По всем вопросам обращайтесь в дракона!

Глава четвертая. Зая, вернись!

Илль

С мамой пришлось выдержать настоящую битву. Она никак не могла взять в толк ни почему я вдруг передумала выходить замуж, ни зачем собралась куда-либо уезжать. Идея «освоить свои способности» ей крайне не нравилась. Вдобавок леди Арианна ди Вернес была твердо уверена, что в столице ее маленькую девочку непременно обидят. Она даже порывалась ехать со мной, раз уж никак не получалось меня отговорить.

Сама не знаю, каким волшебным образом мне все-таки удалось отбиться. Но жить под постоянным присмотром пусть даже очень любящей и вообще самой лучшей на свете мамы я все-таки не собиралась. Слишком привыкла в своей земной жизни самостоятельно принимать решения.

Вдобавок… отвязаться от мамы было просто необходимо по еще одной, самой важной для меня причине. Из-за Лельки.

Понятно, что как-то «легализовать» ее в этом мире однажды неизбежно придется. Но пока у меня самой не до конца уложилось в голове все произошедшее – и я не представляю, как правильно объяснить все матери, чтобы она поняла, что я по-прежнему Илль, а не коварная подселенка, захватившая тело ее дочери. И каким образом в таком случае девочка из другого мира может приходиться дочерью мне.

А коль скоро маме я ничего пока не рассказывала, то и статус Лельки по отношению к леди ди Вернес остался туманным. В общем, я пришла к выводу, что пока решать этот вопрос большой необходимости нет – раз уж все равно собираюсь уезжать из материнского имения.

И, кстати, по этой же причине я всеми конечностями отбрыкивалась от идеи взять с собой кого-нибудь из слуг. Помощь-то мне, само собой, не помешает, только вот не горничной, а няни, да и соглядатай, докладывающий заботливой родительнице обо всем, мне совершенно ни к чему. Так что пришлось доказывать, что только столичная горничная сможет мне помочь сориентироваться в моде и прочих, несомненно, важнейших для юной леди вещах. И вообще современные девушки не путешествуют со своей прислугой! В конце концов, в пансионе при институте я прекрасно без нее обходилась.

Леди ди Вернес не хотела показаться недостаточно прогрессивной матерью. А еще я все же была уже совершеннолетней – так что с моей внезапной самостоятельностью ей пришлось смириться. Разумеется, при желании она имела полное право оставить меня без всякого содержания и предоставить возможность хлебнуть этой самостоятельности от души… я бы справилась, конечно. Справлялась же в той, другой своей жизни. Но мама не стала этого делать. Все-таки она действительно меня любит и искренне переживает. В конце концов мой напор победил – хотя я получила просто миллион инструкций, где и как срочно нанять хотя бы горничную, без которой мне, конечно же, никуда.

И все-таки несмотря ни на что уже несколько дней спустя я стояла у портальной арки с самым безумным в мире багажом и с острым чувством дежавю.

По крайней мере, в этот раз я ухожу не навеки и не в другой мир. Всего лишь в столицу. Но снова оставляю все знакомое и родное в прошлом, собираясь шагнуть в неизвестность. Все-таки в этой жизни имение ди Вернес – мой родной дом.

Делегация провожающих у меня снова немаленькая. Специально по такому случаю в ближайший городок с портальной аркой прибыла не только леди ди Вернес с несколькими слугами, но и мой несостоявшийся жених Викас, топтавшийся в сторонке, пока я распоряжалась выгрузкой багажа.

– Осторожнее с этим сундуком! В нем… самое ценное! И хрупкое! Не смейте трясти! Нежнее, нежнее! Да аккуратнее, изверги! Ставьте здесь… не смейте к нему больше прикасаться! Остальное? А… да киньте рядом где-нибудь… только не на сундук!!!

…Как объяснила мне Лариса, поскольку ее дверь открылась в имении ди Вернес, то именно туда она и может быстро и с гарантией провести Лельку. А потому дочери предстояло переезжать в столицу вместе со мной. Зайцем.

Я специально выбрала самый огромный, прямо-таки циклопических размеров сундук с мягкой обивкой внутри и распорядилась навертеть в нем дырок. Может у юной леди быть небольшая причуда? Допустим, я боюсь, что моим платьям будет нечем дышать! Впрочем, прислуга не задавала вопросов.

Шестилетняя девочка невысокого для своих лет роста могла разместиться там с комфортом. Решение мне не слишком нравилось, но ребенку предстояло провести в сундуке совсем немного времени. Всего два переноса: частным одноразовым порталом в городок Лисовилль и оттуда стационарным – до столицы. Увы, одноразовые порталы переносят только на небольшие расстояния.

Лариса с Лелькой проскользнули в мои покои перед самым рассветом, когда весь остальной багаж был уже собран и упакован. Пустыми оставались только два сундука: большой – для моей дочери и поменьше – для вещей с Земли.

Идея с приключением и путешествием в багаже Лельке понравилась. А вот я – по-моему, не очень. В то, что я и есть ее мама, она, кажется, все-таки до конца не поверила, и когда я бросилась ее обнимать, быстро отстранилась. Но, к счастью, согласилась затаиться и посидеть «тихо, как мышка», пока я не открою сундук.

А уже на рассвете я вместе с провожающими отправилась в Лисовилль.

Мама размерам моего багажа, кстати, ничуть и не удивилась. По ее мнению, он мог быть и больше. Мало ли что может понадобиться юной леди в огромной столице!

Арка переноса, в общем-то, только называется так. На самом деле это круглая площадка, над которой куполом изгибаются сразу несколько арок, и сотрудники настраивают их в зависимости от точки назначения.

– Вам придется доплатить за багаж, его вес превышает максимально допустимый на…

– Да-да, конечно! – мама, заламывающая руки все утро, наконец отвлеклась от своего занятия, в очередной раз промокнула платочком уголок глаза и направилась к кассе в сопровождении работника портальной службы.

Увы, остаться в одиночестве мне была не судьба. Будто специально выжидавший этого момента Викас тут же кинулся ко мне и попытался завладеть моей рукой. Я поспешно отступила.

– Зая, мы должны поговорить! Ты совершаешь ошибку!

Я вздрогнула. На правах «друга детства» (хотя и не сказать, чтобы такого уж близкого!) Викас всегда называл меня просто по имени и на «ты». Но с момента заключения помолвки он внезапно, хоть, казалось бы, ничто не предвещало, стал звать меня «заей».

Нет, ничего плохого я о Викасе сказать бы не могла. Но и хорошего, впрочем, тоже. Весь он был какой-то… никакой. Даже внешне. Высокий разве что. А еще – полноватый и рыхловатый, с пухлыми губами, бесцветными глазами и светло-русыми волосами, которые, несмотря на юный возраст, уже слегка редели на макушке, обозначая место будущей плеши. В моем несостоявшемся женихе не было ни единой яркой, запоминающейся черты. А еще он всегда был инертным и ведомым. Сколько я его помнила – у него никогда и ни о чем не было собственного мнения. Никогда и ни в чем он не был твердо уверен.

Впрочем нет, пожалуй, кое в чем все же был – в своей великой и нерушимой любви ко мне. А также в том, что нам суждено быть обязательно вместе.

– Зая! – с внезапной решимостью начал Викас, продолжая наступать на меня. – Зая, я простил тебя!

– Да-а-а? – я хлопнула глазами. Э-э… за что, интересно? Ну… ладно. Простил – и ладушки.

– Да. Ты можешь вернуться.

Я сглотнула.

– Спасибо. Воздержусь.

Я нервно оглянулась. Мама уже успела вернуться – и теперь стояла неподалеку, с интересом наблюдая за событиями. Вот ведь… слуги, к слову, тоже глазели на шоу с видимым удовольствием.

– Зая, наше расставание было ошибкой! – проникновенно сообщил мой экс-жених. Ой, мамочки… впрочем, как раз от мамочки, похоже, в данном случае помощи не дождешься. – Ты должна понять это. Ты поймешь это рано или поздно. Но ведь может оказаться слишком поздно! Пойми, я не могу ждать тебя вечно!

– Хвала богам! – вырвалось у меня.

Уголки губ Викаса скорбно опустились. А мама вздохнула и пожала плечами с философским видом. Интересно, она правда надеялась, что он меня переубедит? А ведь кто-то сообщил ему о времени моего отъезда!

– Зая, ты должна понять, что мы созданы друг для друга!

Между прочим, мне совершенно некогда тут выяснять отношения! У меня ребенок в сундуке. И вообще плановое время отбытия было пару минут назад. Портальщики вечно ждать не будут!

Сотрудники портального перехода и в самом деле уже нетерпеливо посматривали на часы.

Я решительно отстранилась от юноши и направилась к леди ли Вернес, чтобы обнять и расцеловать ее напоследок.

– Что если меня увлечет другая? – предпринял последнюю попытку Викас. Говорил он, впрочем, уже мне в затылок. – Зая, подумай об этом!

– Я, э-э, постараюсь это пережить… – промямлила я. Мама всхлипнула, прижав меня к себе и отпустив. И уже обращаясь к ней, я шепнула. – Не скучай…

– Напиши сразу, как только устроишься. И не забудь…

– Я помню все инструкции, мам! Я даже записала все в блокнот! Все будет отлично!

Я шагнула в портальный круг и помахала рукой. Дуги арок над моей головой вспыхнули, и матово-белый купол отделил меня вместе с моим багажом от всех, кого я оставляла.

– Я буду ждать! – донесся до меня голос Викаса.

– Прискорбно! – пробормотала я.

Когда белый купол растаял, вокруг меня оказался в точности такой же портальный зал – изменились только люди вокруг.

– Добро пожаловать, леди, – равнодушно поприветствовал меня маг-портальщик в форменной одежде. – Если вам потребуются услуги…

– Да! – я распахнула самый большой из своих сундуков и, не обращая внимания на вытянувшееся лицо мага, протянула руку Лельке, помогая ей выбраться. – Пару носильщиков и кэб до ближайшей гостиницы, пожалуйста!

*

…А потом события завертелись с какой-то калейдоскопической скоростью.

…Вот мы останавливаемся в первой попавшейся гостинице, и Лелька настороженно смотрит на меня, как будто разом верит мне и не верит. Но скорее, пожалуй, все-таки не верит.

Но вечером, укладывая свою дочь спать, я поправляю на ней одеяло и слышу длинный вздох-всхлип. И начинаю тихонечко мурлыкать песню, которую часто пела ей вместо колыбельной – «Белые кора-аблики по небу плывут…»

Последнюю строчку я не допела. Потому что Лелька начала подпевать мне – «белые кораблики, белые кораблики…» – и, не выдержав, все-таки разревелась. И бросилась мне на шею, кажется, наконец окончательно признавая и узнавая.

Мы так и заснули тогда в обнимку – Лелька, положив голову мне на колени и обхватив меня обеими руками, я – полусидя на ее узкой кровати.

…Вот я сижу в городской общественной библиотеке, по уши закопавшись в справочники и подшивки газет. И выясняю неприятную вещь: прежде всего, в Сайларе не так уж много драконов – большинство из них живет в своем собственном государстве. Сайлара – страна людей. Правда, в отличие от дроу, эльфов или гномов, люди оказались самыми толерантными, и как раз здесь можно встретить представителей любых рас, мирно живущих бок о бок и занимающихся каждый своим делом. Но драконы – очень закрытый народ, и все прочие знают о нем совсем не так уж много.

А еще драконья магия настолько отличается от магии людей, что я даже не смогу выяснить, есть ли она у меня, и не выдать свое сомнительное происхождение. Так что с мечтой о поступлении в магическую академию придется сразу попрощаться.

Вообще единственное на всю страну учебное заведение, в котором можно встретить в числе студентов драконов, – это столичная Сайларская международная академия магии. Более того – там есть и так называемый «драконий факультет». На самом деле, конечно, юные драконы учатся на разных факультетах, осваивая профессии по своему вкусу. Но все магические дисциплины они изучают отдельно от остального потока студентов, на собственной кафедре, которую, не мудрствуя лукаво, и окрестили в народе «драконьим факультетом». И, кстати, ректор в СМАМ – тоже дракон.

То есть, кажется, в целом понятно, где искать нужную мне информацию, но как туда пробраться и ничем себя не выдать – совершенно неясно.

…Вот я разворачиваю свежую газету в поисках объявлений об аренде и найме домашнего персонала – ведь мне нужна няня! И вижу объявление в витой вычурной рамке: «Ректору Сайларской международной академии магии требуется секретарь. Требования…» И передо мной будто вспыхивает свет.

Рядышком на том же газетном развороте скромно примостилось объявление о сдаче внаем мансарды неподалеку от академии – за весьма умеренную сумму. Мансарда, как и домик, тоже оказалась весьма скромной, но вполне уютной. Вдобавок мне совсем не хотелось, чтобы у кого-то возникали лишние вопросы. Например, откуда у скромного секретаря средства на роскошное жилье. Или зачем урожденной леди этим секретарем работать. Просто замечательно, что в моей фамилии нет приставки «ди», и по всем документам я просто Иллиана Вернес. Пусть так и будет!

…Вот я собираюсь на собеседование и тщательно выбираю наряд – чтобы смотрелось официально и при этом я никак и ни с какого бока не походила на драконицу. Наверное, никому и так не пришло бы в голову сравнивать меня с ними, но… лучше я перестрахуюсь! К счастью, фигурой я пошла в мать. Драконицы поголовно отличаются подростковыми фигурами, они субтильные и почти плоские. Уже неплохо! А еще они носят закрытые платья в пол. Ни одной из них и в голову бы не пришло надеть короткую юбку! А в декольте им вообще бы нечего было положить. Мне положить в декольте очень даже есть что, но сегодня, конечно, нужно выглядеть строго…

…Вот я сижу на собеседовании, ловлю взгляд будущего начальства на своих коленках и догадываюсь, что все-таки что-то недопродумала в деловом наряде.

…А вот… вот я уже просыпаюсь утром, собираясь на работу в свой первый рабочий день.

Хорошо все-таки, что учебный год еще не начался! На днях пройдут вступительные экзамены, а потом коридоры наполнятся бесчисленными студентами и преподавателями. Вот тогда-то и начнутся у меня горячие дни. Но пока – есть время адаптироваться и привыкнуть.

Главное – не волноваться! Слышишь, Илль? Волноваться нельзя совсем! Нервничать мне противопоказано, у меня от этого хвост отрастает. И чешуя. То есть, конечно, начинается частичный оборот. Мне важно оставаться человеком на рабочем месте!

…Хм, а может, драконицы так кутаются, потому что хвосты прячут? Я бы не удивились! Говорят, эти чешуйчатые вообще взрывные по характеру. А раз они по всякому поводу переживают, то и неудивительно, если в любой момент могут во что-нибудь эдакое превратиться. Хотя бы частично!

Размышляя таким образом, я торопливо оделась – выбрав на этот раз юбку чуть подлиннее, но все-таки «человеческую», по колено. Заглянула к Лельке – дочка еще спала. Будить ее не стала, только чмокнула в лоб и на цыпочках направилась вниз. Быстро позавтракала – и уже спустя полчаса, быстро цокая невысокими каблуками по мостовой, направлялась к академии.

Впрочем, отойти от дома Умы я успела совсем недалеко, когда меня настигли чужие шаги – тяжеловатые и слегка шаркающие. Но почему-то не отстающие от моих.

– Зая, – услышав этот голос, я вздрогнула. – Зая, я приехал за тобой.

Замедлять шаг или останавливаться я не стала. Может, отстанет?

За спиной послышался тяжкий вздох.

– Зай, ну вот кому и что ты хочешь доказать? Ну… зай, я все осознал! Честное слово!

Викас поравнялся со мной и теперь шел, упорно пытаясь заглянуть в глаза.

Я почувствовала, как из груди против воли рвется едва слышное то ли рычание, то ли клекот.

А из обеих ноздрей вдруг вырвалось по струйке черного дыма.

Я запнулась.

Это… это что же – я скоро буду огнедышащая зая?!

Викас на мгновение тоже приостановился, чтобы проводить взглядом уносимый ветром дымок.

– Ну… зай, вот видишь, я готов мириться с твоими недостатками. Пойми, мы созданы друг для друга!

Ворота академии замаячили на горизонте как знак скорого спасения. И я почувствовала, что желание разорвать кого-нибудь голыми руками (а то и зубами) растворяется в блаженном осознании: день открытых дверей был вчера! Сегодня без спецпропуска враг не пройдет!

Глава пятая. Разберемся на месте

Тейон Тариус

Ощущение совершенной ошибки не покидало со вчерашнего дня – собственно, с того момента, как закрылась дверь за ушлой человеческой девицей. Определенно слишком юной и слишком неопытной для этой должности. Неизбежно станет его соблазнять, клеиться к преподавателям, кокетничать со студентами…

Ладно. Сейчас у нее будет одна главная задача – поработать пугалом. Для пугала девчонка, пожалуй, слишком хорошенькая, однако вполне успешно выперла из приемной обнаглевшего племянничка Тея, за что честь ей и хвала. А если справится и впрямь с драконьей матерью… да Тей лично готов будет ее расцеловать. Фигурально выражаясь, разумеется. Ни на какие романы на рабочем месте девица пусть не рассчитывает! В конце концов, у нее начальник – дракон. Вот и пусть проникнется. Как там у людей считается? Драконы жуткие моралисты, зануды и консерваторы. Вот пусть так и думает! И старается соответствовать.

Все дело было в леди Тариус, единственной и неповторимой. Той самой леди, что отчаялась дождаться наконец внуков от единственного сына – и решила сама поспособствовать их появлению. То есть найти ему наконец достойную невесту.

Ведь столько лет все было просто замечательно! Излишняя материнская забота тебе не грозит, если переехать жить подальше. При редких визитах на родину и встречах с родительницей можно печально вздыхать, упоминая, что достойных дракониц в стране людей не сыскать днем с огнем. И остается только отбиваться от всех тех девиц, что мать подсунет во время этих самых визитов.

Но теперь терпение леди Тариус, кажется, лопнуло. Она не поленилась даже лично прибыть в Сайлару, чтобы оценить, так сказать, обстановку на месте. И тут же обнаружила, что на самом-то деле сын работает практически в цветнике, где полным-полно прекрасных юных дракониц! На днях леди Тариус на полном серьезе пыталась свести сына с одной из первокурсниц. Первокурсниц! Девчонок, едва вышедших из детского возраста! И совершенно бесполезно оказалось говорить ей о статусе ректора и профессиональной этике. По мнению леди Тариус, «Так оно обычно все и бывает», то есть ректорам учебных заведений полагается жениться именно на собственных студентках. На ком же еще?! И вообще – «Красавица, умница, девочка из хорошей семьи, влюблена в тебя по уши, что тебе еще надо?» И опять-таки, бесполезно говорить, что студентки вообще имеют склонность поначалу влюбляться в преподавателей, и особенно – в ректора. Но если на каждой из-за этого жениться, так никаких ректоров не хватит!

В некоторые моменты становится совершенно неважно, что ты взрослый, состоявшийся мужчина, глава крупнейшей на материке академии магии, и вообще уважаемый дракон.

На днях леди Тариус вытворила и вовсе хайки знают что. Для начала – добыла где-то спецпропуск и проникла на территорию академии, где Тей всегда чувствовал себя в безопасности. И сговорилась со студенткой Ромиус – той самой первокурсницей. Впрочем, сейчас она уже перешла на второй курс – но, кажется, ничуть не поумнела.

Для начала девица явилась в ректорский кабинет и принялась нести какую-то чушь.

В прошлом учебном году такой номер у нее бы ни за что не прошел: в приемной неподкупным стражем бдела верная Крумгильда, и прорваться к лорду ректору без ее санкции не мог бы, пожалуй, и сам король Сайлары. И то – только если у Его Величества случился бы достойный повод отрывать занятого дракона от дел!

Но сейчас учебный год еще не начался, нового секретаря пока найти не удалось, и в кабинете лорда Тариуса регулярно появлялись все, кому не лень (и кто по странному стечению обстоятельств все еще ни разу не видел ректора в гневе, а потому был прискорбно бесстрашен). К счастью, большинство студентов и преподавателей еще не вернулись. Но в тот день посетители шли один за другим, а Тей и без того никак не мог разобраться в горе скопившейся документации, и вдобавок не спал уже вторые сутки.

Шейда Ромиус была безусловно очаровательна. Нежная и хрупкая, как экзотический цветок, и такая же яркая – с огромными черными глазами на тонком аристократическом лице, смоляными волосами, красиво очерченными алыми губами… впрочем, сейчас эти губы дрожали, а голос прекрасной юной драконицы срывался.

– Лорд Тариус, я ни за что не решилась бы обратиться лично к вам, но, поймите, это вопрос жизни и смерти! – студентка Ромиус нервно комкала в руках носовой платок, и Тей отметил, что по тыльной стороне запястий девушки пробежали дорожки чешуи. Неважно девочка пока себя контролирует, для второго курса скверно. Надо бы пнуть преподавателя по медитации. – Я должна, просто должна продолжать учиться! Это очень важно для меня! Но… но…

Тей, вздохнув, приготовился услышать драматическую историю о родителях, что-нибудь запрещающих или заставляющих. Или о заваленном и так и не пересданном за лето зачете. То и другое могло оказаться «вопросом жизни и смерти» примерно с равной вероятностью.

Однако вместо того, чтобы продолжить свой монолог, девица вдруг разрыдалась. Надо признать, получалось это у нее красиво – крупные слезы стекали по нежной коже щек, огромные глаза казались еще больше, губы по-прежнему дрожали…

Рыдающих студенток Тей за свою преподавательскую карьеру повидал немало. И не раз сам становился причиной слез – и когда ставил неуды на экзамене, и когда объяснял юным девам, что не намерен жениться немедленно на каждой из них. И даже приглашать на свидания не намерен!

И тем не менее, что делать с рыдающими девицами, он не слишком-то представлял. Хорошо, когда рядом есть какая-нибудь женщина, которая знает, как себя вести в этой ситуации. Подать стакан воды, платок, увести подальше… главное – увести подальше! А платок у этой, кажется, и так есть, вон, заранее приготовлен.

Именно поэтому, когда в кабинет без стука ворвалась леди Тариус, Тей ей даже обрадовался. И даже не стал выяснять, как она проникла в академию. Иногда и визит родной матери на рабочее место может оказаться удивительно своевременным! Лорд ректор вскочил и радостно улыбнулся… но леди Тариус повела себя странно.

– Милый, я решила сделать тебе сюрприз, ты ведь наверняка еще не обедал… о, бедное дитя! Дорогой, как ты мог так расстроить бедную девочку? Юная леди, не стоит так переживать… пожалуй, вам стоит чего-нибудь выпить. Тей, не стой столбом, налей бедной девочке вина…

Тей и оглянуться не успел, как все бумаги на его столе оказались сдвинуты в сторону, сам стол чем-то застелен, а поверх темно-бордовой скатерти красовались тарелка с бутербродами, бутылка вина и пара бокалов. Сраженный напором матери, лорд успел даже открыть эту бутылку.

…И опомнился, лишь случайно зацепившись взглядом за узор на скатерти…

Скатерти?! Хайка с два!

– Леди? – Тей очень осторожно поставил бутылку обратно. Чтобы совершенно случайно не швырнуть ее в родную мать. И ткнул пальцем в стол. И очень-очень медленно, с тщательно дозированной яростью вопросил, – что это?

Палец лорда ректора недвусмысленно указывал на узор, так что отпираться было бессмысленно.

На столе красовалось родовое ритуальное покрывало, предмет магический, уникальный и очень древний. То самое покрывало, на котором сотни поколений Тариусов преломляли хлеб и делили вино со своими невестами, заключая помолвки. Вино, разумеется, тоже непростое, кто бы сомневался. Вообще-то все должно было быть совсем не так, и обычно… впрочем, похоже, матушка решила, что можно пренебречь лишними формальностями.

Леди Тариус и студентка Ромиус переглянулись и синхронно вздохнули. Слезы последней, кстати, мгновенно высохли.

– Не получилось, – скорбно констатировала она.

– Не расстраивайся, дорогая, – леди Тариус положила руку на плечо девушки. – Он еще все поймет.

– Правда? – выдохнула девушка с надеждой.

– Конечно. Я его мать! Я точно знаю.

…Честно говоря, последовавшей за этим сценой Тей совсем не гордился. А вот не надо будить в драконе дракона! А уж то, что выставив дуру-студентку и наорав на собственную мать, он сорвал со стола покрывало, швырнул его на пол и принялся яростно топтать, и вовсе не поддается никаким разумным объяснениям.

Уже потом, мрачно жуя бутерброд с бужениной, который так и не преломил с «невестой», лорд ректор мечтал о том, что хорошо бы посадить в своей приемной василиска. Или расставить капканы. Или…

…И как только ему могло прийти в голову взять на должность своей секретарши хорошенькую человеческую девицу, лишенную даже магии? Затмение нашло, не иначе.

Впрочем… пусть, в самом деле, попробует. Вдобавок кое в чем эта девица, как оказалось, точно может быть полезна.

Тей окинул взглядом гору бумаг, заново выросшую на его рабочем столе, и коварно усмехнулся.

Илль

Последние метры до ворот академии я преодолела почти бегом. Викас все норовил взять меня за руку, и приходилось постоянно уворачиваться. К счастью, попросту хватать меня он все же не решался.