Две полоски после вечеринки

Глава 6

Ксюша

– Ксюша!

Я замираю.

– Ксюша! – раздается требовательный голос моего брата.

Стук в дверь.

Боже, что сейчас будет…

Я слышу, как дергают ручку. Вжимаюсь в кровать. Платон тоже застыл. Его руки сначала остановилась. А потом и вовсе отлипли от меня.

Я с задранным платьем. Мои трусы валяются на полу. Платон в расстегнутых штанах… Ситуация абсолютно недвусмысленная.

Я зажмуриваюсь. Какой стыд!

Но… Дверь не открывается. Уф… Похоже, Платон успел закрыть ее на замок, хотя я не знаю, когда.

– Ксюш! – раздается уже где-то возле окна.

Я слышу длинные гудки. Он мне звонит. Как хорошо, что мой телефон остался где-то на столе…

А потом мы слышим удаляющиеся шаги.

Ваня был на моем дне рождения с начала. Потом уехал по своим делам. Сказал, подскочит в конце.

Видимо, уже подскочил…

Я вскакиваю с кровати.

– Ты куда? – Платон ловит меня за платье.

– Ваня тебя убьет, – говорю я.

– Ты вполне взрослая и можешь делать, что хочешь и с кем хочешь.

Ага, еще отцу моему это объясни….

Я подбираю трусики. Натягиваю их.

– Подожди! – раздается за спиной голос Платона.

Он путается в своих расстегнутых и наполовину спущенных штанах.

А я… просто убегаю.

Выскакиваю из домика. Оглядываюсь. Никого нет. Встряхиваю волосами. Стараюсь успокоить бешено колотящееся сердце.

И медленно, никуда не торопясь, с самым беззаботным видом иду в сторону ресторана.

* * *

Ваня появляется минут через пять.

– Я тебя искал.

– Где? – делаю непонимающее лицо.

– Везде.

– Нашел? – я все еще прикидываюсь дурочкой.

– Нашел.

Он внимательно вглядывается в мое лицо.

– Все в порядке?

– Ага.

– А где Платон?

– Где-то здесь. Только что его видела. А ты уже вернулся? – задаю самый дурацкий из вопросов.

С одной стороны, я благодарна брату. Потому что именно в тот момент мне очень хотелось все прекратить. Но я не знаю… Я не уверена, что Платон бы меня услышал и понял. Он казался таким невменяемым!

А с другой стороны… Если бы не Ваня. может, все бы наладилось. Мне бы снова стало горячо и хорошо. И мы бы…

Уф.

Наверное, я все же еще не готова.

А Платона нигде не видно.

Куда он подевался? Остался в домике и… занимается этим сам с собой?

* * *

Гости требуют моего внимания. Я всем улыбаюсь, принимаю поздравления, обнимаюсь и фотографируюсь. Это же мой день рождения.

Здесь много детей друзей моих родителей, я их всех знаю с детства. И все либо старше, либо младше меня. Вот Ване повезло: друзья родителей нарожали целую кучу его одногодков. Им всем сейчас по двадцать три.

А моего ровесника нет ни одного!

– Вашей маме зять не нужен? – раздается рядом.

– Ты где раздобыл этот древний подкат? В телепередаче “Кому за пятьдесят”?

– Ксюш, я стебусь.

Это Димка, младший сын дяди Паши, которого в байкерской тусовке зовут Кабаном.

Ему семнадцать. И я вдруг вспоминаю все, что мне буквально вчера рассказывал об этом возрасте Ваня.

– Платье у тебя такое… Я просто в ахуе. То есть это… в шоке. Короче… пойдем, потанцуем?

Еще один озабоченный! Да… после рассказа Вани я немного иначе смотрю на парней.

И тут сильная рука оттаскивает Димку за шкирку. И раздается совсем взрослый бас:

– Малой, иди пососи чупа-чупс. А насчет платья полностью поддерживаю. Пушка бомба петарда.

Это Димкин старший брат Саша, по кличке Слон.

– Спасибо.

– Потанцуем?

– Слушай… Мне надо с подругой пообщаться.

Отмазываюсь от него. Благо, рядом появляется Регина.

– А где Платон? – спрашивает она.

Я пожимаю плечами.

– Что случилось?

– Ничего…

Чистая правда. Ничего не случилось. Хотя могло. Очень даже могло…

– Зачем ты позвала Катьку Ерофееву? – задает подруга вопрос.

Как будто сама не знает!

– А что мне оставалось?

Катька, как и Регина, из тех девчонок, с кем я дружила с первого класса. Наши мамы водили нас вместе в художественную школу, папы – на айкидо. Мы бывали друг у друга в гостях и нередко устраивали веселые ночевки. Мы поступили в один универ. Мы всегда приглашали друг друга на дни рождения. И я была на днюхе у Катьки пару месяцев назад.

Но тогда она еще не лезла к моему парню на колени!

В общем, я пригласила всех, как обычно. И ее не позвать не могла. Это было бы слишком демонстративно. Все бы сразу поняли, что я ревную.

А я не хочу…

– Сучка она, – выдает Регина. – Кстати, что-то ее не видно.

– Да все разбрелись, кто куда…

* * *

Платон входит в зал, когда я уже начинаю волноваться.

– Привет, – он улыбается мне той самой улыбкой, которая неизменно заставляет мое сердце биться чаще. – Ты как?

– Нормально, – я улыбаюсь в ответ.

– Ксюш, извини, что я так…

Я смущенно отвожу взгляд.

– Ты не обиделась?

– На что?

– Я был слишком настойчив. И, может, даже груб.

– Ты был… страстным.

– Тебе не понравилось?

– Сначала да. Потом… как будто не очень…

– Я слишком разогнался, да?

Я киваю.

– Прости, малыш. Просто я так хочу тебя. Мне так трудно себя контролировать, когда ты рядом. Ты же просто… ты чистый секс! Особенно в этом платье.

Да уж. Папа был прав. Надо было надеть паранджу.

Но Платон… Он такой хороший… Такой заботливый, трогательно виноватый и понимающий....

Что я уже жалею, что сбежала.

Глава 7

Ксюша

– Платон, не надо…

Его рука гладит мою коленку. Поднимается выше. Еще выше…

– Ты не хочешь меня?

– Я хочу, но…

– Опять “но”? – в его голосе уже не просто разочарование.

Я чувствую, что он начинает злиться.

Мы с Платоном сидим машине. Где-то на обочине загородной дороги, у лесополосы. Он остановился, чтобы… Да. Именно для этого.

Мы ехали с речки, где были вместе с друзьями. Но возвращаемся одни. И…

– Платон, я не хочу, чтобы наш первый раз был в машине.

– В загородном домике с кроватью тебе тоже не понравилось.

– Мне понравилось, просто… Там был Ваня.

– Ну и что? Он ушел. Нам ничто не мешало продолжить.

– Понимаешь, для меня это не так легко, как для тебя. Я же не парень. У девчонок все немного иначе.

– Я знаю кучу девчонок, которые…

Он замолкает.

– Которые готовы на все? – заканчиваю за него я. – Такие, как Катька?

Платон отмахивается.

– Ты уже неделю меня откровенно динамишь. Я не могу, я не такая, давай завтра или через год…

– Но я правда…

– Мне надоели твои отмазки, – жестко произносит он. – Если ты “не такая”, значит…

– Пойдешь к ней?

Он снова нетерпеливо отмахивается. Как будто я сказала невероятную глупость.

– Я мужчина. У меня есть потребности. Гулять за ручку и целоваться при луне… мне этого мало, понимаешь? Я с ума схожу от тебя. Думаю о тебе днями и ночами. Ты мне снишься в самых откровенных порнографических снах.

Порнографических?

Я смотрела порно. Не сказать, чтобы мне понравилось…

– Малыш…

Платон разворачивается ко мне. Снова гладит меня по коленке. Но выше не лезет. Берет за руку, сжимает мою ладонь. Нежно…

– Ладно. Ты не хочешь в машине. Я понимаю.

Уф. Он понимает.

Между нами все хорошо. Он не злится и не обижается.

– Но ты могла бы… сделать мне приятное.

Он тянет мою руку к себе и кладет… прямо на ширинку.

– Что ты… Что ты имеешь в виду?

Его вторая рука на моей шее. Он сжимает ее и – тянет вниз. Надавливает, как будто хочет, чтобы я… наклонилась и…

Но это же… Это слишком. Это… еще страшнее! И интимнее. И… Это не то, с чего я бы хотела начать.

Да, я слышала, что некоторые девчонки так делают, чуть ли не с четырнадцати лет. Хотят сохранить девственность, но боятся отказывать парням. Потому что тогда те их бросят и найдут более сговорчивую и доступную.

Какая глупость! И отсутствие чувства собственного достоинства.

А некоторые еще и другие способы используют. Все – чтобы сохранить девственность, но не отказывать парню.

Это просто ужас.

Да, я об этом слышала… Но всегда думала, что Платон не такой.

И я не такая!

У нас все не так… Мы любим друг друга. Для нас важны чувства. И душевная близость.

– Платон, я… не умею. И… я не хочу, чтобы у нас все началось так.

Порнографические сны…

Да, в порно, которое я смотрела, часто делали то, чего от меня хочет Платон. Я это всегда перематывала.

Конечно, в этом нет ничего такого. Это нормально между двумя любящими людьми. Но… не с этого же начинать!

Я вырываюсь из-под давящей ладони Платона. Он убирает вторую руку с моей коленки.

Я не смотрю на него. Мой взгляд направлен в одну точку на лобовом стекле. Я молчу. И чувствую, как к глазам подступают слезы…

Неужели для него это все важнее, чем наши чувства? Неужели он так хочет, что…

– Пойдешь к ней? – спрашиваю я.

Каким-то хриплым, не своим голосом.

Все еще не глядя на Платона.

– К кому?

– К Катьке.

– Дурочка! Ни к кому я не пойду. Мне никто, кроме тебя, не нужен.

– Правда?

– Ну конечно!

Он притягивает меня к себе. Целует в макушку. И произносит:

– Хочешь, просто поедем к тебе и посмотрим киношку?

– Хочу.

Да! Именно этого я и хотела все это время. Просто общаться. Просто проводить время вместе.

Без этого постоянного давления, что я обещала и я должна…

Глава 8

Ксюша

Платон несколько раз упоминал фильмы для взрослых. Ну я и решила ознакомиться с этим контентом поподробнее.

Я и раньше заглядывала на эти сайты, чисто из любопытства. Но теперь я делаю это целенаправленно.

Потому что осознала – я ничего не знаю и ничего не умею. Я собираюсь начать взрослую жизнь, а представлений о том, как там и что, у меня довольно смутные.

Мне нравится обниматься и целоваться. Нравится сидеть рядом с Платоном и чувствовать его руку на своем плече. Нравится, когда он гладит меня по волосам или сжимает мою талию…

Но все, что ниже, глубже и откровеннее вызывает у меня неловкость. Даже если это приятно.

Я не очень раскрепощенная. Точно – не такая, как Катька.

А он хочет… Ему нужно…

Не то чтобы он поставил мне ультиматум, но… как будто бы да. У меня есть четкое ощущение, что, если в ближайшее время я не решусь, наши отношения закончатся.

А я не могу этого допустить!

Я люблю Платона. Я доверяю ему. Я хочу, чтобы мой первый раз был именно с ним.

* * *

Так вот как это работает… Чем больше ты смотришь, думаешь, представляешь – тем сильнее хочешь. Парни очень интересуются вопросом и лезут на взрослые сайты при любом удобном случае.

А потом у них вот это вот все! То, о чем мне рассказывал Ваня.

Я конечно, не возбуждаюсь от вида деревьев и дупл. Или, например, огурцов и бананов. Но после погружения в контекст ощущаю себя иначе…

Надеваю красивое белье – и чувствую, как кожа покрывается легкими мурашками. Смотрю на себя в зеркало – и представляю, как Платон гладит меня по спине, сжимает попу, стягивает лямку лифчика…

Внизу живота теплеет. Груди как будто наливаются тяжестью. Соски такие чувствительные, что когда я сама касаюсь их – вздрагиваю, как от удара током.

Так я себя еще не чувствовала…

Надеваю платье. Не то развратное, а более закрытое и удобное. Но очень сексуальное, подчеркивающее фигуру, выделяющее талию и попу. Платону точно понравится!

Я не уверена, но… Думаю, сегодня все будет.

После вечеринки.

Платон будет просто счастлив…

Сегодня у нас супер-пупер мега пати, которую мы все очень ждали. Вечеринка в честь окончания первого курса. Это будет круче, чем школьный выпускной! В сто раз круче.

Мы всеми первыми курсами арендовали яхт-клуб, расположенный на реке в центре города, с рестораном и бассейном.

У нас будет целая армия крутых диджеев, море коктейлей и полный отрыв. Все по-взрослому!

И да, родители меня отпустили.

А, впрочем, я не спрашивала разрешения. Скорее, поставила в известность. Я пойду на вечеринку первокурсников! Я не собираюсь такое пропускать.

И папа, стиснув зубы, кивнул.

А что ему остается? Он понимает, что я взрослею. И у него все меньше рычагов давления и управления.

Да, я все еще живу с родителями. Но на втором курсе у меня уже будет подработка. И, возможно, я смогу съехать и жить отдельно.

Они этого не хотят. И поэтому не обостряют.

Ваня вон давно съехал, взял квартиру в ипотеку. Но сейчас у него ремонт, и он пока живет с нами. Мама с папой просто счастливы, что все птенцы снова под одной крышей.

* * *

Вечеринка – просто огонь!

Мы танцуем, пьем коктейли, я – безалкогольные. Хохочем, вспоминаем какими испуганными птенцами были год назад, когда только окончили школу. А теперь мы студенты! Это самое счастливое время. Которое мы всю жизнь будем вспоминать…

Говорим об этом с Региной и Алей, стоя у бассейна с бокалами.

А где Платон? Что-то я его давно не видела. Он тусил с парнями, они устроили борьбу на руках, типа армрестлинга. Потом еще отжимались на скорость… Мальчишки, что с них взять? А мы с девчонками танцевали.

Где он теперь?

Нахожу свой клатч. На всякий случай заглядываю в телефон. Хотя вряд ли он стал бы мне писать. Он же где-то рядом!

Ничего. Никаких сообщений.

Бреду вдоль бассейна, вглядываясь в лица студентов. Платона нигде не видно.

Я отхожу в сторону, чтобы позвонить ему. Конечно, вряд ли он меня услышит в этом шуме. Но вдруг…

– Да, детка, – внезапно слышу я хриплый шепот. – Ты просто бомба…

Замираю на месте.

Потому что этот голос… Я не совсем уверена, но…

Озираюсь по сторонам. Я стою рядом с глухой стеной, в которой есть лишь несколько небольших окон сверху. Они открыты в режиме форточки. И, видимо, оттуда донесся шепот.

– М-м-м…

Теперь это больше похоже на стон. И я уже не могу различить в нем что-то знакомое. Но… Уйти я тоже не могу.

Я слишком много смотрела порно, чтобы не различить эти интонации.

Обхожу строение и понимаю, что это раздевалки при бассейне. Окна относятся к мужской раздевалке. А вот и дверь.

Я толкаю ее. Вижу ряды шкафчиков, скамейки. И – никого.

Я разворачиваюсь, чтобы выйти, но слышу звуки. Возня, пыхтение, что-то, похожее на чавканье и хлюпанье…

Двигаюсь в направлении звука. Попадаю в зону душевых. Звуки становятся громче.

Я уже понимаю, что увижу.

Но еще надеюсь, что это будет не он…

Осторожно, стараясь не выдать свое присутствие, заглядываю в одну душевую кабинку. Во вторую. В третью…

Лучше бы я сюда не заглядывала.

Я не ошиблась. Я узнала голос. Это Платон. И Катька.

Он со спущенными штанами. Она в одних трусах. На коленях. Делает ему то самое, чего он так хотел от меня…

Я чувствую такую резкую и острую боль в груди, что несколько секунд не могу вдохнуть. Не могу пошевелиться, не могу даже зажмуриться, чтобы не видеть этого…

А они так заняты процессом, что не замечают меня.

У Платона закрыты глаза. Похоже, ему очень хорошо. Катька вообще ко мне спиной. Я вижу ее затылок, равномерно движущийся вперед-назад.

Как же это мерзко…

Глава 9

Ксюша

Я отмираю. Делаю вдох.

Мне все еще больно. Очень! Но я уже дышу.

И отмечаю одну деталь – в этой кабинке душевая стойка расположена сбоку. Так что…

Я протягиваю руку, поворачиваю ручку смесителя в сторону красной точки. И – резко поднимаю ее вверх.

Раздается истошный вопль.

Сначала мужской. И сразу же – женский.

Хотя нет. Мужским я бы его не назвала. Это вопль гнусного слизняка. И дешевой доступной шлюхи.

Из душа на них льется кипяток.

Оба дергаются и корячатся, как ужи на раскаленной сковородке. Орут. Выскакивают из-под душа.

Мокрые. Мерзкие. Испуганные. Платон – еще и согнувшийся пополам.

– Ты меня укусила! – орет он.

И держится за свой сморщенный отросток.

– Я от неожиданности! – оправдывается Катька, ощупывая лицо. – Я обожглась!

И они оба поворачиваются ко мне… Наконец-то заметили.

Я вижу растерянное лицо своего бывшего парня.

Разворачиваюсь и ухожу.

Вылетаю из раздевалки. Пробираюсь сквозь веселую пьяную толпу. Кто-то меня толкает, кто-то окликает по имени, но я не реагирую.

Выскакиваю на улицу. Куда-то иду, все больше и больше ускоряя шаг. Я почти бегу…

Зачем? За мной никто не гонится. А от этой картины, отпечатавшейся у меня в мозгу, убежать все равно не получится.

Хорошо хоть, она немного смазалась следующим кадром – где эти двое корчатся в кипятке.

Меня тошнит.

Мне физически тошно от всего этого…

Перед глазами мелькают улицы, машины, фонари. Все расплывшееся и как будто нереальное. От слез, которые катятся по щекам.

Я как в дурном сне…

Почему он это сделал? Как он мог так поступить со мной? Он же буквально вчера говорил, что любит меня и ему никто другой не нужен…

А оказывается, ему все равно с кем.

Или… реально не смог терпеть?

А я ведь я хотела уже сегодня…

Он не дождался. Или… не хотел ждать?

Я вдруг вспоминаю его лицо тогда, на дне рождения. Когда он появился через час после того, как я убежала из домика. В том выражении было что-то похожее на то, что я видела сегодня. Эта довольная ухмылка мартовского кота…

В этот момент я четко осознаю: когда я ушла из домика, Платон позвал туда Катьку. И она позволила ему все, чего не позволяла я.

Поэтому он вернулся не сразу. Поэтому пришел такой спокойный и довольный.

Он все это время трахался с ней! Наверное, уже давно…

А со мной смотрел кино и держался за ручки.

Зачем?

Я не понимаю, зачем ему нужно было меня обманывать, так подло и гадко? Если ему нужна Катька, если он любит ее, а не меня, сказал бы прямо! Это было бы честно.

Да, больно. Но в сто раз лучше, чем вот так вот…

Любит? Да он никого не любит! Он просто… как говорил Ваня, у него просто стояк. Ему все равно в кого тыкать своим мерзким отростком. А Катька согласна…

Поэтому он делает это с ней.

Но, если ему все равно… Зачем надо было гулять со мной? Считаться моим парнем, говорить, что любит?

Хочешь бегать за каждой задницей – бегай!

Я не понимаю…

Почему это случилось со мной?

Может, это со мной что-то не так? Может, это я какая-то не такая?

* * *

Я все еще куда-то иду. Хотя уже давно не соображаю, где я. Просто не могу остановиться. Хотя, наверное, уже надо…

В мое сознание врывается какой-то звук. Я не сразу понимаю, что это. Но что-то знакомое и успокаивающее.

Мотоцикл.

Тормозит у обочины. Заезжает на парковку у какого-то здания. Парень, сидящий на нем, паркуется, спрыгивает. И снимает шлем.

Я знаю многих байкеров в нашем городе. Мой отец и все его друзья гоняют на мотоциклах. Я бывала на их тусовках, на соревнованиях и даже участвовала в мото походе, с отцом и братом.

Но этого байкера я вижу впервые.

И такого мотоцикла ни у кого из наших точно нет! Я, конечно, не так разбираюсь в технике, как мои братья или отец. Но понимаю, что это Кавасаки, какая-то новейшая крутая модель. Черный с зеленым, блестящий, мощный, хищный.

Даже в своем разобранном состоянии я не могу не восхититься прекрасным железным конем. Он – просто совершенство!

Я смотрю на мотоцикл. Байкер смотрит на меня.

Просто смотрит. Спокойно, без каких-либо эмоций. Молча.

Я тоже молчу.

Просто зависла. Сейчас отвисну и пойду дальше.

Куда?

Не знаю… Наверное, вызову такси и поеду домой.

Байкер открывает багажник мотоцикла. Достает бутылку воды. И – протягивает мне.

Только в этот момент я понимаю, что меня уже давно мучает дикая жажда. Но я ее не замечала…

А сейчас жадно пью, проливая воду на платье.

Выпиваю почти все, возвращаю бутылку ему.

– Спасибо.

Он просто кивает.

Этого парня я не знаю. Но от него, как и от его мотоцикла, веет чем-то знакомым и родным.

Я знаю таких, как он. Я его не боюсь. Мне рядом с ним спокойно.

Даже на душе стало чуть легче…

И тут он протягивает мне свой шлем. И говорит:

– Поехали.

– Куда? – растерянно спрашиваю я.

– Покатаемся.

Глава 10

Ксюша

Я отрицательно машу головой. И отталкиваю шлем.

Не хочу в шлеме. Хочу развевающиеся волосы, теплый ветер в лицо и запах летней ночи в ноздри.

Парень снова внимательно смотрит на меня. Представляю, какое у меня сейчас лицо… Нет, даже представлять не хочу.

А, впрочем, мне все равно. У меня точно нет цели ему понравится.

Байкер убирает шлем в багажник.

Он меня понял! Без слов.

Он садится на мотоцикл. Я привычно устраиваюсь сзади. Сколько раз я так каталась с папой, Ваней, с его друзьями… Но я всегда была в брюках. А сейчас мое платье задирается. Но мне абсолютно плевать на это.

Байкеру тоже. Не знаю, почему, но я в этом уверена.

Он трогается с места. Набирает скорость. Я хватаюсь за него покрепче и прижимаюсь к его широкой горячей спине, ощущая, как напрягаются мышцы, когда он входит в поворот.

Мы едем по проспекту, поворачиваем на площадь, несемся по ночным улицам. В какой-то момент тормозим на светофоре. Я вижу наше отражение в витрине магазина.

И только в этот момент до меня доходит: я прыгнула на байк к абсолютно незнакомому парню! Я ношусь по ночному городу в задравшемся платье, на крутом Кавасаки, и никто даже не знает, где я и с кем.

Это опасно!

Это вообще на меня не похоже!

Я бы так никогда не сделала. Мама недавно сказала, что я тихая домашняя девочка. И она права.

А сейчас… это как будто немножечко не я.

Мы едем дальше. Волосы развеваются. Ветер холодит лицо. Остатки слез на моих щеках высыхают… И я делаю свободный глубокий вдох.

Нет, я не улыбаюсь. Наверное, я еще очень-очень долго не смогу улыбаться.

Но мне хорошо.

Я ни о чем не думаю. Я просто лечу…

Нет. Для полета это слишком медленно.

Наклоняюсь к своему водителю:

– Можно побыстрее?

– Нет.

– Почему?

– Ты без шлема.

– Плевать.

– Нет.

Какой, блин, строгий! И немногословный. У него не забалуешь…

Тревога, зашевелившаяся где-то в груди, после его слов рассеивается. Он не сделает мне ничего плохого!

* * *

Покатавшись по значительной части города, мы возвращаемся на то же место. На ту самую парковку.

Я спрыгиваю с мотоцикла. Замечаю, что он припарковался у какого-то заведения под названием “Монако”. Это то ли кафе, то ли бар. А мне как раз нужно в туалет…

Когда выхожу из дамской комнаты, байкер уже сидит на диване за низким столиком и что-то пьет. Жестом подзывает меня. Я сажусь рядом.