Легенда о Чжаояо. Книга 1

Copyright © Jiu Lu Fei Xiang All rights reserved.

© А. Ф. Карибуллина, перевод на русский язык, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Пролог

Я – демоница, древняя демоница, пользующаяся дурной славой.

Множество школ небожителей Цзянху[1] мечтали меня устранить. Я потеряла счет их атакам, но, к счастью, ни одна из их попыток не увенчалась успехом, и я продолжала жить беззаботной и праздной жизнью. Но когда я полагала, что мой уровень демонической силы вот-вот достигнет своего пика…

Я умерла.

От рук стража-уродца из моей собственной школы.

Я не смогла смириться с такой несправедливостью. На сердце у меня было так тяжело, что я не смогла войти в цикл перерождений. Застрявшая между Небесами и Землей, в сельской местности Бали, где среди зарослей высокой травы находилась моя могила, я только и могла, что витать взад и вперед. Воплощение неприкаянной души, призрак, пойманный в ловушку между жизнью и смертью, каждый день и каждую ночь я наматывала круги вокруг своей могилы, беспрестанно предаваясь сожалениям.

Во-первых, я сожалела о том, что на протяжении всей моей жизни была недостаточно жестока и безжалостна как по отношению к светлым школам, так и по отношению к своим подчиненным.

Во-вторых, я сожалела, что была слишком самоуверенна и высокомерна, что не была достаточно осторожна, и это в итоге привело к моей смерти.

И я сожалела тысячу раз, десять тысяч раз, что этот уродец, путающийся под ногами, был принят в мою школу и погубил меня…

Глава 1

Смерть тела

В тот день, когда я умерла, древняя демоническая реликвия, меч Невыносимой Тяжести, вновь появился в мире. В легендах Цзянху говорилось, что обладатель меча Невыносимой Тяжести станет выше всех в демонических школах и займет трон Повелителя демонов.

Я была демоницей всю жизнь и должна была вот-вот добиться успеха. Оставался всего шаг до заветной мечты! Я желала стать Повелительницей демонов, объединить разделенный на тысячелетия демонический мир, захватить все земли, подчинить все народы! Никто не посмел бы ослушаться моего приказа.

И вот, когда меч Невыносимой Тяжести должен был вот-вот появиться на свет, я собрала своих последователей из школы Десяти тысяч убиенных и поспешила к гробнице легендарного меча. Вокруг нее уже сошлись в битве представители других темных школ. Я лениво и самодовольно взглянула на эту сцену, приказала своим подчиненным прикрыть меня и вошла в гробницу меча.

Вспоминая этот момент сейчас, я понимаю, что совершила тогда две ошибки. Первой было то, что я не обратила внимания на светлую энергию, скрытую под энергией хаоса. Вторая ошибка заключалась в том, что я не избавилась от Уродца, который последовал за мной.

У этого ничтожного Уродца на самом деле было имя, я сама дала его ему: Мо Цин[2]. Я назвала его так потому, что, когда впервые встретила его, он был ранен, весь в синяках с головы до ног. На его лице были черные как смоль длинные шрамы, чем-то похожие на кляксы от чернил. Будто линии, начертанные на таинственном талисмане. Это лицо, иссеченное шрамами, отталкивало. Но он встал на демонический путь, а здесь это никого не пугало.

Я помнила, как он прижимал к груди окоченевшее тело своей матери. Перед ним стояли десять глав Великих школ небожителей. Главы назвали его сыном Повелителя демонов.

Однако я не была с ними согласна.

В нашем демоническом мире общеизвестно, что Повелитель демонов умер еще тысячу восемьсот лет назад. После смерти старого Повелителя демонов представители темных школ разделились. Военачальники захватили власть, но никто из них не стал настоящим Повелителем. Святоши из школ небожителей ловили всех, под чьим началом было больше десятка последователей, вставших на демонический путь, и каждого из них объявляли Повелителем демонов. По их логике, в этом мире Повелителей было несметное множество.

Но это большое преувеличение!

Если принять во внимание их суждения, даже если бы эти тысячи и десятки тысяч «Повелителей» существовали, я бы в этот список не попала, потому что у меня не было подчиненных в то время.

Я не прониклась их речью, поэтому намеревалась преподать им урок и заставить признать, что даже без адептов под моим началом я могу быть чрезвычайно могущественной. Поэтому в тот раз я закрыла Мо Цина собой и посмеялась над несколькими сотнями святош, которые издевались над сиротами и овдовевшими матерями. А потом я одна бросилась в бой с этими десятью главами Великих школ небожителей.

Следующие поколения говорили, что в той магической битве небо и земля скрылись во мраке, а реки пересохли. Даже если это и было сильно преувеличено, то, что я создала себе репутацию среди тех, кто встал на демонический путь в той битве, было правдой.

Вся в крови, я вытащила Мо Цина из той передряги. С тех пор моя репутация укрепилась. Слухи о битве демоницы с десятью Великими школами у горы Праха росли и обрастали новыми подробностями. Поток жаждущих получить мое покровительство не иссякал.

Я основала школу Десяти тысяч убиенных, приняв больше тысячи учеников. Что же касается Мо Цина, то у меня не было времени заботиться о нем, потому что я была занята. Я передала его наставнику, и его учитель сказал, что у него нет таланта к культивированию демонического пути. Поэтому его послали сторожить врата, ведущие к горе Праха.

Позже я почти ничего не слышала о нем до самой своей смерти, когда он снова появился передо мной. В те далекие дни на его некрасивом лице все еще были пугающие чернильные узоры…

В тот день в гробнице меча – кто знает, как давно это было – светлые школы бессмертных установили боевую формацию[3]. Они использовали это образование, чтобы уничтожить широко известные школы демонов, но они не предвидели, что сила моей школы Десяти тысяч убиенных окажется такой огромной. Доверив своим последователям биться с представителями других темных школ, не давая им возможности прорваться внутрь, я вошла в гробницу меча.

До того как меч Невыносимой Тяжести явился миру, я подверглась воздействию его подавляющей энергии. От него так и веяло злом и сто тысячелетней обидой, накопившейся из-за принесенных в жертву мечу смертных. Как только я вошла, затаившиеся внутри святоши внезапно нанесли удар.

Изначально я не обратила внимания на них, но я действительно не ожидала, что энергия внутри гробницы окажется столь мощной.

Я разбила боевую формацию небожителей, но не смогла защититься от ауры смерти внутри гробницы меча. Меня жестоко ранили, и из последних сил, под аурой смерти, давящей на меня, я спряталась в укромном месте. Мне нужно было только дождаться появления на свет меча Невыносимой Тяжести. Тогда я, воспользовавшись шансом, заявила бы на него свои права и смогла бы править миром.

Те последователи школ небожителей, которые установили боевую формацию, разрушенную мною, еще не ушли. Они искали в гробнице меча мои следы, а в тот момент у меня не было сил сражаться с ними. На моей шее зияла такая глубокая рана, нанесенная духом меча, что мне было трудно даже просто произносить слова.

Я спряталась в расщелине камня, осторожная и сосредоточенная. Внезапно я почувствовала чье-то теплое дыхание на шее. Я напряглась всем телом, и как раз в тот момент, когда я собиралась напасть, кто-то зажал мне рот. Я обернулась и увидела лицо, сплошь иссеченное чернильными шрамами. Это был Мо Цин.

Он тут же отпустил меня и зажал рану на моей шее, помогая остановить кровотечение. Я заметила, что Мо Цин не может скрыть беспокойства. Его глаза так и бегали туда-сюда, изучая мое лицо.

– Мо Цин, – я хрипло окликнула его, – я тебе нравлюсь?

Да, вопрос, который я задала, был неожиданным, но его глубоко озабоченное выражение лица действительно не было похоже на обычную реакцию подчиненного. Поэтому мне пришла в голову лишь одна идея.

Мо Цин посмотрел на меня и ничего не сказал, как будто был немым. Он тут же опустил руку и крепко сжал кулак. Я понимающе улыбнулась, заметив блеск в его глазах. Не имеющий таланта к культивированию демонического пути, он скрытно последовал за мной в гробницу меча с единственной целью: помочь мне в этот критический момент. Я подумала, что стоит это запомнить. Я пристально посмотрела на него и дружелюбно улыбнулась.

– Мо Цин, раз я тебе нравлюсь, значит, ты не хочешь, чтобы я умерла здесь, верно?

Он молча посмотрел на меня, а потом опустил глаза, внимательно изучая маленькое серебряное зеркальце, висевшее у меня на шее. В зеркале отражались чернильные шрамы, покрывавшие все его лицо. Я не знала, о чем он думает, но тогда мне показалось, что он хочет получить награду. Я сделала вид, что собираюсь снять зеркало.

– Я подарю тебе на память это зеркало. Если ты сможешь защитить меня и увести отсюда, я дарую тебе свое покровительство. Во всем Демоническом царстве никто не посмеет обидеть тебя или даже посмотреть свысока!

Откуда взялось это серебряное зеркало, я уже забыла. Я не знала, есть ли у него какие-то особые свойства. Просто оно казалось мне красивым, поэтому я его носила. Поэтому никаких причин не отдать безделушку у меня не было. Но Мо Цин оттолкнул мою руку.

– Вам не нужно ничего мне давать, – в отличие от его отвратительного лица, его голос неожиданно оказался необычайно приятным. – Оставьте себе.

Помолчав немного, он продолжил:

– Просто оставьте его.

Он был готов безоговорочно отдать свою жизнь за меня, не требуя ничего взамен. Естественно, это польстило мне. Поэтому я вновь надела маленькое серебряное зеркальце и пристально посмотрела на Мо Цина, изо всех сил стараясь одарить его нежной и мягкой улыбкой.

– Ты ведь поможешь мне отвлечь тех последователей бессмертных школ, да?

Он вдруг поднял руку и легонько погладил меня по щеке. Кончики его пальцев на миг задержались на ямочке. Сейчас у меня была только одна надежда на спасение, поэтому я не рассердилась и позволила ему проявить нежность.

– Глава…

Он назвал меня именно так. Это ничем не отличалось от того, как другие ученики называли меня. Но поскольку в этот момент его пальцы касались моего лица, ощущение было совсем не такое, как при обычном обращении.

– Я готов пожертвовать всем ради вас, лишь бы вы были целы и невредимы.

Слова истинного последователя! Только вот они не пробудили во мне никаких эмоций. Я не раз слышала подобное от бесчисленного множества других. «Я готов пожертвовать всем ради вас» – он сказал это не потому, что мог пожертвовать чем-то важным, а потому, что с него изначально было нечего взять. Стоило мне подумать об этом, я почувствовала, как пальцы Мо Цина слегка напряглись, и в этот момент мне показалось, что он прочел мои мысли. Признаюсь, я слегка запаниковала, но вскоре после этого Мо Цин поднял свой меч и ушел.

Мне вдруг показалось, что его стройный и высокий силуэт заставляет всех вокруг не сводить с него глаз…

Тогда я подумала, что спасена. Если Мо Цин уведет этих праведников за собой, я смогу взять меч Невыносимой Тяжести и незаметно ускользнуть, после чего займусь лечением раны. Потом я вернусь в школу Десяти тысяч убиенных и объединю весь мир. Когда это случится, если Мо Цин будет еще жив, я помогу ему. Если он умрет… тогда я прикажу установить для него роскошный обелиск.

Я полагала, что этот план превосходен. Спрятавшись в расщелине скалы, я украдкой выглянула наружу, чтобы посмотреть, что происходит. Я увидела, что этот сопляк Мо Цин сражается с членами школ небожителей, одновременно углубляясь дальше в гробницу меча. Внутри гробницы аура смерти продолжала довлеть надо мной.

Сквозь землю пробилась яркая полоска света. Это был меч Невыносимой Тяжести! Мое сердце тревожно забилось. Я видела, как Мо Цин истекал кровью, раненный небожителями. Его уровень демонических сил был действительно невелик. Он стоял на могильном кургане, и его кровь стекала по каменным плитам, пока не достигла пробившегося из-под земли луча света. Яркая полоска впитала кровь. В этот момент какой-то бессмертный резанул Мо Цина по сухожилию, и тот упал на могильный курган. Он оперся о плиты как раз там, где возник меч.

Окропленный кровью, меч Невыносимой Тяжести признал хозяина!

Хотя мое сердце и било тревогу, я твердо верила, что Мо Цину, с его низким уровнем демонической силы, будет не под силу вытащить меч Невыносимой Тяжести. Кто бы мог подумать, что его кровь заструится по рукояти! Внезапно гробницу сотряс сильнейший взрыв энергии. Огромный поток силы вырвался наружу, круша все на своем пути. В мгновение ока все последователи школ небожителей были уничтожены!

Мо Цин закричал и полностью вытащил меч из-под земли. Дух меча тут же пробил могильный курган и разнесся на тысячи ли, сотрясая три царства: Небесное, Демоническое и Земное. Одна волна была яростнее другой… Вот так я не просто не стала хозяйкой меча, а подверглась воздействию колоссальной волны энергии и…

Была убита.

Прежде чем умереть, я увидела, что вокруг меча закружились блики света, а чернильные шрамы на лице Мо Цина начали исчезать. В этот момент я внезапно осознала: его шрамы не были нарисованы чернилами. Это были печати, сдерживающие силу сына Повелителя демонов.

Я поняла, что сказанное десятью главами Великих школ небожителей было правдой: Мо Цин в самом деле сын Повелителя демонов.

Я вспомнила, как Мо Цин последовал за мной в гробницу меча. Возможно, он с самого начала не хотел защищать меня. И уж конечно дело было не в том, что я ему нравилась. Он просто хотел вернуть собственность отца. А так как меч Невыносимой Тяжести был запечатан и его сил не хватало, он ждал, пока я все сделаю за него. Он позволил небожителям ранить себя. В конце концов ему оставалось лишь схватить меч Невыносимой Тяжести и, используя свою кровь, заставить его признать хозяина…

Этот сопляк! Воистину изумительный план!

О, что за нелепая судьба! Я боролась не на жизнь, а на смерть, приложила столько усилий ради осуществления своей мечты, но сшила свадебный наряд для другой! Я ненавидела Мо Цина и не могла смириться со своей участью!

Я не желала покорно сдаваться, но… умерла.

Ничуть не прекрасная, не доблестная, а даже какая-то нелепая смерть…

А затем я снова ощутила бренность бытия этого мира. Была глубокая ночь, и дождь лил как из ведра. Я сидела над своей могилой, и капли дождя проходили сквозь мою призрачную сущность. Крупные капли стучали по надгробию.

Я сделала круг вокруг обелиска, рассматривая его. На плите не было написано ни единого слова. Мне ужасно хотелось пнуть это надгробие и разбить его вдребезги. Я ненавидела то, что не могла высечь на камне: «Здесь покоится не имеющая себе равных на небесах и на земле, та, кто поднялась выше всех остальных, Повелительница демонов Лу Чжаояо».

Могильный камень без единой надписи! И как тут, скажите пожалуйста, чувствовать себя спокойно после смерти?

Вернемся к тому, что случилось после моей смерти.

При жизни я действительно была печально известной демоницей, отбирающей танхулу[4] у детей и избивающей бродяг на обочине дороги: подобного рода дела были для меня чем-то заурядным. И последователи демонического пути, и адепты светлых школ ненавидели моих подчиненных, и, если бы все недруги взялись за руки, они бы окружили гору Праха три сотни раз.

Я думала, что мое тело точно выкопают из могилы, чтобы надругаться над ним. Но совсем не ожидала, что стану призраком и буду в течение нескольких лет парить над могильным курганом. За это время трава на моей могиле успела вырасти по пояс, а поблизости так и не появился ни один мой враг. Мне вдруг стало немного одиноко, и я подумала, что все мои злодеяния, совершенные при жизни, оказались напрасны.

Во всем я винила это безымянное надгробие!

Того, кто удружил мне с этим безликим памятником, я вспоминала с ненавистью. Он не написал на обелиске ни имени, ни титула, из-за чего не только мои почитатели, но даже враги не могли отыскать моей могилы. Таким образом, моя ненависть к тому, кто установил мне это надгробие, в тот год достигла своего апогея.

Был день Поминовения усопших[5], и с неба моросил мелкий дождик, мягкий, как перышко. Наконец кто-то пришел на мою могилу…

Это был мужчина в черной траурной одежде. Он, казалось, совсем не боялся дождя. Когда он подошел ближе, я увидела его безупречное, нефритово-белое лицо. Он был так прекрасен, что у меня перехватило дыхание…

Я витала в воздухе и смотрела на него так долго, как только могла. Внезапно черты лица этого мужчины показались мне знакомыми. Я потерла подбородок, пытаясь вспомнить, где могла видеть его раньше. Когда он поднес к моей могиле несколько зеленых плодов, я вдруг поняла…

Эй! Разве это не тот Уродец – Мо Цин?!

Оказывается, как только ужасные чернильные шрамы исчезли, его лицо стало потрясающе красивым!

Он стоял перед моей могилой, и нежные, будто перышки, капли дождя, казалось, покрывали его инеем. Мо Цин тихо произнес:

– Я знаю, что вы любите кислое. Куда бы вы ни отправились, всегда срывали по пути несколько зеленых фруктов.

Да, я любила кислое. Все в школе Десяти тысяч убиенных знали это, поэтому при жизни их подношения всегда состояли из недозрелых зеленых фруктов… Мо Цин знал, что здесь похоронена я, а кроме того, кто меня здесь закопал, никому не было известно, кому принадлежит этот пустой обелиск!

Теперь я знала, что тот, кто заполучил меч Невыносимой Тяжести в гробнице, определенно был тем, кто похоронил меня. После этого откровения я снова почувствовала отвращение. Мало того, что Мо Цин использовал меня и убил, ему еще пришла в голову блестящая идея заявиться на мою могилу! С мечом Невыносимой Тяжести! Пришел покрасоваться?!

Я впилась в него взглядом, в гневе желая отшвырнуть прочь эти зеленые плоды. «Кому нужны твои кислые фрукты?! Я все равно есть не могу! Ты даже не сжег денег на могиле[6], ублюдок… неужели правил не знаешь?!»

– Этот фрукт очень кислый. Я попробовал его по пути; он определенно придется вам по вкусу.

«Ты попробовал его? Делать подношение с чем-то, что ты уже облизал… Ты умственно отсталый?» – негодовала я.

Мо Цин смотрел на могилу, совершенно не замечая моего свирепого взгляда, и продолжал:

– Не беспокойтесь о школе Десяти тысяч убиенных, я позабочусь о ней ради вас.

Что? Он зашел так далеко, что даже захватил мою школу?! Я была удивлена. «Отлично, ублюдок! Ты убил меня и захватил школу, которую я создала в одиночку! Довольно жестоко! Только… Хотя я и говорила когда-то, что лишь тот, кто сможет меня убить, сумеет занять пост главы, все это потому, что в то время я была уверена, что непобедима!»

– С мечом Невыносимой тяжести мои демонические силы постепенно восстанавливаются, и я уже начал потихоньку объединять разрозненные демонические школы, – продолжал говорить Мо Цин.

Что? Я снова удивилась. Он хочет занять место Повелителя демонов?! Этот трон принадлежит мне!

– Постепенно я достигну всего, о чем вы мечтали.

«Да! Все, чего я желала, украдено тобой!» Этот гнусный парнишка действительно пришел сюда покрасоваться!

В припадке гнева я жаждала восстать из мертвых только для того, чтобы ударить его. Мое тело лежит в земле, а он специально пришел сюда и говорит то, что разбивает мое сердце! Как же сильно он ненавидит меня?! Я спасла его, когда он был еще ребенком! Этот ублюдок отплатил мне черной неблагодарностью!

Я рвала траву на своей могиле, досадуя, что не могу выползти из-под земли и загрызть его до смерти.

Закончив хвастаться своими успехами, Мо Цин долгое время не двигался с места. Затем заговорил так, словно испытывал сильнейшие мучения:

– К сожалению, вы ничего этого не видите.

«Что? Ты хочешь, чтобы я увидела все это своими глазами? Хотела бы я ожить прямо сейчас! Неужели решил довести меня до белого каления?!» Этот парень слишком мерзкий! Я была не в силах сдержать гнев.

Мо Цин продолжал стоять перед моей могилой под проливным дождем. Только когда стемнело, он повернулся, чтобы уйти, и его силуэт в чернильно-черной одежде поглотила ночь. Ярость все еще бушевала во мне.

Когда я была жива, я и подумать не могла, что он может быть таким бесстыдным и гадким.

Мысли переполняли меня, и моя ненависть становилась все сильнее и сильнее. Я подумала, что это просто непростительно – не суметь отомстить ему, выпустив на волю всю свою ненависть. Обиды накапливались в моем сердце с каждым днем.

Я летала над местом своего захоронения несколько лет. Иногда другие неприкаянные души проплывали мимо моего обиталища. От них я услышала, что в двадцати ли[7] отсюда находится Призрачный рынок. Это был рынок, предназначенный специально для нас, неприкаянных душ, где можно купить всякую полезную всячину.

За свою жизнь я видела больше магических артефактов, чем они на всем своем Призрачном рынке. Я считала, что наведаться туда будет ниже моего достоинства. Теперь же я подумала, что пришло время посетить его, чтобы найти способ вернуться в мир живых. Мне не нужно было возвращаться навсегда; если я смогу стать достаточно материальной, чтобы заколоть Мо Цина, я буду вполне удовлетворена.

Я спросила дорогу у пролетавшего мимо призрака и в тот же день отправилась в путь. Покачиваясь в этом странном полете-плавании в течение трех дней, я наконец одолела расстояние в двадцать ли…

Мои силы были на исходе. Именно из-за такого медленного способа передвижения я последние несколько лет не покидала своей могилы.

Какие-то жалкие двадцать ли; раньше мне достаточно было лишь щелкнуть пальцами, использовав технику Мгновенного Перемещения, – в мгновение ока я была бы уже здесь. Но теперь, когда я стала духом, у меня не было и десятой доли моей прежней силы. Я могла перемещаться только летая. К счастью, я насыщалась ночной энергией инь[8], поэтому могла хоть немного ускоряться. А когда наступал день, особенно полдень, я не то что лететь не могла – мне хотелось под землю зарыться.

Таково Загробное царство. Быстро понимаешь, что независимо от того, насколько могущественным ты был при жизни, в загробной жизни ты всего лишь сгусток воздуха… На самом деле существовали различные типы призраков. Например, у злых призраков[9] сил было больше, чем у меня. Соответственно, их скорость перемещения тоже была выше; они проносились мимо, как огненное колесо… Чем свирепее, тем быстрее он перемещался и тем больше была его сила. Однако злые призраки обычно привязаны к предмету из его жизни и не могли уйти от него далеко. С их высокой скоростью они могли носиться лишь по ограниченной местности.

После некоторых размышлений я пришла к выводу, что причина, по которой я не стала злым призраком, вероятно, в том, что моя смерть не была достаточно жестокой и мучительной.

Как печально – я, Лу Чжаояо, всю жизнь вела себя нагло, но умерла совершенно, абсолютно, исключительно просто! Я отказывалась это принять. Я еще вернусь к жизни и умру снова! И на этот раз моя смерть потрясет небо и землю!

Отыскав десятки тысяч поводов вернуться к жизни, я наконец добралась до Призрачного рынка. Здесь было тихо и спокойно. Неприкаянные души, используя зловещую энергию инь, торговали всем необходимым для существования.

Я летела по главной улице довольно долго, пока не наткнулась на витрину внушительной лавки. Высоко над входом в магазин висела черная вывеска с крупной белой надписью: «Лавка Возвращения Душ».

Я заглянула внутрь. Прилавок был покрыт черной тканью, а над ней развешены деревянные таблички: «Возвращение души на полчаса», «Возвращение души на час», «Возвращение души на один день» и так далее и тому подобное. Я принялась загибать пальцы, ведя подсчет. Мо Цин взял под контроль школу Десяти тысяч убиенных и владеет мечом Невыносимой Тяжести. Он даже собирается объединить адептов демонического пути. Я хочу его заколоть, а на это не нужно трех или пяти месяцев. Одного-двух часов будет вполне достаточно, чтобы вволю повеселиться…

Я хотела внимательнее изучить товары в лавке, но стоило мне попытаться пройти в глубь магазина, как путь мне перегородил дадао[10]. Проследив взглядом за клинком, я увидела, что вход охраняют два жутких призрака с синими мордами и торчащими клыками.

– Имя? – спросил меня один из них.

Сложив руки за спиной, я искоса взглянула на него:

– Лу Чжаояо с горы Праха.

На его физиономии не промелькнуло и тени испуга. Он достал зеркало и какое-то время о чем-то тихо говорил с кем-то внутри него. Затем опустил руку и снова вскинул дадао, перегораживая мне путь:

– Ты не можешь войти.