Серия приключений лорда Эдварда Фарлоу
- -
- 100%
- +
Подойдя к той комнате, что когда-то гордо именовалась гостиной, лорд Эдвард опешил. В одном из массивных темно-бордовых кресел сидел седой старик, с виду вполне живой и пристально смотрел на него.
Лорд Фарлоу остолбенел в дверях, будто школьник на пороге бального зала.
– Что за черт!
– И я рад вас видеть, молодой человек. Вы всегда входите в дома к незнакомым людям с таким приветствием?
– Прошу меня извинить… Меня зовут лорд Эдвард Фарлоу.
– О, это мне хорошо известно, юноша. Да вы не стойте в дверях, проходите, садитесь в кресло, коли вы теперь мой гость. Я ведь ожидал вас.
– Ожидали меня?
– Ну да. Не далее, как вчера, вы с вашим другом как полоумные носились кругами по окрестным болотам, оглашая окрестности вовсе не аристократическими воплями. Вы плохо ориентируетесь.
– Вы… Самуэль Блэквотерс?
– Да, это я.
– Но как это возможно… Вы ведь лет пятнадцать как мертвы?
– Мертв? И да, и нет… Впрочем, не будем цепляться к словам, юноша. Вы же видите, что я мыслю, разговариваю, значит, даже если мертв, то не совсем? Хехехе… Да что вообще такое смерть, когда твой господин – сам Хозяин Болот, живущий уже целую вечность, видевший зарю этого мира и бывший уже неизмеримо древним задолго до появления человечества? Тело вполне может умереть, но дух продолжает быть активным и даже, осмелюсь сказать, очень активным и деятельным!
– Существо, столь древнее… Кажется, я догадываюсь. Ваш господин – он что, из падших ангелов?
– Какой вы любопытный, юноша! Вы задаете слишком неудобные вопросы, ответы на которые обычно получают только посвященные. Но вы мне нравитесь – и в знак моего к вам расположения, я вам отвечу: ДА. Вы, люди, называете этим странным именем таких как он, но это только ваше придуманное название.
– Я понимаю… Оскверненный ангел воды стал Хозяином болот, никем иным он и не мог стать. И на что мне ваш так называемый падший ангел, коли я христианин и служу высшему и всемогущему Богу?
– Ваш Бог далеко отсюда и редко вмешивается в земные дела людей, сэр. Мой же гораздо ближе, чем вы можете себе это представить – быть может, даже под этим домом, и его щупальца из невероятной глубины, простирающейся до самого преддверия преисподней, окутывают этот дом, в котором мы с вами сейчас разговариваю. Благодаря его присутствию, здесь я существую и даже, если так можно выразится, восполняю энергию своего бытия. Вы же не думаете, что он случайно выбрал место, где приказал мне построить дом? И он всегда прислушивается к насущным нуждам тех, кто верен ему, не давая пустых долгосрочных обещаний, а в обмен требует самую малость.
– Зачем вы пытались утопить в болоте Тома Виндзора, сына хозяина таверны? Потом в полночь еще и послали к нему ваших слуг, чтобы они его зарезали, да еще и пытались принести в жертву кого-то из местных крестьян. Это и есть та самая малость, которой вы расплачиваетесь за благодеяния вашего демона?
– Чего стоит жизнь какого-то деревенского увальня? Вся наша земная жизнь лишь мимолетный сон по сравнению с вечностью. Не так уж часто моему господину надо питаться. Вы пока кщк не понимаете, юноша, но мы все стоим на пороге великого события – самого великого за последние века. Грядет серьезная война, и на чьей стороне окажетесь вы?
К тому же, этот Том оскорбил Хозяина болот, используя для своих низменных нужд священный камень, ранее украшавший его доспехи и принесенный в ваш мир, чтобы укреплять веру посвященных, напоминая об их взаимных обязательствах с иным существом. Камень, в поисках которого оборвалась моя короткая земная жизнь!
Эдвард кивнул.
– Да, об этом я уже слышал. Неприятно было тонуть в болоте?
– Самое главное, что Хозяин во мне не разочаровался, хотя я и не смог выполнить порученное мне дело – найти камень для него. Вибрации этого камня призваны воздействовать на людей, притягивая их, особенно тех, кто верят в Хозяина. В глубокой древности он был вручен его первым жрецам – это те раскрашенные узорами господа в звериных шкурах, которых я имел честь вам показывать, когда вы отдыхали возле нашего старого алтаря. Если вы решитесь принять нашу сторону, я вас потом с ними познакомлю, поверьте, они очень интересные существа, хотя и их образ мышления и мораль не имеют ничего общего с человеческими категориями. А этот деревенский дурень, Том, притягивает потусторонней силой камня… оленей и куропаток! Какое бесчестие, какой позор! Ничего, мы постараемся добраться до Тома Виндзора и отобрать у него артефакт, даже если для этого понадобиться ждать почти всю его никчемную жизнь!
– А те пришлые лесорубы?
– Пришлые лесорубы были невежественны и глупы, они хотели разрушить обиталище Хозяина болот. Неразумные людишки, не ведая, что они творят, вторглись в священные пределы темных его владений, и для чего? Чтобы нарубить дров и заработать денег на этом! Это все равно, ваша милость, что если бы незнакомцы пришли сломать ваш дом, чтобы воспользоваться камнем и кирпичом, из которых он построен. После исчезновения троих незваных гостей, однако, остальные поспешили убраться подальше.
– Вижу, мистер Самуэль, вы с людьми не церемонитесь. Хоть вы и призрак, но, быть может, мне попробовать пальнуть в вас из ружья прежде, чем вы потащите меня топить в болото? Или необязательно проверять ваш рассказ столь радикальным способом?
– Не дурачьтесь, юноша, земным оружием меня не убить. Максимум, ослабите меня на денек-другой, и то не столько пулями и дробью, сколько той мыслью страха и ненависти, намерением убийства, которые неизбежно появляются в таких случаях – и летят быстрее пули. К тому же, если бы я хотел на вас напасть, я бы не вступал с вами в столь отвлеченные беседы, и уж тем более, не раскрывал бы вам секретов.
– Разве я не такой же враждебный вам чужак, как все остальные?
– Вы тоже пришлый человек в этих местах, сэр, но в вас я вижу стремление вникнуть в суть вещей и интерес к миру духов. Хозяин ценит такие качества в людях, и вы, с вашими дарованиями заслуживаете лучшей участи, чем просто послужить пищей для него. Ему все еще нужны умные и расторопные помощники, и лучше – живые помощники.
Самуэл задумался.
– Я заключил сделку с Хозяином болот, хотя в начале, как и вы не верил в его силы. В моей голове тоже был какой-то разброд из церковных наставлений и стойким нежеланием им следовать. Впервые Хозяин явился мне как темное светящееся облако в и без того темной болотной жиже. Я был в доску пьян, как обычно, даже хотел пальнуть в него из револьвера, и угрожал осушить это чертово болото, коли мне так захочется – но Хозяин очень мудр, и он не смутился столь грубым приемом. Дух заговорил со мной – внутри моей головы я услышал его тайный шепот, подобный дуновению ночного ветра и призрачному вздоху невероятно далекой темной звезды за пределами нашего мира. Быть может, он там и родился когда-то, этого и я не знаю… Он сказал, что если я буду верно служить ему, восстановлю его алтарь на болотах, он даст мне столько золота, что я стану богачом, взамен же он требует службы при жизни и в смерти – то есть, охоты на людей, чтобы прокормить его голод. Никто меня не заставлял соглашаться, но рая мне с моей жизнью все равно было не видать, так что я дал обещание, и болото… дало мне… знак того, что договор состоялся.
Потом я привлек на сторону Хозяина еще некоторых людей, которые по своему образу жизни были морально к этому готовы. Он указал мне, кто конкретно может согласится на его предложение, и, как всегда, оказался прав.
Я знаю о Вашей жизни и личности все, юноша, Хозяин даровал мне призрачное зрение, проникающее сквозь притворство, ложь и внешний вид. Я знаю, что ваша жизнь скучна, что вы подвержены хандре и не добились успеха по службе. Знаю о вашем отце, знаю, что вы остановились в этой дыре, именуемой таверной Виндзоров. Знаю, что вы видели красный камень.
Эдвард выглядел потрясенным, Самуэль продолжал.
– Хозяин может изменить вашу земную жизнь. Желаете избраться в парламент? Желаете стать первым лицом в Империи после королевы? Быть может, желаете женщин, командования армиями, признания людьми науки или любви народа? Все это мы можем вам предоставить при вашей жизни, как и многие блага после смерти, но вы должны дать клятву верности Хозяину и принести ему одну-две жертвы – иногда они нужны. Понимаю, что у вас нет опыта убийцы, но мы научим, мы подскажем, о да, мы располагаем опытом такого рода, сэр. Мы направим вашу руку, добавим смелости и жестокости. Добавим энергии, скорости, что вам уже не придется носить при себе револьвер, для защиты своей чести и достоинства. Те жалкие каторжники, что получили не так давно от вас по пуле и до сих пор клянут ваше имя, были бы даже рады, что не попались вам под горячую руку после вашего союза с Хозяином Болот, ибо тому лондонскому констеблю в этом случае пришлось бы собирать их по кускам. Через эту клятву падший ангел войдет в соприкосновение с вашим разумом, будет знать о вас все и вам даже не нужно будет ни о чем просить. Тогда ваши желания начнут сбываться со следующего дня, по приезду домой вы найдете у себя письмо от вельмож, приглашающее вас во дворец для признания ваших выдающих заслуг и личных достоинств, а также – и письмо о свидании с красивейшей дамой в Лондоне. Дамой замужней или нет, это уж как вы пожелаете.
Вы и сами знаете, что Ваша теперешняя жизнь зашла в тупик. Вы можете по-прежнему продолжать свое бездеятельное существование, полное хандры и апатии. Просыпаться по утрам в вашем богатом, но безжизненном доме, где никогда ничего не происходит. Ждать вечера, вяло листая исторические книги, и отправляться в кровать в надежде, что завтра произойдет что-нибудь интересное. Скучающим, неуспешным молодым аристократом у себя дома в Южном Кенсингтоне – ни карьеристом, ни любовником, ни, на худой конец ученым или писателем.
В доказательство того, что мы можем дать вам иную, лучшую участь, я приглашаю вас провести завтрашнюю ночь в этом доме и увидеть чудеса, дарованные Хозяином болот. Вы все сами увидите.
Эдвард усмехнулся.
– Вас, мистер Самуэль, видимо не смущает тот факт, что вчера вечером я сражался с вашими людьми и помешал им достичь их цели.
– Конечно, вчера вы нам помешали. Однако, этим вы как бы сдали экзамен, доказали свою силу и пригодность к службе у Хозяина. Эти глупцы, которые вчера не смогли прикончить Виндзора-младшего, уже получили по заслугам. Вы победили их, и прилично всыпали остальным. Если вы согласитесь принять нашу сторону, вы станете правой рукой Хозяина и возглавите остатки нашей секты, поскольку вы сильнее ее предыдущего лидера.
Пока вы наш гость, вам ничего не угрожает, обещаю сам, и даю слово моего господина, незримо присутствующего здесь, а слово это нерушимо.
Лорд Фарлоу вышел из дома Блэквотерса в глубокой задумчивости.
Глава VII. Церковь на холме
Лорд Эдвард был потрясен явлением призрака Самуэля, как и его кощунственным предложением. Конечно, лорд Фарлоу не собирался поддаваться на уговоры демонов, но во всех этих словах определенно было некое ценное зерно. Что же делать дальше? Рискнуть принять приглашение старика и прийти в его дом ночью? Остаться в таверне и посмотреть, что призрак скажет в следующий раз? Или же бежать в Лондон сегодняшним поездом? Лошади Виндзоров могли бы довезти его до железнодорожной станции Фарлейкс до наступления темноты…
Размышляя таким образом лорд Эдвард незаметно для себя миновал болота, и, слегка отклонившись от проселочной дороги, вышел к Фарлейксу с другой стороны. Новый путь привел его к подножию небольшого холма, на котором возвышалась старинная местная церковь.
Несмотря на то, что Эдвард не был ревностным христианином, он все же решил, что совет священника в таком деле не помешает.
Церковная служба закончилась, в церкви было тихо. Нерешительно войдя, Эдвард прошелся между рядов скамеек, с интересом разглядывая прекрасные, изобилующие синим цветом старинные витражи, изображавшие ангелов и святых. Пахло ладаном и воском.
Сбоку послышались неторопливые шаги и Эдвард увидел выходящего из ризницы священника в полном облачении.
– «Добрый день, сэр. Полагаю, вы лорд Фарлоу, недавно приехавший в нашу деревню?» – обратился к нему патер.
– Добрый день, отец. Все верно, а вы преподобный Джеймс Бенедиктус?
– Да, сын мой. Что привело вас сюда? Чем я могу помочь?
Преподобный Джеймс носил круглые очки, его глаза выжидательно смотрели на Эдварда. Что-то в чертах его мягкого и доброго, немного усталого лица казалось Эдварду смутно знакомым….
– Простите, отец, мы раньше не встречались? Не служили ли вы в Лондоне?
– Не думаю, сын мой. Десять лет назад я выучился в Кембриджском университете, после чего был направлен в эту деревню, где я и продолжаю мою службу по сей день.
– Я пришел к вам отец, поговорить по важному и секретному делу…
– Конечно, сын мой, к священникам никогда не обращаются с иными делами. Не волнуйтесь, тайна исповеди – это один из основных догматов Церкви.
– Боюсь, отец, вы не совсем правильно меня поняли. Я пришел поговорить о Самуэле Блэквотерсе и о многом, что с ним связано.
Отец Джеймс несколько испугался.
– Сын мой! Что за надобность упоминать это столь печально известное имя, символ постыдного прошлого, которое нельзя изменить?
– Дело в том, отец, что я все знаю о тех событиях, и не далее как полчаса назад я был в заброшенном доме на болотах и даже разговаривал с тем, кто представился мне хозяином того дома.
– Святая Мария! Будто у нас мало проблем с этими сектантами, которые вчера, похоже, окончательно спятили. Вы кому-то говорили об это разговоре?
– Пока нет.
– В таком случае, я попрошу вас никому и не говорить. Пойдемте, сын мой, обсудим все в ризнице, жителям Фарлейкса не следует слышать этот разговор.
Лорд и священник торопливо прошли в соседнюю комнату и опустились на деревянные стулья. Патер Джеймс с явным волнением взирал на Эдварда.
– Отец Джеймс, почему жителям деревни не подобает знать, о чем мы говорим?
– Если вы и правда знаете все о нашем зловещем прошлом, тогда вы и сами должны это понимать, сын мой.
– Страх этого демонического культа и его слуг?
– Совершенно верно… Неужели вы правда разговаривали с мертвым погрязшем во тьме Самуэлем?
– Да, он предлагал заключать мне сделку с болотным дьяволом, и обещал выполнить все мои желания, если я буду забирать человеческие жизни. «Не вступай в сделку с демоном», эта фраза мне известна, хоть он и обещал мне неприкосновенность, пока я его гость – даже поклялся именем своего хозяина.
– Хм… насколько мне известно, обещание сие нерушимо, но… Демоны и их слуги могли бы быть ловкими юристами, сын мой – они всегда найдут обходной путь, как добиться своего. Они живут уже тысячи и тысячи лет, и в таких духовных битвах нет им равных. Обманет, и погубит вашу душу, демоны ничем иным и не занимаются. Даже выполнив несколько земных желаний, он без сомнения заберет вас – как забрал когда-то Самуэля. Но вы не одиноки, силы, к которым обращается церковь, безусловно, встанут на вашу защиту, коли она вам потребуется.
Преподобный Джеймс в волнении потер руки, собираясь с мыслями.
– Этот болотный дьявол существо без сомнения реальное, но нечеловеческое и не вполне плотское. Оно живет уже тысячи лет и не может умереть до дня Страшного Суда. Однако же, будучи лишенным Божественной благодати, основы всей жизни во Вселенной, он нуждается в некой энергии, чем питаться. Вспомните, что человек был создан по образу и подобию Божьему, и в духе человека есть частица Бога, Божья искра, если угодно. Следовательно, и энергия духа человеческого, может служить пищей для этого злого духа, и энергию эту получал он из веры своих последователей (как молоко от коров, скажем). Но также мог питаться и от человекоубийственных жертвоприношений, пленявших душу (как мясом животных, простите за грубость сравнения).
В какой-то момент у болотного дьявола не осталось последователей и демон впал в агонию от нехватки энергии – как человек от голода. В последний момент злу удалось купить душу Самуэля, и тот стал охотиться на людей, чтобы кормить это чудище. Главное – не заходить глубоко в болота ночью, когда силы зла становятся сильнее, а человеческий дух слабеет под бременем телесной усталости. И, конечно, людям много грешившим или ведущими аморальную жизнь угрожает несравненно большая опасность, ибо зло как охотничий пес учует запах греха и смогут навредить человеку.
Подводя итоги, сын мой, если разрушить заброшенный проклятый дом Самуэля Блэквотерса, и провести там ритуал экзорцизма – тогда, без сомнения, существо, известное здесь под именем болотного дьявола заснет навеки и больше не будет представлять опасности.
– Однако, преподобный Джеймс, но как вы, зная все это, можете спокойно сидеть и не попытаться изгнать зло из этих мест?
– Помилуйте, сэр, я?
– Разве вы не священник?
– Увы, сын мой, боюсь, я обычный человек, а вера и храбрость моя не столь сильны, чтобы вступать в единоборство такого рода, неудача в котором определенно будет стоить жизни. Вероятно, предел моих возможностей – воскресные проповеди в церкви, крестины и отпевание деревенских жителей.
– Почему же вы не позовете на помощь более сильного священника?
– К нам приезжал один священник, но у него ничего не получилось. С тех пор Церковь не решалась на новые попытки.
– Мне кажется, вы человек благочестивой жизни, патер Джеймс и недооцениваете свой потенциал, как экзорциста.
– Может быть, сын мой, но я не ощущаю себя готовым к такому поединку со злом.
– А представители власти? Они могли бы хотя бы разогнать эту вредоносную секту!
– До вчерашнего дня властям не было дело до этого культа. Но теперь, после той потасовки, сюда прибыла полиция. Теперь сектантам несдобровать, когда их найдут.
– Отец, расскажите мне об Оливере Блэквотерсе.
Впервые на лице преподобного Джеймса затеплилась добрая улыбка.
– Этот славный мальчик… Он восстановил мою веру в людей. Имея такого отца, как Самуэль, Оливер сохранил чистую и благородную душу, а злые дела отца не коснулись его.
– Я слышал, вы его даже тайно окрестили?
– Да, перед самым его бегством с болот. Он приходил ко мне много раз, мы беседовали о многом, и я укрепил его желание прожить жизнь честного человека.
– Так он не погиб? Он сбежал отсюда?
– Так точно, сын мой. Я напутствовал его уехать подальше отсюда и начать новую жизнь, порвав с нечестивым отцом и этой деревней, где он для всех навсегда бы остался пусть и добрым малым, но сыном проклятого человека.
– И как же он сбежал?
– Оливер знал, что каждое полнолуние его отец с самого утра уезжает на лошади верхом осматривать болота и пропадает там целый день. Таким образом, ранним утром одного такого дня Блэквотерс-младший просто ушел из дома, имея только то, что было на нем надето. Я настоял, чтобы он не брал отцовских дьявольских денег. К тому же, это было бы воровством, и не могло бы послужить началом новой светлой жизни.
– А деньги? На что же он станет жить?
– Он сказал, что найдет работу в большом городе, собирался устроиться в лавку. А на первое время я дал ему вполне приличную сумму из запасов нашей церкви, ему она пригодится, позволив снять комнату, найти работу и кормиться своим трудом.
– А дальше?
– В березовом лесу, на границе болот его уже ждал я с деньгами, с нанятой на станции телегой с лошадью. Мальчик переоделся крестьянином и уехал на этой подводе до железнодорожной станции Фарлейкс, я сам правил лошадьми и мы сделали большой крюк, чтобы обогнуть деревню и поля, где мы могли столкнуться со знакомыми крестьянами, и, что еще хуже, с отвратительными друзьями Самуэля. Я купил ему билет на поезд и отправил его в большой город, дав свое благословение. В какой город, к сожалению, не могу вам сказать, пусть это останется тайной.
– Благое дело вы сделали, преподобный Джеймс. А жители деревни знали?
– Некоторые знали, и уж точно все догадывались. В нашей маленькой деревне сложно что-то утаить, но не нашлось ни одного, кто бы выдал эту тайну Самуэлю и его дружкам. Никто не хотел связываться со служителями зла. Лучше скажите мне, лорд Фарлоу, что вы собираетесь делать со всем этим?
– Я собираюсь провести завтрашнюю ночь в доме Блэквотерса и посмотреть, нельзя ли помочь жителям деревни разобраться с этой проблемой.
– Отвага ваша велика, сын мой. Я благословляю вас на этот подвиг, хоть и не буду скрывать, что это крайне опасно. Я помогу вам защититься и подготовиться к этой встрече со злом. Чтобы ни случилось, не принимайте предложений демонов, в каких бы обличиях они не явились, не ешьте и не пейте призрачных явств и не обещайте служить болотному дьяволу, не то вас уже ничто не спасет. Однако, время уходит. Вам нужно исповедоваться.
Встав из-за стола, Эдвард впервые заметил, что он сидел под портером зеленоглазого человека, заросшего до самых глаз черной бородой, которая не могла скрыть решительного выражения его лица.
– Что за… кто это?
– «А, это…» – Патер Джеймс явно замялся.
– Это первый священник нашей церкви, обративший жителей Фарлейкса в христианство давным-давно.
– Это прелат Адриан?!
– Невозможно… откуда вы знаете его давно забытое и потерянное всеми имя, сын мой? В деревне никто его не знает, кроме меня…
– Мне было видение… в том месте, которое называют алтарем болотного дьявола. И я видел его, и дела его… Он был хорошим человеком?
Преподобный Джеймс побледнел.
– ЧТО ИМЕННО вы видели?!
– Прелат Адриан убил довольно много стариков-демонопоклонников… там, на болотах, у демонического алтаря…
На лбу патера Джеймса выступил холодный пот. На минуту он снял очки, чтобы отереть лоб. И только тут Эдвард заметил, что у преподобного Джеймса такие же пронзительные зеленые глаза.
– Сказать по правде, он неоднозначная фигура, потому его имя частично держится в секрете. Он был священником старой закалки… жил благочестиво и был милосерден к нуждающимся и больным людям, но с врагами становился как бешеный волк. Да, он убил много плохих людей, приносивших человеческие жертвы, сын мой, и не нам, людям его судить. Только Божий суд решит, было ли это праведным или кровавым деянием.
– Преподобный Джеймс, вы… потомок прелата Адриана. И вы по-прежнему служите в той же церкви, где когда-то служил он.
– Да, сэр… Дети у него, как и у меня, появились до начала служения, так что его род не угаснет. Нательный крест при вас, это главное. Возьмите один из этих молитвенников от меня на память, сын мой, вы сможете читать его, коли там вам станет худо. Книга эта принадлежала самому прелату Адриану, и пусть его храбрость и сила пребудут с вами, коли ваше решение отправиться в тот дом твердо.
И да, сын мой, возьмите еще вот это…
– Для чего?
– Этот предмет позволит вам отличать реальные вещи от иллюзий…
– Доброй ночи, отец, мне пора идти.
– Доброй ночи, сын мой! Храни вас Бог!
Против ожидания, нынешняя ночь лорда Фарлоу в таверне Виндзоров прошла на удивление спокойно. Эдвард окончательно решился и успокоился.
Глава VIII. Бал на болотах
На следующий день, после полудня Эдвард положил на свой дорожный чемодан запечатанное письмо, на котором было написано «Вскрыть в присутствии преподобного Джеймса и констебля, если лорд Фарлоу не вернется 14 октября в 10:00 часов».
В письме было указано, что он по доброй воле направляется в заброшенный дом Самуэля Блэквотерса провести ночь, дабы узнать, действительно ли обитают там духи, или же местная легенда есть не более чем старинное заблуждение. Необходимо прийти ему на помощь, взяв с собой преподобного Джеймса, если он сам не вернется в означенный срок».
Слегка взволнованный, Эдвард направился в заброшенный дом Блэквотерса.
Миновав знакомую ему дорогу, подходя к дому, он поразился произошедшей здесь перемене. Куда девался тот заплесневелый, заросший растительностью и кривыми деревьями особняк? Следов запустения как не бывало, перед Эдвардом возвышался совершенно новый чистый дом с белыми колоннами, будто только что построенный. Несмотря на холодный октябрь, в ухоженном дворе стояли аккуратно подстриженные зеленеющие деревца, фонтан был до блеска начищен и весело булькал водой. Двор был ярко освещен газовыми фонарями, вокруг стояло несколько карет и экипажей, среди которых проворно сновали слуги с факелами, из сарая доносилось ржание верховых лошадей. Раздавался смех, группы неизвестно откуда взявшихся в этой глуши гостей стояли у парадного входа, курили и оживленно о чем-то разговаривали. Эдвард приблизился к ним и мельком заглянул в лица. На вид обычные люди, с ним вежливо раскланялись.
У парадной двери швейцар в красном форменном сюртуке с золочеными пуговицами распахнул перед ним дверь.
– «Приятного вечера, лорд Фарлоу».
– «Благодарю» – растерянно обронил Эдвард, ошарашенный как тем, что его здесь, несомненно, знали по имени, так и мощным потоком звуков, хлынувших на него из главного зала этого дома, подобно океанской волне.