Единственная для Лютого

– Родишь мне ребёнка, долг твоего мужа будет считаться выполненным.

– Вы не понимаете, наш брак был фиктивным. Лишь для того, чтобы…

Грозный мужчина пресекает мои попытки внести ясность:

– Подробности мне не интересны. Либо родишь, либо в клуб пойдешь отрабатывать. Решать тебе!

Сама не верю, что произношу:

– Я согласна.

– Вот и отлично. Тогда завтра в больницу, на анализы.

– Но есть одна проблема, – запинаюсь. – Я ещё невинна.

Тёмный взгляд мужчины пробирает до мурашек.

– Это не проблема. Это решаемо. Очень легко и быстро… – придвигается ближе.

Я только сейчас понимаю, на что согласилась. Но выхода уже нет…

Глава 1

– Мария Соловьева?

Секундная заминка. Мне в очередной раз пришлось себе напомнить, что теперь в браке я считаюсь Соловьевой Марией, а не Беляковой.

– Да, это я. Что вы хотели?

– Антон Соловьев – твой муж?

Голос говорящего был низким, грубым, царапающим слух. Поневоле я крепче стиснула пальцами трубку телефонного аппарата и почему-то нервно огляделась по сторонам, резким движением руки задернув шторы в кухне. Мой слух неприятно резануло фривольное обращение на «ты». Почему-то я пришла к выводу, что собеседнику не привыкать разговаривать таким наглым, требовательным тоном.

– Да, Антон Соловьев – мой супруг. Вы что-то хотели?

В ответ послышались короткие гудки. Неизвестный мужчина сбросил телефонный звонок. Я прислушалась к своим ощущениям – интуиция подсказывала, что случится что-то нехорошее. Причина этого крылась в Антоне, он считался моим мужем. Я пролистала телефонную книжку до его номера и нажала кнопку вызова.

– Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети…

Я снова набрала номер Антона, но на этот раз я позвонила на его второй номер и услышала тоже самое.

– Что-то не так?

Я чуть не вздрогнула от громкого голоса племянника. Он был немного глуховат и не всегда мог контролировать громкость своей речи. Обернувшись, я потрепала вихрастую шевелюру Тимофея и ответила таким же громким голосом:

– Все в порядке, Тим. Можешь идти в свою комнату.

– Точно?

– Конечно, – ответила с улыбкой.

В этот момент кто-то требовательно позвонил в дверной звонок. Мое сердце екнуло и сбилось с привычного ритма. Не могла назвать причину, по которой это произошло. Но странным образом я связала воедино звонок от незнакомца, звонок в дверь и отсутствие новостей от Антона. Тимофей взглянул в том же направлении, что и я. Кто-то настойчиво звонил в дверь нашей двухкомнатной квартиры.

– Это мои друзья, – успокоила Тимофея, и сама проводила его в спальню, прикрыв за ним дверь.

Навязчивый, требовательный звон прекратился так же резко, как и начался. Словно кто-то оборвал провода. Ладони мгновенно покрылись влажной испариной. Я провела ими по светло-серой блузке, которую еще не успела сменить после возвращения из школы. Я сделала несколько шагов к двери, и странным образом каждый шаг давался мне тяжелее предыдущего и становился все меньше и меньше по мере приближения к входной двери.

Я замерла возле глазка, сглотнула противный, липкий ком страха, вставший поперек горла и приложилась к дверному глазку. Но ничего не увидела. Там была лишь чернота. Мне хотелось бы верить, что это лишь глупая шутка местной шпаны – может быть, кто-то наклеил жвачку на глазок, но интуиция вопила об обратном.

Опасения подтвердились, когда раздались осторожные, едва слышные звуки, как будто кто-то скребся отмычкой в дверной замок. Зажав рот ладонью от страха, я отступила назад и влево, осторожно добравшись до телефонного аппарата, прикрепленного на стене узкого коридора.

Негнущимися от страха пальцами я начала нажимать на кнопки, сначала по ошибке едва ли не набрав номер пожарной службы. Пришлось нажать на кнопку сброса, прежде чем пальцы попали по нужным клавишам.

В этот момент дверь резко распахнулась и на пороге квартиры появился мужчина. Он был очень высокий, под два метра ростом или даже больше… Я еще ни разу не сталкивалась с такими здоровяками вживую.

Ему пришлось даже пригнуться, чтобы войти в дверь. От страха я окаменела и сжала пальцами трубку так, что она едва не срослась с моей кожей. За спиной незнакомца, закрывшего своей массивной фигурой весь дверной проем, маячил еще один мужчина.

– Диспетчерская служба… – послышалось в телефоне.

Мужчина громадного роста быстро и бесшумно, поразительно легко для своей внушительной комплекции, двинулся в мою сторону и отнял трубку, сказав:

– Извините, девушка. Мы ошиблись номером.

Он положил трубку на рычаг и легко выдернул провод из телефонного аппарата. Второй мужчина закрыл дверь, дернув щеколду в нужный паз.

– Мария Соловьева? – поинтересовался высокий мужчина.

Я только сейчас узнала этот голос – низкий, хриплый. Голос мужчины был полон опасности, которую чувствуешь каждой клеточкой кожи. Это он звонил меньше минуты назад на домашний телефон, чтобы проверить, нахожусь ли я дома. Мне пришлось поднять голову сильно вверх, чтобы разглядеть незнакомца, вошедшего в мою квартиру, словно к себе домой. И, посмотрев ему в лицо, я поспешно отдернула взгляд в сторону, опустив его на уровень мускулистой груди.

Таких мужчин лучше не злить. Дело не только в его исполинском росте и широких, раскачанных плечах. Опасностью веяло и от его холодного, темного взгляда, и от грубого лица с носом, который, видимо, не единожды ломали в драках. Лицо мужчины было сложено из резких, острых линий, а квадратную нижнюю челюсть украшала короткая, но густая и стильная борода.

– Глухая, что ли? – нетерпеливо поинтересовался второй мужчина.

– Выйди. Дальше я сам.

– Уверен, Лютый?

Лютый?! Прозвище пугающего здоровяка – Лютый?! Как опасно и пугающе это прозвучало! По моей коже пробежал цепкий мороз, вызвав волну мурашек.

Темноволосый, высокий мужчина, которого называли Лютым, усмехнулся уголком губ и пожал плечами, мотнув головой в сторону коридора, ведущего в зал моей квартиры:

– Как видишь, здесь пусто. А с этой мелкой… я и без твоей помощи справлюсь.

Очевидно, что он имел в виду меня. Я все еще не до конца понимала, что здесь происходит? По какому праву незнакомцы ввалились в мою квартиру?!

Снова щелкнула щеколда, раздался приглушенный хлопок и повторный щелчок. Здоровяк закрыл дверь и подпер массивным плечом стену, окинув меня с ног до головы холодным, колючим взглядом.

– Нужно поговорить, Соловьева!

– Отпирать дверь отмычкой – это преступление, – невпопад ответила я, чем неимоверно сильно развеселила незнакомца.

Через миг он коротко рассмеялся звуком, как будто в большой и пустой металлической бочке загрохотало что-то.

– Угонять тачку и присваивать чужие деньги – тоже преступление. Ты так не считаешь?

Мои ноги мгновенно вросли в пол после этих слов.

Я отрицательно помотала головой из стороны в сторону и от этого простого движения, казалось, вокруг меня завертелись стены и потолок коридора хрущевки.

– Я ничего не угоняла. Я… я и водить не умею. У меня нет даже водительских прав, – сказала, чуть заикаясь.

Мужчина опасно сверкнул темным взглядом и покачал головой.

– Так речь идет не о тебе. О твоем муженьке, Антоне – резиновом изделии номер два.

– Антон, – выдохнула я с видимым облегчением и даже провела рукой по лбу, снимая пальцами холодную испарину, выступившую на коже.

Если речь шла об Антоне, то я была непричастна к его делам. Собственно говоря, Антон и не был моим мужем по-настоящему. Антон Соловьев считался моим мужем официально, но у нас нет и никогда не было ни романтических, ни интимных отношений. Наш брак был договорным. Я заключила его лишь с единственной целью – оформить опеку над племянником, оставшимся круглым сиротой после трагической гибели его родителей. Я была знакома с Антоном лишь поверхностно, но знала, что он не прочь подзаработать. Он получил внушительную сумму денег за брак и за то, что изображал моего любящего супруга перед приемной комиссией.

Прошло уже полгода после того, как мы поженились. Я нарочно выдержала время после того момента, как все официальные нюансы с оформлением опеки были улажены. В скором времени, через месяц, если быть точнее, я бы развелась с Антоном и больше никогда бы не вспомнила о нем. Но до того момента он считался моим супругом. Иногда и мне приходилось подтверждать его личность. Например, когда он оформлял денежный кредит в банке и указал меня, как супругу…

Так что, когда незнакомец сказал, что Антон угнал чью-то машину, я не особенно удивилась. Я душой всегда чувствовала, что Антон не совсем порядочный человек. К тому же был эпизод, когда он одолжил у меня десять тысяч рублей и обещал вернуть, но не вернул.

Когда же я тактично намекнула ему про долг и сказала, что отниму эту часть денег из его оплаты за услуги фиктивного мужа, Антон мгновенно изменился в лице, разозлился и начал угрожать, что расскажет о нашей афере куда надо – в органы правопорядка, раскроет фиктивность брака и испортит жизнь мне и племяннику.

Тогда мне пришлось смолчать и терпеть. Сейчас незнакомец пугающего роста и габаритов открыто заявил, что Антон перешел ему дорогу, а я посчитала, что дела Антона – это лишь его дела и меня никак не касаются. Потому что я не была близка с Антоном и не несла никакой ответственности за его поступки.

Пришедшему бандиту – про себя я окрестила незнакомца именно так – не было никакого дела до оформления опеки заботы о жизнях сирот. Я подумала, что расскажу ему правду о природе наших отношений с Антоном, и недоразумение будет исчерпано в ближайшие же мгновения.

– Чего зависла? – грубовато поинтересовался мужчина и пощелкал пальцами перед моим лицом.

Я заметила, что на безымянном пальце правой руки надето обручальное кольцо и приободрилась. Почему-то я решила, что женатый, взрослый мужчина, возможно, имеющий свою семью и детей, не станет обижать понапрасну тех, кто оказался втянут в неприятности не по своей вине.

– Простите, лишь немного задумалась.

– Где твой муженек?! – нетерпеливо рыкнул мужчина, сверля меня тяжелым взглядом.

– Антон – мой ненастоящий муж.

– Он числится твоим мужем. Прописан здесь. Ты выступаешь его гарантом в кредитных историях, – четко, как из пулемета, перечислил мужчина.

Определенно, он навел справки обо мне и об Антоне, прежде чем заявляться сюда.

– Да, все так. Но Антон – мой муж лишь по документам. Наш брак – по договору, фиктивный брак. Я вышла замуж за Антона лишь для того, чтобы оформить опеку над своим племянником, – произнесла на одном дыхании и с надеждой посмотрела на мужчину.

Для этого мне пришлось заломить шею высоко вверх. Не знаю, что я ожидала увидеть. Однако я поняла, что мои слова не произвели должного эффекта на мужчину.

Его лицо было словно высеченным из темного камня оттенка бронзы, оно ничего не выражало. Тени, падающие на мужское лицо из-за тусклого света настенного бра, делали его еще опаснее и брутальнее.

– Мне плевать на обстоятельства и ваши отношения. Ты – жена Антона. Должна знать, где он прячется, или куда кинулся в бега с награбленным добром. Говори, где он, сэкономишь мне – время, а себе – здоровье!

Глава 2

Слова мужчины прозвучали угрожающе.

– Но я ничего не знаю! – беспомощно возразила я. – Послушайте, я вас ни капельки не обманываю! – сложила ладони в молитвенном жесте на уровне груди. – Антон здесь прописан, да, так было нужно для комиссии по делам опеки! Но он не живет и никогда не жил со мной. Это легко проверить! Вот посмотрите сами… У меня в доме нет ни его обуви, ни штанов, ни даже носков с трусами. Пройдитесь по дому и можете убедиться!

В порыве отчаяния я забыла об опасности и потянулась рукой к запястью незнакомца. Правая кисть его руки спокойно висела вдоль мощного корпуса мужчины, очень близко к карману кожаной куртки. Карман как-то странно оттопыривался. Возможно, там находился пистолет или острый нож. Но по контурам можно было предположить, что это пистолет.

Я потянулась к мужскому запястью. Но, верно, он решил, что я захотела юркнуть в карман и выудить из него оружие! Безумие, конечно. Я была мирным человеком, пацифистом и ни за что не пустила бы оружие в ход, направив его против другого человека. Но то была я, а опасный незнакомец жил по другим законам. Возможно, в его криминальном мире подобные порывы и опасность для жизни были в порядке вещей и всякий становился подозреваемым в злодействе.

В момент, когда я почти прикоснулась к его руке, незнакомец резко и жестко перехватил мои запястья. Я вскрикнула от неожиданности. Мои руки оказались захвачены словно в безжалостные капканы. Мужчина перехватил меня за обе руки и толкнул спиной к стене. Через миг мои руки были заломлены высоко вверх над головой, а запястья продолжали сжиматься тисками сильных, крепких мужских пальцев.

– Ты что вздумала?! – выдохнул мне в лицо незнакомец. – Хочешь с моим стволом поиграть?

Его горячее дыхание опалило кожу лица и пощекотало мое обоняние нотами мяты и сигарет.

– Отпустите! – всхлипнула я.

Слезы градом покатились из глаз. В моих эмоциях были крупицы боли, но гораздо больше в них было отчаяния и беспомощности.

Под моими ногами словно растаял пол, и я балансировала над огромной, пугающей пропастью. Если бы бандит не прижимал меня к стене, если бы не держал своими жестокими руками, я бы рухнула вниз, не удержавшись на ватных, ослабевших ногах.

– Еще раз потянешься к пушке, я перестану быть вежливым гостем… – угрожающе рыкнул мужчина.

После его слов моя голова пошла кругом. Неужели такое резкое, наглое поведение и пренебрежительное отношение в тандеме с угрозами для жизни считались верхом вежливости для этого громилы?

– Мне больно, отпустите! – повторила я свою мольбу.

– Не дури, девочка, и мы сработаемся. А еще лучше вспоминай, куда направился твой муж! – снова повторил свою просьбу мужчина.

– Я не знаю. Я по правде не знаю ничего о личной жизни Антона. Я отдаю себе отчет, что только бесчестный человек пустился бы на авантюру, но я вступила в фиктивные отношения только ради спасения жизни племянника! Я ничего не знала об увлечениях Антона и его тайных делишках… Поверьте мне!

Мужчина усмехнулся, как будто я сказала что-то очень и очень смешное, достойное его грубой, жесткой улыбки, больше похожей на саркастичный оскал животного.

Но его смех внезапно прервался изумленным выдохом и порцией грубого мата, от которого полыхнули не только кончики моих ушей, но и все тело покрылось алыми пятнами смущения.

Причиной изумления бандита и потока грязной речи стал мой племянник. Он с громким криком кинулся на взрослого, почти двухметрового мужчину, желая меня защитить. Узкий коридор квартиры наполнился криками.

– Тимофей, не надо! Тимофей!

Я испугалась не за себя, а за мальчишку. Ведь реакция бандита на малейшую опасность, даже на подозрение в опасности могла быть непредсказуемой. Меня насквозь прошибло ледяным потом, а тело забилось в крупной судороге страха за жизнь Тимофея. Он меня не слышал, не реагировал на предупреждающие крики. С ужасом я увидела, как в его левой руке блеснуло что-то острое и блестящее.

В тот же миг мужчина резко отпустил свои руки и, выдав новую порцию ругательств, перехватил Тимофея за шиворот. Незнакомец схватил мальчишку и хорошенько встряхнул, держа на расстоянии вытянутой руки, словно нашкодившего щенка или котенка.

– Это что еще такое?! Сумасшедшая семейка! – выругался мужчина и опустил взгляд на бедро.

Около ног мужчины валялся нож для чистки фруктов, которым я недавно счищала кожуру с яблока для Тимофея, я по глупости оставила нож лежать на столе. Это был один из самых острых ножей в нашей квартире. Надо же было Тимофею схватить именно этот предмет и нанести урон опасному мужчине!

Темный взгляд мужчины пронесся ураганом по мне, потом сосредоточился на племяннике, который пытался вывернуться из захвата и от переизбытка эмоций не говорил, а рычал.

– Пожалуйста, не обижайте его. Он просто перепугался. Отпустите. Я его успокою… У него это нервное! – взмолилась я, уже перестав обращать внимание на слезы, катившиеся градом по моему лицу.

– Успокой пацана! – процедил через зубы мужчина и медленно опустил моего племянника на пол. – Разговор не отменяется, если что, – пригрозил напоследок.

– Просто дайте мне немного времени, – попросила я.

Обняла Тимофея крепко-крепко, гладя его по волосам и плечам, успокаивая. Мой храбрый защитник, настоящий мужчина, пусть еще и совсем маленький. От эмоций и адреналина Тимофей был сильно напряжен, и я увела его в ванную комнату, разговаривая громко, но спокойно и размеренно. Умыла племяннику лицо прохладной водой, стерев слезы, и отвела после этого в комнату. Там я провела с ним минут десять, не меньше, разговаривая и объясняя, что не стоит причинять боль незнакомцу.

– Это враг! – насупился Тимофей, сжав острые кулачки.

– Нет, это не враг, а знакомый приятель Антона. Ты же знаешь Антона? – громко произнесла я. – Произошла ошибка, но я сейчас поговорю с тем мужчиной и все ему объясню. Поверь мне, недоразумение разрешится прямо сейчас, только тебе не стоит лезть в драку. Хорошо?

После некоторых раздумий Тимофей согласился со мной, крепко-крепко обняв меня напоследок. Но когда я вышла из спальни, он оставил дверь приоткрытой и упрямо встал возле двери, наблюдая за происходящим со своей позиции.

– Вы еще здесь? – спросила дрожащим голосом, обнаружив, что в зале никого нет.

– Думала, что испугаюсь нападок мелкого и уйду? – неприязненно отозвался мужчина.

Судя по звукам, бандит находился в кухне. Я пошла в ту комнату, призывая на помощь все силы и спокойствие, что у меня были.

Глава 3

Массивный, высокий мужчина стоял у раковины и омывал руки. Я заметила, что ткань легких брюк намокла и была прижата к бедру, напитавшись кровью.

– Чего ты так орала? Думаешь, куплюсь на спектакль? – поинтересовался мужчина и выключил воду.

Он небрежно сорвал бумажное полотенце с держателя, скомкал несколько полотенец, вытирая руки, и сел на стул возле кухонного стола.

Мужчина был таких внушительных габаритов, что с его появлением пять с половиной квадратных метров моей кухни начали казаться еще меньше. Лютый сидел словно огромная, каменная глыба посередине комнаты, и куда бы я ни двинулась, он находился точно в центре. Как бы я ни старалась, у меня не получилось бы обойти мужчину, не задев его. Я скрестила руки под грудью и посмотрела на мужские ноги. Меня беспокоило, что Тимофей ранил мужчину. Однако незнакомец вел себя так, словно его комар укусил.

– Никакого спектакля не было. Простите, я не знаю, как к вам обращаться, и не привыкла иметь дело с людьми, которые вламываются в чужие квартиры. Тимофей – мой племянник. Я громко разговариваю с ним, потому что у него проблемы со слухом и немного с нервной системой. Мы работаем над этим, но на лечение требуются деньги…

– Ты что мне здесь в уши сказки заливаешь?! – начал мужчина.

Но услышав слова про то, что на лечение Тимофея требуются деньги, он усмехнулся и кивнул головой, словно подтверждая правильность своих мыслей.

– Деньги? Ну, конечно. Своих деньжат у вас нет, и твой муженек решил подзаработать по-быстрому на кражах! Только я отношусь к числу тех людей, которых лучше не пытаться обмануть или обокрасть. Вам дороже встанет. В общем, давай, Мария, быстро выкладывай, куда спрятался твой муж, и я оставлю стены этой квартиры. Навсегда.

– Ваше предложение очень разумное. И при любых прочих обстоятельствах я бы любому провинившемуся человеку посоветовала принять его. Но сама, к сожалению, не могу вам помочь. Говорю честно и от чистого сердца, что с Антоном меня связывает лишь фиктивный брак. Я не обманываю вас. Очень легко проверить по документам, что наш брак был заключен незадолго до того, как я начала оформлять опеку над Тимофеем. Он мой племянник, – снова повторила я, чувствуя усталость, накатившую огромной волной.

Мужчина смотрел мне прямо мне в глаза, буравя насквозь острым взглядом, проникающим вглубь души.

– Я могу доказать свои слова. Принесу вам документы. Среди них есть и расписки о том, что Антон принимал от меня деньги. Эти расписки не заверены нотариально. Я не могла этого сделать. Вы и сами понимаете, что заключение фиктивных браков может преследоваться по закону. Но я настояла на расписках и хранила их для собственной уверенности, чтобы Антону не пришло в голову обвинить меня в неисполнении обязательств с моей стороны. Позволите?

Мужчина медленно и хмуро кивнул. Я вышла из кухни и направился в зал. Подставила стул к шкафу и залезла на него, чтобы дотянуться до верхней полки, где хранилась пластиковая, прозрачная коробка с документами.

Я была невысокого роста. Мне понадобилось привстать на цыпочки, чтобы дотянуться. Пальчики ног опасно балансировали на самом краю старого стула. К тому же я сильно нервничала из-за визита опасного незнакомца. Все это стало причиной моего неловкого движения. Стул подо мной покачнулся, а потом и вовсе накренился на одну из сторон.

В итоге я с громким криком упала со стула и накрыла голову руками в защитном жесте. В самый последний миг перед падением я успела зацепиться за край коробки пальцами и ожидала, что она рухнет прямиком мне на голову.

Но этого не произошло.

– Поднимайся, – пророкотал сверху голос брутального незнакомца.

Я неловко встала. Коробка довольно внушительного размера смотрелась в руках крепко сложенного мужчины, словно спичечный коробок.

– Тут документы хранишь, что ли? – он потряс пластиковую коробку. – Сейф у тебя самый надежный! – хохотнув, он двинулся в сторону кухни.

Я поймала на себе взгляд Тимофея, обняла мальчишку за плечи, поцеловав, включила ему мультики на телевизоре и сделала звук громче. Потом я прошла на кухню и плотно прикрыла за собой дверь, чтобы не напугать серьезным разговором Тимофея, если вдруг что-то пойдет не так.

Когда я вошла на кухню, мужчина уже открыл крышку и лениво, одним пальцем, ворошил бумаги. Его презрительный жест, полный брезгливости, заставил меня возмутиться. Я плотно сжала пальцы в кулачки и произнесла:

– Мои документы не грязные и не заразные. Если противно, можете не притрагиваться. Мои документы сложены по порядку, и я быстро найду то, что вам необходимо. Надеюсь, после этого вы покинете мою квартиру и не станете тратить свое бесценное время попусту.

– О, какая прыткая! Да, я вижу, что у тебя тут везде флажочки-бумажечки, как в бухгалтерии. Только вот ты с кое-чем ошиблась, Мария. Мне от тебя нужно только одно – сведения об Антоне.

Я молча придвинула коробку к себе и начала искать необходимые документы, оставляя желтый цветной стикер-флажок там, откуда достала бумаги, чтобы потом без особых проблем вернуть их на место.

– Прикольно. У тебя везде флажками отмечено? – надменно поинтересовался незнакомец. – Трусы в шкафу тоже по порядку лежат?

– А вы проверьте! – зло предложила я. – Для вас ничего святого нет. Вы и в чужую квартиру вошли, как к себе домой, можете еще и чаю себе налить, и в холодильник заглянуть без разрешения!

– Не трынди. Гонор сбавь. Для тебя это может плохо кончиться.

Я нашла нужные документы и придвинула их к мужчине, объясняя:

– Это свидетельство о заключении брака… Это документы, которые я получила при оформлении опеки. Это расписки, которые подписывал Антон.

Мужчина провел медленный, изучающий взгляд по всем бумагам, выставил локти на стол, посмотрел мне в глаза и задал короткий, но емкий вопрос:

– И что?

Я оторопела.

– То есть… Как это? Вот видите же, что я – фиктивная жена Антона.

– Плевать. У этого резинового изделия номер два, как выяснилось, нет близких родственников в этом городе. Кроме тебя, супружницы.

– Но я не родственница! Брак фиктивный.

– Зато долги Антона – настоящие. Он угнал мою тачку. В тачке лежала внушительная сумма денег. Не только моих денег. Разумеется, чтобы не было неприятностей, я возместил урон. Потому что нехорошо серьезных людей подводить. Но теперь Антон мне должен. По-крупному. Ему придется ответить.

Незнакомец хрустнул внушительными кулаками. Этот угрожающий звук отдался внутри меня ледяным холодом и сильной дрожью. Я поняла, что мне угрожает серьезная опасность. Прямо сейчас поняла. До этого момента считала, что смогу доказать бандиту свою непричастность. Но оказывается, ему глубоко наплевать, кого прессинговать, чтобы добиться правды.