- -
- 100%
- +
Хиро в свою очередь после недолгих объятий плюхнулся обратно на уютный диван, тут же делая глоток энергетика.
К этому моменту в мастерской уже каждый занимался своими делами, не обращая внимания на нас. Кто-то натирал до блеска свой мот, кто-то закручивал гайки, кто-то просто ковырялся в движке, потому что было в кайф. Несколько райдеров активно обсуждали будущие соревнования и трюки, доедая остатки заказанной пиццы. Двое рубились в приставку, уютно устроившись в креслах-мешках перед огромной плазмой на стене, я краем глаза успела заметить что, это были гонки.
"Ну еще бы они играли во что-то другое!" – моментально пронеслось в моей голове. Не знаю почему, но это вызвало у меня теплую, едва заметную улыбку. Огромное и довольно просторное помещение мастерской было заставлено множеством различных инструментов, запчастей для мотоциклов, шинами и дисками, и буквально всем, что только могло пригодится для ремонта и обслуживания мотоциклов. В углу стоял огромный красный холодильник, заполненный до отказа различными напитками от простой воды, до энергетиков и легкого алкоголя. И пару мощных металлических столиков со стульями, для того, чтоб можно было перекусить между тренировками. Этакий рай или уютная берлога, настоящее логово для райдеров. После тренировок обычно мало кто сразу спешил по домам, многие засиживались здесь допоздна. А иногда наши сумасшедшие тусовки и вовсе затягивались до утра. У каждого были свои причины здесь находиться. Возможно, ради общения, а некоторым просто нужно было как-то убить время, но большинству всё же было приятно и комфортно находиться в этом по-настоящему братском мото кругу. Взаимная ментальная связь между райдерами чувствовалась на каком-то своем, неосязаемом уровне. Её можно было только почувствовать. И хотя иногда мы, как и в обычных семьях, ссорились, спорили, бывало и до драк доходило, но всё же оставались семьей, и в случае опасности извне, всегда стояли горой друг за друга, готовые закатать рукава и навалить всем, кто посмеет обидеть хоть кого-то в этой семье. А сколько стычек у нас было со стритрейсерами, даже сосчитать сложно. Мы негласно ненавидели друг друга. Хотя Вар и Чен участвовали частенько в таких гонках. И были наверняка своими в доску для автогонщиков.
Ко мне это не относилось, не знаю, к счастью или к сожалению. Но все же, я ни в коем случае никогда не осуждала выбор ребят. Ну, может, иногда безобидно подкалывала на эту тему.
А вот здесь, на мотобазе, я ощущала нечто очень сильное и мощное.
Связь.
Именно эту незримую связь чувствовала каждой клеточкой своего организма, сознавая огромную важность этих взаимоотношений. Я была единственной девушкой здесь. Иногда появлялись еще представительницы женского пола, но задерживались не надолго. Так как всё же это был опасный вид спорта. Одно дело просто ездить в кайф, другое – выполнять технически сложные трюки, рискуя своей жизнью каждый раз. Поэтому мужским вниманием я никогда не была обделена. Каждый готов был жопу на куски порвать за меня, и я это прекрасно знала. Но старалась не пользоваться этим их джентельменством. К тому же, кроме мотоциклов, меня вообще мало что интересовало. Всех ребят я воспринимала как свою семью. Мотоциклы и музыка, пожалуй, единственное, во что я была влюблена безоговорочно, бесповоротно и НАВСЕГДА.
Чен как всегда со строгим видом ковырялся в бумажках мотоклуба в своём кабинете. Он лишь на минуту оторвался от этого процесса, улыбнувшись и снова помахав мне рукой через окно. Одним словом, жизнь в мотосемье потихоньку кипела, словно в маленьком уютном улее. И это приносило самое настоящее чувство счастья и умиротворения. Я невозможно обожала такие вот, можно сказать, бытовые будни и ламповые, по настоящему семейные моменты на мотобазе. Мне никогда не хотелось отсюда уезжать, я готова была ночевать здесь сутки напролет, лишь бы не возвращаться ни домой, ни в резиденцию клана. Даже почти успела забыть, насколько огорчена тем, что сегодня возможно не получится потренить.
Я присела на краешек дивана к Хиро, закинула одну ногу на другую, обхватив ее руками и, притянув голень к животу, спросила:
– Как дела в салоне, мой самый любимый креативный мастер? – я открыто ему улыбнулась и Хиро вернул улыбку, отпив из банки свой напиток.
– Потихоньку… – как-то неуверенно и с явной грустью в голосе быстро бросил Хиро и отвел взгляд.
Я не могла не уловить этот момент. На вечно жизнерадостного Хиро это не было похоже.
– Эй?! – округлив глаза, я взяла его за руку, – что-то случилось?
– Да все в норме, детка. Не парься. – снова эта растерянность в его словах, – ты лучше скажи, не определилась с новой татухой?
Его взгляд всегда был немного "с грустинкой", даже когда он улыбался. Понятия не имела, в чем именно причина, в разрезе глаз или чертах лица, но эта особенность только добавляла ему какого-то особенного чарующего шарма и притягательности, как и его ямочка на подбородке. Глаза темные-темные, как обжаренное кофейное зерно, острые скулы и идеально ровный нос. Но сейчас этот нос явно был слишком опущен вниз и настроен погрустить вместе с глазами.
– Определилась. Но нужен твой совет. – я должна была поймать его на эту удочку и выяснить, что с ним не так.
– О, отлично! – в глазах парня загорелся тот самый огонек творческого азарта, к которому я привыкла, и ему явно не терпелось узнать, что я выбрала и когда он сможет приступить к своей работе.
Попался, Хиро, мне даже играть долго не пришлось эту роль.
– Рассказывай скорее, что и где будем набивать?! У меня уже руки чешутся! – позабыв, кажется, обо всех заботах и проблемах, он расплылся в улыбке.
Хиро был как раз из тех фанатиков, которые буквально горели и жили своей работой, в хорошем смысле слова, конечно же. Создание уникальных эскизов и сам художественный процесс нанесения татуировки приносил ему чистый кайф. Мотоциклы он тоже любил, но не так, как я, это скорее было для него дополнительным увлечением. В соревнованиях и гонках Хиро ни разу замечен не был. Он иногда приезжал погонять на треке и просто потусить вместе с нами.
– Ну… – я задумчиво подняла глаза вверх и состроила хитрую моську, – обязательно все расскажу подробно, как только ты мне скажешь, что у тебя стряслось!?
– Ния, да всё нормально… это все мелочи… – он явно замялся, его что-то мучило.
Ну же, Хиро, просто доверься мне…
– Мгм, такие мелочи, что ты аж в лице меняешься при упоминании о них. – пришлось перейти на серьезный тон, но старалась говорить потише. – Выкладывай, – я строго глянула на него, и если бы можно было кричать шепотом, то это выглядело именно так.
– Не буду тебя в это втягивать… забудь.
А вот теперь он меня разозлил не на шутку. Я мысленно выругалась – "В этой словесной дуэли я однозначно одержу верх, Хиро, ты просто ещё не знаешь, с кем связался, наверно."
– Ну тогда и ты забудь, что я сказала про тату. Поищу себе другого мастера. – я демонстративно скрестила руки на груди и отвернулась в другую сторону.
– А вот это уже удар ниже пояса! Ты нечестно играешь… – растерянно улыбнулся Хиро и продолжил уже более мягко, – тебе это все не нужно, Ния. Я не могу…
– Хиро! Мы с тобой друзья уже сколько? Ты в своем уме? У нас не бывают мои-твои проблемы, мы здесь все решаем вместе. Тебе давно не напоминал никто об этом? – ну как мне вразумить этого упрямца? – Ты хоть и не из моего клана, но часть моей мотосемьи – а своих я не бросаю.
– Крошка, ты должна жить на небесах… среди таких же ангелов, как ты. А не ходить по этой грешной земле, по уши погрязшей в своем же дерьме…
– А я, пожалуй, повременю пока с поездкой на небо, тут ещё не всё объездила, – я попыталась разрядить обстановку и пропустила еле слышный смешок.
– Ой, нет, детка… Я… Это. Я не то имел ввиду… – он аж в лице поменялся, понимая, что ляпнул что-то не подумав, – прости, вечно не могу совместить слова с мыслями…
– Да перестань ты, я же пошутила! Так я жду?
Хиро попытался съехать с темы:
– Чего?! – театрально-удивленное лицо все равно выдавало все его эмоции.
– Колись уже, что у тебя там?
Кингсли заозирался по сторонам, словно он хранил огромную тайну и не хотел, чтобы хоть кто-то о ней узнал.
– Сдаюсь. Только давай не здесь?! Приезжай вечером, в "Чернильное сердце", расскажу.
– Вот это другое дело! После тренировки заскочу.
Нашу беседу перебил дикий возглас одного из райдеров, который держал в руке гаечный ключ. Кажется, это был тот самый тихоня Кай, который продолжал меня удивлять количеством сказанных слов за последнее время. Я от чего-то улыбнулась, может, он наконец привык к тому, что здесь можно быть СВОИМ и не бояться сказать больше двух слов.
– Дождь закончился! Можно погонять! – не скрывая восторга выпалил он.
Из кабинета послышался низкий и в то же время, достаточно звонкий голос Чена:
– Мне кажется, что если б дождь не закончился, Фурия все равно помчалась бы на трек!
Ну, в чем-то он был прав, у меня пролетела такая мысль. По помещению промчался одобрительный хохот. О моих сумасшедших иногда решениях в плане гонок и тренировок все прекрасно знали. Я уже не обращала внимания на такие шутки. Просто закатила глаза и фыркнула.
Уже внутренне ликуя, что тренировке – быть, обратилась к Хиро:
– Ты покатаешься? Или здесь побудешь?
– Да я уже поеду, наверное. Не хочу вас отвлекать. До вечера, детка.
– Хиро, ты же знаешь да, что я не отстану, пока все не узнаю? – я схватила шлем и уже на низком старте ему это бросила.
– Знаю, знаю, Ния… твое упрямство не способен победить никто в этом мире. Удачно потренироваться!
Хиро наклонился, поцеловал меня в щеку и уехал, а я помчалась на трек.
Спустя пару часов снова начался дождь, я загнала мотоцикл под навес рядом с боксом, а сама вышла на открытый участок и подняла глаза к небу, улыбаясь. Мимо меня, прячась под мото-куртку, пробежал Дияр, а потом резко вернулся:
– Ния, идём под навес. В этот раз, думаю, он надолго зарядил.
– Неа. Не хочу. – теперь уже я улыбалась, глядя прямо на него и с удовольствием ощущала капельки дождя на своем лице.
– А чего ты радуешься?! Дождь ведь. Я чего-то не знаю?
– Дождь. Точно. А радуюсь, потому что мне пришла в голову совершенно потрясающая мысль. И, Дияр, дождь – прекрасен. Потому что он вдохновляет меня на совершение самых безумных и ярких поступков в моей жизни. Идём! Мне срочно нужно поговорить с Ширу.
– Ну как скажешь, госпожа Райс…
Для него это, возможно, казалось диким и странным. Но мне было абсолютно все равно. Я всегда принимала решения, опираясь больше на свои ощущения и эмоции, нежели на рациональность.
Когда мы вошли, почти все парни снова разбрелись по мастерской, Дияр задержался, его окликнул один из парней, а я направилась прямиком в кабинет к Чену:
– Мне нужно подбить все наши доходы от мотобазы и "Фурии" за последние полгода. – Я сходу обозначила нашему дорогому начальнику фронт работы.
– Ого. Ния, что задумала?
– Это так очевидно?!
– Ну вряд ли ты просто решила вычислить дыры и пробелы в бюджете. Ты никогда особо не интересовалась этим.
– Точно. У меня есть идея. И я бы очень хотела воплотить ее в реальность в ближайшее время. Но на нее уйдут, возможно, все свободные средства, которыми мы располагаем в данный момент.
В открытую дверь постучал Дияр и улыбнулся. Развернувшись к нему, махнула рукой, чтоб он быстрее зашёл:
– Проходи. Твои советы тоже лишними не будут.
– Ага. Так о чем речь?
– Я как раз собираюсь рассказать свою задумку Чену. Ну и тебе заодно. И мне важно услышать, что вы оба думаете по этому поводу, потому как это касается нас всех.
– Выкладывай, не томи уже.
– В общем, тот огромный пустырь на территории базы, куда мы скидываем старые покрышки и разбитое железо от мотоциклов. Я все думала, как его можно использовать. И вот сегодня поняла, что во время дождя тренировки не всем кажутся приятными…
– Так они приятные только для тебя, Ния. Потому как только ты радуешься сырости с неба у нас…
– Ну, вам как-то придется с этим жить, Дияр, – я выгнула бровь, но потом улыбнулась ему, – так вот, что, если мы построим на том месте закрытую площадку с треками для тренировок? Установим трамплины, спидвей, ну и все необходимое. Тогда в такие дни, как этот, можно будет не переживать о погодных условиях. Да и соревнования там же проводить было бы неплохо. Как вариант, оснастить крышу механизмами, и в непогоду она будет закрываться, а когда солнце – оставлять открытой.
Чен задумчиво потер щетинистый подбородок, но ответил почти сразу:
– Звучит неплохо. Возможно, так мы сможем привлечь больше райдеров, так как аналогов такой площадке пока нет в Эзарии.
– Чен, аналогов нашей базе в принципе нигде нет. Тут вообще не вопрос конкуренции, а, скорее, комфорта для наших же райдеров.
– Я понял тебя, Ния. Сегодня же посмотрю, что у нас по финансам, составлю смету и приглашу проектировщика. Но могу однозначно сказать, что это будут не маленькие вложения. А если нам не хватит средств?
– Уверена, мы что-нибудь придумаем, господин Ширу. По ходу дела разберемся. Главное, поскорее начать.
– Даже не сомневаюсь, госпожа Райс.
Дияр захлопал в ладони:
– А ты была права: дождь положительно влияет на твой генератор идей.
– Ну так.
Мы до самого вечера обсуждали новый проект, опустошая наш кофейный автомат окончательно. Я изрисовала несколько листочков, предлагая суперсовременные материалы и освещение для площадки. И только когда было совсем уже поздно, мы разъехались по домам.
Встретиться с Хиро вечером у меня так и не вышло, а потом и вовсе вылетело из головы к моему глубочайшему стыду. Оставалось совсем немного до соревнований и весь мой разум заполнили только мысли о них.
Вар.
Орус/Виридис.
Приехав домой, я отправился к главе отчитаться за проделанную работу по налаживанию каналов с поставками и принятых усиленных мерах безопасности. Мирэй, казалось, остался доволен и сменил недавний гнев на милость. Свободно вздохнув, я собрал бойцов, ещё раз проинструктировал по дальнейшей работе и наконец вышел из резиденции.
Решил заехать в магазин и заказал по телефону заранее у Энти вкусной еды с собой. Нужно было быстрее вернуться к пленнику.
По пути мне позвонила Эмма:
– Привет, Вар, ну как там твой больной?
– Привет – мой самый любимый и лучший доктор на свете! Больной – намного лучше, чем могло бы быть, если б не твоя несоизмеримая помощь!
– Вариус, если б не знала тебя столько лет, могла бы подумать, что ты подкатываешь ко мне.
– Чен вряд ли позволит подкатить к тебе, Эм. На самом деле, я очень тебе благодарен.
– Гхм.. – Эмма заметно смутилась и перевела тему. – А если серьезно, как реально успехи? Я проверила его анализы – воспалительного процесса нет. Но мне нужно знать рёбра не посинели? Гематом подкожных не видно? Температура не поднимается? Дышать может свободно без боли и хрипов? Есть начал, восстанавливается?
– Ну ты и отсыпала мне вопросов! Как всегда, строгого врача включила.
– Отвечай давай, у меня мало времени. Вижу, настроение у тебя хорошее, значит не всё так плохо? Мне нужно еще раз ехать к твоему подопечному?
– Сегодня он поел более-менее, состояние лучше, дышит сам, хрипов нет и рёбра не посинели, только недавний синяк стал зеленеть, температуры не было, спасибо тебе реально огромное, – фух, отчитался.
Иногда главе было легче докладывать, чем доктору Лиам.
– Ну отлично тогда, думаю, через недельку будет бегать как олень по полям. Не хочешь всё-таки сказать кто это и что он забыл у тебя? Во что ты влип, Вар?
– Прости Эм, я не скажу. Я перед тобой в огромном долгу за спасение этого человека. Но давай просто забудем, что это вообще было. И надеюсь, мне не нужно напомнить о нашем маленьком уговоре?
– Я своё слово умею держать. Ладно, мне пора уже. До встречи, засранец, береги себя.
– Ты тоже.
Я свернул к нашей любимой кафешке, припарковался напротив и вошёл в заведение Энти Лиама. В нос сразу ударил запах выпечки, а в животе предательски заурчало, заматывая кишки в один большой узел. Я и сам уже давно не против был подзакусить чем-нибудь.
Энти как всегда с открытой улыбкой протянул мне руку в качестве приветствия:
– К-как ты, Вар?
– Отлично, готовы мои вкусности?
– В-все в лучшем в-виде, обижаешь. – он кивнул официантам, и они тут же принесли два больших бумажных пакета с упакованными в контейнеры едой.
– Ого, это я столько всего заказал?!
– Я д-добавил пару бонусов от с-себя! П-приятного аппет-тита!
– Спасибо, дружище!
Забрав пакеты, я быстро попрощался, выскочил на улицу, сел в свою тачку и пулей чухнул к домику. Время шло к закату, дела заняли немного больше времени, чем рассчитывал. Пленник наверняка уже проснулся. Голодный, злой и…
Ох… надеюсь, мне не придется его снова переодевать, и он справится с этим сам в случае чего.
По пути старался разогнать вообще все мысли, которые устроили беспорядок в моей голове.
Я заглушил мотор и быстро зашагал по тропинке.
Включив свет в доме, занес пакеты на кухню, зашел в комнату и обалдел от злобного взгляда, которым сверлил меня привязанный к кровати Амир. Всё было перевернуто, постель взлохмаченная, он явно пытался высвободиться.
– Вижу, снотворное тебя давно уже отпустило. – он выглядел намного лучше визуально.
– А я вижу, ты опять меня оставил умирать здесь! Я хочу в туалет, ты об этом не подумал? Быстро развяжи меня! Я не могу уже терпеть! – Амир орал как ненормальный, черт, я и правда об этом не задумался когда привязывал его снова.
– Сейчас. Не ори! Только без глупостей.
Я отвязал веревку от кровати, но оставил руки связанными и повел его в туалет.
– Шагай, завтра отпущу тебя, не усложняй сам себе жизнь и не дергайся. – мы вошли в сортир.
– Черт, да руки мне развяжи! Или ты мне снимешь штаны и держать будешь? Быстрее, задрал! – он опять заорал, как бешеный.
– Так сильно прижало?! Руки давай свои, сам подержишь, не переживай. – Я вытащил один из ножей на поясе и перерезал веревку, окинул ещё раз строгим взглядом, сдвигая брови на переносице и вышел за дверь.
Я все же достал пистолет и облокотился о стену, в каком бы он состоянии не был, это могла быть чистой воды провокация. Хотя что-то внутри грызло меня и говорило о том, что он вряд ли нападет. Ведь уже пообещал, что отпущу.
Но…
После того, что с ним сотворил. Я бы сам себе не поверил. Мысли вернули меня на несколько дней назад. Реально, деспот какой-то. Больше никаких пленных, нужно убивать на месте, не раздумывая.
– Я просто конченый урод… – у меня это вырвалось непроизвольно и вроде бы не громко, но этот гад услышал.
– Согласен с тобой полностью. Лучше бы реально меня прикончил. – послышался его ровный голос за дверью.
Амир вышел и, увидев пистолет в моих руках, поднял свои, показывая, что он не собирался нападать.
– Вот, держу на виду, не нужно целиться в меня, я не собираюсь делать ничего, о чем мог бы пожалеть потом.
Я убрал пистолет обратно в кобуру и отошел к дивану, за пакетом с одеждой, который захватил для него, но все равно пристально наблюдал за его действиями.
Кинув ему пакет в руки, я слегка улыбнулся:
– Держи. Это конечно не твои супер модные шмотки, но лучше, чем в одних трусах расхаживать. Иди в комнату, оденься. Я пока разберу пакеты с едой.
– Мгм.
Странно, но он молча ушел в направлении спальни, не задавая лишних вопросов.
Я разложил контейнеры с ужином от Энти на столе, а через пять минут на кухне появился Амир и задал в лоб вопрос:
– Я могу сейчас уехать?
– Нет. Я устал и не повезу тебя, а таксистам не хочу светить это место, достаточно и одного раза, и везти тебя нужно с закрытыми глазами. Да и ужин я принес… тебе.. – я устало выдохнул, за эти дни реально вымотался до невозможного. – Потерпишь до завтра…
– Тогда дай брату позвонить, он с ума сходит.
– Понимаю. Ты хочешь чтобы меня вычислили и прикончили?! Но не в этот раз. Мой руки, давай ужинать, завтра отвезу тебя с самого утра и, надеюсь, мы больше никогда не пересечемся.
И снова я отметил, как он слишком спокойно отправился в ванну мыть руки. Странный.
Но через пару минут он вошёл на кухню, где нас обоих уже ждала почти остывшая еда.
От запаха кружилась голова, уверен, у него тоже уже проснулся аппетит.
– Садись давай, пока еще теплое. – я улыбнулся и кивнул на стол.
– Забавно даже… – он окинул меня непонятным и очень странным взглядом, слегка приподняв уголок губ, – ты сам меня до этого довёл, а теперь кормишь ужином… – он сел за стол, но не притронулся к приборам.
– Слушай, я тебе под вискарем, конечно, много лишнего сказал. Но повторю и сейчас – МНЕ ЖАЛЬ. Я не знаю, что на меня нашло, но я ПРАВДА не хотел так поступать с тобой.
– Ладно, что об этом уже говорить. Назад ничего не вернешь. Смысла нет спорить о том, как мы к этому пришли. Если бы я знал тогда, к чему приведет моя вспышка гнева на переговорах, возможно поступил бы иначе и не стал нарываться на неприятности.
Меня приятно удивила его откровенность, и я решил ответить тем же.
– Амир, – странно, но я будто впервые осознанно и не без злобы пробовал вкус его имени у себя на языке. – Знаю, что мы заклятые враги и, возможно, когда-нибудь снова сойдемся на поле боя из-за наших кланов. Но… – я сделал паузу, не зная, как продолжить, – может, сегодня сделаем исключение и просто поужинаем как простые знакомые эзарийцы?
Вот это меня понесло… Это реально я сказал? Я чуть не убил его, какие на хер знакомые?
Но его ответ меня удивил не меньше, чем мое тупое откровение.
– Вполне согласен на такое исключение.
Пару секунд я ошарашенно смотрел на него, а дальше мы принялись активно поглощать все, что было на столе.
Мы оба молчали, уверен, каждый думал о своем. А может, и об этой абсурдной ситуации, которая сейчас сложилась. Два заклятых врага, которые должны ненавидеть друг друга и убить при первой же возможности, сидели за одним столом и ужинали, словно старые приятели. Почему сейчас не хотелось этой вражды?
Мне кажется, что теперь, даже если бы был в ярости, не смог причинить ему боль, зная, что сотворил с ним.
Из роящихся, словно пчелы, раздумий меня вырвал спокойный голос Амира:
– Я… – он сразу же осекся, голос был таким же умиротворенным, но слегка хриплым, – хочу еще раз попросить тебя. Мне нужно связаться с братом. Давай придумаем способ, виртуально, по рации, хоть смс написать или голосовое. Пожалуйста…
– Ты же понимаешь, что это МОЯ безопасность?! И перестань меня об этом просить. И так смотреть.
– Я сделаю все, что скажешь, никуда не сбегу, просто мне нужно дать знать, что жив…
– Завтра уже увидитесь. – мой голос дрогнул и я резко встал из-за стола.
А вот от следующего его движения все же оторопел и по всему телу будто ток прошёлся, Амир обхватил мою кисть двумя своими и крепко сжал ее:
– Прошу… Вариус…
Я стоял, смотрел на парня и просто молчал, в горле сдавил ком, а рука будто горела огнем изнутри. Не мог понять, что это означало и застыл секунд на тридцать, глядя куда-то сквозь него. Уверен, что выглядел как отбитый. Может, это все ещё была моя очнувшаяся совесть?
– Чего творишь!? – я резко отдернул руку, как ошпаренный. – Убери руки!
– У тебя фобия? Что за странная реакция? – он убрал руку и улыбнулся, сев обратно на стул. – Для жестокого убийцы ты максимально удивительно себя ведёшь.
– Помолчи, начинаешь снова меня бесить. Накинь вон куртку, – я кивнул на вешалку у входа, – поедем к ближайшей заправке, там наберешь своему брату. И обратно спать, я валюсь с ног, заноза ты в заднице. И капельницы тебе нужно докапать с антибиотиком.
– Спасибо! Ты… – мой пленник вскочил и сделал шаг ко мне. Не знаю, что он там удумал, но я отшатнулся моментально назад.
– Чё бы ты там не вздумал – даже не пытайся! Поехали! – я отправился к машине.
Амир накинул мою куртку и выскочил следом за мной. Довольно бодро, как ни странно, для того кто перенес такие мучения за эти дни.
Уже в машине, вспомнив, как Амир назвал меня, я посчитал нужный все же прояснить:
– Не убийца.
– Что? – он окинул меня взглядом, полным замешательства.
– Ты сказал, что: "для жестокого убийцы", – я попытался спародировать его тон и голос, но вышло коряво, – как-то там не очень себя веду. Так вот, я не жестокий убийца. У меня немного другая роль в клане. Но я и не святой, мне приходилось убивать.
– О. Понятно тогда.
Понятно ему.
Не стал больше ничего говорить. Этого и так было слишком много. Я завязал ему глаза плотной черной тканью. Амир не сопротивлялся.
Через минут десять мы были на заправке, я хоть и расслабился немного, но одного не отпустил. Развязав ему глаза, я рявкнул: