разбитый в хлам суперсовременный мотобайк. Лежал на боку, рядом осколки и пятна крови. Ребята пробили номер и поняли, что дело дрянь. Байк зарегистрирован на имя Ники Беллами.

– Ника Беллами? Наследница «Беллами/Роботикс»? – попытался присвистнуть Терри, но вместо свиста вышло невнятное шипение.

Майкл невесело кивнул и продолжил уже совсем мрачно:

– Доложили начальству. Через десять минут Управление получило приказ о приоритетном расследовании – похоже, похищение. Всех обзванивают. Я дежурил в отделе и первым принял сообщение. То есть теперь официально это моё дело.

– Не понял, почему этим должна заниматься полиция? Почему не служба безопасности «Беллами»? – удивился Терри.

Он знал, что полицейские обычно расследовали бытовые убийства, связанные с простейшими людскими пороками: жадностью, завистью, гневом, ревностью. И всё это отягощённое наркотиками, деньгами, воспалёнными мозгами. Богатые редко обращались к городским властям, предпочитая разбираться самостоятельно. И не выносить на суд общественности семейные происшествия.

– Да куда ж без них? Вон бродят, непонятно что ищут. Ты приедешь?

– Да. А зачем я тебе? – Терри докурил и оглянулся. К нему неспешно подкатилась стоявшая неподалёку тележка-гироскутер. Такие маленькие овальные тележки курсировали вокруг клуба, собирая окурки, банки из-под пива и прочий мелкий хлам. Манипуляторы-ручки робота открыли камеру для мусора, и Терри бросил туда окурок. Гироскутер ещё немного постоял, потом так же неспешно покатился прочь и скрылся за углом здания.

– Камера на месте происшествия не работает. А в пыли на дороге мои ребята нашли странный прибор. Небольшой, плоский прямоугольник. С виду корпус из карбона. По нему, видимо, пара мотобайков проехала, корпус сильно раздавлен, но внутри более-менее целое всё. Ты же в электронных девайсах понимаешь? Мне бы мнение эксперта, имеет ли отношение эта штука к отключённой камере или нет? Специалисты из Управления неизвестно, когда приедут, может, утром. А я бы по горячим следам составил картину преступления. Поможешь?

– Говори адрес, – Терри зашёл в раздевалку, отложил видеофон на скамью и принялся одеваться.

Стоянка для машин перед Портовым клубом разделялась на две зоны: служебную и для посетителей. Терри быстрым шагом подошёл к своей машине, припаркованной на служебной половине. Внешне мобиль ничем не выделялся среди других, такие тут и там встречались на улицах города. Это помогало в работе. Зато под капотом стоял усовершенствованный движок. Ничем не выделялся, да. До этого момента. Терри оглядел уже пустую автостоянку и перевёл взгляд на левый бок своей видавшей виды машины. «Терри Наварра – боец номер один!» – светились в темноте жёлтые кривые буквы. Кто-то из поклонников после матча пробрался сюда и таким образом зафиксировал свой восторг от победы кумира. Терри ковырнул пальцем флуоресцентную краску. Уже высохла. М-да… Он представил, как приедет на встречу с Майклом и его сослуживцами. Синяки на роже и такая вот разукрашенная машина. Ну и ладно. Майкл поймёт, он и не такое видел. Мнение остальных Терри не интересовало. Он прикоснулся запястьем со встроенным чипом распознавания личности к пуленепробиваемому стеклу, машина нежно пискнула в ответ, отключая сигнализацию, и дверь водителя отъехала в сторону. Терри с осторожностью уселся на сиденье – ноги после лоу-киков довольно сильно болели, включил фары и выехал на дорогу.

Улица, где произошло похищение, была на самой окраине. Терри прикинул, что Ника Беллами, по всей видимости, ехала из дома. Так называемый полуостров Беллами находился примерно в полутора часах езды от города. У отца девушки, Андора Беллами, главы «Беллами/Роботикс», на этом полуострове размещалось производство: заводские цеха и лаборатории. И там же, ближе к берегу океана, находилось роскошное поместье. Изображениями дома с колоннами, огромного сада, вьющихся по стриженным газонам тропинок, пестрели модные издания.

Петляя на машине по переулкам, Терри задумался. Значит, эта Ника ехала из особняка на полуострове в город. Ночью. Наверное, потусить. Терри представил себе путь девушки. Плохо освещённая дорога. С одной стороны поля с ровными рядами кустарников ахелони, усыпанных генно-модифицированными ягодами. Сейчас как раз сезон. Энергетик из таких ягод очень нравится подросткам, которым недоступны по закону более сильные стимуляторы. С другой стороны дороги – насыпь, ступенями спускающаяся к океану. Блёклая луна висит высоко. К звуку мотора примешивается рокот волн, к запаху дорожной пыли – специфический аромат спелых плодов. Терри сам ездил этой дорогой в свой дом на побережье. Иногда ночью. Поэтому представлял картину очень ясно.

Терри нажал иконку автопилота на навигаторе с адресом, который дал ему Майкл, откинулся на спинку сиденья и продолжил размышлять, по привычке пытаясь выстроить картину происшедшего. Терри всегда так делал, когда приходилось расследовать что-то посложнее, чем адюльтер. Ника торопилась? Она ехала на встречу с друзьями? Видимо, торопилась, и разбитый байк – доказательство, что скорость была очень большой. А потом на одной из улиц на окраине, когда девушка только въехала в город, что-то произошло. Если бы не пятна крови и неработающая камера, Терри бы предположил, что Ника просто бросила мотобайк после аварии, поймала попутку и продолжила свой ночной вояж. Кстати, тоже версия. Если бы не кровь… И не камера…

Терри выехал на центральный проспект. Здесь не было жилых домов, только торговые павильоны, офисные центры, мелкие забегаловки с едой быстрого приготовления. Пришлось сбавить скорость, потому что вспышки рекламных трейлеров слепили глаза. Тут и там вдруг вырастали, словно из-под земли, огромные разноцветные виртуальные фигуры, которые держали в руках рекламируемые продукты. Рядом с зазывалами в публичные дома выстреливали вверх голографические картинки, изображавшие девушек. Ночная жизнь бурлила. Торговцы наркотой безразлично сидели на корточках или капотах машин. Со всех сторон неслась музыка. Машин на проспекте было много. Рядом с Терри в потоке медленно двигался мобиль без пассажиров, управляемый ПИЧем. Обычно это были роботы, похожие на манекены в магазинах, не отличающиеся особым разнообразием одежды и фигуры. Только ПИЧи были по-человечески гибкими, а на лице из натуральной белой кожи постоянно присутствовала улыбка. Но иногда заказчики просили изготовить такого робота с лицом знаменитости или члена своей семьи. Вот сейчас, например, параллельно машине Терри ехал робот с лицом актёра из популярного сериала. Кажется, про полицейских.

Терри сверился с картой города на экране приборной консоли и направил машину в глубину квартала уже в ручном режиме. Нужная улочка показалась через три минуты. Не широкая, без жилых домов. Только магазины, бар, прокатное заведение и автосервис. Всё закрыто, кроме бара. Терри остановил машину на стоянке рядом с полицейским транспортом. Вышел, подождал, пока дверь мобиля встанет на место, и включил сигнализацию, коротко прикоснувшись к стеклу запястьем. Позади раздался громкий хохот и выкрики: «Давай, Наварра! Надери задницу копам!» Толпа местных жителей, привлечённая необычным скоплением служебных машин, скучала, ждала развлечения и бурно среагировала, увидев дурацкую надпись на машине Терри. Не обращая внимания, он прошёл сквозь толпу любопытствующих внутрь площадки, огороженной предупреждающей лентой, нашёл глазами Майкла и направился к нему.

Майкл стоял в окружении что-то громко обсуждающих сослуживцев. Терри подошёл ближе, полицейские, повинуясь кивку Майкла, расступились, пропуская Терри в середину. Там, на ящике из-под бутылок, сидел ПИЧ в заляпанном грязью костюме, побитый, но целый. Только с выжженным прямоугольником на затылке. Именно там у таких роботов находились блоки памяти, долгосрочной и оперативной. ПИЧ, как обычно, улыбался.

– Ценный свидетель? – Терри похлопал себя по карманам, гадая, куда сунул сигареты.

– Придурки из службы безопасности «Беллами» нашли его во дворе дома в мусорном ящике. Недалеко отсюда. Утверждают, что этого ПИЧа девушка взяла из особняка.

– Получается, девица исчезла, а робота нашли на помойке? И кто-то сжег ему память, чтобы не узнали, что его хозяйка делала последние пару часов? – уточнил Терри.

Майкл кивнул, с раздражением глядя на радостно улыбающегося ПИЧа. Терри понимающе усмехнулся. ПИЧи улыбались всегда. Улыбались как люди, не обременённые кредитом, семьёй и страховкой. Хотя, какие могут быть у робота страховки и кредиты? Только семья, которая его купила и усердно эксплуатировала. До этого момента. Так что улыбался он… Как существо, начисто лишённое памяти. Беззаботно.

– Что с другими камерами? Работают? Или отключены?

– В точку, Наварра. Отключены по всей улице до самого въезда в город. Это участок в два километра. Причём время отключения совпадает с примерным временем происшествия.

– То есть, её ждали. Знали, когда она въедет в город. Отключили заранее камеры. Устроили аварию. И тебе придётся всё это разгребать? Не завидую. Точно задница.

Терри наконец-то нашарил в кармане полупустую пачку с сигаретами, вытащил её и собрался закурить.

– Не совсем.

Майкл и Терри развернулись. Мужчина в чёрном плаще и шляпе подходил не торопясь и этим резко отличался от службистов в оцеплении. Те передвигались бегом и шумно говорили что-то в переговорники. Терри отметил, что плащ мужчины застегнут на все пуговицы, а лицо незнакомца чисто выбрито, несмотря на поздний час. У самого Терри явственно проступала щетина, а Майкл, наверное, вообще не брился пару дней.

– Начальник службы безопасности «Беллами/Роботикс» Том Мадсен, Терри Наварра – специалист-электронщик, частный детектив, – представил их друг другу Майкл, при этом ощутимо толкнув приятеля в бок, мол, осторожнее.

– Терри Наварра? Это его машина на стоянке? Специалист, значит? И что этот клоун делает на месте происшествия?

– Том Мадсен? – лениво передразнил начальника СББ Терри. – Начальник службы безопасности? Той самой, у кого под носом похитили дочь главы «Беллами/Роботикс»? Ай-яй-яй, как непрофессионально. А вы что здесь забыли? Дело, насколько я понял, приняла полиция. А ваши люди буквально землю носом роют, вон как усердно ползают на четвереньках. Отличный способ искать улики, запомни, Майкл.

Майкл отвернулся, пряча смеющиеся глаза. Мадсен шагнул к Терри вплотную и процедил:

– Значит, ты у нас «боец номер один»? Ну-ну.

– Угрожаем?

Терри подобрался, как на ринге, мгновенно оценивая сильные стороны противника, потом, поняв, что драки не будет, расслабился и кинул вдогонку уходящему Мадсену:

– Надо было лучше охранять, – потом добавил чуть тише: – Кретин.

И через минуту Майклу:

– А что все-таки ребята из СББ ищут? Землю почти просеивают сквозь пальцы.

– Не знаю, как приехали, так и ползают. Но ты зря так с Мадсеном. Девчонку, конечно, проворонили, но помогают же. Вон, ПИЧа нашли.

– Да черт с ним. Покажи девайс. Я устал и спать хочу.

– Сейчас принесу. А ты не стой, присядь вон, рядом с ПИЧем. Может быть зарядишься от него пуленепробиваемым оптимизмом. Ты, кстати, бой сегодня выиграл? – спросил Майкл.

Терри кивнул:

– Выиграл, да. И устал. Неси девайс.

Он опустился рядом с роботом на перевёрнутый ящик, вытянул гудящие от напряжения ноги и наконец-то с наслаждением закурил. Терри ничего не имел против андроидов-ПИЧей, и вообще против роботов. У него самого в доме хозяйничает роботиха-андроид со странным именем Тесла. Отлично справляется с домашней работой. Вот только производители, заложившие в программу ПИЧей постоянную благожелательную улыбку, по мнению Терри, не учли раздражения, которое вызывал вечно улыбающийся робот у человека, лишившегося по его милости работы.

Терри поискал глазами запропавшего Майкла. Тот опять о чём-то горячо спорил с товарищами. И Терри снова задумался, сравнивая ПИЧей с последними новинками производства «Беллами/Роботикс» – киборгами-солдатами. В политических хрониках по головизору часто крутили сюжеты о военных учениях, которые Терри с интересом просматривал.

Люди интересовались киборгами: они защищали мир, при этом находились где-то далеко. ПИЧи же были всегда рядом, они и им подобные лишали работы людей, да ещё и с улыбкой, словно дразнили, и люди их за это ненавидели.

Начиналось всё безобидно. Сначала просто появились стиральная машина-автомат, мультиварка и робот-пылесос. А сейчас вокруг снуют роботы-водители, роботы-рабочие на заводе, роботы-шиномонтажники в автосервисах. Слишком поздно люди поняли, какую опасность для них несут человекоподобные роботы – так называемые Помощники, и начали сопротивляться. Кто как. В городе время от времени даже проводились демонстрации протеста, если где-то на производстве увольняли рабочих, заменив роботами. Но чаще полицейские находили такого вот бедолагу с повреждёнными мозгами. Радостно улыбающегося.

Терри знал, что убить ПИЧа – например, выжечь ему мозги или заразить память вирусом, не считается у людей преступлением. Но робот, который лишился памяти, идёт на реконструкцию, а это то же, что и смерть. Сейчас по ночам нигде не встретишь ПИЧа без хозяина. Да и хозяин, идущий тусить по ночным заведениям, робота с собой никогда не возьмет, если не хочет неприятностей. Почему это сделала Ника Беллами – вопрос.

Кстати, именно корпорация Андора Беллами, владельца «Беллами/Роботикс», выпускала в том числе таких вот ПИЧей.

Так рассуждая, Терри не заметил, как задремал. Кто-то тронул его за плечо. Он поднял голову. Двое полицейских сняли робота с ящика и теперь приноравливались, поворачивая его по-разному, чтобы унести.

Подошёл Майкл, держа в руке компактное устройство, вернее то, что от него осталось: небольшую плату, треснутую в двух местах, и обломки корпуса. Протянул всё это Терри и вздрогнул, едва не уронив, потому что совсем рядом резко бабахнуло. Терри встал и оглянулся.

В это время изуродованного робота загружали в служебный фургон; он всё также беззаботно всем улыбался. Кто-то из толпы у ограждения, скорее всего какой-нибудь укуренный местный наркоман, запустил в небо фейерверк, который распался над домами на множество разноцветных звёздочек. В толпе радостно засвистели, заулюлюкали, послышались крики: «ПИЧей в топку!». Стартовал ещё один фейерверк, и толпа угрожающе качнулась к фургону. Полицейские по сигналу выстроились в шеренгу, преграждая путь взбудораженным людям.

– Отдайте ПИЧа, он всё равно сдох! – выкрикнул кто-то. И в полицейских полетели камни, палки и другой крупный мусор. Полицейским пришлось бы совсем худо, это были не те бравые ребята, что привыкли разгонять демонстрантов на улицах. Всего лишь криминалисты и следователи из отдела убийств, они не имели щитов, водомётных машин и прочего, и сейчас теснились друг к другу, сжимая в руках служебные бластеры, которые, по инструкции, можно было применять против людей только в чрезвычайной ситуации. А парням из СББ вообще применять оружие к населению можно было при определённых обстоятельствах, очень жёстко оговоренных законом.