Общажный конфуз, или Зубрилка не чета дракону
- -
- 100%
- +
Вздохнула и замолчала. И снова в комнате воцарилась оглушающая тишина, изредка нарушаемая шуршанием страниц. Правда, уже через пару минут я услышала еще кое‑что – легкое шмыганье носом и громкий хлопок, с которым студент закрыл старую потрепанную книгу.
– Обожаю Потегиуса и его трагедии, – поделился впечатлениями книгоман. – Отец был вынужден убить свою дочь, поруганную врагом, чтобы не позволить плоду ненавистного Вифранта укорениться в теле наследницы рода.
– А, по‑моему, это слишком жестоко… – возразила я. – Неужели нельзя было поступить более гуманным способом и сохранить жизнь обоим?
– Ёсса Лид! – вскричал студент, поворачивая ко мне зареванное лицо. И я обомлела. Легкая дрожь прокатилась по телу, когда я узнала, с кем сейчас говорю. А он продолжил недовольно: – Твое мнение не спрашивали, знай свое место.
– Да, – согласилась и кивнула, опуская взгляд.
Вот это я вляпалась. Ведь предо мной сейчас стоял не кто иной, как Мортимер Рантильезо! Очередной красавчик из ЧСВ.
Ох…
И что он только здесь забыл? Или же его, как и меня, вызвали к директору из‑за произошедшего на дерби? Но почему его? Почему не кронпринца?
К сожалению, ответы на эти вопросы я узнала в скором времени, но ничуть этому не обрадовалась.
– На тебя поступила жалоба от начальника дерби, ты знаешь об этом? – Морти (как его называли друзья) прошел к директорскому столу, помахивая маленькой красной книжечкой. – Что скажешь в свое оправдание?
– Я не знаю, чем не угодил мистеру Хамсвеллу, – ответила быстро, не раздумывая. Да уж, годы практики с братьями в очередной раз выручили. – А‑а‑а… Могу поинтересоваться?
– Думаешь, почему такой красавчик, любимец всей женской половины ДУМО, забыл в директорском кабинете, да? – С этими словами смазливый парень остановился сбоку от стола и зачем‑то выпятил вперед и без того полноватые губы.
«Да уж, очередной самовлюбленный нарцисс найден», – проворчала я мысленно.
Поскорее перевела взгляд в другую сторону, пока не надумала сыронизировать вслух по поводу его поведения.
– Нет, не совсем… – Припомнила о предыдущих словах Морти и поспешила ответить: – Хотел узнать, на что именно пожаловался начальник дерби.
– И ты еще спрашиваешь? – Мортимер выпучил глаза.
Н‑да, положение.
Выдам Тэриона, значит, предам его друга по ЧСВ, не отвечу на претензию – совру. Осталось лишь одно, просто промолчать и дождаться, когда же директор наконец почтит нас своим присутствием.
Устав ждать ответа, самовлюбленный дракон аккуратно положил книгу, уселся на край стола и, как какой‑то учитель, приказал:
– Быстро отвечай, кто тебе помогал кормить уток магическим зерном?
Он сказал уток? Так все‑таки их было несколько?
– Э… – моя реакция на обвинение началась с очередного междометия. – Простите, но почему вы меня об этом спрашиваете? А не директор или его зам?
– Ах, это? Ты же еще не знаешь? – дракон слегка смягчился. – Мой отец сейчас в отъезде, и зам оставил разбирательство с тобой на меня. Такой ответ устроит?
– Более чем.
– Ну так? – Брови собеседника взметнулись вверх, а глаза причудливо выпучились. Того и гляди лопнут от натуги, точнее, из‑за демонстрации собственной важности.
– Не знаю, что вам сказали, – оправдывалась я, – но магическим зерном уток я не кормил.
– Однако надзорные маги определили твои чары на амбаре.
– А… домик с кабинками участников? – я слегка прикусила губу, отчетливо понимая, как подставилась. – Да, действительно. Магия тишины – это моих рук дело, но причем здесь утки? Я долго стоял там, возле входа, и мне надоел галдеж за спиной.
Легкая, еле заметная улыбка отразилась во взгляде Мортимера, прежде чем я заметила еще одного визитера, прибывшего через боковую дверь слева от директорского стола.
– Ты слышал, Тэрион? – наглец и, как оказалось, сын директора ДУМО обратился к своему другу. Тот в ответ кивнул.
А за его спиной раздался громкий шум, и в кабинет ввалились еще двое в состоянии легкого подпития. Точнее, один был пьяный, который Витал, а другой (тот самый Фиван) его тащил на своем плече.
– Да уж, – Мортимер скривился увиденной картине.
– А в чем проблема? – кронпринц осмотрел меня пресным взглядом и снова уставился на влиятельного друга. Понятное дело, видок у меня был тот еще. – Ты чего это над нашим Зубрилкой измываешься?
– Но его же просили наказать… – растерялся сыночек ректора. – За то, что он помогал…
– Но‑но‑но, – залепетал Витал, качая пальчиком в воздухе. – Не н‑нада тут…
– В общем, я понял, – кронпринц усмехнулся, хлопнув в ладоши. – Наказать так наказать.
На секунду в разговоре повисла многозначительная пауза, неприятная для меня.
– О! – венценосную особу озарило. – А посели‑ка ты его в моей комнате! Чтобы было кому убираться, делать мои домашние задания… Думаю, это будет достаточным для него наказанием.
– Ты так считаешь? – неуверенно уточнил Мортимер, бросив в мою сторону уничижительный взгляд. – Мне кажется, это скорее для тебя станет наказанием.
Я стояла, слушала их разговор и еле сдержала себя от забористых ругательств. Вывод напрашивался сам собой. Ну и наглые же эти драконы! Но вслух сказала лишь:
– А за что меня наказывать?
Но на мои слова ровным счетом никто не обратил внимания. Будто дело уже решенное.
С легким сомнением в голосе Морти согласился:
– Ладно, раз ты настаиваешь.
И сказал он это своему другу, отвернувшись от меня.
Вот так, невзначай, и решилась моя дальнейшая судьба.
Но сынку ректора оказалось мало слов. Потянувшись через весь стол, он приоткрыл верхний ящик и достал оттуда кожаную папочку. Распахнул и вместе с тем подхватил другой рукой перо, стоящее в чернильнице. Далее он провел линию на промокашке, быстренько начеркал что‑то и расписался в бумажке сверху целой стопочки. Все. На том дело было кончено. А я успела только ошалело приоткрыть рот.
Перо опустилось в чернильницу, дракон резво подскочил со стола.
– Приказ о наказании Ёссы Лид готов. Пойду отдам секретарю, – Мортимер с громким хлопком закрыл папку. И помахивая ей в воздухе, отправился в еще одну дверь, справа от той, из которой пришли его друзья.
Правда, уже на выходе из кабинета обернулся и сощуренно попросил:
– А вы тут не буяньте. И не трогайте папину коллекцию книг, ясно?
Не дожидаясь ответа, он вышел. Я же не удержалась от упрека:
– И как это понимать?
– Как милосердие, проявленное к нарушителю, – кронпринц ответил мне с подлинно‑аристократичной надменностью. – Или ты хотел сам лично разбираться с начальником дерби.
– Но я?..
– Что? Хочешь меня в чем‑то обвинить? – Угрожающие нотки в голосе дракона от меня не укрылись.
– Нет, – вынужденно выжала из себя.
Как‑никак, а мне еще с ним жить в одной комнате. И все‑таки, какой же он осел, раз так поступил со мной, а? Уж пусть не сомневается, я постараюсь не наставить ему новых пятен на форму во время стирки и не накидать крошек в постель, когда буду ее заправлять.
– Вот и отлично, – Рио доброжелательно улыбнулся. – Потому что мне бы не хотелось портить тебе жизнь.
После этих слов Витал покатился со смеху, будто одному ему известной шутке. А мне пояснил заплетающимся языком:
– Брегись, юноша. Когда он так г‑рит, то им‑м‑меет в виду обратное…
– С вашего разрешения я пойду перенесу свои вещи, – сквозь стиснутые зубы попросила я нового соседа.
– Да‑да, конечно, – согласился он.
Ах, само великодушие. Нет слов.
Но оставаться в этой комнате больше не было сил. Развернулась и быстро вышла в коридор, отправилась собираться и думать, как быть дальше в свете последних событий. Может быть, они меня попросту разыграли? И вообще, действительно ли Мортимер – сын директора? Нужно расспросить преподавателей, прежде чем делать необоснованные выводы и тем более расстраиваться.
Определенно, так будет лучше всего.
Глава 3. После разговора
Когда Зубрилка по имени Ёсса наконец покинул директорский кабинет, Витал выпрямился и перестал изображать из себя пьянь. Лицо его выглядело виноватым, когда он посмотрел на Тэриона.
– И все-таки мне не по душе то, что ты с ним делаешь.
– А что я такого делаю? – возмутился родственник. – Отец зажал меня в клещи, требует, чтобы я начал учиться, повысил успеваемость. Вот я и кручусь, как могу.
Слегка приоткрыв дверь, из вестибюля показался Мортимер, опасливо оглядывая комнату на предмет всяких зубрилок. Он выдохнул и наконец вошел внутрь, плотно закрыв за собой дверь.
– Зато мой отец меня закопает, если узнает, что мы использовали его кабинет, чтобы обманывать учеников. – С этими словами он поспешил уничтожить стопку пустых бумаг, которую вытащил из кожаной папки с гербом рода Острокрылых. Испепелил листки магией и только после этого выдохнул.
Настала очередь Фивана Фрата высказаться:
– А ты, Витал, хорош… Чуть было не запорол Рио всю игру.
– Как это? Что я такого сделал?
– Что-что, расхохотался и сказал чистую правду, что Рио решил его использовать.
– Да нет же, я такого не говорил.
– Вот и я не помню, – вступился за друга кронпринц.
– Он всего лишь его предостерег, – добавил к сказанному Мортимер и стал прогонять друзей из кабинета отца: – Давайте, живо выметайтесь отсюда, пока зам не вернулся. А я верну папку на место и книгу тоже.
– Ладно, идем, – Рио похлопал озадаченного родственника по плечу. Но тот не двигался с места, хмурясь. Тэрион вздохнул и попытался зайти с другой стороны: – Главное, что он купился и пошел перетаскивать свои вещи ко мне. Все остальное неважно.
– Но ты реально думаешь, что он будет помогать тебе с учебой? – Вит упирался и уходить не спешил.
– Конечно! – хитренько проронил Рио. – Он у нас кто? – И сам ответил на свой вопрос: – Зубрилка, а еще бесплатный ученик. К тому же человек. А судя по одежде – простолюдин. Он и пикнуть не посмеет против меня. Побоится вылететь с учебы.
– Думаешь, не посмеет? – возразил Фиван, задумчиво глядя в сторону парадного входа в кабинет. – В том-то и дело, терять ему нечего, кроме как эфемерных перспектив на сытое будущее. А простолюдины, как правило, рекордсмены в плане упущенных возможностей. Им не привыкать.
– По себе судишь? – едко вставил в разговор Морти, намекая на незнатное происхождение Фивана. – И вообще, я уже сказал вам. Выметайтесь отсюда и поскорее!
Как раз в этот самый миг в комнату ввалился Рени, охраняющий коридор со стороны парадных дверей кабинета.
– Шухер, зам идет… – прошипел он, вбегая внутрь.
Четверо драконов, не сговариваясь, ринулись к боковому выходу на лестницу, ведущую в корпус с церемониальным залом, а сын директора остался приводить кабинет в порядок. И потому господин Ридкарт, главный заместитель директора и по совместительству преподаватель по магической гносеологии и еще нескольких схожих дисциплин, застал Рантильезо младшего, стоящего возле стеллажей с книгами с томиком сборника трагедий Потегиуса в руках.
Знание настоящих предпочтений сына начальника позволило ему с легкостью понять, что Мортимер здесь явно не чтением занимался. Поэтому вошедший улыбнулся и пока еще беззлобно уточнил:
– Я смотрю, тебя потянуло на книги о насилии?
Морти поперхнулся слюной и потому закашлялся:
– Кха-кха-кха!
– М-м-м? Не поделишься, зачем ты посетил меня в выходной день? Вместо того, чтобы развлекаться со своими дружками в городе или ставить на уши драконью общагу? А может быть, забраться в женские бани подглядывать, а?
Неформальный тон общения с самой настоящей человеческой язвой и хроническим книгоманом под собирательным именем Волад Ридкарт позволил Мортимеру спокойно выдохнуть. Это означало, что ругать его пока что не собирались. И ключевое здесь было это самое каверзное «пока что». Ведь Волад со всеми был довольно строг и лишь временами справедлив. Чем и заслужил искреннее доверие директора ДУМО.
– Я-я вот Потегиуса читаю, – неуверенно оправдался Морти, припоминая недавний разговор с Зубрилкой: – Про то, как Вифрант убил свою дочь, поруганную врагом, чтобы прервать…
Заместитель директора резко вскинул руку в останавливающем жесте и скривился, как от зубной боли.
– Пожалуйста, не мучай меня кошмарной ложью и якобы своими познаниями в этой области.
– Но…
– Не «нокай»! – осадил его читатель, знающий наизусть каждый томик внушительной коллекции трудов, собранных в этой комнате. – Чтоб ты знал, так называемая тобой «поруганная врагом» дочь Вифранта покончила с собой. А отец на протяжении всей книги скорбел и мстил обидчикам.
Пройдя внутрь и наконец закрыв дверь, Волад начал читать лекцию несмышленому младшему отпрыску знатного семейства Рантильезо, берущего свои корни от еще некогда правящего рода Острокрылых.
Стройная фигура заместителя в строгом черном костюме с вышитым золотыми нитками гербом ДУМО прямо напротив сердца гордо вышагивала по ковру, подавляя молодого дракона если не ростом, то умом и гордым видом. Каштановые волосы короткой прически сейчас, как и в учебное время, были прилизаны блестящим желеобразным составом, точнее, были приклеены к черепу тонкой шапочкой. А пронзительный ястребиный взгляд заставлял трепетать каждого студента, «осчастливленного» вниманием столь влиятельного человека.
Его побаивались все, а не только сынок директора. Не без оснований.
Ведь Волад был чертовски умен и так же чертовски резок, иной раз доводя очередного ученика до нервного припадка.
Однако сам Ридкарт считал себя обязанным донести всем и каждому одну простейшую, по его мнению, мысль: «Книги нужно читать с уважением, трепетом, обожанием». Их нельзя проглатывать за несколько часов. Их нужно любить и ими нужно наслаждаться, чтобы потом было о чем написать многостраничное эссе, которыми он мучал всех и каждого. И поэтому, разогнавшись на долгий монолог, Волад глубоко вдохнул и продолжил свою мысль:
– Да, дочь действительно пала жертвой чудовищных обстоятельств, ее вместе со свитой заманили в западню. Использовали. Сломали. И отец молодой прелестницы, ранимой девушки на выданье, будущей невесты… – учитель гносеологии сделал многозначительную паузу, – допустил просто чудовищную ошибку!
– Все, не надо больше! – нетерпеливо оборвал его Морти, кривясь от услышанных подробностей. – Я и так понял, что ошибся…
– Э, нет, ты еще не понял, – заместитель оскалился, глядя на юношу проницательным взглядом. – Тебе явно что-то нужно от меня или от этой комнаты. А быть может, ты уже что-то сделал и просто не успел сбежать? Иначе не зря же я видел вашего Рани, стоящего на… как вы это называете? А… кажется, шухер, да?
– Его зовут Рени, сокращенно от Рениан, – дракон ушел от ответа. – И вообще, я тут вспомнил, мне пора.
– Что? Позорно сбегаешь? – Волад усмехнулся. – Только книгу не забудь поставить на место. Которую ты якобы прочитал…
Сынок директора бережно втиснул красную книжечку на полку, прежде чем продолжить разговор.
– Вообще-то, – он попытался оправдаться с легким румянцем на щеках. – Я прочитал первые несколько глав, остальное додумал, исходя из названия и жанра. Там должна была быть трагедия, вот я и…
– Не ты первый, не ты последний так поступаешь. – Ридкарт кивнул, устремляя взгляд в сторону выхода. – Иди уже, иначе твои дружки, которые наверняка стоят по ту сторону двери и подслушивают, устанут ждать и уйдут без тебя.
Морти не ответил. Он по привычке заправил буйную кучерявую прядь за красивое аккуратненькое ушко, миленько улыбнулся и поспешил к выходу.
– Учти, если узнаю, что ты сделал что-то плохое и мне об этом не сообщил, накажу вдвое строже, чем полагается в таких случаях, – напутствовал заместитель ему в спину.
Неудивительно, сынок ректора вначале споткнулся, а затем уже менее гордо зашагал к боковой двери. И только оказавшись в коридоре, выдохнул, растерянно оглядывая пустынную лестницу, ведущую в церемониальный зал.
«Если бы кто-то другой попросил о таком одолжении, отказал бы, не раздумывая, – повторял Морти в уме, словно успокаивая совесть и страх быть разоблаченным. – А тут… как-никак будущий правитель решил оказаться в долгу. Грех этим не воспользоваться…»
Приподняв себе настроение, Рантильезо младший поспешил присоединиться к друзьям в драконьем общежитии. Искренне завидуя другим не участвующим в этот раз: Эйзу, Вуди и Луми. Дело в том, что трое из знаменитой восьмерки накануне утром отбыли по своим делам или были заняты семейными вопросами, от которых не удалось откреститься.
«Нужно было придумать себе занятие или же сослаться на плохое самочувствие, – ворчал Мортимер, пока пересекал вдоль боковой стены торжественный зал, где ежегодно, в одну и ту же дату, вручали аттестаты выпускникам. Мысли сына директора блуждали в голове, предлагая варианты: – Моя маман, например, уже давно жаждет устроить очередные смотрины. Эх, мог бы согласиться…»
Тем временем в людском общежитии был вовремя предотвращен опасный инцидент. Рениан, засланный в стан врага, точнее к человеческим ученикам, будущим гильдейским магам, был вынужден отбиваться от досаждающего внимания женской половины общаги и уговаривать Ёссу Лид поскорее собрать свои вещи. Ведь этот настырный человечишка так и норовил отыскать учителя Ванса. Почтенный преподаватель по «Начертательной чарометрии» отправил Зубрилку на помощь начальнику дерби.
– Милая Силеника, отпусти, пожалуйста, мой локоть… – попросил Рени, стоящий рядом с Ёссой Лид, вовремя перехваченным прямо в коридоре. Точнее сказать, возле выхода из общаги на первом этаже трехэтажного здания с несколькими башенками и одним спортивным залом для фехтования.
– Ох, прости меня, Рениан Чилард… – белокурая красавица покраснела, хлопая густыми накрашенными ресничками. – Я лишь хотела пригласить тебя и…
– Не сейчас, – перебил ее и бросил неприязненный взгляд на обступивших его с разных сторон прекрасных человечек. – У меня есть дело к Лиду. Нужно помочь ему собрать вещи.
– Но я… – Ломкий и слегка сиплый голос Ёссы, как всегда, звучал тихо. – Хотел бы поговорить с мистером Вансом.
– Идем, вначале соберем твои вещи, – приказал дракон. Он немедля схватил хилого юношу за плечо и тотчас скривился, отдергивая руку. – Фу! В чем ты ходишь? Что это за ткань такая шершавая?
Каштановая шапка неровно обрезанных волос слегка колыхнулась, скрывая глаза Лида за густой челкой, а на его щеках выступили красные пятна.
– Уж прости, – проворчал он.
А кто‑то из девушек поспешил пояснить вместо небогатого студента:
– Ни для кого не секрет, что Лид – бесплатный ученик.
Рядом стоящая с ней шатенка подхватила, ехидно добавив:
– Представьте себе, у его семьи нет денег, чтобы купить ему форму университета.
– Неправда, – возмутился Ёсса. – Я их об этом не просил. Мне и так нормально.
– Какая чушь, – фыркнул Рени. – Когда вернемся в общагу, первым делом закажу тебе костюм.
– Но…
– Никаких «но», – осадил бедного ученика один несносный дракон. – На это убожество под названием одежда без слез не взглянешь. Идем.
Высокий статный Рениан Чилард в белой форме ДУМО применил на шее Зубрилки локтевой захват и буквально потащил его в сторону лестницы, чтобы подняться на этаж с мужскими спальнями.
Изумленные человечки были вынуждены расступаться на их пути и провожать странную парочку обескураженными взглядами.
– Видели? У них теперь новая игрушка, – проронила все та же шатенка не без злобы в голосе.
Силеника скривилась и уколола в ответ:
– Откуда в тебе столько яда, Зиена? Сама виновата, что утратила интерес Лумиэля.
– Это мы еще посмотрим, – та самая Зиена развернулась на пятках и отправилась подглядывать за Ренианом и его новой «собачонкой».
* * *Взволнованный Тэрион мерил шагами дорого обставленную гостиную залу, соединяющую восемь спальных комнат. Поистине королевская привилегия позволяла Рио, будучи студентом ДУМО, подобрать себе близкое окружение, в том числе и сожителей в соседние комнаты отдельно стоящего корпуса на территории выходцев этого королевства. Солнечный колодец – стеклянный потолок, освещал косыми лучами квадратное помещение, разделенное на разные зоны фигурными колоннами. Зеленая изгородь украшала одну из стен, в другой же – прямо напротив, был встроен камин из чистого мрамора, отполированный до блеска.
– Почему они так долго? – кронпринц не удержался от недовольного возгласа, устремляя упрекающий взгляд в сторону недавно пришедшего красавчика Мортимера. Но тот поспешил перевести стрелку словами:
– Не смотри на меня, свою часть работы я выполнил.
Вместе с ответом он в очередной раз заправил кучерявую прядь за ухо и слегка отвернулся, сидя на диване.
Исполнительный Фиван, поняв, насколько взволнован кронпринц, поспешил встать из бархатного кресла и предложить свою кандидатуру:
– Я могу сходить и поторопить их.
– Отличная идея! – воскликнул Рио, однако тотчас закрыл рот, потому как услышал слабый скрип входной двери.
– Вот и мы, – ехидно бросил вошедший, останавливаясь возле порожка с половиком. А обернувшись к Ёссе, пояснил: – Чтоб ты знал, мы тут разуваемся.
Стоящий за его спиной ученик кивнул. Сумка за его спиной слегка качнулась, когда он попытался присесть с ней на корточки, чтобы расшнуровать и снять ботинки одной рукой.
– Что там у вас? – нетерпеливо бросил Рио, пересекая общий зал наискосок.
Рениан тем временем успел переобуться и стоял в мягких тканевых тапочках. Зубрилка же по‑прежнему возился с обувью, то и дело порываясь упасть на пол из‑за тяжести заплечной сумки.
– Давай помогу, – проворчал кронпринц, с легкостью перенимая ношу нового соседа.
– Э, нет, не надо… – возмутился Ёсса.
Но было уже поздно. Внутри что-то звякнуло, когда Рио взвесил сумку в руке.
– Кажется, ты что-то ему разбил, – сопровождающий хмыкнул.
– Ничего, компенсирую, – отмахнулся кронпринц. – Давай, идем уже. Что ты там возишься?
Лид вздохнул и поспешил стянуть обувь, одетую на босую ногу.
– Простите, я не думал, что у вас положено разуваться, – краснеющий ученик поднялся, пряча смущенный взгляд за густой челкой.
– Оригинально… – С этими словами за спинами участников разговора обнаружился Витал. – Можешь взять вторые тапки с моей полки. А я завтра куплю себе новые.
– Вот эти, – подсказал Рио, указывая пальцем, как ни странно, на полку с тапками Лумиэля.
– Но… – Рени хотел было возразить, однако, заметив хитрый взгляд Тэриона, одумался. – А, да, все верно.
– Спасибо… – неуверенно поблагодарил Лид, обуваясь в бархатные красные тапки небольшого размера, относительно остальной стоящей на полках обуви первоклассного качества.
– Идем, – повторился кронпринц нетерпеливо. – Покажу тебе спальню.
Все присутствующие, не сговариваясь, хмыкнули, если не считать одного бесплатного человеческого ученика. Поняв без лишних слов, что попал в переплет, он, наоборот, горько вздохнул, предчувствуя неладное.
Глава 4. Гардеробная
Моим новым пристанищем вместо узкой комнаты с одним шкафом, одной дверью и одной кроватью стала королевская гардеробная, примыкающая к спальне Тэриона Вериндейла лат Умберстрота, первого наследника короля Драконьей Гряды.
И кто бы что бы ни подумал, здесь, помимо безразмерных шкафов по обе стороны от двери, имелось два широких окна. Кровать же моя представляла из себя матрас, скатанный рулоном и сейчас стоящий в углу помещения, за дверью. О постельном белье оставалось только мечтать, что оно имелось где‑то в этом помещении. Кстати, довольно захламленном.
В целом, ничуть не удивлена подобному развитию событий, однако странное чувство обмана не оставляло меня, стоило лишь повнимательнее приглядеться к этим нахалам. Одно понятно: я оказалась им нужна ради еще большей проказы, раз они решили меня заарканить в свои ряды столь экстравагантным способом.