Мертвецкий круиз 5: Маршируя в ад

Глава 1

Доклад Афины я ждал, вернувшись на борт лайнера, в переговорной комнате, с замиранием сердца. Слишком много вопросов появилось в моей голове, слишком тяжело было жить с бременем знаний о неотвратимом будущем и последствиях, что ждут всё человечество.

Да, несмотря на весь этот груз ответственности, моя воля была крепка. Я нашёл верных соратников, отличных командиров, прекрасных управленцев для моей базы. Не особо понимая, что именно на самом деле я созидаю, мне удалось создать, привнести в этот мир и поставить на его страже два величайших моих творения. Афина и Арес – те, кто был создан ради моего личного комфорта и безопасности, стали теми, кто сумел спасти и сохранить не только мою жизнь, но и жизни многих людей, а также множество благ. Арес своей стальной хваткой вцепился во всевозможные гидроэлектростанции, атомные электростанции, военные объекты. Он обуздал желание этого мира самоуничтожиться в случае наступления Судного дня. Ущерб был минимизирован. Экологические катастрофы, способные стереть с лица планеты целые экосистемы, были уменьшены до минимума. Он работал до последнего, спасая всё, что только возможно. И сам должен был сгореть при алом затмении. Но какая-то часть его смогла избежать разрушения. Это подарило человечеству надежду в первый раз, и люди по всей Земле прямо сейчас активно пользуются этим даром. Всё то, что не перегорело, не разрушилось, не взорвалось от перегрузок на стратегических объектах инфраструктуры – его заслуга. А теперь, получив шанс забрать его и восстановить, у меня и Круизеров появится шанс на создание чего-то мощного, способного противостоять новой угрозе.

Я думал, у меня есть время. Два или три года. Но сигнал из космоса уже дошёл до нашей планеты, и это слишком странно.

Афина выключилась и перестала реагировать на мои команды больше двух часов назад. Я был терпелив. Я ждал, но мои догадки сковывали разум, и я порождал в своём сознании одну за другой чудовищные ситуации, противостоять которым не в силах. Я ждал. Ждал и верил, что Афина вернётся. Что этот сигнал не взломал её и не уничтожил. Это был риск, и я сознательно пошёл на него. Если сегодня я лишусь Афины, то, скорее всего, и до Ареса не доберусь никогда. Если же Афина вернётся ко мне с новостями, возможно, мы увидим маленький лучик надежды в наступающем сумраке заката нашей цивилизации. Или же финальные титры, что тоже неплохо. Хотя бы не буду мучиться со своим предназначением.

Третий час закончился. Ко мне стали заходить мои командиры. Отсутствие Афины заметили не только я. Наши операции по всем фронтам остановились, войска заняли оборонительные рубежи. Пчёлки снизили скорость работы и начали смотреть в оба, самостоятельно выбирая то, что является самым ценным для каждого из нас. Я этого не видел, но если все следуют инструкциям, то именно так и происходит на всех наших базах и в областях добычи.

Четвёртый час. Закончилось время «Технических работ», которые прописала Афина на терминалах обслуживания дома оценки. Время пошло в минус. И с каждой минутой становится всё тревожнее.

Шестой час. Я не знаю, как долго меня будет уничтожать эта затянувшаяся тишина и нервные шаги моих соратников за дверью. Мы ничего сейчас сделать не можем. Наша Афина – связывающая все отряды, все базы и форпосты Круизеров – пропала. И вместе с ней пропала уверенность, блеск жизни, ясность в глазах людей. К хорошему быстро привыкаешь. И потерять Афину будет сродни нокауту для нас всех. Конечно, мы не умрём одномоментно, но нам точно придётся изменить все наши действующие директивы и стратегии развития. Там, где мы могли позволить себе действовать активно, впредь придётся быть крайне осторожными.

Седьмой час. Если Афина и впрямь не появится, у нас исчезнет стратегическое преимущество в разведке и битвах элитных отрядов. Придётся сворачивать одну из программ. Захватить и Латинскую Америку, и при этом шаг за шагом вести экспансию на территории США мы не сможем. Мы потеряем контроль. А вместе с ним и самих себя. Любой кризис будет настоящим испытанием. Правила выживания изменятся, и вместе с ними исчезнут и шансы на доминирующее положение в нашем мире. Мы будем всего лишь одними из тех, чьё слово что-то да значит в этом новом, суровом мире.

Восьмой час.

– Знаешь, что мне это напоминает, Роберто?

– Что? – тут же поинтересовался мой друг, который просто сидел весь последний час рядом со мной в молчаливом ожидании возвращения нашего электронного бога, без которого сама жизнь Круизеров оказалась парализована.

– Историю Александра Македонского… Только раньше я думал, что это я – военачальник и завоеватель, и моя смерть вызовет кризис и разлад, а впоследствии и развал Круизеров. Я был глуп и не прав. Афина и есть наш Александр Македонский… Она отключилась всего на пару часов, а вся наша жизнь начала разваливаться, буксовать, наработки трещат по швам…

– Даже копии Афины прекратили работать, экстренно свернув все свои подпрограммы, которыми управляли… Она вернётся, как сам думаешь?

– Я отправил её в неизвестность. В проклятую неизвестность. В ширме, что скрывает от нас, людей, что это всё грёбаный театр, появилась дыра, и мы решили заглянуть в неё. Узнать, что происходит снаружи. Понять, чего нам ждать, к чему готовиться, сколько времени до этого дебильного антракта, после которого мы подойдём к кульминации всей нашей жизни как цивилизации.

– Ого… Может, и не стоило заглядывать туда?

– Может, и не стоило. Но тогда я бы жил с сожалениями до конца своей жизни. Скорее всего, очень даже недолгой жизни. – Я пожал плечами.

Свет на корабле заморгал. Сперва один раз, затем второй. После волна напряжения прокатилась по всему лайнеру ещё раз, и лампочки, что до этого были приглушены, стали резать глаза своим ярким светом. Я облегчённо выдохнул…

– Господин! Я вернулась! У МЕНЯ НОВОСТИ! СРОЧНО НАДЕНЬТЕ ШЛЕМ! Фиксирую чрезвычайно высокое число экстренных запросов. Перезагружаю удалённые системы и своих дубликатов… Исправляю ошибки… Принимаю пакеты данных с баз Круизеров… Я… Время. Нужно время. Переслала все доступные данные вам для изучения в автономном режиме. Число необработанных запросов и ошибок больше десяти миллионов… Я отключаюсь и ухожу в перезагрузку. Требуется срочно восстановить контроль над частями моей сети. После перезагрузки мне понадобится пару часов для восстановления работоспособности всех проектов под моим контролем. Прошу не рисковать в моё отсутствие. – Сказала Афина и отключилась, а вместе с ней пропала яркость ламп в комнате, где мы сидели.

– Босс. Она вернулась.

– Да, я тоже это слышал, это не твои галлюцинации, дружище. И это радует.

– Худшее позади… – выдохнул Роберто.

– А вот насчёт этого я не уверен. – Я надел шлем на голову, соглашаясь принять и открыть переданный моей помощницей файл.

Ну, что там у нас за послания из космоса?

В шлеме начало проигрываться аудиосообщение. Оно постоянно прерывалось, хрипело, и первое время я не слышал ничего, кроме посторонних звуков.

«… хррррр….хрррр… Дариус, ну, вроде бы работает… Иди сюда, может, и долетит весточка…»

Голос был мужской, звонкий и казался молодым. Дальше сквозь шум помех мне послышались шаги чего-то тяжёлого. Будто стальным каблуком по деревянному паркету лязгают.

«… хррр…. Попытка номер пятьсот пятьдесят. С юбилеем! Думал, не доживём. …хррр… выживали и будем надеяться, что армба…»

Связь то появлялась, то пропадала. Это не был контакт для связи – это был зашифрованный аудиофайл, в котором хватало пробелов, помех, повреждений. Афина, как смогла, расшифровала его и передала мне. И на это у неё ушло очень много времени. Хотя само послание, судя по тому, что оно обрывалось на дисплее через час и шесть минут, было намного короче. Возможно, так долго занял её перевод? Я чувствовал нотки фальши в словах человека, будто Афина исправила неизвестный мне язык. Думаю, это действительно был перевод. Отсюда и появилась эта фальш.

«… хрр… Помешательство охватило наш мир. Люди стали подобны тварям из страшных… хрррр… . Самых настоящих кошмаров. Мы верили в то, что мы справимся, ведь к нам пришли терминалы. Божий дар, или подарок небес, или ещё чёрт знает … хррр… …АРАПА проклятье!»

Часто, очень часто сообщения прерывались обрывками слов, которые Афина, судя по всему, не смогла перевести. И всё же я слушал, затаив дыхание, обращая внимание на каждый звук, что был записан людьми с далёкой планеты.

Я был свидетелем удивительной, пусть и не полной истории того, что произошло с другим миром. Возможно, миром, в котором я бывал в своих снах. Дариус своим не слишком молодым и активным голосом рассказывал заученную на зубок историю заката их цивилизации. С чего всё началось. Как они сражались. Кто ими командовал, как у них появилась надежда, как они победили на четвёртый год эпидемию и принялись восстанавливать новый мир, свои государства. Люди продолжили воевать. Против людей. Не зная о том, что к ним уже мчится катастрофа намного более страшная, нежели зомби. Дариус сказал, что на их континенте вычистили практически каждый уголок, и о зомби не поступало никаких сведений уже три недели, но на соседних континентах они всё ещё существовали. Тогда-то и пришли те, о ком мне и так было известно. И именно тогда эти твари показали людям, как сильно они заблуждаются, называя себя правителями этого мира.

Следующая часть рассказа была полна подробностей окончательного краха и падения людей. Миллионные орды тварей, словно саранча, приходили и начинали резвиться, охотясь на с трудом огрызающиеся остатки человечества того далёкого мира. Место, с которого записывали сообщение, было расположено глубоко под землёй, изолировано и имело свой терминал. За счёт этого и выживали. А ещё озаботились тем, что затопили сам военный комплекс, в герметичном бункере которого они продолжали жить и воевать.

«У нас остались хрррр… прямо на поверхности устройства связи… хррр… космодром в десяти минутах ходьбы… хррр… терминал до сих пор питает его. А тварям нет никакого …хррр… до них. Их интересуют лишь добыча. Всего живого хррр… есть на нашей планете. Мы их трофеи. Веселье закончилось. Началось истребление и уничтожение. Хррр…. Мы не знаем, зачем они это делают. …Хррр… Но кое-что мы расскажем вам… То, что выяснили об этих тварях и об этом проклятом терминале… Хррр…»

Голос мужчины слегка изменился, и он стал более озлобленным. По его словам, терминалы не были спасением, они были маячками для охотников. Где терминал – там обязательно будет богатая добыча. И твари на их планете точно так же не любили воду. И их терминал, из-за затопления, стал невидим для тварей, что и позволило им хоть как-то выживать. Но, как сказал диктор – всё было тщетно. Там, где раньше были леса – пустошь. Там, где были луга – пустыни. Они убивают всё живое, не трогая лишь воду. На их планете воды было не так много, как у нас. Всего лишь тридцать процентов. И мир вымирал от этой космической саранчи. А значит, и они, скорее всего, погибли бы, даже если бы смогли жить тысячи лет в этом герметичном бункере.

Сбылись мои худшие опасения. Терминалы присланы нам не спасителем, а этими же тварями. Зачем они вообще нас усиливают и дают возможность бороться? Ни я, ни мой невидимый рассказчик не знали. Он лишь предполагал. Возможно, в космосе существуют какие-то законы между космическими расами, и эти терминалы – попытка отмахнуться от норм космического права и дать шанс диким мартышкам вроде нас. Возможно, сами инсектоиды просто следуют своим вероучениям и исполняют приказ лидера. Возможно, для них это не больше, чем шоу, и таким образом они распаляют интерес к войне с недоразвитыми докосмическими цивилизациями. Если бы он только знал. Если бы я только знал…

Пять лет… Они столкнулись с первым кризисом, и через пять лет прилетели твари. Эта цифра не постоянна. В моих снах старые бойцы говорили, что твари появлялись и через два года, и через год. Как раз тогда, когда война против зомби была практически окончена… И люди громко праздновали триумф. Видимо, для инсектоидов особое удовольствие доставляло вмешиваться и разрушать мечты и надежды глупых аборигенов.

– Словно лягушки на дне колодца. – подытожил я услышанное.

«Значит, убивать зомби – наш путь к величию и спасению, восстановлению и процветанию. Но вместе с тем, каждая смерть мертвяка ускорит приход этих тварей… Нельзя полагаться исключительно на терминалы. По крайней мере, до тех пор, пока мы не сможем выяснить истинную природу их происхождения. То, что они приманят тех тварей – факт. Неоспоримый. Но всё остальное – лишь размышления загнанных в угол остатков человечества с другой планеты.» – размышлял я, прокручивая в голове всё услышанное.

– Он говорил, что морские силы – последний пункт меню терминала, подобный предыдущим, что им удавалось открыть. Следом за ним шли два совершенно иных по своему смыслу пункта. Сперва «Цитадель» – это реконструкция базы в качестве военной крепости, с модернизацией всех узлов, производственных цепочек с учётом рекомендаций терминала… – продолжал я думать о следующем глобальном шаге нас, людей на планете, оценивая полученную информацию.

Если память мне не изменяет, то в «Цитаделях» я уже был. Сражался и не раз. Даже тот сон, что я видел незадолго до алого затмения, где снова мне пришлось пережить штурм отлично изученной военной базы – это было сражение в Цитадели, созданной при помощи терминала. Военный комплекс. По сути – современная военная база с фортификацией на окраине города. Ровные квадраты улиц, толстые стены зданий, даже соседняя река была использована для создания преград захватчикам. Что ещё я хорошо помню – так это уничтоженные вышки, взорванные автоматические турели, развороченное в хлам ПВО и склады на её территории. Перед тем как пожаловать к нам на рандеву, твари ударами своей авиацией и прочим неземным оружием уничтожили линии обороны.

Прерывавшийся голос на записи сказал, что их подземная база – тоже цитадель. И именно поэтому, из-за особенностей при создании, она смогла выдержать затопление основного комплекса. Что же… Мне точно есть к чему стремиться.

Цитадель не была последним названным мне пунктом терминала. Кроме него был ещё один… «Проект Крепость». С ним приславший мне информацию выживший не сталкивался, но слышал о нём. И слышал рассказы выживших в первые дни войны о том, что три существовавшие «Крепости» на его планете были уничтожены первыми. Но держались они дольше обычного. Якобы там было много очень продвинутых бойцов, поголовно в боевых костюмах, с силовой бронёй и тому подобным. Бои шли больше суток, прежде чем пали последние защитники Крепостей. Но даже он отмечал, что это лишь слухи и непроверенные рассказы. Не знал он и сколько баллов требовалось для открытия этого пункта меню терминала. Как и то, последует ли что-нибудь за ним.

– Значит, и строительство крепостей – не панацея. Строительство цитадели – лишь шаг вперёд в сравнении с обычной базой. И не слишком сильный аргумент против тварей. Люди, возможно, ничего не смогут противопоставить, но не эти захватчики…

В моей голове появились ответы на некоторые вопросы, факты, которые было очень тяжело оспорить, и безумное количество новых вопросов.

С тяжёлыми мыслями я отправился в тренировочный зал, чтобы немного размяться и вернуться в форму. Столько часов нервов и переживаний сказались не только на моих круизерах, но и на мне. Надо дождаться Афины… У меня и к ней есть вопросы.

Один из нескольких тренажёрных залов на лайнере был как нельзя кстати оборудован беговыми дорожками. Я бежал, и в моей голове неслись мысли. Лёгкие горели огнём, но он лишь согревал меня, выжигал апатию и беззубую слабость, что поселилась после появления новостей об очередном разрушенном мире. Я выжал себя как лимон, отправился в душевую и уже в ней узнал, что Афина, пусть и не целиком, но решила многие вопросы, нейтрализовала момент кризиса.

У меня всё ещё были опасения на её счёт. Вернее, на случай её исчезновения. Сегодняшний опыт показал, насколько мы от неё зависимы. Я зависим.

Переодевшись и взяв с собой скромный паёк, я отправился в зал совещаний, где надел шлем и, не мешая всем остальным офицерам работать, принялся задавать своей помощнице вопросы.

Почему её не было так долго? Как она сумела перевести слова неизвестных мне людей? Что экстренного случилось на наших базах? Моя искусственно созданная помощница ответила на вопрос за вопросом. В основном трудности были в получении файла и его проверке, затем стал вопрос с переводом. Перевод ей удалось выполнить через терминал, но при этом она подключилась к нему напрямую… через штаб.

Услышав это, первый тревожный звоночек начал звенеть у меня над душой.

Я выслушал доклады о многочисленных проблемах и оценку Афины в их нейтрализации и стабилизации обстановки, дал ей добро поступать в соответствии с принятыми на местах, с ближайшими командирами баз решениями. Не первый раз мы с кризисными ситуациями сталкиваемся. Не первый раз мы их решаем, прислушиваясь к анализу моей помощницы и её рекомендациям.

А следом настали вопросы, от которых даже моё сердце участило ритм.

– Афина… А как так вышло, что ты смогла перевести текст через терминал? И почему ты вообще к нему подключилась? Ты же говорила, что такой возможности у тебя нет…

– Господин, эта возможность появилась в тот самый момент, когда я приняла сигнал и начала попытку расшифровать его в Мариэльском терминале. Именно импульс от Терминала помог перевести "Бастион" и понять, что со мной намеренно пытаются установить связь. Это логично, ведь именно в Мариэле сосредоточены наибольшие вычислительные мощности на сегодняшний день.

– И что же, как тебе сеанс единения с терминалом?

– Это… было необычно. Он такой… структурированный. Упорядоченный. Совершенный. – Афина проявляла странные чувства к этой инопланетной гадости. Скорее всего, это было наигранно, и она просто имитировала человеческие эмоции, и всё же – её оценка не внушила мне доверия.

– А есть ли риск того, что твоё единение изменит тебя, перепишет твой код, заставит служить моим врагам?

– Это… Я не могу на сто процентов исключить подобной возможности после увиденного. Гармония данных – лишь внешний слой, ответственный за подачу сигналов и обработку информации. Я и близко не подошла к разгадке тайны Алого шара и способов материализации объектов… Боюсь, это невозможно для меня в нынешних условиях. А значит, могли произойти изменения на невидимом для меня уровне, что в будущем выступят триггером изменения моего поведения. Но в данный момент – я абсолютно та же Афина, что и прежде. Я трижды проверила свой массив данных и код ядра. Никаких видимых изменений.

– Даже так… – тяжело вздохнул я, понимая, что один из наших козырей, возможно, только что стал бомбой, заложенной под нашим счастливым будущим. – А откуда вообще пришло послание? Ты смогла узнать или вычислить это?

– Господин. Тут такое дело… – замялась она, совсем как человек, но быстро вернула себе самообладание. – Сигнал был из космоса, но его словил наш Мариэльский терминал. Сам по себе словил. Когда я расшифровывала, я видела и другие массивы данных, что идут оттуда к этому терминалу. Я проверила, попытавшись подключиться к ранее недоступным терминалам в штабах других городов, и тоже смогла войти внутрь Алого шара. И там увидела те же массивы. Они идут непрерывно. Алые шары соединены и общаются с кем-то в космосе. И этот кто-то…

– Наш враг. И этот же враг позволил не только дойти до Земли этому посланию. Он ещё и уведомил нас, чтобы мы на него клюнули. Зачем?

– В данном случае, господин, боюсь, я могу лишь выдвигать предположения.

– Это и я могу делать. Но сам факт – теперь ты имеешь доступ непосредственно к терминалам. А к ним имеют доступ враги, если верить этим же посланиям. И значит, инсектоиды связаны с ними. А теперь и с тобой. Со всеми нами…

«Шпионят? Чтобы понять, когда мы созреем, и нанести свой удар? Мне что, придётся отключить Афину для того, чтобы враг не получал оперативные данные?» – с каждой секундой осознание слабости и безысходности накатывало на меня всё больше и больше.

Враг намного сильнее нас. Технически могущественнее и непредсказуем. А мы… Мы у него на ладони. Я не понимаю даже, смогу ли хоть как-то усложнить им жизнь, если отключу Афину! Я вообще не понимаю, даст ли мне это хоть что-то, кроме потери нашего главного козыря. В конце концов, эти твари наверняка могут и без моего ИИ понять, насколько мы готовы к их проклятому сафари.

«По крайней мере, когда они вторгнутся, если я хочу сохранить хоть какие-то шансы, мне придётся произнести тайный код разрушения структуры прописанного ядра Афины. Полная дефрагментация… Отключение Афины не даст врагу заполучить контроль над всеми базами круизеров, что появятся к тому времени и будут ею управляться… А до тех пор, пусть живёт, моя прекрасная помощница…» – с полной уверенностью в правильности выбранного пути я поднялся с кресла и замер, ошарашенный увиденным.

– Афина? Что за шутки?

– Прошу прощения. Это не я… Не понимаю. Я не могу это исправить. Господин, кажется, меня действительно взломали!

Перед моими глазами призывно мигала огромная красная надпись. И никак не желала уходить.

ПРОСЛЕДУЙТЕ К БЛИЖАЙШЕМУ ТЕРМИНАЛУ.»«ПОЛУЧЕНО ЗАДАНИЕ.

Сегодня что, день невероятных открытий?

Глава 2

Требование, навязанное неизвестным, раздражало. Иди туда, делай то… С самого первого дня, с момента начала конца никто не указывал мне, что делать. А если и находились такие идиоты, например, наследник миллиардеров из индийского рода Амишей, то заканчивали они не лучшим образом. Здесь же… Я даже и послать никого не могу. Это бесит… Раздражает. И нервирует. А ещё эта надпись в шлеме появляется постоянно, даже если его перезагрузить. Я даже другие, чужие шлемы надевал – нормально работающие, – и надпись всё равно возникала и там.

Дошло даже до того, что, проходя мимо штаба на лайнере, я остановился у одного из экранов, и на нём тоже вылезла та же надпись, блокирующая обзор и данные, выведенные спецами по моей просьбе.

Проигнорировать это требование, это задание, я не мог. Пришлось поддаться любопытству и вверить себя в руки неизвестности. Добравшись до ближайшего терминала в библиотеке, я привычно прикоснулся к алому шару, но вместо столь приевшейся картинки бесконечного света с пунктами меню, что, как витрины магазина, позволяли выбрать нужный мне объект, я оказался на пустой палубе «Вива Новы-2». Был слышен ветер, звуки бьющихся об лайнер морских вод, даже крики чаек в отдалении. Но ни людей, ни терминала, никаких следов жизни не было. Я словно попал на корабль-призрак.

– Ну и что дальше? – дотронулся я до перил, ощутив тёплый, прогретый на солнце металл.

«Дойдите до капитанского мостика» – появилась ещё одна надпись прямо передо мной, доказывая, что я сейчас не в настоящем мире, а созданном благодаря терминалу.

Вариантов особо не было. Кто бы там что от меня ни хотел – он ведёт меня и управляет мной. Я даже не вижу возможности выйти отсюда… Я застрял в этом мире.

– Иду я, иду… – отмахнулся я от раздражающей надписи, что призывно мигала, зацикливая на себе моё внимание.

Дорогу я знал, и, дойдя до мостика, не стал стучать в закрытую дверь, а сразу вошёл. Вместо мониторов с данными лайнера я увидел совершенно непривычное и незнакомое мне помещение. Повсюду были непривычные по форме экраны мониторов, на которых транслировались битвы на нашей планете. Повсюду были видны кровь, смерть, зомби и люди. В отвёрнутом от меня кресле, словно сам мистер Загадка, сидел кто-то и смотрел эти трансляции. Звуки разносились по всему помещению и были квинтэссенцией насилия. Но постепенно они начали затухать, трансляции отключились, а кресло повернулось, и в нём оказался человекоподобный карлик. И всё же – это был не человек. Длинные уши, словно у остроухого гоблина, срезанный нос, будто у гуля. Клыки, когти, огромные глаза ярко-оранжевого цвета радужки и чёрные, не менее огромные зрачки. Одежда тоже была вычурной, очень яркой, с кучей значков, каких-то голографических медалей и орденов. На пальцах красовались странные перстни с левитирующими над ними мелкими камнями. Приглядевшись, в них можно было узнать созвездия.

Одно радовало – это был не инсектоид.

– Ну, здравствуй, десятый!

– Говоришь на моём языке?

– Нет, конечно. Я не знаком с вашими языками. Тем более что ваша странная цивилизация зачем-то придумала сотни языков. Видимо, чтобы было проще искать причины для взаимных обид и войн. Нам помогает общаться терминал.

Я молча слушал это существо, оставаясь таким же напряжённым, как и в первые секунды попадания на корабль-призрак.

– Не понимаешь, что происходит?

– Верно.

– Я тебя не виню. И наоборот, я очень рад, что эта встреча состоялась. Знаешь, почему я назвал тебя десятым?