Ронни и тайный замок дракона

Глава 1

– Ронни, где ты, Ронни? Ау!

Скрипучий и требовательный голос профессора нарушил блаженную тишину маленькой библиотеки. Спустя мгновение я увидела и самого Стефана Номма, декана моего факультета. Старик проворно лавировал между стеллажами, высматривая, куда могла запропаститься его непослушная подопечная. Я затаилась на верхней ступеньке старой деревянной стремянки и беззвучно хихикала.

– Не могла же она сбежать, в самом-то деле, – пробормотал профессор Номм, шумно втягивая носом неподвижный воздух и вертя головой во все стороны.

По правде говоря, сбежать мне очень хотелось! Если бы хитрый старикан не запер меня перед уходом на магический замок пятого уровня, я бы давно уже купалась с друзьями в озере или сидела в студенческом кафе, потягивая через соломинку ледяной яблочный сок. Летняя практика должна была начаться только через неделю, а меня тем временем уже вовсю эксплуатировали.

– Ронни! – В голосе декана послышались свирепые нотки. – Что это за шуточки? Сию же минуту выходи, если не хочешь быть наказана!

Профессор стоял прямо подо мной, у самой лестницы, но не догадывался поднять голову. У меня возникло непреодолимое искушение нечаянно уронить тряпку на его блестящую лысину. А что, он же знает, какая я растяпа. Может, откажется от такой практикантки? А вдруг?

Солнце вылезло из-за тучки, косыми лучами осветило старую библиотеку. Клочья паутины под потолком, рассохшиеся от времени фолианты, учебники, дневники наблюдений. Свитки, готовые от одного прикосновения обратиться в прах. И пыль, пыль. Пыль!

– Апчхи! – не выдержала я, и стремянка угрожающе скрипнула подо мной, покачнувшись.

Надо было видеть, как подпрыгнул профессор.

– Несносная девчонка, немедленно спускайся! – скомандовал он. – Что ты там делала?

– Вытирала вековую пыль, разумеется, – спрыгнув на пол, сказала я и в доказательство помахала перед лицом декана тряпкой.

Я соврала, на самом деле на этом стеллаже я успела только написать пальцем в вековой пыли «Свободу Ронни Арис», а больше ничего. Но свободы мне не видать как собственных ушей.

– Учти, Арис, баллы за летнюю практику будут учитываться при защите диплома!

Можно подумать, я этого не знаю. Первокурсникам твердят об этом с первого дня обучения. Вот только до защиты диплома мне учиться ещё четыре долгих года, и если каждое лето меня будут запирать в каморке с дохлыми пауками и пылюкой, то до пятого курса я попросту не доживу.

– Но ведь практика ещё не началась, профессор Номм, – заметила я.

– А как же подготовка? – развёл руками он. – Когда мы начнём заниматься, времени на уборку не останется.

– Ох, – только и смогла выдохнуть я, страдальчески закатив глаза.

Профессор критически оглядел стеллажи. На четырёх из них я успела навести идеальный порядок, после чего мои силы – а главное, моё терпение – закончились.

– На сегодня всё, Ронни. Жду тебя завтра в восемь.

– Но…

– Никаких «но», – отрезал Номм. – Задача моего факультета – готовить юных магов к реальной жизни. Получишь диплом, наймёшься на службу к какому-нибудь герцогу или графу, а он тебе скажет…

– «Вытри-ка в моём замке всю-всю пыль». Ой!

Нахально перебив декана, я тут же захлопнула рот и прикрыла его ладонью. Ну в самом деле, почему даже летом нельзя выспаться всласть и чуточку помечтать о будущем? Быть может, я наймусь помощницей в королевский дворец. Или открою магазин зачарованных вещей. Или стану путешествовать по миру в поисках редких артефактов. Для мага общей практики открыты все дороги!

– В восемь! – строго повторил Номм и указал мне на дверь.

Поступив на первый курс Академии, я переживала, что мой дар не так ярко выражен, как у стихийников, подчиняющих своей воле первоэлементы, или как у целителей, способных движением руки и парой слов останавливать кровь и исцелять раны. Я с содроганием смотрела на некромантов, которые упражнялись на специально выделенной площадке с тренировочными скелетами, и на колдунов, призывающих себе на помощь фамильяров из сумрачных миров.

У чистокровных магов не возникало вопросов и сомнений на тему «кем быть». Но и выбора у них было меньше. Маги-полукровки, родившиеся в семьях, где один из родителей был обычным человеком, могли выбирать, кем стать. Для нас существовал специальный факультет общей практики, где изучались артефакторика, прикладная алхимия, бытовая магия и другие дисциплины, не требующие создания огненных шаров размером с дом или поднятия целых кладбищ, но неотрывно связанные с использованием волшебной энергии.

«Это что ещё за половинка мага?» – услышала я на одном из первых занятий по защитной магии от самоуверенного целителя-первокурсника по имени Мэтт. Он-то, конечно, думал, что я тут же разревусь и убегу с тренировки. Чего ещё можно было ожидать от кудрявой малявки, наивно хлопающей ресницами и от страха позабывшей примитивную формулу магического барьера?

Мэтт просто не знал, какое наставление дал мне папа, отправляя меня в Академию! «Если кто-нибудь вздумает обижать тебя, Ронни, не теряйся, сразу залепи ему заклинанием в лоб!» Что я и сделала, ни секунды не раздумывая. Шмяк – и белобрысый нахал плюхнулся на задницу в траву! С меня сняли пять баллов и выгнали с занятия, но я ни о чём не жалела. Я вообще никогда ни о чём не жалею. Что сделано – то сделано.

Зато с тех пор никто не дразнил меня «половинкой», а высокомерный лекарь при встрече со мной всегда потирал голову и усмехался. Помнил, значит, как я ему залепила. Если бы не защита Мэтта, он мог бы потерять сознание! Впрочем, декан тоже этот случай запомнил, а потому принял решение не сводить с меня глаз. Во избежание эксцессов. А ещё – строго-настрого запретил мне использовать в Академии заклинания, которые ещё не изучались на уроках, особенно боевые.

Вырвавшись из душной библиотеки Номма, я помчалась в общежитие, чтобы сменить ученическую форму на купальный костюм и лёгкое летнее платье. На улице было жарко. Почти все окна светлого трёхэтажного здания с рыжей черепичной крышей были распахнуты настежь, но студенты не сидели в своих комнатах среди бела дня.

– Ронни, где тебя носит? Все уже ушли на озеро! – окликнула меня соседка.

Зоя тоже была полукровкой, высокой и нескладной девушкой с блестящим ёжиком иссиня-чёрных волос и большими голубыми глазами. Сейчас она застряла в дверях с огромным чемоданом.

– Я была в рабстве у Номма-Гнома, – указав в сторону одной из башен Академии, я скорчила рожу.

– Практика же ещё не началась! – возмутилась Зоя.

– Не поверишь, но я сказала Гному абсолютно то же самое. Ему наплевать. Ты уезжаешь?

– Да. – Зоя яростно дёрнула чемодан за ручку, но его пухлые бока упорно не желали протискиваться в старинную узкую дверь. – Отец договорился, что я буду летом помогать ему в конторе. Скукотища, а что делать!

Я присоединилась к соседке, и теперь мы вместе тянули злосчастную ручку – того и гляди оторвётся. Увы, пространственную магию изучают только на старших курсах, иначе можно было бы просто расширить проход и протащить в него хоть целого слона.

– Давай я попробую перелезть и толкнуть изнутри, – предложила я и, не дождавшись ответа, перемахнула через препятствие в тёмную прохладу подъезда.

Дело тут же пошло на лад: спустя минуту чемодан был на свободе. Зоя поблагодарила меня и весело улыбнулась.

– Ну а ты поедешь домой, Ронни? Потом, после практики.

После летней практики у студентов был месяц на то, чтобы отдохнуть и навестить родных. Я слышала, что в это время в Академии остаются только живущие в ней учёные и преподаватели, которые и дня не могут протянуть без своих лабораторий и библиотек. А ещё – круглые сироты, которых приняли на учёбу из приюта. Возвращаться им некуда, а потому они остаются в своих комнатах и устраиваются на заработки в городе.

– Я ещё не решила, – буркнула я.

– У тебя всё сложно, да? – сочувственно спросила Зоя.

– Ага, – кивнула я, не желая вдаваться в подробности.

Вообще-то всё было проще простого: в отличие от отца Зои, мой папа был обычным человеком. И после того, как моя мама-волшебница умерла, он женился во второй раз. На обычной женщине. Сейчас у меня было уже два брата и сестра, и в нашем маленьком домике на городской окраине уже не оставалось места для подросшей магички-полукровки. Для меня.

Я уж молчу о том, что, по мнению мачехи, я только и делала, что «подавала плохой пример» младшим, на каждом шагу используя магию. Как можно «научить колдовать» того, у кого нет дара? Загадка! Словом, я не горела желанием возвращаться в отчий дом, но и дышать пылью до самой осени тоже не собиралась.

Ничего, что-нибудь обязательно придумаю! С этой мыслью я отправилась к озеру разыскивать сокурсников, по пути прихватив в палатке пакетик дымящихся пончиков и запотевшую бутыль лимонада. Жизнь казалась мне прекрасной.

На берегу я скинула туфли и побрела босиком по шелковистому белому песку. Мы с друзьями обычно располагались у самой воды, под огромной раскидистой ивой, куда и лежал сейчас мой путь. Ещё издали я заприметила хвастуна Мэтта с факультета целителей. Он наверняка выпендривался перед моими подругами, пытаясь произвести впечатление. Сразу захотелось снова запустить в него заклинанием!

– Привет! – крикнула я.

И только потом заметила чужака. Высокий, одного роста с Мэттом, он стоял напротив целителя и что-то ему негромко говорил. Незнакомец был в чёрной мантии, несмотря на палящее солнце, а в руке сжимал зачарованный магией тяжёлый посох.

Некромант. Уже за несколько шагов я почувствовала его дар и покрылась мурашками. Да-да, мы всё время повторяем, что все виды природного волшебства имеют одинаковое право на существование, но всё-таки маги, имеющие дело со смертью, всегда на особом счету. Хочется держаться от них подальше, чисто интуитивно. В этом даже Мэтт был со мной солидарен.

– Ты не можешь отказаться, – сказал некромант. – Это решение ректора.

Целитель с видимым отвращением принял из рук тёмного мага документ и пробежал его глазами. Я знала, что это было, – направление на практику от Академии. В другой город или селение. Вот это повезло! Это вам не пыль по полкам гонять. Мэтт будет последним дураком, если откажется от такого приключения!

– Мы ещё посмотрим, – сквозь зубы процедил Мэтт.

Некромант кивнул и повернулся, чтобы уйти. Кажется, он до сих пор не замечал, что я подошла, а теперь словно натолкнулся на невидимое препятствие. Замер на миг, а потом скользнул по мне снисходительным взглядом, в котором читалось уже знакомое мне выражение про «половинку мага».

– Я Ронни, – смело сказала я, нарушив неожиданно наступившую тишину. – Вероника Арис.

Глава 2

Брови некроманта удивлённо поползли вверх, во взгляде на миг отразилось замешательство. Он, конечно, моментально справился с собой, но я была довольна. Пусть эти задаваки в чёрном не думают, будто их все боятся. В Академии все студенты равны, независимо от силы дара и происхождения.

Незнакомец наверняка происходил из аристократов: точёное лицо, прямой нос, горделивая осанка. Все мои друзья уставились на нас двоих.

– Рад познакомиться. Моё имя Закариан Хилл, – ответил некромант и протянул мне руку.

Вот засада! Никогда не прикасалась к некромантам. Ну да, ну да, все понимают, что они такие же люди и в их жилах течёт горячая и красная кровь, но всё-таки стараются не обмениваться с ними рукопожатиями. Охота была трогать того, кто совсем недавно перебирал человеческие кости или ковырялся в дохлятине!

Но я же только что говорила про себя, что все студенты равны. Эх, что за день! Одни сплошные испытания. Пришлось коснуться его ладони, чтобы не ударить лицом в грязь. Закариан легонько сжал мои пальцы и загадочно улыбнулся.

– Значит, ты помощник самого ректора? – поинтересовалась я.

– Вроде того. Магистр Доран даёт мне особые поручения.

Мои подруги, Анита и Триша, стоявшие за плечами некроманта, закатывали глаза и высовывали языки, изо всех сил выражая нетерпение. Мэтт делал вид, что изучает направление на практику, а сам сердито сверкал глазами исподлобья. Я осторожно опустила руку, всё ещё ощущая на коже лёгкое покалывание чужеродного дара.

– Ты на пятом курсе? – спросила я.

– Да, закончил четвёртый, – кивнул Закариан. – А ты наблюдательная!

– Ещё какая! – рассмеялась я и вспомнила о зажатом в левой руке пакете. – Пончик хочешь?

Кажется, не только у меня сегодня день испытаний. Я видела, как по бледному лицу чужака пробежала тень сомнения, как крылья его носа сами собой встрепенулись от умопомрачительного запаха выпечки – он готов был согласиться. Хотя, говорят, сладкое плохо влияет на заклинателей мёртвых. Об этом я, разумеется, вспомнила лишь сейчас. Ну что, слабо съесть пончик, тёмный маг?

– Ронни, мы сегодня будем загорать или нет?! – воскликнула Триша, отбирая у меня угощение и делая знаки, что пора избавляться от незваного гостя.

– Нет, спасибо, обойдусь без пончика, – беззлобно сказал некромант. – До встречи, Ронни.

– Эй, Зак, – тут же поднял голову целитель Мэтт. – До какой ещё встречи? Проваливай отсюда!

– Собирай свой рюкзак, будущий доктор! Выезжаем на практику через неделю.

И Зак, не обращая ни малейшего внимания на сжатые кулаки Мэтта, невозмутимо зашагал прочь по мягкому белому песку.

Мне стало его жаль: парится в летний день в жуткой чёрной мантии, таскает за собой тяжеленный посох, да ещё и выслушивает гадости от других студентов. Да уж, нелегко быть обладателем тёмного дара!

Когда некромант ушёл, атмосфера тут же разрядилась. Все разом принялись болтать, шутить и смеяться. Скинув платье, я уселась на краешек подстилки и помогала Аните разливать лимонад по стаканчикам. Стихийница Триша жевала пончик. Двое моих одногруппников, Фил и Стивен, пытались накачать воздухом сдутый кожаный мяч.

– Что он о себе возомнил, чёрт подери?! – выругался Мэтт после того, как мрачная фигура некроманта скрылась за деревьями.

Целитель всё ещё комкал в руках злосчастную бумагу. Если бы не подпись ректора Академии, он с удовольствием изорвал бы её в клочки.

– Может, расскажешь, чем ты так недоволен?

Я аккуратно позаимствовала документ. Ага. «Студент второго курса факультета целительства Матиас Эйвинн направляется для прохождения практики в деревню Старый Мост, округ Форстад».

– Тебе непонятно, Ронни?

– Нисколечко. Форстад – это же бывшие Драконьи земли, там до сих пор можно отыскать древние сокровища!

– Сокровища в деревне Старый Мост? И какие же, интересно? Быть может, осиные гнёзда или коровьи лепёшки? Да ты хотя бы представляешь себе, какая это задница мира? Я надеялся на практику в столице! А ну, дай сюда бумагу!

– Погоди-ка. – Я отодвинулась, всё ещё опасаясь, что разъярённый Мэтт сорвёт зло на ни в чём не повинном документе. – Я ещё не всё прочитала.

Мой взгляд заскользил по аккуратно выведенным строчкам. Руководитель практики, декан факультета целительства, состав группы… Так-так. Номер один, куратор – Закариан Хилл, номер два – целитель Матиас Эйвинн, номер три – маг общей практики. Третья строчка была пустой! Пустой – ни имени, ни фамилии.

– Что ты там вычитала?

– Мэтт, тут пустая строчка, – медленно проговорила я. – На месте мага общей практики пусто, ты видишь? Ваша группа ещё не укомплектована!

– И что с того? – поморщился целитель.

Что с того? Я так разволновалась, что едва не опрокинула стаканы с лимонадом.

– Какой же ты непонятливый! Я – маг общей практики! Я хочу попасть в этот список, пока не нашли кого-нибудь другого! О боги, как же это сделать? Ты ведь поможешь мне, Мэтт? Ну скажи, ты поможешь? – затараторила я.

– С ума сошла, Ронни? Во-первых, я и сам не собираюсь ехать в эту деревню, а во-вторых, у тебя уже решён вопрос с практикой. Гном никогда не отпустит тебя из своих пыльных владений.

Это верно: профессор Номм ни за что на свете не захочет, чтобы я уезжала на настоящую практику. Он дал мне слово декана, что будет присматривать за мной и днём, и ночью, а точнее – и зимой, и летом. Вот только есть слово декана, а есть бумага с подписью ректора. Эх, будь у меня под рукой перо и чернильница, я прямо сейчас вписала бы своё имя в заветную бумагу. Вот что бы они с этим сделали? Ничего. Пришлось бы им смириться.

– Забудь! – сказал мне Мэтт и спрятал документ в карман рубашки.

«Забудь!» Где там, я с каждой минутой распалялась всё больше и больше. Перспектива вырваться из библиотеки и отправиться на поиски настоящих приключений в древние владения драконов огнём жгла меня изнутри. Пусть они называют это скучным словом «учебная практика», пусть дают мне задания и заставляют хоть ежедневно писать отчёты, но я хочу поехать.

Мне не помогли ни сладкие пончики, ни два стакана лимонада со льдом. Друзья, весело перекрикиваясь, носились по песку, играя в мяч. Парни сбросили рубашки и красовались перед девчонками подтянутыми, золотящимися на солнце торсами. Анита и Триша не отставали – изящно перебрасывали друг другу мячик, заставляя мальчишек играть в «А ну-ка, отними!» И только я, вопреки обыкновению, сидела на песке и строила башенку из камешков.

– Эй, Ронни, ты там не перегрелась? – крикнул Мэтт.

Я фыркнула и тряхнула головой. Перегрелась, ещё бы. Никак не могла придумать, что мне делать, аж голова начала болеть. Как уболтать вредного целителя замолвить за меня словечко? Мы вроде бы давно уже друзья, но он всё ещё помнит, как я осенью приложила его заклинанием. Вроде бы симпатизирует мне, но сближаться не спешит, и я его понимаю. Я и сама себя иногда опасаюсь.

– Она перегрелась, это точно, – захохотала Анита, потрогав мой лоб. – Её нужно срочно охладить!

Как же я визжала, когда мальчишки в шесть рук подхватили меня, словно пушинку, и зашвырнули в озеро! Вода поначалу показалась мне ледяной, и я едва отдышалась, выплывая на мелкое место и отплёвываясь от залепивших всё лицо волос. Мы смеялись, брызгались, плавали наперегонки – и это пошло моей голове на пользу.

Полчаса спустя наши губы посинели, и мы, покрывшись огромными мурашками и громко стуча зубами, вынуждены были выбраться на берег. И тогда я поняла, как нужно действовать. Воистину правы те, кто рассуждает о холодном разуме! Мне нужно разыскать некроманта и поговорить с ним, вот что. Он – помощник самого ректора Дорана. Он поможет мне попасть на практику!

– Ты что-то задумала, Ронни? – спросил меня Мэтт, когда мы всей честной компанией прогуливались в саду Академии после сытного ужина.

– Не скажу, – огрызнулась я и сверкнула глазами в сторону целителя. Он поцокал языком.

Все заметили перемену в моём настроении и забеспокоились, но, по правде говоря, волноваться было не о чем. Друзья привыкли видеть меня с улыбкой на лице, поэтому сочли мою задумчивость едва ли не болезнью. А я была в порядке. Я уже чуяла запах свободы.

В мечтах я карабкалась по горным склонам в поисках драконьих когтей и чешуек, пробиралась сквозь лесные заросли под вой скрывающихся в темноте чудовищ, варила волшебные зелья из редких трав под полной луной… А рядом, вот прямо за моими плечами, следовали два моих рыцаря, снаряжённых на подмогу магу общей практики Ронни Арис. Целитель Мэтт и некромант Закариан, готовые защитить меня от любой опасности. А что? Замечательная картина!

Ночью я ворочалась с боку на бок, не в силах отделаться от будоражащих мозг фантазий. Кровать Зои, уехавшей работать в конторе отца, пустовала. Анита тихонько похрапывала, раскинувшись на подушке, и я подумала было запустить в неё тапкой, но в последний момент сжалилась. Пусть спит. Мне же сама мысль о сне казалась сейчас невыносимой. Вся моя будущая жизнь зависела от того, сумею ли я провернуть это дельце с практикой.

«Помни, доченька, что мы сами – кузнецы своего счастья», – сказал мне как-то папа. Я помнила, хотя в тот вечер и огорошила отца вопросом: «А разве мама сама выбрала смерть?» Нет, безусловно, в жизни есть вещи, которые сильнее наших желаний. Но в тех случаях, когда у нас появляется возможность выбирать, мы не должны теряться.

Я никогда не была робкой девчонкой, и скорость языка у меня зачастую опережала скорость мыслей. Именно поэтому на следующий день, кустистыми задворками пробираясь к факультету, где обучались колдуны, я решила хорошенько обдумать, что стану говорить. Не успела: меня обнаружили!

– Кто это здесь крадётся, словно воришка? – раздалось у меня над ухом.

Я пискнула от неожиданности и обернулась. Вчерашний чужак в чёрном, точнее, Закариан Хилл, возвышался за мной, словно городской стражник. Правда, вместо копья или алебарды он сжимал в руках верный посох.

– Привет! – облегчённо выдохнула я.

– Боюсь спросить, от кого ты прячешься…

– От профессора Номма, моего декана, – призналась я. – Он снова запер меня в библиотеке на весь день, а мне позарез нужно было попасть в ваш корпус.

– Боюсь, это невозможно, – улыбнулся некромант. – Все двери факультета колдовства зачарованы так, что войти внутрь может только тот, у кого есть тёмный дар.

– А ректор как заходит? – невозмутимо спросила я.

Магистр Доран – стихийный маг, это всем известно. Закариан усмехнулся.

– Скажем так, у ректора есть ключ. Так что ты хотела найти у нас на факультете?

Я неожиданно смутилась, что случалось со мной крайне редко. Покраснела до самых кончиков ушей под пристальным взглядом некроманта.

– Вообще-то тебя. Послушай, мне очень нужно попасть на практику вместе с тобой и Мэттом Эйвинном. Очень! Ты можешь вписать меня в группу? Ну пожалуйста-пожалуйста! Я что угодно сделаю, вот честно, лишь бы вырваться на лето из Академии.

– Сделаешь что угодно? – переспросил он, нахмурив тёмные брови.

Отступать было поздно, и я кивнула.

– Как тебя там зовут, Ронни Арис?

– Да! Рада, что ты меня запомнил.

– Что ж, я поговорю с магистром Дораном сегодня вечером, – пообещал Зак. – Ответ сообщу тебе запиской.

Сердце моё на миг замерло, а после радостно пустилось в пляс. Как же здорово, что он согласился! Пусть всё получится! Переминаясь с ноги на ногу, я всё же решила уточнить один момент.

– А если ректор согласится, то что я буду тебе за это должна?

Я была почти уверена, что он махнёт рукой и скажет: «Да ничего, конечно, ерунда какая, Ронни!» Все эти колдуны и некроманты строят из себя серьёзных магов, а на самом деле они рады подружиться с теми, кто не боится их и не обходит стороной.

– Будешь должна мне одно желание, – тихо сказал Закариан Хилл, развернулся и скрылся за зарослями сирени.

– Эй, а какое? – шёпотом крикнула я ему вслед.

– Я пока и сам не знаю! – был ответ.

Глава 3

Профессор Стефан Номм прекрасно знал, что мне ни за что на свете не вскрыть замок пятого уровня: на это способен лишь опытный взрослый маг. День за днём он запирал меня в библиотеке, снабжая пыльным списком заданий для подготовки к самой пыльной на свете практике. Я перекладывала разваливающиеся фолианты, протирала стеллажи, регистрировала бесчисленные свитки в толстых тетрадях, словом, проводила свою юность совсем не так, как мне представлялось при поступлении в Академию.

От возмущения кровь закипала у меня в жилах, в знак протеста я усаживалась на подоконник и прижималась разгорячённым лбом к прохладному стеклу, чтобы успокоиться. Пару раз я пробовала поспорить, но профессор только пожимал плечами и утверждал, что запирает двери от посетителей, а не для того, чтобы я почувствовала себя заключённой Холодных Казематов – самой известной в мире магической тюрьмы. Ага, так я и поверила!

Профессор, конечно, не учитывал, что из библиотеки можно выйти и другим способом – через окно. Он понимал: даже моего сумасбродства не хватит, чтобы спуститься с четвёртого этажа башни по узеньким, шириной в два пальца, карнизам. Поэтому окна, запертые на медные крючки, Номм и не подумал зачаровать. Он ведь не знал, что Ронни Арис с самого новогоднего праздника хранит в потайном кармане зелье левитации! Я выиграла его в лотерею и берегла на особый случай, который наступил сегодня.

Именно зелье, это премерзкое на вкус кисло-горькое пойло, позволило мне улизнуть из библиотеки, встретиться с Закарианом Хиллом и почти без приключений вернуться. Почти… На обратном пути, когда я уже опрокинула в рот остатки волшебного снадобья и оторвалась от земли, меня заприметил дворник.

– Ай-ай-ай, это что же такое творится?! – воскликнул он, хватаясь за свисток.

Дворник был самым обычным человеком, а вот свисток – магической штукой. Три свистка – и студента-нарушителя вызывают в кабинет ректора, после чего он получает чёрную галочку в личное дело и отбывает наказание в не самых приятных закоулках Академии. Например, отчищает зелёную плесень в теплицах (никакая бытовая магия эту заразу не берёт) или наводит чистоту в уборных своего курса под смешки и шуточки однокашников.