Пятидесятилетний дядюшка, или Странная болезнь

63

Текста: Скажу тебе больше ~ эгоистические мысли! – в Р нет.

Шестое (в печати V) явление пятого действия в Р заканчивается так:

ГОРСКИЙ. Конечно, обо всем этом ты не думала, да всё это думалось в себе без твоего ведома… Но, полно об этом… покоримся судьбе!.. (Слова: покоримся судьбе – в Р зачеркнуты простым карандашом.) Будь – что будет… а мне надо быть мужчиной – и еще сорокапятилетним (Слово: сорокапятилетним – в Р зачеркнуто до половины и сверху карандашом надписана: 50-ти.) мужчиною…

ЛИЗАНЬКА. Это всё софизмы, которые противоречат всему высокому и святому в жизни…

ГОРСКИЙ. Ну, об этом мне с тобою трудно спорить… (Текст: Лизанька: Это всё софизмы ~ трудно спорить – в Р зачеркнут простым карандашом.) Я пал, низко пал, ужасно пал, но всё же не до такой степени, чтобы, забыв честь и бога, воспользоваться героизмом молодой девочки, романтической мечтательницы… загубить в цвету ее жизнь… Но вон кто-то идет… А! твой отец с Катенькою… Помни же, что между нами было кончено… что никто не должен об этом знать… особенно твой отец… (Фраза: что никто ~ твой отец… – в Р зачеркнута простым карандашом.) не опозорь моей старости…

64

Далее в Р – незачеркнутый, но не вошедший в печать текст:

Те же и Думский с Катенькою.

ДУМСКИЙ. Ну, друг мой Николай Матвеич, первые восторги свидания поутишились. Погода разманила мои старые кости, да и хочется взглянуть на места, которые были мне прежде знакомы и которые видели детство моих дочерей. А между тем мне хотелось бы познакомиться с твоими знакомыми.

ГОРСКИЙ. Племянника моего вы уже видели, с Коркиным знакомы, а за остальных не взыщите, коли не понравятся. Катенька, собери наших чудаков.

КАТЕНЬКА. Ах, со всей охотой! (Убегает).

ДУМСКИЙ. Лизанька – злая девочка – ты совсем меня забыла для Николая Матвеича… Не видя тебя полчаса, мне показалось, что я опять не видел тебя двенадцать лет…

ЛИЗАНЬКА (ласкаясь к нему). Милый папенька… извините… я заговорилась с дяденькой… с Николаем Матвеичем…

ДУМСКИЙ. Да уж с кем-нибудь с одним, моя милая: или с дяденькой, или с Николаем Матвеичем… Да полно… полно – я ведь не ревнив… Я сказал для шутки – чтоб только о чем-нибудь заговорить с тобою, а то, право, говорить страх хочется, а слов нет – так рад хоть к чему-нибудь привязаться… Не надо принуждать себя, моя милая; не надо также быть и невнимательною к другим, когда бываешь в радости от одного…

ЛИЗАНЬКА. Милый папенька… да нет! что я вам скажу?.. Позвольте мне лучше молчать…

ДУМСКИЙ. Нет, шалунья, говори… говори что-нибудь… я хочу беспрестанно вас слушать… Ну, о чем же ты говорила с Николаем Матвеичем?..

ЛИЗАНЬКА. Я… папенька? Мы говорили… о вас…

ДУМСКИЙ. Ты больше ни о чем и говорить уж не умеешь, как обо мне…

ЛИЗАНЬКА. Да… милый папенька… (Про себя). Боже мой! как тяжело лгать!..

ГОРСКИЙ. А я так говорил ей всё о себе.

ЛИЗАНЬКА (про себя). Боже мой! Он хочет всё сказать!..

ДУМСКИЙ. Что же такое?

ГОРСКИЙ. Да вот, Петр Андреевич, давно уж я чувствую себя что-то как будто нездоровым, хоть болезни никакой в себе и не замечаю… Давно уж собирался я, для рассеяния, отправиться куда-нибудь на год, на два, и больше и меньше – как вздумается, да вот эти шалуньи мешали мне даже и подумать об этом серьезно, теперь они на руках у отца… и потому…

ДУМСКИЙ. Что за странная фантазия любезный Николай? Столько лет сидел ты в деревне – занимался хозяйством – воспитанием моих дочерей – привык к тихому деревенскому и сельскому быту, – я возвращаюсь после такой долгой и печальной разлуки, думаю, что ты закроешь мне и глаза… и вдруг ты…

ГОРСКИЙ. Что ж делать, Петр Андреевич? Недаром говорится, человек предполагает, а бог располагает.

Те же и Катенька, Мальский, Коркин, Бражкин и трое Хватовых.

КАТЕНЬКА (вбегая впереди всех). Вот вам, милый папенька, и наши гости!..

ДУМСКИЙ. Очень рад познакомиться.

ГОРСКИЙ. (указывая на Коркина). С этим вы уж знакомы.

ДУМСКИЙ (улыбаясь). Да и, кажется, гораздо больше, чем он думает… (Грозит Коркину пальцем).

КОРКИН. Что вы хотите этим сказать?

ДУМСКИЙ. А то, что если у кого что крепко заляжет на душе, то как ни будь осторожен, а проговорится… А мы, старики, проницательны… Ну да я об этом после…

ГОРСКИЙ. Федор Кузмич Бражкин, мой старинный знакомый и приятель.

БРАЖКИН (перебивая его). Три трехлетия служил, по воле дворянства, судьею… имею пряжку за пятнадцатилетнюю беспорочную службу… имею триста душ незаложенных… благоустроенных… Я люблю аккуратность…

ГОРСКИЙ. Об этом после, Федор Кузмич, – ведь не в последний раз видитесь!..

БРАЖКИН. Нет-с, Николай Матвеич… нужна аккуратность… чтоб после – знаете – оглядок не было… У меня до Петра Андреича есть экстренное дельце… то есть покорнейшая просьбица… обстоятельства большой важности, не терпящие дальнейшее отлагательство… Вам известно… (Покашливает, сморкается и нюхает табак; как бы в нерешительности).

ГОРСКИЙ. А это вот старинная приятельница всего нашего уезда – Матрена Карповна Хватова.

XВАТОВА. Батюшка ты наш, Петр Андреич, как вы постарели, похудели, (Слово: похудели зачеркнуто простым карандашом.) отец наш родной… Уж я об вас денно и нощно со слезами молила создателя… Услышал господь грешные мои молитвы…

ДУМСКИЙ. Благодарю вас, сударыня, за участие – оно трогает меня, потому что совершенно бескорыстно… Если вы так сердобольны к незнакомым и чужим вам людям…

ХВАТОВА (перебивая его). Отец мой родной! Какой же вы мне чужой… Я больше родных детей люблю ваших дочек-то – Лизавету Петровну и Катерину Петровну… Уж что за девушки такие – и в глаза и за глаза можно сказать, что не сыскать таких в целом свете… Вот только узнала, Петр Андреич, (Слова: Петр Андреич зачеркнуты простым карандашом.) что вы сюда приехали, так со всех ног и бросилась к детям – кричу, кричу им, а они ничего не разберут – индо дух захватило от радостных слез… Дети, дети, – говорю им, а сама так и заливаюсь слезами – Платошенька! Аннушка! приехал Петр Андреич, папенька Лизаветы Петровны и Катерины Петровны… Платошенька! Аннушка! что ж вы стоите – целуйте у Петра Андреича ручку! (Хватов и сестра его бросаются целовать у Думского руки).

ДУМСКИЙ (отнимая у них свои руки). Что вы, что вы?.. Поцелуемтесь, как водится… Вот выгода старости-то: молодые девушки сами напрашиваются на поцелуи…

ХВАТОВА. Это мой сын, Платошенька. Он служит в полку и уж подпоручик… Советую ему, батюшка, в отставку, дай в штатскую… Не оставьте-с, Петр Андреич… дело сиротское, бедное.

ДУМСКИЙ. Да что ж я могу сделать помилуйте! Предлагаю вам, что могу, – доброе знакомство и приязнь…

XВАТОВА. Как же, батюшка! Мы люди бедные, сироты круглые. Может статься, в чем и поклониться вам придется – так уж не оставьте…

ДУМСКИЙ. А вы, Владимир Дмитриевич, что стоите в стороне! Мы с вами знакомы, да еще мало. Вы были другом детства дочерей моих, росли с ними вместе, и я о вас так много хорошего слышал… Познакомимтесь покороче, молодой человек!.. Да вот – всего лучше: я собирался было в сад проходиться, – так кому угодно мне в товарищи? Катенька, дай мне свою руку, а ты, Лизанька, подай свою Владимиру Дмитриевичу (Мальский с неловкостью и замешательством подает свою руку Лизаньке, которая принимает ее тоже с смущением). У! какой неловкий кавалер!.. Посмотри-ко, Николай Матвеич, – и она словно сердится, – уж не поссорились ли?.. (Все уходят, кроме Горского).

ГОРСКИЙ. Пойду.

65

Далее в Р – незачеркнутый текст:

МАЛЬСКИЙ. Дяденька, Петр Андреевич прислал меня за вами, – говорит, что ему нужно что-то спросить у вас; но, кажется, дело в том, что Бражкин и Матрена Карловна с детками так осадили его своими нежностями и почтением, что он не знает, что ему и делать.

66

Далее в Р – незачеркнутый текст:

ЛИЗАНЬКА. Что же вы оставили папеньку?

МАЛЬСКИЙ. А вы что? Я ничего не потерял чрез это…

ЛИЗАНЬКА. Как?

МАЛЬСКИЙ. Прощайте!..

ЛИЗАНЬКА. Куда же вы?

МАЛЬСКИЙ. Может быть, далеко…

ЛИЗАНЬКА. Папенька забыл свою табакерку… Я иду за нею… приходите в сад… (Уходит).

67

Текста: Лизанька. Вы что-то озабочены? ~ своим присутствием – в Р нет.

68

Далее в Р – незачеркнутый текст:

Кажется, за нее… да и старик-от тоже думает. Далее следует зачеркнутый текст: Ведь такой хитрец – и не сказал… просил тогда только разузнать, согласится ли старик которую-нибудь отдать за него… Но должно думать, что метит на эту…

Последняя фраза в несколько измененном виде восстановлена в печатном тексте.

69

Вместо слов: Надо всё сказать Николаю Матвеичу – в Р: отец отдаст, а без Николая Матвеевича дело не уладится. Надо ему все сказать.

70

Далее в Р зачеркнуто простым карандашом: Уж не взял ли дьявол нашу землю в аренду себе?.. Правду сказать – он распоряжается ею по-дьявольски…

Далее в Р – незачеркнутое слово: Однако ж и за ним зачеркнутая фраза: он добр, после которой вставлено рукой М. С. Щепкина: судьба меня любит.

71

Далее в Р зачеркнуто простым карандашом:

если ты хоть сколько-нибудь любишь меня – никому ни слова о том, что было между нами… Тайна должна и умереть с тобою… Даже твой муж не должен будет знать о ней… Это условие моего возвращения к вам… Что нужды, что я не узнаю о твоей нескромности… тебе будет грех. А если узнаю… или буду догадываться… тогда опять прощай – и уж навсегда… Теперь еще просьба…

72

Далее в Р зачеркнуто простым карандашом:

страсть пройдет… В душе будет так же спокойно, легко, как и теперь… только вместо грусти будет тихая радость… Я возвращусь к ним. Снова поселюсь в моем тихом кабинете… среди моих книг… цветов… опять займусь счастием моих крестьян, которые уже ее будут благословлять за свое счастие… Я буду воспитывать ее детей… в любви к ним найду опять мое прежнее счастие…

73

Слов: Верить ли мне – в Р нет. Далее в Р следует ремарка:

(Катенька вырывает руку и хочет убежать, но в дверях сталкивается с Думским и упадает ему на грудь).

74

Далее в Р – незачеркнутый текст:

ДУМСКИЙ. Что это такое значит?

ГОРСКИЙ (подводя Коркина к Думскому). Вот Алексей Степанович объяснит вам…

ДУМСКИЙ. А! Понимаю… Рад… очень рад!.. Вот дочери!.. Понадейся на них – как раз изменят отцу для какого-нибудь молодого повесы!.. Ну, Алексей Степанович – что ж ты стоишь ни жив, ни мертв?.. Вот твоя невеста – дай руку – благословляю вас… (Утирает глаза).

75

Текста: БРАЖКИН. Ну, Николай Матвеевич ~ и Алексея Степановича – в Р нет.

76

Далее в Р – незачеркнутая фраза: Отец… благослови еще детей. Сверху слова: отец – вставлено простым карандашом рукой М. С. Щепкина: Петр Андреевич.

77

Текста: Милые мои ~ вашу тайну – в Р нет.

78

Далее в Р – незачеркнутый текст:

Они давно любили друг друга безнадежно… случай открыл тайну… вот и всё…

ДУМСКИЙ (обнимая Лизаньку и Мальского). Милые мои… бог вас благословит.

Текста: Не нужно ~ плачет – в Р нет.

79

Далее в Р – незачеркнутый текст:

Даю мое слово, мою клятву – и готов утвердить их кровью… Если она будет несчастна, то не от меня уж.

80

Вместо последней ремарки в Р:

(толкает ее к Думскому, окруженному детьми).