Исходная точка

© Войтов Антон, Фишер Агата

© ИДДК

Глава 1

Противный звон в ушах усиливался яркими вспышками и цветными огнями сквозь прикрытые веки. А, нет, цветные огни мелькали вокруг. Разлепив глаза, я задрал голову – похоже на центр Нью-Йорка, или Токио, или Шанхая.

Город, нависающий сверху небоскрёбами, казался совсем незнакомым. Я щурился, стараясь разглядеть место, где находился: стекло и сталь – в лучших традициях современности, гвалт со всех сторон и стойкое ощущение, что всё это мираж, иллюзия воспалённого сознания, ошалевшего от шума и иллюминации.

Этот чёртов шум гипнотизировал, впивался в мозг и притягивал рассеянное внимание. Я крутился на месте, не находя, за что зацепиться взглядом.

Неизбежно пришло понимание, что я стою посреди людного проспекта. Совершенно голый. С голым задом… Ну, отлично! Руки машинально прикрыли самое святое. Мотнул головой, стряхивая с лица несколько длинных русых прядей.

Это я где? Так надрался, что оказался в другом городе? Дурацкая мысль пробежала мурашками по коже и немного растормошила. Я дёрнул в ближайший тёмный переулок, резво перебирая замёрзшими ногами. Так, куда же я попал? Ничего не приходило в голову, будто все воспоминания напрочь отбили; а может, и отбили, недаром же с голой задницей посреди города слонялся.

Я выглянул из-за угла: широкий проспект впереди, многоэтажная автострада, сотни людей. Сильно зажмурился, наивно полагая, что картинка изменится. Возможно, это всего лишь затянувшийся сон или галлюцинация.

Ступор потихоньку начал отпускать, а в голове зашевелились догадки – одна лучше другой: похитили инопланетяне? Я нафиг им не упал. Дружбаны пошутили? Им не хватит денег на подобное шоу. Подставили властители мира сего? Да не, я же не мешающийся под ногами честный политик или олигарх, чтобы ради меня заморачиваться такими масштабными приколами.

Продолжая рассматривать город, я старательно оставался в тени. Всё окружающее пространство будто сошло с картинок, где небоскрёбы протыкают светлое от рекламных огней ночное небо, пестрят вывески баров и клубов, проносятся по дорогам глянцевые дорогущие тачки.

Идущие мимо люди выглядели сбежавшими с рэйва или Комик-кона фриками, мельтешащими перед глазами одеждой кислотных цветов и безумными причёсками.

Так, ладно, надо собраться и сделать вид, что голый я специально. Не знаю. Протест. Против, ну, против вымирания тюленей, например. Глубоко вздохнув, я решительно шагнул из переулка.

Морально я уже приготовился гордо нести своё бледное тело сквозь толпу, как бы всем видом говоря: «Я вне системы! Я борец за… За-а-а… За что-то очень важное». В конце концов, пусть любуются. А что? Нормальная у меня фигура – не дрыщ и не жирдяй, даже вон пресс виднеется. Разве что бледный, как поганка.

Я расправил плечи и приосанился, но люди не обращали никакого внимания и проходили мимо, даже не удостоив взглядом. Вообще, это место напоминало самый центр Лас-Вегаса, а я сейчас был там как проигравшийся авантюрист.

Проиграть в покер всё до трусов – это, конечно, обидно. Но самым обидным было то, что даже имя упорно не хотело всплывать в голове. А сколько мне лет? Вроде отмечал недавно то ли двадцать пять, то ли двадцать шесть. Ну что за чёрт? Тут помню, там не помню. Никогда бы не подумал, что и такое бывает. Уже стало не по себе, а из-за непривычного холода тело начинало подрагивать.

Мысли путались, подкатывала паника, а реакция на происходящее становилась всё более неадекватной. Я тихо хохотнул. Наверное, сейчас я походил на чокнутого наркошу: мокрые почти до плеч волосы, налипшие на лицо и шею, и трёхдневная щетина.

– Вот это я неудачно припарковался, – пробурчал я себе под нос и усмехнулся.

Разговоры с собой если и не делали ситуацию понятней, то хотя бы помогали верить в то, что это действительно всё ещё я, а не порождение поехавшей крыши. Но это не точно. Впиваясь холодными каплями в кожу, моросил мелкий и до одури противный дождь.

Я шлёпал по мокрому асфальту, то рассматривая отражения в лужах, то поднимая глаза на чужой город. Вокруг всё так же теснились стеклянные небоскрёбы, взгляд цеплялся за широкие переходы высоко над головой – город казался разделённым на этажи. Всё пространство переливалось и пестрило, экраны и голограммы попадались на глаза, куда ни посмотри.

Опустил голову – шею уже заломило. За всё время, пока шёл по проспекту, на меня обратила внимание только одна девушка и, оглядев непревзойдённый и модный «костюм Адама», хихикнула.

Дрожь продолжала бить, и я решил, что это адреналин сыграл злую шутку, заставив мозг отчаянно работать на грани эйфории, хотя, по сути, я был готов забиться в тёмный угол и просто взвыть от безумия, творящегося вокруг.

Передо мной завис дрон, он появился из цветной толпы, как чёрт из табакерки: небольшой серый корпус, два массивных винта, прикрытые полупрозрачной защитой, прямоугольный экран и линза камеры.

Я хмыкнул. Дрон гудел и не двигался. Через пару секунд тот ослепил меня короткой вспышкой зелёного света и проговорил что-то на чужом языке. Какую абракадабру только что отчеканил дрон, было совершенно непонятно.

– Чего?

Медленно и чётко, тот повторил всё то же самое, что и в первый раз.

– Ничего не понял. Но очень интересно.

Я обошёл дрон и успел сделать несколько шагов вперёд. За спиной раздался до боли знакомый протяжный сигнал. Краем глаза я заметил, как мигнули красные и синие огни.

О, этот ласкающий слух звук – и мы бежим с пацанами кто куда, забыв пивас на скамейке, или бросаем дорожный знак, который так долго пытались спереть.

Ага, что-то всё-таки в памяти есть. Я медленно развернулся. Руки, впрочем, поднимать не стал.

Дрон повернулся ко мне «лицом» и показал на дисплее какую-то схему. Документ, что ли?

– У меня только это.

Я кивнул на прикрытое руками достоинство. Бежать некуда, может, всё-таки удастся выяснить, где я. Глядишь, родня там с ног сбилась, в «Жди меня» сидят, плачут.

На дисплее высветился знак, такой, как на двери в магазин: «с людьми вход воспрещён» – фигурка человека в красном перечёркнутом круге. Я пожал плечами и продолжил пялиться на конструкцию дрона.

В нижней части корпуса, на пузе, я обнаружил закрытый отсек. Сто за двести, что оттуда выезжает малюсенькая пушка, или выпрыгивают на длинных проводках контакты электрошокера, чтобы оперативно усмирить нарушителя.

– Во, до чего техника дошла, – пробормотал я, но полицейский, судя по всему, дрон меня явно не понял и ничего не ответил.

Ужасно хотелось почесать намокшую под дождём голову, но оторвать от самого дорогого хотя бы одну руку мне казалось плохой идеей, да и устраивать шоу местному населению не улыбалось. Мало ли, вдруг у них фестиваль какой, или парад, не за того примут ещё.

«Не о том думаешь, дебилушка!» – внутренний голос отвлёк от созерцания. Стало тревожно, и закружилась голова – то ли от проникающего всё глубже мерзостного холода, то ли от осознания, что я так ничего путного не вспомнил. Может, всё-таки ограбили и приложили чем-то тяжёлым? Это объяснило бы хоть часть происходящего.

Совсем скоро, ловко вырулив из плотного потока разномастных автомобилей, на обочине возник чёрный… внедорожник. Внедорожник без колёс. Похоже, беспощадная сука гравитация всё-таки сдалась под натиском прогресса.

Летающая чёрная махина остановилась совсем рядом. Глянцевый кузов, серебристая эмблема на двери, надписи и дико огромный багажник, как будка в «бобике».

Я присвистнул от удивления. Из машины резво выскочили двое: облачённые в строгую чёрную форму, застёгнутую под самое горло на матовые клёпки, местные полицаи больше походили на офицеров СС, чем на стражей правопорядка.

Один из них ткнул пальцем в маленький гаджет на запястье и проверил на спроецированном экране какую-то информацию. Затем оглядел стоящее перед ним моё бледное и уже сильно продрогшее тело.

Бесстрастным голосом офицер медленно и с расстановкой сказал такую же абракадабру, как до него дрон. В том, что агрегат, из которого выскочили «эсэсовцы», является полицейским бобиком, сомнений не осталось.

– Я уже сказал, что не понимаю ваш язык. Не зна-а-аю!

Я помотал головой. Наверное, полицаи приняли это за отказ подчиняться, и четыре сильные руки тут же ухватились за предплечья, скручивая, заставляя отпустить хозяйство и жалобно крякнуть. Где бы я ни был, местная полиция не отличалась вежливостью. Замёрзшим мышцам такое непотребное отношение не понравилось, и я был счастлив оказаться в тёплой «будке».

К удивлению, поездка в навороченном бобике была даже комфортной – ехали быстро, без тряски и вони. Жаль только, что в тускло освещённой будке не вырезали окошко – увидеть хоть что-то знакомое было бы неплохо. Кисти за спиной стягивали похожие на резиновые наручники, но, дотянувшись до колец пальцами, я почувствовал вибрацию, как если бы «браслеты» были под напряжением.

– Так. Надо постараться вспомнить своё имя. Для начала. Потом страну и город. Опознают, депортируют, и все дела. Только как с ними говорить-то? – Я прислонился к прохладной стенке кабины и глубоко вздохнул: – Мда-а-а…

Будто отзываясь на подкатившую усталость, тошноту и тоску, машина с усилием затормозила, и «эсэсовцы» выгрузили меня на улицу перед каким-то зданием. Светло-серая махина этажей в тридцать, состоящая из перекрытий и стекла, подсвечивалась прожекторами, а над входом проекцией светилась надпись.

Я присмотрелся: вроде обычные латинские буквы, но вперемешку с неизвестными. Сложить их в слова отчаянно не получалось, несмотря на то что я попытался вытащить из пульсирующего мозга хоть какие-то знания.

Холл поразглядывать не удалось. Полицаи провели мимо пустующей стойки ресепшен и втолкнули в просторный коридор с высокими потолками. Бело-серые стены, аккуратные серебристые таблички на дверях, системы пропусков.

Нет, ну чисто к «Людям в чёрном» попал! Я улыбнулся краешком рта. Соображал я уже с трудом, не осталось сил даже на то, чтобы о чём-то переживать. Такое чувство, будто меня только что разбудили и вытолкали на мороз, перед этим старательно отпинав ботинками по башке и бокам.

Наконец мы остановились перед двустворчатой матовой дверью, и, получив ответ из динамика на пропускном устройстве, сопровождающие настойчиво толкнули меня вперёд.

Вся представшая картина вообще не походила на те смутные образы полицейских участков, что метались в голове. Кабинет слепил белизной, чёткими линиями и минимализмом. Панорамные окна от пола до потолка были закрыты плотными белыми жалюзи.

Перед окном стоял широкий белый стол с метровым прозрачным экраном. Даже находясь рядом с дверью, у меня получилось разглядеть списки и схемы. Кресло, такое же белое, как и стол, сейчас было повёрнуто спинкой. Интересно, сидящий в нём человек будет предлагать на выбор красную или синюю пилюлю?

Напротив стола из-под пола выплыло аккуратное серебристое кресло, на вид жёсткое и холодное. Сопровождающие подвели меня ближе и, надавив на плечи с двух сторон, заставили сесть. Как я и предполагал, материал кресла не очень-то приятно холодил всё ещё голый зад. Судя по всему, привели к какому-то начальнику. Не стыдно ли? Хоть бы трусы дали!

Местный начальник крутанулся в кресле, поворачиваясь к нам лицом. Голова суховатого старика блестела лысиной, а от левого виска тянулась над бровью и сияла слабым светом тонкая полоска. Лицо покрывали мимические морщины, и на вид мужчине было больше шестидесяти лет. В отличие от «эсэсовцев», на офицере была светло-серая форма с высоким, по самый подбородок, воротником.

Слева на груди виднелась такая же нашивка, как у полицаев: чёрный щит с серебристыми контурами в виде глаза внутри, а рядом с ней ещё одна – тонкая полоска с надписью. Начальник подозвал одного из полицаев, выслушал, перевёл взгляд на моё замёрзшее тело на стуле, а затем что-то отрывисто приказал.

Тот офицер, что говорил со старикашкой, подошёл к стене справа и, проведя пальцем по сливающейся со стеной панели, достал из открывшегося проёма маленький серебристый пистолет. Холодной и неприятной дрожью промелькнула мысль, что эти «эсэсовцы» собираются пришить меня на месте, без суда и следствия.

Хотелось дёрнуться, но сильная рука возвышающегося рядом полицая удержала на месте и вжала в кресло так, что показалось: ещё немного, и тот вдавит меня в пол, не прилагая усилий. Что делать-то теперь?

Полицай с пистолетом подошёл ближе и приставил холодное металлическое дуло к голове чуть ниже виска – рядом с ухом. Если они так надеются разговорить меня, то зря – как можно что-то рассказать, если ни хрена не понима… Мысль прервал короткий щелчок, и в голове зазвенело, а к горлу подкатил ком. По спине, как показалось, стекло несколько литров холодного пота, а дыхания не хватало.

– Не паникуйте. Неприятные ощущения скоро пройдут. Мы вживили вам нейропереводчик – он облегчит наше общение, – обратился ко мне один из сопровождающих.

– А-а-а. – Я ещё не до конца осознал, что понял каждое слово, произнесённое полицаем.

– Место вживления будет болеть несколько дней. Стоимость устройства будет списана с вашего ID после установления личности, – бесцветно добавил офицер.

– Разговариваешь, как робот. – В голове немного прояснилось, и я был только рад съязвить.

– Я андроид.

Я искоса посмотрел на офицера с пистолетом. Тот явно не шутил – взгляд по-прежнему был безразличным, а на лице не дрогнуло ни одной мышцы. По виду и не скажешь, что андроид – выглядит вполне себе человеком.

По спине снова пробежал холодок – не, это точно ненормально. Андроиды, особенно такие, в моей жизни явно не норма. Нет, в голове всё ещё ничего путного не всплывало, но почему-то я точно чувствовал, что не видел вот таких андроидов.

– Отвечайте на вопросы чётко и быстро.

Ко мне, наконец, обратился тот самый суховатый старикашка с бледно-голубыми глазами.

– Кто вы и как оказались в Нодал-Сити?

– Где? – Я уставился на старикана.

– Вас не смогла распознать ни полицейская база, ни система OMNI. У вас нет идентификатора и Инфорса. – Начальник проигнорировал вопрос. – Откуда вы?

– Я не знаю, как сюда попал. – Я помедлил. – Какая это страна? – Беспокойство накатывало изнутри, вызывая тошноту. Голова поплыла. А пальцы рук дрожали.

– Континентальный Конгломерат. Вы что, сумасшедший? – Мужчина изогнул тонкую седую бровь.

– К-какой Конгломерат, я… – Голова кружилась всё больше. Нет, это точно было похоже на затянувшийся трип.

– Ваше имя. – Офицер, видимо, решил сменить тему.

– Я… н-н… – В горле окончательно пересохло. Решимость испарилась, адреналин иссяк, и по телу пробежала мелкая дрожь.

– Ян? – Мужчина нахмурился и опустил подбородок на сцепленные пальцы.

– Не помню. – Голос дрогнул.

– А фамилия?

Пространство расплывалось, в ушах нарастал звон, и следующие вопросы старика звучали уже как из-под толщи воды, а ещё через пару мгновений я почувствовал, что теряю сознание.

Когда я снова открыл глаза, то понял, что приход явно заканчиваться не собирается, и вообще, это почти на сто процентов, совсем не приход. Я привстал и оглядел комнату: широкая кровать и тумбочка, зашторенное окно, светлые стены. Напротив кровати стол и кресло, рядом дверь. Наверное, в туалет.

На меня напялили медицинскую рубашку, а обуви нигде не оказалось. Я встал и прошёлся по своим хоромам. Кафельный серый пол, к удивлению, был тёплым. Больше всего это помещение походило на палату в психушке, хотя, учитывая, что я лепетал полицаям, вполне могло быть и так.

Первый шок отпустил, и в голову больше не лезли дебильные мысли и шуточки. Несмотря на то, что по ощущениям я проспал несколько часов, всё ещё немного потряхивало, а неуверенность и тревога не отпускали.

На ровной поверхности стола ничего не оказалось, понятное дело, будут они доверять что-то неизвестному бомжу, как же. Я ещё раз внимательно оглядел комнату в поисках камеры наблюдения, но ничего не обнаружил. Уселся в кресло, крутанулся и уставился на окно – подойти к нему и убедиться, что за стеклом всё тот же неизвестный город, оказалось не так-то и просто.

– Как вы себя чувствуете?

Голос раздался из-за спины, и я почти подпрыгнул в кресле. Меня передёрнуло, и я медленно крутанул кресло обратно к столу. На стене светился экран, и с него смотрело лицо того самого старика.

– Камеры здесь всё-таки есть, – пробормотал я.

– Вы готовы ответить на вопросы? – равнодушно спросил старикан. – Меня зовут Владислав Сона, я дознаватель первого уровня.

– Владислав? Вы русский?

Судя по лицу дознавателя, это был самый тупой вопрос, который только можно задать.

– Ваше имя?

– Я же сказал, что ничего не помню. Не узнаю этот город, не знаю, откуда я. – Я тяжело вздохнул и откинулся в кресле.

– Вы находитесь в Управлении службы безопасности третьего сектора Нодал-Сити. Если вы дали ложную информацию, я не смогу помочь.

– Детектор лжи есть? – Я поелозил в кресле. – Меня, наверное, чем-то опоили или приложили об асфальт башкой. Не помню я…

– Хорошо. – Владислав кивнул. – Вы узнаете о принятом относительно вас решении.

– Вы хоть скажите…

Не успел я договорить, как экран погас.

Я прикрыл глаза и откинул с лица растрепавшиеся волосы. Ожидание затягивалось, солнце за окном уже клонилось к закату, а значит, в отключке я был довольно долго.

В голове по-прежнему стоял «сиреневый туман», сквозь который слышались отзвуки моей жизни: дворы и дороги, многоэтажки и автоматы с дешёвой едой. Тупые видосы с Ютубчика, старые фильмы, песни и ворохи бумаг на столе, залитом липким кофе. В общем, всё, что никак не отвечало на основные вопросы.

Память, как оказалось, штука непредсказуемая и весьма ироничная – всё то дерьмо, крутившееся пятнами перед глазами, никак не могло мне помочь выпутаться из этой чудесной ситуации. Спустя ещё какое-то время посетила мысль, что я и вправду в психушке, а этот Владислав просто продвинутый врач, проводящий эксперимент на сбрендившем парне.

Я резко открыл глаза и решительно зашагал к окну. Затаив дыхание, одним движением отдёрнул тяжёлые, пластиковые на ощупь шторы.

Ничего не изменилось – за стеклом был всё тот же город. Я прикинул, что нахожусь примерно на шестом этаже, точнее подсчитать было трудно – окно состояло из монолитного стекла, а подходящего для сравнения здания рядом не построили.

Картинка, конечно, открывалась интересная: часть города, в которой я застрял, блестела небоскрёбами и переливалась. То, что город разделён на этажи, не показалось – это действительно было так.

На уровни делилась не только дорога, оплетающая город паутиной, но и мосты, надстроенные карнизами к зданиям пешеходные дорожки и платформы. Кое-где они были довольно широкими и длинными, по ним туда-сюда сновали люди, спускались или поднимались на другие уровни открытые и закрытые лифты. Внизу между домами и переулками виднелась редкая зелень.

Я напрягся, чтобы рассмотреть этот муравейник получше – чем дальше падал взгляд, тем картинка становилась менее блестящей и кипучей. Дома и небоскрёбы выглядели серыми и блёклыми, дальняя часть города, кажется, утопала в низине, и рассмотреть, что там находится, не получилось.

Во всяком случае, сейчас я торчал явно в престижном районе. Оставалось только дождаться, пока меня кто-нибудь посетит. На арест всё-таки не похоже, но и пятью звёздами с видом на Чёрное море тут тоже не пахло.

Словно в ответ на мои размышления дверь с тихим шипением отъехала в сторону. В палату вошла девушка в белом комбинезоне с единственной молнией от талии до воротника. Как и у дознавателя, высокий воротник был застёгнут под самый подбородок.

Ткань выглядела ненатуральной и плотно облегала стройную фигуру девушки. Я немного завис. В руках посетительница держала прозрачную прямоугольную пластину.

– Меня зовут Алиса. Мне нужно снять ваши биометрические данные для активации ID, взять кровь и провести общее сканирование организма.

– А вы не андроид?

Собственный голос показался чужим и хриплым, я всё ещё не мог привыкнуть к тому, что штуковина, вживлённая рядом с ухом, позволяла не только понимать местный язык, но и говорить на нём. Для себя я обозвал язык новейшей латынью, но свыкнуться с ним пока не получалось.

– Нет. – Она рассмеялась. – Я человек. У вас фобия?

Я отрицательно мотнул головой. Алиса всё ещё стояла у двери, а я без стеснения разглядывал лицо девушки: тонкие черты, аккуратный маленький носик, голубые глаза, один из которых прикрыт полупрозрачным стеклом, обрамлённым серебристой окантовкой. Широкое стекло почти касалось щеки, а вот крепления устройства я так и не разглядел.

Рыжие волосы собраны на затылке в тугой пучок. Красивая.

– На опыты меня хотите сдать?

– Что вы, нет конечно! – Алиса хохотнула и широко улыбнулась. – Вы же не собираетесь здесь вечно сидеть? Нам нужно найти ваш ID или сгенерировать новый, чтобы зарегистрировать в Нодал-Сити. А ещё вам присвоено временное имя – Ян Бланк.

– Ян Бланк? – Я вытаращился на Алису.

– Да. Первый прогон по базам ничего не нашёл, вашей личности там нет, вот Владислав и дал вам подходящее имя.

– Юморист ваш дознаватель. Ну Ян так Ян. – Я наблюдал за ловкими движениями пальцев Алисы, что-то вбивающей на планшете.

– А где этот Нодал-Сити находится? В какой стране?

Я уселся на кровать и посмотрел на задумавшуюся гостью. Она выглядела удивлённой. Алиса пересекла комнату и села в кресло. Немного помолчала.

– Нодал-Сити – столица Континентального Конгломерата и самый крупный гигаполис. Скорее всего, вы оказались здесь по чистой случайности. Возможно, кто-то вас похитил… Может, данные о вас ещё всплывут, мы же пока не сделали анализ крови. – Она улыбнулась.

– А ты… Можно на «ты»? – Я поднял на Алису взгляд.

– Можно. – Она кивнула.

– А кем ты здесь… э-э-э, работаешь? – Я старался подбирать слова тщательнее, вдруг эта красотка главнее старикана.

– Специалист по данным и лаборант. – Алиса улыбнулась. – Занимаюсь систематизацией ID и поиском информации, хотя ваш… Твой случай первый на моей практике.

– Особенный какой нашёлся, – пробубнил я себе под нос, отводя взгляд от Алисы.

– Возможно, ты из изгоев, и поэтому у тебя нет ID и… – Что ещё за изгои? Что происходит вообще?

В висках снова глухо застучала кровь. Симпатичная лаборантка несла какую-то чушь. Если я сейчас потеряю самообладание, ещё неизвестно, что могут со мной сделать и куда отправить, а так хотя бы есть шанс что-то выяснить. Сделал глубокий вдох. Шумно выдохнул.

– Прости.

– Это всё влияние амнезии, мне сообщили о ней. – Алиса сочувствующе покачала головой.

– Алиса. – Я почувствовал, что совсем потерял связь с реальностью и вообще не понимаю, о чём лаборантка говорит. Снова хлопаться в обморок я не собирался, а вот понять хоть что-то из её речи было просто необходимо. – Можешь рассказать мне всё по порядку, я вообще не понимаю, что происходит… Желательно сначала.

Я поднял на Алису взгляд и скривил умоляющую моську. Возможно, девушка хоть что-то расскажет.

– Сначала, – она качнула головой и улыбнулась. – С Большого взрыва?

– Поближе. – Я не удержался от улыбки. – Учитывая, что я ничего не помню… Начни с планеты.

– Что? – Она округлила глаза.

– Да, вот прямо с названия планеты.

Глава 2

Я отполз подальше от края кровати, подложил под спину подушку и приготовился слушать. Алиса немного помолчала. Она старалась не смотреть в мою сторону и вертела в руках прозрачный планшет.

По выражению лица лаборантки можно было подумать, что она размышляет над тем, не вызвать ли сюда бригаду санитаров. Хотя я вроде буйным себя не показал. Ну, раз ещё не предприняла попытки сбежать из палаты, то не сделала вывод, что я поехал крышей.

– Ну, Ян…Ты находишься на Терре, она же Земля…

– О, меня всё-таки не похитили рептилоиды. – Я побарабанил пальцами по подбородку. – А почему Терра?

– А. – Алиса осеклась, явно не понимая, почему я задал такой тупой вопрос. – На едином языке Конгломерата звучит именно так.

– Оке-е-ей. – Увидев непонимание в глазах лаборантки, я решил пока не копать глубже.

– Сейчас две тысячи сто четвёртый год. Некоторые земли непригодны для жизни, другие выделены под сельское хозяйство или добычу ресурсов. Кроме Конгломерата на материке ещё есть Сина, в основном они занимаются сельским хозяйством и производством запчастей. Есть колонии Конгломерата на других материках…

Я слушал лаборантку, и мне становилось хреново. Когда дознаватель Владислав сказал о Конгломерате и назвал город «Нодал-Сити», я подумал, что не так того понял, но сейчас всё это обретало совсем другой оборот. Да где же я? В будущем? И как мне отсюда выбраться? Рефлекторно сжались кулаки.