Завеса Звездной пыли и Жестокости

Analeigh Ford

A VEIL OF STARDUST AND SAVAGERY

Печатается с разрешения автора и литературного агентства Reverse Publishing House LLC.

© Analeigh Ford, 2021

© Лазарчук А., перевод, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава первая

Делфина

Говорят, звездные фейри – самые выдающиеся обманщики.

Но они не обманули меня, когда пришли за мной.

Даже после того, как граница между двумя мирами разошлась по швам, в ушах все еще эхом отдавался приводящий в ужас рокот, с которым они столкнулись. Я слышала и звон в тишине, и грохот разбивающихся скал, и крики, с которыми навсегда исчезали тела и души.

Калдамир вместе с остальными принцами фейри не пробудил короля ото сна, в который тот был погружен. Не поднял его из могилы.

Калдамир, Никс, Армин и Тетис – четыре принца Аварата – провалили миссию. Не вернули своему миру магию. Наоборот, потеряли нечто более ценное в череде минувших событий.

Меня.

Ведь я больше не находилась в Аварате.

Верные своему слову звездные фейри, чья кровь текла в моих жилах, вытащили меня оттуда живой. Однако не вернули в Алдерию.

На долю секунды мне показалось, что я вернулась, что рука, тянувшая к искаженной стене, сотканной из света, и размытым очертаниям, отправила меня обратно в деревню, которую я когда-то называла домом. Обратно к Солу, моему младшему брату.

Готова поклясться, что видела, как солнце играет с его золотистыми локонами; как от зноя позднего лета к затылку приклеилась рубашка, пока он кругами бегал по саду от моей мачехи Нейрис. Все было как во сне, и, словно сон, все исчезло, не успела я и опомниться. Мгновенно ускользнуло сквозь пальцы: цвета из видения померкли, уступая место резкому контрасту белого на черном фоне.

Я не только увидела изменения, но и почувствовала их. Холодный воздух, врезавшийся в меня, воспламенял и обволакивал собственным огнем. Тогда я обернулась, в последний раз посмотрев на оставшуюся позади просторную, похожую на пещеру гробницу и на лица тех, кто когда-то вознамерился принести меня в жертву.

Никс.

Армин.

Тетис.

Калдамир.

Камни сыпались серебристым дождем, но ни один из них даже не шелохнулся. Мимолетное сражение, разыгравшееся за их спинами, стихло; дрожащие фигуры солдат, распластанные по полу столкновением двух миров, сотрясшим землю, замерли и, изогнув шеи, подняли взгляд. В то мгновение мне показалось, что я слышу, как бьется сердце всего Аварата. Я чувствовала, как оно ускоряется, стучит все сильнее и сильнее, в то время как мир фейри затаил дыхание в сотрясавших его судорогах.

Я словно висела, как тогда, в Озере Сомнений. Все вокруг замедлилось, почти полностью остановилось, позволяя мне перевести взгляд с одного лица на другое, рассмотреть каждое из них. Мир быстро пропадал из виду, но, прежде чем его полностью поглотило, я заметила кое-что, из-за чего мое сердце затрепетало. В лицах, представших передо мной, ожидалось различить озлобленность. Разочарование. Даже печаль.

Но вместо этого я прочла ощущение облегчения. Радость. А еще…надежду.

Во всех лицах, кроме одного.

Калдамир уставился на меня с неописуемой яростью. В отличие от остальных принцев, чьи челюсти отвисли от удивления и шока, хранитель Горного двора пронизывающим взглядом неотрывно смотрел в одну точку.

На меня.

Сквозь меня.

Его взгляд впивался в меня, прорываясь в те потаенные уголки подсознания, где я когда-то задавалась вопросом, испытывал ли он ко мне хоть малейшие чувства. На мгновение я перенеслась в прошлое: в ту минуту, когда мы стояли нос к носу, сердитые слова тяжело повисли в сокращающемся пространстве между нами. Но эта тяжесть не могла сравниться с бурей эмоций, кипящих внутри его тела разъяренным океаном в ту секунду, или с тем вихрем злобы, что выдернул меня из воспоминаний обратно в настоящее.

Ныне Калдамир смотрел на меня, как не смотрели другие принцы, со всей яростью, на которую только могла расщедриться бессмертная душа.

В моменте показалось, что он один способен разрушить заклинание, павшее на его товарищей. Его губы разомкнулись, но вовсе не от удивления, а с целью произнести боевой клич. Подняв меч, он направил его вперед, во взгляде вспыхнула решимость – не из-за должной жажды мести или не приведенного в исполнение обмена, залогом которому предназначалась моя жертва, в чем он почти убедил меня, – а из-за чистой, необузданной ненависти. Кончик клинка приблизился, практически разрезав шелковые ткани, свободно вихрящиеся между щиколоток. По спине пополз страх. Я попыталась сдвинуться с места, но поняла, что все еще нахожусь между двумя мирами. Я двигалась слишком медленно, а мир позади меня возвращался в нормальное состояние. Волосы занавесом повисли перед глазами, образуя белый ореол, сквозь который глаза принца казались еще темнее.

Почти такими же темными, как мои.

Он бы заполучил меня. Прикончил. Добился своего.

Если бы это зависело от него.

Не успел его меч коснуться чего-то помимо ткани, задеть нежную кожу на щиколотках, как между нами сверкнул еще один клинок. Своей последней изменой его личная телохранительница, Таллула, защитила меня от принцев. Отсвоего принца. Единственного, кто придавал ее жизни значимость своим существованием.

Возможно, я бы навечно застыла, зависнув между мирами, и медленно рассыпалась бы на части, как тлело и исчезало все вокруг, если бы рука снова не указала мне путь. Сжав мои пальцы чуть сильнее, она потянула меня вперед как раз в тот момент, когда я засомневалась. Удалось разглядеть пепельные волосы на затылке моего спасителя.

Он ни разу не оглянулся. Ни разу не обернулся посмотреть, какой хаос и разрушение повлекло за собой мое спасение.

Но, опустив взгляд, я увидела, куда был направлен его взор, и все поняла. Как только я отвернулась от Аварата, оставив гнет незаслуженного плена за спиной, пути назад уже не было. Свет надо мной разгорался все ярче, пока не превратился в мир звезд, какой я и вообразить себе не могла. Звезды не были скоплением холодных, бесчувственных точек света в далеких галактиках, они мерцали совсем рядом, чисто и тепло.

Они былиздесь.

Они окружали нас со всех сторон, сияя в черном небе и кружась, как первые снежинки холодной осенью. В своем полете они оставляли на бескрайних просторах блестящие следы, будто мерцание каскадом заслоняло темноту. В одно мгновение мы оказались внутри них, затем – уже плыли к ним, а потом они внезапно склонились над нашими головами. Вместе с моим спасителем мы без особых усилий будто бы прошли сквозь поверхность некоего озера и встали на его берегу. Вокруг выросли блестящие черные колонны, окружив нас словно прутья в клетке. Они же образовывали длинный проход, протянувшись над головой открытой решеткой, сквозь которую были видны танцующие звезды.

Вот и наступил тот миг, когда я покинула Аварат, как и было обещано.

Почему же я тогда не испытывала наплыва неясных эмоций, которые видела на лицах всех принцев, кроме Калдамира? Почему не чувствовала облегчения и радости?

Почему единственным, что я испытывала, был… ужас?

Я увидела шесть фигур у подножия, лицами обращенных вверх. Они наблюдают за тем, как мы, ласкаемые холодным воздухом, появились наверху ступенек, окружавших озеро. Я почувствовала, как волосы наконец упали на плечи, а тяжелая ткань юбки снова прижалась к телу. У меня слегка закружилась голова, но фейри, державший меня за руку, крепко стоял на ногах, как будто подстраиваясь под изменение моего положения. Я впервые посмотрела на него и увидела, кем он был. Он не был простым очертанием фейри, нашептывающим в темноте обещания. Больше не был.

Фейри, стоявший передо мной, был немногим выше Калдамира, но из-за ширины плеч и наклона подбородка казалось, что он нависает надо мной. Острый подбородок плавно переходил в выступающие скулы, которые отбрасывали мрачные тени на его лицо. Суровый облик смягчался вихрем серебристо-белых волос, ласковым льном струившихся по его спине.

А еще глаза.

Похожие на мои.

Он одновременно и восхищал, и навлекал внешним видом страх. Был красивым, но не таким, как Никс. Если Никс притягивал, завораживал, завлекал, то красота нового фейри не позволяла смотреть на него слишком долго. Лицо его служило идеальной маской, и я боялась того, что увижу под этими невероятными чертами, если долгое время не буду отводить взгляд. Закралась мысль даже хуже: что он может увидеть во мне?

Но, снова взглянув вниз на фигуры, собравшиеся передо мной, я поняла, что бояться его мне не следует. Что-то, чего я раньше не ощущала, дергало меня изнутри. Что-то зашевелилось. Проснулось. Я не могла выразить этого словами, но каждая клеточка моего тела удивительным образом знала, что впервые в жизни я оказалась на своем месте.

И так же остро каждой клеточкой я возненавидела это ощущение еще до того, как женщина в центре выступила вперед и прошипела сквозь стиснутые зубы:

– Сирен, что ты натворил?

Глава вторая

Делфина

Казалось, не только собравшиеся фейри пристально разглядывали нас. За нами наблюдали сами звезды.

Все взгляды были прикованы к нам, но вперед вышла только та женщина, которая говорила. Элегантность, с которой ее серебристое платье обвивало ноги, не вязалась с выражением неодобрения, морщинками избороздившим ее безупречный лоб.

Она ни на минуту не смутила Сирена – фейри, который помог спуститься еще на одну ступеньку, все еще держа меня за руку.

– Вот так ты встречаешь вернувшуюся к нам фейри?

В его словах послышалось что-то похожее на радость. Они, будучи произнесенными, зажгли искру во взглядах шестерых наблюдавших фейри, даже во взгляде той женщины, которая только что обвинила Сирена в совершении ужасной ошибки. Вытянув шеи, они пытались выглянуть из-за спины женщины, которая торопилась к ступенькам: любопытство взяло вверх, и пятеро оставшихся фейри старались получше рассмотреть меня. Я инстинктивно отпрянула, но Сирен почувствовал это раньше и снова потянул меня вперед.

Он слегка наклонил голову и понизил голос – было ясно, что он говорит только со мной.

– Здесь тебе незачем прятаться.

Он едва успел выпрямиться, вернув слегка подрагивающую челюсть в исходное положение, когда женщина резко остановилась на ступеньку ниже нас. Только тогда Сирен остановился, снова поддерживая меня. Он не наклонил голову, скорее просто посмотрел из-под полуопущенных век сверху вниз на тяжело дышавшую фейри.

– Как ты мог? Озеро не использовали веками. С того момента, как… – Она умолкла, воздух со свистом проходил сквозь зубы, как будто она не могла заставить себя облечь обвинение в слова. – Ты лучше остальных фейри осознаешь опасность своих действий, Сирен.

Сирен лишь медленно поднял взгляд. В его глазах яркими искрами отражался свет, падающий сверху.

– Мир рухнул?

Она проследила за его взглядом, направленным на окружавшие нас небеса, в которых все так же сияли неизменные завихрения звезд. Напряженно переглянувшись между собой, они наконец опустили головы.

– Верно, потому что я это остановил, – сухо произнес Сирен. Он наклонился ближе, но в этот раз говорил громче, чтобы остальные сородичи тоже услышали. – Как ты и сказала, я лучше остальных осознаю опасность моих действий. Но те принцы собирались пробудить спящего короля.

– Короля… – Она уставилась в изумлении, растерянный взгляд метнулся ко мне, впервые заметив стекающую по моей груди струйку крови. Какое-то мгновение женщина неотрывно смотрела на меня как на диковинку, но затем позади нее послышалось бормотание, и она поняла его причину. – Почему ты мне раньше не сказал? Почему не сказал ни одному из нас?

После ее слов снова наступила тишина, в этот раз все взгляды были устремлены на Сирена.

– А это бы изменило хоть что-то?

Она начала было снова спорить, но Сирен не очень-то нежно схватил ее за руку.

– Я Искатель. Или ты забыла?

От этих слов пятеро остальных фейри выпрямились. Парочка из них согласно закивали, а по крайней мере один раздраженно посмотрел на стоявшую перед нами женщину.

В ответ она крепко сжала губы, и, хотя ее лицо выражало наличие тысячи мыслей, отяготивших голову, она не стала спорить.

– Ты прав, братец, – сказала она, и в голосе снова появилось почтение.

– Кроме того, – продолжил Сирен, – я был не один. Терек увидел ее первым.

Один из фейри, полукругом расположившихся у подножия лестницы, удивленно вздохнул:

– Это она? Та девушка?

Сирен кивнул, но что-то в выражении его лица не позволило этому фейри, Тереку, сказать кое-что еще, и молчание, очевидно, стоило ему огромных усилий. Несмотря на свое полуобморочное состояние, я видела, что ему не терпелось выговориться или задать важные вопросы. Его губы скривились от той тишины, о которую, как об крутые скалы, в одночасье разбились кораблики-слова.

И не только он напрягался из-за невысказанного.

Казалось, только женщину, стоявшую между нами, не интересовало, зачем Сирен привел меня. Строгость опустила уголки ее губ, пересекла лоб усилившимся неодобрением. Но что бы Сирен ни имел в виду, напомнив ей, что он Искатель, это не позволяло ей начать спорить.

Голова слегка наклонена, руки распростерты в стороны.

– Пойду займусь необходимыми приготовлениями.

– Спасибо, Итрис, – произнес Сирен, всего на секунду снова касаясь ее руки. В его голосе слышалась искренность, которую она встретила кивком головы. От его ободряющего голоса лицо Итрис разгладилось, но тут же снова нахмурилось, когда он добавил: – Но в этом нет необходимости. Я уже обо всем позаботился.

– Нас с тобой ждет разговор, – секунду спустя прошипела она. – Позже. А сейчас прошу меня извинить.

По ее тону, так же как и по прижатому к щеке языку, все считывалось ясно: «Уйду, пока я не сказала то, о чем пожалею».

Ей удалось скрыть обиду, и когда она, прежде чем выйти через арку в конце зала, оглянулась на меня в последний раз, на лице ее остался лишь намек на неудовольствие. Прищурившись, она сначала посмотрела на меня, а затем на озеро, из которого мы вышли.

Мы были для нее головной болью.

Я понимала, что, скорее всего, она права.

Как только Итрис вышла, в пространстве как будто надломилась печать. С губ фейри, стоявших передо мной, сорвались вздохи, а к щекам начала приливать кровь. Приходилось ощущать на себе вес пожирающих взглядов.

Среди пяти присутствовавших фейри оказалось трое мужчин и две женщины.

Вперед вышел тот, которого звали Террек: голова опущена, черты лица расслаблены.

– Ты даже представить себе не можешь, как долго мы тебя ждали, – выдохнул он. – Столько времени прошло с того момента, как мы последний раз призывали одного из нас домой.

Понятия не имею, как должна была на это ответить. От масштабов всего, что меня окружало, у меня все еще кружилась голова и сводило живот. Сердце громыхало в груди, но жужжание в голове все равно его заглушало.

Террек протянул руку и сжал в ней мою ладонь, поразив меня еще больше. На секунду глаза его стали шире, затем он снова вздохнул:

– Будет интересно. Я с нетерпением жду, когда же узнаю тебя получше…

Он запнулся, и все лица тут же обернулись ко мне и Сирену.

– Делфина, – ответил он, – из Алдерии.

– Алдерия.

Вслед за этим вперед вышла одна из женщин. Ее глаза блестели, ловя крошечные искорки света.

– Последний раз я была там много лет назад. Мне даже начало казаться, что тот край мне приснился.

Она тоже протянула ко мне руку, но и ее взгляд горел от голода, вновь побуждая меня отшатнуться.

Все присутствовавшие фейри подались вперед, заинтригованные признанием Сирена.

У всех были серебристые волосы и темные глаза, но еще их роднила пытливость, с которой они рассматривали меня и как будто видели мою суть, минуя дрожащую телесную оболочку. Они что-то искали, нечто, о чем непременно спросили бы, не встань Сирен между нами.

– Для вопросов еще будет куча времени, а сейчас дайте девочке немного привыкнуть, пока к ней не стянулся весь двор.

Он повел меня вслед за его сестрой, и я последовала, бросив последний взгляд на озеро, мерцающее над ступенями лестницы. Только мы вышли не в коридор, как это сделала Итрис. Как только я прошла через арку, мир снова покачнулся, и я обнаружила, что нахожусь в круглой башне. Стены сложены из податливого белого камня. Широкие окна, из которых открывался вид на черно-серебристое звездное небо, застеклены резным хрусталем.

На короткий миг Сирен прижался к моей спине, и я замерла от его прикосновения. В оконном отражении я мельком заметила, как поползли вверх уголки его губ. Это выражение больше всего напоминало улыбку, но почему-то оно не успокоило возрастающую грусть.

– И чем займешься теперь, когда я тебя спас?

Я не стояла на помосте, ожидая, когда меня принесут в жертву. Не умерла. И мне стоило бы испытывать что-то вроде благодарности. Если уж не признательность, то точно облегчение, которое следовало бы разделить по крайней мере с тремя принцами, которых я оставила позади.

Но вместо этого мой ужас начал смешиваться с новым, гораздо более тяжелым ощущением.

Потерей.

На какое-то мгновение, каким бы кратким оно ни было, я поверила, что возвращаюсь домой. В Алдерию. К брату. К безопасности. На самом же деле меня привели сюда, к еще одному двору фейри, будь он проклят.

Сирен не был спасителем. Он очередной похититель.

Впервые с того момента, как прошла через портал с Сиреном, я почувствовала, как поток воздуха наполняет мои легкие, вздымая усталую грудь, а вместе с ним на меня нахлынула волна горячей злости. Услышав эти слова, я резко обернулась, и с моих губ сорвался рык. Как будто противоречивые эмоции замерзли в том озере и теперь, когда шок постепенно утихал, они нахлынули с новой, невероятной силой.

Я вытащила из юбок кинжал, полученный в дар от отродья. Он все еще ало поблескивал в моей крови. Мои пальцы крепко сжали рукоять оружия.

– Я убью тебя и сбегу.

– Ну наконец-то, а то я уже начал переживать, что ошибся в тебе.

Я удивленно заморгала, выискивая на его лице намек на сарказм или насмешку, но ни первого, ни второго не разглядела. Но все же от его слов я замерла, что помешало мне сразу же вонзить ему клинок в сердце, как мне хотелось поступить.

Не просто хотелось.

– Ты не переживаешь? – спросила я.

Какое-то мгновение Сирен рассматривал меня.

– Из-за чего именно?

Раздраженно вздохнув, я сжала покрепче кинжал.

– Я не беспомощная барышня. И мои угрозы не пустые слова.

Медленно скользя взглядом, он осмотрел меня так, как не делал этого раньше. По спине разлился жар иного рода. Я изо всех сил старалась удержаться от ответной любезности. Так просто оказалось забыться, всего лишь представив то, что скрывали легкие складки его одежд. В нем было что-то неземное, даже змеиное, а под его кожей гудела энергия, которая кричала мне прикоснуться к нему.

Когда он снова посмотрел на меня, взгляд его довольно сиял, и я постаралась побороть дрожь.

– Слова настоящей фейри.

Собиралась было спросить, что он имел в виду, но почувствовала, как тает решимость, когда его взгляд всего на секунду вцепился в мои губы. Все случилось так быстро, что моя голова словно пошла кругом, и так бы пришлось потерять самообладание вовсе, если бы мое громыхающее сердце не пропустило большое количество ударов.

– Я согласен с Терреком, – медленно произнес он. Почти осторожно. – Тоже с нетерпением жду, когда познакомлюсь с тобой поближе.

Только он это сказал совершенно не так, как тот другой фейри. От его слов жар во мне разгорелся сильнее, расползся по венозным лозам бьющегося сердца, окутав запретную часть меня, которую лучше бы игнорировать почаще.

– Не пытайся отвлечь меня, – огрызнулась я в ответ, тяжело сглотнув, тряхнув головой и поближе подойдя к Сирену с зажатым между нами кинжалом. Но он даже не дрогнул. Наоборот, подался ко мне, склонив голову и разомкнув губы. От его дыхания заколыхалась прядь волос у меня на виске:

– О, это было бы преступлением. – Голос сделался ниже, слишком низким. А затем, так же неожиданно, снова стал обычным. Он выпрямился в полный – и внушительный – рост.

Кинжал все еще был зажат между нами, но он обращал на него ровно столько же внимания, сколько и на деревянную ложку. Пальцем он играючи коснулся заостренного кончика, и я поняла, что борюсь с желанием отстраниться или хотя бы предупредить его о смертельном яде чудовища, сокрытом в нем.

– Отвечая на первую часть твоей тирады, Делфина, – нет. Я не боюсь, что ты меня убьешь, точно не сегодня. Карты судьбы не предвещают скорой смерти никому в этом дворе.

Его слова породили тысячу новых вопросов, но из-за того, что я была слишком увлечена тем, как его палец все еще кружил вокруг заостренного конца моего клинка, они никак не складывались во что-то большее, чем в мимолетную мысль. У меня свело живот при виде красной капли на кончиках его пальцев и на мгновение перехватило дыхание.

Но это была моя кровь, а не его.

Мы поняли это одновременно в тот момент, когда он поднял два запачканных красным пальца к губам и невероятно медленно положил их в рот. На секунду закрыв глаза, он вытащил пальцы и слабо, едва слышно и протяжно застонал. Кожа на пальцах блестела, но уже не от крови, и горло мое снова сжалось.

– Отвечая на вторую часть, – продолжил он, как будто только что не получил неподдельно-блаженного удовольствия от вкуса моей крови, – есть идея получше побега.

– И какая же? – спросила я, не в силах скрыть отдышку. Я изо всех сил старалась удерживать кинжал на грани между ним и мной. Сила клинка словно угасла, и теперь он больше напоминал деревянную ложку, нежели опасное даже для бессмертных оружие.

– Ты просто уйдешь. Незачем сбегать.

Словно в доказательство своих слов, он отступил в сторону и распахнул дверь позади себя. От одной стены до другой вилась лестница. Эхом отдавались далекие шаги по узким ступенькам.

– Спустись по лестнице и поверни направо, а затем налево, когда выйдешь из замка. Тебя никто не остановит. – На мгновение он снова отошел и выглянул из окна, изучив что-то в небе наверху. – Если поторопишься, то, возможно, застанешь сегодняшнее сближение.

Я не имела ни малейшего понятия, что такое сближение, но не собиралась доставлять ему удовольствие, задав вопрос.

– Так и чего же ты ждешь? Ты не узница, Делфина. Как ты можешь ею быть у себя дома?

Глава третья

Делфина

Усебя дома.

Я так долго хотела услышать эти слова, но именно сейчас они ядом растеклись по венам. Дом – не то место, где холодно и мрачно, а небо не освещает привычное солнце. Это не бездушный замок с кучей незнакомцев, которые в эти минуты дожидаются внизу, чтобы забросать вопросами. Он был не здесь.

Пусть там, далеко дома, приходилось преодолевать трудности. Временами этот дом бывал чересчур жесток. Но место ему было только рядом с Солом и больше нигде.

Сирен, выгнув бровь, все еще стоял прямо передо мной, сверля взглядом, словно бросал вызов.

Я понимала, что фейри искушает меня, но безразличие овладело мной. В последний раз я взглянула на кинжал, взвешивая свои возможности, затем засунула его обратно в ножны, все еще спрятанные под юбками. Меня безумно разозлило, что на лице Сирена не отразилось ни капли облегчения.

Я поборола желание продолжить испытывать его, вместо этого шагнув через порог к извилистой лестнице, не спуская глаз с Сирена до тех пор, пока не услышала в узком коридоре эхо собственного дыхания. Мир не пошатнулся, меня никто не обманул, передо мной не возник очередной тайный портал, который перенес бы меня в сырую, забытую всем светом темницу.

Под моими ногами мелькнула ступенька вниз. Затем еще. Еще.

Все осталось по-прежнему.

Самая обыкновенная лестница.

Как только я это поняла, шаги стали вести меня дальше, и я спускалась, ведомая странным и не до конца понятным чувством. С каждой секундой двигалась все быстрее, все лихорадочнее, пока не побежала вниз по лестнице так быстро, что мне пришлось поднять юбки, дабы они не запутались между ног. У подножия лестницы я чуть не столкнулась со служанкой. Резко остановившись, юркнула к стене и прижалась к ней спиной. Я ждала характерного осуждающего взгляда, когда она заметит меня, рассмотрит, оценит, увидит отмеченного фейри человека и отшатнется от потрясения и ужаса.