- -
- 100%
- +
Глава 1
Этот день стал для меня самым горьким и страшным. Никогда не думала, что он так быстро наступит. Но вот он. Сегодня. Именно в этот день. День, который будет всегда ассоциироваться в моей памяти, как траур. Мой взгляд пробежал по толпе плачущих женщин и скорбящих мужчин. Пришло много родственников и друзей отца, попрощаться с ним, отдать дань уважения, принести мне соболезнования. Море однотонных скорбных цветов и венки с черными лентами на них. Если бы не они, я бы до сих пор думала, что сплю и мне все это только сниться.
Внутри выжигало одиночество и страх будущего. Я осталась одна в этом мире. Маленькая, потерянная девочка, еще не достигшая того возраста, когда можно выйти из-под родительского крыла и жить своими заботами. Сегодня меня выкинули из уюта. Выкинули в никуда, выставив в схватке один на один с опасным миром и с моей молодой мачехой.
Вот она, стоит напротив меня, леди во всем черном. В душе все перевернулось в ненависти к ней, я злобно сжала губы. Мой отец был молодым мужчиной сорока пяти лет. Одиноким, красивым спортсменом. Он очень любил меня и никогда ни в чем не отказывал. Доброй души человек, мудрый и работящий. Его предприятие по изготовлению текстиля, выросло из одной маленькой мастерской, которую отец открыл, когда ему было двадцать лет и к этому времени выросло в огромное предприятие, поставляющее ткани по всему миру. Стоит ли говорить, что мой отец был еще и одним из богатых людей страны?
Наша жизнь была гладкой и налаженной. После ухода моей мамы к другому мужчине, папа отдавал мне свою любовь и никогда не менял меня на других женщин. Они были у него, я догадывалась, как бы он не скрывал этого от меня. Я не так глупа, как думают некоторые в моем окружении. Может, просто не высказываю все сразу, иногда помалкиваю, переваривая информацию в своей голове. Но вот, в один из дней папа привел в дом ее.
–Лия, знакомься, это Мария, моя невеста.– Я обернулась от обеденного стола, позабыв о том, что пришла из школы слишком голодной и готова была подчистить все запасы холодильника. Кухарка Тина просто молча вышла из обеденного зала, не выдавая своих эмоций ни одним мускулом на морщинистом лице.
–Привет!– Высокая брюнетка приветственно помахала мне рукой. Я лишь сдвинула брови на переносице и отложила надкусанный сандвич на тарелку.
–Привет.– Буркнула я и перевела взгляд на папу.
–Мария, пообедаешь с нами?– Папа приобнял женщину за талию и подвел к столу. Слишком нежно приобнял.
Меня кольнуло в груди ревностными иголками. А этот взгляд. Глаза папы светились от любви. А я смотрела со стороны совсем иным взглядом. Мария всего на несколько лет старше меня самой. Чуть больше двадцати. Что он в ней нашел? Длинные ноги? Стройную фигуру? На лице видны признаки мастерской работы пластического хирурга. И на эти утиные губы папа повелся? В мире такие девушки считались эталоном красоты, но я никогда и подумать не могла, что папа влюбиться в куклу, вышедшую из под ножа хирурга. Я думала, ему нравятся женщины с чистой красотой, природной. Да и возрастом постарше.
–Лия, ты чего притихла?– Папа склонился к моему лицу, оставляя теплый поцелуй на щеке, одаривая дорогим ароматом духов.
–Я так рада за тебя, папа. Просто не ожидала.– Улыбнулась, что бы ни расстраивать его своим шоковым настроением.
–Когда ты познакомишься с Марией, ты полюбишь ее так же, как и я.– Он сжал мои плечи ладонями, приободряя мой дух, обещая, что все будет и дальше хорошо в нашей семье. Звонок раздался из кармана брюк и папе пришлось отойти в сторону.– Мне звонят из Франции, надо ответить.– Он вышел, оставив меня наедине с будущей мачехой.
–Лия, может, познакомимся ближе?– Промурлыкала Мария, но я услышала ядовитые ноты, словно шипение кобры.
–Не староват ли мой папа для тебя?– Бросила злобный взгляд на женщину и согнула ногу в коленке, приподнимая ее над столом, упирая стопой в стул. Папа не разрешал мне так садиться, особенно в присутствии гостей, но в этом случае церемониться не стану.
–О-о, да ты решила идти с козырей!– Рассмеялась женщина и мне ее смех показался не очень приятным. Возможно, с папой она смеется по-другому? Одними ногами мужчину не завлечешь в свои сети.
–А чего юлить?– Я откинулась на спинку стула, зацепившись руками за коленку.– Сколько тебе лет?
–Двадцать пять.– Голова гордо приподнялась, словно я была на аудиенции у королевы. Так и хотелось плюнуть в это наглое, надменное выражение лица.
–Моему папе знаешь сколько?
–Конечно, дорогуша. Но причем здесь возраст?– Она сидела напротив меня, с другой стороны стола, но даже на таком расстоянии я чувствовала исходивший негатив в мою сторону.
–Неужели никто из твоей возрастной категории не захотел связываться с тобой?
–Мне нравятся мужчины постарше. Мужчины, которые уже состоялись в этой жизни, которые знают ей цену. Мужчины, которым уже достаточно только, что бы им разрешили любить и отдавали свои силы в их распоряжение. У которых есть все, кроме любви.
–Значит, позарилась на папины деньги.– Констатировала факт, чем разозлила будущую мачеху.
–Я люблю Айзека.– Пропела женщина.
–Не верю. Надеюсь, папа сам скоро поймет, что ты корыстная курица и выкинет тебя из нашего дома.– Опустила ногу под стол и выпрямила спину, немного склонившись над столом, подаваясь телом в сторону Марии. Пусть внимательно прочитает по моим губам то, что я произношу. Вдруг со слухом что?
–Не спеши, детка. Это мы еще посмотрим, кого выкинут из этого дома.– Прошипела змеюка.
–Вы уже пообщались?– Папа вошел в столовую с яркой улыбкой на губах. С неземным счастьем в голубых глазах. И я поняла. Он любил нас обеих, меня и эту… Марию.
–Да, пообщались.– Я вскочила со стула, мысленно дав клятву, что не буду мешать его отношениям, ведь он был так счастлив в эти минуты. Пусть сам решает, что делать дальше. Время покажет ему кто такая его невеста.– Я к себе в комнату. Мне еще много уроков делать.– Поцеловала его на прощанье в гладко выбритую щеку и вышла из столовой.
Знать бы тогда, чем все обернется. Я бы проводила с ним больше времени. Я бы не игнорировала его присутствие в доме, пусть даже эта проклятая Мария и крутилась всегда рядом с нами.
Мой взгляд хотел выжечь в ней дыру, но, к сожалению, такой силой я не владею. Мария горевала в объятиях своего брата, скромно вытирая слезы темным платком. Решила скрыть глаза за черной вуалью? Но я то вижу, что слезы наигранные. Через месяц после свадьбы отцу стало плохо, каждый последующий день его организм сдавал позиции, пока вчера утром отец не издал последний вздох на моих руках.
Я не верила в то, что у него случился инфаркт, как заверял меня доктор, которого я впервые видела. Нас с отцом лечил другой врач, но незадолго до свадьбы отец сменил его на нового и я думаю, что это было сделано с подачи Марии. От вскрытия молодая вдова отказалась, ссылаясь на то, что инфаркт подтвержден медицинскими обследованиями и она не хотела бы осквернять тело мужа хирургическим вмешательством. Я кричала, я требовала, что бы провели вскрытие, но меня только заперли в комнате и кололи успокоительные, после которых я очнулась всего несколько часов назад.
Змея злобно смотрела на меня сквозь мелкие дырочки черного фатина вуали. Ехидная улыбка скользнула в уголке рта, прикрываемого платком. Но я видела ее прекрасно. Горюешь, значит? Я же знала, что она не любит отца. Знала и молчала. А теперь поздно что-то менять. Поздно говорить об этом.
Священник закончил речь, а мне только и оставалось, что смотреть, как земля скрывает последнего любящего меня человека. Я осталась одна. Слезы градом потекли по щекам. Живые, не поддельные. Я никому стала не нужна.
Глава 2
-Айзек, старый идиот!– Мария ходила по кабинету из угла в угол, заламывая пальцы на руках. Ярость пылала на щеках красным цветом кожи.
–Неужели, ты, сестренка, думала, что он оставит все наследство тебе?– Молодой шатен сидел в кресле, потирая короткие волоски на лице, шурша кончиками пальцев в бороде. Золотисто-карие глаза наблюдали за сестрой с легким весельем. Он любил видеть свою сестру в ярости, в такие моменты она выглядела словно разъяренная фурия.
–Я, как жена должна была получить большую часть наследства. Но Айзек решил кинуть меня. Каких-то несчастных тридцать процентов перешло ко мне! Остальное он оставил своей любимой Лие!
–Когда ты знакомилась с самым богатым человеком страны, ты должна была понимать, что у него есть ребенок, которого он не оставит ради тебя.– Улыбка исчезла с лица мужчины, приняв серьезный вид.– Ты получила в свою постель состоятельного мужчину, красавца и не стоит гневить Бога своими репликами. Тридцать процентов это тоже немало в твоем случае.
–Но я хочу больше! Слышишь меня, Дэнис, хочу все!– Она резко остановилась перед креслом брата. Прищурила глаза, о чем-то раздумывая. Ничего хорошего Дэнису ожидать не приходилось. Он очень хорошо знал сестру и это ее выражение лица. Змея искала выход получить желаемое. Мария подошла к креслу и медленно села брату на колени, обнимая рукой за шею. Вторая рука гладила широкую грудь через рубашку.– Ты мне поможешь?
–Что ты снова выдумала, Мари?– Мужчина только немного отклонился от женщины и уперся подбородком в кулак, укрепляя руку в подлокотник кресла.
–Ты тоже можешь заработать наследство, если поможешь мне.– Мурлыкала она брату.
–Как?– Карие глаза сощурились. Что эта голова уже надумала?
–Ты женишься на Лие.– Выпалила Мария и чуть не упала на пол, когда Дэнис резко поднялся на ноги, вырастая над женщиной на голову.
–Ты с ума сошла?– Выплюнул он, брезгливо скривив лицо.– Она не в моем вкусе, это раз.– Он ткнул пальцем куда-то за дверь, словно Лия стояла за ней.– Во-вторых, она малолетка. Я не буду нарушать закон.
–Через месяц ей исполняется восемнадцать.– Мария не собиралась отступать от своего плана.– Ты женишься на ней, а через некоторое время с ней произойдет несчастный случай.– Прошептали губы, у самой груди брата. Мария обняла его за талию, укладывая голову на крепкий торс.
–Ты невыносима, Мария.– Руки схватили за хрупкие плечи и отстранили сестру от тела.– Ты не сможешь всю жизнь держать в тайне свои подлые делишки. Это может показаться странным, что отец и дочь ушли в мир иной один за другим.
–Лия не сразу отойдет вслед за отцом. Ты сможешь порезвиться с ней, пока она не надоест тебе.– Злобная улыбка скривила полные губы.
–Скажи мне, пожалуйста, сестрица, в нашей семье до тебя змеи водились?
-Ты уже явилась?– Мария пила “Мартини”, сидя на широкой белоснежной софе у бассейна.
–Сегодня занятия закончились раньше. Учитель заболел.– Мне не хотелось разговаривать с мачехой, поэтому я спешила через сад в дом, что бы иметь возможность скрыться в своей комнате. Только там, в уединении тихих стен, я находила покой и душевное равновесие. Папы не было со мной уже две недели. Мои отношения с мачехой были натянутыми, как гитарные струны. Она ненавидела меня, так же, как и я ее. Мы не говорили об этом вслух, но со стороны любой мог заметить нашу неприязнь.
–Мне надо с тобой поговорить. Срочно!– Мария сняла темные очки с глаз, поднимаясь на софе. Отставляя бокал на низкий столик. Что-то мне не нравится ее тон.– Иди сюда!– Как к собаке, честное слово.
–Что тебе от меня надо?
–Не хами мне, девчонка.– Взвизгнула мачеха, вырастая надо мной на голову. Дать бы ей сейчас подножку, что бы слетела со своих высоких каблуков и спустилась немного на землю. Приземляясь хоть на каплю к обычным людям.– Твоего отца с тобой рядом нет, что бы он мог защитить тебя. Осталась только я и ты будешь слушать то, что я говорю.– Ой, что-то мне не по себе. Сердце, словно птица в клетке, забилось очень сильно.
–Тебе не долго осталось корчить из себя старшую в доме. Через пару недель я сама смогу распоряжаться своей жизнью и ты не будешь совать в нее свой нос.
–Ха! Детка, я уже распорядилась твоей жизнью.– Мария медленно обходила вокруг меня, а душа падала в пятки. Я чувствовала, как меня стягивает невидимой паутиной.– Ровно через месяц, в день твоего рождения, ты выходишь замуж. Поздравляю тебя.– В первую минуту меня сковал страх, но потом я взорвалась, напугав мачеху грозным взглядом и противным криком.
–Никогда! Ты не будешь решать когда и за кого я должна идти замуж. Сейчас не те времена, когда насильно ведут под венец.
–Не в твоем случае.– Ядовитая паучиха уже запустила свои лапы в мою нервную систему, пуская яд по телу, парализуя меня.– Если ты откажешься, я выгоню тебя из этого дома, Лия. А еще лучше, сделаю так, что тебя не смогут найти.– Тише проговорила мачеха.– Мое мнение ты выслушала, теперь принимать решение тебе, детка. Вариантов у тебя не много. Два. Выбирай тот, который тебе больше подходит.– Громкий смех раздался за моей спиной и холод пробежал по позвоночнику. Что-то на подобии этого я и ожидала. Ожидала, что меня уберут вслед за папой, подбираясь к наследству. Но замуж?
–Кто жених?– Голос дрогнул на низкой громкости.
–Мой брат.– Как ни в чем не бывало, Мария села на софу, подняв бокал со столика. Очки скрыли ее глаза. Леди принимала солнечные ванны и уже не имела желания продолжать общение.
–Тебе все мало.– Обида скомкала мою душу, в груди заболело. Хотелось плакать, но я не предоставлю ей такого удовольствия.
–Давай говорить начистоту, Лия. Я отдала свою молодость и красоту твоему отцу, он этого не оценил, оставив львиную долю наследства тебе. Это не справедливо. Я столько денег вложила в свою внешность не для того, что бы довольствоваться крохами из огромного состояния своего покойного супруга.
–Ты убила папу ради денег, теперь хочешь избавиться и от меня.
–Ты можешь принудительно-добровольно пойти под венец. Решай.– Она махнула рукой, что бы я убиралась с глаз долой.
Замуж. Не быть этому! Никто и никогда не принудит меня пойти под венец за нелюбимого человека, да еще и того, кто старше меня на десять лет. Никогда. Я бежала в свою комнату сдерживая слезы обиды. Мачеха решила избавиться от меня любыми способами. Получить наследство, пусть не все, но большую его часть. Уверена, что Дэнис вошел с ней в сговор не моего тела ради. Он тоже неплохо нагреется на этом браке.
Глава 3
В животе громко заурчало и я не могла больше игнорировать этот звук. Я ничего не ела со вчерашнего вечера. Чертова мачеха, она заблокировала мою кредитку, как только я воспользовалась ею в придорожном кафе, в которое зашла передохнуть и найти транспорт для продолжения своего побега.
Убедив Марию в том, что я согласна на брак с ее братом, ни разу не отступилась от мысли о побеге. Через неделю у меня должна быть свадьба, но я преподнесла сюрприз жениху и его сестрице, сбежав из дома. Теперь за мной посланы сыщики для того, что бы разыскать беглянку и вернуть в лапы двух ненавистных мне людей. Хорошо, что я смогла снять немного налички, которой мне хватило на оплату комнаты в придорожном отеле. Мне было плевать на громкие крики из соседнего номера. Я старалась не обращать внимания на подозрительных типов, кружащих, словно крысы в подворотне. Наркоторговцы, как пить дать. Лучше держаться от них и их делишек подальше. Я прошмыгнула в скудно обставленную комнату и закрыла дверь на два замка.
Настольная лампа еле доставала блеклым светом в дальние углы обшарпанных стен. Усевшись на кровати, прижав колени к лицу, чувствуя глубокую жалость к себе, я плакала, тихо всхлипывая. Я потеряла все, что было мне дорого в этой жизни. Я потеряла отца. Я потеряла дом. Я осталась посреди чужого города без средств к существованию. В животе снова жалобно заскулил желудок, голодным вулканом. А еще через неделю мой первый день рождения в одиночестве. Громкие хлопки послышались с улицы, напугав меня до полусмерти. Забравшись под пропахшее сыростью покрывало с головой я притихла. Еще два выстрела, громкие голоса и тишина. Но мне уже боязно было закрывать глаза. До середины ночи пришлось прислушиваться к звукам с улицы. Только сильно устав, глаза закрылись и я канула в сон.
Я вскочила на кровати, сразу не сообразив, где нахожусь. Но быстро вникла в свою проблему, как только рассмотрела ободранные обои и бегущего по полу таракана. Фу, какая гадость, но другого выхода у меня не было. Пора подниматься и заняться своей внешностью. Я кинулась к своей сумке, которую кинула у подножия кровати, достала несколько ярких коробочек и внимательно прочитала на них инструкцию. Вчера по телевизору в новостях говорили обо мне. Меня ищет Дэнис, как сбежавшую невесту. Я была в опасности, потому что моя фотография пестрила на всех экранах и на страницах всех газет нашей страны. Пропала дочь миллионера! О-о, папа! Сгребая коробки в руки, я скрылась за дверью ванной комнаты.
Да-а. Мне нравилось быть блондинкой. Редкий натуральный цвет снега, который со временем не потемнел на удивление всех родственников, ожидающих, что волосы приобретут темно-пшеничный оттенок. Пришлось распрощаться со своим богатством длинной густой шевелюры. Благодаря небольшим ножницам, которые я нашла в ящике ванной тумбы, мои волосы превратились в удобную шапочку каре, которую я выложила длинными ежовыми всклокоченными колючками в разные стороны. Но не это было главным в изменении моей внешности. Я глубоко вздохнула, рассматривая себя в отражении зеркала. Мои волосы потеряли свою белизну, превратившись в яркую радугу из пяти цветов. В жизни не решилась бы на такой эксперимент, а здесь дело случая. Решила, если менять внешность, то на неординарную.
Накинув спортивную куртку на плечи, скрыла свою голову, на всякий случай, под капюшон. Зачем привлекать лишнее внимание к своей персоне. Вот перееду в другой штат, тогда можно будет немного расслабиться, а пока не стоит. Тошнота подкатила к горлу от голода. Сглотнув плотный ком, я вышла на улицу.
Жутко страшно, до онемения пальцев на ногах. До озноба. Пробегающего по моему позвоночнику снизу вверх, застревающему в голове колючей болью. Натянув пониже капюшон я шла вперед, не знаю куда, но шла. Дорога уходила далеко за горизонт, но я рассчитывала на то, что мне помогут добраться до ближайшего городка. Возможно, я смогу затеряться там. Возможно, меня не смогут узнать. Перекрасив волосы я не сильно изменила внешность, но есть надежда, что городок окажется маленьким и отрезанным от остального мира. Я прекрасно понимаю, что по моим следам рыщут люди Марии, она не допустит того, что бы я отобрала у нее ее богатство, ради которого она пошла на такие жертвы. Даже убийством моего отца не побрезговала. Сто процентов, меня ждет та же участь, но я не хочу умирать. Я буду спасать свою жизнь до последнего своего вздоха. При этом мне надо придумать, как вывести ее на чистую воду. Я найду доказательства ее причастности к смерти папы. Ее и Дэниса.
Вечер плавно ложился на дорогу темным покрывалом, скрывая от меня горизонт, пряча от меня тот маячок, на который я целый день топала своими двумя. Мне становилось страшно, жуть пробиралась в каждую косточку моего тела и я плотнее укуталась в спортивную куртку. Откинула капюшон за спину. Ночью никто не обратит внимания на мою внешность, можно и расслабиться.
Ноги ужасно гудели. Кушать хотелось до состояния голодного обморока. Утром удалось стащить маленькую булочку в кафе у гостиницы, пока бармен отвернулся. Но разве это еда? Да еще и ни одна машина не притормозила. Я оглянулась назад, в надежде увидеть спасительные проблески фар. Никого. Отдых. Мне нужен отдых. Я сошла с тропы у дороги и села в высоких кустах немного отдохнуть. Усталость валила с ног, глаза закрывались. Нет, я не должна засыпать. Здесь могут водиться койоты, а мне не хотелось бы оказаться их ужином. Или уже завтраком? Упав на спину, ощущая прохладу земли через кофту, я посмотрела в небо. Туда, в самую гущу собрания мелких звезд. Одиночество и страх выедали меня изнутри, окуная в воспоминания счастья, еще такого недавнего и спокойного. Папа всегда дарил мне тепло и ласку. Он учил меня быть сильной и готовил к нашему семейному бизнесу, но он никогда не говорил мне о том, как жить без него. Как выживать в условиях спасения своей жизни. Но мог ли он заранее знать, что его любимая Мария на самом деле тварь, которая не остановится ни перед чем, что бы заполучить желаемого? В очередной раз корю себя за то, что вовремя не открыла папе глаза на эту стерву.
Громкий рев моторов на трассе, испугал меня, заставив прижаться лицом к земле. Ниже, еще. Господи, что это? Лишь слегка приподняла голову, аккуратно, что бы ни заметили и оказалась в клубах серой пыли, поднимающейся на сухом асфальте. Чертовы байкеры. Сейчас их время, самое то, когда можно полетать беспрепятственно по дорогам, не угрожая никому столкновением. Правда, не всегда их это спасает от гибели. Надо быть умелым гонщиком, что бы позволить себе отдаться рулю и дороге.
Они пролетели мимо меня, мигая напоследок стопами, исчезая за темным горизонтом. Возможно, недалеко город или поселок, надо идти. Я поднялась на ноги. Дойти до горизонта, а там станет понятно, где я нахожусь.
Небольшой городок встретил меня широкой песчаной дорогой, провожая в самый центр, сердце местного населения. Темные окна домов устрашали мертвой чернотой уснувшего городка. Молилась про себя, будто это могло помочь мне избежать непредвиденных обстоятельств в виде нападения. В животе снова заурчало.
–Тише-тише.– Погладила ладошкой себя, успокаивая своего внутреннего разъяренного зверя.– Надеюсь здесь мы сможем найти что-то съедобное.
Ноги с опаской передвигались, приближаясь к небольшому дому с ярким светом за закрытыми ставнями. Шум и хохот доносились из приоткрытой двери. Тихие звуки кантри и бьющегося стекла.
–Сайли, какого черта!– Меня чуть не сшибли с ног, когда я подошла к двери. Худощавое тело в кожаной жилетке, пролетело мимо меня и плюхнулось на пыльную дорогу. За ним в открытую дверь вышел мужчина лет пятидесяти. Крепкое телосложение выдавало в нем бывшего спортсмена. Городок оказывается на сильно тихий, меня могут опознать, а мне этого не надобно. Накинув капюшон на голову, попятилась назад от двери, в темноту из которой появилась.
–Не смей бить посуду в моем пабе, Сайли. Иначе ход сюда тебе будет заказан.– Прогремел мужчина, глядя на парня на земле, вытирая руки полотенцем, заткнутым за широкий ремень.– А ты кто такая?– Я замерла на месте. Как он смог увидеть меня? Я не мельтешила перед ним, а он ни разу не взглянул в мою сторону. Все продолжал стоять и смотреть на попытки пьяного парня подняться с земли. Украдкой отступила назад.– Мне повторить вопрос?– Голос пригвоздил меня к месту. Все, пропала. Крепко зажмурилась, так стало страшно.– Чего испугалась? Я не съем тебя. Но не люблю долго ждать ответ.– Я открыла глаза с мягким прикосновением к своему плечу.
–Я…я, путешествую.– Мне было страшно рядом с этим громилой, но надо было что-то правдоподобное сказать, что бы меня не узнали и не отдали на растерзание мачехе и ее брату.
–Сама?– Он удивился и густая бровь поднялась, чуть ли не на саму лысину.– И где твоя машина?– Он глянул в темноту, словно хотел во мраке что-то рассмотреть.
–Она поломалась по дороге в город. Пришлось идти своими двумя.– Папочка, прости, никогда столько не врала. Но никогда и не была в опасности. Придется самой выкручиваться в сложившейся ситуации.
–Я могу послать своих парней, они доставят машину к утру. Только скажи, где именно ты ее покинула?
–Э-эм.– Я крутилась из стороны в сторону, но не могла сообразить, с какой стороны я явилась. Темнота мне была подругой в этот раз, мужчина не торопил меня, понимая, что в темноте легко сбиться с курса. Мой голодный зверь подал голос, оглушив тишину бурчанием.
–Да ты голодна, крошка.– Голос стал ласковым, как у заботливого папаши. Огромная ладонь легла на спину, подталкивая меня в открытые двери паба.– Идем, я накормлю тебя, правда, у нас сегодня шумные гости, но ты не пугайся.– Добрая улыбка украсила крупное лицо. Обернувшись назад, сменил тон.– Сайли, поднимайся болван и прибери за собой, иначе снова вылетишь из моего паба. Ты меня знаешь.
Духота и вонь внутри помещения не очень нравились моему носику, но это лучше, чем провести ночь на обочине дороги, глотая пыль, в ожидании койотов или еще какой нечисти. Хохот, доносящийся из дальнего угла паба, заставлял мое тело панически вздрагивать и коситься на буйную компанию. Сайли вошел следом за нами и присоединился к сдвинутым в одну кучу столикам. Их было человек двадцать, не меньше.
–Не бойся, детка, эти ребята только кажутся агрессивными. Но если понадобится, зови меня, я с ними разберусь.– Улыбнулся мужчина, почувствовав мой страх. Единственное, что меня еще удерживало в стенах паба, его рука, лежащая на моем плече. Заботливая, защищающая. Как папина.– Я Хью.
–А я, а меня… зовут Соня.– Не стоит называться своим именем. Это даст мне шанс убраться подальше от родного дома и затеряться в другом штате. Желудок сошел с ума, уже во всю напевая серенаду еде, аромат которой учуял с кухни. Мне стало так стыдно перед хозяином паба. Краска залила лицо, руки сжимали живот, словно пытаясь унять музыку, но бесполезно.