Аментес. Дорога к живым

Глава 2

Пинта сидел на холме, вглядываясь в тёмную гладь воды, где отражались сверкающие блики от света факелов крепости Нур, и вслушивался в урчание своего желудка, который требовал еды. Поиски лодки или любого другого плавсредства, чтобы пересечь реку, успехов не принесли, и вся группа отошла в сторону от разрушеной деревни изгоев. Тошнотворный запах разлагающихся трупов и ощущение близости смерти никого не вдохновили оставаться в том месте на ночь.

Ильшат, побаиваясь двух великанов-асунов, Догхима и Догхута, спал недалеко от Пинты, именно в нём он был уверен, и земной пёс, превратившийся в этом мире внешне в представителя пантеона Анубисов, оказался единственным, кому он смог довериться.

Доггеры и Кулим, свернувшись на сухих стеблях папируса, спали у подножья следующего холма.

Обманчивая идиллия накрыла тёплой простынёй всю разношёрстную компанию, предоставив тихое время для отдыха. Преследователей в виде различных представителей изгоев, сплотивших в своих рядах множество асунов из всех пантеонов со своими верными себеками не было слышно уже давно. Догхут с товарищем по пантеону Догхимом обследовав близлежащие районы успокоились и не придумали ничего лучше, чем попросту лечь спать. Кулим, дежуривший в эту ночь первым, сейчас беспокойно спал. Его большие висячие уши периодически подёргивались, тревожа своего хозяина.

Пинта с обострившимися за последние время чувствами сейчас ничего не слышал, кроме своего желудка. Всё было тихо и спокойно. Крики ночных птиц терялись в общем шуме волн и раскачиваемых ветром стеблей тростников. Мельком доносились отдельные крики из крепости Нур. Кому могли принадлежать эти вопли, Пинта распознать не мог, да и не хотел. Он чувствовал, что его друг, его человек, где-то рядом. И он нуждался в помощи.

Грубый тревожный всплеск воды заставил его повернуть голову в направлении дальнего берега реки. Он пытался увидеть причину, но в темноте всё сливалось в густой кисель, и дальше десятка метров что-либо рассмотреть было невозможно. Звуки повторялись всё отчетливее. Пинта успевал сделать вдох дважды, и звук повторялся. С каждым разом всё ближе и ближе.

– Кулим! – Пинта расстолкал спящего кане-корса, от чего старый пёс тут же вскочил. Он секунду постоял, сосредотачивая мутный згляд на собаке с телом человека, а после, осознав и вспомнив, кто он, и где находится, опустил встревоженно поднятые большие уши.

– Что, опять моя очередь?

– Слушай! – Пинта закрыл руками пасть Кулиму и повернул его голову в сторону звуков.

Кане-корса молча повиновался, и наклонив голову чуть набок снова приподнял уши, чтобы лучше слышать.

– Это вёсла! К нашему берегу идёт лодка! Пинта, нам крупно повезло!

Пинта обрадовался, даже хотел от счастья завилять хвостом и облизать Кулима. Он не знал, как иначе показать свою радость, но вспомнил, что вилять ему нечем, а старый кане-корса его лобзания может совсем не так понять.

– Надо будить остальных! – сдержанно ответил он.

Через пару минут доггеры, направляемые кане-корса, шли к предполагаемому причалу. По словам Кулима, плавсредство было не меньше четырёх метров в длину. За время службы в крепости Нур он научился на слух определять такие незначительные мелочи. Гребцов было, как минумум, двое. Узнать, кто именно, он не смог. Но и этой информации было достаточно. Двум вооружённым доггерам не страшна была даже дюжина канисов. Насмотревшись на события, происходящие накануне вечером, и потеряв своего друга, Догхут и Догхим не были настроены дружелюбно, и задались целью любыми средствами добыть эту лодку.

Силуэт лодки на поверхности реки появился неожиданно, когда до берега оставалось не более полусотни метров. Из-за высокого носа увидеть тех, кто был внутри, не представлялось возможным. Доггеры зашли в воду по пояс и скрылись в зарослях тростника, Кулим остался на берегу, в начале небольшой песчаной косы, играющей роль причала. А Ильшат и Пинта отошли в сторону, дабы не спугнуть или не помешать, и прекрасно видели затаившихся асунов.

Нос лодки, связаный из плотных пучков папируса, мягко и бесшумно уткнулся в песок, и в этот момент доггеры как заправские пираты запрыгнули на борта, поблёскивая при свете луны клинками мечей. Но их самоуверенность сыграла с ними злую шутку. Догхим тут же получил веслом по морде, и высоко подняв задние лапы вывалился наружу головой вниз.

В следующую секунду Догхут зарычал, и видимо, этого было достаточно для того, чтобы хозяин лодки и его пассажиры успокоились. Доггер спрыгнул внутрь, и вытащив одного за другим, скинул на берег двоих асунов в мешкообразной одежде. Ростом они были небольшие, с длинными висячими ушами и множеством складок на морде. Казалось, кожу сняли с большого пса и надели на маленького, которому размер был явно великоват.

Они вдвоём быстро встали на ноги, и отряхнувшись от песка недовольно посмотрели на стоящих в ожидании Кулима и Пинту с Ильшатом.

Догхим поднялся, потёр ушибленный нос, подошёл и сильно пнул одного из гребцов. Тот тихо заскулил и спрятался за товарища.

Догхут выгнал из лодки ещё двух асунов. И что это именно асуны, Пинта понял по тому, как доггер учтиво и достаточно вежливо с ними обращался. Видимо, манеры и воспитание не пропали ещё в его жестоком сердце.

– Интересно, интересно. Ходили слухи, что Нур пал, а всех его жителей казнили, или же просто убили. А тут вон какие гости! – нарочито громко воскликнул Догхим, обходя вокруг пару асунов, одетых достаточно пышно для этих мест. Собаки с тонкими длинными мордами и кудрявой короткой шерстью стояли отстранённо и свысока смотрели на остальных.

– Откуда такие важные, пышущие здоровьем Пуделины взялись? А? Отвечай, смердячий пёс! – пнув в очередной раз гребца, ударившего его веслом по морде, спросил Догхим.

– Наше дело маленькое, уважаемый доггер! Война войной, а кушать хочется всегда. Эта лодка нам ещё от отца досталась, а ему – от его отца. Мы уже несколько поколений перевозим путников через эту реку… – начал объяснять один из гребцов, но тут же был остановлен сверкнувшим остриём клинка, приставленным к его горлу.

– Закрой свою пасть, бассет, уймись со своими рассказами. Мы прекрасно знаем, кто твой отец, и помним весь ваш проклятый пантеон, – прорычал Догхим.

Одетые в светлые рубашки с бантами и укутанные в плащи пуделины молчали. Они были напуганы и обескуражены происходящим. Бежавшие из захваченной крепости асуны поверили лодочникам, обещавшим им спасение на этом берегу, где им и предоставили бы кров и транспорт до ближайшего города асунов.

– Мы не знаем, кто они. Нам заплатили, мы повезли. У золота нет морали, нам без разницы. Все ищут спасение, мы его дали.

– Догхут, да плевать вообще, кто они такие, отпускай этих ряженых! У нас свои дела есть. Погрузимся и под покровом ночи перейдём на тот берег! – негромко пробасил Кулим.

– А у вас есть, чем заплатить? – тут же откликнулся один из гребцов.

– Вон, человек стоит, неплохая оплата за работу. Тем более, его можно канисам хорошо продать, – оживился второй, всё это время стоящий за спиной собрата.

– Вы вообще обнаглели! Оплатой будут ваши жизни, иначе – скормим себекам тут же! – вдруг пригрозил Пинта удивив всех.

– Хаунд, это же тот муран! Помнишь мы везли двух воинов-сехметов с мураном? Это ж он! – разглядывая в темноте силуэт воина-анубиса произнёс второй пёс.

– Анубис! – дрожащим голосом выдавил из себя асун по имени Хаунд, и отодвинув от своего горла клинок доггера повернулся к испуганным пуделинам.

– Конечная точка. Мы прибыли! Со своей стороны исполнили договор в полном объёме. Успехов в жизни и большой удачи. Осирис вам в помощь, – и повернувшись к Кулиму и стоящему рядом Пинте продолжил: – Какая цена? Какая оплата? Таких асунов, хоть и в компании человека, провезём с большим удовольствием.

– Канисы? Вы вдвоём торгуете с канисами? – гневно зарычал Догхут и замахнулся мечом, но Пинта мгновенно среагировал и перехватил лапу доггера.

– Стой! Не время их убивать! – и наклонившись к Хаунду зловеще прохрипел: – Зачем волкам люди?

– Так они, этот! – начал тут же пояснять второй лодочник, но собрат его перебил.

– Хаунпу, замолчи! – он обвёл всех присутствующих глазами, которые еле виднелись из-под толстых бровей. – Вы обещаете сохранить нам жизни?

– Обещаем! – глянув на доггеров ответил Пинта, – но если что, себеки останутся без еды, а я вас сам лично порву на части! – сказал он, не понимая, откуда в нём взялась эта злость и жестокость.

– Они… Они увозят их на каменоломни. Добывать железные камни для оружия! Всех туда свозят. И людей, и асунов, и домини. Всех, без разбору.

– А вас почему не трогают? – спросил Кулим.

– Мы маленькие. От нас толку мало, больше пользы тут, на переправе принесём.

– Я так понимаю, обо всём уже договорились. Скоро солнце встанет, надо переправляться! – выйдя из тени асунов сказал Ильшат. – Мы тут болтать и до утра можем.

– Человек, ты опять лезешь не в свои дела?

– Догхут, тут все дела общие! Нет твоих и моих. Нам надо на ту сторону реки, чем дольше мы тут стоим, тем позже там будем. И если дождёмся солнца, то не факт, что переправимся, а другого шанса нам судьба не даст.

– Человек прав. А вы что встали, идите своей дорогой! – прорычал он на двух чисто и красиво одетых асунов из пантеона Сешат. Пуделины переглянулись, и не говоря ни слова исчезли среди протоптаного тростника.

– Тебе их не жалко? Они же погибнут!

– Не беспокойся о них, Кулим, Ландсир и таким найдёт применение, – оскалив зубы ответил Догхим.

Лодка слегка покачиваясь на волнах шла вперёд. Гребцы молча выполняли свою работу, периодически поглядывая на человека. Пинта как самый зоркий расположился на носу и до боли в глазах вглядывался в темноту и сверкающую огнями факелов крепость Нур. Доггеры не отходили далеко от бассетов, опасаясь, что они выкинут какой-либо фокус и выдадут их канисам.

– Даже не думайте о человеке. Я скорее умру, чем отдам его вам, – зло прорычал Пинта, заметив очередной взгляд гребцов в сторону Ильшата.

– Мы не спешим с ответом, Анубис. Мы поняли, что он твой. Готовы даже заплатить, – начал было Хаунпу, один из гребцов, но Догхим приставил клинок меча к его затылку и тихо сказал:

– Недоносок, ещё один звук из твоей пасти, и ты лишишься головы. Представь, как трудно будет твоему собрату управлять такой большой лодкой. Пожалей его.

Этого было достаточно, чтобы оба бассета замолчали и с удвоенной силой принялись грести, дабы поскорее причалить к берегу и избавиться от случайных пассажиров.

Течение мягко сносило лодку, направляя её ниже крепости, туда, где пологие берега поросли редкими кустарниками. Горизонт постепенно окрашивался в алые тона, предвещая скорый восход солнца. Доггеры нервничали, и когда небо посветлело, они оттолкнули в сторону гребцов и сами сели за вёсла. Скорость лодки значительно увеличилась. Бассеты лежали на дне, вслушиваясь в частые всплески воды и рассматривая без устали работающих торсом доггеров.

– Анубис, скажи своим головорезам, чтобы не частили, – тихо прошептал Хаунпу.

Пинта переспросил, не увидев проблемы.

– Нельзя так часто грести. Звук на берегах очень хорошо слышен, а канисы уже знают, как гребём мы. И если звуки не совпадут…

– Догхут, остановитесь! – шёпотом прикрикнул Ильшат, поняв, о чём говорит этот вислоухий пёс. – Кулим, Пинта, скажите им, чтобы не гребли так часто! – увидев озлобленную морду доггера повторил человек тише.

Пинта едва успел подумать, что необходимо остановить доггеров и поменять их местами с бассетами, как с лёгким шипением и свистом в воздух взлетела горящая стрела. Достигнув пика своего маршрута она остановилась и начала медленно опускаться, подсвечивая под собой небольшое пространство. Вслед за первой в воздух взмыли ещё с десяток.

– Всемилостивый Осирис, какие же эти доггеры идиоты! – зло прорычал один из гребцов, и откинув деревянные дощечки на полу лодки взял из тайника шлем и небольшой защитный панцирь, напоминающий кирасу. Его собрат сделал то же самое.

К тому моменту, когда их начали подсвечивать, лодка преодолела больше двух третей пути до берега. Выпущеные стрелы с горящими факелами зависали, и медленно падая освещали гладь реки, упав в воду с громким шипением гасли, а на их месте тут же возникали новые. Обнаружив беглецов канисы тут же начали обстреливать их уже настоящими стрелами, которые со свистом пролетали мимо или же вонзались в плотные пухлые бока лодки.

– Вы нас обманули! – прорычал Догхим обращаясь к бассетам.

– Нет, просто вы сами идиоты. Думаешь, волки не следят за рекой? Нам они позволяют ходить, а вы со своим рвением всё испортили. Верните нам вёсла и не мешайте.

Доггеры замолчали и уступили, и прячась за бортами лодки пытались увидеть, откуда по ним стреляют. Но лучи восходящего солнца били в лицо, освещения было недостаточно, а тёмные берега хорошо скрывали лучников, чьи стрелы всё чаще попадали в цель.

Бассеты ловко развернули лодку, и поставив её бортом вдоль реки усиленно начали грести. С берега послышался затяжной воинственный вой.

– Не высовывайтесь, река нас сама унесёт, – сказал Хаунпу. Они с собратом периодически выглядывали из-за борта лодки, и поочерёдно опуская вёсла корректировали курс.

– А как же себеки? Крокодилы? Я помню, река ими кишела.

– Ушли они, воин анубиса. Канисы начали их истреблять ради кожи.

– Да, мы видели это! – подтвердил Ильшат.

– Интересный человек у вас! – Хаунпу спустился на дно лодки и сев напротив Ильшата продолжил: – Вы сами его научили разговаривать? Где поймали?

– Отойди от него, бассет! Он поумнее вас обоих будет, а ваши уши не защитят вас от человеческой силы! – громко засмеялся Догхут, его поддержал Догхим, изобразив на морде зубастую улыбку.

Течение постепенно вынесло лодку почти на середину реки. Стрелы уже не долетали до них, а солнце поднялось над горизонтом, освещая всё пространство вокруг. Бассеты ворча между собой уселись поудобнее и активно заработали вёслами. Им не нравилась эта разношёрстная компания, из-за которой на корню гибло прибыльное дело корыстных асунов, которые даже во время войны с волками нашли способ выжить и зарабатывать на этом.

Когда солнце ощутимо начало прогревать землю, они причалили к усыпанному щебнем берегу, который круто уходил наверх, постепенно превращаясь в скалистый холм.

– А с ними что будет? – обернувшись на двух собак с большими висячими ушами спросил Пинта у Кулима.

– За них не волнуйся. Откупятся и дальше будут заниматься своим ремеслом. Эти любят свои жизни и ни за что не откажутся от них, – ответил кане-корса.

Лодка постепенно исчезла за зарослями тростника, скрывающего изгиб реки. Каменистый холм был единственным на берегу, и за ним сразу начиналась роща неизвестных Пинте деревьев, которая простиралась зелёной стеной на многие километры. Но с вершины холма далеко у горизонта можно было увидеть тонкую полоску жёлтых песков пустыни.

– Догхим, расскажи про Аментес, что это? – Ильшат шёл быстрым шагом за доггерами, стараясь не отставать.

– Аментес, человек, это земли, ведущие к полям Иалу, – мечтательно и протяжно ответил он.

– А поля Иалу, человек, это райские земли. Где нет войн и голода, и жизнь там протекает размеренно, без какой-либо нужды – добавил идущий следом за человеком Кулим.

– То есть, вы все идёте в рай? Мне казалось, туда можно попасть только после смерти.

Но разговор с Ильшатом никто не поддержал, вместо этого доггеры синхронно повернули головы в сторону и не сговариваясь побежали.

– Я думал, они так и не услышат! – издевательским тоном произнёс Пинта.

– Не забывай, их слух не так развит, как у тебя или у меня. Хотя я уже старый, но двух пасущихся оленей услышал давно.

– А почему не сказал им?

– Пинта, пусть лучше сами учуют и поймают. Пока я их буду направлять, добыча может уйти, а так они вдвоём ворчать меньше будут.

С доводами Кулима согласились все, кто остался. Они прошли ещё немного, и найдя большое дерево с развесистой кроной расположились внизу, в тени, ожидая своих попутчиков с добычей.

Неожиданно из ближайших кустов вышел Догхут и неторопливо приблизился.

– Там кое-что интересное, в первую очередь для тебя, анубис. Пойдёмте! – сказал он и скрылся. Ильшат с Пинтой переглянулись и не долго думая побежали за доггером. Кане-корса не захотел оставаться в стороне от событий и медленно поднявшись направился следом.

Догхут привёл их к краю лесной просеки, где за большими кучами поваленых деревьев притаившись сидел Догхим. Он лапой поманил всех и показал в сторону, где пролегала истоптанная тысячами ног дорога. Она рыжей лентой тянулась вдоль узкой просеки и исчезала вдали среди деревьев.

– Этой дороги не было никогда. Раньше все пути в Нур проходили через пески, – рассматривая округу сказал Кулим.

– Видимо, недавно сделали, вон, пеньки-то свежие.

– Человек прав. Канисы эту дорогу недавно построили. В ту сторону крепость Нур, а туда, вероятно, город Мероэ. Но до него далеко, поэтому может вести куда угодно, – прокомментировал Догхут.

Пинта услышал приближающиеся звуки и увёл всех поглубже в лес. Прячась за деревьями они увидели, как по дороге от крепости прошла небольшая колонна с лошадьми, запряжёнными в телеги. Охрана была минимальна. Несколько всадников и с десяток пеших воинов пустынных волков. На больших телегах стояло что-то объёмное, правильной прямоугольной формы, накрытое тканью.

– Лодочник говорил, что они людей на каменоломни увозят, может, это оно и есть? – спросил Ильшат у стоящего рядом Догхута.

– Может, человек, очень может быть. И ты вновь прав.

– Догхим, где находится Аментес?

– В стороне захода солнца. Аментес там, где солнце соприкасается с землёй, – ответил доггер.

– На западе, значит! И мне туда надо. Пинта, там может оказаться и твой человек! – наступая на больную мозоль земной собаки сказал Ильшат, надеясь на правильное принятие решения. – Предлагаю проследить за канисами и посмотреть, куда они приведут.

– Я с ним согласен! – услышав про своего хозяина ответил Пинта.

Доггеры и Кулим переглянулись, решая каждый для себя эту нелёгкую задачу.

– Дорога ведёт к верхним землям. А мы идём в Аментес, – после недолгого молчания сказал Догхим.

– Я понимаю ваше стремление, но туда, куда вы так торопитесь, вы в конце концов всё равно попадёте. Кто-то раньше, кто-то позже, но ваши пути всегда приведут туда. Так что прошу сначала помочь мне и Пинте.

– Да что ты можешь знать, человек?! Ты глупое создание, – начал в очередной раз Догхут, но Кулим его перебил:

– Помолчи, ты всегда относишься к людям как к скоту. Послушай его, – сказал кане-корса и повернулся к Ильшату: – Человек, продолжай! И скажи, откуда ты это знаешь?

– В школе рассказывали, да и фильмов много на эту тематику, но не суть, вы всё равно этого не знаете. Аментес, это земли, по которым ваши души после смерти идут к раю. Ну, или как там вы его называете?

– Поля Иалу!

– Именно, Догхим, поля Иалу. Так что, живым там не место, но как только умрёте, сразу же окажетесь там. По крайней мере, касаемо людей это правило работает. Считаю, без разницы, люди ли, собаки. И думать тут нечего, вас нигде не ждут. Пойдёте к своим, вас убьют. Пойдёте к изгоям, вас убьют. Остаётся один путь, вместе с нами! Нам без вас будет так же тяжко. Поэтому прошу помощи.

– Доггеры человеку не помогают!

– Догхут, а мне поможете? – спросил Пинта.

– Хватит, человек! Ещё одно слово – я вырву твоё сердце и съем его на твоих глазах! Ты не можешь знать об Аментесе больше, чем мы! Всё, что ты говоришь – это ложь! – угрожающе прорычал Догхим подойдя в плотную к Ильшату. Человек в этой угрозе почувствовал страх асуна перед ним. Как бы они величественно и воинственно ни выглядели, но предстоящая смерть и неизвестность после неё страшила их.

– Убери меч, – сказал Догхут собрату, – в его словах, возможно, есть доля правды. Никто из нас не видел Аментес, и я не знаю кого-либо из живых, кто мог бы рассказать о нём.

– Там ещё едут. Прячьтесь! – Кулим показал лапой на дорогу.

Очередная небольшая колонна из телег с прикрытым грузом медленно проехала мимо.

Вся разношёрстная команда ещё долго сидела, укрываясь в густых кустах и за срубленными деревьями, и наблюдала, как раз за разом мимо проезжали малые и большие колонны, охраняемые пешими и конными воинами пустынных волков.

– Бассеты говорили, что канисы пленных увозят на каменоломни, – тихо прошептал Пинта сидящим рядом доггерам.

– И что ты хочешь этим сказать? – уточнил Догхут.

– А то, что в этих повозках могут быть пленные, – ответил Ильшат вместо Пинты.

– Мне-то что! Не мы же пленные. А до тех людей, которые там, нам и дела нет! Человек, не пытайся нам навязывать своё желание освободить сородичей, – прорычал в ответ Догхим.

– А что, асуны в плен не могут попасть? – тихо спросил Ильшат и поймал на себе взгляды стоящих рядом доггеров и кане-корса. – Что замолкли? В плен могут попасть все, кто угодно. Уверен, там и своих вы можете обнаружить. Парни вы здоровые, и на каменоломне от таких как вы будет большая польза для волков.

Слова человека для доггеров прозвучали отрезвляюще. Они мгновенно перестали спорить и переглянувшись с друг другом уставились на дорогу.

– Мой человек может быть там, куда все они едут, и мне нужно туда! С вами или без вас, я отправляюсь на каменоломни! – решительно сказал Пинта нарушив гробовую тишину.

– Мы вместе уже несколько дней, а до сих пор не можем решить, куда идти.

– Кулим, нам идти некуда. В этом мире нас никто не ждёт! – отозвался Догхут.