Серия приключений лорда Эдварда Фарлоу

Глава IV. Темные секреты

Когда большие часы в общем зале таверны глухо пробили полночь, Эдвард вдруг проснулся с ощущением надвигающейся опасности. Наученный опытом, он никогда не игнорировал такие ощущения, быстро встал и огляделся.

Собака мирно спала перед кроватью.

Через три комнаты от него слышался приглушенный разговор. Эдвард понял, что в этом тайном ночном разговоре он сможет отыскать ключ к странным событиям, происходившим в этой деревне. Однако, он не собирался ни оставлять грязные следы на полу, ведущие от двери чужой комнаты к его временному пристанищу, ни, тем более, быть позорно пойманным за подслушиванием чужих разговоров.

Надеть чистые кожаные охотничьи краги на мягкой подошве, не дающей стука даже при быстро беге по паркету было делом одной минуты, и лорд выскользнул за дверь в коридор.

Нащупав стены, Эдвард быстро двинулся в сторону полоски света, выбивающейся из-под двери комнаты хозяев, остерегаясь задеть выступавшие из стен канделябры.

Первый голос принадлежал Маргарет Виндзор, он был окрашен нот ками нетерпения, досады и даже гнева.

– Сколько раз тебе говорить, Том! С Викторией Бэкингем у тебя все клонится к такому честному делу, как брак. Разве мы против, чтобы наш сын завел свою семью, подарил нам внуков, жил счастливо – и, в конце концов, это тоже немаловажно! – чтобы прекрасные колбасы и другие мясные изделия мистера Винсента Бэкингема украсили нашу не менее прекрасную таверну?

– Черт возьми, я люблю Викторию, но ее отец слишком спесив. У него слишком много требований к будущему зятю, и, чтобы не ударить в грязь лицом, я должен быть хорошим охотником, даже лучшим!

– Ты хороший охотник, Том. К тому же, ты наш сын и единственный наследник нашего состояния. И это ему прекрасно известно.

Второй голос принадлежал Тому, и в нем слышалось неудовольствие.

– Тебе хорошо известно, что без этого красного камня я не смогу каждый день приносить добычу с охоты, а этот старый хрыч на меня взъестся и еще, не дай Бог, передумает выдавать за меня дочь. Взгляните за его золотые очки, там таится алчность и бессердечность! А когда красный камень у меня, дичь так и попадается на моем пути.

– ТИШЕ! Зачем так кричать! Не забывай, теперь у нас есть постоялец, и он может нас услышать. С виду хороший человек, но слишком уж он себе на уме.

Лорд Эдвард усмехнулся про себя в темноте, ему польстила эта столь искренняя характеристика.

– Это заезжий аристократ не внушает мне доверия, мать. Он любезен, даже щедр, но мне кажется, что он что-то вынюхивает. Чувствую, что его приезд принесет серьезные изменения, но нужны ли нам они? По мне так у нас и так все неплохо.

Чарльз Виндзор вступил в беседу и примирительно сказал:

– Не будем придавать слишком много значению приезду лорда Фарлоу из Лондона. Думаю, он из тех скучающих и праздных благородных господ, которым время от времени хочется погулять в лесу, дабы чем-то себя занять… Не думаю, что он задержится здесь у нас надолго. А с мистером Бэкингемом мы переговорим, и он убавит свою спесь, вот увидишь. Послушай доброго совета, Том, отнеси это камень преподобному Джеймсу. Ему лучше знать, что делать с этой недоброй вещью. Иначе быть беде, очевидно, что не от людей эта вещь пришла…

Эдвард почувствовал, что разговор заканчивается и торопливо скользнул в спасительную темноту коридора, замерев у своей приоткрытой двери и готовый бесшумно скрыться за ней. Через несколько секунд дверь комнаты Виндзоров хлопнула, шаги Тома загремели вниз по лестнице. Свечи при нем не было.

Но Том не вышел из таверны. Судя по звуку, он отодвинул один из стульев и тяжело вздохнув, присел.

Лорд Эдвард поморщился. Загадок стало только больше.

Супруги Виндзор вскоре погасили у себя свет.

В кромешной тьме лорд осторожно приблизился к лестнице на первый этаж и заглянул вниз. Том сидел у окна, освещенный светом луны, и на столе перед ним лежал тускло светящийся в темноте красно-багровый камень величиной чуть меньше кулака. Том в нерешительности медленно перекатывал его по столу, будто не зная, как с ним поступить.

Лорд Фарлоу быстро сходил в свою комнату, взял зажженую свечу и предусмотрительно накрыл ее кувшином, чтобы свет не выдал его раньше, чем это необходимо. Том, конечно, славный парень, но этот камень… неизвестно, откуда он его взял, какую мрачную тайну он скрывает и на что готов пойти, чтобы его секрет так и остался секретом. Побуждаемый этими соображениями, Эдвард положил в карман револьверы и заткнул за пояс свою тяжелую трость.

Самое трудное было красться по этой скверной скрипучей лестнице, приходилось вымерять каждый шаг. Неподвижная фигура Тома по-прежнему горбилась перед окном.

Когда спуска по лестнице оставалось всего три ступеньки, лорд внутренне собрался.

– Мастер Том, что это вы тут делаете, сэр? – насмешливо спросил лорд Эдвард, одновременно быстрым движением скидывая ненужный более кувшин со свечи и нащупывая в кармане револьвер. Том вскочил, как ужаленный и вороватым движением спрятал камень, вглядываясь в темноту.

– Не трудитесь толкать эту штуковину себе за пазуху, юноша, я все видел. Вы, никак, решили кому-то продать этот полудрагоценный камень – который, кстати, неизвестно как еще к вам попал. Убили какого-нибудь остановившегося у вас ювелира?

Даже в темноте было заметно, как глаза Тома выпучились, как у болотной лягушки, выдавшей заливистую трель.

– Святой Боже! Да вы с ума сошли, ваша милость!

– Не злите меня, Том, у меня сейчас в руке револьвер и я умею стрелять сквозь карман. В этой таверне явно скрывают какую-то тайну. Не занимаетесь ли вы тут ограблением и убийством приезжих гостей? Почем знать, что я не стану вашей следующей жертвой?

– Ну и дела! А коли на то пошло, вы-то сами, ваша милость, что здесь делаете в такой час? Шпионили за мной?

– Немного, Том. Хочу понять, что здесь происходит. Вижу, вы скрываете этот камень, не хотите, чтобы о нем кто-то узнал, а ваши родители против того, чтобы вы держали его при себе. Я сохраню вашу тайну, если вы расскажете мне все и выяснится, что вы не желали никому зла. Даю слово лорда и благородного человека.

Том с сомнением взглянул на него, но кивнул.

– Придется тогда рассказать… Садитесь, ваша милость. Не опасайтесь, никто вам здесь не враг, а я – меньше всех.

Эдвард присел на стул напротив, их с Томом разделял только стол со свечой. Под столом было очень удобно положить револьвер на колено, направив ствол на Тома, палец чуть отведен с курка. Теперь никакое случайное движение не заставит его выпустить пулю в живот этому человеку. Хорошему охотнику, славному парню Тому. Наверное, славному.

– Камень этот, ваша милость, нашел я на болотах, недалеко от заброшенного дома старика Самуэля Блэквотерса. В тот день я припозднился на охоте, уже смеркалось – и как вдруг, гляжу, что-то сверкает красным цветом на мшистом пригорке возле болотного оконца. Шестом я землю проверил, нашел твердую тропку, подобрался, ковырнул к себе, и вижу, штуковина эта мне под ноги выкатилась. Чудное дело, как он там оказался, будто вода его вынесла.

– Что было дальше?

– Поначалу я было думал, что камень этот драгоценный, продать было желание. Отец, однако, в городе побывал, ювелирам показывал, все они затруднились определить, какой он породы, и никто не купил. Привез он его обратно, я его в кармане стал носить – как талисман на удачу, что ли. Потом я стал замечать, что когда камень со мной, добычи мне на пути куда как больше стало попадаться. И камень этот… как бы это сказать… как будто гип-но-ти-зирует дичь…

– Птицы и животные перестают тебя бояться?

– Вроде того, перестают чуять издалека и двигаются медленно, будет околдованные. С тех пор и стал я каждый день добычу с охоты таскать. И думается мне, что коли от камня избавится, дичи меньше мне попадаться будет, а старый Бэкингем может начать препятствия чинить между мной и Викторией.

– Нет идей, откуда эта странная вещь могла взяться на болотах?

– Нету, ваша милость. Отец говорит, будто он от стариков слыхал, что была раньше в наших краях вера злая, до христианства. Будто от тех людей и камень мог остаться, а для чего они его использовали – никому уже известно.

– Позволь мне разок взглянуть на него, Том.

Камень в ладони лорда оказался каким-то колючим и неприятно холодным, хотя Том и перед этим держал его в руках. Что это? Камень будто слегка вздрогнул, и его тусклое зловещее красноватое свечение шевельнулось. Эдварду стало не по себе, и он положил пугающий предмет на стол.

– Не знаю, что это, Том, но выглядит как нечто очень скверное. Лучше бы тебе и правда избавится от него, а охота как пойдет, так и пойдет. Уверен, наследство твоих родителей рано или поздно заткнет рот старому Бэкингему, все равно ты самый богатый парень в своей деревне. Будь осторожен, и береги себя.

С улицы издалека послышалось приглушенное пение.

– Это что еще за черт? Том, ну и деревня у вас, ей-богу. Все не как у людей.

– Это просто жители наши, из стариков в основном, молятся и ходят вокруг деревни.

– Молятся? В полночь, в полнолуние? Зачем?

– Защитный круг чертят.

– Какой еще защитный круг?

– Слишком много вы хотите знать, ваша милость. Обычай этот у нас со старины еще сохранился, кто и зачем его придумал, не знаю. Отца лучше завтра спросите, он больше меня преданий знает.

– А можно мне сходить взглянуть? Не опасно?

– Коли увидят – убить, конечно, вас не убьют, мы все же христиане и верные подданные королевы. Но рады они этому точно не будут, однако. Так что вы, ваша милость, сквозь забор гостиницы посмотрите, коли любопытно, они как раз недалеко тут проходят. Там особо и смотреть не на что.

Спрятав оружие, лорд встал, и открыв своим ключом дверь черного хода, без свечи вышел на двор. Ночь была очень темной, но сквозь забор виднелась вереница огней, и слышалось отдаленное пение молитв. Человек, шедший в процессии последним, чертил углем по земле столь огромный круг, что в него могла поместиться вся деревня. Смотреть действительно было особо не на что, и Эдвард вернулся обратно, заперев заднюю дверь на ключ.

Он уже собирался вернуться в свою комнату, как вдруг до его слуха донесся тихий щелчок замка парадного входа в таверну и осторожный звук крадущихся шагов.

Эдвард замер на месте. Единственная мысль, в ту секунду пришедшая ему голову была – «Кажется, к Виндзорам забрались воры! Надо притаиться, чтобы взять их с поличным на месте преступления». С этими соображениями, Эдвард бесшумно спрятался под лестницей.

Том, тем временем прихлебывавший из объемистой бутылки, ничего не слышал.

Внезапно нижний этаж таверны осветился тусклым огоньком, и в полумраке смутно обозначились четыре человеческих фигуры.

Том испуганно дернулся.

– Кто там?! Это вы, ваша милость?!

Ему ответил чужой насмешливый голос:

– Здравствуй, Том! Как хорошо, что ты спустился вниз. Мы уж думали, что придется выискивать тебя по всем комнатам и вытаскивать из кровати. Твой постоялец нам неинтересен, мы пришли за тобой!

Том побледнел.

– Какого черта вы тут делаете?! Дон, Фил, таверна закрыта, проваливайте до завтра!

Незваные гости не торопились уходить.

– Ты негостеприимный хозяин, Том. Но это полбеды. Гораздо хуже то, что ты еще и вор!

Том взорвался.

– Вы что – не в своем уме или опиумной настойки приняли, сектанты проклятые?! Ничего я у вас не брал!

– Ну-ну, Том, не глупи. У тебя есть красный камень, ты прекрасно знаешь, что он наш. Сегодня Хозяин сообщил нам об этом, а его не обманешь! Ты же не будешь плести небылицы о том, что его нашел и обточил твой дед? Отдай его нам по-хорошему, или пожалеешь!

– Катитесь вы к черту, иначе…

– Как скажешь, мы возьмем его из твоих мертвых рук!

В слабом свете свечи блеснули четыре кинжала и пришельцы ринулись на Тома Виндзора.

– Лишний шум нам не нужен, прирежем его быстро и тихо!

Эдвард понял, что через несколько секунд Тома не будет в живых, и подняв пистолеты несколько раз выстрелил в воздух, чтобы спугнуть нападавших.

Те поспешно попятились и задули свечу. Поколебавшись несколько секунд, и издавая ругательства, они быстро выскочили из таверны и бросились бежать по улице. Эдвард быстро подошел к Виндзору-младшему, который выглядел потрясенным и растерянным.

– Это что еще такое, Том?! Кто были эти люди – твои знакомые?!

– «Они жители нашей деревни, сектанты. И до сегодняшнего дня они казались мирными» – промямлил Том.

Эдвард поразился. Эта легендарная секта все-таки существует!

– Не знаю, какими они были раньше, но теперь они явно опасны! Надо немедленно их задержать, и сообщить обо всем властям, либо хотя бы объявить их в розыск! Но куда они могли пойти?

Том на секунду задумался.

– У Фила есть большой амбар в конце улицы. Как выйдете из таверны, поверните направо. Если эти проклятые сектанты что-то задумали, то лучшего места для их сборища во всей деревне не найти.

– Я отправлюсь в погоню за ними! А ты вооружайся и следуй за мной, да предупреди отца!

Эдвард уже выбегал из таверны, когда услышал испуганный голос Чарльза Виндзора, окликавший сына вопросом о том, что случилось. Ответ Тома был ему уже едва слышен:

– Эти чертовы сектанты совсем съехали с катушек, они хотели меня убить! Разбуди всех соседей, неизвестно, что эти сумасшедшие задумали и не успели ли натворить что-нибудь еще!

Задыхаясь, Эдвард бежал вперед в сгустившейся темноте. В голове стучала одна-единственная мысль: «Что, если уже слишком поздно?!».

Резкое карканье ворона над головой заставило его вздрогнуть, сердце на секунду замерло.

Он быстро взял себя в руки и, выстрелом из пистолета сбив навесной замок, ворвался в дверь старого просторного амбара. Внутри его взгляду представился круг зажжённых восковых свечей, которые были бы похожи на церковные, если бы не их антрацитовый черный цвет. Неровные языки пламени бросали зловещие багровые отсветы на несколько небольших древних статуй из зеленого камня, изображавших чудовищные помеси людей и рыб. Вместо ладана в воздухе клубился запах одурманивающих веществ, сразу затуманивший его мысли.

Пара теней в серых балахонах проворно выскользнула из освещенного свечами круга, в котором сидел связанный человек с заткнутым кляпом ртом.

Голос предводителя сектантов, похожий на карканье ворона на могильном холме резко и коротко отдал приказание, Эдвард смог разобрать только «… корону! … в доме…».

Со всех сторон замелькали быстро передвигавшиеся человеческие фигуры, Эдвард несколько раз нажал на спуск пистолета.

Внезапно его затылок резко опустилось что-то столько тяжелое, что удар повалил его на пол. Последняя искра гаснущего сознания машинально отметила, что мир вокруг раскололся и потемнел…

Пришел в себя Эдвард не скоро. Первое, что он увидел было нависавшее над ним встревоженное лицо Тома. Поблизости стоял Чарльз Виндзор, оба были вооружены и опасливо оглядывались.

– Слава Богу, вы живы, ваша милость! Признаться, я в этом сомневался, когда этот подлец Дон ударил вас по голове сзади! К счастью, удар пришелся вскользь, иначе бы вам несдобровать.

Эдвард с некоторым трудом присел, голова страшно гудела.

– Что, черт возьми, здесь случилось?!

Том развел руками.

– Мы с вами болтали в таверне, потом туда ворвались эти негодяи…

Эдвард перебил его.

– Я не потерял память от удара, Том. Рассказывай с того места, когда я выбежал из таверны.

Том закивал.

– Да, конечно. Спасибо, что спасли мою жизнь, иначе меня бы уже зарезали! Когда вы спугнули этих ненормальных, и отправились проверять амбар, мой отец уже проснулся, и я коротко объяснил ему ситуацию. Я взял ружье из-под стойки и побежал вслед за вами. Как я понимаю, сектанты собрались сегодня в амбаре для какого-то гадкого человеческого жертвоприношения, но ваше вторжение их спугнуло. Вы открыли стрельбу, но вас оглушили. К счастью, в этот момент сюда ворвался я и пальнул пару раз из ружья, не дав им вас прикончить. Несмотря на численное превосходство, они замешкались, тут как раз подоспел мой отец, который тоже не жалел патронов. Пара сектантов застрелена, остальные сбежали. Грохот выстрелов перебудил всю деревню, так что мы уже сообщили о случившемся местным властям. Жители деревни с оружием в руках теперь по очереди патрулируют улицы, утром прибудет полиция. Кстати, сектанты хотели принести в жертву одного из наших поселян, ваше вмешательство спасло этого человека.

Эдвард ощупал свою голову.

– Спасибо, что и ты спас меня, Том. Давай выйдем отсюда на улицу.

Улица действительно охранялась встревоженными вооруженными деревенскими жителями. Перекинувшись с ними парой фраз, Эдвард, Чарльз и Том вернулись в таверну, где были встречены Маргарет Виндзор, которая немедленно возблагодарила небеса за то, что все они вернулись целыми и невредимыми. Отдельно она поблагодарила Эдварда за спасение Тома.

Эдвард обратился к хозяину таверну

– Послушайте, Чарльз! Как я понимаю, вы всю жизнь живете здесь, вы немолоды, и наверняка вы знаете многое об этих местных сектантах, об их преданиях и мифах? Во что они верят, чего они хотят? Нам необходимо это обсудить, чтобы знать, как их остановить. .

Мистер Виндзор невесело кивнул.

– О сектантах теперь рассказать придется, коли они решили объявить войну остальным жителям деревни. Что же до их верований – там один вздор, все эти столетние выдумки необразованных стариков никакого интереса не представляют.

– Нет, Чарльз, хватит уже недомолвок. Я жду вас в своей комнате, мы не можем оставить это дело на самотек.

Вскоре лорд Фарлоу сидел столом и при свечах ужинал поджаренной индейкой, лепешками и яблочным пирогом, щедро политым патокой. Вскоре вошел Чарльз и со стуком поставил на стол бутылку и пару кружек. Собака Эдварда после возвращения хозяина снова мирно заснула под столом.

– То, что я вам расскажу, не для чужих ушей, сэр. Позвольте просить вас, чтобы сия история осталась между нами двумя, жителям деревни тоже не нужно знать, что чужак вроде вас узнал все наши секреты.

Многозначительно произнеся эти слова, владелец таверны медленно выпил кружку эля и глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

– Рассказывайте, Чарльз, можете рассчитывать на мою скромность. Кстати, алкоголь я не пью, не решаюсь создавать себе столь опасную привычку, с которой, возможно, пришлось бы бороться всю оставшуюся жизнь.

– Как угодно. Наши предки поселились в здешних местах в глубокой древности, и среди них зародилась новая вера в одно существо, которое прозвали они Хозяином болот, но так его называют только те, кто ему поклоняется. А мы, здешние христиане, называем его болотным дьяволом, что считается для него оскорбительным.

Эдвард слушал с большим удивлением.

– Значит, легенды об этой секте были правдивы. Поверить не могу, что сегодняшние события, имеющие такие древние корни, могли произойти в современной Англии, в XIX веке!

Чарльз кивнул, и продолжил рассказ.

– В древности бывало, людей ему в жертву приносили, из-за того урожай тут был всегда хороший, травы для скотины много, дичь была в изобилии, и рыба в озере водилась в великом множестве. Но потом в эти земли пришли англичане и силой оружия присоединили этот край к Англии, и стали мы, ваша милость, тоже называться англичанами, но не никогда не были ими по крови и по роду. По этой причине мы отличаемся от большинства британцев.

Эдвард задал вопрос:

– Как вы относитесь к завоеванию вашего края англичанами?

– Хоть вначале мои предки воевали с ними, все равно много хорошего принесли нам англичане – новые сельскохозяйственные растения, хорошие породы скота, язык, и, самое главное – христианство. И злого Хозяина болот большая часть моего народа отринула, хоть и не сразу, и называть его мы стали болотным дьяволом.

– Откуда же тогда взялись эти сегодняшние сектанты?

– До сегодняшнего дня было у них свое небольшое сообщество, молитвы читали своему демону, курения какие-то жгли, однако ни во что не вмешивались, так что никому до них особого дела не было. А сегодня произошло что-то совсем из ряда вон выходящее, на людей напали! Все деревенские жители сегодняшней ночью добавили еще один засов к своей двери, хоть сектанты теперь и сбежали куда-то за деревню.

– Расскажи, в каком виде это сообщество существовало до сегодняшнего дня.

– У нас тут раньше жил один человек по имени Самуэль Блэквотерс, он и возродил эту секту.

– Как ему это удалось?

– Сначала он был обычным дровосеком, рыбачил иногда на озере, как и все. Выпивал только чересчур, в остальном ничем особенным не выделялся, жил без семьи в простой лачужке на границе леса и болот, как отшельник. В деревне редко появлялся, только древесину привозил, да в лавку мою с таверной захаживал.

Чарльз задумчиво отхлебнул из кружки.

– Прекрасно помню этот день, хоть мой Том тогда был еще совсем маленьким. Самуэль спьяну похвастался в моей таверне, что ему явился сам Хозяин болот и подарил ему такое богатство, на которое можно будет выкупить всю нашу деревню, включая поля, пастбища и лесозаготовки, так что скоро он, Самуэль, заживет здесь как настоящий джентри. Людям в таверне это очень не понравилось и кто-то его спросил – а чего, мол, болотный дьявол взамен потребовал? За просто так такие подарки не делаются! Но тут Самуэль, как видно, понял, что сболтнул лишнего и теперь ему несдобровать. Пробормотал чего-то он себе под нос – будто это он пошутил, после кружки эля всякие байки на ум приходят. И вообще, всем до встречи, у него еще дела на болоте… то есть, дома. И что-то шепча, ушел. Вообще, с тех пор он почти вслух не разговаривал, только по крайней необходимости, зато часто шептал что-то про себя – не то своему демону молился, не то еще что, никто знает. С той поры прозвали его люди Болотным Шептуном.

– Что же дальше было с этим Шептуном? Он сейчас жив?

– Нет, ваша милость, он мертв. Мы, его односельчане, стали мы замечать, что у Шептуна дела пошли на лад. Он стал привозить на продажу ценную древесину, редкой породы, участок его стал давать богатый урожай, деньги завелись у дровосека. Одни люди говорят, что он нашел клад древних демонопоклонников, другие – будто вода ему под ноги вынесла целый сундук с золотом. Но всем достоверно известно следующее: в один вовсе не прекрасный день Шептун Самуэль явился в деревню, собрал всех жителей, и объявил, что он накопил честным трудом денег (как же, держи карман шире). Он сказал, что желает построить себе новый просторный дом как у важных господ – здесь же, на болотах, и хотел бы нанять нас для строительства.