Мы остаёмся жить

Пожар Второй

Возвращение домой – всегда радует сердце, если знать, что это действительно родное место. Неважно, насколько длинным было путешествие: неделю или семьдесят лет. Неважно, сколько было пройдено километров: сто или четыреста миллионов. Теперь, я снова здесь. И всё это – лишь воспоминания, делающие всю планету только лучше.

Терра – колыбель человечества, смеющаяся над историей и имеющая все шансы стать её склепом. Я покидал Землю отважным колонистом, путешественником, первооткрывателем; а вернулся почти что захватчиком, пусть и с дипломатической целью.

По мере того, как эта маленькая точка в иллюминаторе увеличивалась – росла и опасность для жизни. Что бы там ни говорили про открытый космос – в нём намного безопаснее, чем на Земле – этом сумасшедшем доме среди всех планет.

Мы пролетели луну и устремились в сторону Терры. Вокруг моей родной планеты дрейфовали старинные спутники и прочий мусор, создающий нечто наподобие сферы. Между открытым космосом, кольцами из обломков и земной атмосферой кружилась орбитальная станция, принимавшая грузовые челноки с Марса и готовая, при необходимости, отправлять сотни кораблей до самой Красной планеты. Эта станция – главный оплот Марсианской корпорации на Земле; все сообщения велись именно через неё. Теперь, она же – одна из главных угроз нашей независимости. И что мешало терранам со станции запустить в своих гостей пару-тройку боевых ракет и пустить нас дрейфовать вместе с сотнями обломков кораблей вокруг Земли? К счастью, этого не произошло. Люди в корпорации – не настолько глупые. У них и без того будет тысяча возможностей покончить с нами. Осталось только пройти приграничный контроль на орбите Земли и мы сможем спуститься на планету.

Вместе со мной были и другие марсианские дипломаты. На станции нас приняли довольно учтиво, ни одним видом не выдавая истинных чувств корпорации к своим бывшим подчинённым. Всё шло хорошо, пока работники станции и встречающая нас делегация не начала задавать безобидные вопросы, на которые мы, обнадёженные тёплым приёмом, сначала с радостью отвечали. Но затем, когда вопросы становились всё более откровенными и заковыристыми, нам приходилось сохранять неловкое молчание. Но наши земные друзья, видимо, вспомнили о том, что терраны думают о нас:

– Оглохли что ли, марсианские свиньи? – вдруг взорвался один из них, выставляя на наших документах штампы с разрешением на въезд, – а знаете ли вы, что на Земле идёт война? И нам – живётся далеко не лучше, чем вам, предателям и убийцам.

Конечно же, мы знали.

Иначе, земляне давно покончили с нашей революцией.

Земные отцы сегодняшних марсиан были смелыми – они отважились сбежать из этого ада. Но они оставались землянами. Мы же, были лучше, чем наши предки, потому что пошли ещё дальше – мы восстали против старого мира и ещё утрём ему нос.

Война на Голубой планете действительно имело место. Правда, не на поле боя, а в бесчисленных туннелях мировой паутины, ставшей для терранов и тюрьмой, и уязвимым местом. По обе стороны фронта были самые обыкновенные терраны, но имеющие разные точки зрения на одни и те же вещи. Одни встречали новость о бунтах в далёких марсианских колониях с радостью и пониманием. Они объединялись по всему миру, создав многочисленное движение «красных». Другие же считали нас мятежниками и недолюдьми – эгоистами, стремящимися разрушить земную экономику, столько десятилетий стоявшую на эксплуатации Марса. Они выступали за то, чтобы подавить наш мятеж как можно быстрее и всеми возможными методами – если не выйдет по-хорошему, то придётся старушке Терре вспомнить и про свою плеть. Землян – миллиарды; нас же – в тысячу раз меньше. Они называют себя «голубыми» – уже никто и не вспомнит о временах, когда это название вызывало смех, а не страх и недоверие.

С орбиты, в маленьком шатле с автопилотом, нас доставили на Землю, но высадили не в городе, а посреди поля – далеко в «непонятно где».

– Они всё-таки трахнутые на голову, – закричал один из пассажиров, – где они, чёрт подери, нас высадили, если я чётко и ясно сказал им, что нам нужно в Берлин?!

– Может, – сказал я, – тебе нужно и в Берлин, камрад. Но я лично собирался в Вильнюс. Конечно, наши пожелания они учли и дружно смыли на помойку. Но ты сам можешь представить себе, какой шум подымится, если шатл с марсианами высадится прямо на головы жителей больших городов?! На всех либо на руках будут носить, либо порвут на части – в любом случае, без жертв, скандалов и полиции не обойдётся. Причём второе – куда вероятнее, чем первое. Может, они и лучше, что мы высадились именно здесь. Мы должны действовать инкогнито и не кричать о том, кто мы на самом деле.

– Но мы ведь не шпионы! – упорствовал он, – мы – дипломатическая миссия марсианской республики.

– Это друг для друга мы – дипломаты; а попробуй объяснить это пистолетам голубых. Для всех на этой планете, мы – апатриты, парии, мятежники, от которых все хотят как можно скорее избавиться. Только плюнь слово «Марс» не в то место – и одним дипломатом сразу станет меньше.

– Нас должны защитить.

– Кто? Марсианская корпорация?! Да, их охранник помогут – но вот только не нам.

– Да кто ты вообще такой?! – взорвался он, – откуда ты и что делаешь среди нас? Сейчас, точно одним марсианином может стать меньше. Да и откуда нам знать, что ты вообще с Красной планеты – может, ты шпионишь для землян. Мне говорили, что я буду действовать один.

– Прошу, камрады, успокойтесь, – сказал третий марсианин, – мне тоже поручили миссию лично и не говорили, что будут другие. Она и остаётся индивидуальной для каждого из нас до сих пор. У каждого есть свой пункт назначения, а что нас не доставили туда сразу – считайте за дорожное недоразумение. Во время полёта нас держали в разных отделениях корабля и у нас и не было особой возможности познакомиться, а потому нам не нужно особо знать друг друга.

Он сделал несколько шагов вперёд так, как будто выходил на сцену, развернулся к нам и сказал, обращаясь ко всем здесь присутствующим, и будто даже к тем, кого здесь не было:

– Поэтому, я всем нам предлагаю разойтись – каждый, куда он должен идти. Только прошу, не забывайте об осторожности: на Терре у нас есть как друзья, так и враги. Постараемся не мешать друг друга, а главное, самим себе.

Он снова развернулся и больше ничего не сказав, зашагал прочь.

– Эй, ты куда? – крикнул ему в спину кто-то.

– В отличие от вас, я привык сразу выполнять свои слова в жизнь, – ответил он, даже не развернувшись.

– Ну и иди ты.

Я тоже сделал пару шагов, осмотрел всех здесь присутствовавших, запомнив их лица и побрёл себе как можно дальше от них.

– Эй, а ты куда?! Никто, значит, остаться и подумать вместе, что нам делать дальше, не хочет.

– Вот сам и оставайся, – донеслось уже из-за моей спины, – а я и так знаю, что должен сделать.

Так или иначе, они все разошлись поодиночке прекрасно осознавая, что этот мир для них чужой, ничего вокруг неизвестно – они знали только, куда должны были попасть. Что это за странная форма казни – отправить их сюда?! Такой роскошный приём нам устроили явно не для того, чтобы показать, насколько нам здесь рады.

Только для меня одного эта планета была большим, чем пугающим клочком земли. Я всё здесь знал и меня радовало то, что я оказался в знакомой среде. Для остальных же марсиан всё может закончиться куда хуже. Вряд ли они сами представляют, что делают. У нас было немного земных денег – но сумеют ли они правильно ими воспользоваться?! Впрочем, меня это не волновало. Раз терраны встречают гостей вот так – то так тому и быть. Всё же, мы гости в этом мире.

Мне пришлось идти сначала через поле, а затем вдоль пустынной дороги, пока не добрёл до автозаправки, где мне посчастливилось найти готового подвести меня водителя.

– Я вам очень благодарен, – сказал я ему, когда мы уже сидели в машине, – кто знает, сколько мне ещё пришлось бы проторчать, если бы не вы.

Моя радость была вполне искренней.

– Вам просто повезло. Я долго ехал и полностью разрядил свой аккумулятор и сам провёл здесь немало времени. Вы появились вовремя – машину я зарядил и не откажусь с кем-нибудь поговорить по дороге.

– Да уж повезло. А вы куда едите?

– Ещё не знаю. А вы куда хотите?

Его вопрос поставил меня в тупик.

– Что? А куда вы ехали до того, как оказались на заправке?

– Я ехал на заправку – как раз для того, чтобы встретить вас, – он заговорчески мне подмигнул, – я ведь, как это называется, «красный брат» – друг Марса.

Я вздохнул с облегчением, но не отделался от подозрений на его счёт.

– Я, правда, не знаю, что произошло с другими вашими друзьями, – продолжал он, – они вполне могли наткнуться на голубых – и тогда я им не завидую. Как только стало известно, что ваш шатл приземлился не там, где должен был, его сразу начали искать такие вот люди, как я. И, конечно же, голубые тоже. На самом деле, хорошо, что вы прибыли так внезапно и приземлились непонятно где – так для вас безопаснее. Но, если честно, не намного.

– Хорошо. Мне всё равно, что с ними. Мне важна только моя миссия.

Я тут же вспомнил, что именно Марк поручил мне сделать на Земле и вздохнул про себя. Ничего полегче он придумать, видимо, не мог.

– Вот это я понимаю профессионализм – хладнокровие, бескомпромиссность в вас и чувствуется. Будь я на месте какого-нибудь президента – сразу бы начал вас побаиваться, но прислушиваться. Позвольте задать вопрос: а на Марсе – вы кем были?

– Почему был?! И обязан ли я отвечать на этот странный вопрос?

– Прошу прощения за недоразумение. Были – потому что вы больше не там. Это просто такой речевой оборот – конечно, я должен был понимать, что на Марсе говорят немного не так, как здесь. И вот второй ответ: нет, конечно же, не обязаны. Но вам нет и никакого смысла её скрывать. Вы со мной, а значит в безопасности. Мне просто любопытно.

Немного поколебавшись, я решил ничего не скрывать. Я по-прежнему ему не доверял, но и опасаться, видимо, мне пока было нечего.

– Я – министр обороны Марса. Я должен попасть в Вильнюс с дипломатической миссией и у меня есть на это разрешение. Но, как я могу судить по приёму, отношение землян к дипломатическим посланникам сильно изменилось за время, что Терра эксплуатировала Марс.

– Нет, всё осталось как и тысячу лет назад. Просто, постарайтесь понять и принять: люди людей встречают как подобает. Но вот вас, марсиан, за людей здесь не до конца принимают. Вообще, странно, что вы прибыли именно сюда. За реально существующее государство вас признало лишь пара африканских республик; и как потенциальных союзник, вам не мешало бы быть там.

– Я не посвящён в то, в какие страны Марс отправил своих посланников. У меня есть своя задача – и меня беспокоит только она. Если для её достижения мне придётся узнать что-либо, что я пока не знаю – я сделаю это. А пока, мне просто не интересно.

– Ого, снова чую профессионализм. Вы кажитесь умным человеком и это хорошо. В Восточной Европе отношение к вражеским посланникам всегда было неоднозначным. Вы ведь знаете земную историю? В своё время, князья на этих землях приказали отрубить головы монгольским послам, когда те пришли к ним. Насколько я знаю, измениться может многое, но вот только не люди. Отличие от той ситуации и нашей состоит в том, что монголы здорово отомстили тем, кто так с ними обошелся, а вот Марсу сделать нечто подобное не удастся в ближайшую тысячу лет.

– Значит, вы хотите сказать, что мне угрожает опасность?

– Она угрожает всем нам – в той или иной степени. Ваша безопасность зависит от того, что вы делаете, кто находится рядом с вами и кому выгодна ваша кончина. Но вам не следует переживать понапрасну. Голубые пока не знают, где мы – можете быть уверены. А когда узнают – добраться до вас им будет уже не так легко. Но вы так же никогда не теряйте бдительности. Как я люблю повторять: всё можно, если осторожно.

Это водитель начинал нравиться мне всё больше и больше.

– Насколько я понял, – сказал он, – вам нужно в Вильнюс.

– Было бы не плохо.

– Отлично. Моего заряда как раз хватит, чтобы доехать без остановок. Держись, довезу с ветерком. Здесь не так уж и далеко.

В учебниках по истории пишут, что после череды бескровных революций в центральной, северной и западной Европе конца двадцать первого века, от их былого союза, скреплявшего весь континент от Португалии до Кавказа, откололись Балканский и Прибалтийский союзы, когда-то бывшими простыми торговыми альянсами. Вместе с Украиной и Беларусью они создали новый союз, принявший наследие старого. Лишь спустя полтора столетия центральная и северная Европа вновь объединились не без помощи союзников из-за океана – на этот раз, не так бескровно. В Азии торговые империи, уже три столетия считавшиеся самыми прогрессивными, борются за влияние. Африка, пережившая культурный и технологический ренессанс, впервые за много тысячелетий вновь стала одной из опорных сил человечества, и принялась за свою игру, отбиваясь от нападок со стороны двух океанов, отстаивая свои права на мировую игральную доску. Трения между цивилизациями достигло своего исторического пика как раз во время революции на Марсе и начале конца самой влиятельной и могущественной кампании за все века – Марсианской корпорации. Молодые и амбициозные африканские сверхдержавы увидели в этом свой шанс победить могущественных конкурентов на востоке и западе, повторив китайский триумф середины двадцать первого века. Современные Конго и Нигерия действительно чем-то напоминают теперь Индию и Китай в те времена. Наши союзники на этом континенте сильнее всего. Но чтобы одолеть корпорацию, точащую зубы и настраивающую против нас мировых лидеров, Марсу необходимо заручиться поддержкой двух Европ и двух Америк – это поубавит пыл а азиатских тигров и даст нам шанс. Китай, Индия и Япония, в которых располагаются главные офисы корпорации, на данный момент настроены враждебнее всего. Ситуацию усложняет то, что ни в одной стране так до конца и создалось одностороннее отношение о Марсе среди простого населения. Мир, разбитый на множество осколков, как и в былые времена, стал двуликим и двухпартийным. Земные цивилизации, наживавшиеся на Красной планете, достигли пика своего развития и процветания, и всем им угрожает волна кризисов и упадков. Но этого не избежать и каждый старается выиграть в этой войне с максимальной для себя выгодой, пуская в бой все возможные средства. Сверхдержавы не вели между собой кровопролитные войны исторически долгий период, но их армии всегда находят полигон, чтобы отработать новое оружие и свои умения. Их агрессия может последовать как и в сторону Марса, так и друг на друга. Наша задача – не допустить ни первого, ни второго варианта. Отстоять свою независимость и достоинство с минимальным количеством жертв, ведя эту игру по земным правилам – с помощью политических интриг и двойных выгод. Марс, с площадью чуть меньшей ста сорока пяти миллионов квадратных километров, может стать самой огромным государством в истории человечества, контролируемым единой властью. Нас ждут и свои трудности, и свои тёмные времена. Но неизменно, через что бы нам пришлось пройти, ему суждено достигнуть величия стать Элизиумом человечества. Мы станем отправной точкой человечества на пути к другим планетам и в будущее. Мы заменим собой старую Землю и будем вершить свою судьбу среди звёзд… Но для начала, мы должны заручиться поддержкой здесь, в старом мире и надеяться, что ещё не слишком поздно, и корпорация ещё не успела пустить корни зла на этой земле.

Мой водитель не отрывал глаз от дороги и казался максимально сосредоточенным, но при этом сказать, что он был из любителей поболтать – означало бы сильно приуменьшить одну из черт его характера. Путь действительно был недолгим, особенно на такой скорости, но не смотря на это он успел наплести мне столько всякой маловажной чепухи о Земле, о жизни и о росте цен на продукты и электроэнергию, вероятно, считая меня за марсианина, ничего не сведущего в жизни на Терре, что я даже не знал, что мне делать со всей этой чепухой. В придачу, он посвятил меня в некоторые весьма откровенные подробности своей личной жизни, слушать которые мне было особенно неприятно. Однако, я продолжал кивать с умным и озадаченным лицом, будто и вправду был тем, за кого он меня принимал – приятным, но тупым и совершенно не знающим земную жизнь марсианином. На самом деле, во многие исторические и культурные тонкости нашей исторической родины всех марсиан посвящают с младших классов; и хоть в Красной планете всё устроено совсем по-другому, многие земные традиции и нравы хорошо знакомы любому горожанину от Елены до Нью-Хоума, имеющему хотя бы среднее образование. Видимо, больше всего из его разговоров я вынес то, чего он так и не удосужился сказать – даже красные друзья Марса считают нас фермерами и дикарями, не имеющими ни своей культуры, ни знающими чужой; и что независимость мы получили только благодаря бандам вооружённых рабочих, разделавшихся с полицией только благодаря внезапному нападению. Нашим друзьям на Земле больше нравилась сама идея Марса, чем свободное и могущественное государство с населяющими его высокоразвитыми людьми, зарождающееся на его пустынных дюнах и безликих долинах.

Чтобы сместить в разговор в иное русло, я решил спросить его, что он знает о людях, которые летели вместе со мной. Я не особо надеялся на хоть какой-нибудь мало-мальски внятный ответ. Но мне было важно прощупать, насколько хорошо осведомлены наши земные друзья о марсианских делах и не играет ли он сам двойной игры, скрывая за своей пустой болтовнёй нечто большее. В самом худшем случае, я добьюсь хотя бы того, что сменю тему с его коллекции шерстяных носков на что-нибудь другое – и этого мне уже будет достаточно. Он незамедлительно ответил, стоило моему вопросу только прозвучать:

– Как любила говорить моя матушка, которая, как я уже рассказывал, погибла из-за нападения стаи одичавших чихуахуа: никогда не задавай вопросов тому, чьи ответы тебе точно не понравятся. Не думайте, что о ваших соотечественниках я знаю всё или хотя бы многое – я ведь и на Марсе ни разу не бывал. Но, насколько я слышал, вашей родине нужны спонсоры и покровители, которые вложили бы в молодое государство несколько кругленьких сумм; разумеется, лишь в том случае, если они будут иметь гарантии или хотя бы уверенность в том, что богатство вернётся в их кошельки супербогатством, если вы понимаете, о чём я, – он похотливо улыбнулся – одна из его привычек так ухмыляться, даже если ничего непристойного в его речи не было, – ваш лидер хочет с помощью частных земных предприятий на Марсе навсегда зарубить топор войны с Террой. Как по мне, то это как выкупить душу у дьявола, продав её по частям паре десятков чертей. Вы думаете, что новые земные кошельки на Марсе будут лучше старой корпорации?

– Мы ничего такого не думаем. Но корпорация посягает на наши права на свободу и независимость. Если эти ваши «черти» руководствуются только корыстью, а не стремлением поработить наш народ – то мы с радостью примем их. Как показывает история, стать сказочно богатым можно только разделяя своё богатство с остальными и вкладывая его.

– Да? Очень интересно. Но я, собственно, примерно об этом – ваши соотечественники на Земле здесь для того, чтобы заключать сделки от лица целой планеты – разумеется, с выгодой для обоих сторон.

– Об этом нигде не написано и ничего не сказано. О существовании друг друга мы узнаём лишь по прибытии на орбитальную станцию, а познакомиться успеваем только уже на Земле – притом удачным знакомством это назвать ни с какой точки зрения невозможно. По-вашему, что бы это могло означать?

– Это уже решайте сами; я ведь всего лишь водитель. А у вас есть собственное задание, которое вы не обязаны со мной обсуждать. Видите, мы сейчас будем спускаться вниз, как бы в яму. Это означает, что мы уже почти на месте и наше приятное путешествие близится к концу.

Этот город вырос и изменился до неузнаваемости с последнего моего визита сюда. Водитель подсказал, где я могу обменять свои деньги на местные и, на мой взгляд, совершенно излишне посоветовал не афишировать то, откуда я прибыл. Напоследок, он пожелал мне море удачи и горы успехов. Я от всего сердца поблагодарил его за помощь и приятную компания, после чего мы крепко обняли друг друга и разошлись каждый своей дорогой.

– Надеюсь, ещё встретимся, – крикнул он мне в спину, хоть я и не представлял, при каких обстоятельствах это могло бы произойти.

Тем и кончилась моё первое за сотню лет новое знакомство с настоящим землянином.

Вторая занятная встреча произошла довольно скоро – намного раньше, чем я ожидал. Я пил пиво в какой-то забегаловке для туристов с ценами как в приличном ресторане. Как назло, все места у барной стойки были уже заняты – обычно, хоть один, да остаётся свободным, но не на этот раз. Тогда я сел за столик на двоих и стал забыться так же, как если бы сидел за баром. Не успел я допить даже до половины бокала, как ко мне подсел какой-то тип, от которого несло за километр отвратительным табаком.

– А я знаю, кто ты, – сказал он вместо приветствия.

Я насторожился, но ни единым жестом этого не выказал. Лучшее, что я мог предпринять, это сделал вид, будто не обратил на него никакого внимания, как поступают обычные люди, когда к ним пристают городские сумасшедшие. Я демонстративно отхлебнул ещё пива, наблюдая за его реакцией.

– Только тихо! – перешел он шепот, оглядываясь по сторонам, – в этой дыре полно голубых. Вы в большой опасности, господин министр. Только не смотрите вокруг – если хоть одним случайным жестом вы выдадите себя, то считайте, что вы уже труп. Вот, возьмите это.

Он протянул мне что-то под столом. По-прежнему опасаясь этого типа, я взял то, что протянутый им предмет. Им оказался пистолет.

– Надёжная штука. Но вам нужно немедленно уходить отсюда. Поскорее покончите со всеми делами в этом городе и уезжайте. Из-за вас могут погибнуть люди.

Если это действительно один из друзей Марса, то мне суть этой организации начинает проясняться. Она целиком состоит из сумасшедших – что водитель, что эта сомнительная личность. Постепенно, мною начало овладевать чувство, что все вокруг понимают, что происходит и всеми силами пытаются запудрить мне мозги, не дать понять ничего.

Мой ангел-хранитель ушел так же внезапно, как и появился. Кажется, эти постоянные предупреждения рано или поздно сделают из меня конченого параноика. Я допил своё пиво и вышел из забегаловки, думая о том, насколько странным и паршивым выдался день.

Дальнейшие события напоминают дешёвый детектив с элементами боевика. Мне не хотелось бы вдаваться в подробности; скажу только, что мои прошлые догадки о том, что все знают, что происходит вокруг, а я один в эти тайны – лишь усилились. Зато мне известны другие секреты, которые для многих лиц показались бы важнее нескольких жизней. Моей безопасностью занялась сначала национальная полиция, а затем она передала это ответственное задание отряду лучших коммандос в союзе. Для всех вокруг моя скромная персона явно представляла какую-то свою особенную ценность. Мне не привыкать к подобным моральным и физическим нагрузкам, а потому я всеми силами постарался расслабиться; и если и умирать, то как можно реже.

Только после второй экспедиции на Марс, земляне смогли обнаружить ресурсный и экономический потенциал Красной планете. Примерно тогда же, крупнейшие компании, лидеры которых были одержимы космической идеей, создали Марсианскую корпорацию, взявшую на себя расходы на обустройство жилья на Марсе, экспедиции, транспортировку и разработку новых технологий, которые смогли бы упростить сообщения между двумя планетами. Даже несколько крупнейших мировых компаний разорились бы, вложись они в это дело. В те времена, триллионами долларов владели лишь ведущие мировые державы. Не буду вдаваться в политические тонкости – на эту тему написано десятки книг. Но благодаря всемирным вкладам, сделавшим Марсианскую корпорацию первым политриллионнером, Марс удалось освоить. Деньги творят чудеса – вскоре, на Марсе появились большие города. Вместе с тем и технологии, значительно облегчающие транспортное сообщение. Спустя двадцать лет Марсианская корпорация начала возвращаться долги и отправлять всё новые корабли с колонистами. По мере того, как росли города, росли и богатства Марса. Казалось, что все достигли того, чего хотели… Но Марсианская корпорация со временем забыла свои гуманистическими идеи и принципы. Колонисты Марса стали угнетёнными. Многие на Терре воспринимали Красную планету как бесконечные рудники, поля и исправные лагеря для земных заключённых. Теперь, настало время перемен. Потомки колонистов, родившиеся на Марсе и никогда не видевших Землю, свергли тиранов и установили собственное правительство.